Изумрудный бал. Моя прелесть

Магистр Кристен

Десять лет работы в стенах академии научили меня видеть адептов насквозь. Лоботряс передо мной или боец. Зануда и заучка или тот, кому учеба дается легко. Встречая новичков, в которых горит искра Ильсарры, я с любопытством присматривался к будущим адептам. А адепты всегда с живым интересом рассматривали меня. Я привык.

Впервые за столько лет меня заинтриговал фамильяр, а не адепт. Девушка была самой обычной, слегка рассеянной, скорее всего, особых успехов не достигнет. Останется середнячком или скорее в их хвосте.

Ее Величество Крыска имела огромный потенциал к целительской магии. Ее аура сверкала как цитрин и наливалась силой в стенах академии. Я всегда спокойно относился к животным, но эта малышка, кроме магии, оказалась весьма обаятельной, гордой и неприступной.

Как и стоило ожидать, хозяйка отказалась отдать мне кошечку. Но самым болезненным уколом было, нежелание Ее Величества идти со мной на контакт. Мне хотелось быть с ней рядом, изучить возможности ее дара. Казалось, что с помощью этого необычного животного можно открыть новые грани в артефакторике.

Нервозности добавила магесса Аделинд Райн. Провидица. Декан своего факультета окружена флером тайных знаний. За годы общения с этой интереснейшей женщиной, я понял одно — она ничего не говорит просто так. Мы не друзья с провидицей, но хорошие приятели. Я несколько раз обращался к ней со своей проблемой, и магистр Райн всегда давала дельные советы, опираясь на свой дар.

В тот день встретив нас с адепткой Сияной, она явно что-то увидела, но прямых ответов от магессы Аделинд ждать не приходится. Жаль, ее предсказание не касалось кошечки. 

Сначала я планировал отправить адептку на ее факультет, путь бы там оформляли, но после взгляда Аделинды, решил не гневить судьбу. Эта дама плохого не посоветует.

Вообще, непонятно почему, на потенциальную бытовичку вызов пришел к артефакторам. 

Наш замок порой любит устроить провокации. Поиграть со своими обитателями. Позже я выяснил, что у нее ко всему прочему и к артефактам есть склонность. Нужно будет учесть при формировании списков факультативов на нашем факультете.

В кабинете все, как всегда: творческий хаос. Люблю такую атмосферу. Адепт прилежно отрабатывает провинность, все как надо. Однако в стремлении приручить кошечку, чуть не влип непонятно во что. Проклятие ведьмочки столько лет тихо-мирно пожиравшее мои неприличные желания, неожиданно отступило. Отступило рядом с новой адепткой. 

Проверить предположение не дала наша академическая заноза, психолог по профессии. Идан Теер. Кто только выдал ей диплом? Хотя племяннице короля выдадут любой документ. А девчонка всегда мечтала лечить души людей.

Из-за моих синих волос она считает, что я мечтаю выделиться, потому что у меня было тяжелое детство. Родители мне все запрещали, одевали исключительно невзрачно и прочая ерунда, которую я однажды выслушал и больше не позволял этой даме высказывать свои мысли обо мне. Фантазия у нее слишком бурная.

Никто, кроме старого учителя и отшельника, не знает, что цвет волос — это последствия магического эксперимента. Я стремился создать артефакт невидимости. Однако на последнем этапе случился взрыв, вся лаборатория стала синей и я, в том числе. Кожа отмылась через три месяца, а волосы стали синими. Везде. Что я только не делал, сбривал, сжигал, но новые росли веселой, яркой расцветки. Повезло, что не розовые.

Учитель тогда высказался метко: “Магия тебя за гордыню наказала”.

Идан, магистром или магессой ее язык не поворачивается назвать, на этой неделе каждый день заглядывает на сеансы “исцеления”, ее тонкий голосок уже в кошмарах сниться.

Простите адептка, но придется вам взять огонь психологии на себя. Стоило только им выйти, связался с Акарионом, пусть спасает девчонку. Никто не заслуживает нашего магистра по психологии дольше пяти минут.
***

Следующие несколько дней я продолжал думать о Ее Величестве Крыске и о ее хозяйке. Что-то в них обоих было. За десяток лет я научился философски относиться к своему проклятию. Проклятийники, к слову, смогли подтвердить, что заклятие на мне сильное и снимется только при выполнении заданного условия. А вот магистр Райн, увидев что-то в моем будущем, сказала успокоиться и ждать. Все случится в правильное время.

