Кайрин. Улыбка демона

Тренировки для Чёрных дюжин, элитных групп студентов Академии магии Ниро, никогда не были приятными. Порой я думал, что цель занятий не научить нас чему-либо, а убить. Ну, или хотя бы привить страстную жажду жить во что бы то ни стало, как каким-то дрессированным псам. Хотя надо признать, что тренировки приносили огромную пользу. Если сравнить наш прогресс с достижениями остальных студентов, мирно посещавших лекции, то останется только запихнуть своё недовольство куда подальше. Что я в очередной раз и сделал, открывая дверь в комнату и предвкушая, как погружусь в сладкие объятия не застеленной кровати.

 Едва распахнулась дверь, как я заметил движение и активировал щит – даже не заклинание, а просто слой воздуха, что мог хоть немного прикрыть от физической опасности. По щиту соскользнул розовый конверт. Должно быть его вставили в дверь, а я из-за усталости даже не заметил. Развеяв магию, я устало вздохнул. Опять!

 В последнее время Мак, мой сосед по комнате, который каким-то чудом после тренировок умудрялся ещё и со своей девушкой пофлиртовать, стал очень популярным у противоположного пола. Надо смотреть правде в глаза – вполне заслуженно, этот рыжий скромник стал управляться с огнём лучше близняшек вместе взятых. Пожалуй, даже лучше Гарта, тот не отставал от Мака в навыках, но не дотягивал по запасу маны, той элементарной энергии, которой пользуются маги. А поскольку стихия огня уступает лишь молнии, мой сосед по комнате стал самым сильным магом первой дюжины. Странно, что его уважительное ко мне отношение при этом ничуточки не изменилось. 

 Девушки словно с цепи сорвались, накинулись на такую сладкую добычу. Но Мак хранил верность Нилл, и даже не думал смотреть ни на кого больше, только вот дамы не оставляли своих бесполезных попыток. 

 Я подхватил письмо ветром и поднял до уровня глаз. Ну что, какой аромат на этот раз? Кажется, у меня появилось странное хобби – девушки так изощрялись с духами, выливая на конверт порой поистине драгоценные жидкости, что за этим было весьма забавно следить. Я втянул воздух и удивлённо замер.

 Письмо не пахло. Вообще. Я позволил конверту упасть на ладонь и заметил остальные отличия. Во-первых, он вовсе не был розовым, как поначалу мне показалось, скорее бежевым, такие конверты лежали в огромном количестве в библиотеке, доступные всем желающим. Во-вторых, не было указано имени получателя. Может, он и не для Мака вовсе… 

 Недолго думая, я заострил ноготь внутренней энергией* и вскрыл конверт. Из него выпал лист простой белой бумаги, тоже без запаха. Ровными чёрными буквами на нём было указано время и место. И более ничего. Я хмыкнул, это становилось любопытным. Взглянул на настенные часы в форме свернувшейся клубочком лисы – их прислали Маку родители, наверное, намекая на то, что зверёк – это он. Время как раз подходящее. Сходить?

 (вэ* – внутренняя энергия)

 Любопытство всё-таки победило, очень уж просто было оформлено письмо. А девушка ли вообще его прислала, совсем непохоже оно на любовное. Может быть, у Мака есть тайна? Если так, то я должен её узнать. Иначе как мне жить с человеком, который может в любой момент выкинуть совершенно неожиданный кульбит?

 А я ведь очень рассчитывал на рыжика: в плане получения информации он был незаменим, да и товарищ из него вышел неплохой. А теперь, когда он ещё и стал сильным магом… Нет, мне определённо не стоит пускать всё на самотёк.

 Я печально скользнул взглядом по манящему одеялу, пару секунд колебался, понюхал всё ещё влажную тренировочную одежду, скривился, аккуратно засунул письмо обратно в дверь и всё-таки пошёл на «свидание». А если вдруг там кто-то ищет неприятностей, то вид и настроение у меня сейчас самые подходящие.

 * * *

 Встреча была назначена в одном из миниатюрных садов около Чёрного дворца, с изящными скамейками и небольшим фонтаном в форме играющей с водой русалки. Розовые и белые цветы создавали иллюзию, что находишься в одном из парков небольшого города. Любимое место парочек. Так может быть, это всё же поклонница Мака? Просто не знает, как нужно писать любовные письма, и что обязательным пунктом является обливание конверта лучшими духами? Я весело хмыкнул, осматривая присутствующих. Кто же из них? Наверное, стоило искать бедную неуверенную девчонку, дрожащую от предвкушения встречи с любимым. 

 Две парочки были сразу признаны ненужными мне целями, помимо них здесь находился парень, который, если бы не пол – вполне подходил бы, то есть он вполне себе бледнел, дрожал и явно кого-то ждал.

Оставшиеся две девушки, сидящие на скамейках по разные стороны от фонтана, были слишком красивыми, чтобы быть деревенскими простушками. Пышногрудая длинноволосая блондинка и стройная брюнетка с волосами до плеч. Обе – аристократки. Первая была одета в роскошное розовое платье, вторая же носила обычную синюю форму. Если бы мне пришлось выбирать, я бы, несмотря на определённые преимущества первой, выбрал последнюю. Судя по книге на коленях, похоже, что мозгов у неё побольше… Блондинка же подпирала скрещёнными под грудью руками свою выдающуюся часть тела и нервно постукивала элегантным каблучком. Она казалась идеальной мишенью для розыгрыша. 

 Я уже подходил к ней с предвкушающей улыбкой, как меня внезапно остановили. Почувствовав на запястье холодные цепкие пальцы, я призвал ветер и резко обернулся. Кто это нарывается?

 Меня держала за руку бледная шатенка с пышной копной длинных, до пояса, кудрявых волос, тёмно-карие глаза сочетались с её бордовой одеждой, подчёркивающей идеальную фигуру. Форма состояла из узких штанов и распахнутой удлинённой жилетки, под ней виднелась широкая блуза, из выреза которой выглядывали нежные ключицы. Девушка была чуть выше меня, на пару лет старше. Золотые с драгоценными камнями серьги сверкали в лучах Рэи: одна – алая, в форме капли, словно застывшая кровь, а вторая напоминала зелёный лист дерева.

 Девушка отпрянула и приятным бархатистым голосом сказала:

 – Прости, я не хотела… – она подняла перед собой руки, будто показывала, что не затевает плохого. Нахмурившись, я отпустил магию и собирался было улыбнуться, ведь именно с этого стоило начинать знакомство со всякой симпатичной особой, когда она добавила, – … тебя пугать. 

 Я так и застыл с наполовину открытым ртом, не успев спросить, почему она схватила меня за руку.

 – Я не испугался, – я всё-таки взял под контроль мышцы лица и натянул приветливую улыбку. Хотя мне очень хотелось нахамить. 

 – Да, конечно. Я верю, – кивнув, усмехнулась она. Ну вот, опять! Разве это не сарказм?

 – Что ты хотела? – моя улыбка померкла. 

 – А… хм, – она откашлялась, как будто в смущении, дёрнула алую серьгу и продолжила, смотря на меня из-под ресниц, чуть опустив голову:

 – Ты же из Чёрной дюжины?

 – Кхм… Разумеется, – с чего бы спрашивать совершенно понятное, она же не слепая. Я был в чёрном спортивном костюме, которые носили лишь члены дюжин.

 Девушка поправила прядь волос, убрав за ухо, и резко подняла взгляд, уставившись прямо в глаза, будто пыталась прочесть мысли. От этого у меня пробежал холодок по спине. 

 – Тогда… – она вздохнула, – давай встречаться!

 Я опешил. Вот это наглость, сначала уточняет, в дюжине ли я, а потом сразу предлагает встречаться? Разве не слишком очевидны её мотивы? А для вида хоть притвориться, нет? 

 – Постой, – я поставил руки перед собой, потому что мне показалось, что девица опять хочет вцепиться в меня тонкими длинными пальцами, – дай прояснить одну деталь… Ты же предложила это не из-за того, что я тебе нравлюсь, а только потому, что я – из дюжины? – мне стало любопытно, как она ответит теперь.

 – Да, – спокойно кивнула она. Я восхитился её невероятной самоуверенностью. Но кто из нормальных людей после такого согласился бы с тобой встречаться?

 – Почему же ты не предложила это тому, кто тебе действительно нравится? 

 – Потому что таких нет, – с мягкой улыбкой пояснила она. 

Мне хотелось расхохотаться, но я не стал – просто развернулся, громко сказав: 

 – Отказываюсь.

 Она быстро оббежала меня и встала на пути:

 – У тебя есть девушка?

 – Не твоё дело.

 – Значит, нет, – кивнула она, как будто я только что это признал. – Я не в твоём вкусе? 

 Проигнорировав, я попытался её обойти, но она увязалась за мной:

 – Я довольно красива, у меня прекрасное стройное тело и шикарные волосы, некоторые говорят, что и голос, как же… забыла… ах да: томный и нежный, да – именно так. Так что же тебе во мне не нравится?

 Мысленно я уже драл волосы на голове, проклиная Мака и его дрянные конверты. Что за чудачка ко мне прицепилась, и как от неё отбиться, не используя боевую магию?

 – Это ты написала письмо? 

 – Так мило, что ты его прочёл! – она сложила руки лодочкой и поднесла к щеке. Что за дурацкая реакция? Ей бы не помешало поучиться играть естественно… 

 – И сколько ты их написала? – уточнил я.

 – Шесть! – бодро отрапортовала она. И грустно добавила. – Но пришёл только ты один, это действительно странно. 

 Я всё-таки рассмеялся и взъерошил волосы. Она глянула на меня и улыбнулась, видимо, ей пришлась по нраву моя новая причёска. Так понимаю, что шесть – это потому, что мы живём по парам. Дарбан был единственным из нашей дюжины, кто жил один, поэтому и оказался тем счастливчиком, кого участь встретиться с этой красоткой миновала изначально.

 – Отчего всего шесть? Есть же и другие дюжины?

 – Там уже все заняты… 

Вот уж неправда, как минимум мой куратор – свободен. Хотя не могу представить, чтобы сделал Корн, если бы она пристала к нему… Боюсь, даже пепла бы не осталось.

 – И зачем тебе вообще встречаться с кем-то? – я смирился с тем, что она не отстанет и мне вдруг стало интересно, чего же она вообще хочет. Статуса? Известности? Романтики? Если последнее, то очень уж странным способом…

 Уже стемнело, тёплым светом зажглись магические фонари, освещая скамейки вдоль дорожки, словно те были серебристыми рыбами в густой и непроглядной тьме реки. Я остановился и присмотрелся к девушке повнимательнее. Волосы с глазами контрастировали со светлой кожей, скулы подчёркивали необычные, чуть заострённые черты лица. Тени танцевали по её соблазнительному телу, по приятным взгляду изгибам. Я изучал её длинные ноги, когда она наконец ответила:

 – Интересно узнать, что в этом всём находят такого прекрасного, что вздыхают по любимому человеку ночами и бесчисленными томами пишут книги. Тебе разве не любопытно? – усмехнулась она.

