Катастрофа для командора

Он — воплощение контроля и средоточие власти
Она — инкарнация хаоса и не будет ему подчиняться
Им придется работать вместе, но это будет жаркое противостояние

Айбер

— Командор, к вам прибыла доктор Айслин Арвейн, — голос моего помощника доносится по внутренней связи. — Требует принять её.

Требует? Серая мышь в белом халате, с растрепанными волосами и темными кругами под глазами, если верить фото в досье, будет что-то требовать? У меня? Интересно. Я делаю короткую паузу, затем отвечаю:

— Пусти.

Возвращаю взгляд к экрану, продолжаю листать данные, когда слышу, как дверь открывается. По карбоновому паркету раздаются несколько шагов ногами, которые явно не в тапочки обуты. Острый точечный звук шпилек.

Я поднимаю взгляд и… Вместо мыши в халате вижу нечто совершенно другое.

Немигающим взглядом смотрю на входящую в кабинет девушку. Она не похожа на то, что я ожидал. Совсем.

Айслин Арвейн. Проговариваю это имя про себя, пытаясь почувствовать вкус на языке.

Не серая мышь. Не блеклая лабораторная крыса с кругами под глазами. В стильном обтягивающем комбинезоне из белого нанотрокса по типу тех, которые носят офицеры армады. Подготовилась.

Она яркая. А для гениального ксенобиолога — слишком.

Высокие каблуки отбивают по полу чёткий, уверенный ритм, будто она не в центре военной координации Ксора, а на официальном приёме. Она не суетится, не смущается, не делает робких шагов. Напротив — каждое движение уверенное, плавное, грациозное. Как кошка, с достоинством проходящая по квартире, потому что уверена, что все принадлежит ей.

Айслин не сутулится, не мнётся в нерешительности, как я ожидал. Наоборот — несёт себя с неизменной честью, будто вошла не в кабинет командора армады, а к себе в лабораторию, где её место по праву.

Пока она идет к моему столу, я изучаю её, отмечая детали, от которых невозможно оторваться, смакую каждый штрих.

Длинные, густые, идеально гладкие распущенные волосы отливают золотом в мягком освещении. Но на самом деле они белые. Ухоженные. Явно не спрятаны в пучок для удобства, не запутаны от бессонных ночей над микроскопами. Эта ученая заботится о себе. Для кого она старается?

Я ловлю себя на том, что пытаюсь найти в ней слабое место. Но нет сгорбленных плеч, нет зажатости, нет неуверенного взгляда. Она не похожа на учёных, с которыми я сталкивался.

Яркие, глубокие нечеловечески голубые глаза. Дерзкие. Взгляд не бегает по комнате в поисках спасения. Она смотрит прямо на меня. Бросает вызов, который я готов принять.

Ровная спина, расправленные плечи. Подбородок чуть приподнят. Это не надменность — это привычка держаться уверенно.

Фигурка — загляденье. Белый комбинезон подчёркивает все линии идеально собранной, отточенной не иначе как в зале фигуры. Изгиб талии притягивает, я замечаю острые косточки на бедрах.

Уголок губ чуть приподнят, но на дружескую улыбку это не похоже.

Мне хочется усмехнуться. Ей даже не нужно ничего говорить, чтобы зацепить меня. Но это не она со мной играет. Это я с ней.

Бездна.

Тело реагирует на эту девицу однозначно. Я чуть шире ставлю ноги под столом и перевожу взгляд на её лицо, но это не помогает. Залипаю, как пацан, на её губах. Они, должно быть, мягкие и нежные, но сейчас чётко очерченные и сжаты в тонкую линию — так же, как и её пальцы на планшете. Жёсткость во всём. Мне это нравится.

Это не просто женщина. Она — воплощенный вызов. Пальцы покалывает от неуместного предвкушения. Внутри просыпается что-то тёмное, опасное, то, что лучше бы не выпускать наружу.

Я в упор смотрю ей в глаза, когда она подходит вплотную к столу, и давлю в себе желание вломиться к ней в мысли. Мне ничего не стоит прочитать все, о чем она думает, и даже больше — внедрить любые установки. Но это низко. Такие трюки можно проделывать с равным противником, а разум человека, а если точнее, человеческой женщины не может являться таковым.

— Командор Крейт, — она первая нарушает тишину. Голос ровный, хрустально чистый, но с оттенком, который заставляет меня поставить ещё одну галочку, больно уверенно она говорит. — Я доктор Арвейн. Ведущий специалист вашей исследовательской миссии.

Она кладёт на мой стол цифровой планшет с подтверждением назначения.

Я не беру его. Смотрю на неё и в толк не могу взять, с каких пор гражданские приходят в мой кабинет и заявляют о своём статусе так, словно командуют экспедицией?

Я вижу, как на мгновение в её глазах мелькает лёгкое любопытство. Она замечает моё молчание, чувствует напряжение. Но не отступает. Отлично.

— Доктор Арвейн, — я намеренно делаю паузу, отмечая, как плотно она сжала губы. — Насколько мне известно, моя миссия — военная. Ваше участие — формальность.

Она выпрямляется, чуть наклоняя голову.

— Без меня вы не сможете выполнить задачу, командор, — произносит она с той же уверенностью.

Ох, у нас тут ещё и характер! Этой докторице самомнения не занимать. Она не понимает, в какую игру вступает, но я великодушно позволяю. Беру планшет и медленно пробегаю по нему пальцами. Делаю вид, что читаю. Я уже все прочитал в досье, тут не будет новой информации.

— Мне понадобятся доступы к исследовательским мощностям вашего крейсера, командор, — строго произносит «ксенобиологиня». Это не просьба. Это приказ.

Мне со времен учебы в Академии никто, кроме главнокомандующего, не приказывал. А тут эта… дюймовочка. Любуюсь её сосредоточенным лицом, хотя внутри тлеет желание рвануть её на себя прямо через стол и впиться в губы поцелуем. И заставить сказать «пожалуйста».

Я медленно выдыхаю. Проверяет меня? Или правда настолько не понимает, с кем разговаривает? Хотя неважно. На борту она будет моей проблемой… и изысканным развлечением.

Отклоняюсь в кресле, не отводя взгляда. Я вижу, что она ждёт ответа. Но не сдаётся, не пятится, не исправляется, не говорит «я не это имела в виду».

Чистая, кристальная уверенность. Огонь-девица!

— Вы серьезно думаете, что я прямо сейчас займусь доступами для вас? — Я изгибаю бровь, прибавляя голосу стального нажима.

— Не обязательно сейчас, командор, — прерывает она меня легко, будто ей наплевать на мой тон. — У вас есть сутки. Мне нужны доступы, когда я взойду на борт.

Я давлю улыбку. Каким же будет её гнев, когда она обнаружит отсутствие не только запрошенных лабораторных доступов, а вообще доступов по всему кораблю.

«Ксенобиологиня» как ни в чем бывало кладёт на стол электронный ключ удалённого копирования.

— Добавьте все доступы сюда, — поясняет она. — И я добавлю их на свой чип завтра.

Решительная. Уверенная. Чертовски красивая.

Я не шевелюсь. Скребу её взглядом, но оторвать его от её губ не получается. От губ, которые только что приказали мне, как дневальному мальчишке, что-то там сделать.

Бездна, она серьёзно? В голове не укладывается, сколько дерзости в этой девице!

Она коротко кивает, будто мы всё уладили, разворачивается и, не дожидаясь моего ответа, направляется к выходу. Дверь закрывается.

Я остаюсь сидеть в тишине, смотрю на электронный ключ на столе. Протягиваю руку, кладу палец на холодную поверхность, но не беру.

Этот маленький предмет — её требование. Брошенный вызов.

Меня пробирает азарт. Мне это понравилось.

Я медленно откидываюсь в кресле, сцепляю пальцы, осмысливая, что только что произошло. Усмехаюсь. Я уже хочу её. Она меня зацепила. Она мне интересна.

Она ещё не знает, но это будет её последняя игра в независимость.

Усилием воли выпихиваю мысли об Айслин из головы и принимаюсь за дела. Завтра она взойдет на борт моего крейсера, и мышеловка захлопнется.

Айбер

Я бросаю ключ удаленного доступа Айс в ящик стола и переключаюсь на рабочие вопросы, которые между миссиями всегда есть.

Остаток дня проходит за обычными рутинными делами, но встреча с Айс Арвейн не выходит из головы. Хуже того, я вообще не могу прекратить думать о ней и вспоминать её образ. Представляю наш первый разговор на борту, и по спине сбегают щекотные мурашки.

«Ксенобиологиня» ещё не знает, что на моем корабле ничего не делается без моего ведома. То есть совсем ничего. Корабль — часть меня, а я — часть корабля. Что бы в нем ни происходило, я буду знать.

Я — единственный во всей нашей расе, кто в состоянии удерживать ментальную связь с кораблем такого класса, как военный крейсер. Теперь единственный. Вторым таким ксорианцем был мой старший брат Кейлон Крейт, который пал вместе со своим крейсером на войне с Жуками.

Зря Айс думает, что у неё будет свобода действий.

Я откидываюсь в кресле, закидываю руки за голову и смотрю в потолок. В горле щекочет невыраженное желание. Бездна! Надоело гадать.

Я хочу знать о ней всё!

Открываю в Паутине «Базу знаний» Ксора и забиваю в поиск её имя. Доступ у меня ко всему.

Экран заполняется строчками текста.

— Давай посмотрим, что ты за птица, доктор Арвейн, — говорю сам себе с мечтательной интонацией.

Сначала стандартные данные.

Имя: Айслин Арвейн.

Возраст: 25 лет.

Раса: Человек (Землянка. Потомственная).

Статус: Ведущий ксенобиолог, специалист по адаптации и разведению инопланетных форм жизни.

Научное звание: Доктор наук. И год получения.

Она получила докторскую степень… в двадцать два?! Обычные люди в таком возрасте только универ заканчивают. Айс слишком молода для такого уровня. Похоже, слухи не врут. И правда гениальная.

Пролистываю дальше.

Место работы: Исследовательский центр на Ксоре.

Работа над адаптацией инопланетных экосистем.

Разработка лекарства от Леккорийской дегенерации.

Вот оно!

Я прищуриваюсь. Эта болезнь — одна из немногих смертельных для ксорианцев. Симптомы развиваются быстро, лечение неэффективно, выживаемость минимальная. И отважная Айс нашла способ её остановить.

Теперь понятно, почему её засунули в эту миссию. Думаю, у неё просто не было выбора. Её или купили, или поставили в условия, при которых она просто не могла отказаться.

Ладно. Это объясняет профессиональный аспект. Но мне нужна личная информация. Листаю дальше. Айс родилась на Ксоре. Семья давно живёт здесь.
Отец в разводе, уехал с планеты. Мать больна, проходит лечение в частной клинике.

