Как не остаться старой девой, или дело о сорванных свадьбах

— Вечером я неспешно прогуливался возле дома госпожи Тристоун, совершенно расслабленный и безмятежный, когда с дерева на меня свалилась ваша племянница, господин мэр. Разумеется, я, как воспитанный мужчина, не мог позволить упасть ей на землю. Но леди, по всей видимости, кушает слишком много пирожных, поэтому я не удержался на ногах, и мы упали в прекрасные кусты гортензии госпожи Тристоун вместе. Так им и был нанесен непоправимый урон.

Мужчина одернул длинный пиджак и честными глазами уставился на полноватого и чуть лысеющего мужчину в кресле градоначальника.

Врун! Ни слова правды с самого начала.

— Элоиза! Это так? Ты залезла на дерево? — господин Макронат достал из кармана большой носовой платок и нервно промокнул пот с проплешины. — Зачем?!

— Да, дядюшка, — врать я не умела совсем. Ужасная патология, портящая мне жизнь с самого детства. — Я хотела посмотреть, чем занимается госпожа Тристоун.

— Детка, но так же нельзя! Нельзя залезать на деревья, чтобы подглядывать за людьми в окна! Обещай, что больше так делать не будешь, — градоначальник строго воззрился на меня.

— Обещаю, дядя.

— Господин Блэкфайр, вопрос улажен. Идите. Элоиза, останься.

Рейн Блэкфайр склонил голову и, не торопясь, с достоинством, покинул кабинет мэра. Угу, наверняка с помощью артефактов будет подслушивать под дверью. Моих, между прочим! И зачем только я связалась с этим хлыщом?

— Детка! Я понимаю, что все эти события, — дядя нервно пошевелил пальцами в воздухе, — дурно на тебя повлияли. Но пойми, это не повод нарушать приличия!

Нарушать приличия? Что за глупости! Я девушка из благородной семьи, я не позволяю себе ничего лишнего. Но возразить не успела, дядя продолжил:

— Залезть на дерево! Как это вообще пришло тебе в голову? Элоиза Скайфолл, если еще раз повторится что-то подобное, то, боюсь, я буду вынужден обратиться к пресвятой Степаниде. Уверен, там сумеют тебя вразумить.

— Дядюшка! — возмутилась было я, но дядя не стал слушать. Он вообще никогда меня не слушал:

— На этот раз, милая, я говорю совершенно серьезно. Теперь я тоже думаю, что это проклятие. Пять сорванных помолвок и две неудавшиеся свадьбы я еще мог бы пережить, но то, что моя племянница так ведет себя с мужчинами — это уже ни в какие ворота! Или ты скажешь, что не сама спрыгнула на господина Блэкфайра?

— Не скажу, — призналась я.

Про то, что этот господин сам попросил прыгнуть ему на руки, а потом не удержался на ногах, добавить не успела. И нет, это не я полная, это он хлипкий!

— Ну вот, я так и думал. Иди, милая. Это ж надо такое придумать, что хотела подглядывать за госпожой Тристоун, — бормотал про себя градоначальник, углубляясь в бумаги и не обращая на меня больше ни малейшего внимания.

Я вышла, кусая губы от досады. Все ведь было совсем не так! Но если дядя что-то решил, переубедить его невозможно. И все из-за этого вруна! Связалась на свою голову.

— Дядюшка недоволен вами? — обозначенный лжец и пройдоха расслабленно подпирал стену в приемной.

Так и думала, что он никуда не ушел.

— Как и всегда, — призналась я.

— Я так понимаю, что на сегодняшнем провале вы не успокоитесь? — усмехнулся Рейн Блэкфайр.

— Сами же все слышали. Если я не докажу, что никакого проклятия нет…

— Да-да, я помню. Артефакты вашего отца, отказ от стипендии и прямой путь в монастырь к Степаниде. Для вас все это ужасно важно. Но вам не кажется, что идея выйти замуж, чтобы доказать, что проклятий не существует, не самое удачное решение?

Позвольте представить - леди Элоиза Скайфолл, 20 лет от роду, неспособная ко лжи наследница своего отца, так жаждущая знаний. И, видимо, приключений))

Совершеннно равнодушный к ее проблемам господин Рейн Блэкфайр, по убеждению Элоизы циничный врун и хлыщ, с которым она вынуждена иметь дело.

Душечка-дядя, твердо намеренный устроить счастье племянницы, невзирая на досадные обстоятельства в лице самой племянницы

Женихи ждут нас впереди, и мы продолжаем!

Боги, как же тяжело с этим человеком!

Объяснила ему ситуацию при первой встрече, но он все истолковал превратно.

Но другого сыщика у нас в городе просто нет. И этот-то не наш, из столицы пожаловал, и браться за мое дело не хотел, насилу уговорила хотя бы попробовать. Пообещала, что сама все узнаю, а ему только немного помочь надо будет.

А теперь одни проблемы от него.