— Но ждать придется долго. Наберись терпения, — посоветовала провидица, и я послушался ее совета. Успел перебеситься.

Тот разговор случился через год, как я попал в академию и занял место преподавателя.

Сейчас у меня был великолепный повод навестить факультет бытовиков. Адептка постаралась, оставив мне свой рюкзак, от которого пахло яблоками. Залезать в чужие вещи я не привык, поэтому просто прицепил артефакт стазиса, чтобы фрукты не сгнили. 

Заклинание я тоже знаю, но оно у меня почти никогда не получается долговременным. Причем любое заклинание. Поэтому я люблю артефакты и прививаю эту любовь своим ученикам. 

Проводя вводные лекции для новоприбывших, я наблюдал за своим состоянием. Ничего. Проклятие продолжает исправно действовать, в то время как девушки не забывают строить глазки и флиртовать. Ничего в этом мире не меняется.

Мне приятно их внимание, но не более. Женская красота стоит того, чтобы ею любоваться.

В один из дней проклинаю ректора, и невозможность уволить слишком навязчивую девицу психолога. Ее дрожащий, высокий голос уже снится в кошмарах. Вот у кого уйма времени и столько демонов в голове, что низший ногу сломит и хвост отвалит. 

Взвинченный ее “лечением”, выбрал камень поярче и сделал красивую брошь в виде цветка с сердцевиной из цитрина, замаскированного под золотой сердолик.

Перед сном вложил весь резерв в создание артефакта с несколькими составляющими. Одно из заклинаний вызывает отвращение к конкретному человеку. Пришлось пожертвовать собственную кровь, чтобы искупать украшение. Жаль, не сразу проявляется эффект. Нужно, чтобы подопытный несколько дней носил объект воздействия на себе. Потому и пришлось делать нечто в ее стиле, что Идан Теер не снимет, хотя бы неделю. 

Второе лечит горло. Однако у этого старого заклинания есть побочное действие, и оно таково, что существо некоторое время не может говорить. Три дня перерыва уже счастье, а там, возможно, она на кого-то другого переключится. 

Печалил факт, что вылечить ее безумных демонов вместо мозгов невозможно ни зельями, ни артефактами, приходится терпеть и изворачиваться. И хорошо, что дамочка не маг, не сможет увидеть, что навешано на брошке. А кто увидит, промолчит, я уверен, и, может быть, даже воспользуются идеей. Я улыбнулся своим мыслям. Понять замысел сможет маг, равный мне по силе или сильнее, а таких в академии немного.

Несчастная магистр Идан очень удивилась, когда я сам пришел в ее кабинет и, со словами: “молчите”, нацепил брошь на ее галстук. Неизменный атрибут ее костюма.

Врать не хотелось, поэтому сказал чистую правду, прежде чем покинуть кабинет. 

— Я буду счастлив, если ты, Идан, будешь носить этот цветок.

Уже на завтра я знал, интуиция у этой женщины напрочь отсутствует, так как сияющую и молчаливую встретил магистра Идан у собственного кабинета. Она тихо просидела у меня минут сорок, а потом поднялась и вышла. Больше до самого новогоднего бала я не встречал нашего психолога. 

Эта дама давно стала для Академии кем-то родным, пусть и непутевым. Зла ей не желаю, но и выслушивать ее сил больше нет. Полюбил бы ее уже хоть кто-нибудь, подставил бы свое сильное плечо, терпеливые уши и жилетку, на всякий случай. Нравятся ведь некоторым парням такие бедовые.

Каждый адепт рано или поздно понимает, что академия живая. Кому-то она помогает, кому-то предлагает испытания. Иногда можно открыть только что появившуюся дверь и очутиться в самом необычном месте. А кто-то видит замок совсем не таким, как другие. 

Вот и в тот день. Я направлялся к выходу из академии, чтобы прикупить в городе нужных мелочей, когда мне под ноги упал знакомый рюкзак. Хоть я и думал ежедневно о гордой кошечке и ее хозяйке с глубокими глазами, но все откладывал поход к ней. Вероятно, пришло время, раз сама Академия настаивает на встрече.

Посмотрев расписание вводных занятий для первого курса бытового факультета, я отправился в лаборатории приятеля, магистра Анселия Линиуса. Известного зельевара и фанатика своего дела. Адепты часто в недоумении, откуда он знает, кто и как напортачил, если стоял спиной или вообще отсутствовал. 

Заодно ингредиенты заберу, да-да, случается у нас бартер между факультетами. Пусть некоторые и считают, что у нас соперничество. И будут правы, но это не мешает сотрудничеству. 

