Катастрофа. Подарок для принца

Настроение паршивое.

Нет, даже хуже — отвратительное.

— Да чтоб тебя! — со злости что есть мочи пнула дверной косяк перед дверью своей квартиры. И тут же взвыла от боли. Ууууу, перестаралась. А вообще, почему это мне должно быть плохо? Это ему должно быть плохо, раз после того, как строил мне глазки всю неделю, вдруг переключился на какую-то белобрысую! Теперь никогда и не поймёт, что потерял.

Всё ещё скрипя зубами, скинула потрёпанные кроссовки и прямо в куртке упала на кровать.

— Подушечка-а-а… — простонала устало, — вот ты меня никогда не обманывала и не предавала, и не топтала моих надежд словно буйвол на выгуле! Люблю тебя… Эхх, что же я такая невезучая?

На самом деле, невезучая — не то слово.

Родителей своих не помню, а папа, который стал на несколько лет родным, давно в земле лежит… Так что живу одна — учусь кое-как последний год в колледже, причём учусь — это громко сказано. Скорее, допинываю образование. А что там дальше — кто его знает…

А что самое обидное — парней, которые наверняка должны были виться вокруг меня стаями, как когда-то пророчествовал отец, почему-то не наблюдалось…

А кто наблюдался, с тем были проблемы.

Буквально на днях пришёл новенький. Мечта, а не парень, высокий, голубоглазый и даже, вроде, не дурак — сразу меня заметил. Как такую красоту не заметить? И вот, после целой недели обоюдных взглядов и мимолётных улыбок, когда уже, можно сказать, всю душу ему раскрыла, я увидела, как он трётся рядом с девчонкой с соседнего потока, весьма недвусмысленно обнимая эту бледную высокомерную моль за талию.

Разбил мои девичьи мечты. Вдребезги.

В общем, с этими не радужными мыслями о бренности бытия и обречённости прожить ужасно скучно ближайшие пятьдесят лет я открыла окно и увидела, как что-то чёрное несётся прямо на меня. Учитывая, что я живу на десятом этаже, вариант камня отпал сам собой. Приглядевшись, разглядела довольно упитанную птицу, догоняющую свой завтрак.

В последний момент отскочила в сторону, потому как ни пернатый, оказавшийся стрижом, ни его обед и не подумали затормозить. Вместо этого они оба влетели в спальню и с бешеной скоростью начали носиться под потолком.

Пару секунд я стояла столбом, но потом, очнувшись, схватила веник и бросилась в атаку.

— Кыш! Кыш! — орала во всю мощь лёгких, пытаясь выгнать непрошенного гостя обратно на улицу. Понятия не имею, что он там догонял, но мне лишние квартиранты в доме без надобности. Ещё потолок натяжной порвёт, не дай Бог!

Обезумевшая от страха птица заметалась по комнате и лишь чудом вылетела обратно в распахнутое окно.

Я тут же захлопнула створки и, крепко-накрепко закрывшись, устало прислонилась лбом к холодному стеклу.

— Чуть со страха не померла, — пробормотала негромко.

И тут…

— Ну, и долго мне смотреть на твою спину?

От неожиданности я аж подскочила на месте!

А кто бы не подскочил, услышав слова в квартире, где кроме меня никого не было? Резко обернувшись на грубый, но при этом писклявый голос, увидела прямо у своего носа недовольного старичка размером не больше десяти сантиметров, парящего в воздухе на маленьких тонких крыльях.

Видимо, на моём лице отобразилось какое-то странное выражение, потому что маленький старик сморщился и недовольно произнёс:

— Не могла бы ты закрыть рот, а не то я легко могу в нём поместиться!

Я послушно закрыла, что просили. Правда, ненадолго, потому что сам собой выскочил вопрос.

— Вы кто?

— Я? Я — пиксиль. Майор Сухайз. Разведчик иноземных миров и тайный агент его величества короля Эгера.

— Кто? — глупо переспросила я.

— Неважно, — пиксиль недовольно махнул рукой, — ты всё равно ничего не запомнишь. Значит, так, деревенщина: сначала дашь мне воды, потом окно откроешь обратно. Не хватало ещё магию тратить на такие мелочи!

Видимо, моё лицо опять приняло не очень умное выражение, потому что майор Сухайз поморщился и сам полетел на кухню. Он спокойно открыл кран двумя руками, словно это ему ничего не стоило, и, подставив руки под струю, сделал несколько глотков.

Я, которая пришла следом, таращилась на него и старательно думала.

«Та-а-акс. Похоже, я всё же сумасшедшая. Или просто, пока шла домой, солнышко голову напекло. Мне мерещится старик. На крыльях. В моей кухне. Ну, в принципе, понятно, я всегда знала, что немного с приветом.

С другой стороны, больно эта иллюзия не настоящая какая-то. Надо проверить…»

— А почему вы говорите, что ничего не запомню? — я постаралась придать своему лицу крайне миролюбивое выражение.

— Потому что сотру тебе память, — спокойно объяснил незваный гость.

— Зачем? — я продолжала делать вид, что всё нормально и ничего особенного не происходит.

— Чтобы никто не узнал о существовании нашего мира.

Ага! А вот это уже интересно. Я, конечно, фантазёрка, и сны у меня часто дурацкие, но не до такой же степени.

— Вашего мира? То есть, хотите сказать, что вы не отсюда, а откуда-то оттуда, верно? И что же это за мир? — поймала себя на мысли, что на долю секунды я подумала, как было бы хорошо, если бы всё это не было просто плодом моего воображения.

— О-о-о-о! Это мир великих королей! Смелых, воинственных, готовых растерзать неприятеля зубами! Там не в почёте слабые людишки, как у вас. Нет! Там правят лишь сильные! Лишь те, кто наделён древней магией, — он фанатично прикрыл глаза.

— Ой, и магия есть? — совсем не к месту вставила я.

Посетитель раздражённо вздохнул.

— Есть, есть. В общем, там живут и правят лишь те, кто связан с природой и может постоять за себя. Великие Альдеры!

— Ааа, ну тогда понятно. Крайне интересно, — я окончательно убедилась, что у меня поехала крыша. — Скажите, уважаемый, а можно мне память не стирать? Я, в принципе, и так всё забуду. Память, знаете ли, как у рыбки, подводит даже в нужный момент, — я глупо растянула рот, так и замерев с этой полуулыбкой.

А то этот, как его, Майор Сухайз мог и наколдовать всякого напоследок. В конце концов, гипноз никто не отменял — сейчас как задурит мозг, а потом останусь я и без квартиры, и без приданого…

— Не стирать? — на меня посмотрели так, словно это я, а не он была размером с мизинец. — Можно и не стирать, если… — тут он хлопнул себя по колену, ткнул в мою сторону своей маленькой палкой, так что пришлось отдёрнуть голову, иначе бы получила дырку в щёку, и торжественно проговорил: — Решено! Ты, человечка, со мной отправишься! Расскажешь, как всё устроено в вашем мире. И мне меньше работы будет.

От его слов стало как-то не по себе. Даже мурашки между лопатками пробежали. Что-то не нравилось мне, куда повернулся разговор…

— Да знаете, я как-то не очень хочу… — протянула неуверенно, — у меня сессия на носу, планы там… И вообще...

Договорить я не успела, потому что неизвестно откуда взявшийся вихрь воздуха подхватил меня, поднял над полом и понёс прямо на кухонную стенку!

Я успела лишь выставить вперёд руку в надежде, что немного смягчу удар, но ладонь пролетела сквозь стену, а я... а я вместе с ней…

Не знаю даже, что успела сделать первым — закричать или крепко зажмурить глаза.

В лицо резко ударило порывами воздуха и начало крутить и вертеть из стороны в сторону. Американские горки я никогда не любила. И теперь, сквозь крепко закрытые глаза поняла, что при всей абсурдности ситуации меня тошнит. Желудок пульсировал где-то около горла, а ноги беспомощно болтались в воздухе. Хотелось, чтобы это всё уже кончилось, но оно заканчиваться не хотело.

Я попыталась рассмотреть опасность сквозь ресницы. И вот теперь мне реально стало страшно.

Я. Лечу.

Не просто лечу — меня несёт порывами ветра прямо за майором Сухайзом. Подо мной проплывает... нет, не город! А натуральный зелёный лес и речка. Боже мой!

— Боже мой! — вторила я своим мыслям. — Помогите!!!

Мои вопли привлекли внимание пиксиля. И, похоже, не его одного.

Снизу, у опушки холма раздался громкий звук трубы. Откликаясь на него, в небо с деревьев поднялась туча птиц, подгоняемая резким звуком.

Майор неожиданно дёрнулся вправо и постарался разглядеть какое-то движение на холме.

— Проклятье, — прошипел он. Потом повернул голову в мою сторону, что-то обдумал и… и быстро начал уходить на поворот, теряясь в густых облаках!

Он оставил меня одну!

Не успела я этому удивиться, как вихрь, поддерживающий тело, стал слабее… И ещё слабее…

Через пару секунд почувствовала, что начинаю падать.

И когда я уже открыла рот, чтобы позвать странного старичка обратно, на меня сбоку налетели потревоженные гулом птицы.

Они словно одна большая туча на несколько секунд перекрыли солнечный свет, закружив меня в воздухе. Острые когти царапали лицо и тело, заставив снова зажмуриться.

А когда вся стая унеслась вдаль, я, лишившись последней опоры, рухнула на кроны деревьев. Ударившись всеми частями тела бессчётное количество раз об жёсткие ветки, я мысленно попрощалась с жизнью и прежде, чем потерять сознание, упала в быстрый поток воды.

***

Дорогие друзья! Рада приветствовать Вас в своей первой книге!) Она занимает особое место в моём сердце, и я еë безумно люблю. Надеюсь, что и вы также её полюбите!

— Оставьте её, господин! Она не дышит. Мы не можем задерживаться, недалеко появилась подозрительная активность, надо проверить.

— Замолчи. Проверь сам, я пока попытаюсь понять, можно ли ей помочь

— Слушаюсь, господин, — отчеканил первый голос, а затем шаги его обладателя затихли.

Я же лежала на спине, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой. Всё тело сковала тупая боль, словно оно состояло из одного сплошного синяка, хотя возможно так и было. Сквозь раны и помутнение сознания мысли продирались тяжело и медленно, сил очнуться и как-то открыть глаза совсем не осталось. И всё же я почувствовала, как надо мной наклоняется большая тень… Нет. Уже отодвигается!

Душу затопила такая паника от того, что этот человек сейчас решит, что мне уже не помочь, и уйдёт, что я изо всех сил попыталась сделать хоть что-то! Подать сигнал, издать хоть звук — всё, что угодно, лишь бы не оставаться одной, без помощи и шанса на выживание.

Я с неимоверными усилиями постаралась приподняться, но вместо этого дёрнулся лишь один палец.

Еле ощутимо, почти незаметно. Но это всё, что я могла…

Увидели? Или нет?

— Хм, — послышалось сверху.