Но отдавать артефакты, которые остались от отца, я не намерена. Да и стипендия мне самой пригодится, в пансионе не каждая девушка ее получает. И дело не в том, что мне нужны деньги, просто стипендиатов в Севронскую Академию на особых условиях берут. А я именно там хочу учиться, чтобы пойти по стопам своего отца и стать самым лучшим артефактором.

— Дело совершенно не в том, чтобы выйти замуж. Главное — доказать, что никакого проклятия нет. Но давайте уйдем отсюда, а то, не дай Боги, увидят нас вместе в приемной дяди, запишут вас в мои женихи и начнут спасать. Очнетесь наутро женатым, — предложила я мужчине.

— Это возможно? — Брови сыщика поползли вверх.

— Угу, так уже было. С женихом номер пять, — призналась я, нетерпеливо подхватывая мужчину под руку и увлекая за собой.

— Вы не рассказывали. Можно подробнее? — Заинтересовался он.

Да неужели? До этого он всерьез не воспринимал мою просьбу разобраться с этим делом. Пять сорванных помолвок и две свадьбы, явно же  тут что-то не так?

Ладно, признаюсь, первую помолвку я сорвала сама. Ненамеренно. Дядя решил выдать меня замуж и мои доводы, что я хочу учиться, слушать не стал. Он такой у меня, очень решительный. Если чего решил, то не отступит. И нашел мне жениха.

Кандидат был неплохой, не подумайте. Просто он дядин ровесник, даже чуть постарше. Я ему сказала накануне помолвки все, что думаю о будущем браке. А врать я не могу. Патология у меня. Про нее, правда, никто не знает, кроме самых близких, но они молчат.

Объяснила, что леди моего возраста в браке со столь зрелыми мужчинами положено заводить молодых любовников. И, поскольку я за честные отношения, то скрывать этого не буду, о чем и предупреждаю заранее. А еще мы подпишем документы, что на время учебы в академии я освобождаюсь от всяких брачных обязательств, в том числе по исполнению супружеского долга и рождению детей. И еще про имущество добавила, что собираюсь на шее мужа сидеть, а свое наследство сестре отдать.

Оно ей правда нужнее, Амалия зельевар и помогает в моей деликатной проблеме. А исследования в этой области денег стоят, как и ингредиенты.

После моих откровений господин Антоний передумал жениться и написал об этом дядюшке. Что, дескать, тот ненадлежаще меня воспитывает, и леди моего положения так вести себя не должна.

Дядя не расстроился, он согласился с тем, что кандидат оказался староват и жаден, и подобрал мне другого жениха.

Это был тихий спокойный юноша, из благородной семьи, как и я. Студент одной из магических Академий. Я была не против замужества, тем более, что Васил Вессан согласился на мои условия. Мы даже о помолвке объявить успели и назначили дату свадьбы. Но накануне он участвовал в магической дуэли и серьезно пострадал. А потом оказалось, что дуэль была из-за однокурсницы, с которой у парня давняя любовь. Не разбивать же влюбленную пару.

После третьей сорванной свадьбы, которую разорвал дядя, потому что жених еще не прошел обряд, но уже поставил на кон мое приданое, стали шептаться о проклятии.

После четвертого раза выдать меня замуж, когда жених упал с лошади и разбил голову, пошли слухи, что я проклятая невеста, у которой женихи умирают один за другим.

Пятого моего жениха местные дамы решили спасти от «страшной участи». Спасли. Напоили, и очнулся он женатым. К счастью, не на мне.

Но слухов это не остановило, и за моим именем закрепилась слава Черной невесты, отправляющих претендентов на руку и кошелек на тот свет. Хотя я ни одного из них и пальцем не трогала.

И к исчезновению шестого тоже не причастна! Мы даже познакомиться не успели толком. Дядя объявил, что нашел подходящую кандидатуру, а жених исчез. Причем на помолвку он собирался и даже из дому вышел. Но не дошел.

— Так вы все-таки беретесь за мое дело? — спросила я сыщика, ведя его служебными коридорами прочь из ратуши и не спеша делиться подробностями моей личной жизни. — Тогда сначала подпишем договор о конфиденциальности.

А то всякое бывает — ты ему как на исповеди все расскажешь, а он тебя на смех поднимет и при всем честном народе опозорит. Такое тоже было.

Я когда поняла, что дядюшка не успокоится, пока меня замуж не пристроит, к отчиму пошла. Он хороший мужчина, спокойный, надежный и основательный. И хоть матушке не ровня, но очень ее любит и бережет от всяких волнений. И совет дельный всегда даст.

Он посоветовал мне самой жениха найти. Фиктивного. И договориться с ним о помолвке, чтобы дядя успокоился. А где я его найду, если я в пансионе учусь? У нас там с женихами не густо. Я к однокурсницам обратилась, они к своим подругам, так меня и познакомили с парнем.

Я сразу честно сказала, что замуж не хочу, а помолвка будет только для отвода глаз. Он согласился. Потом стал на свадьбе настаивать. Я не хотела, но дядя сказал, что надо.

