Изумрудный бал. Могу.Умею

Мрачная атмосфера Арзейна вернула Сиверии покой. В верхнем мире ее страшило небо, безграничное, светлое – голубое, как глаза ее возлюбленного. Ей всегда казалось, что ее унесет вверх от малейшего ветерка, она не любила находиться на улице. То ли дело пещеры ее страны. Высокие своды, где ярко пылают артефакты освещения. В ее роду в пещерах всегда было светло, род богат. Праматерь благоволит им. Есть, конечно, и такие рода, где свет видят редко, постепенно превращаясь в настоящих дикарей, но Сиверия благодарила Ллос, что она родилась в богатом.

В животе шевельнулся ребенок. Девушка повернулась на другой бок и почти задремала, когда в ее покои принцессы подземного царства дроу и пятнадцатой наследницы на престол Праматери вошла сестра.

- Ты все-таки вернулась? - сказала она, осмотрев Сиверию презрительным взглядом, — Зачем?

- Он не полюбил меня, — глухо сказала Сиверия и кряхтя слезла с ложа, устеленного мехами и атласными подушками.

Полы ее халата разошлись, показывая круглый живот. Темная, почти черная кожа была натянута до предела. Ребенок в животе опять шевельнулся, принося Сиверии боль. Уже скоро она разрешится от бремени, слишком тяжело давалась темной эльфийке беременность. Но она не роптала, это все, что смогла унести от своего возлюбленного.

Больше никогда она не переступит порог Арзейна, внешний мир она решила отринуть. Как только разродится от бремени, уйдет в жрицы Ллос. Она молилась, чтобы это была девочка, тогда ее жизнь будет не так жестока, но всеми фибрами души она понимала, что это мальчик. А здесь его ждет лишь служение. Быть мальчиком для битья, служителем при ложе высоких родовитых матерей родов. Не такого будущего хотела для своего ребенка Сиверия. Она понимала, что только жрицей у нее появиться шанс, помочь сыну уйти в верхний мир, к его отцу. Но и там полукровку не ждет ничего хорошего. Вечный изгой у светлых, ему будет тяжело, но все-таки появится шанс, на счастье, пусть призрачный. Сиверия склонилась в поклоне сестре, так как она была старшей.

- Ты привезла сюда его приплод, могла бы вытравить, — хмыкнула темная сестра и оглядела покои, — думаю поселить тут свою дочь, так что, после того как примешь сан, даже не надейся остаться здесь. Мать уже приняла решение насчет твоего ребёнка. Если будет девочка, она воспитает ее сама, если будет мальчик, его ждет участь служителя. Сама понимаешь, будь он даже полноценным дроу, бастарда ждет только такая участь, а он полукровка. Вдвойне будет интересен нашим стервам.

- Я все понимаю, — склонила голову Сиверия, — и приму любое решение Матери рода.

Еще год назад она была подающая надежды «Звезда Рода», теперь этот титул перешел к ее сестре. Свою свободу она практически потеряла. А во всем виновата любовь. Сиверия сжала зубы, пережидая боль. Ее возлюбленный принц светлых эльфов не отказался разделить с ней ложе, но не полюбил. Сейчас он наверно уже счастлив со своей женой. А Сиверии остаётся лишь кусать губы от боли, рожая его ребёнка в тишине Арзейна подземного города дроу. Она искала счастья, а нашла лишь разочарование, но у нее есть ребенок. Как бы не настраивала себя Сиверия, но ребёнка она уже любила, и не смогла бы его бросить. Даже если это будет мальчик, она поможет ему.

Девушка скрутилась от следующей схватки. Сестра, которая осматривала ее покои, подошла к ней поближе и нахмурилась.

- Сейчас пришлю тебе своих служек, твои, пока ты была в верхнем мире, разбежались. И молись, чтобы это была девочка…

Но это оказался мальчик. Старый служка, принимавший роды, скривился, разглядывая светлого младенца.

- Он похож на червяка мэиры, — вякнул один из младших служек, но под грозным взглядом старшего замолчал.

- Дайте мне его, — попросила все еще слабая после родов Сиверия.

