Как выйти замуж за дракона

Этого не может быть! 

Я еще раз перечитала заметку: «Брендон Стилл и Лилия Гарлен официально объявили о помолвке. Свадьба планируется на начало осени». 

— Подлец! — я с отчаянной яростью отшвырнула утреннюю газету. Та пролетела мимо фарфорового чайника и чуть не сбила с него крышку. Мэри, проворно подскочив, успела удержать чайник, а с ним и крышку, затем посмотрела на меня с испугом. 

— Твое сердце разбито? — спросила она с придыханием. 

— Разбито наше будущее, — я стала покусывать губы, как всегда делала, когда нервничала. 

Мысли каруселью кружили в голове, но одна была особенно назойлива: «Что делать? Что делать?»

— Не переживай так, Габби, — Мэри ласково погладила меня по плечу. — Он недостоин тебя. Ты еще встретишь свою любовь. 

Ох, Мэри… Милая, романтичная, наивная Мэри… В свои пятнадцать она была так далека от суровой реальности, которую ей заменяли книги о приключениях и большой любви. И мне бы так хотелось, чтобы сестренка как можно дольше сохраняла веру в чудо. Для меня же это было недоступной роскошью. 

Я накрыла ее ладонь своей и выдавила улыбку:

— Даже не сомневаюсь. 

— Может, еще чаю? — спросила Мэри. Она посмотрела на блюдо, где скромно лежали три маленькие булочки с корицей. — И булочку. 

— Нет, спасибо, милая, я уже насытилась, — ответила я, игнорируя голодное бурчание в животе. — Лучше позови Ди и Лили и поделись с ними, а мне надо идти. 

— Куда? — встрепенулась сестра. 

— Прогуляюсь в город, — я встала из-за стола. 

— Тогда купи еще синих ниток, будь добра, — попросила Мэри. — А то у Дианы протерлось платье на рукаве. Я вечером заштопаю. 

Она была занята посудой на столе и, к счастью, не заметила, как я на миг зажмурилась, пытаясь отогнать подступающие слезы. Как мы могли ко всему этому прийти? Папа, почему ты был так беспечен? 

— Куплю, — кивнула я сестре. 

С секундной жалостью к себе было покончено, на ее место вернулась прежняя решимость. И злость. 

Газета валялась на полу, и, направляясь к выходу, я впечатала каблук аккурат в заметку о помолвке негодяя Стилла. 

Я окучивала его почти полгода! Полгода! Строила глазки, томно вздыхала, с открытым ртом слушала его скучные монологи о разведении лысоухих кроликов и даже чуть не утонула, катаясь с ним по неокрепшему льду на пруду этой зимой. Все шло к тому, что он вот-вот попросит моей руки, об этом сам Стилл намекал мне не единожды, оставалось сделать это официально, и тут — такой поворот! И главное, я узнаю обо всем из газеты! Тут не только мои планы были нарушены, но и задета гордость! 

Но самое страшное, что помимо Брендона Стилла в нашем городке, да и всей округе, больше никого подходящего для замужества не было. Он единственный холостяк, чей годовой доход был больше двадцати тысяч кьер в год, а значит, мог с легкостью покрыть наш долг и не допустить, чтобы моя семья пошла по миру. Чтобы нам с сестрами не пришлось разлучаться. Ко всему прочему Стилл был еще и недурен собой: молодой, крепкий, с кудрявой шевелюрой цвета золотой пшеницы. То есть мне никогда не приходилось в его присутствии испытывать приступы отвращения. Разве что скуки, но это ведь терпимо, верно? Не исключено, что со времени я смогла бы и полюбить его. Если это чувство все еще доступно моему затвердевшему сердцу, в чем я была едва ли уверена. 

Я смахнула носком туфли несколько камешек с крошащихся ступенек. Крыльцо давно требовало ремонта, особенно лестница, которая проседала на глазах. Такими темпами скоро придется пользоваться только задней дверью. Калитка скрипнула и чуть накренилась — в списке моих расходов появился еще один пункт. 

Я вышла на дорогу и потуже завязала ленту на шляпке. Весна с каждым днем набирала силу, солнце все чаще появлялось на небе, но ветер был еще очень непредсказуем. Болеть же я себе позволить никак не могла. 

До центра города было полчаса ходьбы. Я шла быстро, чтобы не упустить Стилла. Сегодня был вторник, а значит, с десяти до одиннадцати его можно было застать в кофейне «Сладкая пышка», где он проводил свой второй завтрак. Брендон Стилл имел свои ритуалы, от которых никогда не отклонялся.

Я любезно здоровалась со всеми, кто попадался мне на пути, и всеми силами пыталась сохранять на лице жизнерадостное выражение. А поскольку в нашем маленьком провинциальном Берри друг друга знали все, то улыбка приклеилась ко мне надолго. 

Наконец, улица Светлая, а за ней — бульвар Великого дракона, на котором, собственно, и находилась та самая «Сладкая пышка». Я со злорадством поздравила себя: мой расчет оказался верен. Не прошло и минуты, как дверь кофейни распахнулась, и на залитый солнцем тротуар ступил Брендон Стилл, судя по благостному взгляду, счастливый и сытый. Что ж, теперь мой выход. 

— Лэр Стилл! — громко окликнула я и зашагала к нему. 

Тот замер и уставился на меня как на призрака. Затем нервно сглотнул и произнес сдавленно:

— Лиа Ланье?

— Вас можно поздравить, Брендон? — проговорила я холодным вызывающим тоном. — Я ведь могу вас еще так называть? Или отныне только «лэр Стилл»? Мне, видимо, следует сделать вид, что никакой дружбы между нами и не было… 

Последние слова потонули в грохоте колес пролетевшего мимо нас крытого экипажа. Спустя мгновение тот резко затормозил и накренился влево. Похоже, слетело колесо. Под громкое ржание лошадей и ругань кучера из кареты вышел молодой высокий мужчина в дорогом пальто цвета крепкого кофе. Он раздраженно стянул бежевый шарф, и солнце заискрилось в прозрачных чешуйках на его шее. Дракомаг? В наших краях столь важная персона — большая редкость. Странно, что его экипаж запряжен обычными лошадьми, а не драко. 

— Кхм, — кашлянула я, возвращаясь к своей тираде. Стилл вздрогнул и посмотрел на меня. — Так как, мне теперь следует делать вид, что мы не знакомы? 

Нарги! Этот дракомаг своим шумным появлением сбил мне весь боевой настрой!

— Почему же, лиа Ланье? — пробормотал Стилл. На его щеках появились красные пятна. — Это совсем излишне. И… 

— Мне позабыть все слова, что вы говорили мне? Забыть все обещания? — я печально понизила голос и шагнула к нему. Он сразу попятился и часто заморгал. 

— Габ… Габриэлла… Я… 

— Неужели я недостойна хотя бы того, чтобы услышать о вашей женитьбе лично от вас? Это из-за моего незавидного положения, да? — я быстро глянула на солнце, чтобы глаза заслезились. 

Мне нужно было вызвать у него чувство вины. Стилл не отличался твердостью характера, я даже не сомневалась, что помолвка не являлась его личным выбором, поэтому был хоть небольшой, но шанс, что его сердце дрогнет и все повернется вспять… И, вроде, пока я была на верном пути. 

Согласно моему плану, я сейчас должна была произнести: «Что ж, не буду вам больше мешать!», после чего развернуться и быстро, пряча «слезы», удалиться прочь. Стилл, вероятно, не побежал бы за мной прилюдно, но непременно нашел бы возможность посетить меня несколькими часами позже, после некоторых терзаний и мук совести. И тогда, наедине, я бы предприняла еще одну попытку все изменить. 

Итак, я взмахнула мокрыми ресницами и бросила ему гордо: 

— Что ж, лэр Стилл, не буду вам больше мешать! 

— Я подожду в кофейне! — перекрывая мои слова, раздался резкий голос позади.

Да что ж такое? 

Я, все равно продолжая свой перфоманс, развернулась — и тут же врезалась в плечо того самого дракомага. Меня с ног до головы окутало ароматом его горьковато-сладкого парфюма. 

От неожиданности я даже не успела ничего сказать, извиниться, только открыла рот, а дракомаг уже недовольно дернул тем самым плечом, окинул меня уничижительным взглядом и шагнул к двери кофейни. 