А на церемонии Корин, когда прочитал договор, устроил скандал, что ему за проклятую невесту мало предложили. Говорил, что нужна доплата, начал ругаться, руками махать и чуть в драку не полез. Хотя до этого вроде спокойный был. И тогда господин Мартин Микулс, мой отчим, успокоил парня заклинанием для лошадей и других животных. Просто он не любит, когда матушка нервничает, и всегда за то, чтобы все тихо и мирно проходило. А гости возмутились, зашептались, а потом и открыто говорить стали:

— Проклятая! Проклятая!

Мне обидно было до слез, но я сдаваться не привыкла:

— Проклятий не существует! — заявила. — Это все выдумки и бабушкины сказки.

И тут женщина какая-то вперед вышла, пальцем в меня ткнула и заявила:

— Не ври, деточка! Все знают, что семейку вашу Шарлотта Халис прокляла. Это ее колдовство. Так что тебе сначала надо к ней на поклон сходить, прощение вымолить, а потом уже женихов искать. А не то так старой девой и останешься.

Да кто ж против старой девой-то остаться? Я только «за»! Спокойно тогда в Академию поступлю и буду жить по своему разумению.

Но кто бы мне это позволил… Дядюшка, до этого со скорбным видом взиравший на жениха, временно прикорнувшего у него на руках после заклинания отчима, перевел взгляд на меня:

— Нет уж, такого позора я не потерплю, — сказал тихо, чтобы только я слышала. — Немедля отправлю к пресвятой Степаниде. Чтобы все поняли, что это Боги от тебя женихов отводят, потому что ты им предназначена.

Тут я не выдержала:

— Нет никаких проклятий, — сказала громко, обращаясь к женщине. — А вы специально наговариваете, чтобы клиентов к ведьме завлечь.

Тетка хотела ответить, даже рот открыла, но ей матушка ей что-то тихо шепнула, и та сдулась.

Гости стали расходится, а меня окружили однокурсницы. Девочки подбадривали и говорили, чтобы я не расстраивалась, и что они не виноваты, что жених такой ужасный оказался. Только так и не смогли вспомнить, откуда он взялся. Вроде чей-то знакомый, а чей — непонятно. Я уже подумала, что все закончено, как из толпы раздался писклявый голосок:

— Не в женихе дело, это невеста некачественная!

— Скажи еще, проклятая, — закусилась я. Голосок этот я узнала. Это была Рина Пиркуль, моя вечная соперница.

— И скажу! — заявила девица, выходя вперед и вставая напротив меня. — Ты Черная Невеста.

— Неправда! — сказала твердо. — Я пока никого не убила. Это просто случайность.

— Случайность? Да ты год уже замуж выйти пытаешься и никак до алтаря не дойдешь! Признай, что это проклятие.

— Нет! Я докажу. Выведу эту ведьму Шарлотту Холис на чистую воду и до осени выйду замуж, — пообещала я.

Я правда тогда на все готова была, потому что с клеймом проклятой в столицу мне путь заказан был бы.

— Пари! — тут же вякнул очнувшийся несостоявшийся жених.

— Пари! — поддержала его Рина Пиркуль.

Вот так я и оказалась в этом переплете…

***

Дорогие читатели! Рада видеть вас в новой истории! Если она пришлась вам по душе — не скупитесь на "лайк", они греют сердце автора))

Напоминаю, что история пишется в рамках Литмоба ВЕЧНАЯ НЕВЕСТА

Мы с авторами приглашаем вас в мир, где любовь – это вызов, свадьба – испытание, а сердце выбирает не разумом, а самой магией судьбы. Вас ждут захватывающие истории о героинях, которым суждено найти свою любовь, несмотря на все преграды!

https://litgorod.ru/books/list?tag=16073

Жених № 1. Оказался немолод и прижимист. Хотя я думаю, что Элоиза - просто не его типаж.

Жених №2 Скромняга студент. Влюблен, но увы, в другую.

Жених №3. Особо ценит в женщинах их приданое.

Жених №4. Всем хорош. Но упал с лошади и... струсил.

А остальных красавчиков увидите уже вечером! Следите за новостями!

Мужчина искривил губы в насмешливой гримасе и сказал:

— Если вы так настаиваете, леди Элоиза Скайфолл, то давайте заключим договор. Изволите в контору пройти или домой вас доставить, чтобы вы себя в порядок привели?

И он демонстративно вытащил у меня из волос стебель гортензии. Это я в таком виде по городу разгуливала? Ужас!

Зато господин Блэкфайр, как всегда, чистенький и выутюженный. Даже синяка нет, что вдвойне обидно. В пансионе его бы точно всем юным леди в пример ставили. Если бы он леди был. Но он для девочки слишком долговяз. Хотя занудства у него поболее, чем у леди Пиркуль будет. Они бы идеальной парой были с нашей заучкой-всезнайкой.

Да вот только не светит ей моя стипендия! Я все равно ведьму их прикормленную разоблачу.

Жаль, что сегодня ничего не вышло. Я узнала, что госпожа Тристоун Шарлотту Халис к себе пригласила, вот и хотела узнать, как ведьма почтенную госпожу за нос водить будет. И надо-то было всего лишь на подоконнике артефакт следящий разместить. Да только кое-кто делать это наотрез отказался, заявив о неприкосновенности частной жизни.