Стоп. Я хмурюсь. Мать — похоже, её слабое место.

Вчитываюсь в данные. Болезнь матери редкая, разновидность волчанки, аутоимунная. В купировании симптомов дорогостоящая. В излечении — баснословно дорога. Это равносильно пересборки всего тела.

Это точка давления. Здесь Айс легко сломать. Но я не буду этого делать. Я не настолько отпетый манипулятор, чтобы спекулировать на её боли.

Ниже идут данные, которые выдала нейросеть, проанализировав аккаунты Айс в социальных сетях..

С облегчением читаю «Нет постоянных отношений». Теплая волна расползается внизу живота. Моя девочка свободна.

Нет семейных связей. Нет скандалов. Образцово-показательная девушка.

Слишком правильная. И меня это бесит.

Я откидываюсь в кресле и стучу пальцами по подлокотнику. Что-то тут не так. Либо она действительно идеальна, либо умеет убирать следы.

Я снова листаю её досье.

Несколько закрытых проектов. У меня есть доступ ко всему. Открываю. Читаю. Ничего подозрительного. Просто стандартные исследования. Природа, экология, адаптация ксорианских колоний.

Но если бы я не знал, что правительство может подчищать файлы, я бы поверил в эту чистоту. Она что-то скрывает. Или кто-то скрывает что-то за неё.

Я хмыкаю. Эта женщина вызывает у меня чересчур живой интерес. Бездна. Мне почти сорок лет. Я давно развелся и не испытываю потребности в любви как таковой. Женщины нужны для приятного общения и секса, а это всегда можно купить. Но в этой докторе Арвейн есть что-то, что мне хочется присвоить. Что само по себе бред. Но посмотрим. Я слишком заинтригован, чтобы отказаться от намеченной цели.

***

Я прибываю на «Шторм» заранее. Так принято. Основной состав экипажа уже на борту — двести ксорианцев, включая ключевых офицеров. Они провели финальную проверку систем и готовы к миссии.

Я стою на мостике, сложив руки за спиной, наблюдая за обзорными экранами. На тактическом дисплее отображается траектория приближения шаттла — на его борту ещё пятьдесят человек, включая специалистов и офицеров миссии. И единственная землянка среди них.

Наручный монитор показывает шестнадцать пятьдесят пять. Через пять минут шаттл состыкуется с крейсером. Айс будет среди прибывающих.

И мне это чертовски нравится.

Я бросаю взгляд на своё отражение в боковом экране, машинально поправляя китель. Вытягиваю манжеты рубашки ровно на сантиметр, как предписывает этикет. На борту уже идёт подготовка к прибытию, но я позволяю себе небольшую паузу.

Усмехаюсь, понимая, что слишком тщательно привожу себя в порядок. Я тысячу лет не предвкушал встречу с женщиной настолько остро.

Игра начинается.

Добро пожаловать на мой корабль, доктор Арвейн.

Айбер Крейт

Ксорианец. Один из сыновей Сайлоса и Эйи Крейт. Предпочел военную карьеру. Командор армады Ксора. Выдающийся ментал, способный при помощи ментальной связи управлять целым военным крейсером. Основной род миссий — военно-исследовательские. Его крейсер «Шторм» наряду с тяжелым вооружением, оборудован внутренними системами жизнеобеспечения, позволяющими многолетние экспедиции, кроме того, на борту есть целый исследовательский корпус.

Айслин Арвейн

Человек. Гениальный ксенобиолог, с отличием закончившая университет и совершившая научный прорыв в области ксорианской медицины. Выступает ведущим специалистом по изучению норинов — редких животных, из тканей которых извлекается фермент, позволяющий удешевить производство дефицитных лекарств на Ксоре и сделать их ходовым товаром.

Айбер

Шаттл стыкуется со «Штормом» точно по расписанию. Грузовой челнок уже доставил личные вещи экипажа и багаж доктора Арвейн, всё загружено в соответствующие отсеки роботизированной системой.

Сейчас на борт зайдут ещё пятьдесят человек — новая смена экипажа и научные специалисты миссии.

В стыковочном отсеке выстраивается приёмная группа — офицеры технического и командного состава. Они проверяют списки, сканируют идентификационные метки и распределяют новоприбывших по их постам.

Я стою чуть впереди, сложив руки за спиной, наблюдая за процессом.

Двери шлюза разъезжаются с приглушённым шипением, и внутрь начинают заходить офицеры.

Первые выходят ведущие специалисты — офицеры, штурманы, инженеры. За ними — группа технического персонала, механики, операторы сенсоров, тактические специалисты. Последними ступают штатные исследователи миссии, те, кто займётся обработкой собранных данных.

По уставу каждый прибывший должен отдать честь командиру. Они делают это синхронно — кулак к груди, быстрый кивок.

Я киваю в ответ, следуя протоколу.

— Добро пожаловать на борт, господа, — ровно произношу я.

Айслин здесь. Не нужно искать взглядом — я чувствую её присутствие. Слышу её шаги по палубе — уверенные, с лёгким ритмом каблуков.

Когда последние члены экипажа занимают свои места, она выходит из-за их спин. И делает это так, будто корабль принадлежит ей.

Ноль сомнений в себе.

Она не осматривается, не колеблется, идёт так, будто всю жизнь путешествует на военных крейсерах.

Все тот же белый обтягивающий комбинезон идеально сидит, подчеркивая балдежную фигуру. Высокие каблуки визуально увеличивают обычный для землянок невысокий рост. Распущенные волосы сияют в свете ламп.

Я внутренне ухмыляюсь, но лицо остаётся абсолютно непроницаемым.

Она останавливается передо мной, встречаясь со мной взглядом.

— Командор Крейт, — коротко приветствует она.

Ни колебаний, ни сомнений, ни попытки сгладить углы.

— Доктор Арвейн, — отвечаю я.

Она ждёт, что я скажу «добро пожаловать».

Не скажу.

— Разойтись, — командую экипажу.

Они сразу расходятся, направляясь по своим делам, а она остаётся стоять, чуть приподняв бровь.

— Давайте мой ключ удаленного копирования, — без лишних предисловий произносит она.

Я чуть наклоняю голову, выдерживая паузу.

— Я оставил его в других штанах, — произношу с лёгкой иронией.

О, теперь она сердится. Идеальные брови сходятся у переносицы, в глазах вспыхивает огонек гнева.

— Что? — она щурится, не понимая, шутка это или издёвка.

— Я не загружал доступы на ваш ключ, — поясняю так же спокойно.

На её высоких скулах проступает легкий румянец. Она быстро облизывает губы, и я замечаю кончик её языка — обдает жаром.

— Вы… забыли? — в её голосе сквозит удивление, смешанное с негодованием.

— Я даже не пытался, — уточняю, чуть пружиня на пятках, и опускаю подбородок.

Она сжимает губы, в глазах все сильнее разгорается пламя гнева.

— Без доступов к лабораторным мощностям я не смогу выполнять свою работу, командор, — цедит по словам с предупреждающей интонацией.

— Хм… Смогу ли я жить с этим? — задумчиво тяну я.

Теперь она в бешенстве. Чуть подергивает нижней челюстью, точно пытаясь зажать невидимую монетку между клыков.

— Это саботаж, — через мгновение выдает она.

Я усмехаюсь.

— Это командование, доктор Арвейн, — делаю короткий кивок с видом «теперь все понятно?». — Добро пожаловать на борт.

— Вы что, считаете, что можете так просто ограничивать мне доступ? — Она делает шаг вперед, чуть наклоняет голову, заглядывая в глаза, точно пытается достучаться до умалишенного.

Я медленно подхожу вплотную и, нависая над ней, отвечаю:

— Не «так просто», доктор Арвейн, — смотрю в её красивейшие голубые глаза, которые медленно синеют от эмоций. — А по щелчку пальцев.

Она продолжает сверлить меня взглядом.

— Корабль подчиняется министерству обороны, и я имею право… — начинает она.

Ах да. Теперь она решила зайти с официальной стороны. Только она не права.

— Нет, — перебиваю её. — Весь корабль подчиняется мне.

Айс вздёргивает подбородок.

— Вы говорите так, будто лично контролируете все системы.

Я выдерживаю паузу. Похоже, она не понимает, что так и есть. Для неё это будет сюрпризом.

— Именно так, — произношу наконец невозмутимо.

На её лице мелькает замешательство, но она тут же скрывает его за непроницаемой маской.

И тут до меня доходит — она не наводила справки обо мне!

О, доктор Арвейн, если бы ты знала, кто перед тобой. Она видит во мне обычного ксорианца. Обычного командира. Она не знает, что я сын Сайлоса Крейта. () Что я — единственный, кто может ментально управлять целым военным крейсером. Что каждая дверь, каждый шлюз, каждая камера, каждый отсек — это часть моего сознания. О таком в научных журналах не пишут.

Айслин просто не в курсе, что находится в клетке с хищником. Но узнает. Со временем. Я не стану этого скрывать.

Она делает короткий вдох.

— И всё-таки, когда я получу доступы? — спрашивает больше с усталой интонацией.

— Терпение, доктор Арвейн. — Я запускаю руку в нагрудный карман и вынимаю специально для неё заготовленный наручный монитор. Он с виду напоминает симпатичный металлический браслет. Подобные, только не такие красивые, носят члены экипажа.

Айс смотрит на безделицу у меня в руке с лёгким подозрением.

— Что это? — спрашивает она, хмурясь, когда я расстёгиваю тонкий металлический браслет.

— Браслет-трекер, — поясняю ровно.

— У меня уже есть чип, командор, — выговаривает Айс устало. — Он передаёт данные о местоположении и биопоказателях. В чём смысл?

Я спокойно встречаю её взгляд.

— Чип привязан к сети. Если сигнал пропадёт или будет заглушен, система перестанет его отслеживать. Браслет подключён напрямую к кораблю.

Я говорю правду. Но не всю. На самом деле этот браслет — не просто трекер. Это мои дополнительные глаза и уши, с браслетом я контролирую её местоположение, как на борту, так и за пределами корабля.

Теперь Айс полностью под моим контролем. На этом корабле для гражданской, особенно такой неуемной, слишком много опасностей, и я бы хотел оказаться рядом в критической ситуации.

Она колеблется всего мгновение, затем приподнимает бровь.

— Вы серьёзно считаете, что на борту что-то может заглушить сигнал?

— Я серьёзно считаю, что лучше предусмотреть всё, — отвечаю спокойно.

Она явно не уверена, но в итоге протягивает руку.

Я фиксирую браслет, чувствуя под пальцами тёплое, гладкое запястье. Бархатистая нежная кожа. Ловлю себя на том, что мне хочется задержать пальцы, и тут же убираю руки.