— Вам было нужно мое состояние! — первое мгновение я даже не поверила, что это выкрикнул Брендон Стилл. Получилось у него это испуганно и неуверенно, как «кукареку» у молодого петушка, тем не менее ударило меня под дых. 

— Что? — я обернулась, не смея дышать. 

Звякнул колокольчик: за дракомагом закрылась дверь «Пышки». 

— Вы не сказали, что ваше имение заложено, и на вас висит куча долгов! — Стилл выпятил вперед грудь. 

Ну точно петух! 

— Я счастлива, что не успела довериться вам и сообщить столь сокровенные вещи, о которых не трубят на каждом углу, — сейчас мне даже не пришлось играть оскорбление. — Иначе мое сердце не вынесло бы подобной реакции. А ведь я собиралась… Уходите! 

Стилл растерянно заморгал. 

— Как вы вообще посмели ко мне подойти? 

— Но, вообще-то, вы сами… 

— Прочь! — уже громче повторила я. И указала пальцем на дорогу позади него. — Я не хочу вас больше знать, лэр Стилл. Забудьте мое имя навсегда! 

Он снова попятился. Наткнулся на фонарный столб. Поправил съехавшую на лоб шляпу и, развернувшись, припустил вниз по улице. 

Мое сердце бешено колотилось. Кто ему сообщил о моем долге? Эту деталь моего бедственного положения я тщательно скрывала. Кто надоумил Стилла навести справки о моем реальном финансовом положении? Чую, папаша той самой Лилии Гарлен. Никак не мог пристроить замуж свою дурнушку-дочь и решил действовать грязными методами. Что ж, это будет мне уроком. Нужно просчитывать еще больше ходов наперед. Правда, с кем мне это делать? В Берри больше подходящих холостяков не осталось. 

— Нарг, — выругалась я уже вслух. 

Случайно бросила взгляд в сторону кофейни и опять наткнулась глазами на дракомага. Он сидел за столиком у самого окна и изучал меню. Шарф и шляпа небрежно лежали на соседнем стуле, пальто расстегнуто нараспашку, под ним виден темно-серый костюм и воротничок белоснежной рубашки. И все те же прозрачные драконьи чешуйки по всей шее — знак принадлежности к высшей расе и высшему обществу. Я невольно залюбовалась ими, а потом осторожно коснулась одной-единственной чешуйки на своем затылке, тщательно спрятанной под волосами. 

Дракомаг поднял голову и посмотрел на меня. Я, спохватившись, сорвалась с места и поспешила удалиться. 

— Нитки! — вспомнила я уже почти у дома. 

Погруженная в свои нелегкие мысли, кипя от гнева и досады, я, конечно же, забыла зайти в галантерейную лавку. Соврать, что синих не было? Нет, с сестрами я не могла так поступить. Мэри расстроится, Диана останется с порванным платьем. Я оценила расстояние до дома и потом до нужного мне магазина, вздохнула и зашагала обратно в город. По дороге мне встретился почтальон, славный парнишка с торчащим рыжим чубом и веснушчатым лицом. 

— Лиа Габриэлла, — позвал он меня. — Вам тут письма, — и достал два конверта. — Заберете сами сейчас или отдать кому-то в доме? 

Один конверт был из желтой бумаги, у него мог быть только один отправитель: мой кредитор. Не хотелось бы, чтобы он попал в руки кому-то из сестер, даже Мэри, которая была в курсе нашего бедственного положения. 

— Нет, возьму сейчас, спасибо, Джей, — ответила я, забирая письма.

— Хорошего дня! — улыбнулся Джей, продолжая свой путь. 

Я подавила вздох. Да уж, день сегодня просто прекрасный. Лучше и не придумаешь. Я посмотрела на конверты. Желтый и правда был от господина Твиста, того самого, кому отец перед смертью проиграл наш дом. А вот второй… Я распахнула глаза, прочитав имя отправителя. Стэйси Файлинг! Неужели? Я чуть не поддалась порыву вскрыть письмо прямо здесь на дороге, потом все же положила его в сумочку вместе с ненавистным желтым, чтобы прочитать позже. 

Хотелось приблизить эту минуту как можно быстрее, поэтому я ускорила шаг, временами переходя на бег. 

Стэйси — моя подруга, с которой я имела счастье учиться в пансионе для девочек, еще в те времена, когда родители могли себе это позволить. Потом судьба нас разлучила, и мы не виделись уже лет пять, лишь изредка обмениваясь письмами. Последнюю весточку я получила от нее почти год назад, и с тех пор от нее не было ни слуху, ни духу. И вот наконец она напомнила о себе! Ее письмо — как лучик солнца в моем царстве мрака. 

Я быстро купила синие нитки, прихватив еще и зеленые, чтобы подшить свой весенний плащ, и тут же опрометью бросилась домой. Передала покупки Мэри, чмокнула в щечку малышку Лили, которую та держала на руках. Восхитилась новым рисунком Дианы, пока снимала шляпку и плащ, и наконец ускользнула к себе в комнату. 

— Начнем с неприятного, — я поморщилась, вскрывая желтый конверт. От него пахло табаком, как от самого лэра Сэма Твиста. Письмо от него было написано небрежным скачущим почерком: «Лиа Габриэлла Ланье, довожу до вашего сведения, что срок, отведенный для возврата вашего долга, заканчивается первого июня этого года. Если долг не будет выплачен в указанный срок, все ваше недвижимое имущество перейдет ко мне, согласно договору, подписанному вашим покойным отцом Фрэнком Ланье». 

— Да чтоб тебя! — я скомкала письмо и отправила его в мусорную корзину. 

Но как я ни пыталась держать себя в руках, внутри все равно все взорвалось. Твист очередной раз напомнил о сроке, который таял, как снег на весеннем солнце. Два месяца. У меня всего два месяца, чтобы найти способ отдать этот проклятый долг! А я не продвинулась в этом ни на йоту. И все из-за Брендона Стилла! 

Я сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Потом потянулась за вторым конвертом, украшенным нежным узором из незабудок. Я улыбнулась: это так похоже на Стэйси. Бумага внутри тоже была усыпана рисунками из голубых цветков, а поверх них бежали округлые буквы, выведенные рукой подруги: «Милая Габби! Надеюсь, у тебя все хорошо. Прости, что так долго не писала. Поверь, на то были веские причины. И одна из них… Вначале сядь. Сидишь? Тогда я продолжаю. Итак… Тадам! Я вышла замуж! Можешь поверить? Я сама еще не могу в это поверить. Мы обвенчались тайно, поэтому я не могла пригласить тебя на свадьбу, прости. Я знаю, что ты простишь меня, ведь ты самый великодушный человек на свете! И точно поймешь меня. Если в двух словах, то семья моего Тедди из нуворишей, и меня считали невыгодной для него партией, поэтому нам пришлось пойти на такой шаг. Но сейчас уже все хорошо. Я теперь живу в столице, Тедди здесь работает в адвокатской конторе. К слову, весьма популярной даже у дракомагов. О, Габби, как мне тебя не хватает! И я просто умру, если не увижу тебя! Ты просто обязана приехать ко мне! На следующей неделе начинается новый сезон, и нас ждет уйма развлечений! Ты ведь приедешь, да? Напиши мне как можно скорее. Обнимаю. Жду. Твоя верная подруга Стэйси Файлинг (теперь уже Саммер)». 

Я несколько раз перечитала письмо, переживая целую бурю эмоций. Я была всем сердцем рада за Стэйси, если бы не маленькая червоточинка грусти: подруга смогла найти свою любовь и была свободна в своем выборе. Именно об этом когда-то мы мечтали вместе… 

Но потом мои мысли потекли в ином русле. Стэйси вышла замуж за мужчину, который наверняка водит знакомства с состоятельными лэрами, среди них точно найдутся и холостяки. Она живет в столице, что повышает разнообразие тех самых холостяков с подходящим мне годовым доходом. Почему бы не совместить приятное с полезным: навестить подругу и… попытаться еще раз схватить удачу за хвост? Такой шанс выпадает не каждому. 

Ко мне вернулся боевой настрой. Решено! Я еду покорять столицу. 

Поезд набирал ход, и я в последний раз бросила взгляд на перрон, где мне все еще махала рукой, провожая, Мэри. Я послала ей воздушный поцелуй, но она его наверняка уже не увидела. 