Пришлось самой. Из мужской одежды я только штаны раздобыла, их под платье надела и полезла на дерево. Но подолом за сучок зацепилась и застряла. А этот сыщик прыгать вниз ему на руки велел.

Кто же знал, что он такой слабосильный окажется и со мной в кусты упадет? А старенькая компаньонка госпожи Тристоун как раз на улицу выйдет, нас за хулиганов примет и панику поднимет? 

Почтенная госпожа Тристоун выскочила на шум и первым делом бросилась проверять свои гортензии. А зрелище там вообще не радостное.

И ведь говорила мужчине, что бежать надо, добром это не кончится, потому что госпожа Тристоун хоть дама уважаемая и в почтенном возрасте, но прыти у нее поболее, чем у молодых будет. А еще она отборно ругается и палкой, что саблей, орудует.

Но Рейн Блэкфайр как баран уперся и ни с места. «Надо, — говорит, — хозяйке дома извинения принести и ущерб, вами принесенный, компенсировать».

Мной, вы понимаете? Будто я сама себя в кусты уронила.

А госпожа Тристоун за свои гортензии кого угодно поломает, крепкая она старушка, только с виду безобидная. Цветы у нее лучшие в нашем городке, самые пышные и цветут с мая по октябрь. Госпожа Тристоун лично новые сорта выводит и на всех выставках за это награды получает. Поэтому у нее цветочек сорвать — на себя смертельный гнев навлечь, а уж такое богохульство допустить…

Но пришлый сыщик в тонкости душевной организации пожилой дамы вникать не захотел, меня слушать не стал, а решил деньгами дело замять. 

Ну-ну, сам виноват! Я за спину ему спряталась и уши развесила.

У меня отчим человек не из благородных, зарабатывает тем, что лошадей разводит. Так он крепким словом приложить работников очень качественно может. Но так затейливо словесные кружева из ругательств выплетать как госпожа Тристоун, не умеет. Заслушаешься. 

Вот и господин сыщик заслушался, и удар клюкой пропустил. Упс, забыла предупредить его, что старушка мастер фехтования, это ее вторая страсть после гортензий.

Потом на шум и крики стражи подоспели, и меня вместе с сыщиком в ратушу отвели, обвинив в нападении на гортензии. А там этот недостойный и лживый тип представил все так, будто он не при чем.

— А еще вы сзади подол порвали, — добивал меня мой спутник, пару минут назад бросивший бедную девушку на произвол судьбы и дяди. — И испачкали.

Хоть в голос вой от такой несправедливости! Но благородным леди выказывать чувства не положено, если директрисе донесут, она дядюшке отпишет,  а у него в некоторых вещах слово с делом не расходится. 

— Домой, переодеться, — уныло согласилась я, осматривая испорченное платье.

— Я так и думал, — кивнул мой отвратительный напарник в неудавшейся слежке, сделал жест рукой, и платье приняло первоначальный вид. 

У-у-у, противный маг! Я тоже так могу, только мне надо будет платье снять разложить, сосредоточиться, вспомнить заклинание… Ладно, не вспомнить, а в конспектах посмотреть, потом долго-долго мучиться, и в итоге у меня непременно что-нибудь получиться. С вероятностью в семьдесят процентов. 

Но это все равно больше, чем у Рины, поэтому стипендия моя, и я ее не отдам!

— А почему вы сразу так не сделали? — спросила, разглаживая платье и проверяя, не застряло ли у меня в волосах еще что-нибудь постороннее.

— Вы забавно выглядели, решил, что и другие должны видеть это, — сознался сыщик.

Я знаю, что леди моего положения не ругаются. И даже слов таких мне знать не положено. Мама вообще думает, что я, как и она, нежная утонченная леди, и не в курсе, что я провожу время с отчимом, помогая с лошадьми. 

Но госпожа Тристоун сегодня существенно пополнила мой лексический запас, поэтому вместо того, чтобы, как водится, считать про себя до пятидесяти пяти, я вспоминала новые, особо заковыристые обороты. 

Так молча и пошла прочь из ратуши, пока дядя еще чего не придумал.

— Я весь во внимании, — сказал господин Блэкфайр, когда мы снова оказались в его которе. — Готовы ли вы поведать свою душещипательную историю? Я начну: вы хотели нанять меня, чтобы доказать, что госпожа Шарлотта Халис — никудышная ведьма и не могла наслать проклятие. Даже решили проследить за ней и втянули в это меня. Впрочем, все это закончилось неудачно и никаких доказательств вы не добыли. 

— Вообще-то добывать доказательства — ваша задача, — возразила я. — Я для этого вас и наняла.

— Хотели нанять, — поправил этот педант. — Но я согласия не давал. Вы втянули меня обманом и хитростью.