 Ну и довод… Хотя вполне в моём духе, если бы я вдруг решил говорить прямо. Как занимательно… Кстати, всё это время, пока она говорила о любви, я так и не оторвал взгляда от аппетитных ножек, и она мне не сказала ни слова по этому поводу. А она забавная…

 – Тогда почему Чёрная дюжина? – я всё-таки поднял взгляд. До её груди. Не маленькой, но и не большой, впрочем, из-за просторной блузы было не слишком понятно. 

 – А почему нет? Если я собираюсь тратить своё время, то как минимум на того, кто чуть сильнее остальных, – она пожала плечами. Я рассмеялся, понимая, что она мне нравится, посмотрел ей в глаза:

 – Уговорила! Давай попробуем, – ветер, словно вторя моим словам, дунул в лицо девушки, растрепав кудри.

 – Только с одним условием, – поморщилась она, зажимая нос, и продолжила гнусавым голосом, – перед встречей со мной ты будешь мыться! 

 Я почувствовал, как кровь прилила к щекам, благо, в неярком свете фонарей этого невозможно было увидеть, и уткнулся лицом в ладонь: встречаться с ней будет… волнительно.

 – Илиария Эварди, – она перестала зажимать нос и протянула мне руку. Мне показалась, что её улыбка была весьма саркастичной.

 Эварди – она знатных кровей, её семья двенадцатая в реестре.

 – Кайрин, – я аккуратно взял её кисть и прикоснулся к ней лбом. Аристократический знак приветствия, весьма интимный, но всё-таки не поцелуй. 

 – Приятно познакомиться, – хором сказали мы. 

 И после этого разошлись в разные стороны. Мне нужно было выспаться и… помыться. 

 * * *

 Утро, как обычно, началось с проклятого воя, к которому хоть и привыкаешь, но всё равно люто ненавидишь. Мак уже встал и, мельтеша по комнате, тараторил:

 – Опять вчера письмо подкинули, да только я поздно прочёл, опоздал бы, да и, наверное, вообще не стоило, Нилл бы не одобрила… – я покивал, полностью соглашаясь с его выводом. Вот что бы я делал, если бы и он туда припёрся? А рыжик продолжал:

– Ты слышал, что Малеса заболела? Нет, ты можешь себе представить? Ведь теперь Академия, считай, осталась без руководства! Наверное, пока её заменит кто-то из преподавателей, но даже не ясно кто, ведь нет должности заместителя заместителя директора… Это если не думать о том, как вообще мог заболеть маг земли четвёртого уровня? Сам плащ*? Она же может создать покров, который в разы ускоряет регенерацию. Лекари в таком состоянии практически не убиваемы!

 (Плащ* – в обиходе маг четвёртого уровня, отличительным навыком является покров стихии. Даёт различный эффект в зависимости от вида стихии. Земля – регенерация. Огонь – сила. Вода – увеличение запаса маны)

 – Это странно. Дело говоришь, – привычно поддакнул я, порадовавшись, что Малеса не будет отравлять существование и так не слишком праздно живущим студентам, а главное – мне. Но вот то, что руководство Академии отсутствует – действительно напрягало. Наверняка мой дорогой брат Мао подсуетится и возьмёт бразды правления в свои руки. А это уж точно не сулило ничего хорошего.

 – Угу. Не к добру это… – рыжик оглянулся на меня, стоя на пороге. 

 – Не жди меня, пропущу первую лекцию. Хочу заглянуть к третьекурсникам, – сказал я, и Мак недовольно нахмурился. Мол, везунчик, мог бы и меня разок позвать… Конечно, он никогда не говорил этого вслух.

 Но увы, в третьей дюжине правила устанавливал Корн, и я действительно был счастливчиком, что после окончания восстановления книги заклинаний, из-за которой мы и познакомились, он всё ещё терпел меня на тренировках. К тому же он остался моим куратором. Кажется, мой отец…, то есть, директор, сильно надавил на него по этому поводу, у меня не было иных объяснений. 

 Хотя куратор в последнее время вообще удивлял странностями. Один его отказ от доведения до конца ритуала ради того, чтобы привести меня в порядок, чего стоил… А это ведь был призыв дэва*, в паре с которым был ещё один, а теперь уже и не известно, сможет ли Корн когда-нибудь заключить с ними контракт. Как будто его отношение ко мне внезапно поменялось в лучшую сторону. Интересно, с каких пор это произошло? Не с тех ли, когда он узнал, что я Ниро? Но ведь должно быть с точностью наоборот – не зря же наши семьи испокон веков враждуют. Или он всерьёз рассчитывает на какие-то преимущества от дружбы со мной? В конце концов, мой старший брат – гораздо более подходящая мишень в этом плане. Наверняка тут есть что-то ещё… Но что же?

 (Дэв** – фамильяр, дух, которого маг может призвать, если достиг пика своей стихии. Каждый дэв хочет чего-то особенного, с ним нужно суметь договориться)

 Я открыл дверь на третью арену – место тренировок дюжины Корна – и привычно увернулся от летящей магии.

 Иногда у меня возникало впечатление, что студенты внутри стоят и ждут, когда кто-нибудь начнёт открывать дверь, и тогда выпускают снаряд, целясь точно в лицо входящего. Конечно, этого не могло быть, делать им больше нечего, но… место и время совпадали слишком часто!

 – Привет! – громко крикнул я, оповещая о своём прибытии. – Что интересного придумаете для меня сегодня? – я помахал рукой и широко ухмыльнулся.

 – О, мелкий пришёл! – воскликнул заместитель капитана Терран, блондин с огромным мечом.

 – Книжник! – радостно возопил Грэг.

Однажды я помог ему в магических исследованиях длительных заклинаний поддержки. После этого он меня иначе как «книжник» и не называл… Наверное, мне стоило расценивать это как признание с его стороны. В общем-то, и прозвище было ничего… 

 – Поди прочь, зелёный, – потёр руки Регерт. Тот самый, который оформлял студентов на вступительных. После этого я его мысленно называл секретарём. – Сегодня он у меня на растерзании, – он хоть и не узнал о том, что по моей милости драил туалеты, это была моя маленькая месть, но почему-то всё равно меня невзлюбил. Интуиция? Если так, то она у него отменная.

 – Ну, знаете ли, – от стены отлепился сам капитан третьей дюжины, – я планировал сегодня сам с ним размяться. Я скривился, пытаясь выдать получившуюся мину за улыбку. Корн предвкушающе посмотрел на меня, будто на куклу для тренировки ударов. – Что выбираешь? Воду или огонь? 

 – А можно без магии? – попросил я.

 – Нельзя. У тебя же она теперь есть. Тогда я сам выберу…

 – Воду! – быстро перебил я этого садиста, с содроганием вспоминая, как закончилась наша предыдущая тренировка с огнём. 

 – Жаль… – Корн кивнул на дверь. Видно, решил потренировать вопреки моему выбору иную стихию. В конце концов, он не мог этого сделать ни с кем другим, потому как держал свои таланты в тайне.

 Мы перешли на свободную арену. Она была гораздо меньше просторного зала под номером три, зато здесь никого не было:

 – Ты вообще никому не сказал, что открыл землю? И, кажется, уже довольно давно? 

 – Разумеется. Да и кому бы я сказал? 

 – Разве твой куратор не должен быть в курсе? – намекнул я на моего старшего брата, было бы полезно узнать, насколько плотно они общаются.

 – Мао всё-таки Ниро. А для мага молний существует всего одно слабое место. Знаешь какое? – Корн притворил за собой дверь.

 – Боевой маг земли? – я уже думал об этом. И даже пришёл к выводу, что таковых нет именно из-за слабости магов молнии. Из всех земляков поголовно делали лекарей, хотя со своими опутывающими лианами и ядовитыми растениями, они были бы весьма полезны в бою. А если вспомнить, что единственной в стране Академией магии испокон веков руководили Ниро, повелители молний, то напрашивался один очевидный вывод. – Но почему ты тогда мне об этом говоришь?

 – А то ты сам не догадался… – хмыкнул он. – Тренируемся с землёй. 

 Я печально вздохнул. Корн определённо не доверял моей семье. Даже не знаю, радоваться мне или нет.

 – Малеса правда заболела? – поинтересовался я.

 – Да, – он пожал плечами. 

 – Кто тогда руководит Академией?

 – Мао, – я чуть поморщился, мои подозрения полностью оправдались. Корн внимательно смотрел на реакцию, которую у меня не вышло скрыть. Но не стал ничего спрашивать. – Приступим.

 Он напал. Лианы взвились с четырёх сторон, заострёнными концами нацеливаясь в меня.

 Корн был очень сильным, умелым и талантливым. Но освоение стихии земли он начал с изучения заклинаний исцеления, поэтому, несмотря на мой первый уровень* владения ветром, когда маг мог только управлять стихией, у меня был шанс. Ведь я практиковался лишь с воздухом. Да и учитель у меня ни кто-то, а сам дэв Хару!

 (первый уровень владения стихией* подразумевает только контроль того вещества, что существует. Например, маг воды первого уровня сможет сделать из реки водяные хлысты, но не создаст воду из воздуха. Магам ветра больше повезло в этом плане, поскольку воздух есть почти везде).

 В отличие от магов других стихий, ограниченных собственной силой, у меня не было недостатка в энергии, я черпал её напрямую из окружающей среды. Проблема в том, что Корн тоже освоил это умение, пусть и весьма посредственно, но с его изначальным запасом маны, это начинало пугать. 

 Я уплотнил воздух и отгородился от лиан щитом. Растения вели себя, словно кобры: сжимались в пружину и резко атаковали в одно и то же место. Щит разрушился и лианы уткнулись во второй слой, который я едва успел сформировать. Корн поднял руки, и из пола взвились десятки новых растений. Я трансформировал щит в круглый, растянул вокруг себя, делая похожим на яйцо. Лианы стали прощупывать мою защиту, одновременно атакуя со всех сторон. Я не выдержал долго, и щит рухнул. 

 – Ты так и не решил эту проблему, – поморщился Корн.

 – Я не решил? Да с твоим запасом маны это бесполезно! 

 – Просто ты медленно поглощаешь внешнюю энергию, – это он в точку, знает, куда бить. Хотя это не я плох, это он – монстр!

 Лианы зависли возле меня. Я воспользовался болтовнёй Корна и, шевельнув пальцами с уже подготовленной вэ, атаковал. Несколько лезвий ветра чётко срезало угрожающие мне концы. Корн влил больше маны, и они начали отрастать. Но недостаточно быстро. 

