❤️ Как (раз)очаровать дракона лапками ❤️

  ❤️ Добро пожаловать в продолжение истории про Эльку, она же Элеонора, и дракона Ланса, которому не повезло обрести бракованную спасительницу. Герои чудят, вредничают. Злые ведьмы магичат, а злодейка... Злодейка пока торжествует и готовится к свадьбе. Итак, поехали...
Если что, первая часть истории
                                               

Характер у меня нордический, выдержанный, но сидя на ветке и обмахиваясь хвостом, как пропеллером, я костерила дамочку, заманившую меня в Аурм под предлогом спасения Ланса, вдоль и поперёк, не выбирая выражений. И себя тоже.

Да я в детстве была умнее: не доверяла незнакомым людям. И вот меня, рассудительную, самодостаточную личность с высшим образованием, с идущей в гору карьерой, ослепила любовь. Я понеслась за бабочками в животе и теперь пытаюсь поймать разбегающихся таракашек в усатой голове. Кстати, кто я теперь? Неужели белый пушистый зверёк, что пришёл в гости с севера, чтобы окончательно довести Ланса до сердечного приступа?

Дракону своих неприятностей хватает, а тут я вернулась в образе мохнатой красотки. Обрадуется ли он мне такой? И вообще, ждёт ли меня?

«Конечно, да!» – уверенно ответила себе, в неудобной распластанной позе держась за макушку качающегося дерева и молясь, чтобы не упасть, иначе не соберу костей.

Там за высокой оградой явно какое-то пиршество, очень уж вкусно пахнет. Также ветер доносит звуки музыки… Смущает только, что, если ждут меня, то плохо ждут и совсем не печалятся по поводу моего опоздания!

Возможно, мне надо скорее прийти в тот особняк. Но не в таком же виде!

Эх, попадись мне «Мальвина» в розовой шляпке. После моей благодарности причёску она точно поменяет на более практичную, укороченную и прореженную. А шляпку сменит на вуаль, чтобы скрыть нанесённые «тени».

От негодования бросило в жар.

М-да. Не так я представляла возвращение в Аурм. Но раз вернулась, надо действовать – найти Ланса.

Жди, любимый дракон. Я иду к тебе!

***

Пока приходила в себя, придумывала, как сбежать от злобной псины, та устала ждать и ушла сама.

Ликуя, я заёрзала на ветке и едва не потеряла равновесие. Спас хвост, улучшивший балансировку тела. Хоть какой-то бонус от магического апгрейда, но лучше бы ко мне вернулся человеческий облик. Вот только солнце садилось за горизонт, а когти, шерсть, усы и хвост оставались при мне. Ни шерстинка не отпала, ни одна вибрисса, хотя в надежде избавиться от «шубы» я тёрла лицо, руки, грудь. Даже пыталась выщипывать.

Коготки, конечно, зачётные: остренькие, аккуратные, беленькие. Шёрстка шелковистая, на зависть всем. Хвост пушистый, роскошный. Усы торчат во все стороны. Только что делать с этим обрушившимся на голову «богатством»?

Убедившись, что пёс ушёл, я стала осторожно спускаться по шершавому стволу векового исполина, пахнувшего смолой и мхом.

Верхушка раскачивалась, поскрипывала. У меня от страха сердце уходило в пятки, то есть в лапки. А когда на нос приземлился паучок, я заверещала во всё горло и съехала по стволу на пару метров, поранив живот.

Потом, чтобы меньше бояться, решила не смотреть вниз и думать только о нашей грядущей встрече с Лансом.

Представила, как явлюсь к нему, женщина мечты, с обросшей шерстью ножками, попкой, с усиками. Он схватится за сердце, возможно, даже всплакнёт. Увы, не от радости встречи и умиления. Хотя… Ланс уже привык, что я попадаю в неприятности. Быть может, в этот раз тоже спасёт – и я вновь стану человеком…

Ступив на землю, молнией нырнула в разросшуюся траву и, стараясь не попадаться никому на глаза, побежала вдоль аллеи.