Старик нехотя передал ей ребенка, девушка разглядывала шевелящегося младенца и тихо плакала. Светленький, он слишком светленький для дроу, голубые глаза вместо красных. Он, будет красив ее сын, но это ему во вред. Многие захотят к себе в постель такого служителя. Сиверия выдохнула, она должна быть сильной. Только сейчас в ее голове мелькнула мысль, что можно было не возвращаться, жить там в верхнем мире как изгой, растить сына… но это была мимолетная мысль, слишком сильны были привязки к родине у эльфийки.

- Я нарекаю его Самель, — отстранилась от ребенка девушка и никто бы не сказал, что она только что горько рыдала, — унесите его в мужские ясли, — сказала она прислужникам.

 Потом легла обратно на ложе. Ей надо быть сильной, надо многое сделать, чтобы сын смог уйти отсюда. Он не будет постельной игрушкой у высоких родов, и он не будет привязан к Ардейну, как она…

«От сессии до сессии живут студенты весело», в данном случае адепты. Жили мы сейчас точно весело. Носились по аудиториям? сдавали нормативы, допуски и другие экзамены, на которые наши магистры были особенно щедры. Плюсом шли мои утренние тренировки с Райснером Нэшем и практика, которую я любила больше всего.

Буду хвастаться. У меня есть музыка. Да, она не так чиста звуком, как мои бывшие наушники, но это поистине прекрасное творение, не побоюсь этого слова. Трудилась я над ними целых две недели. Конечно, если бы не мои земные наушники ничего бы не получилось. Вся проблема заключалась в том, что музыка у меня хранилась на телефоне, а телефон стал наручем с поиском и картами местности. И все эти дни я пыталась соединить наушники и наручи, злясь про себя, что не сделала этого сразу.

Я даже забыла о них, пока случайно не наткнулась в кармашке рюкзака, когда вытрясала из него все, что там было, пытаясь понять, что у меня вообще есть. Подключить наушники к артефакту легко, но как найти там свою музыку.

Еще на первых уроках по артефакторики нам говорили, «что из нечего ничего не появится», закон сохранения энергии, если где –то прибыло, значит, где –то убыло. В магии такой закон тоже есть. Это не сказочное волшебство, когда там «по щучьему велению» все происходит.

Так вот, если музыка была, значит, она там и осталась, главное, понять, как ее вытащить из тени. Целых два дня я выбивала себе «установку» зал для создания серьёзных изделий. Дошла до декана… Он, конечно, потребовал у меня целый экзамен по знаниям техники безопасности. Вот зануда. Хорошо у меня память отличная, я отвечала ему как написано сборнике правил. Согласился только после того, как мне обещал помогать Райснер Нэш. Я прыгала и скакала вокруг магистра, который посмеивался над моим счастьем.

 – Алиса, твоя энергия тебе понадобиться для другого, веди себя прилично.

Я оглянулась, заметила вытаращенные глаза эльфийки Ладьяры, которая училась со мной на боевом, и конечно, Ринайя, который чуть голову не свернул, пытаясь не отрывать от меня взгляда и одновременно тренироваться. Мы как раз были на полигоне ля тренировок.

 – Адептка Ниверова, – строго сказал Нэш принесший мне весть, что я допущена к установке по созданию сложных артефактов, – быстро на пробежку.

 – Спасибо магистр Нэш, – я резво стала догонять группу. Показала язык Ладьяре, которую обогнала и побежала рядом с Ринайем.

 – Иногда, мне кажется, что все сплетни о вас с Нэшем, правда, – сказал друг, – Чего ты там прыгала?

 – Расскажу на обеде сразу обоим, – не поддалась я на уловку парня, который ожидал от меня возмущения и рассказа, чего я так бурно радовалась. Пересказывать потом все повторно Арии, его сестре близнецу, мне не хотелось.

В конце концов, в одно счастливое утро, я вошла в столовку с любимой музыкой в ушах, блаженной улыбкой на губах и прекрасным расположением духа.

Я увидела, как выпучились глаза Кируса, еще одного землянина на моем курсе, который сразу заметил наушники. Конечно, не заметить их было невозможно. Маленькие капельки превратились в каффы. Самое примечательное это были чёрно –красные паучки, которые обхватывали лапками ухо. Если нажать на красное брюшко, паучки отцеплялись. Увеличивать громкость можно было с помощью артефакта на руке. Надеюсь, Фредди их не сожрет от ревности.