«Да я вообще врать не умею!» — хотелось сказать мне, но… Это тайна моих близких, и даже дядю мы в это не посвящали. Он и так помог нам с мамой, когда мы приехали в этот городок на краю королевства, так зачем ему лишние волнения?

Здесь когда-то родились, выросли и познакомились мои родители. Потом переехали в столицу. Мама была из благородного сословия, а папа нет, но он был целеустремлен и талантлив и изобрел множество артефактов. За заслуги перед Отечеством ему пожаловали титул и весь королевский двор записывался к нему в очередь. Но однажды папа пропал, а мы с мамой переехали из столицы в Балифер. 

Как положено юным благородным леди, я отправилась учиться в пансион, и матушка стала отдаляться от меня, все больше погружаясь в свои мысли и заботы. Тогда дядя выдал ее замуж за хорошего человека. Господин Мартин Микулс был хоть и без дворянского титула, но репутацию имел человека приличного и порядочного, к тому же при деньгах. 

Его семья приняла меня с открытым сердцем, и я отвергать новых родственников тоже не стала. Дочь дяди Мартина от первого брака стала мне сестрой. Амалия удивительная — чуткая, внимательная и очень умная, она одной из первых поняла, что со мной что-то не так, и стала помогать мне. 

Еще сестренка очень и очень талантлива, поэтому, когда мне исполнится 21 год и я смогу распоряжаться наследством отца, я обязательно передам его ей. А сама поступлю в Севронскую Академию Боевых и Защитных Чар, как папа. Вот только маме надо об этом как-то сказать, потому что когда я начинаю разговор об этом, у нее обычно случается мигрень или портится настроение, и отчим строго настрого запретил даже поднимать эту тему. Но ничего, у меня еще есть год, и, если у меня будет стипендия, то мне точно пришлют приглашение. Тогда матушка не сможет возразить и уйти от разговора!

— Я только сказала, что если вы не согласитесь, то сама отправлюсь следить за ведьмой! — возразила я. — И отправилась же.

— А когда я сказал, что вы не сможете ничего услышать, пообещали влезть на дерево. Я не мог пропустить такое зрелище, кто же знал, что под юбку вы наденете мужские кюлоты, — цинично признался мужчина в своих грязных мотивах.

— Ну знаете… — только и смогла сказать я, когда этот хам меня перебил:

— Знаю. Вы просто маленькая избалованная девочка, которой нечем заняться на каникулах. Но я готов помочь вам доказать, что госпожа Халис действительно ведьма. 

— Но мне не надо доказывать, что она ведьма! — В отчаяньи сказала я. — Мне надо доказать, что она НЕ ведьма и не могла проклясть меня.

— И почему же вы так в этом уверены? — спросил мужчина, поглаживая подбородок сцепленными пальцами.

Да потому что отец позаботился об этом! Он был самым лучшим артефактором нашего королевства и создал артефакт абсолютной защиты от темной магии. Это был заказ для кронпринца, но папа первый экземпляр сделал для меня. Это был наш секрет, о котором я не должна была никому говорить. Нельзя, чтобы кто-то думал, что я защищена не хуже, чем отпрыск королевской семьи, а может и лучше. 

— На последней церемонии одна женщина открыто превозносила Шарлотту Халис, говорила, какая она сильная ведьма и что только она может снять проклятие. Предлагала всем прийти к ней и убедиться лично, — ушла я от ответа. Я врать не могу, но отвечать на неудобные вопросы не обязана. — Я уверена, что это сама госпожа Халис подослала ее. И даже думаю, что они сговорились с Корином и Риной, чтобы спровоцировать эту ситуацию. Им всем это выгодно. Рина хотела стипендию, мы с ней равны по баллам, но уровень раскрытия и контроля магии у нее ниже моего. Сорванная свадьба могла бы лишить меня контроля и даже снизить магический потенциал. Корин рассчитывал на компенсацию, а ведьме была нужна реклама. Как видите, у них все получилось. Во всяком случае, у госпожи Халис появились более солидные клиенты типа госпожи Тристоун.

— Но, по вашим словам, это не первая сорванная помолвка. Были еще. И несколько раз сорвались свадьбы, — расспрашивал меня сыщик. Наконец-то он перестал рассматривать меня, как назойливую муху, а достал блокнот и принялся делать пометки.

— Да, весь последний год дядя пытался выдать меня замуж. Но у меня так и не получилось дойти до алтаря, — я сложила руки на коленях и приготовилась рассказывать все с самого начала.

— А вы очень хотели? — вместо этого спросил меня мужчина.

— Боги, да говорю же вам, нет! Я хочу поступить в Севронскую Академию, и муж мне ни к чему. Но сейчас у меня просто нет иного выхода, как выйти замуж.

Рейн Блэкфайр приподнял бровь, и мне пришлось рассказать про спор с Риной.

— И где вы собираетесь за это срок найти жениха? — спросил мужчина, выслушав меня. 

Я замялась. Рассказывать не хотелось, но без помощи мне не справится. 

— Вообще, есть у меня кое-кто на примете…

"Спасенный" от страшной кары быть женатым на Элоизе жених номер пять. Ну хорошенький же, согласитесь!