А в следующий момент ко лбу прислонилась тёплая рука… Точнее не рука, а словно бы мохнатая лапа с мягкими гладкими подушечками вместо пальцев. Ужасно тяжёлая и огромная.

Не успела я понять, что за существо меня трогает, как по всему телу словно пробежала искра. Одна, вторая… А потом его объяло пламя. Сияющее настолько, что оно слепило даже сквозь закрытые веки. Руки, ноги, всё горело огнём, который нёс с собой невыносимую боль, но вместе с тем… и невыносимое облегчение.

Мучительней всего было чувствовать жар в груди. Она словно бы разрывалась, а неведомая сила продолжала давить и давить изнутри. Послышался хруст, и в этот момент я поняла, что снова могу дышать.

— А-а-ах… — всё, на что меня хватило, это еле различимый стон.

Лёгкие жадно наполнялись кислородом, а я дышала и дышала, не в силах остановиться.

— Тише, не двигайся, пока не надо, — через неплотно прикрытые веки я смогла различить контуры фигуры передо мной. Она казалась большой, округлой и словно бы мягкой и пушистой… А то золотое сияние, что ослепило несколько секунд назад, стало чётче, всё больше и больше походя на… шерсть… На рыжие, гладкие, переливающиеся волоски гривы…

Догадка, пронизившая сознание, и этот низкий, тихий голос, похожий на глухое рычание — последнее, что я запомнила перед тем, как снова провалиться в темноту.

***

Сознание возвращалось урывками, то подкидывая воспоминания прошедшего дня, то возвращая в реальность.

То, что всё произошедшее не сон и не иллюзия, сейчас я понимала абсолютно точно — настолько реальным и нереальным одновременно казался новый мир.

Птица, маленький человек в моей квартире, оставшейся от отца, самая настоящая магия, а потом новый мир и… боль… Много боли. Последним вспомнилось мохнатое существо, которое спасло после падения. В том, что существо именно лечило, а не делало что-то другое, не осталось никаких сомнений, потому как сейчас чувствовалось лишь лёгкое головокружение, холод и голод. Как у абсолютно нормального, здорового человека. Не переломы…

Наконец, я открыла глаза.

Вокруг, насколько хватало взгляда, виднелся лишь камень. Низкий потолок, грубо обтесанные стены. Словно я находилась внутри скалы. Одежда на мне осталась та же самая, в которой я попала сюда: джинсы, тёплый свитер и даже куртка, которую дома я так и не додумалась снять. Сейчас это всё оказалось в настолько плачевном состоянии, что скорее напоминало лохмотья. Вдобавок, куртка промокла после падения в воду, и, несмотря на то, что неизвестные укрыли меня какой-то лёгкой тканью, всё равно от холода сводило мышцы.

Осторожно сев, я огляделась. Кроме охапки травы, на которой я лежала, и куска тряпки, которая служила мне одеялом, в небольшой пещере не было ничего.

И лишь позади виднелся узкий проход, уходящий вглубь скалы. Из него лилось неяркое свечение, словно бы там, за поворотом, находилась ещё одна пещера.

С трудом поднявшись на подрагивающие ноги, я медленно заковыляла навстречу свету. Мысль, что я могу оказаться в этой скале совершенно одна, пугала намного больше, чем возможная опасность, поджидающая за углом.

Как я и думала, проход вывел в ещё одно помещение, оно оказалось куда больше того, откуда я вышла. Посередине горел небольшой костёр из сложенных веток, а рядом с ним, спиной ко мне сидели две мужские фигуры.

Незнакомцы что-то жарили на длинных палках. В воздухе витал запах рыбы и каких-то трав.

В этот момент в животе предательски заурчало. Только этого не хватало!

Далеко не факт, что эти двое будут меня кормить, а узнать, где я и что произошло, было намного важнее, чем просто набить брюхо. Но с каждой секундой голод становился всё более зверским.

Не выдержав, я осторожно приблизилась к мужчинам, пытаясь не потревожить, а заодно проверить, насколько они опасны.

— Тебе лучше? — не оборачиваясь, спросил меня один из них. Его спина выглядела большой и широкой, но, всё же, не такой огромной горой мышц, как у соседа. У меня даже мелькнула мысль, что наверное он менее страшный. Вдобавок, второй даже не попытался со мной заговорить.

Я застыла, застигнутая врасплох.

— Не знаю. На самом деле, я многого не понимаю. Ни как сюда попала, ни что произошло. Мне кажется, я упала, но тогда должны быть… раны, переломы, — я растерянно потёрла грудную клетку, которая после падения болела сильнее всего. Сейчас она не беспокоила так сильно, — но этого нет, будто стёрли.

Поняв, что говорю полную чушь, я замолчала, а мужчина повернулся.

Но мой взгляд, вне всякой логики, упал не на него, а на то, что он держал в руках.

Рыба! Большая, жирная, сочная рыба!

Я так и думала! А в просвете между ним и товарищем виднелись ещё и лепешки. Кривые, горелые, но горячие!

Я сглотнула. Жадно. Вид еды и голод всё же перечеркнули все предыдущие мысли. Еда манила.

Но собеседник всё же перетянул внимание на себя. Он не стал отвечать на мои вопросы, а вместо этого задал свои.

— Это я хотел узнать, почему ты свалилась с неба? Не куда-нибудь, а на защищённую, огороженную территорию. Тут нет прохода для простых смертных. А у тебя нет магии, но ты каким-то образом летала. Я хочу знать, кто ты, откуда и почему в такой странной одежде?

Я нервно оттянула край разорванной куртки, понимая, что в данный момент она выглядит странной даже для меня. Но вместо того, чтобы ответить, жалобно спросила, не в силах отвести взгляд от рыбы в его руке:

— Простите за наглость, но я чувствую себя нехорошо…

— Тебе снова плохо? — уточнил мужчина, на секунду переглянувшись с товарищем.

— Да, — подтвердила я, — от голода. Могу я взять у вас рыбу? Или хлеб, на самом деле, это не так важно. Обещаю, что потом всё расскажу!

— Как ты смеешь так отвечать? — взвился второй мужчина, резко развернувшись и показывая свою огромную, почти монументальную фигуру. — Господин тебе задал вопрос, даже несколько! Говори!

Но по еле заметному жесту первого вдруг замолчал и отодвинулся. Тот, кто стоял ко мне ближе, молча указал на большую мягкую шкуру, на которой он до этого сидел, и, стоило мне на неё опуститься, протянул только что запекшуюся на палке рыбу и пару лепешек в глубокой деревянной тарелке.

— Это последствия магии жизни. Выздоровление забирает много сил. Я даю тебе несколько минут, чтобы ты насытила первый голод.

Я кивнула, даже не попытавшись вникнуть в смысл слов, и, схватив подношение, жадно вгрызлась в него зубами. Боже! Как вкусно! Никогда в жизни я не ела ничего подобного! Не знаю, что это за рыбина, речная, морская или ещё какая, но я сьела её всю, включая хвост и плавники, оставив только самые крупные кости, и лишь потом, взяв в руки обе лепешки, выдохнула.

Какой странный, почти животный инстинкт! Сейчас я могла успокоиться и обратить внимание не только на то, что тепло от костра приятно согревает продрогшее тело, а мягкая шкура — заледеневшую попу, но ещё и присмотреться к собеседникам.

Один из них — более грубый, больше всего напоминал большой, крепкий шкаф. Сильные руки, плечи, суровое лицо и ни искры сочувствия в глазах. Он смотрел на меня с холодным равнодушием, словно в любой момент мог вскочить и перерезать горло.

Второй, на моё удивление, оказался скорее юношей. Тоже высокий, широкоплечий, с красивыми, аристократично-правильными чертами лица. Серьёзно и внимательно разглядывал меня в ответ, и на минуту показалось, что в его глазах не было той строгости, даже суровости, с которой он говорил. Скорее, в них отражалось сочувствие, пусть и маленькая его часть.

Но самое яркое в его внешности — длинные золотистые с рыжиной волосы, частично собранные в высокий хвост. Блестящие локоны лежали на плечах и спине, как у какой-нибудь топ-модели. Часть волос спускалась на тёмно-зелёный костюм для охоты, какие обычно рисуют на картинах каких-нибудь викторианских эпох.

Несмотря на ситуацию, мне он понравился. Парень смотрел почти дружелюбно, хоть и немного высокомерно. Уж лучше с ним общаться, чем с его помощником-шкафом, который молча буравил взглядом.

— Так кто ты? — ещё раз спросил золотоволосый. — Ты поела, согрелась. Я жду ответ.

— Э-э-э… меня зовут Карина… сэр, — что ещё сказать, я не знала, так что замолчала. «Кто я?» Я — Карина. А по сути, больше никто…

Вспомнился пиксиль, с которым я разговаривала на собственной кухне. Могу ли я рассказать о нём? А что важнее, станет ли он меня искать или решит, что я умерла, разбившись при падении с такой высоты?

Взвесив всё «за» и «против», решилась.

— Я летела за своим знакомым… Он, наверное, немного колдун, потому что нёс меня по воздуху, а потом я упала… случайно.

— То есть, — продолжил юноша, — ты человек? И летала не сама, а с помощью магии другого существа, — сделал он очень странный вывод.

— Ну, как бы да, — неуверенно протянула я. — А вы кто?

И тут я вспомнила, что говорил майор: «Здесь страна великих… кого-то там…» Может, имеется в виду национальность или принадлежность к какому-нибудь классу? Вроде аристократов или магов, если они тут есть…

— Я — Алан… Можешь звать меня так. Больше тебе знать пока не обязательно. И я альдер-лев.

— Что-что за лев? — я поняла, что «альдер» — это то самое слово, которое говорил пиксиль на моей кухне. Но как оно вязалось с животным, пока оставалось загадкой. — Или в том смысле, что вы сильный? Ну не превращаетесь же вы в большую кошку, правда? — на этом месте я нервно хихикнула, совсем не к месту вспомнив тяжёлую лапу на своём лбу.

— Кошку?! — взъярился помощник юноши. — Да ты понимаешь, девка, с кем говоришь и что сейчас сказала?!

И прямо на глазах этот шкаф начал раздуваться и покрываться тёмно-рыжей шерстью. Изо рта выросли огромные, почти полуметровые клыки. Не прошло и пары секунд, как на месте обычного мужчины появился… самый настоящий, огромный саблезубый тигр, каких рисуют в учебниках по биологии! А из пасти этого ископаемого потекла яростная слюна.

— Боже! Папочка-а-а! — завизжала я, вскочив со шкуры и бросившись за спину Алану. Может, он тоже чудовище, но, как по мне, уж лучше сейчас хоть куда-нибудь, лишь бы не оставаться в паре метров от зверя с капающей слюной.

— Позвольте, я загрызу её, Ваша Светлость! — прорычал тигр человеческим голосом.

— Гарольд, уймись, — со вздохом попросил «его светлость».

И по тому, что шкаф начал хоть и недовольно, но послушно сдуваться, проявляя всё больше человеческих черт, я поняла, что есть меня никто не будет, а Гарольд явно беспрекословно слушается своего начальника. Поэтому смело сказала, надежно прячась за спиной рыжеголового:

— Да, Гарольд, уймитесь… пожалуйста. Я ничего плохого не имела в виду.