Затем я поднимаю руку Айс и подношу к кодирующему устройству рядом с панелью управления стыковочным отсеком.

— Теперь приложите правую ладонь, — велю аккуратным тоном.

— Ещё и это? — она закатывает глаза, но всё же кладет ладонь на холодное стекло. Экран высвечивает её имя. Код чипа привязан к системе корабля. Теперь без всяких ключей удаленного доступа я смогу назначать или убирать её доступы, отслеживать передвижения, контролировать каждый её шаг.

— Теперь вы официально под моим командованием, — стараюсь сказать ровно, но голос чуть рычит удовлетворением.

Она фыркает. О, доктор Арвейн недовольна? Ей это не нравится? Какая жалость, что тут иначе не будет.

— Всё? — сухо спрашивает она.

— Почти. — Я заговорщически улыбаюсь.

Она уже хочет уйти, но я заступаю ей путь.

— Что вы делаете сегодня вечером, доктор Арвейн? — спрашиваю с явным намеком на совместное времяпрепровождение.

Её глаза вспыхивают оскорблением.

— Работаю, конечно, командор, — резко отвечает она.

Я чуть киваю.

— Какая жалость, — произношу вслух, а про себя добавляю: «Ты потеряешь прекрасный вечер с очаровательным спутником».

Она разворачивается и уходит. Я смотрю ей вслед и понимаю: эта игра мне уже нравится.

Космический крейсер «Шторм», которым руководит командор Айбер Крейт

Мощный и огромный космический корабль с собственной системой генерации кислорода и воды, с собственной оранжереей, в которой свежие выращиваются овощи и фрукты, которыми питается экипаж, чтобы во время длительных рейсов не испытывать дефицита в живых витаминах. Кроме того, на этом корабле имеются собственные лаборатории, в которых могут проводиться исследования прямо во время рейсов. Иногда это жизненно необходимо. Корабль оснащен новейшим вооружением и двигателями.

Айбер

Я не тороплюсь на мостик.

После ухода Айслин я провожаю её взглядом ещё несколько мгновений, прежде чем двинуться в сторону тактического центра. Наши пути разойдутся, но не надолго.

Она злится. Это хорошо. Когда человек в гневе, он чаще делает ошибки. Я же не ошибаюсь никогда.

Следующие два часа проходят за проверкой систем, тактическим анализом маршрута и координацией экипажа. Я контролирую ход погрузки и раздачи обязанностей новоприбывшим. Подмечаю, где находится Айслин — у себя в каюте, но это только пока.

Корабль уже подстраивается под меня — камеры слежения, системы безопасности, автоматические шлюзы.

Когда время подходит к моменту отлёта, я направляюсь на мостик.

Мостик «Шторма»

Мостик оснащен новейшими высокотехнологичными системами мониторинга и управления, отражает дисциплинированную и тактическую атмосферу, идеально подходящую под командование Айбера.

Там уже полный состав — офицеры на своих местах, панели управления подсвечены зелёными индикаторами готовности. Навигаторы фиксируют последние координаты. Тактические офицеры проводят финальные сверки по безопасности.
Связисты держат линию с орбитальной станцией, ожидая подтверждения отстыковки.

Экипаж готов. Корабль ждёт только моего приказа.

Я прохожу к центральному пульту, мой первый помощник — Керис Вайдер — уже там. Исполнительный. Преданный. Умный. Мы хорошо знаем друг друга. Вайдер был со мной на большинстве миссий. Если мыслить личными категориями — он ближе всего к понятию «друг», хотя я не использую это слово.

Вайдер не тратит время на приветствия — сразу переходит к делу:

— Экипаж на местах. Все системы в штатном режиме, погрузка завершена.

Его голос ровный, чёткий, без лишней формальности. Он знает — я не люблю пустую болтовню.

Керис Вайдер

Первый помощник Айбера Крейта.
Ксорианец. Выдающийся ментал, но, конечно, в разы уступающий по силе командору, имеет вес и авторитет среди собственного экипажа корабля, легко завоевывает его среди сменной части. Харизматичный, уверенный в себе. На несколько лет младше Айбера, но общается на равных, дружат давно.

Я киваю, бросая последний взгляд на мостик.

Мой экипаж. Мой корабль. Наша миссия начинается.

Я могу управлять кораблём вручную, но быстрее он понимает мои мысленные команды.

— Запустить обратный отсчёт до отбытия, — произношу в воздух, мысленно отправляя соответствующую команду.

Над пультом загорается голограмма, отсчитывающая в обратном порядке с двух минут до нуля.

Корабль готов. Я готов. Экспедиция начинается.

Вайдер включает связь с кораблём и произносит в динамик:

— Запущен обратный отсчёт до отбытия. Две минуты. Экипажу — полная готовность.

Пока идёт обратный отсчёт, мы молчим. Я делал это уже десятки раз, но каждый раз это ответственный момент.

Корабль ощущает мой приказ. Каждое его звено подстраивается под заданные параметры, системы выходят на полную мощность.

Голограмма над пультом отсчитывает последние секунды. «Шторм» готов разорвать пространство и войти в бесконечность.

Две минуты.

Орбитальная станция парит в пустоте, её шлюзы мерцают сигнальными огнями.

«Шторм» — неподвижный титан, но в его недрах уже пробуждается движение.

Одна минута.

Размыкаются сцепления креплений. На панели загорается: «Разрешение на отстыковку подтверждено».

Тридцать секунд.

— Отключение фиксаторов, переход на автономное управление, — мысленный приказ.

Ноль.

Корабль дрожит, освобождаясь от причала. «Шторм» снова становится частью меня. Двигатели активны. Сначала плавное скольжение, затем резкий набор мощности. За бортом вспыхивают плазменные всплески, синее свечение двигателей ложится на корпус.

Станция остаётся позади.

Теперь мы сами по себе.

Я просматриваю маршрут на голографической панели, Вайдер рядом — его экран синхронизирован с моим.

Вокруг гудит работающий мостик. Тактические офицеры сверяют обновлённые данные. Навигаторы корректируют параметры курса. Связисты поддерживают канал с орбитальной станцией. Офицер боевого контроля проверяет, как распределяется энергия реактора.

Всё работает чётко и слаженно, как должно быть.

— Сколько прыжков? — спрашиваю у Вайдера, не отрываясь от голограммы.

Вайдер включает схему маршрута.
— Первый прыжок стандартный, — произносит привычно профессионально. — Дальше зона нестабильности, потребуется несколько коротких выходов в реальное пространство.

Я перевожу взгляд на цифры.

— Риски?

— Низкие. Если не попадём в неучтённый гравитационный разлом.

Прекрасно! Я сжимаю губы, не люблю путешествия с сюрпризами, но тут этого не избежать.

— Разведданные по планете.

— Вы хотите сказать, по системе, командор, — с заговорщическим видом отвечает Вайдер. На экране отображается схема звёздной системы. — На планету совершались исследовательские миссии. Восемьдесят процентов не вернулись. О ней известно мало. О системе немногим больше. Там обитают враждебные аборигены.

Ну отлично. В этой миссии все больше и больше неизвестных.

Командование сделало правильный выбор, отправив на эту миссию меня. Я вернусь с победой. А еще с грузом и данными.

Краем зрения замечаю, что офицеры на мостике невольно напрягаются. Они делают вид, что сосредоточены на работе, но я чувствую их внимание. Знают, что если командор напряжён, значит, миссия будет сложной.

Вайдер замечает моё молчание.

— Чего ожидали, командор? Вы же знаете, что просто так вас бы туда не отправили.

Я смотрю на него.

— Ты слишком много говоришь, Вайдер, — выговариваю строго, хотя Вадеру единственному позволено общаться со мной почти неофициально.

— Тогда я помолчу, — он улыбается уголками губ и возвращается к статистическим мониторам.

Остальные ребята даже не поднимают голов — знают, что вмешиваться в разговор командора и его первого помощника не стоит.

Я возвращаюсь к данным, но на мостике раздаётся гулкий топот.

Приближается офицер охраны. Шаг быстрый и чёткий.

Он останавливается у положенной линии, кулак к груди, кивок.

— Командор Крейт! — голос ровный, твёрдый. — Доктор Арвейн требует доступа в лабораторию на уровне А3.

Я отрываю взгляд от данных.

— Требует? — не скрываю легкой улыбки.

Офицер замирает, но выдерживает мой взгляд.

— Выскочка-землянка использовала именно это слово, командор, — он явно раздражен.

Кто-то за пультом подавляет смешок, но тут же замолкает. Остальным тоже становится любопытно. Все уже поняли, что с этой землянкой будет весело. Только пока не поняли, что все веселье достанется мне.

Я плавно поворачиваюсь к караульному.

— За языком следи! — жестко осаждаю его.

— Виноват, командор, — он мгновенно вытягивается по стойке смирно.

Никто не смеет выражаться о моей Айс. Какая упрямая девочка!

— Вольно, — бросаю офицеру. — Приведи её сюда.

Хочу видеть, как она повторит своё «требую» при полном экипаже.

Офицер торопливо уходит. Вайдер наблюдает за мной с нескрываемым интересом и едва заметно ухмыляется.

— Командор, серьёзно? Гражданскую — на мостик?

Навигатор нервно прочищает горло, погружаясь в свою работу. Тактические офицеры переключаются на проверку боевых систем, делая вид, что ничего не слышали.

Я перевожу на него тяжёлый взгляд.

— Тебе тоже напомнить, чтобы следил за языком?

Вайдер тут же прячет ухмылку.

Это мой корабль, и только я решаю, где кому можно находиться.

И тут слух улавливает знакомый цокот каблучков. Невольно облизываю губы и отворачиваюсь к носу корабля.

Айбер

На мостике оживлённо, но как только в отсек входит Айслин, все замирают. Она не замечает этого, сразу идёт вперёд, сопровождаемая офицером. В глазах у неё уверенность, в осанке — упрямство.

Караульный останавливается в нескольких шагах от меня, коротко бьёт кулаком в грудь.

— Командор Крейт, доктор Арвейн.

Я киваю, давая знак, что принял информацию. Офицер отступает, поворачивается и быстро покидает мостик.

Айс стоит, сложив руки на груди. Конфетка. Прожигает меня негодующим взглядом.

— Когда я получу доступы? — сразу берёт быка за рога.

Я не отвечаю. Просто смотрю на неё. Она сжимает губы, делает вдох и повторяет, чуть жёстче и с расстановкой:

— Командор, когда я получу доступы?

Я намеренно тяну паузу, изучаю её реакцию. Ох, как она злится. Это даже мило. Она особенно симпатично выглядит, когда чуть хмурит четко очерченые брови.

Терпение, доктор Арвейн.