 Я сделал косой взмах рукой, добавив в него силу стихии. Большое лезвие ветра помчалось прямо в корпус противника. Несколько лиан на пути срезало, а поток воздуха нисколько не замедлился. Послышался удар и громкий гул – это моя атака наткнулась на водяной щит Корна. Я поморщился. Говорить, что это нечестно, было бесполезно.

 Вдруг ногу дёрнуло – проворонил лиану, выросшую рядом. Я перерубил её, но всё равно потерял равновесие и упал. Вокруг горла начали сжиматься тиски – Корн душил меня стихией воды! Я ослабил его хватку магией, но всё равно не мог влить столько маны, как он, поэтому проигрывал.

 Как же это раздражало. Он легко побеждает меня!

 Если бы я только мог ударить его полноценной печатью, хотя бы однокольцовой!

 После чёткого представления нужного плетения требовалось влить в него стихийную энергию. Но для этого был нужен второй уровень, который позволял её материализовать. Я же этого пока не мог. Хотя…

 Я вспомнил, что, когда впервые призвал моего дэва, Хару, использовал для запитки печати кровь. Дух потом долго потешался надо мной за тот случай, даже в кровавой жиже извалял, но зато рассказал, что использовать можно и простую вэ. 

 Великолепная память легко позволила мне вспомнить нужную печать. Я представил контур самого простого заклинания воздуха – толчка, расположил её на полу, перед Корном. Она создавала ударную волну, отталкивающую то, что попадётся на её пути. Но запитать её вэ оказалось не так-то легко. Энергия называлась внутренней неспроста, она слишком неохотно покидала тело своего владельца. 

 Корн явно что-то почувствовал, но не нападал, позволяя мне развлекаться… Дождётся же…

 Я по капле вливал в контур вэ. Наверное, я бы и близко не смог этого сделать без моей восстановившейся памяти. Но после возвращения тех знаний, которые раньше позволяли мне управляться не только с вэ, но и с молнией, я стал использовать свою силу куда более точно. Вскоре я понял, что мне нужно просто разрешить ей покидать тело, и энергия заструилась в контур, я щедро расходовал вэ и едва успел почувствовать, что если так продолжу, то потеряю сознание. Я оборвал подпитку и распределил вэ равномерно по узору. Активировать! Толкнул энергию, всю одновременно. 

 Печать засветилась тускло-серым, но оказалась направлена не туда, куда я хотел, ещё и была «дырявой», тратя попусту силу. Её не хватило для того, чтобы отбросить Корна. Он лишь ощутил дуновение под ногами, но его удивления было достаточно, чтобы я вырвался из хватки и уже сам сжал горло противника воздухом.

 Несколько лиан вздыбилось из-под камня и атаковало меня. Я отвлёкся, защищаясь, потерял концентрацию. Мы разорвали дистанцию. Корн убрал лианы, я тоже расслабился, отпуская магию.

 И всё-таки я сделал печать! Значит, стал гораздо сильнее. Вскоре я научусь создавать заклинания быстрее и тогда…

 – Ты освоил печать? Как это возможно? Ты не умеешь конденсировать стихию. Ты только можешь двигать потоки воздуха! Как ты сумел?

 – Влил вэ, – скупо ответил я, поправляя одежду.

 – В печать? – Корн смотрел на меня недоверчиво. Я кивнул. – Ты засунул вэ в печать?!

 – Ну да… Видимо, поэтому она такой слабой и получилась… Да ещё и светилась тускло-серым, – я сделал пару шагов назад. – Почему ты так на меня смотришь? – это был тот самый взгляд, когда целитель встречается с неизведанной болезнью и хочет вскрыть загадочный организм, чтобы познать все его тайны.

 Корн не обратил внимания на моё явное нежелание того, чтобы он приближался, подошёл и с ходу активировал заклинание диагностики. Под ногами засветился золотой контур, стало тепло и захотелось спать. Ну вот, опять на мне без спроса тестируют всякое… 

 – Ты в порядке, – прокомментировал он. – Только вэ совсем израсходовал. Это опасно.

 – А то я не знаю… – я зевнул.

 – Удивительно. На первом уровне создать печать! Не видел ещё ни одного мага, кто бы так быстро учился, – сказал он.

 Кха, а в зеркало он не заглядывал? 

 – Ты меня хвалишь? Мир что перевернулся, пока я сладко спал? – ухмыльнулся я. 

 – Давно хотел спросить, – Корн помедлил. – После того случая, с призывом огненного дэва… – наигранное веселье вмиг слетело с меня, а сердце сжалось, – ты стал себя вести иначе… И тебе было так плохо, что я ещё тогда подумал, что твои воспоминания возвращаются, – он понизил голос и прямо посмотрел в глаза. – Твоя память восстановилась, я прав?

 Я замер, не в силах ни согласиться, ни опровергнуть. Не мог соврать ему сейчас. Но и отвечать не хотел… Пауза затягивалась.

 – Значит, я прав… – пробормотал он, задумчиво меня рассматривая, будто видел впервые. 

 – Это что-то меняет? – тихо спросил я. Он понял, что я имел в виду, но помедлил с ответом:

 – В отношении меня – ничего. Разве что, могу выслушать твою историю… – он усмехнулся. – Если ты вдруг решишь ей поделиться. 

Не дожидаясь ответа, он перевёл тему: 

– Восстановление памяти объясняет твой резко усилившийся талант к контролю вэ… Закончим на сегодня? У тебя вроде со своими ещё тренировка?

 Я кивнул и покинул арену.

 Корн ничего не обещал, но я был уверен, что он никому не расскажет.

На первую арену я явился заблаговременно до начала тренировки и онемел от картины, которую там застал. 

 – Кайрин! – широко улыбаясь, помахала мне рукой Илиария. Что она здесь делает?

 – Рин, ты не говорил, что у тебя появилась такая прекрасная девушка, – ко мне подошёл перемазанный вареньем Мак, впиваясь в булочку. Он помахал ею у меня перед глазами. – Такая добрая и заботливая. Представляешь, всех накормила вкуснятиной!

 Я обратил внимание, что все действительно с удовольствием поглощали сладкую снедь. Илиария подошла ко мне, глядя нежным взглядом, ткнула булочкой мне в рот. Мне пришлось изобразить, что я безмерно счастлив такому происшествию и съесть выпечку, которая, кстати, оказалась гораздо лучше, чем в столовой. Нежный орехово-сливочный крем растёкся по языку. Она что, сама пекла? 

 – Вкусно? – спросила она.

 – Весьма, – признался я, рассматривая её и совершенно не понимая, зачем она сюда пришла.

 – Ты злишься? – она потупила взор. – Прости, я должна была спросить у тебя разрешения. Но мне было так интересно посмотреть, как ты тренируешься. 

 – Эм… Спасибо за выпечку, но тебе нельзя здесь оставаться – это опасно. 

 – Да ладно тебе, Рин, – подошёл наш капитан, Новид, – я, вообще-то, не против. Оставим Нилл с Агер присматривать за ней. Разок можно, – он подмигнул. 

 Какой ты, шавр, добрый. Как будто мне это нужно! Но как же она успела всем так понравиться? Неужели дело в еде? Я натянул свою неизменную улыбку и “благодарно” кивнул капитану за его щедрость. 

 Вообще-то, за всеми аренами с номерами от первого до пятого включительно можно было наблюдать сверху, в зале, специально для этого созданном. Но это знание я вытащил из своих детских воспоминаний. Так что первая дюжина определённо не могла этого знать. Хорошо, что такого не было на остальных, маленьких аренах, а то бы мы с Корном и Хару недолго хранили наши секреты.

 Нилл с Агер оказались совершенно счастливы пообщаться с «моей девушкой», охраняя её от шальных заклинаний. Да и сама Илиария не выглядела испуганной, когда по всему залу начали вспыхивать печати. Скорее в её глазах зажглось любопытство.

 Я встал в пару с Маком. Если я смогу противопоставить что-то ему, то с остальными будет легче. К тому же я знал, что он постарается меня не ранить, а если и сделает это, то хотя бы не специально, в отличие от остальных.

 Сегодня нашим учителем была Вэсса, судя по тому, что её до сих пор было не видно. Она обычно присутствовала в своём невидимом состоянии, неизменно оставаясь нелюдимой, хотя иногда, подсказывала, что мы делаем не так. В общем, сегодня была относительно лёгкая тренировка – мы оказались предоставлены сами себе. 

 – Ты уверен, что мне стоит нападать в полную силу? – спросил Мак.

 – Уверен. Хотя бы разок, а там посмотрим, – улыбнулся я.

 – Хорошо, – кивнул он. Что мне всегда в нём нравилось, он абсолютно доверял мне и не задавал лишних вопросов, когда доходило до дела.

 Новид дал отмашку, следя за остальными и сам не участвуя в боях. Вокруг взвилась магия.

 Мак начал с обычного шара огня. И всё же он использовал печать, пусть и самую простую. 

 Я активировал щит. Шар осыпался огненными брызгами, и я заметил, как на лице моего противника появился восторг. Но он продолжил, активируя сразу трёхкольцовую печать, самое мощное, на что был способен. Вихрь пламени, понял я по узору. Несмотря на его убойную силу, заклинание требовало времени на подготовку. Кто же ему его даст?

 Я ринулся вперёд, используя ускорение. И призвал маленькую однокольцовую печать на основе вэ. Для её формирования не нужно было слишком много времени, и сил она требовала совсем чуть-чуть. Так что, даже с моими трудностями в переводе вэ во внешнюю среду, я успел создать её. Вспомнить лёгкий узор, чётко представить контур, самое сложное – выделить вэ для запитки… Энергия колыхнулась и вдруг свободно ринулась из тела.

 Растерявшись от резкого выброса вэ, я слегка замедлился… Если бы мой противник был опытным ветераном, я бы уже лежал… Мак, похоже, даже не заметил. Быстро запитав узор, я прекратил подачу вэ, смешанной со стихией, расставил печать-попрыгунчик под углом, чтобы она меня вытолкнула по направлению к Маку.

 Наступил, активируя её, печать передала свой импульс, бросая меня вперёд. Я лишь чудом смог выровняться и не упасть. Вмиг оказался рядом с растерявшимся рыжиком и медленно, даже демонстративно, прикоснулся укреплённым вэ ногтем к его шее. 

 – Обалдеть! – выдохнул проигравший Мак. – Ты меня победил! Рин! – он двинулся, несмотря на ноготь, и я поспешно убрал руку. Никакого инстинкта самосохранения!

 – Ты использовал печать! – подоспел к нам капитан. – Когда научился? 

 – Да вот… вчера, – улыбнулся я, разводя руками в стороны. Не стал я им объяснять, что это совсем не так круто, как они полагают, а всё ещё не полноценный второй уровень.

 – Молодец, – Новид толкнул меня в плечо. 

 Из ниоткуда появилась Вэсса. Ребята вздрогнули и чуть отошли, чтобы не мешать преподавателю. 