В лабораторном кабинете огляделся. Адепты пыхтят над зельем, которое Анселий обязывает их варить на первых парах, а потом заставляет стащить что-то у соседа. Таким нетривиальным образом проверяют эффективность на практике. Хотя зельевар с первого взгляда видит, на что способно любое снадобье. 

Знакомая адептка смотрит на меня со священным ужасом, когда подхожу и прямо из колбы отпиваю чай, который для себя заваривает зельевар и почти никогда не пьет. У него всегда уникальные по вкусу и воздействию составы. Магистр Линиус на работе употребляет напитки стимулирующие мозговую деятельность и улучшающие концентрацию внимания.

Но этот чай имел странный привкус. Очень скоро стало известно откуда испуг в огромных глазах адептки и эта нотка, слишком выбивающаяся из пристрастий зельевара. Оказывается, девчонка не просто так забыла свой рюкзак у меня, а потому что ей-то как раз не хватает внимательности и концентрации внимания. 

Это надо такое учудить: налить в преподавательский чай зелье. Хорошо не Анселий выпил, на меня после жизни в горах с учителем ничего не действует. Чем старый учитель меня только не травил, вырабатывая иммунитет к любому яду с магической составляющей.

Но, прошло время, и я понял, что в этот раз что-то пошло не так. Меня тянуло к адептке со странной силой. Ее фамильяр даже стал не так интересен, как сама девушка. Неожиданно для себя я рассмотрел ее глаза, теплые, синие и бездонные. Взгляда не отвести, и я делал это с усилием. Адептка всегда смотрела на меня удивленно, наивно и открыто.

Я стал искать ее глазами на своих лекциях, хотя знал, что здесь ее быть не может. Стал высматривать в коридорах и в столовой. Прислушивался к шорохам за дверью, ожидая тихих девичьих шагов. Я удерживал себя от очередной встречи с девчонкой, которая младше меня намного, очень намного. 

Однако раз за разом шел на бытовой факультет, проводил экскурсии, наблюдал, принюхивался и вновь чувствовал, как в ее присутствии проклятие отступает. Значит, она ключ его снятию, и я должен на ней жениться. 

Наверное, я бы не стал делать предложение столь скоропалительно, а то и вообще отказался от этой идеи. Но меня слишком тянуло к ней, а увольняться в ближайшее время мне хотелось. Ректор против отношений магистров с адептами. 

Слишком уж я люблю нашу академию и своих недотеп адептов, мне нравится преподавать. Обожаю свои артефакты и возможности, открывающиеся для этой науки именно в стенах учебного заведения. Чего только юные гении не изобрели за эти годы. 

Второе, что подталкивало меня к решению женить на себе Сияну — это ее кошка. Прямо на моих глазах она превратилась в монстра, все признаки которого указывали на агрессивность животного. Но оно принялось ласкаться к хозяйке, а значит, сознание осталось прежнее. Такое бывает нечасто.

Только адептка отчего-то не спешила связывать себя какими бы то ни было узами. Девчонка сбежала. Скажите, что страшного во фразе: “выходи за меня замуж”? Романтично и надежно. Я полагал, девушки с пеленок мечтают услышать заветные слова. К тому же я далеко не беден, но этот аргумент я привести не успел. Только будет ли он эффективен? Что-то подсказывало, что нет. 
Как мне теперь ее уговаривать? Похоже, я совершенно растерял навыки лирического общения с девушками.

Сияна

На следующий день после торжественного ужина началась настоящая учеба, очень похожая на вводные лекции и практикумы. Особенно медитаций. Этот предмет у нас был ежедневным первым уроком. Никогда не думала, за занудным словом “медитация” кроются удивительные занятия. 

Сегодня я выбрала чернильную стену и стоило только на миг избавиться от мыслей, как я оказалась в темной бездне среди звезд. Бездонный космос. Он захватил мое воображение, я вглядывалась в сияющие искры незнакомых созвездий. 

Где-то на заднем плане слышался голос нашего декана. 

— Почувствуй невесомость, легкость. Выбери одну звезду и постарайся почувствовать ее.

Взгляд упал на первую попавшуюся, и мне почудилось, что свет далекой, но очень яркой звездочки холоден и равнодушен. 

— Найди родственную тебе энергию среди мерцающих созвездий.

Я перебирала подмигивающие мне точки и вдруг почувствовала нечто теплое, обволакивающее. Мне и до того нравилось в этом месте, я помнила, что на медитации, но сейчас стало особенно уютно.