Со стороны меня не видно. Вот только и я не вижу, куда бегу сквозь заросли. Душистый запах травы после дождя и влажность настолько сильны, что я потеряла запах особняка, сбилась с пути и, наткнувшись на овраг, кубарем слетела в него, угодив в ручеёк.

Налетел рой мошкары, но защитила густая шёрстка. Вот только я испачкалась.

Вытерев лапки о траву, собиралась пойти дальше, да заметила в тёмной глади ручейка отражение кустов, неба, стрекоз… Подошла ближе, встала лапками на гладкий камень, заглянула в воду и ахнула. Настолько взбудоражило открытие…

В сумраке тенистого оврага я отчётливо разглядела очертания белой кошечки с большими, испуганными глазами. Если это я, то я само очарование, настоящая блондинка с дымчатыми подпалинами. Внешность на десять из десяти. Но… кошачья!

Схватившись за голову, я закрыла глаза и горестно взвыла.

Почему? За что?

Сразу вспомнился надрывный крик Чёрной Кошки в доме Джента Фарри: «Ты должен сдохнуть и забрать своё проклятье с собой, освободив меня!» На что Ланс ответил: «Обязательно, дорогая Барелия. Тебя заберу с собой».

Тогда я пропустила эти слова мимо ушей, поддавшись горю расставания, но теперь… Теперь они обрели смысл.

Ланс и та Кошка не только были знакомы, но и связаны проклятьем. Однако каким боком к ним отношусь я? Мы же нашли жемчужину, Ланс загадал желание, я вернулась домой…

Опустив пушистый зад на нагретый за день камень, стала перебирать в памяти каждую мелочь.

По словам Мальвины, подкараулившей меня в лифте, Ланс продолжает жить. Значит, проклятье удалось как минимум отсрочить. Но почему я стала кошкой?

 «Ты знала дракона сутки, – ехидно возразило здравомыслие. – Носясь с тобой, он спасал себя. И добился цели. Даже великодушно выполнил клятву, вернул тебя домой. Но ты решила вернуться в Аурм. И вот тебе привет от магического мира. Теперь ты кошка».

Да, я влипла. Но помня об уроке, который получила в прошлый раз, твёрдо решила: найду Ланса и спрошу у него, что происходит. Пусть объяснит.

Решительно перепрыгнув ручей, я вскарабкалась по другому склону оврага и скачками помчалась к особняку.

Я таки добралась до ворот. Но эти, в отличие от ворот особняка ведьмы, не спешили отворяться передо мной. Более того, стоило подойти к ним, раздался предостерегающий противный писк.

Мышей я боюсь. Но лучше бы пищал грызун, чем магия, охранявшая особняк. К тому же меня взбудоражило открытие: это что же, меня не ждут?

Тогда в честь чего музыка, гости, празднество? Ой! Я зажала чувствительные уши, когда в небе вспыхнули фейерверки и окрасили его в яркие цвета.

Обида затопила разум. Теперь во что бы то ни стало узна́ю, что там за воротами.

Помня, как в прошлый раз Ланс обходил особняк ведьмы вдоль забора, последовала его примеру. Только дом ведьмы небольшой, а этот особняк – настоящее поместье.

Я долго брела, ступая уставшими лапками по земле. Голова разболелась от назойливого, неприятного писка. Почти обошла по всему периметру, но никакой лазейки так и не нашла.

От отчаяния готова была прорываться напролом, надеясь на девять кошачьих жизней, но у излучины уже знакомого оврага заметила хилое деревце, которое чудом выросло у забора.

Помчалась к нему. Однако радость моя была преждевременной. Ствол кустика слишком тоненький, может не выдержать моего веса. А других нет, повырубили.

Ничего не оставалось, как медленно, выверяя каждый шаг, покачиваясь на ветру, как перо на шляпе, осторожно карабкаться вверх.

