Классика и Мистика

В XlX веке развернулась борьба женщин за свои права, в Великобритании женщины не наследовали и целиком зависели от совести родственников, у некоторых мужчин с совестью было не очень, женщины боролись за право зарабатывать, так появились Французская писательница   Жорж Санд, которая писала под именем мужа, так появилась писательница Джейн Остин, которая писала под своим именем женские романы.
Так появилась писательница Наталья Николаевна Гончарова, которая и написала повести Белкина: "Повести покойного Ивана Петровича Белкина", сама Наталья Николаевна так свои повести не назвала бы, так назвал повести своей невесты Александр Сергеевич Пушкин, Пушкин не всегда называл Наталью Николаевну "Мадонной чистой красоты", с самого начала Александр Сергеевич называл свою невесту Белкой: "Белка песенки поёт, да орешки всё грызёт", это Пушкин о своей супруге.
Роман Пушкина "Евгений Онегин" я читала, а некоторые главы заучивала наизусть, когда плакала над луком, который резала для обжарки, я говорила:
Я плачу ... если Вашей Тани
Вы не узнали до сих пор,
То знайте, колкость Вашей брани,
Холодный, строгий разговор,
Когда б в моей лишь было власти
Я б предпочла обидной страсти...
Роман "Евгений Онегин" вполне Мужской, мечты Пушкина о Французском гувернере, а Французского гувернера у Пушкина не было, Пушкин учился в Царском Лицее вместе с отпрыском великого князя Константина Павловича Эдуардом, в Царскосельском Лицее было 30 учеников и одним из них был Эдуард Константинович Романов.
Если в Смольном институте учились благородные девицы и цесаревны, то в Царскосельском Лицее учились благородные юноши и цесаревичи.
Так что с одной стороны Пушкин был завидной партией и был знаком с сыновьями великих князей и видел императорскую семью, что уж мечтать о Французском гувернере.
Еагений Онегин светский мужчина, блистал в Высшем свете, сперва благодаря деньгам отца, а после благодаря наследству от дяди.
Расписан день Евгения Онегина, дневные визиты, беседы наедине с хозяйками светских салонов, вечерние посещения театра, мечты, мечты.
Ну, и после деревня, которая Евгению Онегину так же быстро наскучила, как и светская жизнь в Санкт-Петербурге.
Татьяна Ларина влюбилась, глядя на городского щеголя Евгения Онегина, одетого, как Английский денди, написала ему любовное письмо, очень уничижительное, женщина бы такого не написала бы, разве что прощальное письмо было бы таким, и Евгений Онегин отчитывает Татьяну Ларину за это любовное письмо.
После, забавляясь, отбивает у своего друга его невесту Ольгу Ларину и после дуэль Евгения Онегина с поэтом Владимиром Ленским, закончившаяся смертью поэта.
В романе в стихах поэта Пушкина много предсказаний: дуэль, поэт Ленский. Пушкин мечтал быть светским франтом Евгением Онегиным, а не поэтом, а поэт Ленский, почти Ланской, на самом деле стрелялся Пушкин с Петром Петровичем Ланским, а секундантом у князя Ланского был Дантес, так что с Дантесом Пушкин стрелялся позже: в дуэли с Пушкиным был замешан ближайший к императору Николаю l родственник Петр Петрович Ланской, вот об этом писал Михаил Лермонтов в стихотворении "Погиб поэт, невольник чести".

Наталья Ивановна Загряжсеая родилась в 1785 году у второй супруги Ивана Александровича Загряжского Эуфрозинии Ульрики фон Липхарт, которая сбежала вместе с ним из города Дерпта от мужа Морица фон Поссе.
Устроил генерал Загряжский свою вторую супругу в поместье Яропольце, отдельно от второй супруги Александры Степановны, в девичестве Алексеевой, которая была в поместье Загрядчина, так что поместье Ярополец целиком принадлежало Эуфрозинии Ульрике фон Липхарт и она со второй супругой генерала Загряжского не встречалась.
От первой супруги у генерала Загряжского было трое детей: сын Александр Иванович и дочери Софья Ивановна и Екатерина Ивановна Загряжсеая.
В девять лет Наталью Ивановну Загряжскую отдали в Смольный институт, императрица Елизавета Алексеевна собирала около себя фрейлин, знающих иностранные языки, наверное, в связи с тем, что не очень хорошо говорила по Русски, так что Наталья Ивановна с хорошим знанием Немецкого языка после окончания Смольного института стала фрейлиной императрицы Елизаветы Алексеевны.
Четыре года была Наталья Ивановна Загряжсеая фрейлиной императрицы Елизаветы Алексеевны и 27 января 1805 года вышла замуж за Московского дворянина Николая Афанасьевича Гончарова, он служил в городе Москве секретарем Московского губернатора Бесстужева-Рюмина.

Молодожены Гончаровы, у молодых Гончаровых сразу стали рождаться дети: в 1805 году сын Сергей Николаевич, в 1807 сын Дмитрий Николаевич, в 1808 году дочь Екатерина Николаевна, в 1810 году сын Иван Николаевич, в 1811 году дочь Александра Николаевна.
А в 1812 году случилась война с Французами и мужа Натальи Ивановной Гончаровой Николая Афанасьевича Гончарова мобилизовали в действующую Российскую армию драгуном, а молодая супруга осталась в доме Гончаровых в Таганском районе города Москвы, с детьми и со слугами.

Французские войска приближались к городу Москве.

Французские войска под командованием Наполеона после перехода Российской границы 12 июня 1812 года шли по Смоленской дороге и не занимали города Смоленска, они стремились занять город Москву и закончить войну в городе Москве подписанием мира.
Генерал Кутузов со стен древней крепости города Смоленска расстреливал со своим Артиллерийским полком Французов из пушек, Французы отвечали Артиллерийским боем, но шли дальше в обход города Смоленска.
1-я армия под управлением великого князя  Константина Павловича Романова подгоняли Французов по Смоленской дороге, а 2-я армия под управлением великого князя Николая Павловича пошла навстречу от города Москвы и била Французскую армию в лоб, кавалерией 2-й армии были Башкирские войска, в Бородино Французская армия Наполеона попала в окружение и была вынуждена обороняться.
Наталья Ивановна Гончарова в это время металась с шестимесячной дочерью Александрой на руках по дому Гончаровых в городе Москве и не знала, что делать, на руках у неё было шесть детей мал мала меньше, самому старшему сыну Сергею было 7 лет, что делать, в Москве был дом, вокруг соседи, многие растерялись, Пушкины вроде бы выехали во владения своих родственников, а сына Александра Пушкина приняли в Царский Лицей, а многие так и остались в городе Москве, мужчины пошли в Российскую армию, а многие пошли в народное ополчение, женщины метались и не знали, что делать, многие с детьми.
Генерал-губернатор города Москвы Бесстужев-Рюмин остался вместе с семьёй в городе Москве, не бросил вверенный ему город.
Московский патриарх Амвросий не оставил свою паству в городе Москве и был в городе Москве.
В августе к Наталье Ивановне приехала из Яропольца под Волоколамском её мать Эуфрозиния Ульрика фон Липхарт и стала тормошить Наталью Ивановну:
- Срочно уедем из города Москвы.
Наталья Ивановна ей отвечала:
- Куда я поеду с шестью детьми, да ещё и с маленькой Александрой, все кони и лошади уже мобилизованы в Российскую армию, остались одни клячи, куда мы поедем, надо было сразу ехать, а сейчас уже не поедешь. Бог не оставит нашу семью.
И вот с этими словами семья Гончаровых осталась в городе Москве и тёща Эуфрозиния Ульрика фон Липхарт вместе с ними.
26 августа под Москвой прогремело Бородинское сражение, после в город Москву в Новодевичий монастырь и другие монастыри привезли раненных воинов с Бородинского сражения и 1 сентября в город Москву вошла Французская армия.
Жители  города Москвы затаились.
Наполеон со свитой  направился сразу в Московский Кремль, на следующий день, узнав о генерал-губернаторе Бесстужеве-Рюмином посетил со саитой и дом Бесстужевых-Рюминых, ему понравилась шестнадцатилетняя  Елена Бесстужева-Рюмина и он забрал её с собой в Московский Кремль.
Маршал Французских Имперских войск Луи Никола Даву занял дом Гончаровых вместе со своими адъютантами и штабом полка.
Наталья Ивановна Гончарова попрятала своих детей подальше от Французов и маленькую Александру устроила в комнате с кормилицей.
Встречала гостей Наталья Ивановна вместе со своей матерью Эуфрозинией Ульрикой фон Липхарт, неделю вроде бы было всё спокойно, а 8 сентября 1812 года Луи Никола Даву домогся до 27 летней хозяйки дома Натальи Ивановны, в результате чего она и забеременела.
В конце октября Французские войска покинули город Москву, остались беременные женщины, Элен Бесстужева-Рюмина и Наталья Ивановна Гончарова родили почти в одно время в конце мая 1813 года, многие Москвички родили в это время, детей записывали или на 1812 год, или на другие месяцы 1813 года, Наталья Ивановна записала свою дочь Натали Гончарову на 8 сентября 1812 года, запомнила эту дату.
Пожары в городе Москве начались чуть ли не с середины сентября 1812 года, как говорят в городе Москве, если не хотите быть изнасилованной, кричите: "Пожар".
В городе Москве в сентября 1812 года остались только женщины, старики и дети, а тут войска Наполеона: Французы, Испанцы, Итальянцы, Греки, так что поджигали город Москву совсем не мужчины.