— Позови эту звездочку к себе. Пусть она поселится внутри. Это твоя искра магии, вам нельзя друг без друга. Прими ее, раскройся.

Я послушно выполняла все, что просил голос преподавателя. Постаралась мысленно открыться, даже плечи расправила. Звала звезду и она охотно направилась ко мне. Но вдруг притормозила, словно в нерешительности. И сколько я не манила ее к себе, ничего не выходило.

— Медленно и осторожно делаем более глубокий вдох. Почувствуйте свое тело. Пошевелите пальцами рук и ног. Еще один глубокий вдох, открываем глаза. Наблюдаем за дыханием и внимательно следим, что изменилось внутри вашего тела. 

В зале, с какой-то однотипным ритмом негромкой музыки, было слышно лишь старательное дыхание десяти адептов. На некоторые занятия нас разделяли на небольшие группы.

— Адепт Нуиран у вас ведь получилось немного увеличить резерв?

— Да, это удивительное ощущение. Спасибо, магистр Окс.

— Я рад. Для этого мы с вами и занимаемся. У кого не получилось сегодня, обязательно получится завтра. Главное, не падать духом. 

Таким образом, подбодрив нас напоследок, декан выпроводил будущих великих магов из медитативной.

— Обожаю медитации, — сказала девушка с крылышками за спиной. Феечка, определила я. — Магистр Санелиус Окс такой лапочка.

Я удивленно покосилась на фею, она разговаривала со мной не заморачиваясь, слушаю я ее или нет. Магистр, несомненно, лапочка и любит возиться со студентами, но фея произнесла это слово настолько томно, что послышался совершенно нецеломудренный подтекст.

Вспомнился магистр Кристен и его неожиданное утвердительное пожелание, в котором была только моя рука с надетым кольцом. 

Каюсь, когда-то я представляла, как это будет. Красивое место, необязательно ресторан, может быть просто вечерний парк. Мой парень говорит о любви и предлагает взять его кольцо, а перед этим руку и сердце. 

Магистр с непонятными намерениями, вдруг показался мне маньяком. Я же не знаю, какими бывают маньяки в магическом мире. Может быть, ему нужно законное право на то, чтобы разобрать жену на магические артефакты. Ну, там заколдованные зубы, волшебная печень, заговоренное сердце. Понимаю, что надумываю, но эти мысли не давали мне спать этой ночью. 

Кольцо не снималось. Я сразу предприняла попытку избавиться от обязывающего украшения. Но оно село намертво. Тогда я гордо развернулась и скомандовала:

— Крыска, идем! Мы с кисой против!
И только много позже я серьезно задумалась. А в действительности, какой резон синеволосому магистру скоропалительно жениться?
Мужчина не испытывает ко мне романтических чувств. Женщина такое обычно чувствует, даже такая рассеянная, как я. 
Вот и моя бывшая любовь сыграла на моих чувствах, вручив кошку. Вы не подумайте, я очень благодарна Артему и полюбила Крыску всем сердцем. Другой вопрос, сознательно парень так поступил или нет. 
Словом, ответов на свадебную тему у меня нет, но будут обязательно, немного освоюсь и разберусь во всем. Вдруг все банально и просто: во всем виновато зелье?

Сбежала в комнату, даже не заплутав. Огромная кошка, больше похожая на волкодава-переростка, заняла все свободное пространство на полу, чем изрядно напугала вернувшуюся соседку. Пришлось рассказывать все, даже о странной помолвке. Кольцо не позволило умолчать про эту часть новостей. Люита только и произнесла, покачав светлой головой:

— Ну, дела!

Ее фамильяр, чинно сидевший на плече хозяйки, вдруг спрыгнул прямо на Крыску. Но Ее Величество лишь лениво приподняла голову, поглазела на притаптывающего прямо на ней полянку Игу-угу и опустила обратно на пол. Зверюга прижмурила глаза и засопела. А клыкастый чебурашка натурально зарылся в густую шерсть и, благостно вздохнув, моментально уснул. Красное нитяное гнездо оказалось забыто.

Мы с Люитой переглянулись. Я вспомнила, как моя кошка еще на испытаниях таскала жабу и решила, что все просто отлично. Хотя при знакомстве наши фамильяры сильно повздорили. Шипели и рычали друг на друга, делили пространство, но, слава Силе, не дрались.

После медитации у нас стояла общая физическая подготовка.