Я делаю вид, что обдумываю ответ, хотя мне уже всё ясно. Доступов она сейчас не получит.

— Завтра, — наконец произношу я с ленивой уверенностью.

— Завтра?! — Она хмурится сильнее. — Почему?

— Потому что вам нужно подать официальное прошение, — объясняю терпеливо. — Всё должно быть оформлено должным образом.

— Вы издеваетесь? — возмущение в голосе Айс ласкает мне слух.

— Ни в коем случае, доктор Арвейн, — я доверительно улыбаюсь. — Всё согласно протоколу.

Она смотрит на меня, явно пытаясь просчитать, что за игру я веду. Я выдерживаю паузу, а затем говорю:

— Пройдёмся. — Делаю жест в сторону выхода с мостика и, не дожидаясь ответа, направляюсь туда.

— Куда? — спрашивает она, но я не отвечаю. Просто иду в коридор.

Через мгновение слышу её шаги позади. Каблуки стучат по карбоновому полу.

Она догоняет меня, и мы вместе выходим в коридор. Я веду её туда, где разговор останется между нами. Смотровая палуба.

Весь корабль — моя крепость, но это место всегда было особенным. Кроме собственно обзорного широкого окна, точно часть стены, заменили на ударопрочное стекло, тут есть еще огромная панорамная голограмма, собранная по наружным камерам, создаёт эффект полного погружения, позволяя видеть безграничность космоса вокруг нас.

Айслин и Айбер беседуют на смотровой палубе

(Вариация на тему)

Айслин останавливается в двух шагах от меня, её взгляд скользит по проекции звёзд, планет, дальним галактикам. Я не спешу нарушать тишину. Пусть почувствует масштаб.

Но она демонстрирует чудеса непробиваемости. Делает непричастный вид.

— Вы когда-нибудь задумывались, что такое Вселенная? — спрашиваю я вкрадчиво.

Она переводит на меня непонимающий взгляд.

— Что?

Я разворачиваюсь к ней, сложив руки за спиной.

— Одна древняя цивилизация считала, что Вселенная — это живое существо. Безграничное, вечное, всепроникающее. Но у неё нет формы. Она не может существовать без тех, кто путешествует в ней.

Айслин молчит, внимательно слушает.

— А кто в ней путешествует? — уточняет она.

Я делаю шаг ближе.

— Корабли, — отвечаю спокойно.

В её глазах пробегает вспышка понимания. Она резко выпрямляется.

— Вы сравниваете себя с Вселенной? — спрашивает, не тая возмущения в голосе.

— Я ничего не сравниваю, — отвечаю ровно. — Это просто древняя притча, доктор Арвейн.

Я улыбаюсь уголками губ, но глаза остаются серьёзными. Она сжимает кулаки.

— А корабль, по-вашему, это я?

Я молчу, позволяя ей самой додумать. Она делает шаг назад, её плечи напряжены.

— Вы просто невыносимый, — выдыхает она.

Я слегка наклоняю голову.

— Любопытно, что корабль не выбирает Вселенную, в которой летает, — продолжаю я свою притчу. — А Вселенная вмещает в себя все космические суда.

Её дыхание перехватывает на секунду. Я делаю ещё шаг ближе и вдыхаю запах её волос. Она впивается мне в лицо фирменным горящим взглядом, и я чувствую её дыхание на шее. Мурашки бегут по загривку. Шрад, землянка! Ты затеяла опасную игру!

Айс, похоже, замечает изменение у меня в глазах.

— Когда я получу доступы? — чеканит она, отступая на шаг.

— Завтра, — выдаю в тон твердо.

— Почему не сейчас? — она не сдается.

— Уже сказал, — меняю тон на флегматичный. — Официальное прошение.

Она тяжело выдыхает.

— Вы просто пакостите мне, — говорит, глядя мне прямо в глаза. — Нарочно саботируете мою работу.

Я улыбаюсь.

— Мне было бы проще, если бы весь полет до пункта назначения вы просидели в каюте и не подвергали свою жизнь опасности, доктор Арвейн, — выдаю честно заготовленный ответ.

Это отчасти правда. Военный корабль — не место для игр. Кроме того, она единственная землянка на двести пятьдесят ксорианцев, из которых все — мужчины.

Она скрипит зубами, резко разворачивается и уходит. Я не двигаюсь, наблюдая за её отточенным силуэтом. И ловлю себя на мысли, что эту бредятину с прошением выдумал, лишь чтобы снова увидеть Айс, только не на мостике или на палубе, а в уединении своего кабинета.

Я возвращаюсь на мостик с невозмутимым видом, но замечаю хитрую ухмылку Вайдера, вся его физиономия будто спрашивает: «Как все прошло?». Отлично прошло.

Я только сильнее хочу снова увидеть Айс.

И непременно увижу.

Но, похоже, раньше, чем завтра.

Часть моего сознания контролирует видео-камеры по всему кораблю, и я вижу, что Айс забрела туда, где ей не место. В столовую для низшего офицерского состава. И один из офицеров решил, что может подойти к ней слишком близко.

Я мгновенно фокусирую внимание на тамошних камерах и вижу, как этот недоумок преграждает ей дорогк в узком проходе столовой. Остальные ксорианцы наблюдают эту ситуацию с интересом. Айс останавливается перед ним, пытается его обойти, но он заступает ей путь, что-то говорит, наклоняясь к самому уху.

Айс вздрагивает и отступает.

Бездна! Этот остолоп сейчас отправится мыть отстойники.

Я направляюсь туда. Быстро.

Айслин

Я в бешенстве.

Грудь тяжело вздымается от негодования, пальцы сжаты в кулаки, каблуки громко стучат по палубе.

Айбер Крейт. Этот высокомерный, заносчивый ксорианский командор с его ледяными глазами и невозмутимой ухмылкой. С его необъяснимой аурой власти, с его жёстким, вальяжным голосом, от которого будто электричество пробегает по коже.

Вселенная и корабль?

Он действительно считает себя центром мироздания?

Я не могу поверить в его самоуверенность. В то, как он говорит, как смотрит, как наклоняется слишком близко, врывается в зону личного пространства, нависает, словно нет сомнений в том, что все, что на этом корабле — его территория. И он хозяин здесь не только в военном смысле.

И самое отвратительное во всём этом — он опасно привлекателен. И правда красивый мужчина. Красивый ксорианец.

Чёртова физиология.

Я чувствовала его взгляд на себе, как тепло, которое проникает под кожу. Уловила напряжение в воздухе, когда он замолчал, позволяя мне самой додумать смысл его слов. Ощутила жар его дыхания, когда он оказался недопустимо близко.

И пусть я была в ярости, но где-то на уровне инстинктов, на уровне древних, забытых рецепторов мозга… мне понравилось.

И это злит ещё сильнее.

Я не собираюсь быть очередной женщиной, попавшей под влияние властного альфа-командора. Решено — он мне не нравится. Он — лишь досадная помеха. Мужчина, с которым мне вынужденно придётся считаться, но не более.

Я — учёный. Я — ведущий специалист этой миссии. И не позволю какому-то командиру с манией величия решать, как мне работать!

Я резко сворачиваю за угол и осознаю, что заблудилась.

Ну полный шик!

Эти одинаковые коридоры, бесконечные переходы и отсеки — всё выглядит слишком однотипно. Я думала, что запомнила дорогу к жилому сектору, но, очевидно, ушла не туда.

Слева раздвижные двери с указателем «Столовая».

Желудок вспоминает, что последний прием пищи был утром. Честно говоря, сейчас мне действительно нужна пауза. Я вечно забываю поесть.

Немного еды и воды — и я смогу снова сосредоточиться.

Бодрым шагом захожу в эту столовую и понимаю, что допустила чудовищную ошибку. Гулкие разговоры смолкают, когда я переступаю порог. Все взгляды в просторной, уставленной столами комнате моментально устремляются на меня.

Столовая полна ксорианцев. И все они — мужчины. Не то, чтобы я этого не ожидала, скорее, не ожидала настолько жадных взглядов.

Крупные, мощные, закалённые в боях военные в форменных комбинезонах разных цветов, соответствующих их подразделениям.

Они перестают есть и молча смотрят.

Я чувствую себя чужой среди них. Это не случайное ощущение — я тут единственная землянка.

Ошиблась ли я с местом? Очевидно.

Инстинкт самосохранения вопит: разворачивайся и уходи. Но это будет выглядеть как позорное бегство. Я заставляю себя сохранять спокойствие. Держу осанку, не показываю, что испугалась.

Тишину нарушает тяжёлый, грузный шаг. Сбоку ко мне приближается высокий ксорианец. Здоровый, массивный, с толстой шеей, широкой грудью и сильными руками. По-ксориански черные волосы распущены и достают ему до плеч. Темно-бордовый комбинезон с эмблемой энергетического корпуса — значит, он из службы, отвечающей за реактор.

Грубое лицо. Жёлтые глаза смотрят на меня хищно, словно я новый вид добычи.

Он встает вплотную, точно вынуждая меня отойти, но я не двигаюсь. Я здесь — не просто гостья, я почетный член экипажа. Со мной придется считаться!

Айслин и механик реакторного отсека

— Земляночка забрела не на свою территорию, — произносит он глубоким, почти гортанным голосом, с откровенной насмешкой. — И что она теперь будет делать?

Я выдерживаю его взгляд.

— Поем и уйду, — спокойно отвечаю я.

— О, нет. — Его рот расползается в ухмылке. — Не поешь, пока не научишься манерам. И уйдешь, когда сдашь экзамен.

Вокруг раздается гогот, кто-то за столом кивает, кто-то делает вид, что не вмешивается. Я сжимаю пальцы.

— Как интересно, — говорю я чуть с вызовом, чтобы скрыть внутреннюю дрожь. — Вы считаете, что у вас есть право мне что-то указывать?

Он скрещивает руки на груди, ухмыляется шире.

— Ну, кто-то должен показать тебе, как вести себя на настоящем корабле, девочка.

Он надвигается, и я вынуждена отступить. Желудок сжимается от неприятного ощущения. Сердце пускается вскачь.

Этот гад наслаждается моим испугом. Запоздало вспоминаю, что все ксорианцы умеют читать, если не мысли, то эмоции. Его определенно забавляет моя уязвимость.

— Ещё шаг — и я подниму тревогу, — выговариваю четко, голос звучит твёрже, чем я ожидала.

Он смеётся.

— Как? Связи тут нет, милая, — он звонко хлопает в ладоши, будто обстряпал выгодную сделку. — Никто не придёт тебя спасать!

Он заносит руку, и почти хватает меня за подбородок.

Я не хочу двигаться, но тело делает это за меня. Я ухожу вбок, врезаюсь в стол и в страхе падаю. А ксорианец продолжает надвигаться, сверля меня кровожадным взглядом.