На сборы у меня ушло три дня. За это время я успела договориться с двоюродной тетушкой Брисеидой, единственной родственницей по папиной линии, чтобы она пожила у нас, пока меня не будет, и приглядела за сестрами. Пришлось заложить мамино кольцо и оставить им большую часть денег на хозяйство, на остальные я купила билет на поезд до Сильвертауна. Я не знала, сколько буду отсутствовать, но обещала Мэри писать каждую неделю. 

Багаж мой был невелик: несколько более-менее приличных платьев и пара летней обуви на первое время, записная книжка, шкатулка с украшениями для волос и комплектом из недорогих сережек и кольца с мелкими сапфирами, которые я получила от родителей на свое шестнадцатилетие. Кроме этого, в ридикюле лежали, надежно спрятавшись под подкладкой, оставшиеся украшения мамы. Будет больно на это решиться, но придется заложить их, а то и вовсе продать, чтобы окупить жизнь в столице. 

Надеюсь, эти вложения вернутся мне сторицей. 

Выехала я рано утром, а в Сильвертаун должна была прибыть после шести вечера. Впереди был целый день, который мало чем получалось занять. Даже почитать не удалось: в вагоне второго класса сидения были такими узкими, что я толком не могла поднять руку, чтобы не задеть соседку, грузную даму в клетчатом плаще-накидке. Сама она постоянно ерзала на месте и то и дело заглядывала в свой саквояж, который стоял у нее на коленях. Прямо напротив сидел неприятный тип в повидавшей виды шляпе, его усы свисали прямо до подбородка, а глаза были маленькими и неприятными, и я постоянно ловила на себе их сальный взгляд. Поэтому, когда объявили остановку в Винтере на четверть часа, я с радостью поспешила выйти из поезда, чтобы размять ноги. 

На станции было шумно и людно, не то, что в нашем Берри, и я старалась держаться поближе к поезду. Из вагона первого класса выпорхнули три молодые особы в элегантных дорожных нарядах. В двух из них точно текла высшая кровь драконов, а вот третья, кажется, была обычным человеком. Я придирчиво рассмотрела последнюю. Именно такие, как она, скоро станут мне главными соперницами. Что ж, симпатичная, но в сравнении со своими спутницами меркла. Женщины-дракомаги обладали особой выразительной красотой, и эти две были не исключением: обе блондинки с глазами небесной синевы. Похоже, сестры. Я бросила взгляд на свое отражение в вагонном окне, оценивая и сравнивая. От мамы мне достались волосы цвета гречишного меда, которые выгодно выделяли меня в толпе, при этом светлая, без единой веснушки, кожа и светло-серые глаза. Я улыбнулась себе, тренируя кокетливую улыбку. Брендон Стилл не раз говорил, что она сводит его с ума. 

Негодяй! Возмущение его поступком все еще бурлило во мне. 

Девушки тем временем о чем-то беззаботно щебетали и смеялись. Чешуйки дракониц красиво искрились на солнце. «Когда-то и моя мама была такой, — невольно подумала я. — Молодой, счастливой. Одной из них». Интересно, жалела ли она хоть иногда, что предпочла всей этой жизни моего отца? Что променяла свой статус и магию на любовь обычного парня. Она ведь знала, что, связав себя с человеком, перестанет быть дракомагом, лишится не только семьи, но и силы. 

Я еще смутно помнила редкие чешуйки на ее шее, но и они полностью исчезли к тому времени, как родилась Мэри. Кажется, из всех сестер только я знала, кем на самом деле была наша мама. А все из-за той самой чешуйки на затылке, с которой я появилась на свет. Эта чешуйка не обозначала ровным счетом ничего: за все двадцать лет жизни у меня не проявилось никаких способностей дракомагов, да и не должны были. Но она могла открыть тайну маминого происхождения, и я привыкла прятать ее от чужих глаз. Правда, это было совсем не тяжело, ведь столь маленькая чешуйка легко терялась среди волос. 

И почему такая несправедливость? Почему, если дракомаг берет в жены обычную девушку, то передает ей свою силу, делая равной себе, а в обратной ситуации драконицы лишаются ее же? Именно поэтому девушки-дракомаги так тщательно выбираю себе мужей и только среди равных. Мужчины, конечно, тоже не стремятся жениться на женщине без драконьей крови, тем не менее это случается время от времени и не столь сильно порицается обществом. А от таких, как моя мама, отказываются и считают позором семьи… 

Девушки чуть сдвинулись с места, когда из того же вагона на перрон шагнул мужчина. И я сразу узнала его. Тот самый дракомаг, который подпортил мне беседу со Стиллом. Странно, я думала, он покинул Берри, как только починили его экипаж. 

Я заметила, как девушки стали перешептываться и бросать на него томные взгляды. Причина была понятна: этот дракон был весьма и весьма привлекательным. Почти безупречным. Высокий, русоволосый, лицо истинного аристократа. И, судя по столь повышенному к нему интересу, холост. Состояние, уверена, у него тоже приличное. Вот только, боюсь, этот карасик не по моим зубам. Все же я реально оценивала свои возможности. 

Внезапно дракомаг посмотрел прямо на меня и прищурился. Я вздрогнула, почему-то испугавшись, что он меня тоже узнает, и поспешила вернуться в свой вагон. Тем более, поезд должен был вот-вот тронуться. 

Радости моей не было предела, когда я обнаружила, что усатый сосед вышел на этой станции. Его место занял тщедушный студент с толстым учебником по философии, и весь оставшийся путь он просидел, уткнувшись в книгу. Мне тоже все-таки немного удалось почитать, когда соседка справа задремала и завалилась чуть набок, тем самым давая мне больше пространства. 

Больше поезд я не покидала до самого Сильвертауна. На столичный вокзал мы прибыли ровно в шесть. Я надеялась, что Стэйси успела получить мое письмо и приехала встретить меня. Мои чаяния оправдались: я заметила подругу в окно, как только поезд остановился. Она расхаживала по перрону, нетерпеливо размахивая сложенным зонтиком. Светлые кудряшки на ее голове подпрыгивали в такт ее шагам. 

— Стэйси! — крикнула я еще со ступенек вагона. 

— Габби! — воскликнула она и кинулась ко мне. 

Помогла стащить мой чемодан, и только тогда мы крепко обнялись. От переизбытка чувств на глаза набежали слезы. Когда Стэйси отстранилась от меня, ее глаза тоже был влажными. 

— Ты даже не представляешь, как я счастлива видеть тебя, — она окинула меня теплым взглядом. Потом добавила с некоторым беспокойством: — Ты похудела. Только не говори, что заморила себя голодом из-за неразделенной любви. 

— Делать мне больше нечего, — ответила я с преувеличенным весельем. И быстро перевела тему: — Зато ты выглядишь прекрасно! Замужество тебе к лицу. Прямо светишься вся! 

— Это действительно так, я просто переполнена любовью, — щеки подруги порозовели, она снова порывисто обняла меня. — А теперь, когда ты рядом, я счастлива вдвойне. 

— И я счастлива наконец увидеть тебя, — прошептала я, тоже сжимая ее в объятиях. 

— Разойдись! — мимо нас проехала багажная тележка с пирамидой из чемоданов, из-за нее едва выглядывал козырек головного убора носильщика. 

— Пойдем отсюда скорее! У выхода нас ждет коляска, — заговорила возбужденно Стэйси и попыталась взять мой чемодан. 

— Нет-нет, не стоит, я сама, — запротестовала я, забирая его. 

— Но ты устала, давай я, — Стэйси снова потянула его на себя. 

Неужели я настолько плохо выгляжу со стороны? Хм, надо подумать, как это исправить. 

— Как я могла устать, просидев весь день на одном месте? — я не отдавала чемодан. 

— Но дорога — это так утомительно! 

— Ты опять строишь из себя мамочку! Совсем не изменилась! 

Мы посмотрели друг на друга — и звонко рассмеялись.

— Ладно, неси, — наконец сдалась Стэйси. 

— Я может и отощала, но на ветру еще держусь, — хмыкнула я. 

— Я не сказала, что ты отощала, просто… 

— Все-все, деликатная наша… 

— Ты невыносимая! 

— От невыносимой слышу! 

Так, весело препираясь с подругой, точно как в старые добрые времена, мы прошли насквозь здание вокзала, больше похожее на муравейник от мельтешащих всюду людей, и оказались на небольшой, но милейшей площади, которую украшала статуя воина, сидящего на спине грозного дракона. Вокруг были разбиты клумбы с белыми и пурпурными тюльпанами — в цвет королевского герба. 