В романе "Война и Мир" тоже есть две героини: Наташа и Элен, Лев Толстой писал всё о тех же героинях, что и я: Наталье Ивановне Гончаровой и Элен Бесстужевой-Рюминой, при чём он осуждал Элен Бесстужеву-Рюмину и очень с добром относился к Наташе.
Не мог судить Лев Толстой героев Москвы 1812 года, не было его в то время, он не участвовал в обороне Москвы в Бородинском сражении, битва была жестокая, много погибло воинов и со стороны Французской армии и со стороны Российской армии во время этой битвы и много было раненных и всё таки 1 сентября Французские войска вошли в город Москву, у стен города Москвы боя Российские войска не стали давать, как предлагал генерал Милородович.
Москва большой город, но если есть Московские сплетни, то все их знают в городе Москве, после 1812 года только и сплетен было, что Элен Бесстужева-Рюмина  была любовницей императора Наполеона, а Наталья Ивановна Гончарова  была любовницей маршала Франции Даву, они сами за этими любовниками не гонялись и с удовольствием остались бы без такого бесчестья.
В романе "Война и Мир" немного переставили героинь: 16 летней оказалась Наташа, а семейной женщиной Элен, на самом деле Наталье Ивановне было 27 лет, а Элен Бесстужевой-Рюминой - 16 лет и в мае 1813 года она родила мальчика, которого приняли в род Бесстужевых-Рюминых и назвали в честь деда Павлом Павловичем, замуж Элен Бесстужева-Рюмина не выходила.
Все спорят о названии романа "Война и Мир", а название из священных брачных клятв в храме Божием: Согласны ли Вы пройти по жизни друг с другом в горе и радости, в здоровье и болезни, в Войне и Мире...
Конечно, хорошо бы было, если бы муж стрелял на войне, а жена бы ему потроны подносила, а вот если муж воюет, а жена за их шестью детьми смотрит и никуда от них не отлучается, чтобы с детьми всё в порядке было, наверное тоже в зачёт жене идёт.
А Элен Бесстужева-Рюмина была любовницей императора Наполеона и сопровождала Наполеона по городу Москве, она даже не очень при этом и улыбалась и не старалась сильно понравится Наполеону Бонапарту.
Больше двух месяцев Интернациональные войска Наполеона были в городе Москве, при этом в Москве стали выпускать листовки на иностранных языках и Москвичи ходили с этими листовками к Испанцам, к Германцам, к Итальянцам и Грекам в войсках Наполеона Бонапарта и уговаривали их покинуть войска Наполеона и перейти на сторону Российских войск, даже Мамелюков уговаривали покинуть Наполеона и уехать в Египет и даже корабли им Строгановы предоставили и вот за то время, что Французская Имперская Интернациональная армия Наполеона квартировала в городе Москве у Наполеона осталось всего половина войска, а Российская армия пополнилась за счёт Германских войск Наполеона, за счёт Испанских войск Наполеона и за счёт Греческих и Итальянских войск Наполеона, да и зимнего обмундирования у Французских войск не было и южане Испанцы с ужасом ждали Русской зимы, так что перешли к Российским войскам и их там обмундировали.

Портрет Элен Павловны Бесстужевой-Рюминой не в 16 лет, а уже ближе к 30 годам.
Она вместе с братом-декабристом Михаилом Павловичем Бесстужевым-Рюминым  отправилась в Сибирь в город Иркутск в 1826 году, так что декабристкой в романе Льва Толстого была совсем не Наташа, а Элен.

Мы все помним, что Французы поздней осенью и зимой 1812-1813 года мёрзли, одевались во всё тёплое и шли по разоренной Смоленской дороге прочь из Российской Империи, если могли, некоторые замерзли.
Москва зимой 1812-1813 года оказалась почти в таком же положении, припасов мало у кого что осталось, осенью Москву ограбили Французские войска, Москва ещё и погорела, деревни в ПодМосковье были ограблены, припасов почти не осталось, чтобы прокормиться надо было  охотиться в ПодМосковных лесах на оленей и лосей, дров в Москве почти не осталось, у многих сгорели дома, у Пушкиных сгорел один дом, Василий Львович Пушкин остался без дома, а сам был в это время в Европейском походе.
У Гончаровых дом не сгорел, но они оказались в таком же положении, что и все Москвичи, без припасов и без тёплых мужских и даже женских  вещей, без  теплой обуви, всё блестящее из дома вынесли Французы.
Наталья Ивановна осталась в Московской усадьбе со своей матерью, с детьми, с несколькими слугами и со служанками и дров почти не было. Послала нескольких слуг на подводах с топорами добыть дров в ПодМосковных лесах.
Свекр Афанасий Николаевич прислал по зимнику несколько подвод с продовольствием. Полотняный завод стоял под Калугой и там с продовольствием было полегче.
Всю осень Михаил Илларионович Кутузов был в Полотняном заводе вместе со штабом войск, Полотняный завод поставлял в Российский флот полотно для парусов, уже зимой 1812-1813 года был военный заказ на паруса для флота Российской армии, всю зиму на Полотняном заводе мастера и мастерицы  ткали полотно для парусов Российского флота.
Гончаровы поставляли полотно также и Строгановым для парусов кораблей Строгановых.
Эуфрозиния Ульрика фон Липхарт провела всю зиму со своей дочерью Натальей Ивановной Гончаровой в Московском доме Гончаровых и после осталась до самых родов Натальи Ивановны, родилась маленькая светленькая внучка Наталья Николаевна Гончарова.
Только осенью Эуфрозиния Ульрика фон Липхарт уехала в своё разоренное поместье Ярополец, там должен был быть новый урожай, она весной послала несколько подвод для жителей Яропольца с мешками с зерном и с картофелем на семена, поехала вместе со слугой и служанкой смотреть, что осталось от Яропольца.

Богатый был род Гончаровых, поставляли они полотно для парусов ещё со времён Петра l, вот как начал налаживать Пётр l Российский флот в России, так и начали поставлять Гончаровы для военного флота и гражданского флота Строгановым полотно для парусов, так что и со Строгановыми у них были прямые поставки полотна для парусов.
Происходили Гончаровы из купцов из города Калуги, торговали гончарными изделиями и сразу построили Полотняный завод, только надобность появилась у царя Петра l.
Императрица Елизавета l пожаловала Гончаровым дворянство, на гербе Гончаровых восточная звезда и морской кортик.
Основателем рода Гончаровых является Абрам Гончаров, его сын
Афанасий Абрамович Гончаров получил дворянство.

В 1814 году внуку Афанасия Абрамовича Гончарова император Александр l пожаловал орден Владимира 4-й степени за помощь Российской армии в 1812 году и за своевременные поставки полотна для парусов, несмотря на военные невзгоды 1812 года, вот в петлице у Афанасия Николаевича гражданский орден Владимира 4-й степени и посверкивает.
Сын Афанасия Николаевич Гончарова в это время был в военном походе Российской армии и также получил за свои военные подвиги орден Владимира 4-й степени, а жаловался тот орден капитанам Российской армии и подполковникам, так что дали орден капитану
Николаю Афанасьевичу Гончарову с повышением до подполковника.
После войны 1812 года Полотняный завод быстро вошёл в прибыль, всё таки военные поставки.
Подполковник Николай Афанасьевич Гончаров был в Европейском походе Российской армии в городе Париже до 1817 года и только в 1817 году вернулся  на родину в город Москву.
 