Айслин

Паника затопляет душу. Я нелепо отползаю, понимая головой, что потеряла всякий грозный вид, но мне уже не до этих гляделок. Хочется спастись, но преследует ощущение, что ловушка захлопнулась, и этот амбал в один прыжок меня достанет.

Столовая низшего командного состава

Внезапно чьи-то цепкие руки поднимают меня и убирают с прохода, а следом передо мной вырастает мощная спина Айбера Крейта.

Он грубо хватает ксорианца в красном комбинезоне за горло и опрокидывает на ближайший стол. Раздается громкий удар. Какая-то посуда металлически звякает по полу.

Столовая замолкает.

Фигура командора Крейта высится над моим обидчиком, и даже этот здоровяк рядом с ним кажется ничтожным. Ледяной, свирепый взгляд командора направлен на нападавшего. Пальцы на горле этого урода сжаты до белого.

Я почти слышу, как трещит его дыхание.

— Ты слишком много себе позволяешь, — опасным голосом выговаривает командор Крейт.

В столовой поднимается гул. Все понимают, что произошло. Командор вступился за… какую-то землянку, которую следует обучить манерам.

Я не в состоянии и слова сказать. Просто смотрю, как ксорианец, только что казавшийся мне гигантом, теряется и сдувается под напором командора. Он не может даже пошевелиться. Потому что гнев командора Крейта — это нечто, с чем не стоит сталкиваться.

Он держит бугая за горло, точно игрушку. А тот, кто только что чувствовал себя самцом-хозяином, теперь жалко хрипит, пытаясь вывернуться из захвата.

— Извинись.

Командор Крейт не повышает голос. Он не орёт, не злится, не угрожает. Он просто говорит. Но в этом голосе сталь.

На секунду я забываю, что вообще происходит. Я вижу, как он применяет физическую силу. И это страшно.

Ксорианец корчится, хватается за запястье командора. Желтоватые глаза выражают чистый ужас.

— Извинись. — Командор Крейт повторяет медленно, с нажимом.

В столовой повисает могильная тишина. Все замерли, не зная, как реагировать. Даже те, кто смеялся пару минут назад, теперь затихли. Всем очевидно — если ксорианец в красном не послушается, командор раздавит его, как муху.

— Я… — ксорианец сипит, пытаясь заговорить. — Простите…

— Громче, — ледяным тоном приказывает командор.

— Простите!

Я моргаю. Передо мной? Он заставил этого урода извиниться передо мной?

Командор Крейт с невозмутимым видом молча разжимает пальцы. Ксорианец оседает, кашляет, но не двигается с места, потому что боится пошевелиться.

Я тоже не могу двигаться.

Бездна… Эта демонстрация силы меня ошеломила.

Командор Крейт поворачивается ко мне и, прежде чем я осознаю, что происходит, спокойно обнимает меня за плечи. Его рука дарит тепло, тяжелые пальцы уверенно обвивают руку выше локтя.

— Идем, доктор Арвейн, — произносит он строгим тоном так, чтобы все слышали, и выводит меня из столовой.

Я держусь на ватных ногах. Всё произошло слишком быстро. Его рука повелительно лежит на плечах, точно напоминая, кто тут главный.

Я резко сбрасываю её.

— Не трогайте меня, — выговариваю, отступая на полшага.

Он останавливается.

Командор Крейт непоколебим. Стоит прямо. Спокоен, будто ничего и не случилось.

— Ты зашла не в ту столовую, Айс, — произносит он ровно.

Я прищуриваюсь.

— Что? — переспрашиваю машинально, а потом добавляю: — И не называйте меня так. Для вас я доктор Арвейн.

— Это столовая для низшего командного состава. — Он будто пропускает мои последние слова мимо ушей и чуть наклоняет голову. — Твоя — на другом уровне, чтобы ты могла питаться среди равных тебе по интеллектуальному и морально-этическому уровню.

Я моргаю.

Бездна… Все-таки я заплутала и зашла не туда. И выглядела как полная идиотка, стоя там, посреди зала, среди этих…

Я глубоко вдыхаю. Нельзя показывать ему слабость. Все эти ксорианцы только и ждут, чтобы полакомиться моим эмоциями.

— Спасибо за ликбез. — бросаю едко.

Он чуть ухмыляется, но в его глазах по-прежнему играет контролируемый интерес.

— Айс, скажи, ты голодна?

Вот! Он плевать хотел на то, что я просила.

— Пока вы не научитесь обращаться ко мне как подобает… — выдаю резко.

— Хорошо, доктор Арвейн, — он перебивает меня. — Пожелаете ли поужинать вместе со мной?

У меня перехватывает дыхание от возмущения. Я злюсь не на него, а на себя. Он мастерски убирает помехи на пути к своей цели, а я — создается ощущение — будто только создаю.

Шрад, а есть-то хочется.

— Ну же, доктор Айслин, соглашайся, — ласково добавляет командор Крейт. — Гарантирую, мы просто поедим. Вкусно.

Меня одолевают сомнения. Зараза! Вот же жук!

Айбер

Она всё ещё дрожит от злости. Неважно, что только что чуть не попала в серьёзную неприятность. Неважно, что я её вытащил. Гордость не позволяет ей признать очевидное.

— Нет! Я поем в столовой! — её голос звенит ядом. Взгляд пылает вызовом.

Отлично. Она снова борется со мной.

— В правильной столовой для правильного командного состава! — передразнивает, но это не звучит оскорбительно. Скорее, нервно.

Я не реагирую. Не улыбаюсь, не комментирую. Просто смотрю на неё, позволяя молчанию работать на меня.

Она врёт.

Говорит это на эмоциях, не до конца продумав. Тело Айс выдаёт её с потрохами — напряжение в плечах, быстрые вдохи, мелкий нервный жест, когда пальцы едва заметно касаются бедра, словно она ловит себя, чтобы не сделать ещё один шаг назад.

— Как скажешь, доктор Айслин, — спокойно произношу я, делая лёгкий жест рукой. — До конца коридора, трап, на два уровня выше и в обратную сторону. Правильная столовая расположена над этой. Вперёд.

Я даю ей выбор. Или, вернее, иллюзию выбора.

Если бы я решил её проводить, это выглядело слабо. Если бы стал дальше настаивать, это воспринялось бы как давление.

Её лицо немного меняется. Она не ожидала, что я так просто отпущу ситуацию.

— А я пойду разжалую механика реактора до уборщика, — добавляю ровно. У меня полно дел и без её звездной персоны.

Разворачиваюсь и спокойно ухожу в сторону столовой.

Пусть переваривает. Она думала, что я пойду с ней? Думала, что я буду навязываться? Нет, Айс, ты уже принадлежишь мне. И ты сама это скоро поймёшь.

Шум в столовой стихает, когда я вхожу обратно. Я иду медленно, давая время, чтобы страх проник в каждого. Они понимают, что сейчас будет разнос, но ещё не знают, в какой форме.

На полу так и валяется посуда. Но никто даже не думает двигаться, чтобы убрать. Все смотрят только на меня.

Механик всё ещё держится за горло, дышит с хрипом, но стоит. Лицо белое. В глазах смесь ярости и… чистого ужаса.

Я останавливаюсь перед ним, не отводя взгляда.

На груди комбинезона поблёскивает лычка с именем.

— Корден Савир. Механик реакторного отсека, — произношу ровно, не спрашивая, а констатируя. — Служба на борту «Шторма» — это честь. А ты решил, что можешь позволить себе… слабость? Посмел потянуть свои лапы к доктору Арвейн!

Он нервно облизывает губы, но старается держаться.

— Командор… — говорит хрипло, но я поднимаю ладонь, прерывая его.

— Молчать.

Корден сжимает зубы, кулаки вздрагивают. Он ещё не осознал, насколько глубока его ошибка.

— Вы меня поняли неправильно, командор… — пытается сказать он, но на последнем слове я применяю ментальную силу.

К своим мы такого не практикуем, но этот выродок испугал Айс. Он заслужил.

Это небольшой импульс. Если я сделаю это в полную силу, его черепушка просто лопнет от кровоизлияния. Он застывает, а потом резко хватается за голову.

Жуткая боль врезается в его череп, словно раскалённый гвоздь, продирая ткани, вонзаясь в каждую извилину мозга. Это не просто головная боль. Это давление, которого он не может вынести.

Он дрожит всем телом, жмурится. Глухо стонет. И я держу его в этой агонии достаточно долго, чтобы он понял. Из носа тонкой струйкой течёт кровь. Можно уже заканчивать. Он падает на одно колено, и я прекращаю воздействие, чтобы он не потерял сознание.

Пусть чувствует. Пусть знает, что происходит, когда преступаешь черту. Хочется надеяться, что ксорианок на борту я бы защищал с не меньшим рвением, но угроза Айс — это как красная тряпка для быка. За поползновения в её сторону я буду карать беспощадно.

Механик дрожит, тяжело дышит, ладонями утирая кровь. Но не поднимается.

Я смотрю на него сверху вниз.

— Я не разбрасываюсь обученными специалистами, Савир. — Мой голос звучит безразлично. — Поэтому ты будешь мыть отстойники всю неделю полёта.

Мгновение молчания. Даю ему и остальным взвесить справедливость решения. Я не могу лишиться механика реактора — уборщика вместо него не поставить. Но проучить этого урода следует всенепременно.

— Потом вернёшься в реактор, — договариваю с тем же безразличием.

По столовой разносится дружный вздох. Лица напряжены. Никто не смеет даже шептаться.

Я делаю шаг назад, жестом давая ему понять, что он может встать.

Он выпрямляется медленно, но взгляд не поднимает. Боится встретить мой. И правильно боится.

— Доктор Арвейн неприкосновенна, — произношу последнее, чеканя слова. — Я ясно выразился?

Савир резко кивает, облизывая губы.

— Громче, — дожимаю его.

— Так точно, командор, — выговаривает он глухо.

Я медленно перевожу взгляд на остальных. Все мгновенно находят себе дело.

Я ухожу, не оглядываясь. Они поняли.

Обо мне ходит много слухов среди экипажей, я нарочно их не подпитываю, но факт остается фактом. Моя ментальная сила способна раздавить любого. Все мои братья и сестры настолько же сильны. Один из старших братьев даже подавил и держал под контролем целый зал Совета, когда шли слушания над его женщиной. Таррел. Надо будет как-нибудь слетать к нему в Академию, что ли.

Теперь Айс под моей защитой. И кто бы ни посмел снова перейти черту — закончит куда хуже.

Иду в отсек капитана и наливаю себе вина, мысленно подключаюсь к системам корабля. Айс в столовой для высшего командного состава. Одна. Ест обычную еду, хотя в тут со мной могла бы рассчитывать на деликатесы.