 – Ты быстро совершенствуешься, – похвалила она меня. – Эта печать… была интересной. Похоже, у тебя хорошо развито пространственное мышление и великолепная память, – её уголки губ чуть поднялись, обозначив улыбку. 

 – Хм… – это было приятно слышать, особенно от тихой Вэссы. Но это же не в её стиле – допытываться, как я это сделал? – Спасибо, – я улыбнулся.

 – Я заметила несколько моментов, которые стоит поправить. Встань со мной в пару. 

О, так вот зачем она подошла. Я с радостью кивнул и сделал, как она сказала.

 Вэсса показала мне ошибки. Разумеется, я не мог сделать всё правильно. Контроль угла заклинания, дыры в плетении и медленная запитка, всё это только малая часть погрешностей, которые мне предстояло исправить. Вэсса определённо заметила особенность моей печати, но, похоже, её свойства не сильно отличались от обычных, лишь сила была слабее. В любом случае она никак это не прокомментировала. Я говорил, что Вэсса сторонилась людей и нарушала своё молчание только по делу? 

 После тренировки Илиария нас опять накормила горячей выпечкой, наверняка подогрела магией, что говорит о хорошем контроле. Мак бы определённо их спалил. Булочки на этот раз были с сыром и незнакомыми травами, дающими специфический привкус, но всё ещё оставались отменными. 

 Я и Илиария попрощались с ребятами и покинули арену. Молча вышли на улицу и также, не говоря ни слова, завернули в парк. Наконец, минут через десять, я разорвал повисшую между нами тишину.

 – Почему ты так себя ведёшь? 

 – Как так? – не поняла она. 

 – Словно мы знакомы полжизни. И эти булочки…

 – Разве не так себя ведут парочки? – удивилась она.

 – Но сейчас же ты ведёшь себя нормально? 

 – Это потому что тебе не понравилось, как я действовала с твоими друзьями. Хотя я не могу разобраться, что именно тебя не устроило. 

 – Как ты тогда поняла, что не понравилось? 

 – Просто это чувствуется. Так как мне себя вести?

 – Естественно, наверное. То есть как тебе самой хочется, так и веди!

 – Но мне всё равно как…

 – Ты вообще нормальная? Задаёшь такие странные вопросы и говоришь так, словно голем бесчувственный. Ты же из аристократической семьи Эварди. Там что воспитание основано на подавлении эмоций?

 – Не знаю. Они меня никогда не воспитывали. Меня забрал дядя, а вернулась я недавно. 

 – Похоже, дяде было вообще не до воспитания племянницы… – пробурчал я.

 – Почему ты так говоришь? – она развернулась ко мне, её взгляд пронзал. – Хочешь обидеть?

 – Ты чего? Не хотел я, – я отошёл на шаг. 

 – Да и вообще, я тут разузнала о тебе кое-что. Не тебе мне говорить о странностях семьи. Ты выглядишь также, как четвёртый капитан, но фамилии от чего-то у вас разные. Это что ж ты такое натворил, чтобы вылететь из сильнейшей семьи королевства?

 Я сглотнул. Было идиотской затеей продолжать с ней общаться. Благо, это ещё не поздно исправить. Я только собирался ей об этом сказать, как:

 – Прости, мне не стоило так говорить, – извинение показалось мне искренним. – Просто ты обидел меня тем, как говорил про мою семью. Ты не имел на это права.

 – Хочешь сказать, один-один? – поморщился я.

 – Верно, – кивнула она, не отрывая от меня взгляда. – Забудем. Так что тебе нравится? 

 – Нравится? – я слегка завис от резкого перехода, но сориентировался и ответил. – Читать. 

 – И всё, только читать? Разве это не нудно? Толку от этого? Ну прочитал ты, какие грибы съедобные, пошёл в лес, и что – ты сможешь отличить съедобное от ядовитого?

 – Смогу в основном, – я нахмурился. – Из книг можно почерпнуть очень многое. А чего стоят книги про магические заклинания, про плетение печатей? Хочешь сказать, они тоже бесполезны? 

 – Хочу сказать, что от них нет никакого толку без практики.

 – Но и практики без теории быть не может! 

 – Может. Я никогда не изучала теорию, но весьма хороша в практике, – опять это её самолюбование вылезло.

 – Если бы ты была хороша, то была бы в дюжине, – парировал я. – А я не видел тебя даже на отборе за тринадцатое место.

 – Верно, я не участвовала. Мне было неинтересно. Но это не говорит о моих слабых способностях, – она надменно посмотрела на меня, но в этом взгляде мелькнула наигранность. 

 – Хочешь сказать, ты не слабее меня?

 – Разумеется, – она кивнула.

 Я прищурился: 

 – Ты просто напрашиваешься на бой, – я выразительно поднял бровь.

 – Это предложение? – ухмыльнулась она. – Но, пожалуй, я пока откажусь. Зачем оно мне? Я и так знаю свою силу, а кому-то доказывать? Я ещё не пала так низко. Кстати, – она закопалась в сумке, – держи, – достала бумажный пакетик размером с ладонь. Я раскрыл его и увидел небольшие печеньки, которые пахли очень аппетитно. 

 – Ты говоришь грубость, а потом задабриваешь собеседника десертом? – спросил я, пробуя одну из печенек. Вкус оказался ещё лучше, чем у булочек. Шоколадные…

 – Если не нравятся, отдай! – она протянула руку, чтобы забрать их, но я увёл свою назад.

 – Не дам, – рассмеялся я. – Они мои, – она хмыкнула и перестала пытаться отобрать.

 – Вкусно печёшь очень, – решил я её похвалить.

 – Я знаю, – она хитро прищурилась и улыбнулась. 

 – Тебе никто не говорил, что девушка должна быть скромной? – вздохнул я, закидывая в рот ещё одну печеньку.

 – Я? Должна? Скромной? Нет, впервые слышу такую чушь, – она рассмеялась. 

 – Понятно, – кивнул я, наслаждаясь вкусом шоколада. – И всё-таки я бы с тобой сразился…

 – Ага. Ты, наверное, тоже не слышал, что парню стоит со своей девушкой быть заботливым и обходительным. А ты мне, значит, драться предлагаешь? – несмотря на слова, в её тёмных глазах светился интерес. – Это от нас не убежит, – она подмигнула, махнула на прощание и ушла. 

 * * *

 Так и продолжались привычные дни. Тренировки, на которые частенько захаживала моя девушка, освоение печатей, которые я уже применял куда лучше, даже мог запитать попрыгунчик стихией ветра, нудные лекции, на которых не говорили ничего того, чего я бы не знал, ну и, конечно, тренировки с третьекурсниками, которых, кстати, тоже не обделили печеньками.

 Я шёл по коридору в свою комнату после изматывающей тренировки, предвкушающе подбрасывая пакетик с печеньем, по моей просьбе цитрусовым, когда на меня налетела Нилл. Она схватила меня за руки и что-то быстро пролепетала. Правда, я не понял ни слова. Такое поведение для этой скромницы? Должно быть, что-то случилось.

 Присмотрелся к девушке, глаза у неё были опухшими. Моё сердце сжалось в предчувствии недоброй вести. Я успокоил себя: рано паниковать, девушки порой ревут из-за полнейшей нелепицы. Может быть, она просто не нашла своего парня в нашей комнате…

 – Успокойся. Сейчас я тебя не понимаю. Скажи медленно и чётко. Что случилось?

 – Мак! – она проговорила его имя и запнулась. Слёзы ручьями побежали из глаз. Опять. Я так и не узнаю ничего, если она только реветь и будет.

 Взяв за плечи, я резко встряхнул её. Ну же, приди в себя!

 – Что случилось?! – я повысил голос в надежде, что это поможет.

 – Он. В лазарете… – она говорила медленно и тихо, но главное, я уловил смысл.

 – Идём, – я взял Нилл за запястье и потянул за собой.

 Если Мак уже у лекарей, то с ним всё в порядке. Как я и думал, водница просто беспочвенно паникует. Целители со своей магией даже практически мёртвого на ноги поставят.

 На крайний случай попрошу Корна об услуге.

 С тех пор как мы с Илиарией нашли общий язык, а наши отношения превратились в почти дружеские, мы часто бывали в лазарете. Девушка оказалась весьма смышлёной в травах, поэтому мы потеснили Агер и частенько перебирали там гербарии. Впрочем, целительница была совсем не против, потому что даже она узнала много нового. А вот сразиться Илиария так и не захотела. Жаль, по тому, как она порой филигранно использовала магию, я видел в ней большой потенциал. Вот только именно сегодня я задержался на тренировке!

 Мы с Нилл дошли до лекарского крыла. Теперь я понял, почему Нилл пошла бродить по Академии вместо того, чтобы сидеть рядом с любимым. Нас не впустили. Прошло полчаса, а мы так ничего и не узнали о состоянии Мака. Я попытался расспросить у девушки, что же произошло, но она ничего не знала.

 Я сидел на стуле и стучал ногой. Меня напрягало ожидание. Возможно, что Нилл расстроена не на пустом месте. Позвать Корна? Но его не пропустят в лекарское крыло. Ведь он скрывает, что обладает магией земли. А Малеса так не вовремя заболела!

 Наконец, дверь открылась и к нам вышла незнакомая девушка-лекарь. У неё было усталое бледное лицо и растрёпанные желтоватые волосы, завязанные в хвост серой лентой. Форма её местами была покрыта поблёкшими бурыми пятнами.

 – Что с Маком? – я уже устал ждать. Да и пятна на форме девушки не настраивали на позитивный лад. – Почему нам ничего не говорят?

 – Он… – девушка сделала глубокий вдох, посмотрела мне прямо в глаза. – Он в коме. Мы не можем ему помочь. Нам жаль.

 – Что значит в коме? – потерянно спросила Нилл, глядя на лекаря остекленевшими глазами, голубые радужки почти исчезли на фоне огромных чёрных блюдец зрачков.

 Меня мучил другой вопрос. Почему ему не могут помочь, демоны их побери? Если он жив, значит и помочь они ему обязаны! 

 Я забросал девушку вопросами: что с ним произошло? Как он оказался в таком состоянии? Почему вы не помогаете? И всё-таки перешёл на крик: 

– Вы же целители! Это ваша работа!

 Дверь ещё раз открылась, и вышла Агер, бледная, как сама смерть. Она встала рядом с первой лекаршей и указала ей за дверь, и та скользнула обратно, оставив нас втроём.

 – Рин, не кричи. Мы сделали всё, что могли, – она держала в руках мокрую тряпку и вытирала ей руки.

 – Да что с ним случилось? – спросил я.

 Агер резкими движениями оттирала с пальцев несуществующую грязь:

 – Его отравили. Яд нам незнаком. Мы не могли рисковать с введением неверного антидота, а потом стало поздно – яд уже распространился в крови. Он повредил все системы организма. Нам лишь удаётся поддерживать его живым. – Агер скомкала тряпку и запихнула её в карман. – Ран практически нет: несколько мелких порезов, возможно, с тренировок, и всё.