Я проявила чудеса грации, эквилибристики, но деревце едва достигало высоты забора. А поскольку верхушка слишком тонкая, забралась я чуть выше середины. Дальше как?

Перепрыгнуть вряд ли смогу, а летать ещё не научилась.

Пока думала, подул ветерок. Деревце качнулось в сторону забора. Если использовать шанс, то должно получиться.

Готовясь к прыжку, я напрягла мышцы, настроилась на рывок. Но… прилетела птичка обломинго, и ветер исчез.

Я приуныла. Ланс не встречает меня. Более того, в роскошном особняке зазвучала романтичная мелодия. К чему бы? Я разозлилась, и мир получил настоящую мстительницу, которой море по колено, а заколдованный забор по пушистое брюшко.

– Всё равно запрыгну! – настроилась я, и, как только снова подул ветер, закричав от натуги, прыгнула…

Лишь в прыжке, когда мохнатое пузико зацепило острую вершину кованой ограды, я поняла, какая я самонадеянная. От ужаса изогнулась, как изгибаются легкоатлеты при прыжке с шестом, кое-как перепрыгнула. Вот только на этом удача закончилась. Неуклюжей лягухой с грузным звуком: «Шлёп», – я рухнула на чью-то голову.

– А, дря-янь! – пробасил подо мной кто-то и схватил меня за хвост.

– А-а-апустите! – закричала я, но стальная конечность дернула сильнее.

***

От боли выступили слёзы. Перед глазами пронеслась жизнь.

– Я к милорду Лансу! К Лансу!

– Убью, мраково отродье! – шипел злобно огромный детина, за голову которого я держалась всеми лапами. Угроза напугала, и, спасая шкурку, я заработала всеми конечностями, расцарапывая врагу физиономию и макушку.

– Ланс! – отчаянно звала я. Увы, меня не слышали. И вместо того, чтобы проводить к Сиятельному, стянули-таки за хвост, скинули на землю и попытались пришибить огромным сапогом.

– Шкуру спущу! Тварь! Всю рожу разодрала!

Не надо. Я не тварь, я кошечка и хочу жить!

Удирая, я вскочила на лапы. Резко прыгнув, сиганула в заросли парка. Там зигзагами, от одного куста к другому, выбралась к поляне и петляя понеслась к оживлённой площадке, на которой собрались многочисленные гости особняка.

Счастливые, сытые, в дорогих, ярких нарядах, с сияющими на свету драгоценностями, они совсем не походили на тех, кто кого-то ждёт. Более того, праздник в самом разгаре. Вышколенные слуги в зелёных ливреях сновали с закусками и подносами, с наполненными бокалами, от шатра до гостей, которые хохотали, танцевали, ели, переговаривались и всячески наслаждались праздничным вечером.

Выискивая в толпе Ланса, я зазевалась буквально на мгновение. Но этого хватило, чтобы охрана в серых сюртуках стала появляться вокруг площадки как грибы после дождя. И все они, кажется, по мою душеньку.

Рядом сверкнул всполох магии, в виде мерцающей сетки.

– Ма-умачки! – пропищала я и, одурев от страха, не придумала ничего лучше, как сигануть под пышную юбку одной из лиер. Она показалась мне солидной, уважаемой. Вряд ли охрана рискнёт заглянуть к ней под юбку в поисках маленькой кошки.

Но смельчак нашёлся.

– Лиера Свена… – грузный мужчина подошёл к надменной аристократке.

– Прочь! – недовольно процедила «моя лиера» сквозь зубы.

Мужчина вынужден был угомониться. Вот только отошёл недалеко, за шатёр, где и затаился.
        Что ни говори, звериный слух не чета человеческому. Но, желая убедиться, что ситуацию оценила верно, я высунула нос и напоролась на свирепый взгляд охранника. Недобро щурясь, мощный головорез состроил свирепую рожу и пригрозил мне пудовым кулаком.

– Шкуру спущу! – уловили мои чуткие уши. Я почти испугалась, особенно когда дамские ноги в дорогих туфлях сделали пару шагов.