Заметив мой восхищенный взгляд, Стэйси улыбнулась:

— Добро пожаловать в Сильвертаун, лиа Ланье. 

— Я вся в предвкушении, — вздохнула я. 

— А вот и наша коляска! — вскрикнула Стэйси и замахала извозчику. 

— Это ваш экипаж? — поинтересовалась я. 

— Нет, что ты, пока мы не решились на такую покупку, — ответила подруга. — Это недешево, да и в городе не так уж удобно, у нас ведь нет своего участка, где можно было бы обустроить конюшню. Но все еще впереди, — она улыбалась мне, затем подъехавшему извозчику. 

На этот раз моим багажом занялся он, а мне оставалось только поудобнее усесться в коляске рядом со Стэйси. 

— Далеко ты живешь? — снова полюбопытствовала я, когда экипаж тронулся по каменной мостовой. 

Мимо поплыли аккуратные дома, выкрашенные в белый, желтый, красный. Во многих на первых этажах располагались магазинчики и кафе.

— В Скайнессе, — отозвалась подруга. — Один из лучших районов Сильвертауна. Чистый и с приличной публикой. Лучше только Эмеральд, где собралась вся аристократия. К слову, он не так далеко от нашего, но почти в пригороде. Особнякам дракомагов, знаешь ли, нужны большие площади, — она усмехнулась. 

Я слушала ее и мотала на ус. Описание Скайнесса мне понравилось: если публика там достойная, значит, можно поискать подходящего холостяка и среди соседей Стэйси. 

— Богиня, мне кажется, в Сильвертауне даже пахнет по-другому, — вздохнула я, непрестанно вертя головой по сторонам. 

— Надеюсь, приятно? — засмеялась Стэйси. 

Но я не успела отшутиться: на перекрестке с нами поравнялась карета, запряженная лошадьми куда крупнее, чем наши. Внешне они тоже отличались: более вытянутая морда, гнедое тело покрыто полосами золотистых чешуек, но главное — прижатые к бокам жилистые крылья. 

Это были настоящие драколошади, а это значит, что в карете сидел дракомаг. Я успела заглянуть в открытое окно за мгновение до того, как драколошади рванули вперед, и увидела знакомое лицо. 

Неужели опять тот самый дракомаг? Нет, наверное, показалось. Похоже, у меня уже паранойя. 

Наша коляска свернула в другую сторону, и лошади замедлили бег. 

— Почти приехали! — радостно сообщила Стэйси и показала на двухэтажный голубой дом впереди. 

Муж Стэйси Теодор оказался милейшим молодым человеком. У него были такие ясные голубые глаза и широкая, чуть рассеянная улыбка, что хотелось все время улыбаться в ответ. Стэйси первым делом показала мне комнаты, которые они снимали в этом доме, рассчитанном на несколько семей:  две небольших спальни (одна хозяйская, одна гостевая) с окнами, выходящими на живописную улицу,  гостиная, из которой имелся прямой выход в уютную столовую, а также кухня и кабинет Тедди, где, правда, со слов Стэйси, ее муж проводил немного времени. 

— Он все больше просиживает в конторе, — вздохнула она. — Так что я подумываю после сделать из нее детскую. Если к тому времени, конечно, мы не переедем в более просторное жилье. 

За ужином Стэйси поведала мне историю своего замужества и всех семейных перипетий, связанных с ним. Теодор поддерживал ее рассказ редкими, но емкими и забавными комментариями. Глядя на них, я верила, что они действительно созданы друг для друга. 

Потом мы пили чай в гостиной и играли в карточки, а ближе к одиннадцати наконец отправились отдыхать. У Стэйси была приходящая горничная, и мне предложили ее помощь, чтобы разобрать чемодан, но я решила все сделать сама. Этим я и занималась, когда в дверь тихонько постучали. 

— Не спишь еще? — шепнула Стэйси, заглядывая. 

— Нет, проходи, — я улыбнулась. 

— Тедди уже уснул, ему завтра рано в контору, я мне захотелось тебя еще увидеть. Пошушукаться, как в давние времена, — она прошла и села ко мне на кровать. На ней была только ночная сорочка и шаль, которую она накинула на плечи. 

— Я скучала по этому, — сказала я, улыбнувшись с некоторой грустью. 

— Ты не хочешь мне ничего рассказать? — взгляд подруги стал серьезным. 

Я вздохнула и положила в гардеробную последнюю вещь. 

— Я же вижу, что тебя что-то гнетет, — продолжала Стэйси. 

— Ты права, — я села рядом с ней. — Действительно есть кое-что, что тяготит меня. 

— Но мне ты можешь доверить самое сокровенное! — воскликнула подруга. 

— Знаю, — я стала теребить ленту на платье. 

— Ты безответно влюблена? — охнула Стэйси. 

— О, если бы! — я удрученно усмехнулась. — На моей семье огромный долг, Стэйси, за который я не в состоянии рассчитаться. 

— Долг? Какой? — встрепенулась подруга. — Может, мы с Тедди можем тебе помочь? У нас есть кое-какие сбережения… Можно еще попросить у его родителей… 

Я остановила ее, накрыв ее ладонь своей:

— Десять тысяч кьер, Стэйси. 

— Сколько? — глаза подруги расширились в изумлении. — Но… Но откуда он такой..? 

Я снова печально улыбнулась:

— Отец незадолго до смерти проигрался вконец и заложил наш дом. Ты же знаешь, что у него давно было это пагубное пристрастие, а как умерла мама, он и вовсе пустился во все тяжкие. Вначале опустел наш банковский счет, а после в залоге оказался наш дом и земля. И у меня осталось только два месяца, чтобы отдать этот проклятый долг, иначе… — я заморгала, прогоняя слезы. — Мы останемся без дома. Без всего. За себя я бы не волновалась, нашла бы себе место гувернантки или горничной, но девочки… Они еще чересчур малы и с ними меня никто не возьмет на работу. Тетушка Брисеида, папина кузина, слишком немощна, чтобы приютить малышек себе, еще и жутко сварливая. Она так и сказала в тот же день, когда узнала о нашем долге, чтобы на нее не рассчитывали. Я и сейчас уговорила ее присмотреть за девочками, только пообещав расплатиться маминой цепочкой. А через два месяца, если у нас отберут дом, девочкам придется отправиться в муниципальный приют… Сама представляешь, что это означает. Я не смогу даже видеться с ними часто. Мэри придется тоже начать работать, как только ей исполнится шестнадцать вместо того, чтобы поступить на литературные курсы, как она мечтала. А Мэри ведь еще такая ранимая, такая нежная… Диана не сможет пойти учиться в художественную школу, а она ведь так хорошо рисует... Ну а Лили еще совсем малышка, ей так нужна ласка и любовь близких, а не холодные стены приюта для бедных сирот. Если бы мама это видела, ее сердце бы снова остановилось навсегда… Я и сама, когда себе это представляю… 

— О, Габби, — подруга порывисто обняла меня. — Это все так ужасно. Я даже и помыслить не могла, через что тебе приходится проходить… 

— Ничего, я не теряю бодрости духа. Пока справляюсь, — я похлопала ее по руке. 

— Но что же делать? — Стэйси отстранилась и посмотрела на меня с волнением. — Мы ни за что не соберем такую сумму за два месяца! 

— Нет-нет, никаких «мы», — замотала я головой, спохватившись. Милая добрая Стэйси не изменяла себе, готовая кинуться спасать друзей даже в ущерб своей личной жизни. — Это моя проблема, и ее буду решать я. Сама. Мне достаточно того, что ты просто рядом. Хотя… Кое в чем ты все же можешь мне помочь, — я закусила губу.

— В чем же? — глаза подруги загорелись готовностью. 

— Помоги мне в поисках мужа, — выдохнула я. 

Стэйси несколько раз моргнула, открыла-закрыла рот в удивлении, а я поспешила продолжить:

— Это мой единственный шанс, понимаешь? Выйти замуж за состоятельного человека, который сможет оплатить наши долги и сохранить наш дом. Я долго думала, правда, но у меня больше нет вариантов, где взять такие деньги. Я так хочу, чтобы девочки были счастливы, — я приложила руки к груди. — Я не хочу, чтобы их жизнь пошла под откос из-за глупости отца. 

— А ты? — тихо спросила подруга. — Ты не хочешь быть счастливой? Ведь выйти замуж по расчету… Это… Это ведь совсем не для тебя. Ты ведь не об этом мечтала, Габби. 