Капитанский отсек на «Шторме»

Отражает холостяцкий уют, смешанный с высокими технологиями и эргономичной мебелью.
Айбер любит комфортное уединение.

Но я никуда не спешу. В другой раз Айс будет разумнее.

В отсек капитанов заходит Вайдер. Я молча показываю ему на второе кресло у журнального столика рядом с баром. Он садится.

Я жестом предлагаю ему вина, получаю согласный кивок. Здесь мы можем говорить как друзья.

Я протягиваю ему наполненный бокал, он принимает и вскидывает на меня заговорщический взгляд.

— Знаешь Айб, я тут кое-что нашёл про нашу драгоценную докторицу, — произносит он, салютуя мне бокалом. — Хотелось бы сказать, что она чиста, но…

______________

Привет, мои красивые!
Пока мы гадаем, что ж там такого накопал на Айслин помощник Айбера, предлагаю заглянуть в шикарную историю моей подруги

Аннотация

– Мне не нужна жена, – мрачно отвечает темноволосый незнакомец.
– Я, вообще-то, тоже не горю желанием идти с вами под венец, – парирую я. – Только как отделаться от ваших ненормальных законов?
– Прожить вместе месяц и доказать, что тест ошибка и мы не подходим друг другу, – всё так же мрачно отвечает мой предполагаемый муж.

Я случайно попала в будущее. Здесь новые правила и новые законы. И по этим правилам я должна стать женой мрачного звёздного маршала. У меня есть месяц, чтобы доказать, что мы не пара. И маршал согласился подыграть мне.
Но почему тогда он так смотрит на меня, когда мы одни?

Айбер

Вайдер замолкает, выдерживая паузу.

Я смотрю на него и впервые за долгое время напрягаюсь.

— Продолжай, — велю ему тихо.

— В её биографии есть пробелы. Некоторые записи удалены, будто их никогда не существовало. В остальном — образцовая гражданка. Чересчур образцовая.

Я молча жду.

— Детство и юность почти не задокументированы. — Вайдер лениво вертит в руках планшет. — Точнее, записей о ней нет в период до пятнадцати лет, будто до того её просто не существовало.

Я не двигаюсь, но внутри что-то дрожит от тревожного интереса.

— Кто-то хорошо почистил её прошлое, — Вайдер пожимает плечами. — Нужно больше времени, чтобы докопаться.

— Рой дальше, — бросаю ему и отпиваю вина.

Вайдер кивает.

— Айб, а чем вообще эта землянка тебя зацепила? — спрашивает незатейливо, но я чувствую неподдельное любопытство.

Я поворачиваюсь к нему и смеряю ледяным взглядом.

— Прикуси язык, Вайдер. Для тебя и для всех она — доктор Арвейн.

Вайдер усмехается, но коротко кивает.

— Хорошо, командор. Так чем же доктор Арвейн тебя зацепила?

Я не отвечаю сразу. Спокойно делаю ещё глоток из бокала, смакуя ощущение, как прекрасный напиток скользит по горлу.

Айс…

Я вспоминаю, как её голубые глаза вспыхивали гневом. Как напряжённо вздымалась её грудь. Как в ту секунду, когда она вышла из-за спин экипажа, я понял, что этот полёт будет совсем не таким, как все остальные.

Я ставлю бокал на стеклянную поверхность столика и отвечаю:

— Она сопротивляется.

Вайдер приподнимает бровь.

— Ты хочешь сказать…

— Я хочу сказать именно то, что сказал.

Я чувствую её. Каждую вспышку эмоций, каждое движение, каждую каплю её ярости.

И мне это чертовски нравится.

Вайдер усмехавется и встаёт.

— Понял тебя, командор. — Он не спорит, не задаёт лишних вопросов. Просто коротко кивает и уходит, оставляя меня одного.

Я допиваю вино, но остаюсь в кресле. Представляю, как Айслин закидывает голову, упрямо вздёргивает подбородок. Как её губы сжимаются в тонкую линию, когда она сердится.

Какими они будут во время поцелуя? Когда я буду целовать её, одной рукой прижав Айс к себе, а второй зарывшись в волосы, зафиксировав голову. Хочу услышать, как она стонет мое имя.

Я медленно провожу языком по внутренней стороне зубов. Тело отвечает на эти мысли. В воображении я уже взял Айс во всех известных мне позах.

Бездна… Мне нравится эта игра.

И я выиграю.

Отправляю оба бокала в моечный отсек и ментально подключаюсь к кораблю. На мостике спокойно. Ночная смена заступила на дежурство. Всё идёт по расписанию.

Можно идти спать.

Моя каюта находится на уровень выше каюты Айслин, там же, где и мостик. Я отправляюсь туда, захожу и раздеваюсь. Это был длинный день, и я успел немного утомиться. Захожу в душ и несколько минут просто стою под струями холодной воды. Остужает мысли и прочищает восприятие.

Но перед тем, как уснуть, я мысленно проверяю каюту Айслин. Внутри нет камер, но система аварийных сенсоров определяет её местоположение. Она внутри. Все в порядке. Вживленный чип показывает ровный пульс, никаких всплесков. Похоже, Айслин спит. Все в порядке.

Усилием воли не даю себе начать фантазировать. Стоп.

Вытираюсь и выхожу в жилую часть. Забираюсь в постель. Закрываю глаза и засыпаю со сладкой мыслью, о нашей завтрашней встрече.

Просыпаюсь бодрый, отдохнувший и в прекрасном расположении духа. На сегодняшний день запланирован первый короткий гиперпрыжок. Полет нормальный.

Я одеваюсь, привожу себя в порядок, завтракаю и иду к себе в кабинет. Заходя в приемную, я сначала встречаюсь с растерянным взглядом своего дневального — офицера Белека, потом понимаю, что послужило причиной — напротив на диванчике сидит Айс.

Нога на ногу, руки скрещены, лицо сосредоточенное, губы сжаты. Волосы сегодня спрятала в высокий красивый хвост.

Красотка.

— Командор Крейт, к вам доктор Арвейн, требует личной встречи, — произносит Белек после стандартного приветствия.

— Снова требует, — утвердительно переспрашиваю я, глядя на Айслин.

Она прожигает меня негодующим взглядом, и я ловлю себя на жгучей мысли, что хочу видеть в этих глазах покорность и страсть. Придет. Никуда не денется.

— Вы рано Айслин, — улыбаюсь уголком губ и по сенсору открываю дверь кабинета. Створки раздаются в стороны, я делаю приглашающий жест. — Проходите.

Она проходит мимо меня, едва не задевая плечом, и останавливается посреди между дверью и моим рабочим столом. Степенно ждет, пока я займу рабочее место, но я ощущаю, как в ней закипает негодование. По её мнению, это проволочки. А по моему — приятное времяпрепровождение в отличной компании.

— Вы наконец дадите мне доступ в лабораторию? — выдает она раздраженно, когда я сажусь и поднимаю на неё взгляд.

Я улыбаюсь.

— Смотря что ты собираешься там делать, Айслин, — отвечаю я, а сам тянусь за электронным планшетом, чтобы открыть на нем необходимую форму.

— Работать, естественно! — выговаривает она. — Может, вы и привыкли только всех строить, а у меня есть исследования!

Да, только я знаю, что в рамках миссии ей не нужна лаборатория. Иначе меня бы оповестили. Но мне интересно, для чего это Айс на самом деле.

Я разберусь. А пока пусть она решит, что одержала победу.

Разговор Айбера и Айслин в кабинете

Я невозмутимо смахиваю пальцем по экрану, перебирая формы, чтобы выбрать нужную.

— Командор, что надо подписать, чтобы уже начать работу? — нетерпеливо спрашивает Айс.

Я наконец нахожу и открываю на планшете форму запроса на право пользования оборудованием. Протягиваю Айс, и она ожесточенно вдавливает большой палец в место для отпечатка.

Не вчитывалась. Даже не посмотрела. Её раздражение и желание получить доступ перевешивает осторожность.

Я мысленно улыбаюсь. Разумеется, опасность ей не грозит, но если бы она посмотрела внимательно, увидела бы, что это форма прошения для офицеров на оборудование, которое точно не лабораторное.

— Благодарю за официальное прошение, доктор Арвейн. — Я неторопливо провожу пальцами по консоли, с ленивым интересом наблюдая, как она стискивает челюсть от нетерпения.

Разрешение отправлено. Но мне нравится, как она злится.

— Доступ к био-генетической лаборатории у вас есть, — официально комментирую свои действия.

Айс закатывает глаза и собирается уходить.

Но я не даю ей сразу откланяться.

— Лаборатория находится на уровне А3. — Я запускаю над столом голограмму корабля и проецирую 3D-маршрут.

— Вот. Твой путь, — я жестом провожу в воздухе, показывая как идти. — Точно не заблудишься?

Айслин вздёргивает подбородок, сверкнув глазами. Она отлично помнит про инцидент со столовой.

— Я не слепой котенок и прекрасно ориентируюсь в пространстве, командор.

Я многозначительно усмехаюсь, и она вздрагивает.

— Это была неудачная шутка? — спрашивает, гневно изгибая бровь.

— Нет. Это была проверка, — отрезаю холодно.

— И что же вы проверяли? — спрашивает она шипящим голосом и прищуривается.

— Память, — бросаю вальяжно.

Она тяжело вздыхает.

— Командор, можно мне уже идти? — в голосе Айс слышится раздраженная усталость.

— Ещё нет, доктор Айслин. — Я доверительно улыбаюсь и ловлю все оттенки негодования на её прекрасном личике.

______________

Привет, мои красивые!
Пока мы гадаем, что же собирается ещё предложить Айбер, предлагаю заглянуть в книгу моей хорошей знакомой

Аннотация

Мой уникальный дар стал причиной тесного знакомства с пугающе властным ректором Академии Орбис, чьё имя произносят только шепотом.

Теперь он мой наставник. И это не последняя плохая новость.

Наши уроки перешли грань обычных тренировок. Нас поглотила запретная страсть, которая грозит уничтожить не только меня саму, но и целую Вселенную.

Айбер

Несколько мгновений наблюдаю, как гнев играет на лице Айс. Она пытается взять себя в руки, но напряжение в плечах, сжатые в тонкую линию губы и чуть учащённое дыхание выдают её с головой.

— Что ещё вы придумали, командор?! — она кипит.

Она хочет уйти. Немедленно.

Она уйдет, но только на моих условиях.

— Я тебя провожу, — говорю ровно, вставая из-за стола.

Она коротко встряхивает головой.

— Не стоит. — В голосе металлическая жёсткость соперничает с едкостью. — Я сама отлично дойду.

Я медленно обхожу стол, направляясь к выходу.