Жених №6, тот, что ушел и не вернулся. Слишком свободолюбив, видать, оказался...

Жених номер 7, согласившийся на фиктивный брак и подбивший героиню на пари.

Ну и потенциальный жених №8, краш Элоизы, про которого мы узнаем уже завтра!

В общем все они такие разные, но увы, ни с одним из них у Элли пока не сложилось. Так кто же он, ее судьба?

Мы познакомились случайно в городской библиотеке, когда на выходных я отправилась туда, чтобы почитать про защитные чары и артефакты.

Магия у девушек стабилизируется только после полного совершеннолетия или после замужества и рождения ребенка, поэтому в пансионе у нас только книги по бытовым чарам, считается, что юным леди этого достаточно для их же безопасности. Нас учат применять силу, но под присмотром наставниц, и только в самой необходимой мере.

Но я не собираюсь ограничиваться бытовой магией, я хочу учиться дальше! А для этого этого недостаточно иметь хорошие баллы в пансионе и получать стипендию. Лучшим ученикам академии присылают приглашения принять участие во вступительных испытаниях, но и там нужно доказать, что ты чего то стоишь и достоин учиться на выбранном факультете.

Поэтому, когда я приезжаю на выходные домой, то хожу заниматься в библиотеку.

Однажды там ко мне подошел молодой человек. Разговорились. Он сказал, что, как и я, планирует поступать в Севронскую академию боевых и защитых чар на факультет артефакторики. Мы обменялись кодами шкатулок и стали переписываться. Симон не набрал в прошлом году нужных баллов на испытании и готовился, чтобы поступить в этот раз. Я помогала ему с теоретическими вопросами. В практике я к сожалению, помочь не могла, да и у парней обычно нет с эти проблем, их магия стабилизируется к 14-15 годам. А теорию я отлично знала, уж всяко лучше, чем Рина-зазнайка. Я ведь папины труды с четырнадцати лет наизусть выучила. Отец отдал их мне, когда понял, что меня защитные чары куда как больше бытовых интересуют. Только просил по мере сил сохранять это в тайне, потому что матушка моего интереса не разделяла, ну и не передавать никому, чтобы его разработки в семье остались.

Но я и не думала с кем-то ими делиться. Дяде так внезапно идея меня замуж отдать пришла, и он начал женихов искать, что с церемониями помолвок и свадеб, а еще смотрин и званых ужинов как-то задуматься об этом и времени не оставалось.

Я ведь с Симоном познакомилась, когда уже предыдущую помолвку заключила, так что единственному парню, который разделял мою страсть к артефактам, ничего предложить не могла. Просто дружеская помощь и переписка.

Но сейчас-то все изменилось! Свадьба сорвалась и мы сможем общаться ближе. Симон намекал, что не против видеться чаще и говорил, что всегда хотел видеть рядом с собой такую девушку, как я. В ближайшее время я собиралась написать ему, чтобы встретится и обсудить это. Так что будем считать, что жених у меня почти есть. Но надо позаботиться, чтобы он никуда до свадьбы не делся.

Обо всем этом я и рассказала сыщику.

— То есть вы виделись всего один раз? И он про ваши намерения записать его в женихи не знает, — подвел итог мужчина.

Подумала и кивнула, соглашаясь. Получается, что Симон пока о моих планах не знает. Но я исправлю это в ближайшее время. Надо только дать ему понять, что я не против.

— А ваши родные в курсе? — спросил Рейн Блэкфайр, продолжая разглядывать меня, как нечто досадное и неуместное в его кабинете.

Мы познакомились случайно в городской библиотеке, когда на выходных я отправилась туда, чтобы почитать про защитные чары и артефакты.

Магия у девушек стабилизируется только после полного совершеннолетия или после замужества и рождения ребенка, поэтому в пансионе у нас только книги по бытовым чарам. Считается, что юным леди этого достаточно для их же безопасности. Нас учат применять силу, но только в самой необходимой мере и под присмотром наставниц.

А я не собираюсь ограничиваться бытовой магией, я хочу учиться дальше! Для этого нужно иметь хорошие баллы в пансионе и получать стипендию. Лучшим ученикам академии присылают приглашения принять участие во вступительных испытаниях, и там нужно показать, чего ты стоишь и достоин ли учиться на выбранном факультете.

Поэтому, когда я приезжаю на выходные домой, то хожу заниматься в библиотеку.

Однажды там ко мне подошел молодой человек. Разговорились. Он сказал, что, как и я, планирует поступать в Севронскую Академию Боевых и Защитных чар на факультет артефакторики. Мы обменялись кодами шкатулок и стали переписываться. Симон не набрал в прошлом году нужных баллов на испытании и готовился, чтобы поступить в этот раз. Я помогала ему с теоретическими вопросами. В практике я, к сожалению, не сильна, да и у парней обычно нет с этим проблем, их магия стабилизируется к 14-15 годам. А теорию я отлично знала, уж всяко лучше, чем Рина-зазнайка. Я ведь папины труды с четырнадцати лет наизусть выучила. Отец отдал их мне, когда понял, что меня защитные чары куда как больше бытовых интересуют. Только просил по мере сил сохранять это в тайне, потому что матушка моего интереса не разделяла, и не передавать никому, чтобы его разработки в семье остались.