— Правило первое, — спокойно, но весомо говорил нам первокурсникам замдекана боевиков магистр Ансгар Рангвальд. Декан боевиков, огромный, лысый, весь в татухах и очень суровый, что-то есть в нем такое, притягательное, в это время гонял парней в нежно-розовых штанах с голым торсом. Это смотрелось забавно, но никто не веселился, атмосфера, которую старательно нагнетали преподаватели, была напряженной.

— Тишина. Правило второе, выполнять приказы без вопросов. Все понятно, — это было сказано с нажимом и утвердительно. — Побежали!

Никто не посмел и пикнуть.

— Бежим пять средних кругов вокруг полигона. 

Я спорт люблю, но не до такой степени. Круги были не средние, а гигантские. Потом была разминка и собственно то, для чего нас привели к боевикам. Магистр Ансгар смотрел умения каждого и записывал, на что способны первокурсники. Большинство уже ни на что не способно. Если только упокоенную нечисть изобразить.

Только двое парней получили от него одобрительный кивок, и преподаватель записал их на дополнительные занятия с боевиками. Один был из артефакторов, второй адепт обитал на факультете водников.

Остальные неровными звездочками попадали на песок и не подавали признаков жизни. У меня болели все мышцы, усталость чувствовалась такая, что не знаю, как поползу в столовую. 

Ко мне смешно перебирая лапами, стараясь казаться незаметной, подползла Крыска. И заглянула в мои уставшие очи. Она показала мне картинку, как я взбираюсь ей на спину.

— Ты моя прелесть заботливая.

— Почему фамильяр не в монстрятнике? — прогремел над головой голос заместителя декана боевиков. 

Я поежилась. А киса моя, словно бессмертная, вскочила на лапы и зашипела совершенно по-кошачьи и вдруг уменьшилась в размерах, теряя шерсть, внушительный оскал и устрашающий вид.

— Хм, это истинный вид? — озадачился мужчина.

— Да.

Я села и пыталась встать, сначала приподнявшись на четвереньки, и только потом осторожно и медленно выпрямилась. Мышцы предательски дрожали.

Лежа говорить совсем неудобно, а стоя шатает будто пьяненькую. Стыдно стало за себя такую хиленькую рядом с этим бугаем накачанным. 

— Впервые вижу такой оборот. Исследования проводили?

— Нет, — я честно испугалась за свою кису и никаких исследований не хотела, но с другой стороны, вдруг это вредно моей вредине. Каламбур однако.

— После занятий подойдите к смотрителю монстрятника, он будет ждать вас с фамильяром. Вот пропуск.

Как не хотела я туда попадать, но придется. Мне в руки лег жетон.

В столовой меня встретила знакомая парочка: эльф Акарион и смесок всех смесков, моя соседка Люита. 

После душа я чувствовала себя намного лучше, знаю, все последствия усиленной тренировки на себе прочувствую завтра. 

В который раз умилилась тарелочкам, вперевалочку спешащим на поднос с крылышками. Прелесть! Улыбнулась в знак благодарности худощавой женщине, если не ошибаюсь, ее зовут мистрис Маика, и это она гоняла дерущихся Крыску и енота. Люита оказалась права, десерт сегодня пирожковый. С ягодами. Я взяла побольше, для перекуса в голодные часы. Как известно, у девушек они наступают непредсказуемо и всегда не вовремя. 

Мне, главное, все в рюкзак положить, там яблоки до сих пор будто только с дерева собраны. Важно не снимать со спины очень ценный заплечный атрибут рассеянного человека, чтобы случайно нигде не оставить. Это я умею, и против воли практикую везде и всюду. Поговорить, что ли, с деканом нашим, вдруг подскажет, как концентрировать внимание для снижения рассеянности. Он молодой и буквально пышет энтузиазмом помочь адептам.

Стоило мне присесть рядом, как и у эльфа, и у соседки одинаково порозовели ушки. Я умилилась, глядя на этих двоих. Они старательно не смотрели друг на друга. А я-то думаю, чего это к нам Акарион зачастил и не просто так. То печенье принесет эльфийского, то конфет. 

Уже в нашей комнате, когда легли спать, Люита прошептала в темноте комнаты:

— Он пригласил меня на изумрудный бал.  

— Изумрудный бал? 

Что за праздник такой, я не знала.

— Да, он проходит после зимней сессии, в новогоднюю ночь.

Значит, и здесь празднуют Новый год. 

— Изумрудный бал — звучит весомо.

— Да, нужно будет придумать платье, — голос подруги звучал все тише и мечтательней.