— Я всё равно иду в том же направлении, — лениво замечаю я. — Зачем отклоняться от маршрута?

Айс закатывает глаза.

— Ваши маршруты, командор, меня не волнуют и не касаются.

— Ошибаешься, доктор Айслин, — спокойно говорю я, подходя к ней вплотную. — На этом корабле всё меня касается.

Она сжимает кулаки, но понимает, что спорить бессмысленно. Я не предлагаю — я ставлю перед фактом.

— Отлично, — выплёвывает она, разворачиваясь на каблуках.

Я подавляю усмешку, обгоняю её, по сенсору открываю дверь и рукой указываю ей выходить. Айс проходит мимо меня рваной походкой, быстро пересекает приемную и сразу направляется в коридор, будто пытается от меня убежать.

Хех, это невозможно.

Она идёт чуть быстрее, чем обычно, пытаясь оторваться, но мне даже не нужно увеличивать шаг. Я намеренно держусь близко, чуть позади, так, чтобы она ощущала моё присутствие, мою тень, моё дыхание в пространстве.

Внезапно корабль делает манёвр и вздрагивает. Айс теряет равновесие.

Я рефлекторно хватаю её за локоть, твёрдо, но аккуратно. Возвращаю в вертикальное положение.

— Осторожнее, — шепчу низким голосом.

Она застывает. Чувствую, как она сдерживает дрожь, под кожей от моей близости ускоряется пульс. Даже не желая, я считываю изменение в физике её тела.

Айс быстро вырывается.

— Да что вы себе позволяете?! — бросает она, отступив на шаг к стене.

Рукой судорожно ищет, за что бы схватиться. Только стены тут гладкие.

— Например, поддерживаю? — я поднимаю бровь и тоже останавливаюсь. — Не даю упасть?

— Я бы и сама устояла, командор! — рычит она. — И хватит намекать, будто я слабая и беспомощная!

— Тогда внимательно смотри под ноги, доктор Айслин, — отвечаю не тая азартной улыбки.

Айс молча разворачивается и идет вперед. Дорогу она и правда запомнила.

Она больше ничего не говорит, и мы доходим до лаборатории вместе. От её волос приятно пахнет, и я с наслаждением ощущаю его в воздухе, который смыкается следом за ней.

В голове невольно рисуется картика, как я беру эту блестящую красивую гриву и сжимаю в ладони, ощущая вес, как накручиваю на кулак, и у меня встает. По-настоящему встает, будто я пацан, у которого играют подростковые гормоны.

Я не помню, когда настолько хотел женщину последний раз. Наверное, в юности, когда у меня стоял вообще на все, что движется. Последние лет десять мои вкусы стали более избирательны, настоялись, как дорогой коньяк. Но Айс каким-то неведомым образом удается настолько заводить меня одним своим непримиримым видом.

У дверей лаборатории она решительно кладет руку на сенсор, при этом смотрит на меня, будто ждёт, что ничего не получится. Да уж, напряжение между нами уже можно потрогать и обжечься.

Створки, к её удивлению или даже разочарованию, раздвигаются. Я держу слово.

Айс заходит первой, демонстративно игнорируя меня. Оглядывается, отмечая профессиональным взглядом, все ли в порядке.

Я вхожу за ней, и дверь закрывается. Мы останемся вдвоём. Наедине. Она оборачивается и вонзает в меня колючий взгляд.

— Неужели конечная точка вашего «маршрута» здесь? — её голос звенит раздражением, а слово «маршрута» она нарочно передразнивает.

— Хочу убедиться, что тут все в порядке, доктор Арвейн, — парирую и поднимаю уголки губ. И в подтверждение окидываю лабораторию придирчивым взглядом. — Тут тебе, кажется, опасность не грозит.

Она шумно выдыхает и отворачивается. Идет к консоли, что-то кликает, похоже, убеждается, что у её есть вход в сеть. Конечно, я и об этом позаботился. Мы же договорились.

Айс замирает перед консолью, явно ощущая меня позади. Косится на меня краем глаза. Я делаю шаг ближе, незаметно втягивая её запах. Сладкий и нежный. Правильный.

Айслин в лаборатории

Она поворачивается и сталкивается со мной лицом к лицу.

— Надеюсь, в этот раз ты не потеряешься, доктор Арвейн, — прибавляю голосу улыбки.

Она вспыхивает — не только на уровне эмоций. Щеки мгновенно становятся пунцовыми, а дыхание сбивается.

— Вы… — она захлёбывается словами, отступая.

Я делаю шаг вперёд.

— Я что?

— Вы специально это делаете… — Она запинается, потому что я сокращаю расстояние.

Она отступает, но лаборатория — замкнутое пространство. Ещё один шаг — и она упирается спиной в металлический стол. Я подхожу вплотную, опираясь руками по обе стороны от неё. Она в ловушке.

— Делаю что? — заглядываю ей в глаза, но нарочно не касаюсь её.

Она молчит и едва выдерживает мой взгляд, который скользит по её лицу, по напряжённым губам, по шее вниз, по тонкой линии ключиц. Она рвано дышит, её тело бьет мелкая-мелкая дрожь, больше похожая на вибрацию. Это не от гнева. И не от холода. Я мысленно улыбаюсь.

— Ты дрожишь, Айслин, — произношу почти шёпотом.

— Не от вас! — выкрикивает она резко.

— Конечно, нет, — я растягиваю губы в улыбку.

Она вскидывает голову, стискивает челюсти, а сама красная как помидор.

Айс злится. Айс запуталась. Она чувствует меня так же остро, как я её, но пока мы не добрались до правильной кондиции. Я медленно наклоняюсь ближе, почти касаясь губами её щеки.

— Ну же, доктор Айслин… хочешь, чтобы я ушёл?

Она набирает воздух, но не выдыхает. Я не дожидаюсь ответа. Просто убираю руки и отстраняюсь. Иду к двери, которая передо мной открывается без касания к сенсору — по ментальной команде.

Айс так и остаётся стоять. Её взгляд жжет мне затылок.

Я поворачиваюсь в дверях и добродушно добавляю:

— Удачной работы, доктор Арвейн.

Айс застывает намертво, точно обращается в камень, но я знаю, чувствую, какой коктейль эмоций сейчас в ней бурлит. Мне не составит труда заглянуть в её мысли, и часть меня даже хочет это сделать, но я снова себя останавливаю. Нет, Айбер. Твой отец никогда бы не поступил так низко.

И я не стану.

Я собираюсь вернуться в кабинет, но по ментальной связи перехватываю сигнал тревоги, который направляют механики реакторного отсека на мостик. Гадство!

Айбер

Это не моя задача, но я предпочту разобраться в этом лично. Неужели друзья вчерашнего идиота решили подгадить мне, а заодно и кораблю? Они не представляют, что с ними будет, если я выясню, что поломка намеренная.

Я меняю курс и направляюсь к реакторному отсеку номер шесть. По пути включаюсь в анализ ситуации. Ментальный поток данных идёт быстрее, чем доклады механиков, к тому же я могу взглянуть на них через видеокамеру реакторного отсека.

Суетятся около панели управления. Если верить коду, который они отправили на мостик, проблема программная.

Так… Температурный дрейф в одном из сегментов реакторного узла. Система подстраивает параметры, но перегружает один контур.

Это плохо. Если нагрузка будет повышаться, можем получить перегрев.

Пока не критично, но эта проблема не решится сама собой и будет только усугубляться.

Вхожу в нужный отсек, и пятеро офицеров из обслуживания реакторов тут же выстраиваются вдоль стены, бьют кулаком в грудь и коротко кивают в знак приветствия.

Реакторный отсек «Шторма»

— Приветствуем, командор Крейт! — здороваются в один голос.

Вчерашнего Савира среди них нет, как и должно быть.

— Докладывайте, — приказываю строго.

— Температура в контуре С-12 поднялась на 3,2% от нормы, при этом автоматическая калибровка распределила нагрузку неверно, усилив локальный дрейф! — младший инженер, молодой, но умный, выдаёт данные быстро.

— Что с модуляцией потока?

— Не зафиксирована, командор! — отвечает один из механиков. — Но есть вероятность, что сенсоры…

— Сенсоры ни при чём, — отрезаю я и подхожу к консоли.

Мысленно разворачиваю перед собой проекцию реакторного узла. Перебираю компоненты. Суть проблемы: один из температурных модулей пропустил фазу синхронизации с соседним контуром.

Если не исправить — реактор будет постоянно выдавать разброс значений, а это увеличит расход энергии. В результате ложное перераспределение. Глупейший баг, который должен был быть отловлен при тестах. Либо саботаж.

Нет, я мог не вмешиваться, эти ребята сами бы выяснили причину и исправили. Но с моей помощью это быстрее.

— Провести ручную перенастройку параметров. Изменить работу системы, чтобы вывести узел в рабочий режим, — перечисляю необходимые действия. — Сбалансировать потоки энергии и перенаправить мощность в соответствующие модули. Исключить риски перегрузки во время скачка.

Инженер быстро бегает пальцами по панели, выполняя мои рекомендации.

— У вас пять минут вернуть реакторный узел в норму, — велю им и ухожу.

Если механики не сделают, что я сказал — пойдут мыть отстойники.

По плану полета ближайший гиперпрыжок запланирован на четыре часа сегодняшнего дня. К этому моменту весь реактор должен работать в штатном режиме.

Я возвращаюсь на мостик, снова вспоминая об Айс.

Шрад.

Она теперь постоянно будет приходить в мысли, стоит взойти туда, куда она вломилась ко мне в первую встречу на корабле.

Бесит! Меня бесит, что я не могу прекратить о ней думать.

На мостике, как и должно быть, под контролем Вайдера кипит работа.

— Командор, корабль готов к первому прыжку, — рапортует старший навигатор.

Я киваю.

— По графику? Сколько минут отклонение?

— Никаких отклонений, командор Крейт, — отвечает второй навигатор, сверяясь с дисплеем. Ровно в четыре по ксорианскому времени.

— Запустить оповещение за полчаса, — велю им и отправляюсь в кабинет.

Внутри булькает тревога. Как Айс перенесёт стазис?

Капсулы на Шторме не для гражданских, не рассчитаны на легкое погружение. Военные обязаны быть в боевой готовности, поэтому сознание засыпает полностью. Выход из стазиса получается резкий и жёсткий, увеличивается нагрузка на сосуды, в отличие от комфортабельного облегченного стазиса на пассажирских лайнерах.

К тому же в наших капсулах Стазор, идеально подходящий ксорианцам, а Айс — человек. Её тело изначально более хрупкое, к тому же люди лучше входят в стазис под действием Гипноксена.

Я хмурюсь.

Хочется убедить себя, что её предупредили, с чем придется столкнуться. А вдруг нет? Вдруг её просто пихнули на мой корабль, потому что она должна помочь завершить миссию?