И удостоверившись, что тигра больше нет, а перед костром сидит только злющий мужчина, осторожно вернулась на своё место и со страхом поглядела на Алана.

— Значит, вы — настоящий лев? То есть можете превращаться в льва, как этот шкаф, то есть Гарольд быстро превратился в тигра?.. В смысле, как оборотни? Как бы, не только в волков? И много вас таких?

— Кто такой оборотень? — спросил Алан.

— Аа… да нет, — я смутилась, поняв, что здесь этого слова никто не знает, — это я так… Как вы сказали? Альдер?

— Ну да. Первый раз слышишь?

Я кивнула.

Мужчины переглянулись, и золотоволосый всё же опустился до объяснений.

— В нашей стране живут маги, объединённые с силой зверей. Альдеры. Практически каждый житель является воплощением какого-нибудь зверя, который проявляется по характеру, силам и возможностям. Я не просто превращаюсь в льва. Я и есть лев. И даже в человеческом обличии остаюсь им. Я могу, не превращаясь, развить звериную скорость и силу. Могу зарычать, могу обернуть в лапу только руку. Ну и, ко всему этому, я — маг. Человек, не зверь. Откуда ты взялась, если этого не знаешь? Из земли гномов? Или ты жила на земле людей, не наделённых магией, на другом конце континента? В нашей стране их мало, потому как эти существа слишком слабы и необразованны, чтобы на равных конкурировать с нашей расой. Тут они могут быть лишь обслугой.

— А-а-а, — ничего умней мне в голову не пришло.

Если они маги, да ещё и недолюбливают людей, тогда надо постараться свалить отсюда побыстрей. Домой, в родную квартиру, в ещё более родную кроватку. И забыть всё это, как страшный сон.

— Ну, тогда приятно было познакомиться, Алан и ээ… Гарольд. Спасибо за помощь, за еду… Но мне, пожалуй, пора. Я должна найти того, кто меня сюда привёл. Майор Сухайз вряд ли ушёл далеко, а без него мне будет сложно вернуться домой.

— Что?!

Гарольд и Алан одновременно вскочили. Последний схватил меня за локоть, резко дёрнул и прижал к каменной стене пещеры. Причём мне показалось, что стены он достиг всего за пару огромных прыжков. С ужасом я увидела, как прямо у горла блеснул кинжал. Не знаю, откуда он взялся, но я сразу расхотела фамильярничать.

— Так ты здесь по приказу Сухайза? Следишь за мной? Поздравляю. Нашла, — прорычал он, глядя прямо на меня.

Его глаза из зелёных стали ярко-рыжими, а зрачок расширился, как у дворового кошака, готовящегося к атаке.

Вот тут мне стало жуть как страшно.

Мы стояли с парнем у стены, к которой он прижимал меня всем телом. В целом, ситуация могла бы показаться романтичной, если бы не кинжал, приставленный к моему горлу. Я нервно сглотнула, стараясь не дёрнуться. Совершенно ясным казалось то, что это не тупой кухонный нож и лишнее движение может здорово навредить.

— Эмм... наверное, вы меня не так поняли… Я не искала вас, я вас в первый раз вижу. А с майором Сухайзом познакомилась только вчера. Это он меня притащил сюда… Простите, но не могли бы вы отодвинуться — мне дышать тяжело… Пожалуйста…

Широкий зрачок запульсировал и полностью заполнил всё пространство глаза, будто его обладатель вот-вот меня сожрёт. Ням. И нет глупой Карины…

С минуту юноша изучал моё лицо, потом, не отрывая взгляда, скомандовал:

— Гарольд, уходим. Девчонку возьмём с собой. Если они напали на наш след, лучше поторопиться.

— Ваша милость, может, лучше будет от неё избавиться?

На этих словах я испуганно вытаращилась и попыталась было дёрнуться, но попытка с треском провалилась.

— Нет, — ответил он, — если они послали девицу в качестве наживки и повесили маяк, то она станет хорошей ответной приманкой.

Гарольд кивнул и вытащил из поясной сумки не самые чистые тряпки. Не особо церемонясь, завязал мне рот и глаза.

После этого его хозяин отодвинулся, мужчина-шкаф закинул меня на плечо, обвил вокруг талии верёвку, крепко привязав к себе.

С ужасом я почувствовала, как изменяется его тело, обрастая шерстью, но не могла даже шевельнуться от страха, чтобы предпринять попытку к побегу.

Наконец, мужчина встал на четвереньки, а я оказалась привязана к спине саблезубого тигра.

Поняв, что либо я попытаюсь освободиться сейчас, либо не смогу этого сделать никогда, начала дико вырываться, попутно пытаясь звать на помощь сквозь кляп, хоть это было и неудобно с висящей вниз головой.

Гарольд хмыкнул и, как только его начальник отвернулся, одним ударом тяжёлой лапы отправил меня вновь в беспамятство.

Очнулась я, лёжа на мягкой кровати в большой, красивой комнате. Обстановка восхищала богатством и изяществом. Интерьер выглядел старинным, стиль определить не решусь, но нечто похожее видела в номере отеля, где мы однажды останавливались со школьной экскурсией по Санкт-Петербургу. Тогда ещё наши дешёвые номера затопило водой из прорвавшей трубы, и всю группу быстренько переселили в такое роскошество, чтобы шум не поднимали.

По обе стороны кровати с высоким балдахином стояли мягкие кресла. Напротив возвышался туалетный столик из красного дерева, рядом расположился небольшой пуфик. Солнечный свет бил в огромное окно, еле проникая сквозь тяжёлые золотые шторы.

Я рассматривала комнату и чувствовала себя крайне неловко в чужой длинной сорочке. Душу затопил испуг от осознания, что я не помню о произошедшем после того, как меня утащили невесть куда двое мужчин, превращающихся в животных. А значит, также оставалось непонятным, кто меня переодевал. Неужели… кто-то из них?

В этот момент в комнату зашла грузная женщина с простоватым лицом. Она поставила около кровати кружку с водой и, посмотрев на меня, предложила:

— Раз вы очнулись, мисс, то почему бы вам не умыться? Я принесла чистую одежду — старая оказалась настолько рваной и грязной, что я взяла на себя смелость её выбросить и заменить на сорочку одной из служанок. Бельё совершенно новое, не сомневайтесь, но другого у нас не оказалось, извините. Покупки, заказанные господином, прибыли только сейчас.

— Я… — мысли путались, но я хотя бы узнала, что меня переодевала женщина, и от этого возникло чувство облегчения. Скорее всего, раз меня переодели в чистое, то пока убивать не планируют. — Спасибо…

Пока в голове проносились мысли, какой вопрос задать первым, служанка решила закончить разговор.

— Как оденетесь, мисс, спуститесь вниз — милорд ждёт в кабинете. Я ему скажу, что вы очнулись.

С этими словами женщина вышла, и я осталась одна.

Первой мыслью пришло то, что я точно влипла. Голова всё ещё раскалывалась, тело болело от верёвки, и я понятия не имела, чего ждать дальше.

Почти на автомате умылась и натянула старинное бежевое платье с пышной юбкой, правда, не до пола, а чуть закрывающей колени. Немного необычно для таких платьев, но вполне прилично и красиво, заодно подол не путается под ногами. В таком одеянии я напоминала куколку-пастушку, разве что локонов не хватало.

Отыскав на туалетном столике расчёску, собрала волосы в высокий хвост и, осмотрев себя в зеркале, даже удивилась тому, что царапины почти незаметны и совершенно точно заживали. Как будто их чем-то смазывали. Ладно, чуть позже разберусь.

Что ж, двум смертям не бывать, а одной не миновать.

С этой оптимистичной мыслью я вышла из комнаты и спустилась вниз по широкой лестнице. Хм. Кабинет. И где я его должна найти? Передо мной простирался огромный коридор с множеством дверей, уходящих вглубь… замка? Поместья? Наверное, судя по убранству в комнатах.

Я не сразу заметила, как появился пожилой слуга и поклонился.

— Милорд ждёт вас, сударыня.

Сглотнув, прошла к указанной двери и, постучав, зашла в комнату.

— Заходи, садись, — Алан указал на стул. Сам же сидел в кожаном кресле за столом, на котором громоздилось множество бумаг.

Я послушно выполнила указание и осторожно опустилась на стул, расправив складки платья. Юноша, то есть альдер, всё это время смотрел не мигая.

— Итак, ты говоришь, что не следила за мной?

— Да нет, конечно! Я чуть не умерла — какая слежка?! А вот ваш помощник, — тут же пожаловалась я, — меня ударил по голове! Я никому ничего плохого не сделала!

— Тогда отвечай честно, как ты сюда попала. И не ври мне, альдеры хорошо чувствуют ложь.

Я сглотнула. Я не знала, правду он говорит или блефует, но проверять не хотелось.

— Я знаю, вы думаете, что я шпионка или вроде того, но это не так, поверьте! Больше всего на свете я хотела бы вернуться к себе домой и забыть всё произошедшее, как страшный сон!

Молодой хозяин кабинета кивнул, словно именно такого ответа и ожидал.

— Что ж, сейчас я могу поверить в твои слова.

— А до этого не могли?

Собеседник глубоко вздохнул. Затем откинулся на спинку стула и, закрыв глаза, произнёс:

— Если бы оказалась шпионкой или убийцей, то на тебе проявилась бы соответствующая метка, которая должна среагировать на меня и передать твоё местоположение командованию. Я увидел у тебя метку на шее, но только здесь смог проверить, что именно на тебя наложили.

Я схватилась за шею, но пальцы не нащупали ничего необычного. Тогда я бросилась к зеркалу на противоположной стене и, при внимательном рассмотрении, чуть ниже уха увидела небольшой золотой знак, похожий на перо. Что-то вроде татуировки, только очень маленькой и переливающейся на солнце, как голограмма. Если бы Алан не сказал, то я бы её даже не заметила.

Но как?! Как она здесь оказалась? И тут вспомнилось, что в какой-то момент майор Сухайз случайно задел мою шею своей маленькой тростью. Или не случайно? Я оторопело посмотрела на хозяина замка.

— Твоя метка такая, какую обычно получают пленники. Очень ценные пленники. Она не реагирует на меня, но постоянно отслеживает твоё местоположение и даже считывает здоровье. Ценных пленников важно поддерживать в добром здравии, — он усмехнулся. — И так как ты почти умерла, а потом мы тебя спасли, то наши враги это точно видели. И понимают, что ты теперь опасна, потому что в благодарность, скорее всего, сдашь их спасителю. Теперь, даже если они искали не меня, то всё равно придут сюда, но уже за тобой. И раз не получилось тебя перенести к ним, а отсюда (они это знают) тебя тоже незаметно не вывезти, то у них остаётся только одно решение. Они попытаются тебя убить.

На этих словах я села обратно в кресло и ошарашенно посмотрела на юношу.

— Убить?