Чтобы не лишиться укрытия, я снова сиганула под юбку.

– Господа! Минуточку внимания! – раздался зычный, неприятный голос. Собравшиеся затихли. – Сегодня мы собрались здесь по важному, радостному событию. В честь долгожданного возвращения Сиятельного из путешествия было сказано много тостов, пожеланий, речей. Мною в том числе. Но на этом радостные вести не заканчиваются. Я со счастливым сердцем рад сообщить присутствующим ещё одну благую весть. – Тип сделал театральную паузу. – О помолвке благородной лиеры Барелии и Сиятельного милорда, владетеля драконьих земель – Ланселора Грозного.

– Что?! – мой визг потонул в овациях.

– Мы так рады! Наконец-то! Объединение двух династий! Аурм ждёт величие! Замечательный союз семей! Наши поздравления! – посыпалось отовсюду. А я сидела под чьей-то юбкой, сражённая осознанием услышанного. И не заметила, как моя лиера в широких панталонах ушла, оставив мой тыл неприкрытым, в самой середине гостевой площадки.

Очнулась я, когда мне наступили на хвост.

– Попалась, тварюга!
_____________________________________________________________________________________________
    У Анны Леденцовской новинка:
                                      
     Новая жизнь и второй шанс это прекрасно, особенно если первая не задалась. Только будет ли эта лучше?
Боги, их вражда, приспешники хаоса, ритуалы…
А посреди этого ты, длинноухая, хрупкая эльфийка, да еще и внезапно замужем за драконом! 

От боли из глаз посыпались искры. Я дёрнулась, чудом высвободилась и помчалась по саду в поисках Ланса. За мной стаей ворон устремилась стража, не отставая ни на шаг.

Да что они пристали ко мне, несчастной кошке?

Я отчаянно удирала, пряталась, но скрыться от тех, кто знает особняк как свои пять пальцев – сложно. Меня быстро загнали к хозяйственной пристройке, искусно замаскированной иллюзией, и окружили.

Один из охранников выставил руку, чтобы бросить сеть. Я едва успела прошмыгнуть у него под ногами, проползти под раскидистым кустом и, наткнувшись на полог шатра, молниеносно вскарабкалась по нему.

Лапки соскальзывали с шелковистого купола, дрожали от адреналина, но я продолжала бежать.

– Стряхивай! Живее! Хватай! – доносилось снизу.

Почти перебралась на другой край, приготовилась с разбегу перепрыгнуть на дерево. Вот только угодила в прореху, замаскированную цветочной гирляндой, и, оставшись без опоры, полетела вниз. Хорошо, что успела схватиться за одну из лент, оплетавших цветочную гирлянду.

– Пыньк. Пыньк. Пыньк… – один за другим отлетели крепежи, удерживающие украшение. И я, как Тарзан на лиане, с испуганным воплем:

– А-у-у! – полетела по дуге.

Дерзко спланировав перед напомаженными гостями, я разжала лапки, чтобы отцепиться и спрыгнуть, но коготь запутался. И я полетела по дуге обратно, прямо в руки охранников, под возгласы:

– Ах, какой торт! Какая прелесть! Фигурки Барелии и Сиятельного Ланселора, как живые!

– Ланс! – отчаянно закричала я, в надежде, что дракон услышит меня. Но мой крик утонул в шуме.

 Извиваясь тельцем, в последний момент смогла сменить траекторию. Полетела вбок и под громкие вздохи гостей, впечаталась телом в белую стену, которая оказалась неожиданно мягкой, липкой и… сладкой.

– Ах! – раздался единый возглас. Музыка затихла.

Барахтаясь, я выбралась из липкой ловушки и готова была продолжить бороться за жизнь и свободу. Но с верхнего яруса огромного торта на меня упала мастичная фигурка дракона, нежно обнимавшего темноволосую фигурку девушки в серебряном платье.