Осенью 1817 года вернулся подполковник Николай Афанасьевич Гончаров из Франции, вернулся не один, а с Француженкой мадам Кати и её сопровождала Француженка горничная.
Встречала подполковника Гончарова вся семья: жена Наталья Ивановна и семеро детей, старшему Сергею Николаевичу Гончарову было уже 12 лет, а самой маленькой Наталье было 5 лет.
Подполковник Гончаров оглядел всех, после велел слугам устроить мадам Кати в комнатах рядом с его спальней и кабинетом с видом на улицу Большую Никитскую, а свою семью с женой Натальей Ивановной велел устроить на другой стороне дома Гончаровых с видом на Малую Никитскую, оттуда как раз из окон была видна контора гробовщика.
Дом Гончаровых занимал на улицах Большой Никитской и Малой Никитских целый квартал, а внутри этого квартала был сад Гончаровых, до 1812 года город Москва был городом садом, сады были везде и в Московском Кремле и в каждой Московской усадьбе с обязательными яблонями и грушами и с сарайкой в углу с курами, вот и у Гончаровых в квартале был сад с яблонями, да с другими ягодными кустами и в углу был сарайчик с курами.
Повёл подполковник Гончаров свою жену Наталью Ивановну в кабинет, разговаривать, ну она ему всё и рассказала.
Подполковник Гончаров не стал пить, не стал драться, сказал своей жене, что будет выплачивать на все необходимое семейству 40 тысяч в год и чтобы их с мадам Кати по другим вопросам лишний раз не беспокоили.
40 тысяч в год в те времена была очень хорошей суммой, средняя зарплата чиновника была 100 рублей, никто не говорил, что зарабатывает 100 рублей в месяц, а говорили, что зарабатывают 1 тысячу 200 рублей в год, ну вот средняя зарплата госслужащего в те времена и сумма в 40 тысяч больше это суммы в 34 раза.
Так что сумма в 40 тысяч была очень даже хорошая, мало кто жил в те времена только на зарплату, прибавлялись ещё и доходы с поместьев, некоторые писали романы и стихи, печатали их и так зарабатывали себе на жизнь.

Николай Афанасьевич Гончаров занимался поставками полотна для парусов вместе с помощниками, его отец Афанасий Николаевич Гончаров занимался руководством  производства полотна для парусов на Полотняном заводе.
В квартале дома Гончаровых в Москве была и конюшня на четырёх коней, в каретном дворе стояла зимняя карета и лёгкая коляска для лета. Николай Афанасьевич ездил весной в Полотняный завод, оттуда в Санкт-Петербург, мадам Кати с горничной ездили вместе с ним до Полотняного завода, в Санкт-Петербург Николай Афанасьевич Гончаров их не брал.
Тратил Николай Афанасьевич Гончаров на мадам Кати и на себя согласно своего статуса, а это были деньги большие, чем 40 тысяч.
Император Александр l после освобождения города Москвы от Французов сразу освободил от должности генерал-губернатора города Москвы Бестужева-Рюмина и поставил генерал-губернатором Москвы Растопчина, генерал-губернатор Растопчин настаивал на судебном разбирательстве  генерал-губернатора Бестужева-Рюмина, император Александр l простил Бестужева-Рюмина и других членов муниципалитета при Французах в городе Москве, судебного разбирательства не было.
Наталья Ивановна Гончарова наняла учителей для своих детей и устроила им в доме Гончаровых классную комнату, маленькая Натали Гончарова ходила вместе со старшими детьми в классную комнату, очень внимательно слушала учителей и всё записывала.
Портрет маленькой Натали Гончаровой написала её мать Наталья Ивановна Гончарова.

Наталья Николаевна Гончарова в детстве и повзрослее была похожа на Джейн Остин - Английскую писательницу, которая писала женские романы: "Гордость и предубеждение", "Три сестры", "Эмма", "Доводы рассудка", "Нортенгерское аббатство" и другие произведения, на каждую книгу необходимо время на написание иногда год, иногда два, а для Исторического романа "История Англии" и больше, я иногда завидую писательницам любовных романов: нет необходимости копаться в исторических документах, готовиться к каждой главе.

Портреты Натальи Николаевны Гончаровой и Джейн Остин в детстве похожи внешне и платья похожи. 
Джейн Остин родилась в 1775 году, никогда не вышла замуж, писала романы и дожила до старости, до 1847 года, до появления фотоаппаратов в Великобритании. На фотографии племянницы Джейн Остин и фотография Джейн Остин или её сестры Кассандры.
Много романов написала Джейн Остин, чтобы сказать, что Джейн Остин умерла в 41 год, дожила Джейн Остин до 1847 года.

Джейн Остин и Наталья Николаевна Пушкина и платья одного цвета, единственное отличие: не хотела никому нравится Джейн Остин, в 27 лет одела чепец старой девы и платье не очень кокетливое и её сестра Кассандра была всегда с ней рядом, занималась акварельными рисунками и они вместе выпускали книги с акварельными рисунками Кассандры Остин.
У Джейн Остин были и шесть братьев, трое из них выбились в дворяне, все женились кроме Джорджа Остина и продолжили род Остинов.

Немой брат Джордж Остин жил со своими сестрами в доме Остинов в деревне Чоутон. Дом в Английском стиле: мой дом - моя крепость.

Любительница мужских костюмов Французская писательница Жорж Санд похожа на мать Александра Пушкина Надежду Ганнибал и на Испанскую танцовщицу Каролину Отеро, в Жорж Санд в мужском цилиндре не отличить от Александра Сергеевича Пушкина. Жорж Санд писала женский роман "Консуэло".
И чтобы не оставить этих дам в одиночестве портреты Французских писателей похожих на Российских писателей.

Французский писатель Виктор Гюго, внучатый племянник Российского драматурга  Фонвизина, Американский писатель Эрнест Хемингуэй и Санта Клаус похожи внешне. 

Французский писатель Проспер Мериме и генсек ЦК КПСС СССР Леонид Ильич Брежнев похожи внешне.

Российский писатель Иван Сергеевич Тургенев был похож внешне на Французского писателя фантаста Жюля Верна.

Василий Львович Пушкин вместе со своим братом Сергеем Львовичем Пушкиным также побывали в заграничном походе Российских войск и воевали с Французской армией.
Василий Львович Пушкин всю жизнь собирал библиотеку и во Франции он также купил несколько книг и выпустил во Франции в Париже свою книгу на Французском языке "Шансон традитес де Русс" и также привёз с собой эту книгу.
Вернувшись из Франции в 1817 году Василий де Пушкин узнал, что дом его в Москве сгорел вместе с библиотекой и необходимо купить новый дом. Российским войскам было выплачено очень хорошее жалование за три года заграничной службы во Франции.
В 1817 году Василий Львович Пушкин купил дом 36 на улице Старой Басманной, недалеко от Садового кольца у вдовы Пелагеи Васильевны Кетчер.
При доме была конюшня и маленький садик, погреба с ледником.
Василий Львович Пушкин привёз себе экономику Елизавету Ценкер из Европы, нанял  горничную, кухарку, лакея и конюха в дом на Старой Басманной.
Из-за Елизаветы Ценкер Василий Львович Пушкин развёлся со своей первой супругой Капитолиной Михайловной Вышеславцевой.
Елизавета Ценкер была молодая красивая  вдовушка и отношения с  Василием Львовичем Пушкиным начались ещё в Европе.
При разводе говорилось, что Василий Львович Пушкин изменил супруге с крепостной девкой, барыни на это в то время не очень и внимание обращали.
Брат его Сергей Львович Пушкин жил в основном в Санкт-Петербурге со своей женой Надеждой Осиповной в доме Ганнибалов. В 1820 году дом Ганнибалов продали, семейство очень разрослось и решили продать дом и разделить деньги между семейством. Надежде Осиповной и Сергею Львовичу тоже выплатили часть денег за продажу дома Ганнибалов, они купили себе поместье и село Михайловское в Псковской губернии.
Село Кистеневка и Болдино в Нижегородской губернии принадлежали Василию Львовичу Пушкину.
Василий Львович Пушкин устроился редактором "Вестник Европы" при типографии  Московского университета, где печатал свои знаменитые стихи о Москве и Франции:
Друзья! Сестрицы! Я в Париже!
Также Василий Львович Пушкин напечатал свою поэму "Опасный сосед" и выпустил его отдельной книгой. Франция описана в этой поэме, словно публичный дом.
В 1817 году стали печататься стихи молодого Александра Сергеевича Пушкина в журнале "Вестник Европы", Александр Сергеевич Пушкин ещё учился в Лицее и очень гордился тем, что его печатают в журнале "Вестник Европы".

Не только на Джейн Остин была похожа Наталья Николаевна Гончарова, Джейн Остин также была похожа на Английскую писательницу Агату Кристи.