Паук где –то шастал и с каждым разом, вернувшись назад, он становился все сильнее и больше. Боюсь, что скоро мне прилетит, нагоняя за его делишки. На утренние тренировки мы ходили с ним вместе, потом он деловито уползал по своим паучьим делам. Боятся за него я не боялась. Убить Фредди невозможно… но об этом лучше никому не знать. Он единственный и надеюсь, таким и останется.

Да, мои наушники вызвали ажиотаж и так нужную мне славу среди первашей других факультетов. А слава — это заказы, а заказы — это деньги, которые мне сейчас были нужны на закупку полезных вещей. Оказалось, что для артефакторов важно иметь не только знания, но и уникальные ингредиенты. И от знаний буквально пухла голова, зато в душе все горело от идей и возможностей.

Самым большим заказом были амулеты от магии менталистов. Не больно верят этим ребятам все вокруг и хотят заручится надежной защитой своих мыслей. Мой первый артефакт, в котором было перышко темной птички, еще справлялся со своей задачей, поэтому не боялась за сохранность своих мыслей. А вот поработать в паре с таким магом было интересно. Когда у тебя есть магия менталиста, амулеты получаются намного лучше. Конечно, просто так никто мне камешки не зарядит ментальной магией, пришлось совершать бартер, но оба мы остались довольными. Что нужно менталисту, как вы думаете? Конечно. мои эмоции. Не знаю уж что там у них на чем завязано, но при переходе от низшего к высшему это ему может помочь. Странно делиться своими эмоциями. Нужно вспомнить самые яркие моменты в своей жизни и те чувства, которые тебя обуревали, а специальный артефакт их с тебя считает.
Скорей всего мы делали что –то противозаконное, но по обоюдному согласию и с клятвой о не причинении друг другу вреда. Так что думаю это никого не касается. Что менталист будет делать с моими эмоциями не моя проблема, да и его не касается, что я буду делать с заряженными ментальной магией камнями. Расстались мы, конечно, не друзьями, но довольными друг другом и собирались еще не раз работать вместе.

Золото у меня теперь водилось, но не в тех масштабах, в каких хотелось бы, поэтому пришлось еще и мусор с Гелланиора продавать.

В общем, мои месяцы до сессии были плодотворны и очень насыщенны событиями. Впереди еще бал, изумрудный, как его называли в академии, а потом практика. Радуюсь, что она будет проходить в одном из миров, а не здесь в академии. Одни и те же стены на протяжении многих месяцев изрядно надоели. Не помогает даже парк, который я облюбовала для своих прогулок. Находился он за теплицами, поэтому приходилось изрядно топать до него.

Я показала жетон, дежурному, который вдруг решил проявить бдительность, и проверить имею ли я право находится в нашей башне.

 – Ты из первокурсников? – осмотрел меня снизу –вверх, этот наглец.

 – Да, – нахмурилась, разглядывая парня, лицо знакомое, но имени я его не знаю вроде третьекурсник.

 – Смотрю такая девушка симпатичная все одна да одна, – стал подкатывать ко мне этот индивидуум.

Я похлопала ресницами еще не до конца уверившись, что это слышу, потом спросила:

 – И? – выгнула скептично бровь.

 – Может, согласишься пойти со мной на бал.

 – Иртиш, иди, куда шел, – услышала я знакомый голос за спиной и повернулась к говорившему.

Конечно, это были так дорогие моему сердцу эльфы. Это ж надо, я их почти три дня не видела, даже в столовке. Посылал моего неудавшегося ухажера Айридаль, а Самель как всегда, стоял рядом и сверлили меня нечитаемым взглядом. Захотелось стереть с его лица эту холодную мину, ведь я знаю, какими сверкающими могут быть его глаза, а губы мягким и нежными.

 – Я не просила вас вмешиваться, – прожгла взглядом светлого, – может мне интересно его предложение.

 – Да? – удивленно остановился третьекурсник и с ожиданием посмотрел на меня.

 – Скрылся, – рыкнул на парня Самель, тот надо отдать ему должное, не стал позорно убегать, но посмотрев на меня с упреком, пошел в сторону лестницы. Все это происходило недалеко от общей комнаты, где иногда собирались студенты.