Я застыла. Ведь это Ланс! Я сразу узнала его по чёрным прядям, по синим глазам, по фигуре, профилю… Кондитеры постарались на славу, передавая сходство с оригиналом.

Последние сомнения исчезли. Ланс здесь. У него невеста. А я… Я лишняя. Мавр сделал дело и может уходить.

В глазах потемнело.

– Предатель! – махнув лапкой, сбила ненавистные фигурки. Они полетели вниз, упали на землю и рассы́пались на кусочки, как разбились мои мечты, доверие, сердце.

Я почти физически ощутила боль предательства. А когда твёрдая, грубая рука схватила меня за шкирку, рывком подняла в воздух, не сразу сообразила, что с трудом дышу не от горя, а потому что тело сжимают стальные тиски.

– Идиоты! Кретины! Вы пожалеете! – от неприятного женского визга заложило уши. Крик исходил от помоста, украшенного цветами. Я не обратила бы на истеричку внимания, если бы рядом с её стулом не стояло массивное, высокое кресло…

Клянусь, я носилась по саду, по площадке и шатру, но не заметила его. А тут с моих глаз словно упала пелена, я разглядела статную мужскую фигуру в тёмно-синем сюртуке, восседавшую на нём, как на троне.

В попытке обратить внимание Ланса, дёрнулась, но из-за крепкой хватки едва смогла пискнуть.

Надо добраться до дракона. Тогда все недоразумения разрешатся. Он обязательно узнает меня, образуется, что я вернулась, поможет. Скажет, что произошедшее – розыгрыш!

Я не дышала, гипнотизируя его взглядом, умоляя заметить меня!

И вот он повернулся в мою сторону. Сердце ёкнуло в ожидании чуда, но прошла секунда, вторая, а взгляд дракона оставался холодным.

Ланс восседал на помосте, расслабленно положив руки на подлокотники, и свысока равнодушно наблюдал за праздником.

Происходящее, кажется, мало его занимало. Без эмоционально мазнув взглядом по испорченному торту, по гостям, по мне, он отвернулся.

Не узнал меня. Или я больше ничего для него не значу, потому что красивые синие глаза, которые когда-то смотрели с нежностью, теперь холодны, бесчувственны, как ледышки.

Верзила в серой куртке, что удерживал меня, развернулся чтобы уйти. Я горестно, едва сдерживая слёзы, крикнула:

– Ланс! Почему? За что?

И неожиданно в тишине пророкотал надменный голос со стальными нотками, заставивший дрожать ночной воздух. И притихших гостей.

– Хоть что-то интер-ресное за вечер-р.

От раскатистого, приглушённого рычания сердце замерло, а потом забилось так часто, что в висках застучали молоточки.

Ланс по-прежнему красив, невероятно силен, опасен. Всё так же подчиняет волю, подавляет, пугает до дрожи. Но теперь он отстранённый, надменный. А на его красивых губах застыла циничная, холодная ухмылка.

Неужели это и есть настоящий Ланс? Не может быть! Это, наверно, очень похожий на него родственник! Я готова была поверить в это, вот только к нему обращаются не иначе как Сиятельный Ланселор. А спутницу в нарядном серебристо-светлом платье, что сидит рядом с ним, зовут Барелия!

Я знала кошку Барелию, а эта Барелия – человек. У неё миловидное лицо, ни клочка лишней шерсти, ни усов… Но зелёные глаза! И злобный нрав, плохо скрываемый за приторной улыбкой. Даже голос чем-то неуловимо похож!

– Эта тварь разбила наши фигурки! – Барелия гневно стиснула хрустальный фужер побелевшими пальцами.

Я не сводила глаз, сравнивая её с Кошкой. И чем больше вглядывалась, тем более убеждалась: так и есть. Темноволосая спутница Ланса – Чёрная Кошка, но уже в человеческом обличье! Красивая, жеманная и очень злая. Во всяком случае, когда её взгляд упал на меня, её зелёные глаза угрожающе сузились. И я прочитала в них угрозу: урою так, что никакая магия не поможет меня воскресить.