Портреты Агаты Кристи, Джейн Остин в платье из неотбеленного шёлка и художницы иллюстратора Беатрис Поттер.

Беатрис Поттер иллюстрировала свои книги о кролике Питере, можно сказать, что с этими детскими книгами выросли многие дети в Великобритании.
Знаменитый персонаж детективов писательницы Агаты Кристи старушка, которая много знает, мисс Марпл, её в фильме по книгам Агаты Кристи сыграла актриса Джоан Хиксон. 

Английская актриса Джоан Хиксон и Американская актриса Лаура Хоуп Крюс похожи внешне.
Английская писательница Агата Кристи похожа внешне на современную Английскую писательницу настолько популярную, что её немного ревновала к народной славе Великобританская королева Елизавета ll, и ревновала она к Английской писательнице Джоан Роулинг и мы все помним знаменитую Поттериану Английской писательницы Джоан Роулинг, откуда же взяла фамилию Поттер Джоан Роулинг, не от детской ли писательницы Беатрис Поттер.

Английская писательница Джоан Роулинг и Английская писательница Агата Кристи.

У Иван Александровича Загряжского были две жены: Александра Степановна, в девичестве Алексеева, и вторая помоложе Эуфрозиния Ульрика фон Липхарт.
От первой жены у генерал-поручика Смоленского драгунского полка Ивана Александровича Загряжского родились:   сын Александр Иванович Загряжский, после служивший вместе с отцом в Смоленском полку и дочери Софья, Елизавета и Екатерина.
У Эуфрозинии Ульрики фон Липхарт родилась от Ивана Александровича Загряжского дочь Наталья Ивановна Загряжская в 1785 году.
Загряжские участвовали в битвах с Наполеоновскими войсками и генерал-поручик Иван Александрович Загряжский погиб в 1812 году, а Александр Иванович Загряжский погиб в 1813 году, много в то время Российских воинов погибло, да и Французских.
Поместье Загряжских было под Тамбовом и называлось Загрядчина, усадьба стояла кирпичная, добротная, в два этажа.
Жила в этом поместье под Тамбовом Александра Степановна Загряжская вместе со своими дочерьми, Софья ещё в 1800 году замуж вышла за Французского графа Франсуа-Ксавье же Местра, он приехал после Французской революции в Россию.
И две дочери Елизавета Ивановна и Екатерина Ивановна жили вместе с матерью в усадьбе Загрядчина и весной 1820 года матушка Александра Степановна Загряжская померла.
Софья Ивановна со своим мужем графом де Местром остались в поместье Загрядчина хозяевами, вместе с ними в поместье осталась и сестра Елизавета Ивановна, а Екатерина Ивановна Загряжская, хоть ей и было 40 лет не захотелось остаться в усадьбе Загрядчина под началом сестры Софьи Ивановны и она приказала своей горничной собрать  вещи в саквояж и чемоданы, забрала карету и пару лошадей из поместья, села в карету вместе с горничной, каретой правил кучер и Екатерина Ивановна Загряжская поехала в Царское Село к великой княгине Александре Федоровне и по дороге заехала в город Москву к Наталье Ивановне Гончаровой в дом Гончаровых, немного передохнуть в дороге, недельку погостила в доме Гончаровых, привела с дороги себя в порядок, в баньку сходила вместе со своей горничной.
Екатерина Ивановна рассказала Наталье Ивановне, что померла её матушка Александра Степановна, они посидели, помянули Александру Степановну, а через неделю Екатерина Ивановна Загряжская отправилась в путь к великой княгине Александре Федоровне в Царское село, приехала Екатерина Ивановна летом 1820 года и отправилась на поклон к великой княгине Александре Федоровне, приняла её великая княгиня Александра Федоровна, Екатерина Ивановна и говорит, что желает она быть её придворной фрейлиной.
Великая княгиня Александра Федоровна отвечает:
- У меня фрейлины не держатся, я их всех замуж выдаю, возьму тебя, Екатерина Ивановна, статс-дамой, будешь над фрейлинами присматривать.
Екатерина Ивановна отвечает:
- Хорошо, Ваше Высочество.
Великая княгиня Александра Федоровна ей говорит:
- А, может быть, ты хочешь замуж выйти, я бы тебе нашла генерала  постарше, да и замуж бы выдала.
Екатерина Ивановна ответила Великой княгине Александре Федоровне:
- Не хочу я замуж выходить, Ваше Высочество.
Осталась Екатерина Ивановна в Царском Селе статс-дамой над фрейлинами.
Наталья Ивановна Гончарова после отъезда Екатерины Ивановны Загряжский также приказала своей горничной собрать все вещи, а сама у мужа Николая Афанасьевича Гончарова отпросилась в гости к матери Эуфрозинии Ульрике фон Липхарт, Николай Афанасьевич дал ей своё разрешение и отправилась в середине лета Наталья Ивановна с дочерью Натальей Николаевной и с горничной в карете с кучером до поместья Яропольце под Волоколамском и сопровождали их двое всадников на конях, доехали до Яропольца через пять дней.
Встретила их Эуфрозиния Ульрика фон Липхарт в поместье Яропольце, поместье Яропольце после войны 1812 года было разорено, к 1820 году под руководством Эуфрозинии Ульрики крестьяне поместья привели усадьбу Яропольце в порядок.
Усадьба Яропольце было каменная с огороженным садом.
Наталья Ивановна с дочерью остались у Эуфрозинии Ульрики фон Липхарт гостевать на год в поместье, летом сидели за чаем в саду усадьбы и Наталья Ивановна и говорит своей матери:
- Первая то жена Ивана Александровича Загряжского Александра Степановна померла.
А Эуфрозиния Ульрика ей и отвечает:
- Царствие ей небесное, никогда её не видела, не встречались мы с ней ни разу, меня  Иван Александрович сразу в Яропольце поселил, а первая его жена жила под Тамбовом и он время от времени к ней ездил, а так генерал всё время в Яропольце жил, отсюда до города Москвы ближе, он по службе в Москву ездил.
Наталья Ивановна вместе с дочерью прожили в поместье Яропольце и осенью, когда зарядили дожди, они сидели в поместье и смотрели, как под дождем опадает листва с деревьев вокруг поместья.
Зиму встретили в поместье Яропольце, бабушка Эуфрозиния Ульрика фон Липхарт приказала пошить маленькой Наталье Николаевне шубку из овчины и шапку из овчины, справили ей красивые белые валеночки и красивые шерстяные варежки и шарфик с шерстяной шапочкой.
Наталья Ивановна Гончарова, конечно, одевала Наталью Николаевну, только Николай Афанасьевич Гончаров на Наталью Николаевну денег не давал, а давал 40 тысяч в расчёте на семью: своих шестерых детей и на Наталью Ивановну, Наталья Ивановна донашивала свои давнишние платья, да шубу свою старую носила, а старалась одевать свою дочь Наталью Николаевну,  ей то платье перешивали из платьев Натальи Ивановны, то материал купят и новое сошьют, а бабушка Эуфрозиния Ульрика одела свою внучку всю с ног до головы во всё новенькое.
Зимой маленькая Наталья Николаевна в своей шубейке выходила играть с деревенскими детьми в снежки или лепили снеговика, или делали вместе горку перед Новым годом, после вместе и катались.
Вечером сидели всей семьёй за столом и Эуфрозиния Ульрика фон Липхарт учила маленькую Наталью Николаевну Германскому и Французскому языкам.

Только поздней весной 1821 года вернулись Наталья Ивановна Гончарова с дочерью Натальей Николаевной в город Москву в карете и с сопровождением. Эуфрозиния Ульрика фон Липхарт подарила своей внучке крепостную горничную Акулину, 15 лет, обученную шить и делать несложные причёски, в карете до Москвы ехали барыня Наталья Ивановна, барышня Наталья Николаевна и две горничные.
Ранней весной в доме Гончаровых появилась маленькая барышня Наталья Николаевна во всём новеньком и потекла обычная жизнь Гончаровых.
Французский язык преподавала детям Гончаровым мадам Кати, Математику и Физику, Словесность и чистописание преподавали приходящие учителя.
В 1821-1822 годах маленькая Наталья Николаевна красовалась зимой в новеньких валеночках, белой шубке и белой шапочке зимой, а уже к 1823 году барышня Наталья Николаевна немного выросла из своей шубки, зиму всё таки она в шубе проходила.
Брат Сергей Николаевич Гончаров в 1822 году пошёл учиться в Московский университет, а его братья Иван Николаевич и Дмитрий Гиколаевич учились в частных лицеях  города Москвы.
Семья Гончаровых обучила в университете только одного старшего наследника.
Наталье Николаевне в 1822 году было девять лет и она поздравила своего брата с обучением в Московском университете.
В 1823 году летом Наталья Ивановна Гончарова позвала к себе в комнату горничную Акулину и свою горничную, они взяли овчинную шубку и шапочку Натальи Николаевны и стали перекраивать, из шапочки они скроили муфту для Натальи Николаевны, от шубы отрезали рукава и скроили из верха рукавов ещё две муфты для сестёр Натальи Николаевны, из шубы перекроили и сшили женский овчинный жилет, вывернули его мехом внутрь и покрыли его тёмно-синим атласом, и муфты покрыли тёмно-синим атласом.