– Но вы же сможете его вылечить? – Нилл вцепилась в руки Агер. – Прошу вас! 

Лекарь отвела взгляд в сторону.

 – Вероятность крайне мала, – она сбросила руки водницы и отстранённо добавила. – Мы поддержим его тело в функционирующем состоянии до того, как за ним прибудут родители.

 Что? Она только что сказала, что Мак мёртв? Вернее, что он овощ, которого убьют, когда родители прибудут за его телом?

 Моё сердце билось сильно и ровно. Я спокоен? 

 Нет, мои эмоции таковыми было не назвать. Потрясение, надежда, грусть, отчаяние – все они слились воедино и превратились в ужасающее по силе желание спасти Мака. 

 Агер собралась уйти.

 – Стой! Где его нашли? – кто-то в ответе за такое состояние Мака. Я отыщу его!

 – На одной из арен, номер тридцать шесть.

 – Мы можем его увидеть? – дрожащим голосом спросила Нилл. На неё было больно смотреть. Она едва стояла на ногах, продолжая рыдать.

 – Приходите завтра, – светлая дверь с нарисованным растением захлопнулась перед нами.

 – Кайрин? – Илиария осторожно подошла ко мне со спины и положила руки на плечи. Я вообще не замечал её до этого момента. – Я слышала… Ты в порядке? 

 – Эм… – я рассеянно мазнул по ней взглядом, думая, что лучше – найти виновника произошедшего или Корна?

 Я почувствовал тепло, горький аромат трав и сердце пустилось вскачь. Илиария обнимала меня. Крепко и нежно. Я завис в этом блаженном спокойствии на несколько секунд, затем отстранился, благодарно ей кивнув. Она обеспокоенно смотрела на меня. От чего-то это придало сил. 

 – Позаботься о Нилл, ей сейчас куда хуже, – увидев, что Илиария взяла её за руку, я побежал к Корну. Мне, конечно, не терпелось найти виновного, но сначала жизнь… 

 Я отыскал куратора в библиотеке на любимом месте. Тот выслушал меня и отправился в лазарет. Он что-то сказал лекарям и его пропустили внутрь. Не став ждать результатов исцеления, я ринулся искать преступника, следы которого если и были, то уже испарились совсем. Я не смог найти ничего, чтобы хоть как-то прояснило картину. У Мака не было врагов, и я не мог представить, что кто-то захочет ему навредить, разве что… 

 Сейчас я был в довольно интересном положении. Хотя до сих пор считался простолюдином, которого усыновила семья Кортикс, всем уже было очевидно, что я Ниро. То есть, с одной стороны, я находился под защитой своих сильных братьев и директора-отца, который рано или поздно вернётся в Академию, с другой – у меня в кураторах ходил сам Корн, которого боялись пуще пламени. Меня бы никто не тронул. И что тогда сделал бы мой враг, который захотел бы отомстить? 

 Мак считался моим лучшим другом. Вполне возможно, что ему навредили из-за меня! И я даже знаю, кто это мог быть.

 Дарбан! Ведь я его чуть не убил. Да и яды ему с его лентами подходят как нельзя лучше, ещё и мелкие порезы, про которые обмолвилась Агер. Уверен, это был он!

 Я нашёл Призрака на арене тридцать шесть, откуда недавно вытащили бесчувственного Мака. Да как он посмел сюда вернуться? 

 – Ты-ы-ы! – прорычал я и бросился к нему.

 – Рин? – он стоял ко мне спиной и в удивлении обернулся, будто был совсем ни при чём и абсолютно не ожидал меня здесь встретить.

 Я не дал ему времени среагировать и атаковал заранее подготовленным воздушным резаком. Печать второго уровня, заряженная вэ, получилась у меня впервые. Она поочерёдно испускала несколько лезвий. Заклинание сформировалось прямо рядом с Дарбаном. Ленты проворно вынырнули из его рукавов, он опёрся на них и ушёл от атаки.

 – Ты что творишь?! – он нахмурился. Ленты зависли перед ним, готовые как атаковать, так и защищать. Хорошо играет. Но я не верю!

 – …тебе покажу… как Мака трогать! – я вытащил свой меч. 

 – Рин, ты ошалел? Какого… это… я? – он отошёл назад, сжал зубы. 

 Я сделал три попрыгунчика. Толкнулся от первого, ускорился, наступил на второй, поменял направление и набрал ещё большую скорость. Лезвие белого меча загудело от переполнявшей его энергии ветра, предвкушая кровь. Путь преградили ленты, я легко разрубил их. Но когда они опали, Дарбана за ними не оказалось.

 Я почувствовал движение сзади. Услышал звон активированной печати. Меня швырнуло вперёд. Я ударился о стену, на миг ослабив хват меча, чем сразу воспользовались ленты. Одна выбила меч, другие обмотали меня, так что я шевельнуться не мог. Меня развернуло лицом к противнику и ещё раз приложило о стену. Тц! Подошёл Дарбан, не отрывая от меня взгляда страшных, будто без радужек, глаз.

 – Думаешь, я с ним такое сделал? – прошипел он, я уставился на него в ответ, будто пытался прожечь насквозь.

 – Думаю! – я пытался изо всех сил высвободиться, но ничего не выходило! Шавр! Для печати не хватало концентрации… 

 – И что же позволяет тебе так считать? – лицо Дарбана стало непроницаемым. И вновь меня ударило о стену, видимо, он делал это как раз для того, чтобы у меня не получалось собрать мысли в кучу, и я не смог напасть. 

 – Ты не можешь отомстить мне, поэтому отравил Мака! – я дёрнулся, используя вэ, но ленты лишь колыхнулись и ещё плотнее сжали меня. 

 – Кайрин, – Призрак шевельнул пальцем и опять меня шарахнуло о стену. На этот раз, значительно сильнее. Голова закружилась. – То, что ты можешь так сделать, ещё не говорит о том, что так могут другие, – его голос показался грустным. Ленты высвободили моё тело, отшвырнув в угол зала. 

 Я сгруппировался, обращая всё-таки подготовленный толчок в волну, что не дала бы мне расшибиться, но всё равно упал. 

 – Моя сестра интересовалась кое-чем интересным, что мне это напомнило… экзотические яды… хотел предложить тебе поискать этого урода вместе, – он посмотрел на меня сверху вниз с какой-то брезгливостью, которая неприятно ударила по нервам, и вышел из зала, дверь закрылась.

 Я глупо смотрел на неё размышляя. Как ни крути, не походило его поведение на виновника. 

 Если он правда ни при чём? Мне стало немного не по себе, что я на него так набросился. Хотя делать выводы пока ещё было рано.

 А если он виноват – тогда зачем меня отпустил? Из-за братьев? Вполне возможно… Да кто же это сделал с Маком?!

 Дверь открылась, и в зал вошёл Мао.

 Я скривился. Только его мне сейчас не хватало!

– Вижу, ты не слишком рад встретиться со мной, – приветствовал старший брат. На нём был чёрный пиджак с вышитым на груди гербом Ниро, выглаженные брюки в тон, тёмно-фиолетовая рубашка с модным воротником и такого же цвета перчатка с прорезями для пальцев на правой руке. Интересно, почему он её носит. 

 – Просто ты слегка не вовремя, – я постарался улыбнуться. Что вряд ли получилось естественно. – У тебя ко мне какое-то дело?

 – Мне кажется, ты меня избегаешь, – произнёс он. 

Ещё бы тебе так не казалось, если это правда. Я даже твоё расписание выучил! 

Он продолжил: 

– Но сейчас это неважно. Ты напал на Дарбана? 

 – Что? – растерялся я. 

 – Он так сказал. 

 Вот же стукач, и знал же, кому пожаловаться, чтобы максимально испоганить мне жизнь… Я промолчал.

 – Кайрин, я понимаю, ты многое забыл, – он начал спокойно, но вскоре перешёл на повышенный тон. – Однако, неужели ты даже элементарные правила выкинул из своей дырявой головы? – он шагнул ко мне, воздух начал трещать. – То, что ты сейчас сделал – он поджал губы, – унижает достоинство нашей семьи, – фиолетовая змейка треснула рядом с ухом. Я поморщился. Что за демонстративность? – Вместо того чтобы помогать расследованию, ты бросаешься на первого встречного и обвиняешь его? – я хотел возразить, но Мао не позволил мне. – У тебя есть доказательства? 

Я открыл и закрыл рот. 

– А если нет, то что ты творишь? Ладно, теперь подробно расскажи о пострадавшем. Говорят, ты был с ним близок. Где он проводил свободное время, с кем общался, были ли у него враги? 

 Я нахмурился, но запихал негодование поглубже и чётко отвечал на все его вопросы. То, как он меня ругал, слишком напомнило детство. Но как он может себя так вести, после того как пытался меня убить? Какое он имеет право меня отчитывать? Это он говорит о правилах и морали?!

 Мао ушёл, а я сидел на холодном хелиропе и чувствовал себя так, будто мне плюнули в душу.

 Чтобы как-то отвлечься, я стал делать печати. Они ломались, выходили кривыми и дырявыми, в конце концов я понял, что моё состояние сейчас годится только для физической тренировки. Тем и занялся.

 ***

 Я сидел в нашей с рыжиком комнате, в почти полной темноте, и смотрел на едва различимые в свете Уны часы в форме лисицы.

 Корн всего лишь повторил слова Агер – сказал, что тоже ничем не сможет помочь. Оставалось лишь ждать, пока меня пустят к Маку. Хотя что это изменит?

 Послышался осторожный стук в дверь. 

 – Войдите, – сказал я, не отрывая расфокусированного взгляда от подарка родителей Мака.

 – При-вет, Кайрин, – звук голоса Илиарии прокатился по комнате, возвращая меня в реальность. Я поднял на неё взгляд. Похлопал рядом по кровати, на которой сидел. Она улыбнулась, подошла чуть виляющей походкой и села рядом. – Я подумала, что ты забыл поесть. Поэтому принесла. Держи, – она достала пирожки, запахло мясом, и живот возмущённо напомнил о том, что он существует. 

 – Спасибо, – я взял еду и стал её поглощать, поделился и с самой девушкой. 

 – Переживаешь?

 – Ну, не каждый день мои друзья впадают в кому, – я прикусил щёку и схватился за неё. Илиария налила воды в стакан и принесла мне. 

 – Не подумала, что будет невкусно всухомятку… Вот, – она передала воду, я выпил её и подумал, что девушка очень внимательна ко мне. Или к другим тоже? – Я могу как-то ещё тебе помочь? – она пристально посмотрела на меня, пару раз хлопнула чёрными ресницами. Я оглядел маленькую комнату, которая сегодня мне казалась жутко неуютной и пустой. Помедлил с ответом:

 – Вообще-то, да, – я смутился и отвёл взгляд, но всё же спросил. – Ты можешь сегодня остаться? – ответа долгое время не было, и я повернулся к девушке, чтобы понять её реакцию. Она внимательно разглядывала меня. 