— Да, ценных пленников король Эгер сопернику не оставит, — он опять усмехнулся. — Так что, если хочешь жить, ты должна рассказать мне, зачем понадобилось майору Сухайзу.

Я смотрела на него, а он на меня. В голове вертелась мысль о том, что Алан ненамного и старше, но в его голосе слышалось столько власти и высокомерия. Он так легко рассуждает о моей жизни. А ведь ещё недавно казался милым и даже приветливым. И тогда я разозлилась:

— Да на кой вы мне все сдались? Я не хотела к вам попадать. Майор Сухайз сам прилетел. Я спасла его. Ты говоришь о нём, как о каком-то серьёзном противнике. Но у меня его чуть не сожрала обычная птица!

Алан поднял бровь.

— У тебя?

— У меня дома, — я на минуту задумалась и решилась: — Похоже, я из другого мира. У нас нет никаких магов, превращающихся в животных! И с кинжалами не принято разгуливать! Я не собиралась попадать в центр политического скандала или на войну враждующих группировок, но я смотрела много фильмов и знаю, что ценных людей убивать нельзя. А если попадаешь в другой мир, то наверняка есть способ вернуться обратно. Помогите мне вернуться, мне у вас совсем не понравилось. Всё время хватают, тащат, кидают в деревья и, совершенно не разбираясь в ситуации, бросаются с ножами.

Я впилась глазами в своего похитителя, пытаясь унять дыхание и возмущение одновременно.

— Значит, другой мир… — задумчиво произнёс рыжеголовый, не обращая внимания на мои гневные слова. — И что ты можешь знать полезного, что понадобилось Сухайзу?

Я задумалась. Что я могу знать полезного для мира, где лечат прикосновением руки и запросто превращаются в диких зверей?

— Понятия не имею, — честно ответила я. — Я простой мирный житель, ни секретов не знаю, ни в политике не сильна. Просто студентка. Я боялась, что меня заколдуют или типа того, поэтому ничего не предприняла.

С минуту Алан смотрел на меня в задумчивости.

— Ладно, — наконец, сказал он. — Я понял. Раз идут не за мной, а за тобой, то тебя вполне можно оставить у Гарольда. Хотя… нет, уж лучше тут. Если ты — обыкновенный житель, то Сухайз, наверняка, притащил такую диковинку, чтобы изучить мирное население и понять, насколько вы управляемы, если захватить.

Я нахмурилась. Что-то подобное пиксиль и говорил.

— Но мне, — продолжал Алан, — не интересны другие миры и войны. Я пытаюсь сделать лучше жизнь наших граждан. А если у тебя нет ни сил, ни магии, ни секретов, то запросто убьют, чтобы просто насолить мне, ведь я же проявил внимание и спас. Не имело смысла тебя спасать. Ты не моя подданная.

И он развернулся, чтобы уйти. Просто уйти. Он что, оставит меня одну и просто позволит убить? Нет, я не могу этого допустить. Пусть я в чужом мире, где мне не рады, и он, этот человек, ну, или зверь меня пугает, но я должна найти хоть кого-то, кто будет на моей стороне. С этими мыслями я вскочила и попыталась поймать его за рукав.

Альдер резко обернулся и, схватив за шею в полёте, дёрнул моё тело вниз. Он легко свалил меня на пол и прижал неизвестно откуда взявшейся лапой хищника. Из звериной пасти показались острые клыки. Альдер с яростью меня рассматривал, однако ничего не предпринимал.

— Ты что, только что хотела напасть на принца Солнца?

Принц?! Я вытаращила глаза и не моргая смотрела на него. Если бы меня не прижимали к полу тяжёлой лапой, в которой явно проглядывались огромные когти, то ситуация казалась бы даже смешной. Альдер нависал надо мной абсолютно человеческим телом, и только голова и рука оставались львиными. Эдакое половинчатое животное.

— Что вы, Ваше… Высочество, — прохрипела я под его тяжёлой лапой. — Я только обнять вас хотела и спросить, вы же не бросите невинную девушку без защиты? Мне ужасно страшно остаться одной. И магии у меня нет. И ничего нет. Я же не опасна совсем и совершенно беззащитна, — тут старательно повздыхала и похлопала глазками.

На секунду морда льва оторопело на меня пялилась, видимо, не ожидавшая такой наглости. Мне даже показалась, что рыжая шерсть на скулах стала ярко-оранжевой. Создавалось впечатление, что лев смутился от моих слов. Решив закрепить эффект, я протянула руку к золотой гриве и погладила. Нет, милый, я должна тебя очаровать, я домой хочу. Очень хочу. И мне нужен кто-то сильный и властный, иначе меня здесь либо сожрут, либо убьют. Из моих пальцев полилось голубоватое сияние прямо в золотую шерсть. Алан резко дёрнулся и, отпустив меня, встал подальше, тяжело дыша и прикладывая руки к совершенно нормальному человеческому лицу, если не считать того, что оно до сих пор выглядело пунцово-красным. Видимо, не смотря на всю внешнюю холодность и высокомерие, он действительно одного со мной возраста и не знает, как поступать в некоторых случаях. Скорее всего, я вела себя не так, как было принято у его подданных.

— Ну… Я… В общем, вставай и иди к себе. Я подумаю, что с тобой делать, — с этими словами он внимательно посмотрел на меня и стремительно вышел из комнаты.

Вздохнув, я села на пол. Это ж сколько ещё меня ронять и калечить будут? Потом, всё же, тяжело поднялась и потопала к себе. Непонятно, что теперь делать. Не думаю, что настолько восхитила его высочество, чтобы он теперь меня защищал. И как теперь быть? Зачем меня убивать, если я ни в чём не виновата?

Вернувшись в свою комнату, если её можно назвать «своей», я не нашла ничего лучшего, чем пойти помыться. Всё же, меня опять по полу поваляли, хотя и довольно чистому. Тем более, ванная комната здесь выглядела потрясающе — отделанная белой плиткой с золотыми вставками и вензелями. Напротив раковины висело массивное зеркало в старинной раме. Сама ванна стояла посредине комнаты, как в красивых журналах о богатых домах. Я налила её до самых краев и, постанывая, впихнула своё побитое тельце в тёплую воду с ароматной пеной.

Алан. После того, как закончился утренний разговор с Кариной в кабинете.

— Господин, вы уверены? — Гарольд ходил из угла в угол, то и дело срываясь на глухое рычание. — Я не смогу вас там защитить. Ещё слишком рано!

— Гарольд, ты знал, что этот день когда-нибудь наступит. Защитный купол над Лонгборширом истощается и начинает пропускать посторонних. Вдобавок, мы не можем сидеть в изоляции вечно. Я должен предъявить права на трон.

— Но король Эгер… — слуга сжал кулаки, пытаясь сдержаться. Он посмотрел на меня исподлобья, как всегда делал, когда хотел настоять на своём. — Ваша светлость, вы знаете, я принёс вашему отцу, королю Вильгарму, клятву верности. А потом повторил её возле вашей колыбели уже лично вам. Я готов отдать свою жизнь за истинного правителя Королевства Солнца. За вас, милорд. Но ваш дядя… он не будет играть честно. Сразу после смерти короля я спрятал вас в лесу. И на следующий день слуги из дворца мне донесли, что в спальне принца обнаружили разрезанное одеяло и подушку. Неужели вы думаете, что это совпадение?

— Я знаю, к чему ты клонишь, — сухо известил я, откладывая в сторону донесения собственных шпионов. — Гарольд, я тебе доверяю, а дяде — нет. Этого должно быть достаточно, чтобы ты поверил в то, что я буду осторожен. Я должен попасть в эту академию, даже если сделаю это инкогнито. Учителя, приставленные ко мне в Лонгборшире, уже не могут научить меня управлению магией. Всё, что ты лично мог дать мне, — ты уже дал. А теперь позволь мне замкнуть магический контур. Остался только год.

Гарольд, словно загнанный зверь, снова пронёсся из одного угла в другой.

— Я знаю, что вы думаете, Ваше Высочество, но позвольте мне сказать...

— Говори.

— Если мне будет позволено… вы не дефектны. Вы очень сильны и умны, ваша милость. Я уверен, что совет старейшин одобрит вашу кандидатуру, и вам не нужно рисковать жизнью ради шанса замкнуть магический контур.

— А я так не думаю, — слова про дефектность царапнули слух, но я постарался абстрагироваться от лишних мыслей. — Эгер может потребовать доказательств моей дееспособности как будущего монарха. Если ты не помнишь, наша семья держит трон лишь номинально, поэтому каждый из нас должен доказать, что достоин. А я… я пока не достоин, — подняв ладонь, я прервал все возможные возражения подчинённого. — Не спорь, я знаю, что говорю. Дело не только во власти и способе её удержания, но ещё и в том, смогу ли я правильно ей распорядиться.

— Я уверен, что сможете…

— Вот именно поэтому я и хочу стать сильнее. Моим будущим подданным нужен достойный король, — отрезал я, поднимаясь и тем самым прерывая спор.

Уже почти у самой двери, я застыл от вопроса помощника.

— А эта девчонка? Вы думали, что с ней делать, господин?

— Не похоже, что она шпионка, — нахмурился я, отпуская ручку двери и разворачиваясь снова к Гарольду.

— Но на ней поставлена метка.

— Метка пленника, а не соглядатая. Ты сам это сказал.

— И тем не менее она может что-то знать.

Несмотря на то, что Гарольд был прав, моя интуиция кричала о том, что Карина не опасна. Лишь вспомнив о том, в каком состоянии мы её нашли, — сжималось сердце. На девчонке не было ни одного живого места. Пришлось истратить почти весь одномоментно имеющийся запас магии жизни, чтобы не дать ей уйти за грань.

— Ты слышал её слова, когда сидел в тайной комнате, — показал я на небольшую дверцу на дальней стене кабинета. — Она — дитя другого мира. И у неё есть магия.

— Магия? — удивился мужчина.

Я же кивнул. Если Гарольд не видел того, что произошло, когда девчонка дотронулась до моей гривы, то вот я — хорошо рассмотрел. Эти голубые всплохи не могли быть ничем иным, кроме зарождающейся магии, проявившей себя в опасной ситуации. А раз так…

— Я думаю… — произнёс негромко, — она могла бы нам помочь. Одинокий альдер-лев в академии магии вызовет вопросы, но если я буду с девушкой…

— Вы хотите назначить эту деревенщину своей невестой? — ужаснулся помощник.

Я сдержал улыбку.

— Думаю, есть намного лучший способ оказаться ближе и при этом не вызвать ни у кого вопросов. Приготовь всё. Надеюсь, через неделю мы покинем Лонгборшир.

Оставив Гарольда в недоумении, я всё же вышел из комнаты и, ненадолго задумавшись, решительно направился в сторону комнат иномирянки.

Если она согласится быть ширмой для принца, я взамен могу предложить обучение в самой престижной академии страны. Тем более, насколько я знал, Эгер не оставляет в живых свидетелей, так что для неё это шанс на спасение своей жизни.

***

Карина

После того, как достаточно отмокла, чтобы тревога немного ушла, я вылезла, завернулась в халат и вышла из ванной.