Тело пронзила молния. Мы поменялись местами! Но почему? Как?

– Это дурной знак. Животное надо убить! – прошипела гадина, вцепившись в локоть Ланса и пытаясь привлечь его внимание. – Только кровь смоет беду!

Что? Моя кровь? Я дёрнулась и оказалась так сильно стиснута мужскими лапищами, что чуть глаза из орбит не вылезли. Решалась моя судьба, творилось несправедливость, а я никак не могла себя защитить, потому что едва дышала.

– Кровь несчастного животного? – небрежно отозвался Ланс. – Каким образом? Глупости.

– Слухи о разбитых фигурках покроют наш безупречный союз тёмным пятном! Об этом только и будут судачить! Приписывать всякие проклятья!

Убить меня, чтобы избежать пятна на их союзе? Только за то, что я, пожалев этого лжеца, пыталась спасти его? Ну уж нет! Руки прочь!

– Предатель! – прорычала, и меня сжали так, что стало совсем невозможно дышать. Сейчас задохнусь!

– Гвельт, – Ланс кивнул, подзывая верзилу.

Тип со мной в руках подошёл ближе, склонился в поклоне.

– Обычный зверь, Сиятельный. Без магического шлейфа. Запахи, видимо, приманили.

– Это бездомное животное могли заслать враги. Осторожнее, Сиятельный Ланселор, – скривилась Барелия, обмахиваясь кружевным платком, надушенным приторно-сладкими духами. Её красивые черты исказились, противный подлый характер отразился в заискивающей улыбке, которой она тщетно пыталась изобразить заботу. – Лучше скорее избавиться от подозрительной твари.

От её злобного взгляда шерсть на моём загривке встала дыбом. Я не отвела глаз, однако, смотря на парочку, не могла понять, почему Ланс выбрал эту гадину. Как ни прикидывала, не находила ответа. Если только он изначально втирался ко мне в доверие, чтобы выжить, подставить и спасти невесту. А я, глупая, влюблённая, ничего не замечала.

В груди разлилась тупая боль.

«Ненавижу!» – я повернулась к Лансу и… шире распахнула глаза, потому что встретилась взглядом с его синими глазами.

– Ну же, Ланс, присмотрись. Это я, Элеонора! – взмолилась в последней надежде.

Он не ответил. Зато верзила, что держал меня, хмыкнул:

– Какой разговорчивый зверь. Мяучит, будто говорит чего.

– Да! Да! Я говорю! – я попыталась всеми силами обратить внимание дракона на свою разумность. Но помешала мерзавка Барелия.

– Как зверь попал в поместье? Тех, кто пропустил животное, следует наказать!

– Как с неба упал, Сиятельный, – пробасил Гвельт. – Расцарапал всех, а потом, простите за подробности, под юбками лиер прятался плут, чтобы не поймали. Хитрющий гад! Вы только на эту наглую морду посмотрите!

– Люди отца сами разберутся, откуда появился, – Барелия попыталась схватить меня за шкирку. Я угрожающе оскалилась.

– Поберегите ручки, – верзила Гвельт отступил на полшага. – Боевой характерец у кота. Хоть и тощий на вид.

– Это кошка, – вдруг отчеканил Ланс.

– Быть не может! Никогда не видел таких фурий!

В холодных глазах дракона мелькнул интерес.

Верзила уловил его, осторожно передал меня в руки Сиятельного.

Едва ладони Ланса накрыли тело, меня окутал пленяющий мужской запах, такой родной, желанный. Тепло больших ладоней дошло до каждой клеточки. Кровь хлынула по венам, загрохотало сердце. Я едва не задохнулась от накативших воспоминаний и чувств, которые встали болезненным комом в горле.

Ланс как будто тоже замер.