Наталья Ивановна достала своё синее пальто из сундука, которое носила фрейлиной в 1803  году, отрезали у пальто подол  до бёдер, в 1823 году предполагались уже более пышные юбки, подвернули рукава, одели Наталье Николаевне примерить и накинули сверху жилет и получился стиль у Натальи Николаевны а-ля Рюс, тем более, что шить словно швеи в ателье, горничная Акулина не умела, а что-то переделать и перешить могла.
Летом маленькая Наталья Николаевна подарила своим сестрам овчинные муфты, крытые синим атласом, а сестры Екатерина Николаевна и Александра Николаевна, собравшись своими деньгами подарили Наталье Николаевне полусапожки и зимнюю шапочку.
Зимой 1823-1824 года барышня Наталья Николаевна ходила по улицам города Москвы в стиле а-ля Рюс, а её сестры были одеты очень богато по моде того времени, приходило время уже сватать барышень Гончаровых.

Современные любители фентези все с придыханием говорят об Английской писательнице Джоан Роулинг, она не первая в этом жанре и до неё на небосклоне Великобритании и фэнтези сиял Великий и ужасный Толкиен: Джон Рональд Руэл Толкин.
В 1980-е годы любители фентези говорили: читали ли они Толкиена, в Советском Союзе достать книги Толкиена было тем ещё квестом, я Толкиена не читала, хорошо что Голливуд снял фильмы по произведениям Толкиена и я хотя бы полюбовались на "Властелина колец".
Книги Джоанны Роулинг также все сняли на кинопленку и впервые я ознакомилась с книгами Джоан Роулинг в фильмах о Гарри Поттера.

Имя Джоанны Роулинг напоминает имя  писателя фентези Джона Рональда Руэла Толкина.


Писатель фентези Джон Рональд Руэл Толкин похож внешне на Советского актёра Василия Ливанова и на Советского ученого физика Петра Леонидовича Капицу.



Похож писатель фентэзи Джон Рональд Руэл Толкин и на Советского писателя фантастики Александра Волкова, мы все читали его произведение "Урфин Джюс и его деревянные солдаты" из цикла "Истории страны Оз".
Чем-то эти произведения "Властелин колец" и "Истории страны Оз" похожи.
Также писатель  Александр Мелентьевич  Волков  похож на Советского актёра Бориса Кузьмича Новикова и на Американского писателя и сценариста Френка Баума.

В декабре 1825 года в городе Санкт-Петербурге произошло Декабрьское восстание и пришёл к власти император Николай l.
В городе Москве об этом узнали только в январе 1826 года с приездом постаревшего императора Александра l и его супруги Елизаветы Алексеевны вместе со свитой в Московский Кремль. 
Узнали в городе Москве и о Декабристах, томящихся в Петропавловской крепости.
Дальше события развивались стремительно, всю семью Бестужевых арестовали, включая женщин и детей, присвоили Бестужевым к фамилии вторую фамилию - Рюмины, за то, что они с Наполеоном на брудершафт пили, и уже весной 1826 года отправили всех Декабристов в Сибирь до города Иркутска строить крепость в городе Иркутске, за одно и Бестужевых-Рюминых отправили в Сибирь  Русскую культуру в народные массы Сибири продвигать.
Была ещё и Наталья Ивановна Гончарова, которая тесно общалась с Французским маршалом Даву, впрочем Москвички многие тесно познакомились с Французами в период оккупации Французами города Москвы.
Гончаровых не тронули, поставки парусины для Российского флота - это святое, тем более, что про парусину Гончаровых в Великобритании говорили, что это лучшая парусина, а Англичане в этом знали толк.
Но от Гончаровых в городе Москве шарахались и стали не замечать невест барышень Гончаровых.
В доме у Гончаровых стала мрачная обстановка.
Наталье Николаевне Гончаровой исполнилось в 1826 году 13 лет, дома с ней перестали общаться сёстры, братья учились, кто в Московских Лицеях, кто в Московском университете.
Николай Афанасьевич Гончаров, задумался о женском счастье дочерей и на летний бал в городе Москве привёл свою любовницу мадам Кати, мадам Кати было  30 лет в отличие от сорокаоднолетней Натальи Ивановны Гончаровой.
На балы престарелых императоров в городе Москвы приводили молоденьких любовниц, а не законных жён, на бал императора в городе Санкт-Петербурге никто бы не привёл свою любовницу, да и не пропустили бы на бал императора в Санкт-Петербурге мужчину с любовницей, только законных жён с мужьями пропускали на балы императора в Санкт-Петербурге, а вот престарелые монархи в городе Москве любили полюбоваться на молоденьких любовниц и Московских дебютанток.
В 1826 году Николай Афанасьевич Гончаров не привёл своих дочерей на бал, а представил Александру l и его супруге Елизавете Александровне только свою любовницу мадам Кати.
Императрица Елизавета Алексеевна с удовольствием поболтала с мадам Кати на Французском языке, а император Александр l полюбовался на молоденькую мадам Кати.
Своих дочерей: восемнадцатилетнюю Екатерину Николаевну и шестнадцатилетнюю Александру Николаевну Николай Афанасьевич Гончаров представил к Московскому двору только в 1828 году.
Никто не собирался представлять ко двору Наталью Николаевну Гончарову, она задумалась о деньгах и о том, как бы она могла бы их заработать.
Наталья Николаевна вместе горничной Акулиной отправилась на коляске семьи Гончаровых, отпросившись сначала у маменьки Натальи Ивановны и у папеньки Николая Афанасьевича в Московский университет в типографию "Вестника Европы" к редактору Василию Львовичу Гончарову и представила ему свои стихи на Французском языке, мадам Кати с ней очень хорошо позанималась и Французский язык Наталья Гончарова знала очень хорошо.
Василий Львович Гончаров прочитал стихи Натальи Николаевны Гончаровой, где она рифмовала карьер и сойер, сойер по Французски означает сестра.
В вольном переводе с Французского языка Наталья Ивановна написала:
Дорогой брат, желаю тебе хорошую карьеру,
Любящая тебя сойер (сестра).
Стихи она написала брату Сергею Николаевичу Гончарову, поступившему служить в конные войска города Москвы в 1828 году.
Василий Львович Пушкин прочитал эти стихи на Французском языке, не очень впечатлился и сказал пятнадцатилетней Наталье Николаевне Гончаровой, а не могла бы она написать прозу  на Русском языке.
Наталья Николаевна Гончарова выслушала редактора журнала "Вестник Европы", сказала, что подумает и уехала.
Василий Львович Пушкин с мыслью, что он больше никогда не увидит молодую барышню Гончарову, занялся в своём кабинете текущими делами редакции журнала "Вестник Европы".