— Ну наконец-то. Думал, придётся вылавливать, вдруг решила утонуть, — раздалось сбоку.

Я взвизгнула и сиганула в сторону, по дороге споткнулась о маленький пуфик и полетела рыбкой на ковёр. Инстинктивно выставила вперёд руки, на ходу сожалея о том, что лицо опять окажется в синяках. Но в миллиметре от пола меня схватили за шкирку халата и, на секунду задержав в воздухе, аккуратно опустили.

— Вы что, с ума сошли? — я резко повернулась и села, гневно глядя на Алана, потому что от увечья меня спас именно он. — Я чуть со страху не умерла. Какое право вы имеете заходить в чужую спальню?!

— Ну, вообще-то, здесь все спальни мои, — усмехнулся принц, глядя на мой взъерошенный вид. — Откуда же я знал, что ты такая нервная?

Я уже хотела высказать всё, что я о нём думаю, но лицо принца резко посерьёзнело. Несколько секунд он к чему-то прислушивался, а потом схватил меня за шкирку (опять за шкирку!), зажал рот другой рукой и быстро затолкал в небольшую гардеробную.

— Тише, — прошептал он, — похоже, за тобой уже пришли. Однако быстро. Я восхищён.

— Кто? — оторопело спросила я, как только рот оказался свободен.

Алан усмехнулся:

— Те, кому наверняка приказали тебя убить. Расположение моих замков засекречено, и с воздуха их разглядеть невозможно. Поэтому шпионы понятия не имеют, к кому попали. Вдобавок, точно не знают моего лица. Пожалуй, придётся исполнять мой план быстрее. Погоди…

С этими словами Алан упёрся ладонью в стену, закрыл глаза и тихо произнёс:

— Гарольд, ты слышишь меня? У нас гости. Разберись с ними сам. И встретимся на границе. Я думаю сделать то, что оговаривали раньше.

Потом повернулся ко мне и спросил:

— Карина, я еду в королевску академию магии столицы. У тебя есть пара секунд, чтобы убедить меня в том, что я должен взять тебя с собой…

— Как говоришь, вас зовут? — глаза ректора подозрительно блеснули.

— Я — Адам Вэбер, а это моя младшая сестра — Карина Вэбер, — молодой красивый юноша положил на стол ректора академии несколько бумаг.

— То есть ни родителей, обладающих хоть каким-нибудь положением, ни других родственников у вас нет, я правильно понимаю? — пожилой мужчина с длинной седой бородой, от чего он очень напоминал Деда Мороза, недовольно отложил бумаги и откинулся на спинку кресла.

— Да, сэр, — принц соврал, даже не моргнув, пока я продолжала робко выглядывать из-за его спины.

— И как же вы собираетесь поступить, имея только несколько рекомендательных писем? Отбор закончился два месяца назад. Вы хоть представляете, кто учится в нашей академии?

— Конечно, сэр. В вашей академии учатся самые одаренные маги нашего королевства, — с этими словами Алан, а это был именно он, наклонился вперёд, оказываясь лицом к лицу с ректором. — И я уверен, что мы с сестрой станем украшением вашего учебного заведения.

Принц выпрямился и продолжил спокойным тоном:

— Я — альдер-Лев. Мой магический контур почти замкнулся, трансформировался первый раз в пять лет. Два года назад мой потенциал по шкале Абрахозера показывал 9 из 10, сэр. А у моей сестры источник проснулся только недавно — голубой, что, как вы знаете, редкость. Ну и, учитывая, что мы с ней в родстве, не сомневаюсь, что потенциал у неё должен быть впечатляющим.

На последних словах мужчина за столом усмехнулся и, хищно посмотрев на меня, поинтересовался:

— Трансформация была? Сущность определена?

— Пока нет, сэр, — я мяла в руках край своего платья, не зная, куда деть глаза. Всё-таки врать умею плоховато. О чём Алан вообще думал? Он же знает, что я обыкновенный человек. И если ему привиделся какой-то голубой источник магии, то зачем меня втянул в эту академию? Мог бы сам в библиотеке покопаться и найти информацию, как мне отсюда выбраться. Мне и дома учёбы хватало.

— Хорошо, братцы-кролики, пойдёмте в испытательный зал, проверим ваши контуры, если они действительно впечатляющие, то я представлю ваши кандидатуры на, академический Совет и, надеюсь, что исключение будет сделано.

С этими словами ректор встал и двинулся на выход. Ну, а мы, соответственно, следом. Алан шёл совершенно беззвучным, спокойным размеренным шагом, ректор тоже ступал аккуратно, крадучись. Одна я топала каблуками по гладкой плитке, пытаясь не отставать. Как? Как они идут так тихо и при этом так быстро? Два раза я чуть не навернулась на лестнице, запутавшись в собственных ногах, и оба раза меня за локоть подхватывал мой названный брат, но после внимательного взгляда ректора, Алан громко мне сказал:

— Ты бы под ноги научилась смотреть, а то, если твоя сущность окажется слоном или драконом, ты и братца зашибёшь ненароком.

Я обиженно зашипела в спину его высочества, а ректор грубовато усмехнулся, но бросать на нас внимательные взгляды перестал.

Когда я третий раз навернулась и чуть не влетела в дверь ближайшего кабинета, Алан в последний момент схватил меня за шкирку, как котенка, буквально за секунду от столкновения с дверным косяком, поставил прямо около себя, глубоко вздохнул и, продолжая удерживать за отворот платья, пробормотал еле слышно: — Ходячая катастрофа.

Наконец, мы пришли в зал, где кроме круглого стола посреди комнаты с несколькими разноцветными хрустальными шарами больше ничего и не было. Зато находился сморщенного вида невысокий старикашка с цепким взглядом абсолютно чёрных глаз. Меня даже чуток передёрнуло от страха. Он действительно он производил пугающий вид.

— Господин ректор, рад вас видеть. Это те самые последние юнцы? — мужчина прошёлся по нам своим нечитаемым взглядом, ненадолго задержав его на Алане.

— Да, декан Хопкинс. Адам, Карина — это декан кафедры зелий и ядов — Иоганн Хопкинс. Он тролль и большой профессионал.

— Рад встрече, — Алан спокойно подошёл к троллю и пожал ему руку. — Я много слышал о вас, мистер Хопкинс.

Я понимала, что тоже должна поприветствовать преподавателя, но коленки от страха подгибались, а ладони вспотели. На негнущихся ногах я всё же подошла и протянула дрожащую руку:

— Рада знакомству, меня зовут Карина… Вэбер, — чужая фамилия царапнула сознание, но я все же постаралась улыбнуться.

— Какая аппетитная девочка! — тролль крепко схватил протянутую мною руку. — Люблю таких, аж дрожит от страха.

Мои глаза в ужасе расширились.

— Но-но, декан Хопкинс, вы так до смерти запугаете возможную будущую студентку, и на неё ни один камень не отреагирует, — пригрозил пальцем ректор.

— Или она их все разобьёт, — спокойно добавил Алан.

Декан резко бросил мою руку и с опаской поглядел сначала на меня, потом на ректора.

— Всё готово, сэр, можем приступать к проверке, — он отошёл к столу и поставил на него сморщенную ладонь. В этот момент шары на столе засветились неярким светом. Теперь я могла их внимательно рассмотреть: один, побольше, почти прозрачный, — лежал отдельно, остальные, разноцветные, — с другого краю рядышком: красный, голубой, фиолетовый, бордовый, золотой и самый маленький — зелёный.

Мой названный брат подошёл первым.

— Итак, Адам, — проговорил тролль, — перед тобой магические кристаллы. Ты будешь брать их по одному, а мы, а мы посмотрим и зафиксируем результаты, а потом определим, на какой факультет тебя направить. Начинай с этого, — и он показал на большой прозрачный шар, — посмотрим на твой контур.

Алан положил ладонь на кристалл. Секунду ничего не происходило, а потом комната наполнилась вспышками света. Яркие серебряные огни вспыхивали и двигались в причудливом танце. Сначала движения казались хаотичными, но чем больше их становилось, тем более чётко формировалось большое серебряное кольцо. Оно состояло из множества переплетённых нитей, и только сверху линии не смыкались.

— Впечатляет… — протянул ректор, стоящий сбоку от меня. — Адам, говоришь, ты лев? Хопкинс, передайте ему золотой шар боевой магии.

Принц, не убирая одну руку от прозрачного кристалла, принял из рук декана золотой шар. И тут же, прямо в центре кольца, засияло пламя, которое напоминало солнце. Оно начало гореть, но постепенно становилось тусклее и тусклее… Уже через полминуты я могла смотреть на свечение золота, не жмурясь.

— Хм… — прокомментировал декан, — удивительный потенциал, но не постоянный, кратковременный. Адам, положи оба кристалла, пойдём дальше.

Юноша послушался, а затем по очереди стал брать из рук тролля круглые разноцветные шары других цветов. Каждый раз комната озарялась мягким светом. То красным, то голубым, то жёлтым, то фиолетовым и бордовым.

— Так, — бормотал Хопкинс, пока Алан активировал кристаллы, — зелья — неплохо, полёт — интересно, огонь — прекрасно, энергия земли — выше нормы, вода — тоже хорошо. Что ж, юноша, вы действительно весьма одарены — первый раз встречаю абитуриента с такими сильными и разносторонними задатками. А возьмите-ка последний кристалл — здоровье и жизнь, — и он протянул зелёный, самый маленький шар.

И вот тут я поняла, что золотой сиял даже вполовину не так ярко, как зелёный.

— Вау, — проговорила я. Это выглядело невероятно. Всё пространство вокруг наполнилось светом, и он становился тем ярче, чем дольше Алан держал шар в руках. В этот момент он ещё раз по просьбе декана положил вторую руку на прозрачный шар. И сияние зелёного в комнате дополнилось его магическим контуром. Я даже рот раскрыла от восхищения. Красиво.

Наконец, принц убрал руки со всех шаров. Комната приобрела свой обычный вид. Но после такого яркого свечения она даже казалось тёмной, а глаза слезились, как после взгляда на лампочку.

— Итак, — выступил ректор вперёд, — при должном отношении к учёбе, конечно, вы действительно можете стать украшением нашей академии! — на этих словах он усмехнулся в густые усы, а принц вернулся и встал рядом со мной. — Почти замкнутый магический контур, прекрасные результаты по всем дисциплинам, ярко выраженные, хоть и непостоянные, боевые силы и впечатляющая мощь здоровья. Значит, — тут он повернулся к Хопкинску, — зачислим парня на факультет лекарей?

— Если позволите, сэр, я хотел бы на факультет боевиков. Мне многое нужно усвоить и отточить. Не только академические навыки, но и боевую магию, — Алан буквально вытянулся в струнку, выражая глубокую почтительность и при этом твердость характера.

Ректор смерил принца цепким внимательным взглядом.

— Хорошо, — после небольшого молчания проговорил он. — Факультет боевиков так боевиков. Но постарайся не забросить другие свои таланты. Я подумаю, как ты мог бы их развивать. Что ж, — он обернулся ко мне, — ну, а теперь вы, барышня. После впечатляющих результатов вашего брата я уже в предвкушении.