Я отмахнулась будто бы с легкостью:

— Это девичьи мечты. К чему о них сейчас вспоминать? А я буду счастлива, если мои сестры будут счастливы и дом останется с нами. И мамина коллекция книг. И… Да, этого всего вполне достаточно! И с чего ты решила, что брак по расчету не для меня? — я подскочила и стала расхаживать по комнате. — Я как раз самая расчетливая в нашей семье, знаешь ли. На мне даже вся бухгалтерия была, к твоему сведению. Я всегда была сильна в математике, если помнишь… 

— Причем тут математика, Габби? — вздохнула Стэйси. — Это нелюбимый мужчина, притом он на всю жизнь… 

— Будто я первая, кто собирается выйти замуж по расчету, — я передернула плечами. — У дракомагов так и вовсе все так женятся! Не сахарная, не растаю! Или ты в меня не веришь? Считаешь, мне нечего предложить будущему мужу? — я покрутилась. — Я, вроде, недурна собой… 

— Еще как недурна, — Стэйси слабо усмехнулась. — Ко всему прочему и умна. 

— А вот об этом лучше не распространяться, — я подняла указательный палец, и мы засмеялись уже вместе. 

— Но все же такая глупая, — продолжила подруга со вздохом. 

— Обернем это в плюс, — я развела руками. 

— Авантюристка, — она наморщила нос, но я уже видела, что лед тронулся. 

— Сочту это за комплимент. 

— Габби, — простонала Стэйси. 

— Так ты мне поможешь? — я плюхнулась перед ней на колени. — Мне нужна только информация… Может, в окружении твоего мужа есть холостяки с доходом тысяч двадцать в год? Или же ты знаешь места, где таких можно встретить? 

— Я так сразу не скажу, — задумчиво покачала головой Стэйси. — Надо поговорить с Тедди. Сделаю это завтра же! 

— Спасибо! — я порывисто обняла ее. — Мне еще надо заложить кое-что из украшений… Боюсь, мой гардероб не дотягивает до столичного. 

— Хм, — Стэйси поднялась и подошла к платяному шкафу, где я уже развесила свои вещи. — На первое время я могу поделиться своими платьями, но завтра мы непременно отправимся к портнихе, у меня есть одна хорошая на примете. Берет не дорого, а обшивает не хуже королевских портных. У нее самые модные выкройки. 

— Доверюсь тебе, — кивнула я. 

— Еще, — Стэйси побарабанила пальцами по дверце шкафа, — как ты заметила, нужно составить список мест, богатых на холостяков. Ближайший бал, на который у меня есть приглашение для нас, через неделю… 

— Я должна использовать каждый день! 

— Вот и я об этом. Что ж, есть над чем поразмыслить. И все же утро вечера мудренее, так что предлагаю все же пойти спать. Крепкий сон важен для нашей красоты. 

— Не могу не согласиться, — мы вновь крепко обнялись с подругой и наконец распрощались до утра.

И все же сон не сразу пришел ко мне. Я еще раз пересмотрела свои вещи, затем достала спрятанные украшения. Ожерелье с изумрудами. Диадема с топазами. Кулон из редкого аметиста. Все эти украшения маме передала ее мать, то есть моя бабушка, спустя несколько недель после ее изгнания из дома. Бабушка нашла маму втайне от деда и вручила ей шкатулку, в которой хранились все украшения, подаренные в разное время маме родителями, со словами: «Это все, что я могу для тебя сделать». 

Первое время дела у мамы и папы шли неплохо, мы не особо бедствовали, пока отец не втянулся в азартные игры. Постепенно содержимое шкатулки стало таять. После смерти мамы мне удалось спрятать то, что еще осталось в ней, от отца, который проиграл бы и оставшиеся украшения. Увы, хоть они и были дорогими, но все же не могли покрыть и десятой доли долга, а я не спешила с ними расставаться, оставляя на самый черный день. 

И сейчас я попытаюсь сохранить хотя бы часть из них. 

Но помимо ожерелья, диадемы и кулона было еще кое-что, что я хранил как зеницу ока. Мама взяла с меня обещание, что эту вещь я не продам никому и ни при каких обстоятельствах: нефритовое яйцо в оправе из серебра размером с пол-ладони. Со слов мамы оно было очень древним, таким древним, что видело еще век Великих Драконов, а возможно, было и создано ими. Иногда, когда я сжимала его в ладони, то ощущала легкую пульсацию. Не исключено, что мне это просто мерещилось, но хотелось думать, что доля правды в маминых словах все же была, и в этом яйце заключена некая сила. 

Да, несмотря на все свою расчетливость, я все еще верила в сказки. 

Следующим утром я немного заспалась, но Стэйси меня не будила, поэтому завтрак у нас выдался поздним и без ее любимого Тедди, который давно отправился в свою контору. 

— Значит, план дня на сегодня таков, — говорила подруга, ловко намазывая маслом румяный тост. — Вначале идем к Изольде. Это портниха, о которой я тебе говорила. Я уже послала ей записку, предупредив, что мы будем в полдень. Затем в три часа мы должны быть в «Колибри», это ресторан на бульваре Мостов, весьма популярное место. 

— И зачем нам нужно быть именно там? — поинтересовалась я, с наслаждением откусывая от горячей булочки с сыром. — Тоже успела заказать там столик? 

— И это тоже, но… — Стэйси подняла указательный палец. — В три тридцать там встреча у Тедди с его клиентом Филом Бэйбори. У них бракоразводный процесс, что, сама понимаешь, достаточно редкий случай. Супруга Бэйбориа была поймана на измене, и он этого простить не смог. Я осторожно расспросила о нем Тедди, потому что мне показалось, что это может быть интересно тебе. Итак, Фил Бэйбори, тридцать шесть лет, увлекается лошадьми, живет в Рийтморе, пригороде Сильвертауна. Годовой доход восемнадцать тысяч кьер. 

— Восемнадцать? — я задумалась. — Это еще куда ни шло… А что с детьми? Да и развод пока не состоялся. У меня ведь всего два месяца в запасе. 

— Детей нет. Это была еще одна из причин для развода, хотя женаты они были уже пять лет. Поэтому, как мне кажется, этот Бэйбори как раз будет торопиться с поиском новой невесты. Так как? Идем в «Колибри»? Сделаем вид, что оказались там случайно, заодно и познакомимся с лэром Бэйбори. 

— Думаю, стоит попытать удачу, — согласилась я. Сейчас нужно использовать любой случай. — Только не забудь, что мне нужно еще заложить украшения. У меня в кошельке всего десять релю. 

Стэйси кивнула:

— Недалеко от ателье Изольды есть ломбард.

Перед прогулкой в город подруга заставила надеть меня одно из своих платьев и помогла уложить волосы по столичной моде. Перед отходом она еще прихватила несколько визиток Теодора из его кабинета. 

— Они могут помочь нам в некоторых вопросах, — объяснила Стэйси. 

Она оказалась права. В ломбарде, куда мы заглянули в первую очередь, благодаря визитке Тедди ростовщик назначил за мамино колье самый низкий процент из возможных, а это значило, что у меня появился шанс вернуть его себе по истечении срока залога. 

Следующим пунктом было ателье той самой Изольды. Расхваленная Стэйси портниха оказалась еще совсем молодой женщиной, веселой и энергичной. Она в мгновение ока измерила все мои параметры, потом заставила меч покрутиться, рассматривая и что-то прикидывая, затем разложила передо мной каталоги, открыв их на определенных страницах. 

— Советую вот это и это для прогулок и мероприятий на свежем воздухе, это и это для званого ужина, а это в качестве бального. Очень удачная модель. Многослойный низ, верхняя юбка съемная, а это выходит уже два варианта модели для выхода в свет. Кроме этого, к нему можно сшить ажурную пелерину, и это будет уже третий вариант. Итого, вместо одного бального платья получаем три! И никто не посмеет сказать, что вы повторяетесь в своем образе. 

Мы переглянулись со Стэйси и одновременно заключили:

— Идеально. 

Пришлось сделать еще заказ на несколько пар перчаток и чулок, а также бальную сумочку. 

— Приглашения на несколько балов я точно тебе гарантирую, — заверила меня Стэйси. 

После обновления гардероба мой кошелек стал легче на двести релю, а это почти половина денег, вырученных за колье. Правда, и платьев было заказано немало. 