В надежде ёкнуло сердце. Но вместо того, чтобы вглядеться в мои большие глаза, Ланс повернул меня к себе пушистым задом с очевидным намерением заглянуть под хвост…

Ну, знаете! Обманули, предали, ещё и унизить хотят! Нет уж!

Извернувшись, цапнула Ланса от души за палец. Да так, что ощутила на языке привкус крови.

Дракон не издал ни звука. Зато Гвельт выругался:

– Тварюка пушистая!

Барелия вскочила с кресла, завизжала:

 – Избавьтесь от неё! Покушение на Сиятельного карается смертью!

– Кхм-кхм, – прокашлялся верзила. – Глупая животина покусилась… Покусала вас, Сиятельный. Карать будете?

Что? Я оцепенела. За что? За какой-то кусь смерть? Вы тут что, с ума все посходили?

Забилась, отчаянно задёргалась, выпустила когти. Но как ни пыталась, из обманчиво мягкой хватки Ланса, не смогла вырваться. Зато исхитрилась хвостом хлестнуть по щеке.

Сие действие так понравилось, что от души хлестнула его по губам.

Гости ахнули. Кажется, я только что переступила ещё одну грань… Только поздно что-то менять. Наворотила дел.

Ещё разок смачно хлестнула Дракона по щеке и гневно покосилась на него.

Ланс по-прежнему хранил молчание. Но, кажется, минуты моей жизни сочтены.

В его широкой груди зарождалось утробное рычание, в зрачках заплескалось расплавленное золото.

Я прижала уши, зажмурилась… И вдруг услышала раскатистый, бархатный смех.

– Надо же, Гвельт, сколько у кошки гордости!

– Да, характерец пакостный, – хмыкнул верзила, потирая исцарапанные в кровь руки. – Достойна если не кары, то трёпки.

Ланс легонько тряхнул меня, показывая, кто хозяин положения, и поднял на ладони.

Неужели почувствовал что-то, узнал меня?

Но вместо ожидаемого: «Элеонора, любимая, это ты?» – я услышала:

– Ты откуда, недоразумение? – Губы Ланса растянулись улыбке. – И неужели не боишься? Тогда ты очень странная кошка. Подозрительно странная.

– От неё надо избавиться! – продолжала настаивать Барелия. – Хотя бы сегодня, в честь нашей помолвки и скорой свадьбы, исполните моё желание. – Она свела бровки домиком и умоляюще посмотрела на Ланса.

Спасая свою жизнь, я тоже свела бровки и жалобно посмотрела на Ланса. И кажется, победила. Не разрывая нашей зрительной связи, дракон пророкотал:

– Как бы то ни было, осквернять помолвку кровью, грех.

Его рука накрыла мою липкую от крема спину, как надёжная броня.

Да, я ненавидела дракона за предательство, презирала, готова была покусать, исцарапать, однако в его горячих руках так спокойно, надёжно… И горько.

От волнения хвост дёрнулся.

– Тише, тише, Гр-роза, – шепнул Ланс. – Отмоем, будешь краше, чем была.

– Куда уж лучше, – проворчала я. – Вашими стараниями, как бы в моль не превратиться.

Конечно, он меня не понял. Гнев и обида всколыхнулись с новой силой, но стоило ему почесать шейку, тело предало меня, и я невольно заурчала.

Ланс горделиво заявил Гвельту-верзиле:

– Вот так надо приручать… – договорить не успел, я его цапнула.

Пусть ныне я кошка, но я осталась непокорённой. Из гордости, ревности и возмущения. Ведь на его руках отчётливо ощущались омерзительные духи Барелии. Ух, ненавижу гадину.

_______________________________________________________________________________________________
                                                   
За мной ведётся охота из-за редкой крови Первородных, что течёт в моих венах. Единственный способ выжить — найти сильного покровителя-дракона. Министр магической безопасности Тэрион Дэйр — идеальный кандидат, вот только я — незавидная невеста. Как сделать, чтобы он на мне женился? Да ещё и не узнал о происхождении? И как не влюбиться в того, кто может стать и спасением, и гибелью?