У Москвича Василия Львовича Пушкина был брат
 Сергей Львович Пушкин, женатый на Петербургской дворянке Надежде Осиповне Ганнибал, они проживали вместе в доме Ганнибалов в Санкт-Петербурге до 1820 годаф.
У четы Пушкиных в Санкт-Петербурге было много детей: дочь Ольга Сергеевна Пушкина, родилась в 1797 году в Санкт-Петербурге в доме Ганнибалов, вышла замуж в 1809 году за
Николая Ивановича Павлищева, дочь Ольга Сергеевна была фрейлиной при дворе Александра l и императрицы Елизаветы Алексеевны.
Чтобы выдать свою старшую дочь замуж Надежда Осиповна продала свою усадьбу Кобрино в 1809 году, в 1809 году и случилась свадьба. У молодых родился сын Лев Николаевич Павлищев.
Вторым сыном у пары был Александр Сергеевич Пушкин.
Также у Надежды Осиповны и Сергея Львовича родились дети: Николай, Софья, Павел, Михаил и Платон, самый младший родился в 1817 году.
В 1812 году некоторые дети четы Пушкиных в Санкт-Петербурге умерли.
Сергей Львович Пушкин участвовал в войне 1812 года и дошёл вместе со своим полком в Егерском батальоне до Парижа и вернулся только в 1817 году из Европы.
В 1820 году семья Ганнибалов продали дом Ганнибалов в Санкт-Петербурге и разделили деньги между Ганнибалами, одна/шестая доля от денег досталась и Надежде Осиповне Пушкиной, в девичестве Ганнибал, на эти деньги Пушкины купили село Михайловское и переехали в усадьбу  Михайловское. Усадьба Михайловская деревянная, в два этажа с колоннами и балконами.
Чета Пушкиных жила в селе Михайловском, никуда не выезжая, дети могли приехать и пожить с ними, когда только им вздумается, Пушкин жил со своими родителями с 1820 года до 1822 года в селе Михайловском, а после уехал  на службу в город Одессу под начало генерал-губернатора Воронцова, где пробыл до 1824 года.
С 1824 года Александр Сергеевич Пушкин, уверившись в том, что не может служить и писать отчёты сухим канцелярским языком, отправился в город Москву под начало своего дяди Василия Львовича Пушкина и они вместе издавали журнал "Вестник Европы".
У Василия Львовича Пушкина от  первой жены Капитолины Михайловны Вышеславцевой родился в 1895 году  сын Лев Васильевич Пушкин, а  дочь Маргарита Васильевна в 1810 году.
В 1817 году Капитолина Михайловна развелась с Василием Львовичем Пушкиным и вышла замуж за промышленника Ивана Акимовича Мальцева и родила ему троих детей: Василия, Марию и Сергея.
Василий Львович Пушкин привёз из Парижа библиотеку и Французского гувернера для своего сына Льва Васильевича Пушкина, несколько лет Французский гувернер занимался с Львом Васильевичем Пушкиным, обучал его этикету и Французскому языку.
За дочерью Маргаритой Васильевной присматривала гувернантка Анна Николаевна Ворожейкина.
Французский гувернер воспитывал Льва Васильевича Пушкина во Французском духе до 17 лет после Лев Васильевич Пушкин, посчитав себя взрослым отправился с деньгами своего отца покорять Санкт-Петербург и окунулся в светскую жизнь Санкт-Петербурга. 
Лев Васильевич Пушкин был высок и полной противоположностью Александра Пушкина - был блондином.
Свою поэму о декабристе Евгении Онегине Александр Пушкин писал о своём двоюродном брате Льве Васильевиче Пушкине, именно Лев Васильевич Пушкин снимал квартиру в Санкт-Петербурге и с утра наносил визиты, а вечером спешил в театр.
А во время Декабрьского восстания, штатский Лев Васильевич Пушкин стоял в первых рядах с Декабристами и махал саблей. 
К Бенкендорфу вызывали совсем не Александра Сергеевича Пушкина, а его двоюродного брата Льва Васильевича Пушкина, поглядев на молодого человека император Николай l сразу нашёл ему занятие и приписал Льва Васильевича Пушкина в полк Кавалергардов полковника Петра Петровича Ланского.
И вместе с полком Петра Петровича Ланского Льва Васильевича Пушкина отправили в Сибирь, где Лев Васильевич Пушкин вместе с другими Декабристами строил крепость в городе Иркутске.
Стихотворение Пушкина: "Во глубине Сибирских руд, храните гордое молчанье", было посвященно его двоюродному брату Льву Васильевичу Пушкину.
Роман "Евгений Онегин" также посвящён двоюродному брату Александра Сергеевича Пушкина Льву Васильевичу Пушкину, а Евгений он от слова "Гений", потому что будучи штатским шалопаем ввязался в военные разборки, а после всю жизнь провёл в военной службе и женился только в 50 лет.

Сестра Александра Сергеевича Пушкина Ольга Сергеевна была похожа на Французскую писательницу Жорж Санд.

Ольга Сергеевна была фрейлиной цесаревны  Елизаветы Александровны и не оставила свою покровительницу и когда к власти пришёл император Николай l в 1832 году вместе со своим супругом Николаем Ивановичем Павлищевым они уехали в Польшу вслед за цесаревной Елизаветой Александровной.
Ольга Сергеевна Павлищева была Российской писательницей и поэтессой, мемуаристкой.


Английская писательница, литературный критик и феминистка Вирджиния Вульф похожа на Французскую писательницу Жорж Санд, а Американская писательница, новелистка, феминистка, поэтесса и преподаватель Шарлотта Перкинс Гилман похожа на Ольгу Сергеевну Паалищеву.
Семья Павлищевых в городе Санкт-Петербурге жила на улице Марата, дом 25/12, некоторое время вместе с ними жил и Лев Васильевич Пушкин с 1824 до 1826 года, позже он уехал вместе с полком Кавалергардов в Сибирь.
Наталья Николаевна Пушкина встречалась в городе Санкт-Петербурге не с свекровью Надеждой Осиповной и свекром Сергеем Львовичем Пушкиными, а с сестрой поэта Александра Пушкина Ольгой Сергеевной и её мужем Николаем Ивановичем, перед их отъездом в Польшу.

Наталья Николаевна Гончарова к 1829 году написала пять рассказов, несколько рассказов были написаны по полковым байкам брата Натальи Николаевны -  Сергея Николаевича Гончарова, вместе с ним в Уланском полку служили уже два его брата: Иван Николаевич и  Дмитрий Николаевич.
Рассказы: "Выстрел", "Метель" были навеяны полковыми байками и воспоминаниями 1812 года.
Рассказ "Гробовщик" немного описывал настроение Натальи Николаевны Гончаровой, оказавшейся в некоторой изоляции дома.
"Станционный смотритель" навеян мечтами о будущем, о том, что она вырвется из дома и всё у неё получится.
"Барышня-крестьянка" навеяна самим Василием Львовичем Пушкиным, Наталья Николаевна Гончарова читала журнал "Вестник Европы" и поговорила с Василием Львовичем Пушкиным, впечатления у неё были огромные.
С пятью рассказами, как раз для формата журнала "Вестник Европы"  молодая  Наталья Николаевна с горничной Акулиной приехала на коляске Гончаровых к Московскому университету летом 1829 года.
Василий Львович Пушкин прочитал её произведения и ему они понравились, он попросил заехать Наталью Николаевну на следующий день.
На следующий день в редакции журнала "Вестник Европы" ожидал молодую писательницу уже знаменитый поэт Александр Сергеевич Пушкин, они поговорили о творчестве молодой писательницы и Наталья Николаевна очень обрадовалась высокой оценке её творчества.
Василий Львович Пушкин сказал ей:
- Давай сделаем так, мы вас с Александром Сергеевичем женим  и ты будешь писать под именем Александра Сергеевича Пушкина, женских романов наше общество ещё не готово принимать и если я выпущу твои рассказы под именем Натальи Николаевны Гончаровой никто не будет их читать.
Наталья Николаевна Гончарова, держа свои рассказы в руках, ответила Василию Львовичу Пушкину, что необходимо поговорить с её маменькой Натальей Ивановной и её отцом Николаем Афанасьевичем Гончаровым.
Василий Львович Пушкин и Александр Сергеевич Пушкин уже на следующий день посетили дом Гончаровых на Большой Никитской и поговорили с Николаем Афанасьевичем Гончаровым о свадьбе и о бумаге для типографии, о творчестве его дочери.
Николай Афанасьевич Гончаров обрадовался и они заключили с типографией "Вестника Европы" договор о поставках бумаги для типографии на льготных условиях, разговор пошел и о публикации книги Натальи Николаевны Гончаровой, здесь Афанасий Николаевич Гончаров предоставил бумагу для публикации бесплатно.
Вот таким было приданное Натальи Николаевны Гончаровой, бумага для публикации повестей Белкина.

Александр Сергеевич Пушкин уверял, Наталью Николаевну Гончарову, что больше ей не придётся писать рассказов и поэтому рассказы были выпущенны под именем покойного писателя Ивана Петровича Белкина.
Поговорил Василий Львович Пушкин и с Натальей Ивановной Гончаровой и они вместе провели обручение  Натальи Николаевны Гончаровой и Александра Сергеевича Пушкина.
Александр Сергеевич Пушкин жил в то время вместе с дядей в городе Москве в доме на улице Басманной на втором этаже.