До трех часов оставалось еще время, и Стэйси предложила прогуляться по бульвару Мостов. Свое название он получил за то, что с двух сторон омывался каналами, через которые, в свою очередь, были перекинуты мосты самых причудливых конструкций. Один украшали перила из кованых роз, другой — бронзовые драконы, третий весь был увит молодым плющом и походил на маленький сад — и это лишь малая часть, которую я успела посмотреть. Главная аллея бульвара пестрела клумбами с весенними цветами, кроны деревьев уже успели окутаться салатов-желтой дымкой первой листвы,и на их ветках заливались звонкой трелью птицы. Заканчивался бульвар монументом, в котором мастер запечатлел один из главных моментов нашей истории — заключения союза между драконами и людьми, чтобы вместе противостоять нашествию сумеречных гарпий. На нем дракон протягивал человеку чашу с собственной кровью. Испив ее, человек получал часть силы дракона. Именно от них и пошла раса дракомагов. Многие до сих пор называют их просто «драконами», как и великих рептилий, однако сами дракомаги не любят такого обращения. Во всяком случае, именно так говорила мне мама. 

Часы на городской ратуше пробили три, и Стэйси, спохватившись, потянула меня в сторону «Колибри». Чтобы попасть в ресторан, пришлось пересечь чудесный мостик, перила которого были все увешаны маленькими кашпо с цветущими кактусами, привезенными с разных регионов южной империи Даарон. Во всяком случае именно так гласили сопроводительные таблички. 

У самого ресторана нас тоже встречал кактус, только огромный, почти с меня ростом, а интерьер полностью соответствовал тематике пустынного юга. Оставалось только гадать, при чем тут колибри. Правда, справедливости ради, стены все же украшали панно с изображением этой маленькой птички. 

Мы только успели разместиться за своим столиком и сделать заказ (тушеное мясо со сладкой морковью и имбирем), как в дверях появился муж Стэйси с неким господином. 

— Они пришли, — подруга пихнула меня ногой под столом, и я приосанилась.

Не могу сказать, что спутник Теодора был красив. Скорее, обладал весьма посредственной внешностью и выглядел даже старше, чем должно в его возрасте. И животик у него уже наметился, и залысины на лбу поблескивали, а немаленький такой нос покрывала сеточка выразительных сосудов. Впрочем, с лица воду не пить, а в моем случае на это и вовсе не стоит обращать внимания. Да и возможно, этот лэр Бэйбори был просто хорошим человеком, что тоже немаловажно для счастливого брака. 

Так я себя убеждала, пока Теодор и Фил Бэйбори шли к своему столику, не замечая нас. 

— Что-то они, конечно, рановато, — прошептала Стэйси, — но главное, мы на месте, — тут она выразительно кашлянула.

Это сработало, и Теодор вместе с Бэйбори обернулись в нашу сторону. 

— Стэйси? — глаза Тедди расширились в изумлении. 

— Милый! — вскрикнула подруга, имитируя бурную радость. — Надо же, вот так встреча! А мы со Стэйси гуляли по городу, посидели у Изольды и вот, уставшие, решили перекусить. Чудо, что здесь нашелся свободный столик. 

— Действительно, невероятно, — Тедди уже тоже улыбался, забыв о всей своей важности. Правда, он тут же спохватился и убрал улыбку с лица: — А я тут по работе, это мой клиент лэр Филипп Бэйбори. Лэр Бэйбори, позвольте представить вам мою супругу Стэйси Саммер и ее подругу Габриэллу Ланье. Лиа Ланье только вчера прибыла в Сильвертаун и остановилась у нас. 

— Невероятно приятно познакомится, лэр Бэйбори, — прощебетала Стэйси, протягивая тому руку. 

— Взаимно, лиа Саммер, — Бэйбори порозовел щеками и поцеловал ее руку. — Рад знакомству, лиа Ланье, — теперь его влажные губы мазнули по моей руке. 

Я в ответ ослепительно улыбнулась и взмахнула ресницами. Он покраснел еще больше, а глаза заблестели — хороший знак. Оборона пробита. 

— Прошу простить, что мы не сможем разделить с вами трапезу, лии, — произнес Теодор, — но нам надо обсудить с лэром Бэйбори конфиденциальный вопрос. 

— К сожалению, — поспешно кивнул Бэйбори. 

— О, само собой разумеется! — воскликнула Стэйси. — Это мы несколько нарушили ваш покой, придя сюда. 

— Ты никогда не нарушишь мой покой, милая, — тихо произнес Тедди, тоже целуя ее руку. — Но сейчас время работы. 

— Теодор такой заботливый, — улыбнулась я подруге, когда мужчины ушли за свой столик. 

— Да, он такой, — вздохнула Стэйси, но быстро сменила тему: — Ну как тебе Бэйбори? Кажется, он был уже готов отложить свой «конфиденциальный вопрос» и остаться обедать с нами, — она хихикнула. — И он краснел, глядя на тебя. 

— Пусть все же побыстрее решает свой вопрос, — отозвалась я, — и становится свободным. А пока будем держать его в уме. 

Вскоре нам принесли наши блюда, и мы принялись наслаждаться вкусной едой. Правда, удовольствие мое было не полным, поскольку я постоянно ловила себя на мысли, как там мои сестры и не голодны ли. Но увы, сейчас я не могла поделиться с ними этой едой, что ужасно угнетало. 

— Смотри, сюда и драконы захаживают, — шепнула мне Стэйси. 

Я подняла глаза и заметила молодую пару. На мужчине было коричневое пальто, и на доли секунды мне показалось, что это все тот же самый дракомаг, который успел мне намозолить глаза. Но приглядевшись, я поняла, что обозналась, и испытала облегчение. Что-то в том дракомаге настораживало меня, заставляя нервничать. 

Стэйси тем временем делилась со мной мыслями, куда нам лучше пойти после обеда, да и вообще занять ближайшие дни до первого бала, на который у нас уже было приглашение. 

Мы еще лакомились фруктовым десертом, когда Теодор с Бэйбориом заключили свою беседу. Они рассчитались с официантом и снова направились к нам. 

— Стэйси, Габриэлла, — начал Тедди, как только подошел, — лэр Бэйбори интересуется, нравятся ли вам скачки? У него есть несколько приглашений на завтрашние скачки в Пинтейне, и он хотел бы поделиться ими с нами. Как вы на это смотрите? 

Бэйбории в это время улыбался и кивал в такт каждому его слову. 

— Вы говорите о Крылатых скачках? — встрепенулась Стэйси. 

— Именно о них, лиа, — улыбка Бэйбории стала шире. — Вы не откажете мне в удовольствии присутствовать там вместе со мной? 

— Там участвуют драколошади, — пояснила подруга мне с горящими от возбуждения глазами. А после торопливо ответила Бэйбории: — Конечно, мы согласны, лэр! И я с Теодором, и Габриэлла с удовольствием составим вам там компанию! 

Крылатые скачки в Пинтейне называли еще Королевскими, поскольку попасть туда, если ты не дракомаг из известной семьи, можно было лишь по специальному приглашению. Но поскольку Бэйбории увлекался этим всерьез и был настоящим специалистом по лошадям, в том числе и породы «драко», то имел особые связи, дающие ему возможность посещать подобные мероприятия. Все это я узнала от Стэйси, как только мы остались одни, и сама вдохновилась. 

— По-моему, это лучшее, что можно было придумать для знакомства с высшим светом, — подруга была тоже невероятно воодушевлена, поскольку для нее все тоже было впервые. С тем лишь небольшим отличием, что ей не нужно было искать мужа, а значит, можно было просто наслаждаться предоставленными возможностями. 

Платья мои от Изольды еще не были готовы, поэтому пришлось снова воспользоваться гардеробом Стэйси. Единственное, что я смогла приобрести к завтрашнему мероприятию, это чудесную изумрудную шляпку с пером, имитирующем перо феникса, и перчатки ей в тон. У Стэйси же нашлось кремовое дневное платье с зеленой отделкой — и получился вполне приличный наряд, соответствующий случаю. Сама же подруга облачилась в цвет светлого лосося — весьма модного в этом сезоне. 

Скачки начинались в два, но по негласным правилам все прибывали за несколько часов. Так, мы оказались там немногим позже полудня, и нас сразу захватила разноцветная толпа: лии и лэры в изысканных нарядах уже с оживлением делали свои ставки, попутно угощаясь закусками и напитками, которые можно было встретить в шатрах, раскинутых вокруг главного ипподрома. 