 – Чего вам опять надо? – я скривилась, Фредди на плече зашевелился. В последнее время он подрос и перебазировался туда, где сидел как попугай, иногда, вводя в ступор всех, кто его замечал шевелением лапок.

 – Ты чего такая колючая, – светлый изобразил на лице улыбку, – мы просто мимо проходили, видим, пристает к старой знакомой, решили помочь. Все же не чужие люди, мы тебя в академию привели.

 – Замечу, что пришла я сама, а вы на меня пауков натравили, – я решительно хотела проскочить мимо. Но в последнюю секунду Самель оказался близко и прижал меня к стеле своим телом.

 – Не так быстро, – сказал с неудовольствием Айридаль с сомнением смотря на темного, который странно принюхивался ко мне и хмурил брови. – Мы не просто так, у нас к тебе дело.

 – Пусть он меня отпустит, – показала глазами на темного, очень уж сильно прижимал он меня к стене.

 – Самель, – посмотрел на друга Айридаль, – мы же договорились мирно поговорить. Темный нехотя отпустил меня, напоследок все равно проведя рукой по талии позади спины, так что не увидел светлый.

Сердце мое билось так, что в ушах гул стоял, все –таки дроу у меня вызывает сплошные эмоции и все приятные.

 – Так, что надо? – спросила я светлого, стараясь не смотреть на того, от которого у меня ноги дрожат.

 – Нам нужны вот такие серьги как у тебя, – показал на мои наушники Айридаль.

 – Это артефакты, – сказала я, – и точно такие сделать не смогу, это производные от вещей из моего мира.

 – Мы это уже знаем, – сказал Айридаль, – но у нас есть кое –что из нашего мира, и мы хотим заказать подарок для Ладьяры. Она любит слушать музыку.

Я хмыкнула. Представила, как проела мозги друзьям эта стервозная эльфийка и стало на сердце приятно, хоть кто –то за меня мстит. Естественно, я всем давала послушать музыку из своего мира, многие не поняли, что это за музыка, многим понравилось. Кирус взвыл, что был без наушников, когда его призвала академия, а вот телефон свой мне приволок, потом. Так что думаю Ладьяра захотела такие же каффы как у меня.

 – Сами бы и делали, – сказала я.

 – Мы боевые артефакты делаем, а не эту девчоночью дребедень, –горделиво выпятил грудь светлый.

 – Ах так! – я возмущенно посмотрела на замерших эльфов, – Ну, знаете ли, я тоже учусь боевые артефакты создавать, так что сами своими ручками и делайте подарок своей сестре и невесте, – мстительно сказала я и быстро шмыгнула прочь.

 – Завтра, встретимся в общей комнате, мы тебе ингредиенты принесем и артефакт из нашего мира, – не дал сбежать мне светлый. Я застопорилась на слове артефакт. Потом все –таки повернулась к эльфам. Айридаль стоял с ехидной миной, а темный, как всегда, надменно поглядывал голубыми глазищами. Знают ведь заразы, чем брать, артефакты мне интересны, и я как тот старьёвщик, собирала все, до чего могли дотянуться мои рученьки. Знаний много не бывает, тем более, когда у тебя мозг как компьютер все запоминает, спасибо Гелланиору.

 – Я плату вперед беру, – сказала я.

 – Согласны, – кивнул светлый и потянул за собой Самеля, – Завра в три не забудь, у тебя как раз окно будет.

Эльфы удалились к лестнице, а я еще с секунду стояла и смотрела им вслед. Это я что, серьезно сейчас согласилась делать подарок Ладьяре?! О моя голова, когда же ты будешь думать, прежде чем открывать рот, но очень уже было завлекательно узнать, что там за артефакт из своего мира, покажут мне эти создатели проблем. А еще я озадачилась, если они делают подарок, значит, в день бала это принято делать… или нет? Может быть, это ритуалы их мира. Бал вообще с нашим «Новым годом» у меня ассоциируется, может, в мире Ильсарры это и есть ознаменование нового года. Нужно сходить в библиотеку и почитать, что об этом сказано. И сделать подарочки своим новым друзьям.