В Москве зимние балы проводили очень по домашнему, платья были не такими открытыми, как в городе Санкт-Петербурге, открытые плечи в Московском  обществе немного осуждались, здесь можно вспомнить первый бал Наташи Ростовой а закрытом платье в городе Москве, Москвичка Наташа Ростова танцевала на балу в городе Москве, или можно вспомнить выражение Пушкина: "Лиза голенькая" -  о княгине  Елизавете Хитрово, которая ходила на Московские балы всего лишь с открытыми плечами.
Тут можно вспомнить и осуждение Льва Толстого Элен Курагиной с открытыми плечами, а это был  Московский бал, где девицы совсем не открывали плеч, в Москве это считалось неприличным, княгиня Хитрово продвигала культуру в городе Москве, а культура не продвигалась.
Так что Наталья Николаевна пришла на свой первый бал в городе Москве в закрытом сереньком платье с белым воротничком и стояла скромно рядом с мадам Кати, потому что мать Натальи Николаевны Гончаровой по балам не ходила, а танцевала Наталья Николаевна только с женихом Александром Сергеевичем Пушкиным.
Сёстры Натальи Николаевны Екатерина Николаевна и Александра Николаевна стали снова разговаривать со своей сестрой Натальей Николаевной.
На барышень Гончаровых стали обращать внимание и Московские кавалеры.
Александр Сергеевич Пушкин к 1830 году знаменитый поэт, племянник знаменитого в Москве поэта Василия Львовича Пушкина  танцевал с Натальей Николаевной Пушкиной, выглядели они вместе словно знаменитость с моделью.
Наталье Николаевне Гончаровой, впервые попавшей на бал, всё понравилось, сёстры её также веселились, Екатерина Николаевна и Александра Николаевна одеты были более модно, чем Наталья Николаевна и платья у них были с закрытыми плечами.

В феврале в городе Москве уже не давали балов и Александр Сергеевич Пушкин с крепостным дядькой поехал по зимнику с ямщиком на повозке, запряженной конями в село Михайловское - получить благословение своих родителей на брак с Московской дворянкой Натальей Николаевной Гончаровой. Побыв неделю в селе Михайловском, Александр Сергеевич Пушкин вернулся в город Москву уже в середине марта.
Зимний путь в те аремена считался более быстрым, чем летний путь на конях, кони мчали сани по накатанной дороге.
Александр Сергеевич Пушкин с дядей Василием Львовичем Пушкиным в конце марта пришли с визитом к Наталье Ивановне Гончаровой, матушке своей невесты и переговорили о свадьбе, договорились о свадьбе в сентябре 1830 года в городе Москве и что молодая жена будет жить в доме на улице Басманной на втором этаже вместе с мужем Александром Сергеевичем Пушкиным, на первом этаже жил Василий Львович Пушкин с домочадцами.
В апреле 1830 года в Москве началась холера, вначале было только несколько случаев.
Многие из Москвы уехали сразу же, Гончаровы также выехали, Александр Сергеевич Пушкин пришёл проститься со своей невестой Натальей Николаевной Гончаровой и Наталья Николаевна передала ему свои рассказы для  правки.
Николай Афанасьевич Гончаров с мадам Кати и дочерьми Екатериной Николаевной и Александрой Николаевной поехали на Полотняный завод к деду Афанасию Николаевичу Гончарову на своей карете и коляске.
А Наталья Ивановна Гончарова вместе с дочерью Натальей Николаевной Гончаровой отправились в поместье Яропольце с двумя горничными и одним слугой на двух повозках с ямщиками.
В поместье Яропольце встречала их бабушка Эуфрозиния Ульрика фон Липхарт.
Эуфрозиния Ульрика фон Липхарт постарела и всё дивились росту Натальи Николаевны Гончаровой.
Гончаровы были высокими, Наталья Николаевна переросла свою мать Наталью Ивановну.
Вначале пообедали с дороги.
Эуфрозиния Ульрика фон Липхарт всё говорила:
- Как ты выросла, а что на тебе надето.
Сейчас же приказала собрать всех сенных девушек, взяла и двух горничных у Натальи Ивановны и Натальи Николаевны и усадила из за работу: шить платья для Натальи Николаевны Гончаровой.
Наталья Ивановна Гончарова привезла сундук с приданным Натальи Николаевны Гончаровой, в сундуке Наталья Ивановна собирала для своей младшей дочери ткань для платьев, атлас, шелк, кружева, было даже белое полотно из Полотняного завода, из него тотчас стали шить постельное бельё и бельё для Натальи Николаевны Гончаровой.
Всё лето шили горничные и сенные девушки приданное для Натальи Николаевны Гончаровой, пошили и белую овчинную шубку с подкладом из синего атласа и с синими лентами у воротника, белую овчинную шапку и белую овчинную муфту.
А в Москве в это время бушевала эпидемия холеры, император Александр l не покинул города Москвы, больных свозили в больницы и отпаивали крепким сладким  чаем.
Александр Сергеевич Пушкин также не покинул города Москвы, летом 1830 года дядя Василий Львович Пушкин заболел холерой и Александр Сергеевич Пушкин был у постели больного дяди и отпаивал его крепким сладким чаем, несмотря на все старания горничных и второй жены Василия Львовича Пушкина Елизаветы Ценкер Василий Львович Пушкин скончался.
Любят в России пить черный байховый чай с XlX века и сбитень отошёл на второй план.
Приболел и император Александр l Павлович, его всё таки отпоили чёрным сладким чаем.
После похорон любимого дяди Александр Сергеевич Пушкин получил в наследство два поместья Кистенево и Болдино, дядя просил сохранить для своего сына Льва Васильевича Пушкина поместье Болдино, а Кистенево отдал в удел Александру Сергеевичу Пушкину.
Дом свой на Басманной Василий Львович Пушкин завещал своей второй жене Елизавете Ценкер, ей же оставил 3 тысячи рублей.
У Елизаветы Ценкер остался дом на Басманной,  две горничных, слуга и конюх, ей надо было позаботиться о себе и о слугах и она решила открыть в доме на Басманной пансион для постояльцев, а самой перебраться на второй этаж дома.
Александр Сергеевич Пушкин вместе с бумагами на поместье Кистенево и Болдино уехал в Нижний Новгород, посмотреть эти поместья, приехал Александр Сергеевич Пушкин в село Болдино 31 августа и пробыл в селе Болдино до 5 декабря 1830 года, когда наконец в Москве закончилась холера и сняли холерный карантин.
За это время Александр Сергеевич Пушкин заложил Болдино в опекунский совет, деньги выплачивали сразу же по числу заложенных крестьян и на сколько лет были заложены сёла, Александр Сергеевич Пушкин получил сколько то тысяч рублей, заложил Болдино на несколько лет вперёд, сам он при этом Опекунскому совету был ничего не должен, осенью опекунский совет собирал оброк с крестьян Болдино, кто-то из опекунского совета пользовался и барщиной с заложенных крестьян.
Пушкин сам не собирался жить в селе Болдино, а необходимо было приглядеть за поместьем.
Приглянулась Александру Сергеевичу Пушкину и молодая крестьянка Ольга Михайловна, было ей шестнадцать лет, это время Александр Сергеевич Пушкин провёл с крепостной крестьянкой и уезжая из Болдино забрал с собой Ольгу Михайловну, её отца Михаила и кузнеца из села Болдино и привёз в село Михайловское, где устроил Ольгу Михайловну вместе с отцом в отдельной избе, попросил отца Сергея Львовича Пушкина приглядеть за крепостной крестьянкой и её отцом.
В конце декабря по зимнику вернулась в город Москву и семья Гончаровых, кто из Полотняного завода, а кто из Яропольца.