– Если тебе не хочется…

 – Хорошо, – перебила она меня, и я облегчённо вздохнул. – Но спать я буду вместе с тобой. 

Я вздрогнул:

 – Это одноместная кровать. Мы не поместимся, – я замотал головой.

 – Но не могу же я спать в той, – Илиария указала на аккуратно застеленную кровать Мака и передёрнула плечиками. Серьги закачались в такт движениям, сверкая в лучах Уны. – И ты, полагаю, не захочешь… – она наклонилась ко мне, я вновь уловил горький аромат с примесью лесных трав, взгляд невольно заскользил по её шее, ключицам, остановился на груди, что с этого ракурса виделась в новом свете. 

 – Лишь бы ты была не против… – пробормотал я, всё-таки покраснев. Она хихикнула и кивнула.

 Даже просто лежать в одежде рядом с прекрасной девушкой оказалось занимательным времяпровождением. Мы смотрели на тёмное небо за окном и молчали. Мельтешащие, словно надоедливые насекомые, мысли постепенно утихали. Становилось спокойно. И я уснул. 

 Илиарии не было рядом, когда утром я раскрыл глаза. Если бы не тонкий аромат на одежде, я мог бы решить, что всё было сном.

 Она была странной девушкой. Наверное, это меня в ней больше всего и привлекало. Порой она несла просто несусветную чушь, но если попытаться понять её мотивы, то эта нелепица становилась весьма обоснованным мнением, конечно, лишь с её точки зрения. Я часто не мог понять её, и всё же мне с ней было комфортно. И я чувствовал благодарность за то, что она всегда появлялась, когда я в ней нуждался.

 Умывшись, я глубоко вздохнул и пошёл к Маку.

 * * *

 Я зашёл в палату. Это было отдельное маленькое помещение в светло-зелёных тонах. На белой постели покоилось неподвижное тело, оно слегка подсвечивалось медицинскими заклинаниями.

 Неподвижная фарфоровая маска на лице Мака контрастировала с его рыжей шевелюрой, лишь подчёркивая нехарактерную для него бледность. Он не казался спящим. Он казался мёртвым.

 Мне стало дурно от этой мысли. Рыжик был как статуя: не поднималась его грудная клетка, не колыхались в такт движениям непослушные волосы. Неужели ему не помочь?

 Мне было тяжело находиться здесь, но и уйти я не смог, застыл рядом с изголовьем кровати и медленно потянулся ко лбу друга. Он же жив? Я ожидал, что прикоснусь к тёплому Маку.

 Он был ледяным. Холодная, гладкая, неживая кожа, казалось, не принадлежала человеческому существу.

 – Он в стазисе, – тихо пояснила Агер, незаметно подошедшая сзади. – Его физиологические функции сильно замедлены, таким образом мы можем максимально уменьшить вред от невыведенного яда и сохранить тело, – она помолчала и, видимо, решившись, сухо добавила, – до того, как за ним прибудут родители. Тогда мы отключим тело от поддержки.

 Они его убьют? Без целительной магии он же окончательно умрёт?

 Я посмотрел на Агер, видно, её испугало то, что она увидела в моих глазах – она вздрогнула и перевела взгляд на прикроватный столик, начала перебирать колбочки и скляночки – действие, в котором совершенно не было необходимости. 

 Я вздохнул, стиснув зубы, и всё-таки спросил:

 – Тогда он умрёт? 

 Агер закусила губу и тихо ответила:

 – Прости, но таковы правила. Энергия нужна для того, чтобы остров парил в воздухе, а ещё, чтобы защитный барьер работал... Нельзя держать почти мёртвых студентов в стазисе дольше необходимого.

 – Почти мёртвых? – задохнулся я.

 – Пойми, Рин, никто не сможет ему помочь. Он практически мёртв, – Агер всё так же не смотрела на меня, говоря эти жёсткие слова.

 – Но должен же быть какой-то выход! – закричал я, схватив девушку за плечи и встряхнув. Тогда она медленно подняла на меня взгляд.

 – Его нет. Прости, – почти беззвучно прошептали её губы. – Я оставлю тебя. Будь здесь, сколько захочется, я предупрежу остальных.

 Она вывернулась из моих ослабевших рук и тихо вышла. 

 Ему не помочь! Это подтвердил даже Корн. И все лекари твердят одно и то же. Но я не верю – этого не может быть! Я просто ещё не вижу выход, но он должен, обязательно должен быть.

 Мак спас меня, не оставил одного раненного и с волками, а я его подвёл. Это из-за меня он в таком состоянии! Более чем уверен, что это Дарбан отомстил мне, выбрав того, за чьей спиной никого нет. Да и другим я просто не успел навредить так сильно, чтобы они пошли на такой поступок, кстати, вполне безумный, в духе Дарбана.

 Что касается доказательств, Мао прав – у меня их не было. Преступник не оставил улик. Я даже обвинить его не мог. Хотя сейчас это не главное, нужно было вылечить Мака.

 Просто не верю, что нет решения. Ведь он ещё жив! Я хочу отплатить ему. Хочу, чтобы он жил!

 Лёгкое изменение в магическом фоне насторожило меня, пока я не понял, кто это.

 – Хару? – я почувствовал присутствие дэва. Он пришёл помочь? Было бы здорово…

 – Я заметил, что ты сильно волнуешься. Подумал, что тебе угрожает опасность и пришёл проверить, – пояснил он. – Но ты цел. Полностью в норме, вокруг всё спокойно. Тогда с чего такие переживания?

 – Мак… 

 – И? Этот парнишка уже не сможет двигаться. Его не стоит опасаться… Не переживай об этом, – Хару вздрогнул, ощутив, что я желаю, если не убить его, то очень больно стукнуть. – Ой… Почему ты такой страшный, Ринни… Разве я сказал что-то не то? Тебе же было всё равно на него. Что изменилось? – насмешливо спросил дэв.

 – Он мой друг! – воскликнул я. И сам замер от этих слов. 

 Я часто называл его так при других, но никогда не признавался в этом самому себе. Так почему сейчас я это сказал? Перед Хару не надо из себя никого строить, он слишком хорошо меня знает.

 – Друг? – эмоции дэва изменились, это походило на… удовлетворение? – Он правда твой друг? 

 – Не знаю, – я подтащил стул из угла комнаты и поставил рядом с кроватью, сел на него, уставившись на рыжика.

 – Фью… А я уж испугался, – хихикнул дэв, – подумал, что стал тугоух… Ведь был уверен, что у тебя нет друзей, – он замолчал, но не продержался долго и ехидно спросил, – а Корн тоже твой друг? – я уловил насмешку в вопросе и не счёл нужным отвечать. К тому же все эти хитросплетения эмоций и чувств во взаимоотношениях между людьми, это было слишком муторно для меня. 

 – Ну если их, как я и предполагал, нет, то и плюнь на этого рыжика! – он будто специально использовал моё обычное обращение к Маку, чтобы зацепить меня. Надо признать, у него получилось…

 – Но я хочу его спасти, – я перебил Хару, собирающегося продолжить объяснять, почему смерть Мака – такой пустяк. 

 – Серьёзно? – удивился дэв. – Зачем? Хотя неважно. Думаю, ты и так в курсе, что он нежилец.

 Предельно бестактные слова, сопровождающиеся его обычный аурой мягкости, выводили меня из себя. Поднималась злость.

 – Эй, эй, Кайри, ты чего? Поспокойнее, иначе придётся тебя покинуть. Не хочу общаться с тобой, если ты вдруг станешь безумцем! 

 – Да ты специально раздражаешь меня! – вскочил я. Стул пошатнулся и с мерзким стуком упал на пол.

 – С чего бы? – удивился дэв. – Я просто сказал правду. 

 – Так уж и правду? – я зло улыбнулся, хотя Хару и не видел моего оскала, зато наверняка почувствовал эмоции. – Вот ни за что не поверю, что у тебя не найдётся никаких способов помочь! 

Он замолчал, но через некоторое время всё-таки ответил:

 – Иногда, Кайрин, твои желания не значат ничего, – сердце упало. – Сейчас, единственный, кому это под силу, тот, кому принадлежит яд. Но… я так понимаю, не для того он отравлял рыжика, чтобы потом спасать. Как думаешь? – Хару хмыкнул.

 – Тогда что ты можешь сказать о яде? – я поднял стул и поставил на место.

 – Не знаю, поможет ли это тебе… Но, если ты спросил – он основан на магии земли. 

 – Земли?

 Значит, это не Дарбан. Или у него есть сообщник, что, вообще-то, вполне возможно. Кого я знаю из сильных магов земли? Первыми на ум приходят Грэг и Корн. Для последнего это слишком низко, что касается Грэга, я его не так уж хорошо знаю, но и на него не похоже. А главное, ни у одного, ни у другого нет очевидных мотивов. 

 Следующими на ум приходили те, кто был ближе всего к Маку. Стерн и Агер. Но они слишком хорошо к нему относились, Агер так вообще почти всё время находилась рядом, и только благодаря ей он был ещё жив. Не-лекарь, даже если не принимать во внимание его дружеское к Маку отношение – не имел такой силы. Кто остался? Кто-то из незнакомых магов. Скорее всего, они в какой-то дюжине, поскольку яд, отравивший Мака, хорошо замаскирован и достаточно силён. Ещё есть Малеса, но она серьёзно заболела, как бы мне ни хотелось всё свалить на неё – тут она была, скорее всего, ни при чём. 

 В первую очередь стоило проверить всех целителей дюжин. Как мне это сделать? Я решил для начала расспросить куратора, к тому же ему я мог рассказать, откуда знаю, что здесь замешан маг земли. 

 Я постучал в дверь комнаты Корна и сразу вошёл. Он сидел ко мне спиной за столом. Перед ним лежала восстановленная мной книга, в последнее время куратор посвящал ей всё свободное время, он обернулся:

 – И всё-таки восстановление памяти не пошло тебе на пользу.

 – Почему это? Считаю, наоборот, – я прошёл в комнату, рассматривая куда бы сесть, и, поняв, что тут лишь одна незанятая поверхность, уселся на аккуратно застеленную кровать. Корн поморщился: 

 – Вот! Именно про это. 

 – Да ладно, она же заправлена. В твоей роскошной комнате не хватает дивана для гостей, так что смирись. 

 – Спишу на буйное помешательство на фоне чрезмерных негативных эмоций, – пробормотал куратор и также тихо добавил, – а с больными надо мягко.

Я понимал, что меня провоцируют, и делал вид, что ничего не слышал. Корн развернул стул, сел ко мне лицом и уже в полный голос спросил: 

– Так что тебя привело, – и с сарказмом добавил, – в мою роскошную комнату?