— Лэр Саммер, лиа Саммер, лиа Ланье! — к нам уже спешил Филипп Бэйбори, размахивая шляпой. — Безмерно рад вас видеть. 

Мы со Стэйси получили два смачных поцелуя руки, а Теодор удостоился крепкого пожатия. 

— Чудесная погода, не правда ли? — он поднял глаза на ясное голубое небо. 

— Да, сегодня погода, точно уже конец весны, — отозвалась Стэйси. — Солнце даже немного припекает. 

—  Да-да, лето уже не за горами. Не желаете сделать ставки? — поинтересовался Бэйбории потом. — Могу порекомендовать вам две чудные драколошади — Фрезию и Топаз. Одна из них гарантированно придет к финишу, а интуиция и опыт меня редко подводят. — Лиа Габриелла, вы как? 

— О нет, благодарю, но я, наверное, пока подожду, — ответила я, улыбаясь, как можно беззаботнее. — Будет ведь несколько туров? 

— Да, еще два, — заверил Бэйбори. — Тогда лэр Саммер? 

— Я… Даже не знаю, — Тедди замялся. — Может, если только одну ставку. Последую вашей рекомендации, лэр Бэйбори. 

— А мы тогда пока прогуляемся к шатру с закусками, — проговорила Стэйси, выразительно глядя на мужа. — Ищите нас там. 

— Надеюсь на его благоразумие, — вздохнула она, уже провожая удаляющегося супруга взглядом. 

— Какое счастье, что мне нечего даже ставить, — хмыкнула я. — И я даже не смогу проверить, насколько азартна. Впрочем, оградите меня, боги, от подобного. Батюшка сослужил мне чудным примером того, как нельзя идти на поводу у своих страстей. 

— Делайте ставки, делайте ставки! — мимо пробежала нарядная девчушка с венком из мелких розочек и сунула нам яркую листовку со списком лошадей-участниц. Там же были и изображения некоторых, видимо, фаворитов. 

— Ничего в этом не понимаю, — хихикнула Стэйси. — Пойдем лучше угостимся шампанским и пирожным. 

Я положила листовку себе в сумочку и последовала было за подругой, как вдруг мой взгляд остановился на мужчине. Он с рассеянным видом крутил в руках такую же листовку. Мое сердце сделало кульбит, потому что я узнала в нем все того же дракомага, который, словно злой рок, преследует меня с самого Берри. На мгновение мелькнула шальная мысль, что вдруг это дурной знак, предупреждающий меня о неудачах в моем мероприятии. 

— Ты что? — Стэйси вернулась ко мне, застывшей на одном месте. 

— Не знаешь, кто это? — я показала взглядом на дракомага. 

— Если не ошибаюсь, это Рональд Кэйхарр, — ответила подруга. — Он вроде как недавно вернулся… 

Я вздрогнула, когда этот Кэйхарр повернул голову в нашу сторону, и потянула подругу к шатру:

— Давай зайдем внутрь, и ты мне расскажешь подробнее. 

— А в чем дело? — на лице Стэйси вспыхнуло любопытство. 

— Да ничего такого, просто я случайно виделась с ним в Берри. Мельком, конечно же. Потом столкнулась в поезде. И теперь вижу здесь. Вот и стало интересно, кто это, — я схватила бокал с шампанским и немного расслабилась. 

— Ты никогда не слышала о семье Кэйхарров? — Стэйси взяла эклер и сразу откусил от него, продолжая говорить уже жуя. — Они одни из Круга. Если быть точной, то из всей семьи Кэйхарров ныне здравствуют лишь Рональд, его младшая сестра и тетушка. Говорят, их отец Дерек Кэйхарр умер от яда сумеречных гарпий в прошлом году. Он инспектировал гарнизоны на границе с Теневым лесом. Не знаю подробностей, слухи ходят самые разные, но вроде как на него напала целая стая гарпий. 

— Целая стая? — я ужаснулась. — Но ведь гарпии почти все уничтожены. Откуда? 

— Вот и я про то, — Стэйси пожала плечами. —  Но что слышала, то и рассказываю. Так вот, яда было столько, говорят, что старшего Кэйхарра не спасла даже его кровь дракомага. Он угас за несколько месяцев. И теперь титул главы семьи и членство в Круге получил его сын Рональд. Но и он, вроде как, на днях вернулся с той самой границы. Как видишь, к счастью, живой. Возможно, его путь оттуда как раз и следовал через ваш Берри. 

— Видимо, так и было, — я сделала глоток из бокала и задумалась. 

В королевский Круг входили главы самых влиятельных семей дракомагов, считалось, что именно они являются гарантом безопасности нашего королевства. Ежемесячно они отдают по капле своей крови, которая потом наполняет защитные камни-артефакты, установленные на границе с Теневым лесом и скалами и ограждающие нас от случайного нашествия гарпий. Те в своем большинстве были давно уничтожены благодаря все тому же древнему союзу драконов и людей, но единичный особи все еще появлялись в Теневом лесу, однако они были куда слабее своих предков. Вот только рассказ Стэйси несколько не вязался с этой официальной версией. Может, действительно, слухи просто врут? 

— Лиа Саммер, лиа Ланье, вот вы где! — в шатер вошел Бэйбории, а следом за ним Теодор. 

— Здесь чудные пирожные, — сообщила Стэйси и поднесла одно с розовым кремом прямо ко рту мужа, — попробуй. 

Тот осторожно откусил и улыбнулся: 

— Действительно, очень вкусные. 

— Сделали ставки? — подруга прищурилась. 

— На одну лошадь, немного, — ответил Тедди, как бы отчитываясь. 

— Лэр Бэйбории, вы ли это! — раздалось у меня за спиной. 

Вскоре около нас вырос молодой мужчина со щегольскими усиками и модно уложенными каштановыми волосами. Его шею покрывали мелкие чешуйки. Заметив это, все в нашей компании подобрались. 

— Лэр Говард, — Бэйбории учтиво склонил голову ему, — рад вас видеть. 

— Да ладно тебе, дружище, что за церемонии? — тот со смехом похлопал его по плечу. — Кстати, Марибелла — прекрасная лошадь. Спасибо, что помог выбрать ее. 

— Мне было приятно это сделать для вас, лэр Говард, — Бэйбории кашлянул и поправил шейный платок. 

— Но почему ты не представляешь мне своих спутников? — воскликнул Говард, его взгляд скользнул по Стэйси, потом остановился на мне. 

— Да-да, простите, — Бэйбории снова смущенно кашлянул. — Это Теодор Саммер, мой адвокат, и его супруга Стэйси Саммер. 

Тедди с Говардом обменялись вежливыми кивками. Стэйси даже затаила дыхание, когда дракомаг целовал ей руку, проговаривая некий комплимент. 

— А это лиа Габриэлла Ланье, — дошла очередь и до меня. — Близкая подруга лэра и лии Саммер. 

— Лиа Ланье, наверное, недавно в столице, иначе я непременно бы уже завел знакомство со столь прекрасной особой, — сказал Говард, не сводя с меня заинтересованного взгляда. 

— У вас есть возможность это исправить, лэр Говард, — ответила я, одаривая его улыбкой и смело заглядывая ему в глаза. Голубые, к слову, с веселыми искорками. Явно любитель похищать женские сердца. — Но вы правы, я впервые в столице и всего третий день. 

— Тогда Джонатан Говард к вашим услугам, лиа Ланье, — он все еще не отпускал мою руку, что слегка выходило за рамки приличия. — Если пожелаете, в один из дней я могу показать вам город. Кстати, вы надолго к нам? 

— На месяц, может, чуть больше, — ответила я, все же деликатно высвобождая руку из его тонких  пальцев. — Возможно, я и воспользуюсь вашим предложением, если заскучаю, лэр Говард. 

— Буду с нетерпением ждать момента, чтобы развеять вашу скуку, лиа, — Говард широко улыбнулся. — Приятно было познакомиться, лиа Саммер, лэр Саммер. Думаю, еще увидимся. 

Он отошел, а Стэйси заговорщицки поинтересовалась:

— Это не тот ли Говард-младший, которого отец мечтает поскорее женить? Ему не дает покоя его репутация повесы. 