Я сглотнула. Ну вот и пришел мой конец. Сейчас точно вся правда наружу выплывет. Я посмотрела на Алана. Он внимательно меня разглядывал, видимо заметил, что ещё немного, и я грохнусь в обморок. Потом медленно кивнул, и я поняла, что сбежать не получится.

На негнущихся ногах подошла к столу и, проследив за кивком тролля, вздохнула и положила руку на большой прозрачный шар. Почти полминуты ничего не происходило, а потом от шара начали отскакивать искры и вспыхивать небольшими огоньками. Они горели не белым светом, как у принца, а немного голубоватым.

От радости я чуть не убрала руки от шара. Всё же во мне есть магия! Есть! Значит, у меня есть шанс. Неужели это действительно моё?

Маленькие светлячки, чуть повыше руки, стали строить линию, но построили не больше десяти сантиметров. Видя это, Хопкинс немного нахмурился.

— Да, действительно, источник только проснулся. Что ж, дорогая, здесь есть подобные студенты. Немного, но есть. Волны слабые, контур еле держит. Но всё же это магия, вдобавок голубая. Посмотрим, что у вас по направлениям.

Дальнейшие испытания проходили в полной тишине. Тролль указывал на шар, я держала его в руке. Красный, жёлтый, голубой… ничего не происходило. Вообще ничего…

С каждым новым шаром лицо у декана мрачнело, а лоб хмурился. На остальных присутствующих я даже смотреть боялась. Золотой и зелёный шар у меня в руках еле заметно засветились. Заметив это, я смогла обернуться и посмотреть на Алана. Он стоял нахмуренный, но всё же внимательно и серьёзно продолжал смотреть и даже кивнул мне.

— Что ж, — услышала я голос ректора позади себя, — боевая магия и магия здоровья еле теплятся, но всё же есть. Даже не знаю, что с вами делать, барышня. Это не особо хорошие показатели.

На этих словах я похолодела. Как? Меня могут не взять? Но если Алан пойдёт в академию, а я нет, тогда я останусь совсем одна. А за мной здесь может охотиться майор Сухайз. Не говоря уже о том, что я могу никогда не вернуться домой. На глаза навернулись слёзы, и я дрожащей рукой взяла последний, фиолетовый кристалл. Первые несколько секунд ничего не происходило.

А потом случился взрыв!

Яркая фиолетовая вспышка громыхнула от шара во все стороны, и ударной волной впечатала меня в стену. Шар где-то в полёте вырвало из рук. Я ударилась головой о холодный мрамор и осела на пол.

Когда смогла поднять голову, то из противоположных стен на меня ошарашенно смотрели три пары глаз.

— Ух, — пробасил ректор, потирая затылок, — вот это женщина! — и он почти с восхищением посмотрел на меня.

В это время Алан поднялся с пола, подошёл ко мне и помог подняться.

— Ты в порядке? — в голосе парня проскочили нотки волнения. Он испугался за меня?

Я только ошарашенно кивнула.

— Что ж, — тролль тоже подошёл ко мне. — Поздравляю, Карина, студентка факультета земли и растений. Будете учиться в кругу эльфов и лесных нимф. Из нашей страны там студентов не так много. Пожалуй, не будем проверять вас ещё раз вместе с контуром. В целях безопасности, — на этих словах он усмехнулся. — Скажу только, что импульс очень мощный и потому — опасный. Надеюсь, вы сможете его обуздать. Удачи!

С этими словами он кивнул ректору и вышел в коридор.

— Можете заселяться, — ректор устало отмахнулся и пригладил усы. — Сейчас попрошу проводить вас в комнаты.

В качестве провожатого ректор выделил третьекурсника с кафедры зельеварения.

Это оказался довольно худенький и высокий парнишка в забавных полосатых штанах. И пусть он был куда старше нас, всё равно, по сравнению с ним мой «братец» выглядел в два раза шире, хоть и обладал атлетическим строением.

— Гарри, — представился парень, поправляя на длинном носу большие круглые очки, — хорёк.

От неожиданности я не выдержала и прыснула в кулак. Принц неодобрительно покосился, а зельевар обиженно поджал губы.

— Я провожу вас в общежитие, — чопорно уведомил он и первым направился на выход из учебной части академии.

— А чем отличается голубой контур от обычного? — спросила я Алана, пока мы шли через парк, вслед за длинной спиной Гарри.

— Дело в том, что голубой контур бывает только либо у очень одарённых магов, либо у тех, в ком течёт королевская кровь, — ответил мне принц, наклоняясь чуть ближе к моему уху.

— Прямо как в сказках про голубую кровь. Погоди, тогда почему у тебя обычный, а не голубой?

— У меня голубой, — спокойно возразил принц. — Мы с Гарольдом специально его спрятали на время проверки, чтобы отвести подозрения. Конечно, в серьёзном бою его всё равно будет видно. Но на данном этапе у нас получилось, и в ближайшее время, надеюсь, никто ничего не узнает.

— Почему ты тогда не скрыл у меня так же?

— Тебя бы тогда, скорее всего, не взяли. В лучшую академию страны редко берут новичков без силы, опыта, подготовки, ну, или хотя бы именитых родителей.

Я задумалась.

— А как же тогда вспышка?

— О, ну всё же ты смогла удивить, — и он легонько потрепал меня по голове. — Видимо, не зря себя проявил именно голубой контур. Твоя магия имеет очень большой потенциал, хотя и разрушительную силу тоже. Поэтому придётся нелегко. Как бы не пришлось постоянно залечивать раны и выплачивать компенсации пострадавшим из-за тебя, сестричка.

Я хотела уже огрызнуться и сказать, что первой моей жертвой обязательно будет один языкастый рыжеголовый балбес, но передумала, подумав о другом:

— Погоди, Ал… Адам, так мы что, на разных факультетах? Ещё и жить в разных корпусах?

— Ну да.

— А как же библиотека? И… — я задумалась, не хотелось ему признаваться, что мне жутко остаться одной в незнакомом мире, где люди спокойно превращаются в зверей, могут насылать заклятия, да и вообще страшные. Но висеть на шее парня, который, к тому же, вроде как принц и ничего мне не обещал, как-то неудобно. — …И ты же говорил, что я нужна как девочка на побегушках…

Алан внимательно посмотрел на меня. Изучил лицо и, отвернувшись, произнёс:

— Не переживай, если мне будет нужно, я сам тебя найду.

Угу. Всё понятно. Кинули меня, в общем. А я ведь почти закончила колледж. Там, дома. И вот опять учиться. Было бы жутко интересно, если бы не было так страшно.

Тем временем мы подошли к женскому общежитию. Прямо у входа росли большие кусты с множеством цветов. Они напоминали на наши чайные розы, только цветы отливали ярко-сиреневым. В воздухе витал пряный сладкий аромат. А здесь красиво, что уж. Не зря тут учатся самые сливки общества. Отпрыски знатных семей.

Парни помогли занести вещи, которые мы купили с Аланом по дороге в академию. Чтобы соответствовать легенде пришлось взять все по местной моде, да и вообще — единственное платье которое на мне до сих пор надето никак ну никак не вписывались в образ местного аристократизма. Этим сливкам общества, наверняка, нужно разных вещей и побольше.

В комнате, которую мне выделили, оказало три роскошных кровати с пушистыми матрасами, как в какой-нибудь сказке. На одной из них сидела милая девушка с острыми ушками и немного надменным лицом. «Эльф, наверное», — подумала я. Лёгкое голубое платье из струящейся ткани подчёркивало все прелести фигуры новой соседки. Я с завистью оглядела сначала её, а потом себя…

М-да, соперницами нам не быть. С моей мальчишеской фигурой, на которой даже не совсем понятно, где именно заканчивается спина, я ей могу составить компанию только в качестве «некрасивой подруги».

Эльфийка, увидев нас, встала, тряхнула аккуратной головкой с каскадом белоснежных волос и, обращаясь к Алану, сказала:

— Я — Мисэль, дочь Тинисса, лорда Зари, одного из правителей Эльфов.

— Я — Адам Вэбер, альдер-Лев, — тут Алан несколько усмехнулся, — без звания, — и более миролюбиво продолжил: — А это — моя сестра Карина Вэбер, поступила на факультет земли, она будет жить здесь.

— А я — Гари, зельевар, — пробормотали сзади.

Мисэль скользнула по мне равнодушным взглядом и опять спросила, по-прежнему обращаясь только к Алану (нас с Гари она решила замечать не больше, чем мух на стене):

— Твоя сестра тоже Лев?

— Нет, её сущность пока не определена.

— Что ж, это очень интересно, — хотя, судя по лицу, её это интересовало не больше, чем погода в соседнем государстве.

Немного помолчав, Алан сказал: — Простите, дамы, но нам пора.

— Тогда до встречи, Адам, надеюсь, что мы с тобой теперь будем часто видеться, — и она сначала протянула руку, но, словно передумав, положила на плечо, даже не думая убирать.

Вот это мне совсем не понравилось. Уж слишком уверенно смазливая эльфийка засматривалась на Алана. Почти что моего Алана. Ведь мы с ним на пару дней больше знакомы, а какая-то белобрысая уже клинья подбивает. Я вспомнила своего прошлого парня-мечту из колледжа, с которым даже двух слов не связала, и возмутилась. Доколе всё будут портить какие-то белобрысые? Воинственно подойдя поближе к принцу и заняв оборонительную позицию прямо перед носом этой похитительницы красавчиков, я достаточно дружелюбно заметила:

— И я рада нашему знакомству, Мисэль, думаю, мы поладим, — и, обратившись к Алану, елейным голосом произнесла: — Братик, дорогой, спасибо, что вещи донёс, дальше уж я сама, а ты иди, иди к себе, а то, вон, Гари отвлекаешь, — и я, кровожадно улыбнувшись, дёрнула Алана за руку в сторону двери.

Не ожидавший нападения, лев чуть в коридор не вылетел. Рука белобрысой на секунду повисла в воздухе, и она недовольно сверкнула на меня глазами. А я как ни в чём не бывало подхватила под локоток зельевара и вытолкала в коридор следом.

— Счастливо вам, сегодня ещё на ужине увидимся, — и захлопнула дверь комнаты перед носом у парней, лица которых чуток вытянулись. Хотя, признаюсь, у Алана в глазах бегали насмешливые огоньки.

Я развернулась, посмотрела на эльфийку и, придав своему лицу как можно более милое выражение, спросила:

— А кто третья соседка?

Но Мисэль уже потеряла ко мне всякий интерес, она развернулась и летящей походкой пошла обратно к своей кровати, где разбирала вещи, состоящие, по большому счёту, из большого количества великолепных платьев.

Я пожала плечами. Что ж, не хочет разговаривать — не надо. Я и сама смогу со второй соседкой познакомиться.