 – Хару сказал, что виновник – маг земли, – Корн поднял брови.

 – О… так ты пришёл обвинить меня? – спокойно поинтересовался он. 

 – Ты… ты издеваешься? – я скривился. – Нет, ты думаешь, я бы вёл себя так спокойно, если бы подозревал тебя?

 – Не знаю, да и спокойным твоё поведение назвать – ещё умудриться, – он пожал плечами. – Ты же уже напал на одного из своей команды. Почему бы тебе не обвинить и меня? – он хитро улыбнулся. Да он подтрунивает надо мной! Считает, что сейчас – самое время? Я хмуро уставился на куратора. Тогда он продолжил: 

– Ладно. Всё я понял. Мао назначил меня в следственную группу. Так что ты по адресу. Мотивов, как понимаю, ни у кого не было?

 – Разве что у Дарбана. Но у него нет магии земли. Возможно, сообщник…

 – Тот тип, которого ты слегка чуть не убил? И он решил отомстить через Мака? Если это так, то он сделал чудовищную ошибку, ведь он не знал, что ты только делаешь вид, что дружишь с рыжим, – я нахмурился. Корн и это понимал? Его чтение людей находилось на пугающем уровне, хотя сейчас это будет весьма кстати. – Так ты его до сих пор подозреваешь? Отложим пока лентообразного – у него нет стихии земли. Прочешем дюжины на предмет подозрительных земляков. Что насчёт твоей? 

 Я рассказал про Стерна с Агер, и куратор согласился, что они не подходят. 

 – Тогда вторая дюжина. Я поговорю с Рэтви, у него тоже есть земля. И если он чист, расспросишь его ребят с его же помощью, – я кивнул. – Что касается моих. Не думаю, что Грэг способен на такое хоть по характеру, хоть по типу магии, но я присмотрюсь к нему. В моей дюжине больше нет никого со стихией земли, – он хмыкнул и медленно протянул, иронично смотря на меня. – Ну разве что только я сам… 

 – Тьфу на тебя, я уже сказал, – я подошёл к нему и стукнул его в плечо кулаком. Он в удивлении приподнял брови, глядя на место удара. 

 – Кажется, раньше ты был вполне дружелюбным малым, – прокомментировал он, покачав головой. Я фыркнул и чуть задрал подбородок:

 – Я всегда такой. И сейчас. И раньше.

 Корн рассмеялся: 

 – Ага, как же, – он взял со стола тетрадь и начал записывать. – Дальше. Четвёртая дюжина. Я с ними почти не общаюсь, так что они на тебе. У тебя же не будет проблем попросить Хэя о помощи? – он выжидательно посмотрел.

 – Не будет. Но Мао и его дюжина на тебе. 

 – Так и поступим. Тогда можешь начать с Хэя, а я займусь Рэтви, – я кивнул, и он продолжил, – а, и попроси Мао включить тебя в группу. 

 – Эмм… 

 – Что? Ты не можешь попросить брата о небольшой услуге? – Корн подозрительно на меня покосился. 

 – У нас сложные отношения… Давай, я пока побуду неофициальным помощником? 

 – Даже так? – сухо уточнил он, похоже, его это совсем не волновало. – Тогда ссылайся на меня, если кто будет недоволен.

 – Спасибо, – я кивнул и благодарно улыбнулся.

 – Он сказал спа-си-бо? – услышал я бормотание Корна, пока закрывал дверь, рассмеялся и пошёл искать среднего брата.

Зайдя на четвёртую арену, я огляделся: всё тот же огромный зал из хелиропа, только лица незнакомые. Дюжина была в сборе лишь наполовину. В зале тренировалось две девушки и четыре парня. На меня сразу обратили внимание.

 – Привет! – помахала мне худенькая светловолосая девушка с двумя хвостиками, перевязанными алой лентой. 

 – Уже вернулся? А ты быстрый, – улыбнулся высокий русоволосый парень. Он подошёл ко мне, присмотрелся и встал как вкопанный.

 – Что? – спросил я у него. Было любопытно, понял ли он.

 – Хэйрин? – уточнил он, недоверчиво на меня поглядывая. Я улыбнулся и протянул руку:

 – Кайрин, приятно познакомиться.

Парень кивнул и пожал мне предплечье. 

 – Вот оно что, а то я уже испугался, что сплю наяву… Я Фэйтан Нимрейс, зам. капитана, – он был настолько спокойным, что, казалось, находился не совсем тут. 

 – Так ты брат Хэя? – ко мне приблизилась девушка, стала внимательно меня рассматривать. – Так похож, вообще не отличить! И ты тоже в дюжине, да? Хотя чего это я удивляюсь? Следовало ожидать от Ниро. Ах да, я же не представилась. Я Кара.

 – Приятно познакомиться, Кара, – я взял её за руку и поднёс ко лбу, девушка слегка смутилась, отвела взгляд в сторону и кивнула.

 Остальные даже не обратили на нас внимания, поглощённые пылким обсуждением. Кажется, они о чём-то спорили. 

 – Подскажете, где найти Хэя? – спросил я больше Фэйтана, поскольку девушка уже отошла. 

 – Подожди его, должен скоро прийти… 

 – Да ладно! – раздался крик со стороны спорящих. – Вот сейчас спрошу у кэпа, он рассудит! Тоже мне, вылезла тут, всемогущая… – ко мне приближался взъерошенный светловолосый парень с узкими губами, в руке он сжимал рукоять меча, остриё которого не подымал, а тащил с ужасающим скрежетом по полу. Хелироп, конечно, тут же затягивал царапину, но вот лезвие было жалко. 

Он уставился на меня золотистыми с рыжими крапинками глазами, я поспешил разрешить недоразумение:

 – Ты ошибся.

 – Я? Ошибся? – возмутился блондин, приближаясь ко мне ещё ближе. – Ты даже не выслушал, а уже встаёшь на её сторону? Это что, половая дискриминация? 

 – Не в этом…

 – Да уж, конечно! Она всегда права, потому что у неё мордашка симпатичная, правильно? Капитан, а не слишком ли ты предвзят? 

 – Нан, – попытался вмешаться Фэйтан, но тот его даже не услышал. 

 – Сразись со мной! – воскликнул вспыльчивый блондин. – Я не признаю твою правоту, пока не победишь! – он встал в стойку, поднял перед собой меч. Мощная аура магии окутала его и покрыла тело красной вуалью. Плащ! Четвёртый уровень. Да от меня мокрого места не останется!

 Нужно было что-то делать. Фэйтан выглядел удивлённым и даже собирался вмешаться, но он действовал слишком заторможено.

 Тогда я осторожно, сохраняя расслабленную позу, чтобы он, не дай драконы, не подумал, что я его атакую, пошёл к Нану. Я сжал левый кулак и поместил его напротив лица парня.

 – Э? Что это значит? – растерялся он, смотря на чёрный с жёлтой полосой браслет на моём запястье. Прекрасно, он задаёт вопросы, значит, мы на верном пути. Осталось заставить его включить мозги.

 – Что это такое? – спросил я.

 – Браслет.

 – Какого цвета полоса?

 – Жёлтого.

 – Что она означает? 

На этот вопрос Нан продумывал ответ чуть дольше: 

 – Воздух. Она обозначает открытый воздух. Капитан? Что это значит?

 Я убрал кулак от его лица и протянул руку, как при знакомстве: 

 – Я – Кайрин, первокурсник, – широко улыбнулся и добавил, – безумно рад, что до сих пор жив. 

 Фэйтан расслабился. Растерянный Нан смотрел на меня с открытым ртом, но затем пришёл в себя и пожал мне руку:

 – Нан Зэйтан, я тоже рад… что ты жив, – усмехнулся он. – А то кэп бы мне голову снёс…

 – За что снёс бы? – из-за спины послышался голос Хэя. – О, Кайрин! – он подлетел ко мне и повис, я недовольно нахмурился, он тут же встал прямо и строго посмотрел на Нана. – Ты что-то собирался сделать с моим братом? – вокруг Хэя стал потрескивать воздух. Небольшая голубая змейка скользнула по мне и больно обожгла плечо.

 – Эй-ей, – возмутился я. – Ты что творишь? 

 – Ой, – Хэй отошёл от меня на пару шагов назад, закинул руку за голову, – прости… 

В зале повисла тишина.

 – Мы можем поговорить, или попозже зайти? – спросил я, воспользовавшись всеобщим замешательством. 

 – Конечно, можем, – Хэй схватил меня за плечо и потащил на выход. 

 Мы вышли в коридор и стали удаляться от арены.

 – Я хотел спросить про лекарей в твоей дюжине. 

 – Лекарей? – удивился Хэй. – А… это про расследование, да? Неужели замешаны маги земли? Как необычно, – он остановился возле окна и сел на подоконник. – У нас их двое: Кара и Эма. Обе были в зале. Их силы примерно равны, хм, как бы тебе их описать…Ты же знаешь Грэга из третьей? – я кивнул. – Так вот, они обе слабее него. Но когда они вдвоём вступают в дело, то берегись, – брат ухмыльнулся. 

 – Они могли пойти на преступление? – спросил я.

 – Нет, что ты. Они такие милые. Постоянно о нас заботятся, да и зачем им это? Да мы вообще с первой дюжиной не общаемся, как ты наверняка заметил. 

 – И всё же, почему ты так уверен? 

 – Интуиция! – рассмеялся Хэй.

 – Ты же понимаешь, что мне не до смеха? – брат замер и смущённо прикрыл рот. – Прости. Я думал, что тебе не помешает немного радости вместо хмурых лиц…, был неправ, прости… – он посмотрел на меня снизу вверх и сложил ладони лодочкой. Он так часто делал, когда мы были маленькими… – Я прощён? – он хитро прищурился. Я улыбнулся:

 – Ага. 

 – Вот и прекрасно, – он спрыгнул с подоконника и обнял меня. Я оторопело моргнул. – Знай, ты всегда можешь на меня положиться, – он отстранился. – Ладно, если у тебя больше нет вопросов, то мне всё же пора. Заходи почаще, братишка! – он подмигнул и унёсся на арену. 

 Что ж, поговорить с Карой и Эмой я смогу только позже. Тогда поищем дюжину Рэтви. 

Около входа на вторую арену я встретил Корна с Илиарией.

 – Привет! – радостно помахала мне рукой девушка.

 – Привет, – улыбнулся я. – Ты чего здесь делаешь?

 – Корн говорит, что вы расследуете дело Мака. Можно вам помочь? 

 – Эм… – замялся я, – да чем ты сможешь? 

 – Ну, хотя бы не оставлю голодным, – подмигнула она, вытащив из-за спины пакетик со сладким. – Да и вообще, со мной веселей!

 Я посмотрел на куратора, он помедлил, но потом прохладно кивнул:

 – Эти – твои, Рэтви должен помочь… – и ушёл, оставив нас вдвоём. 