Бездна.

Предупредили или нет, какая разница?

Айс не адаптирована к военным капсулам со Стазором. И уж подавно не готова к увеличенному уровню нагрузки. Если она и летала, то точно не на военных судах.

Что с ней случится после гиперпрыжка в глубоком стазисе?

Я поднимаю трубку внутренней связи и звоню в медблок.

— Да, командор Крейт, — отзывается мой штатный врач Тевир Сагер.

С ним мы тоже на короткой ноге, как и с Вайдером.

Тевир Сагер

Штатный врач на Шторме, по совместительству, главный врач

— На борту летит человек, — он это и так знает, но я напоминаю, — у тебя есть что-то, чем облегчить ей выход из стазиса?

— Если располовинить дозу… есть. Седа М-3, — отвечает Тевир. — Это седатив, но в её случае он нужен для стабилизации сосудистой системы, так организму этой землянки будет проще после пробуждения.

— Приведу её в медотсек перед погружением в стазис, — произношу деловым тоном и заканчиваю разговор.

Но согласится ли она на использование медикаментов? Сдается мне — вряд ли. Тогда придется её заставить.

А если она откажется, а потом выйдет из стазиса в ужасном состоянии… Я найду способ выходить её. Всё просто. Но она не откажется. Я сделаю, как нужно.

________________

Привет, мои красивые!
Пока мы ждем продолжения, предлагаю насладиться ещё одной классной историей про космическую любовь — и

Аннотация
Император соседней галактики устраивает отбор невест для двух своих наследников. При чем здесь я, простая землянка?

Оказалось очень даже причем. Роковая для меня цепочка событий. Сначала случайно провалилась в открытый люк на Земле, а потом упала на одну из кандидаток уже совершенно в другой звездной системе.

Итог не самый лучший для меня — она на больничной койке, а я должна занять ее место на отборе.

Но никто мне не сказал, что у наследников будет ОДНА невеста на двоих!

Айслин

Командор Крейт уходит, а я провожаю взглядом его широкую спину и пытаюсь успокоить взбесившееся сердце. Стучит в горле. Ладони потные. На руках вздыбились волоски.

Айбер Крейт, которого Айслин провожает взглядом

Я сглатываю, машинально сжимаю пальцы, будто пытаюсь поймать ускользающий контроль над собственным телом. Что это было? Что он только что сделал?

Подошел слишком близко? Прижал к столу, при этом ни разу не коснувшись? Заставил меня задохнуться от злости и чего-то ещё, чего я не хочу признавать?

Я встряхиваю головой, моргаю несколько раз. Всё. Кончено.

Он ушёл. Я наконец одна.

Осталось только стереть его присутствие из своей головы.

Я поворачиваюсь к консоли, но руки ещё предательски дрожат. От бешенства. Да, только от него. От наглости этого ксорианца. От его насмешки. От его ледяной уверенности в себе и зашкаливающего самомнения.

Вдох. Я беру себя в руки. Выдох.

Сосредотачиваюсь.

Лаборатория наконец очищена от его присутствия. Здесь снова стерильный воздух. Никаких хищных взглядов, никаких медленных шагов, никаких игр, которые он ведёт. Это моя территория. Мой мир.

И я не позволю командору Крейту поставить на нём клеймо своего влияния.

В лаборатории чисто, безупречно, всё вычищено до блеска, как и должно быть, её оставили так, как принято сдавать лабораторию коллеге. Никаких следов других ученых. Идеальное рабочее пространство.

Я выдыхаю и сосредотачиваюсь. Включаю панели, провожу синхронизацию с со своей сетью. Доступ есть, командор правда предоставил мне возможность получать данные. Всё в порядке.

Пора работать.

Первым делом я подгружаю проекты из лаборатории на Ксоре. Их много. Некоторые требуют срочного анализа, другие можно отложить. Я быстро сортирую приоритеты.

Анализирую отчёты по биофлоре Ксентиса — планеты, куда мы летим. Есть несколько тестов, которые я не успела сделать на Ксоре, а они важны для нашей миссии. Меня стихийно отправили в эту экспедицию, точнее, это версия для командора, но, так или иначе, я не успела провести все расчеты.

Этот Айбер Крейт ставил мне палки в колеса только из вредности, а между тем я работаю на благо его миссии. Только вот сказать об этом не могу. Все объяснения окажутся несущественными для упертого солдафона, и я буду в его глазах просто плохим профессионалом.

А тут уже включается мое эго. Я лучшая в своей области и не хочу бросать тень на свою репутацию.

От этой мысли остро сосет под ложечкой. Есть, к сожалению, вещи и посерьезнее, чем недовыполненные тесты, которые я закончу за время полета. Но я усилием мысли прогоняю эту тревогу.

Я погружаюсь в работу с головой. Это то, что я правда люблю. Иначе я бы не добилась своих высот. Иначе я бы не нашла лекарство от редкой, но опасной Леккорийской дегенерации, которое теперь есть в каждой клинике Ксора и колоний и спасло сотни ксорианских жизней.

Как бы ксорианцы ни смотрели на людей, мы можем оказаться полезными.

Интересно, как командор Крейт относится к представителям земной расы? Да наверняка так же надменно, считает нас недорасой. Несколько лет назад был громкий процесс, в результате которого люди на Ксоре получили больше прав.

Вроде не хочу думать о Крейте, а мысли так или иначе возвращаются к нему. Его нет, и в лаборатории кажется пусто. Нет саркастичных замечаний. Нет ледяных взглядов, не слышно его низкого пронизывающего голоса, от которого я ловлю мурашки по коже.

Я морщусь, снова фокусируюсь на экране. Всё нормально. Просто… я вспоминаю о нем, потому что он меня раздражает. Это нормальная реакция психики.

Но черт. Корабль огромный, экипаж живёт своей жизнью, мне никто не мешает — я должна быть довольна. Но почему-то не до конца. Я с раздражением отгоняю эту мысль.

Несколько часов пролетает незаметно.

Динамик в лаборатории вдруг просыпается.

— Внимание! — звучит звонкий хорошо поставленный голос диспетчера. — Запущен обратный отсчет до гиперпрыжка. Всему персоналу проследовать в стазис-отсек и занять свои капсулы. Повторяю, запущен обратный отсчет…

Я вздрагиваю. Гиперпрыжок! Руководство предупредило меня, что путь до Ксентиса неблизкий, но я почему-то не соотнесла, что корабль будет совершать вход в гиперпространство.

Сердце сжимается. Я никогда не вылетала с Ксора и уж тем более не путешествовала между звездными системами.

Конечно, теоретически я знаю процесс, но подозреваю, точнее, уверена, что на практике — это совсем иное. Становится страшно. Потеря контроля, я буду без сознания, я не буду ничего контролировать. От одной этой мысли бросает в дрожь.

Я делаю медленный вдох. Надо успокоиться.

— Ты справишься, Айслин, — шепчу себе под нос. — Ничего с тобой не случится.

Надо просто лечь в эту капсулу, уснуть и потом проснуться. Ничего сложного. Все просто.

Но сердце дубасит в ребра. На виске вспухла венка. Мне настолько страшно, что я цепенею. А надо идти в отсек стазиса и каким-то образом найти свою капсулу. Они что, подписаны? Или нет? Как её найти? И где отсек стазиса?

От волнения становится дурно. Я вдруг осознаю, что я понятия не имею, как и что делать на военном корабле. Да черт с ним, с военным. Я не знаю, что делать в космосе! Я вообще ничего не знаю!

Соберись, Айслин! Сейчас же! Подбери сопли!

Я опираюсь о столешницу ледяными влажными ладонями и заставляю себя успокоиться. Дышу на счет.

Я разберусь. Нельзя больше терять времени. Полчаса — не так много с моей скоростью, чтобы вовремя добраться и занять место в капсуле, которую ещё надо найти!

Я выключаю консоль, быстро убираю в один из столов планшет, который может упасть и разбиться и буквально заставляю себя направиться к дверям. Но я не успеваю занести руку над сенсором, как дверь раздается в стороны. В проёме, заполняя собой всё пространство, стоит командор Крейт.

Мда. Вспомнишь солнце, вот и лучик.

Айбер Крейт пришел за Айс в лабораторию

Высокий, уверенный, холодный, как ледник, но в глазах светится что-то живое, хищное. Будто он доволен, что поймал меня в момент слабости.

— А я как раз по твою душу, Айс — покровительственно произносит он и чуть улыбается.

Бездна! Мне даже не хочется его поправить. Моя паника, моя слабость — всё это ему на блюдечке. Я боюсь, а он ловит этот момент, как охотник, который дождался, когда добыча совершит промах.

Я заставляю себя выпрямиться, делаю шаг вперёд.

— И зачем я вам? Я знаю, куда идти, командор, — стараюсь сказать ровно, но слова вылетают скороговоркой и выдают меня.

Он слышит нотку напряжения в моем голосе и не спешит убирать с лица свою надменную усмешку.

— Знаешь? — тихо спрашивает он и делает шаг в сторону, пропуская меня. — Ну, тогда иди, доктор Айслин.

Я сжимаю зубы. Он издевается, наверняка понял, что я не знаю дороги. И наслаждается этим. Просто сказочный засранец!

Я могла бы развернуться и просто идти, надеясь, что разберусь по пути. Но что-то внутри ломается. Мне слишком страшно не успеть. Гиперпрыжки без стазиса могут быть и вовсе смертельными.

Я стою перед ним, напряжённая, но молчу. А он терпеливо ждёт.

— Проводите меня, командор, — выдавливаю наконец сквозь зубы.

Его взгляд вспыхивает победным огнём, но он не двигается с места.

— Пожалуйста, — добавляю я.

— Оказалось не сложно, а, Айс? — он широко улыбается, довольный своим триумфом..

Продавил. Заставил меня сдаться. Я сама попросила.

Крейт берет меня за руку, и я позволяю. Покорно иду за ним. Вместе с ним.

Даже хуже, мне не хочется вырвать руку, нравится тепло его пальцев и хватка, цепкая, но бережная.

Нет. Это просто минута слабости. Пусть пользуется, пока может. Это только первый стазис будет страшно, дальше я справлюсь без его опеки!

___________

Привет, мои красивые!
Пока мы ждем продолжения, предлагаю прогуляться в ещё одну фантастическую историю

Аннотация
Моя земная жизнь рухнула, когда к ногам упал космический артефакт! Телепортация в купальню к двум опасным маршалам - лишь начало. Вся Галактика ищет артефакт, и теперь я - объект охоты. Суровые, властные маршалы обещают защиту, но их желания не менее опасны, чем желания врагов.

Каждая телепортация лишает меня сил, и только в их объятиях я нахожу страх и... исцеление.