Я и не думала с кем-то ими делиться. Дяде внезапно пришла идея отдать меня замуж, и он начал искать женихов. Так что с церемониями помолвок и свадеб, а еще смотрин и званых ужинов даже задуматься об этом времени не оставалось.

С Симоном я познакомилась, когда уже очередную помолвку заключила, так что единственному парню, который разделял мою страсть к артефактам, ничего предложить не могла. Просто дружеская помощь и переписка.

Но сейчас-то все изменилось! Свадьба сорвалась, и мы можем общаться ближе. Симон намекал, что не против видеться чаще, и говорил, что всегда мечтал иметь рядом с собой такую девушку, как я. В ближайшее время я собиралась написать ему, чтобы встретиться и обсудить это.

Так что будем считать, что жених у меня есть. Осталось позаботиться, чтобы он никуда до свадьбы не делся.

Обо всем этом я рассказала сыщику.

— То есть вы виделись всего несколько раз? И он про ваши намерения записать его в женихи не знает, — подвел итог мужчина.

Подумала и кивнула, соглашаясь. Получается, так. Но я исправлю это в ближайшее время. Надо только дать ему понять, что я не против помолвки.

— А ваши родные в курсе? — спросил Рейн Блэкфайр, продолжая разглядывать меня, как нечто досадное и неуместное в его кабинете.

На миг я и правда ощутила себя глупой и недалекой со своими детскими мечтами.

— Я понимаю, что вы можете счесть меня легкомысленной, раз я готова выйти замуж за первого встречного, — я взяла себя в руки и попыталась объяснить свою позицию. — Но у меня есть для такого поступка две причины. Во-первых, дядя не отступится, я хорошо его знаю, если он что-то решил, то непременно доведет дело до конца. А брак для меня предпочтительней, чем опека Степаниды. Там я ничем не рискую.

Мужчина снова что-то пометил в блокноте и попросил, махнув в мою сторону кончиком пера:

— Поясните.

— После некоторых событий отчим подготовил брачный контракт, по которому жених сможет распоряжаться моим приданым только спустя год после обряда, — принялась объяснять я. — В течение этого времени брак может быть расторгнут в одностороннем порядке. И даже на исполнении супружеских обязанностей стороны не могут настаивать. Так что материально я ничем не рискую. Еще есть несколько дополнительных соглашений, которые касаются того, что я хочу учиться в Академии, и в случае моего поступления туда муж не будет препятствовать этому, и про то, что он не имеет права распоряжаться имуществом, доставшемся мне в качестве наследства от отца.

— А наследство и приданое у вас не одно и тоже? — сыщик старательно записывал за мной. — И где я могу увидеть эти соглашения?

— Приданое за мной дает отчим, он человек обеспеченный. Плюс мои дети получат титул моего отца, хоть я и не ношу сейчас его фамилию, но он наследуемый. А наследство только мое, мама сразу подписала все документы, что она будет распоряжаться им только до моего совершеннолетия или замужества, — терпеливо объясняла я.

— Или пока вы не перейдете еще под чью-либо опеку, например Степаниды, — заметил мужчина. — Вы все продумали. А как же любовь?

— Любовь — это прекрасно, но диплом артефактора лучше, — уверено сказала я. — И это вторая причина, почему я хочу выйти замуж — для хорошей учебы нужны стабильная магия и полностью раскрывшийся дар.

— Странная вы девушка, Элоиза. В вашем возрасте принято думать о женихах.

И кто тут из нас двоих странный?

— Я как раз о них и думаю. Так что, поможете мне доказать, что ведьма все придумала про проклятие и выйти замуж за Симона?

Сыщик вскинул глаза к потолку, постучал кончиками пальцев друг по другу, а потом заявил:

— Нет!

— Нет? Но почему? — возмутилась я.

— Госпожа Шарлотта Халис — действующая ведьма, у нее есть лицензия, и все взносы она своевременно платит. Обвинять ее в профессиональной непригодности крайне безрассудно с вашей стороны. Ведьмы мстительны и способны доставить много неприятностей, при том, что они активно поддерживают друг друга, — Рейн Блэкфайр наставительным тоном принялся растолковывать мне азбучные истины. — К тому же я полагаю, что след ее проклятия мы на вас, скорее всего, найдем, что только подтвердит версию того, что это ее рук дело.

Я только и могла рот открывать и закрывать от возмущения.

— Проклятия запрещены на территории Данерии! Это подсудное дело! — возмутилась я.

— Не в этом случае, — покачал головой мужчина. — Еще его Величество Айвен Второй признал право ведьм на месть. Это положение до сих пор не отменено. Разве в пансионе вам не преподают право?

— В пансионе нас учат красиво манжеты гладить и пятна выводить. А еще гладью вышивать. Хотите, монограмму на платочке вышью? — огрызнулась я, пытаясь понять, за что Шарлотта может мне мстить.