 – Ладно. Возможно, с тобой действительно пойдёт быстрее, – я притянул её поближе и зашептал на ухо. – Мы ищем подозрительного мага земли. 

 – Зем…?! – воскликнула девушка, но зажала рот рукой.

 – Да, но тц… – я прижал палец к губам и продолжил шептать. – Проверяем среди дюжин. Рэтви чист, нужно поговорить с остальными лекарями в его дюжине, – Илиария закивала.

 – Но с чего стали подозревать магов земли? Нашли что-то в яде? – она спросила, также наклонившись поближе и шепча мне в самое ухо. Было щекотно и приятно. Я очень старался не отвлекаться.

 – Это подозрение, основанное лишь на моей интуиции, так что… К сожалению, никаких фактов, доказывающих это, нет.

Девушка посмотрела на меня задумчиво, потом решительно кивнула: 

– Я думаю, ты прав. Вряд ли такой сильный яд обошёлся бы без магии, а целители – те, кто лучше всего управляются как с лекарствами, так и отравами. Хотя, зачем это им было нужно… 

 – В этом главный вопрос. Ну, приступим? – улыбнулся я ей. 

 – Ага! – она приосанилась, прищурилась и потёрла руки. – Уж я-то их выведу на чистую воду… 

 Среди подопечных Рэтви оказалась всего одна целительница, Салли, она с нами мило побеседовала, разумеется, ничем себя не выдав. Моя девушка умудрилась с ней поладить, поэтому сегодня вечером они договорились встретиться и поболтать побольше. Меня же нашёл сам Рэтви. Он отвёл меня в сторону, где практически не появлялись студенты, и был непривычно собран и серьёзен. Возможно, на него свалили вину за случившееся, всё-таки он был куратором первокурсников, к которому можно было бежать с вопросами и проблемами, конечно, не факт, что он и его дюжина бы решили их, но небольшой шанс того, что они помогут, всё же был. 

 – Как успехи? – спросил он меня.

 – Безрезультатно. 

 – У нас тоже. Никаких мотивов, нет зацепок, преступник словно и не существовал никогда. 

 – А кто выбран в следственную группу? – поинтересовался я.

 – Я, Корн, Мао и Новид.

 – Наш капитан выбран?

 – Да, я думал ты по его просьбе… – он с подозрением покосился на меня.

 – Не, я по поручению Корна, – сослался я на куратора.

 – Понятно, – он скрестил руки на груди и понизил голос, – я смотрю вы прямо-таки заинтересовались Салли. Подозреваете целителя? 

 – Нет, – замотал я головой, – просто всех проверяем, – и улыбнулся.

 – Хех, ну не хочешь – не говори. Мне, знаешь ли, очень не терпится покончить с этим делом. Братец твой старший совсем не сахар… От него обычно-то ничего хорошего не услышишь, а уж тут…

 – Да? – я «удивлённо» приподнял брови. – Ну, возможно. Я же его совсем не помню, – Рэтви сочувственно кивнул.

 – Как Мак?

 – Стабильно, – ровно ответил я.

 – Это же хорошо, да?

 – В его случае, стабильно – это лучшее из всех вариантов, – я сжал кулак. – Ну, держись мразь, которая с ним это сделала. 

 – Ха, кажется, ты тоже страшен в гневе, – выдавил из себя улыбку Рэтви, похлопал меня по плечу. – Удачи в расследовании.

 – И тебе. 

 На сегодня я уже пропустил все лекции, что было не так уж и страшно. Главное, нельзя было пропускать практику. Как говорится, война войной, а тренировки по расписанию. 

 В качестве учителя с нами был Вэнт. 

 – Припозднился, Кайрин, – сразу отчитал он меня. 

 – Простите, – я виновато потупил голову. 

 – Что ж, кое-кто тоже опоздал, поэтому встанете в пару вместе. К тому же вы оба – маги воздуха, так что это будет интересно, – он указал на Дарбана.

 – Я не хочу тратить на него своё время, – Призрак отвернулся от меня. – К тому же он не умеет себя контролировать.

 – Что ты сказал? – я шагнул к нему, активируя магию. 

 – Вот! Как я и говорил, – Дарбан кивнул в мою сторону и выжидательно уставился на учителя. 

 – О, так у вас раздрай в команде? Новид! Что скажешь на это? 

 Капитан вздохнул: 

 – Да они с самого начала, как дракон с мышью…

 – Это кто здесь мышь? – возмутился я. Вэнт осуждающе на меня посмотрел, и я заткнулся. 

 – Тем более устроим им совместную тренировку, – сказал он.

 Мы с Призраком хмуро переглянулись. Ни он, ни я, мягко говоря, не были в восторге от компании друг друга.

 – Коллеги посоветовали взять в дюжину новичка. Так нахваливали, что просто не оставили выбора. Но по правилам, мы можем его включить в дюжину, лишь когда он победит кого-то из вас, – Вэнт оглядел ребят. – Так, и кто тут у нас самый слабый? Полагаю Агер или, возможно, Нилл?

 – Они не слабые, они просто сосредоточены на поддержке, – опроверг я его утверждение. 

 Мака лишь недавно отравили, а на его место уже кого-то берут. Как будто он уже не вернётся! Стало мерзко. 

 – Кайрин, – повернулся ко мне учитель, – тебе никогда не говорили, что у тебя слишком длинный язык? – я демонстративно захлопнул рот, показывая, что больше ничего не скажу. Вэнт удовлетворённо кивнул. – Тогда Агер будет с новичком, а вы двое – против них. 

 – С Агер? Извините, учитель, но даже с ним, – Дарбан брезгливо махнул в мою сторону, – это слишком неравные условия.

 – Вот и посмотрим. Но не расслабляйтесь, говорят, новичок весьма хорош. 

 Вэнт вышел, видимо, привести кандидата, остальные разошлись по периметру зала, Агер встала с одной стороны, мы с Дарбаном на отдалении друг от друга – с противоположной.

 – Если мы запорем бой из-за тебя, я тебе нос расквашу, – прошипел он в мою сторону.

 – Взаимно, – ухмыльнулся я, прожигая его взглядом.

 – Парни, вы хоть помните, что вам не друг с другом нужно сражаться? – попытался воззвать к нашему разуму Новид. Но мы его проигнорировали. Он вздохнул. 

 Открылась дверь и вошёл Вэнт. За ним следовала Илиария. Она была в спортивном бордовом костюме, подчёркивающим её ладную фигурку.

 – Только не говорите, что… – мои глаза расширились в неверии. 

 – Приятно ещё раз познакомиться со всеми вами, – по залу прокатился бархатистый голосок. – Я кандидат на место, – она замялась и виновато посмотрела на меня. 

 Многие удивлённо на меня оглянулись, но на моём лице отражалось истинное недоумение. 

 Вэнт рассказал девушке, что она должна сразиться вместе с Агер против нас с Дарбаном. 

 – Надеюсь, ты не будешь ей поддаваться, – прокомментировал Призрак.

 – Да за кого ты меня держишь?

 – За психа, – ухмыльнулся он.

 – Да если тут кто-то и… – ко мне подходила Илиария, и я оборвал фразу, решив, что нет смысла и дальше спорить с Дарбаном. Девушка отвела меня чуть в сторону:

 – Кайрин, ты, наверное, злишься. Я должна была сначала спросить тебя, но они так внезапно предложили… Ты против? Я же место Мака займу…

 – Ты тут ни при чём. И если бы ты действительно была с нами в дюжине, это было бы очень хорошо, – я мягко улыбнулся ей, и её глаза заблестели. – Но только тебе ещё нужно нас победить. Я не собираюсь поддаваться.

 – Конечно! – радостно воскликнула она и побежала к Агер.

 Вэнт дал сигнал к началу боя. 

Илиария была магом огня, но я никогда не видел её в деле, хоть и подозревал, что у неё великолепный контроль. 

 Она не могла отойти далеко от Агер, иначе бы мы сразу атаковали её, Дарбан воспользовался этим и выпустил из-под рукавов ленты. Я решил посмотреть со стороны, поскольку с Призраком мы точно бы не сработались. Возможно, его одного вполне хватит, чтоб одолеть девушек. 

 Дарбан нацелил половину лент на Агер, а остальные на Илиарию. Та лишь ухмыльнулась и грациозно увернулась ото всех, умудрившись ещё и сместить Агер так, что её не задело. Дарбан опешил. Он размотал ленты и на ногах, теперь их было около двадцати, и напал. Илиария использовала маленькие огненные вспышки, чтобы сместить движение опасных лент, от остальных легко увернулась. Интересно.

 Я расставил попрыгунчики вокруг девушек и бросился в атаку. Мне уже давно хотелось сразиться с Илиарией. Посмотрим, кто кого! 

 Дарбан заметил меня и ушёл с траектории движения, я ускорился и вытащил меч. От моих ударов девушка тоже ускользала. Пока я отвлекал её, Дарбан напал на Агер. Целительница была весьма плоха в боях, но уже овладела покровом, который лечил её с ужасающей скоростью. Поэтому, даже когда она получала удары Дарбана, ей это не сильно вредило. 

 Призрак теснил малышку Агер, Илиария бросила в мою сторону огненный шар, который я принял на барьер, и защитила напарницу. Та её подлечила, хотя ни одной серьёзной раны мы так и не смогли нанести. 

 – Ты точно не поддаёшься? – спросил меня Дарбан.

 – Тогда ты тоже поддаёшься… – парировал я. Мне на самом деле не удавалось достать Илиарию, хотя медленным меня было не назвать. 

 – Я отвлеку её, напади на Агер.

Я хмыкнул. Неплохая стратегия. Но какого демона он командует?

 Он атаковал мою девушку всеми лентами сразу, ещё и пару атакующих печатей направил в её сторону. Это действительно дало мне время проскользнуть к Агер, я уже практически подставил к её горлу меч, как передо мной внезапно оказалась Илиария и хлопнула в ладоши. От этого хлопка я ощутил магическую волну, пробежавшую рядом с телом, маленькие взрывы раздались под моим коленом и стопами. Я упал вперёд и услышал многочисленные хлопки сзади, похоже, Дарбану тоже досталось. Я перекатился, чтобы встать, но Илиария поднесла огонь к моему лицу.

 – Сдаюсь, – с удивлением сказал я. Моя девушка с улыбкой кивнула. Я оглянулся на Призрака, он лежал весь в копоти, похоже, меня пощадили, взорвав бомбочки только в трёх местах. Но когда она их вообще разместила? – Как ты это сделала?

 – Сек-рет! – она подмигнула мне, протянув руку, я схватился за неё, и Илиария помогла мне встать. 

 – Поприветствуем нового члена первой дюжины, – раздались хлопки Вэнта, к которым вскоре присоединились аплодисменты ребят.

 Вот так неожиданно место Мака заняла моя девушка.