— Все верно, это младший сын Грегори Говарда, — подтвердил охотно Бэйбории. — Но он любит лошадей не меньше, чем хорошеньких женщин, что и послужило нашему доброму приятельству. 

— Не знала, что у вас такие знакомые, лэр Бэйбории, — пожурила его Стэйси. 

Меня же больше взволновало другое: Говард не женат. Но значит ли это, что я могу попытать удачу с ним? Я не рассчитывала добиваться расположения драконов, поскольку прекрасно осознавала, какая между нами лежит пропасть. Стоит ли рисковать? Или все же сосредоточиться на более достижимой цели? Я глянула на Бэйбории, его проплешинки и животик… Говард, конечно, привлекательнее во сто крат, не говоря уже о его состоянии. Но он дракомаг, и это серьезно усложняет дело. 

За всеми этими мыслями я не заметила, как мы оказались на трибунах стадиона, где вот-вот должен был начаться первый забег. 

Драколошади были прекрасны. Эту породу дракомаги вывели специально для себя, используя всю ту же кровь дракона, когда та была еще доступна. Такие лошади отличались повышенной выносливостью, скоростью и долголетием, а еще умели летать. Помимо лошадей, у дракомагов были и «свои» домашние питомцы — дракокоты и дракопсы. Смысл их выведения был для меня малопонятен, ведь они отличались от своих обычных сородичей лишь более крупным телосложением и наличием все тех же крыльев, но, видимо, дракомаги хотели даже в этом подчеркнуть свою особенность. 

В первом раунде забег был традиционным, без использования крыльев у драколошадей, поэтому мы наблюдали почти классические скачки, как объяснил нам Бэйбори. Тем не менее зрелище оказалось увлекательным и захватывающим, у меня даже появились свой фаворит — лошадь Топаз с белоснежной гривой и ажурными, точно кружево, крыльями. Ей чуть-чуть не хватило, чтобы стать первой, что меня глубоко расстроило. 

— Она будет участвовать и в следующем забеге, уже летном, — подбодрил меня лэр Бэйбории. — И там у нее шансы намного выше. Не желаете сделать ставку? 

— Пожалуй, сделаю. Минимальную, — решилась я. Ничего, от трех релю не обеднею, но удовольствие получу. Азарт все же нагнал меня. 

К тому же Тедди и Стэйси, поддавшись соблазну как и я, решились тоже сделать по небольшой ставке. Для этого пришлось выстоять очередь к букмекеру, когда же я наконец распрощалась со своими тремя релю и отошла от конторы, то не обнаружила рядом ни Стэйси с Тедди, ни Бэйбории. Куда же они запропастились? 

Я стала растерянно бродить в толпе, выглядывая своих друзей. 

— Лиа Ланье! 

Я обернулась на свое имя и увидела улыбающегося Джонатана Говарда. Улыбнулась было в ответ, но губы дрогнули, когда я заметила рядом с ним Рональда Кэйхарра. 

Делать вид, что я их не увидела, было уже поздно, пришлось вернуть любезную улыбку на лицо и подойти ближе. 

— Мне кажется, или вы потерялись? — лукаво улыбнулся Говард. 

— Я действительно не могу найти своих спутников, — призналась я, старательно избегая смотреть на Кэйхарра. 

Зато он сверлил меня таким взглядом, будто пытался разглядеть все мои внутренности. Я прямо ощутила себя экспонатом анатомического театра. 

— Они только были тут — и исчезли! — продолжала я, разводя руками. 

— Могу помочь вам их поискать, — предложил Говард. И добавил, спохватившись: — Да, прошу прощения, лиа, позвольте представить вам моего друга Рональда Кэйхарра. Рональд, это лиа Габриэлла Ланье, она гостит в Сильвертауне недавно. 

Что ж, избежать этого, похоже, было невозможно. Я подняла глаза на Кэхарра и протянула руку:

— Рада знакомству, лэр Кэйхарр. 

— Взаимно, лиа Ланье, — сухо отозвался он. 

А моя рука так и зависла в воздухе без его внимания. Поборов секундную неловкость, я убрала ее и сделала вид, что поправляю шляпку. Несмотря на все регалии, Кэйхарр, кажется, был далек от правил приличия. 

— Сегодня очень жарко, не правда ли? — нарочито бодро произнесла я. — Будто уже май. В Сильвертауне заметно теплее, чем в моих краях. 

— К слову, а из каких вы краев? — живо поинтересовался Говард. 

Кэйхарр при этом прищурился. Нарги! И кто меня за язык тянул? Придется отвечать, никуда не денешься. Соврать, чтобы Кэйхарр не понял, где видел меня? Нет, лучше сказать правду. Я обещала, что в погоне за своей целью, больше не буду лгать, только если слегка преуменьшать или преувеличивать реальные обстоятельства. 

— С северо-запада, — ответила обтекаемо. 

— Возможно, из Берри? — светло-зеленые глаза Кэйхарра снова испытующе уставились на меня. 

— Можно сказать, оттуда, лэр, — я выдержала этот взгляд и улыбнулась. — Вы весьма проницательны.

И тут я заметила в толпе знакомое лососевое платье и воспрянула духом:

— О, а вон и мои друзья! Нашлись! 

— Как жаль, что мне не пришлось вам помогать, лиа Ланье, — с усмешкой вздохнул Говард. 

— Ну как же? Вы помогли мне скоротать время и не позволили впасть в отчаяние, — парировала я, — за что премного вам благодарна. 

— Мы ведь еще увидимся? 

— Все возможно, — я весело пожала плечами и, еще раз попрощавшись, поспешила к Стэйси и Теодору, которые уже вовсю махали мне. И пока шла, явственно ощущала на себе прожигающий взгляд Кэйхарра. Ужасно неприятный дракомаг, столько высокомерия и нелюбезности! Прямо злой драконище! Не то что Говард. 

— Я отошла на минутку за мороженым, а ты успела пропасть! — встретила меня взволнованная Стэйси. 

— Я даже не отходила от букмекера, — возразила я, забирая у нее вафельный рожок с двумя желтыми шариками мороженого. — Потом оглянулась, а вас нет! Мне даже пришлось познакомиться с этим Кэйхарром, — понизив голос до шепота, пожаловалась я. — Он такой нелюбезный. Смотрел на меня, как на букашку. 

— Да, я слышала, что его расположения добиваются немногие, — хмыкнула Стэйси. 

— Я даже и пытаться не буду, — отозвалась я, лизнув холодный шарик. Мороженое оказалось лимонным. — И из списка потенциальных женихов однозначно вычеркиваю, — со смехом добавила я. — Даже три минуты в его обществе — сущий кошмар, поверь! 

Но как только начался новый забег, я забыла обо всем на свете, в том числе и о Кэйхарре: это было слишком прекрасно и слишком волнительно. От полета драколошадей захватывало дух, и я даже немного завидовала их всадникам: вот бы оказаться на их месте хоть на минутку! Наверное, ощущения незабываемые. 

Топаз, на которую я делала ставку, все же к финишу пришла опять второй. Меня это огорчило даже сильнее, чем я ожидала. И нет, не из-за проигранных трех релю. Просто я считала, что такая восхитительная драколошадь достойна носить звание первой. 

— Если бы я была дракомагом, — вздыхала я уже на обратном пути, когда мы ехали в коляске, — и имела столько денег, как и они, то непременно купила бы Топаз себе. И любовалась бы ею каждый день. 

— Возможно, стань ты супругой лэра Бэйбории, он бы и смог осуществить это твое желание, — заметила Стэйси. — В последнее время все чаще слышно о том, что драколошадей приобретают к себе в конюшни не только дракомаги, но и обычные люди, так что… — подруга многозначительно повела бровью. 

Я подавила смешок и отмахнулась:

— Дай мне еще немного времени присмотреться к другим кандидатам. Я все же еще надеюсь расширить их выбор в ближайшее время. Бэйбории — крайний вариант. Ты же помнишь о его годовом доходе. Да и его развода стоит дождаться. 

— Только не говори, что ты решила заняться персоной Джонатана Говарда, — вкрадчиво уточнила Стэйси. 

Я задумчиво покусала нижнюю губу. 

— Но ведь я могу хотя бы сходить с ним на прогулку, если он пригласит? 

Подруга пожала плечами:

— Можешь, если захочешь. Но не забывай о его положении и… репутации. 

— О, об этом я точно никогда не забуду, — вздохнула я и откинулась на спинку сидения. 

Будущее по-прежнему выглядело туманным.