Так как до начала учёбы оставались ещё целых два дня, то я решила перед ужином хорошенько осмотреть территорию академии. Всё же мне здесь жить какое-то время. Не хотелось бы с началом учебы бегать как курица с отрубленной головой и искать нужные кабинеты. И это было не просто опасение — по пути к общежитию, я видела минимум четыре учебных корпуса, а Гари говорил, что студенты пользуются всеми. А спортплощадка находится вообще в паре километров от ближайшего здания. Нет, я, конечно, всё понимаю, магия, всё такое. Но здесь же, кроме тигров и антилоп, которым это расстояние буквально на пару прыжков, были ещё и хорьки, как наш новый знакомый, или другие менее быстроходные животные. Ну, или, например, я, которая если и дойдёт до площадки, то прямо там и свалится, и только к концу урока сможет наскрести силы, чтобы идти обратно.

Торопясь на прогулку, я быстро кидала вещи в небольшой шкаф, стоящий у моей кровати. Хоть комната рассчитывалась на трёх девочек — каждая имела свой уголок, огороженный бамбуковыми ширмами. Образовывалсь небольшая комнатка со столом, удобным креслом, шкафом, кроватью, мягкой банкеткой и полкой для книг. А также, (о счастье!) каждой полагалась своя маленькая ванная. Не чета общаге в моём колледже с одним санузлом на этаже и тараканами на кухне. Оттуда я, помнится, сбежала, роняя тапки.

В этот время в комнату зашла третья соседка. Как потом оказалось, лесная нимфа. Полный комплект, так сказать: я — человек, который, по идее, должен стать человеком-животным или альдером (хоть бы не слон, в самом деле!), эльфийка и дриада. Других рас на нашем факультете не наблюдалось. А таких, как я, вообще не больше троих учеников набралось.

Дриада выглядела куда дружелюбней эльфийки и без надменного высокомерия, хотя так же отличалась изысканной красотой. Нежные каштановые волосы спадали волнами на плечи, за спиной притаились длинные прозрачные крылья, чем-то похожие на стрекозиные. С их помощью она легко перелетала с одного конца комнаты на другой. Когда крылья не требовались, дриада просто складывала их за спиной. Зелёное платье девушки смахивало на лист тополя, как будто она просто в него завернулась. Голову украшала небольшая диадема из переплетённых веток с разноцветными маленькими цветами. И вообще, от неё прямо веяло лесом и свежим воздухом. Дриада передвигалась по комнате как яркая бабочка и являла собой полную мне противоположность: такая лёгкая, милая и полупрозрачная. Её звали Айрана. И мне она очень понравилась. Она действительно знала очень многое о растениях и цветах. Но больше о лесных.

— Ты будешь учиться только на факультете земли и растений? — спросила меня Айрана. Я кивнула. — Понятно. А я сразу на двух: земли и зельеварения. У нас принято в этом разбираться, вдобавок, я с детства изучала травы и эликсиры, так что сложности вряд ли возникнут.

Ну вот. Я так и думала. Здесь все уже очень многое знают. Куда мне до них? Что я им расскажу? Как правильно заваривать лапшу быстрого приготовления? Может, как я виртуозно умею списывать у соседа по парте? Или как проехать в метро зайцем?

Я даже от названия предметов в ступор впадаю, не говоря уже о том, что совершенно не знакома ни с магией, ни с местной флорой и фауной. Очень маловероятно, что у них хотя бы наши родные берёзы есть.

Я сказала соседкам, что хочу немного прогуляться, эльфийка даже не обернулась в мою сторону, а вот нимфа предложила составить компанию. Я отказалась, сославшись на то, что немного болит голова, и хочется просто подышать воздухом. На самом деле, я собиралась в одиночестве облазить всю территорию, а заодно подумать, как быть дальше.

Выйдя на улицу, пошла в первую выбранную сторону. Направо.

Итак, если я хочу домой, то должна найти способ попасть в библиотеку. Но нам уже объяснили, что доступ в библиотеку первокурсникам дают, только если у них хорошие баллы по прошествии семестра. После первых экзаменов отсеют всех неудачников. Доступ к магическим книгам разрешают только тем, кого есть смысл обучать, это не развлекательная литература для всех подряд.

Тогда, получается, мне придётся не только освоить здешние порядки, но и усваивать знания не хуже местных жителей. Причём, отпрысков семей аристократов, которых начинали обучать с пеленок.

Эх, если бы Алан мог мне помогать, то, возможно, дело пошло бы быстрей, но у него и так море своих проблем. Еще и белобрысая эта глаз положила… Но все же прийти сюда было его идеей и значит я могу хотя бы надеяться на помощь. Увидим.

Я шла по дороге к спортивной площадке. Раз это самая дальняя точка академии, значит, её нужно осмотреть в первую очередь. Мимо меня проносились студенты. Многие приехали с каникул и давно не виделись. Они сбивались в стайки и возбуждённо переговаривались, обмениваясь впечатлениями. Из кружков девушек в пёстрых платьях слышался щебет и звонкий смех, напоминающий звон колокольчиков. Зато из компаний парней раздавались громкие выкрики, подколы и гомерический хохот. Эх. Мне бы к парням. Я бы прекрасно вписалась со своим хрюкающим ржачем. Надеюсь, это всё же не признак моей сущности.

На большом поле с коротким газоном происходило что-то невероятное. Уже на подходе я поняла, что именно сюда мне и надо. Наверное, здесь эта игра — что-то вроде футбола. По полю бегали мускулистые высокие парни без маек, перекидывая друг другу мяч ногами. Точнее, перепинывая. По пути они частично или полностью меняли облик, и выглядело это просто невероятно. Вот высокий парнишка с угольно-чёрными волосами перехватил мяч и прямо на бегу превратился в блестящего мустанга. Он быстро проскакал мимо меня, поднимая столб пыли. Рельефные мышцы на благородном животном двигались в такт каждому движению. Альдер копытом направил мяч прямо во вражеские ворота и тут же вернулся в человеческий облик даже не замечая этого.

Казалось, что с такой силой он никак не мог промахнуться.

Но ближайший к мячу игрок с хищным выражением лица рванул наперерез. Игрок находился довольно далеко, и я была уверена, что не успеет, но внезапно за спиной спортсмена выросли огромные коричневые крылья, и он, резко взмахнув, в один мощный прыжок настиг мяч и понёсся к другим воротам, низко паря над землей.

Зрелище настолько заворожило, что я не могла сдвинуться с места. Не знаю, что больше впечатлило — невероятные способности к перевоплощению или голые мускулистые торсы и красивые личики. Никогда не видела столько красавцев в одном месте.

— Так-так-так, — раздалось за спиной. — Кто к нам пожаловал. Какая аппетитная селяночка с открытым ртом и капающими слюнями. Что, хороши?

Я закрыла рот. Ну вот, попалась. Это кто ж такой наглый? Медленно повернулась всем корпусом и… застыла, в ужасе вытаращив глаза.

Прямо передо мной стоял большой ястреб огромных размеров. Не просто большой, а огромный. Метра два ростом, с массивным тяжёлым клювом и железными когтями на мощных лапах. Он с презрением и насмешкой смотрел на меня круглыми и абсолютно черными глазами.

— Па-па, — по слогам произнесла я. На секунду меня переклинило, и я не могла даже вздохнуть. Потом аккуратно скосила глаза в сторону и медленно сделала маленький шаг назад. Ястреб с интересом наклонил голову набок, наблюдая за мной. Я сделала ещё шаг назад.

Птица резко наклонилась ко мне. Тут мои нервы не выдержали:

— Папа-а-а! Папочка-а-а-а!!! — и я бросилась бежать в противоположную сторону.

Я чувствовала, что огромная птица находится прямо за мной. Дыхание сбилось, ноги подкосились от страха, и я буквально рухнула в густую траву. Боковым зрением увидела огромное крыло, взметнувшееся сбоку от меня. И в следующую секунду меня за талию схватила крепкая мужская рука.

— Не думал, что произвожу столь сногсшибательное впечатление, — насмешливо прозвучало возле самого уха.

С вытаращенными от страха глазами я повернула голову и буквально задела чужое лицо. Чёрные глаза, коричневые волосы, чуть загнутый нос, придающий хищное выражение. Эта хищная красота пугала и восхищала одновременно. Парень легко удерживал меня на весу одной рукой. Затем, оглядев быстрым цепким взглядом, поставил прямо на землю.

— Ты меня испугалась, малышка?

— Нет… не знаю, — пролепетала я.

Он ещё раз осмотрел меня сверху донизу и спросил:

— И кто же мы такие?

— Это моя сестра, — раздалось сбоку.

Я повернула голову — к нам широким шагом подходил Алан. Его лицо казалось как всегда спокойным, но взгляд все больше наполнялся решительностью и холодом Он встал рядом со мной, и взглянув на руку ястреба, до сих пор лежавшую на моей талии, притянул меня за локоть и поставил за спину. Глаза ястреба сузились.

— Кажется, мы сегодня уже встречались?

— Да, было дело, — подтвердил Лев, чуть дёрнув уголком рта.

— А-а-а, — странный парень ударил в ладоши, словно вспомнив где видел Алана, — Точно, ты первокурссник-выскочка, который прервал наше развлечение.

— Если ты считаешь развлечением заставлять двух слабых первокурсников драться между собой и делаешь из этого массовое зрелище, то, пожалуй, это не последний раз, когда я тебе помешаю.

Несколько минут они мерились взглядами. В это время я тихо пыталась прошмыгнуть незамеченной. Когда мне это почти удалось, ястреб вдруг посмотрел на меня и спросил, обращаясь к моему брату:

— Значит, это твоя сестричка? Хорошенькая, люблю таких. Пожалуй, мне надо поближе с ней познакомиться.

— И не мечтай, — холодно ответил Алан. Повернулся ко мне и, взяв за плечи, повел в сторону общежития.

Один раз я обернулась. Ястреб смотрел вслед холодным и внимательным взглядом. Заметив мой интерес, он усмехнулся, подмигнул и, развернувшись, пошёл к игровому полю, где игроки с почтением остановились и начали расступаться.

— Почему тебя совсем нельзя оставить одну? — спросил Алан. — Ты вечно идёшь, куда не следует. И бесконечно падаешь. У тебя же не девять жизней, как у кошки.

— Ну я же не специально, — возразила я. — Алан…

Он резко остановился.

— Не зови меня здесь так. Обращайся только «Адам», в крайнем случае, можешь звать меня братом.

— Прости, я забыла. Адам, а кто это? Ты действительно сталкивался с ним сегодня, и вы уже успели поругаться?

— Не забивай себе голову. Но всё же лучше держись от него подальше. Его зовут Берк Сайлос, он на четвёртом курсе боевиков, и, похоже, его тут многие боятся. Он совсем не изменился.

— Понятно, — кивнула я. — Местный авторитет.

Лев усмехнулся.

— Ты голодная? — спросил он. — Уже время ужина, можем вместе пойти. Похоже, тебя нельзя надолго оставлять одну. Обязательно вляпаешься в неприятности.

Я кивнула и пошла за Аланом. С ним действительно поспокойней.