Мы переехали в Балифер, город на краю Данерии, семь лет назад, мне тогда было 13. Перейти дорогу ведьме я никак не могла, они принципиально не колдуют против детей, у них свои убеждения, что такое можно и что такое нужно.

В четырнадцать наступает первая магическая зрелость, в это время у детей проявляется дар. Только у мальчиков он сразу раскрывается, и после этого их учат магии и контролю над силой, а у девочек он то появляется, то исчезает, могут случаться как резкие вспышки силы, так и затухание вплоть до полного угасания. Поэтому девочки изучают магию в теории, а чары используют под присмотром. И учатся самоконтролю, потому что из-за скачков магической силы у девочек может резко меняться и эмоциональное состояние. Ну или наоборот, ученые до сих пор не могут ответить, как связаны эти два фактора.

У мамы спокойный ровный дар, и сама она обычно невозмутима и доброжелательна. Вот только из столицы нам пришлось уехать после того, как мама сожгла чей-то дом. Говорят, под влиянием сильных негативных эмоций. А леди проявлять эмоции таким возмутительным способом не положено, так что мы покинули столицу еще и поэтому. Мне подробностей никто не рассказывал, а сама я мало помню, что тогда произошло, слишком из-за пропажи отца переживала.

Так вот, переехали мы из Севрона в Балифер, мне исполнилось 14, и у меня стал проявляться дар. Но с нестабильными магами ведьмы тоже предпочитают не связываться, потому что тут надо ювелирную точность применять, чтобы чары наложить, а ведьмы расчетами пренебрегают. Они от души сначала сотворят что-нибудь, а потом уже думают, к чему это у них вышло. Да и не встречались мы с Шарлоттой, я просто знала, что есть тут местная ведьма, и всё.

Потом меня в пансион отправили, а там с ведьмой пересечься шансов вообще не было. На выходные я домой, правда, возвращалась, но и здесь я или в библиотеке, или дома, или у отчима на конюшнях. Так что случайно на эмоциях Шарлотта проклясть меня не могла. Как минимум проклятие не легло бы, на мне же защита отца. Если только ведьма специально караулила и вскрывала ее? Но тогда повод должен быть веский, и времени это потребовало бы немало.

— Хочу, — опередил мой вопрос о том, как это может быть, что на мне проклятье, сыщик.

— Что хотите? — не поняла его я.

— Монограмму.

— Какую монограмму?

— Вы же сами предложили мне вышить монограмму на платке. Я согласен, вышивайте, — насмехался надо мной мужчина.

— Да не буду я вам вышивать никаких монограмм! — возмутилась я. — С чего бы это? Пусть вам жена вышивает или невеста, или кто там у вас есть. Мне и так есть чем заняться. Вы лучше скажите, с чего вы взяли, что на мне какие-то ведьмовские чары найдут? Шарлотте просто не за что мне мстить.

— Ну так речь, скорее всего, и не о вас. Для подобных заявлений у госпожи Халис должно быть основание. Так что, если хотите, можем выяснить, кто из ваших родных не угодил ведьме, — предложил мужчина.

Это совсем не то, на что я рассчитывала! Но, с другой стороны, господин Блэкфайр прав. Просто потоптаться по репутации ведьмы — потом гадостей не оберешься. У них же в дело сразу Ковен вступает. Проклясть они меня, может, и не смогут, а вот начать распускать слухи, настраивать против нашей семьи окружающих и выставить источником всех бед — это всегда пожалуйста. Мне в общем-то все равно, но может пострадать дело отчима, а этого нельзя допустить. От этого зависит благосостояние матушки и Амалии.

К тому же, пока мы разбираемся с делом ведьмы, могут вскрыться еще какие-нибудь обстоятельства. Потому что не верю я, что может сорваться пять помолвок и две свадьбы на пустом месте! И в проклятие я не верю, значит, надо искать причину. Я бы и сама могла, но родственники точно будут против такого моего расследования, особенно дядя, он мной и так недоволен. Так что у столичного сыщика в этом плане преимущество. У него больше свободы и возможностей.

А я пока сосредоточусь, чтобы свадьба с Симоном не сорвалась. Но сначала надо как-то парня подтолкнуть, чтобы он мне официальное предложение сделал, а то кто знает, когда он на что-то решится, а мне ждать некогда, лето не вечное и каникулы тоже. А может…

Оглядела мужчину внимательно. Староват, конечно, ему, наверное, за тридцать уже или около того, но для дела сгодится. Говорят, что если парень видит девушку с другим, то у него инстинкт собственника включается. Так или нет, не знаю, но проверить-то можно, вдруг сработает?

Я протянула руку и сказала:

— Хорошо, господин Блэкфайр, я согласна нанять вас для расследования этого дела! Но с одним условием, — тут я немного замялась, потому что предложение очень уж неприлично должно было прозвучать. Но отступить я не могла, на кону стояло мое будущее. — Вы изобразите моего парня перед Симоном Бетармином.