А кормят тут неплохо. Подошла к раздаче и глаза разбежались. В итоге, взяла всего по чуть-чуть и с полным подносом засеменила к Алану, который уже давно сидел за столом. Увидя гору салатов, мяса, рыбы вперемежку с пирожками и пирожными на моём подносе, он картинно закатил глаза.

— И ты всё это съешь?

— Пф-ф-ф, конечно, — я с размаху плюхнула поднос на стол. — Ты не смотри на то, что я такая худая, аппетит у меня то, что доктор прописал. Надо же набирать формы. Хотя сбрасывается всё равно быстрее, чем я успеваю есть.

С этими словами я пододвинула к себе суп и взяла ещё тёплый пирожок с капустой.

— То, что ты много ешь, я заметил ещё, когда мы были в городе перед поступлением. Но тут ты даже превзошла саму себя.

— О да. Я — такая, — донеслось из-за горы на подносе.

— Карина, — чуть тише проговорил Лев, наклонившись ко мне, — сегодня мы встречаемся ночью с Гарольдом. Он будет ждать нас за стеной академии. Надень легкую юбку, а под неё брюки. Знаю, это неудобно и даже не очень прилично, но иначе не представляю, как тебя перекидывать через стену.

— Мы полезем через стену?! — пирожок выпал из моей руки и с громким «плюх» упал прямо в суп. — Но зачем, ведь можно просто выйти за ворота? Да и вообще… Я-то здесь причём?

— Во-первых, Гарольда могут вспомнить. До того, как уехать со мной в Лонгборшир, он числился начальником королевской стражи. Никто не должен понимать, что мы знакомы. В нашей стране не так много львов, и все знают, что наследный принц — один из них. Если Гарольд будет рядом со мной, то велик риск заподозрить мое происхождение.

— А во-вторых? — спросила я, пододвигая к себе сразу три разных салата взамен испорченного супа.

— А во-вторых, у него для тебя есть сообщение. Ну, и если мы оденемся неприметно, то нас вряд ли кто-то увидит. А даже если и увидят, то парень с девушкой, которые несутся ночью через кусты, привлекут к себе всяко меньше внимания, чем один крадущийся лев.

— Это ещё почему?

Алан улыбнулся и потрепал меня по голове.

— Рано тебе ещё это знать.

Я с подозрением посмотрела на него, но вместо того, чтобы придумать ехидный ответ, вдруг вспомнила его недавнюю фразу.

— Адам, а почему ты сказал про Берка, что он совсем не изменился? Ты был знаком с ним раньше? Не похоже, что он тебя помнит.

Алан резко посерьёзнел. Вот только что в его зелёных глазах прыгали весёлые огоньки, когда смотрел на меня, но после моего вопроса их как будто заволокло туманом.

— Да, я знаю его. Это было давно, в прошлом. Хорошо, что он меня не припомнил. Надеюсь, так будет и дальше. Хотя спокойно смотреть на его выходки у меня вряд ли получится, — он мрачно усмехнулся. — Не спрашивай меня сейчас об этом, думаю, когда-нибудь ты всё же многое поймешь, если, конечно, не вернёшься в свой мир раньше.

Я хотела задуматься над его словами, но Алан уже встал.

— Пожалуй, я пойду, доедай. Встретимся сегодня в час ночи, я подам тебе сигнал. Постарайся до этого времени не покалечиться, — и пошёл к выходу.

В задумчивости я вернулась в свою комнату. Обе соседки уже были там.

— А вы знаете Берка? — спросила я у них.

Девушки одновременно подняли голову.

— Берка Сайлоса? Конечно, его все знают! — ответила первой Айрана. — Он сын регента, и поговаривают, что может занять трон.

— Поэтому, милочка, не стоит заглядываться — он не из тех, кто будет обращать свой взгляд на селянок, — Мисэль смотрела на меня с холодным презрением.

Вот оно что. Значит, Берк — сын регента. И значит, двоюродный брат Алана. Возможно, Берк действительно не помнит принца, ведь тот младше его на три года. Но как сын регента может стать королем, если наследный принц жив и здоров? Зря Алан сам мне не рассказал. Не прошло и часа, как я узнала его секрет. Такие вещи не скроешь, если о них все в курсе. Только вот тогда Алану действительно лучше не пересекаться с братом. Не знаю, насколько они были близки в детстве, но всё же, вдруг кровь подскажет? Пожалуй, у меня теперь действительно есть, чем здесь заняться. Может хоть как-то смогу отблагодарить принца за готовность мне помочь.

— Да я и не собиралась, — ответила эльфийке. — Он не в моем вкусе, уж слишком страшный.

И пошла готовиться к ночной вылазке. Вслед мне неслись то ли удивлённые, то ли возмущённые возгласы.

Должна признаться, что к назначенному времени я дрыхла как сурок.

В оправдание могу сказать, что стойко держалась до двенадцати. В попытках не уснуть, пятьдесят раз ходила то попить, то пописать, чем ужасно раздражала соседок, которые, как оказалось, всегда ложатся не позже десяти. Здесь вообще все, похоже, ложатся рано, а встают с петухами. Либо правильные такие, либо действительно природа в душе зовёт и командует. В конце концов, на меня шикнула и Айрана, даже её спокойная и дружелюбная душа не выдержала моих метаний. Я обиженно легла в кровать и запыхтела оттуда. Но, видимо, зря, как только организм через пыхтение начал получать больше кислорода, то решил тут же вырубиться. Конечно, я понимаю, ему пришлось немало пережить за последние три-четыре дня. Бедненький.

В итоге, несколько камешков, кинутых в окно прямо у изголовья моей кровати, даже не заставили меня пошевелиться. Алану пришлось лезть по дикому плющу к моему окну. Наверняка и разглядывал меня через форточку. Я слышала, все парни так делают. Правда, в данный момент ему можно было лишь посочувствовать — я та ещё спящая красавица. Обычно я лежу, обняв коленкой подушку, а ртом самозабвенно пускаю слюни на новую розовую пижаму с милыми слониками.

Уж не знаю, что обо мне подумал юноша, но разбудили меня несколько золотых светлячков, которые принц умел выдувать прямо изо рта. Они довольно бесцеремонно щекотали шею.

Почесавшись, я всё же открыла глаза. Спать хотелось ужасно. А ещё я встала злая, думая, что на мне сидит, по меньшей мере, пять мух. Оглянувшись, я увидела его высочество в окне и от неожиданности перекувырнулась с кровати на ковёр. Приземлившись на пятую точку, подняла небольшой шум, и Мисэль из своего уголка что-то недовольно пробурчала. С покаянным видом я тихо встала и подошла к окну.

— Адам, прости, я заснула. Сейчас я оденусь и спущусь, подожди меня внизу.

— Ты не можешь спуститься через главный вход, там сидит сторож, он не спит, — сказал мне принц.

— А как тогда?

— Спустишься по плющу из окна.

— По плющу?! — кажется, мой голос впервые дал петуха. — Адам, миленький, я не могу по плющу. Здесь же третий этаж. Я высоты боюсь, — я действительно испугалась. Не хватало мне упасть с приличной высоты, ещё даже не дождавшись обучения.

Лев глубоко вздохнул.

— Так, живо собирайся, и без разговоров. Я помогу тебе, не бойся ничего. Главное, не шуми.

— Тогда отвернись!

— А вдруг ты опять заснёшь или вообще сбежишь?

— Ага, куда это я сбегу? А вот тебе наблюдать, как я переодеваюсь, точно не надо.

— Ладно, — согласился он, — только не затягивай.

Я быстро скинула пижаму, натянула чёрный свитер и чёрные штаны, а сверху одно из бесформенных платьев, которые здесь именовались гордо «рабочими». Я повернулась к Алану, но тот уже скрылся в зарослях плюща.

— Я готова.

— Хорошо, открывай окно и лезь ко мне.

Я послушно перекинула одну ногу. Боже мой, как страшно. Я нашла в темноте руками шею альдера и вцепилась в неё что есть силы. Он аккуратно потянул меня за талию, помогая ухватиться за плющ. В итоге, когда мне это удалось, и я смогла держаться за ветки руками и ногами, я категорически отказалась спускаться дальше. Сколько бы он ни пытался меня отцепить, я только сильней вжималась в стену и жалобно скулила, чтобы меня оставили в покое, иначе я точно упаду.

Устав от причитаний, Алан схватил меня за талию и резко дёрнул. Мои руки на секунду выпустили ветки, а он мощным прыжком оттолкнулся от стены и мягко приземлился на траву.

Я повисла на шее Алана как мешок с картошкой, обмякнув от страха.

— Что ж сразу так не сделал? — спросила я, отбивая зубами чечётку.

— Чтобы опять в обморок не хлопнулась! Насколько я понял, ты это любишь, — и он осторожно опустил меня на траву. Руками я всё ещё крепко сжимала его шею. Похоже, они закостенели и совершенно не хотели разжиматься.

— Эй! Кто это там? — грубый голос разрезал темноту.

Я тихонько взвизгнула и, не разжимая рук, закинула ноги на руки принцу. Он, не ожидая такого, покачнулся и вместе со мной свалился в ближайшие кусты.

А в следующую секунду воздух, где мы только что стояли, осветился светом фонарика. Сторож — лесной гном — подслеповато осматривал местность, видимо, услышав, как мы топчем газон.

Я лежала на Алане, не шевелясь, он тоже замер и по-моему, даже дышать перестал.

Гном походил по поляне и, никого не обнаружив, вернулся на свой пост. Он передвигался по траве совершенно беззвучно, от чего я подумала, что здесь, наверное, все весят сильно меньше, чем выглядят. Иначе, как объяснить, что я одна топаю, а остальные чуть ли не порхают в воздухе?

Алан подо мной наконец-то вздохнул и, резко дёрнувшись, скинул меня на траву.

— Ты и впрямь катастрофа! — проговорил он. — Понятия не имею, зачем я тебя взял с собой.

В ответ я решительно заявила, что это он меня вытащил, а я сама никуда не собиралась.

Препираясь, мы подошли ближайшей границе территории академии и приблизились вплотную к каменному красному забору. Не буду долго объяснять, как мы лезли на ограду. Скажу только, что это хотелось бы забыть сразу и навсегда. Алан подпихивал меня сзади, бесконечно ругаясь и пыхтя. Пару раз даже спросил, не собираюсь ли я поменьше есть. В ответ я на весу пнула его ногой в солнечное сплетение и, когда он согнулся пополам, резво поставила ногу на его голову. Оттолкнулась и перекинула вторую ногу через забор. Да! Получилось! Аккуратно покрякивая, я перевесила своё тельце через ограду и спрыгнула на землю с той стороны. Не удержав равновесие, плюхнувшись на пятую точку.

Рядом одним бесшумным прыжком оказался Алан.

Я вытаращила глаза.

— Ты зачем меня заставил лезть? Почему не мог просто взять на ручки и перемахнуть через ограду? Чай, не выше моего окна.

В ответ он обиженно зашипел:

— Я тебе что, ездовая лошадь? Ты и так меня всего облапала за сегодня. Как ты могла на мою голову ногу поставить?

— Вижу, вы поладили, — раздалось над ухом.