В январе и Гончаровы и Пушкин были в городе Москве.
Александр Сергеевич Пушкин поселился в бывшем доме дяди Василия Львича Пушкина на улице Басманной, там был уже пансион, и Пушкин платил за пребывание в пансионе мадам Елизавете  Ценкер, Александр Сергеевич вместе с крепостным дядькой собирал свои вещи и библиотеку дяди Василия Львовича Пушкина, которую он завещал Александру Сергеевичу Пушкину, всё складывали в коробки и переносили в холл пансиона.
Чтобы перевезти библиотеку Александр Сергеевич Пушкин снял квартиру на Арбате через квартал от Большой Никитской 22 января 1831 года и они потихоньку вместе с крепостным дядькой перевозили библиотеку Василия Львовича Пушкина на второй этаж дома на Арбате и расставляли библиотеку  в зале, второй этаж был меблирован, Пушкин заплатил задаток в 1 тысячу рублей ассигнациями за шесть месяцев и когда три месяца прошло съехал, не стал доплачивать 1 тысячу, чтобы жить в доме семьи  Хитрово остальные три месяца.
Александр Сергеевич Пушкин нанял кухарку и прислугу дома семьи Хитрово.
Несколько комнат принадлежало Наталье Николаевне Пушкиной, несколько комнат принадлежало Александру Сергеевичу Пушкину, основной зал был на несколько окон.
1 февраля Александр Сергеевич Пушкин окончательно въехал в дом семьи Хитрово на второй этаж и стал ездить к Гончаровым договариваться насчёт свадьбы, свадьбу сыграли уже 18 февраля 1831 года, с утра съездили на колясках и каретах в церковь Вознесения у Никитских ворот вместе с семьёй Гончаровых, только Николай Афанасьевич с мадам Кати не поехали, у Пушкина в Москве остались только друзья и он был с друзьями, мальчишник накануне свадьбы провели на втором этаже дома семьи Хитрово, были Вяземские, Пётр Маликов, Дельвиг, Адам Мицкевич, младший брат Чайковского.
После венчания был обед в доме Гончаровых который устраивали вместе Наталья Ивановна Гончарова и Наталья Николаевна Пушкина, были братья и сёстры Натальи Николаевны Пушкиной, Пушкин с друзьями, оттуда был свадебный кортеж до дома на Арбате, привезли приданное невесты, которое включало в себя и постельное бельё из Полотняного завода Гончаровых.
В приданном Натальи Николаевны Гончаровой была овчиная шубка, шапка, и муфта и все бальные платья, праздничные и простые платья, всё это стоило бы 10 тысяч рублей, если бы покупалось в ателье, но как пишут в книге "Домострой" и дома всё нашлось и сшилось.
Так что с приданным Александра Сергеевича Пушкина не обманули.
Наталья Николаевна Пушкина была одета на свадьбу по-Московски в закрытом платье, платье было бальное серенькое с белым воротничком, в начале XlX века не было ещё моды на белые свадебные платья, мода на белые свадебные платья с веночком на голове из цветов апельсина или лимона пришла после свадьбы королевы Великобритании Виктории и принца Альберта Саксен-Кобург-Готского 10 февраля 1840 года.
Вечером был дан ужин на втором этаже дома на Арбате, хозяйкой была Наталья Николаевна Пушкина.
Вечером гости разъехались, прислуга стала убирать столовую комнату, а новобрачные удалились в спальню Натальи Николаевны.
С утра к Пушкину уже пришли друзья и Наталья Николаевна Пушкина осталась в своей спальне одна, позвала горничную Акулину и стали разбирать платья из сундуков и развешивать в шкафы, чтобы не помялись.
В апреле Александр Сергеевич Пушкин и Наталья Николаевна Пушкина дали бал в доме на Арбате для друзей Александра Сергеевича Пушкина и братьев и сестер Натальи Николаевны.
Медовые месяцы продлились до 15 мая в доме на Арбате, дом стоял недалеко от дома Гончаровых и к ним часто заезжала тёща Наталья Ивановна Гончарова, проведать свою дочь Наталью Николаевну.
Александр Сергеевич Пушкин записался в Английский клуб и заплатил за членство в клубе 300 рублей и время от времени оставлял свою молодую жену и ходил в Английский клуб, одним из развлечений Английского клуба на улице Большая Никитская была игра в карты и Александр Сергеевич играл в карты в Английском клубе с небольшими ставками.
Молодая Наталья Николаевна Пушкина была вечерами предоставлена сама себе и ходила в своей комнате из угла в угол, на следующий день приехала маменька Наталья Ивановна и Наталья Николаевна пожаловалась на одиночество в пустом почти доме.
Тёща Наталья Ивановна высказала Александру Сергеевичу Пушкину, что он сейчас играет в карты не на свои деньги, а на семейные деньги и что необходимо оставить это ребячество.
15 мая после всех сборов Пушкины съехали из дома на Арбате и уехали в Царское село.

В июне 1831 года по приезде в Царское Село Пушкины сняли дачу  вдовы камердинера императора Николая l некоего Китаева, дача была неподалёку от Александровского дворца и неподалёку от Екатерининского дворца, лето император Николай l и императрица Александра Федоровна проводили в Царском Селе.
Перевёз Александр Сергеевич Пушкин и свою библиотеку на 3 тысячи книг на дачу в Царском Селе.
Вместе со своей супругой Александр Сергеевич Пушкин посетил тётю своей супруги в Екатерининском дворце фрейлину Екатерину Ивановну Загряжскую.
Екатерина Ивановна тепло встретила свою племянницу Наталью Николаевну Пушкину и её супруга Александра Сергеевича Пушкина, Наталья Николаевна рассказала о жизни в Москве, о своих родственниках и родственницах, сказала, что сестры её: девятнадцатилетняя Александра Николаевна и двадцати двухлетняя Екатерина Николаевна Гончаровы всё никак не могут найти себе супругов, Наталья Николаевна даже для этого давала бал в доме на Арбате, чтобы сёстры ближе познакомилась с друзьями Пушкина, они протанцевали, посидели за столом и ничего.
Наталья Николаевна сказала, что ей необходимо попасть на аудиенцию к императрице Александре Федоровне и что тогда это снимет с семьи Гончаровых всякий налёт неблагонадежности.
Екатерина Ивановна ответила ей, что обязательно поговорит о ней с императрицей Александрой Федоровной.
Наталья Николаевна ходила каждую неделю к своей родственнице Екатерине Ивановне Загряжской в Екатерининский дворец.
Екатерина Ивановна Загряжская к тому времени многое прошла вместе с императрицей Александрой Федоровной, смотрела за её детьми, молилась вместе с Александрой Федоровной во время штурма Зимнего дворца в декабре 1825 года и пользовалась абсолютным её доверием и в один из дней Екатерина Ивановна Загряжская привела Наталью Николаевну Пушкину на аудиенцию к императрице Александре Федоровне, Наталья Николаевна говорила хорошо на Французском, Германском и Русском языках и она рассказала императрице о своих сёстрах Екатерине Николаевне и Александре Николаевне, которые никак не могут найти себе мужа в городе Москве.
Императрица Александра Федоровна выслушала Наталью Николаевну и она ей понравилась, тем более, что Наталья Николаевна немного была похожа на императрицу Александру Федоровну в молодости и она разрешила Наталье Николаевне посещать Екатерининский дворец и разговаривать с ней.
Александр Сергеевич Пушкин летом 1831 года был очень занят, он купил типографию Карамзина на Литейном проспекте, дом 36 в Санкт-Петербурге.
На первом этаже этого дома и была типография Карамзина, на втором этаже был кабинет издателя Пушкина и если посмотреть на обложку "Повестей покойного Ивана Петровича Белкина", то там написано что Александр Пушкин издал эту книгу, а не написал, также в кабинете издателя Александр Сергеевич Пушкин встретился с молодым Гоголем, по поводу издания его повести "Вечера на хуторе близ Диканьки".
Александра Сергеевича Пушкина сопровождал младший брат Натальи Николаевны Иван Николаевич Гончаров, были договоренности о поставках бумаги для издательства и по какой цене.
Уже в конце лета 1831 года была выпущена книга "Повести покойного Ивана Петровича Белкина" и книга была преподнесена императрице Александре Федоровне, книга императрице понравилась.
Выехали Пушкины из Царского села только поздней осенью, вместе с выездом императрицы Александры Федоровны и императора Николая l Романовых из Царского села.

Сейчас пишут, что Александр Сергеевич Пушкин был не очень богат и что Гончаровы были бедными, из Александра Сергеевича Пушкина в Советское время делали приемлемый для Советского времени идеал и из Гончаровых также, в семье Гончаровых Наталья Николаевна Гончарова была на положении Золушки, а так Пушкину вдвоём с Иваном Николаевичем Гончаровым принадлежал дом 36 по Литейному проспекту, купили этот дом в июне 1831 года, Пушкин вложился  30 тысяч рублей и Иван Николаевич вложился 30 тысяч рублей, на первом этаже дома была типография, склады для бумаги и магазин при типографии, где продавали бумагу Гончаровых, тетради, альбомы для рисования и книги, выпущенные в типографии.

Гончаровы были заинтересованы в расширении продажи бумажной продукции, а если пойдут книги Натальи Николаевны Гончаровой, то ещё лучше, книги пошли, в первый же год раскупили выпуск "Повестей покойного Ивана Петровича Белкина".
Канцелярский магазин с запахом бумаги и свежеотпечатанных книг, тетрадей, альбомов и  принадлежностей для рисования принадлежал Гончаровым.
На втором этаже были две восьмикомнатные квартиры Александра Сергеевича Пушкина и Ивана Николаевича Гончарова, третий этаж был с квартирами поменьше для сдачи в найм, если бы не пошла канцелярия и книги, то сдача в найм квартир в Петербурге был всегда доходным.
Посмотрим эти квартиры.




Квартира Александра Сергеевича Пушкина.
Кабинет Пушкина с чучелом медведя и далее анфилада комнат для приёма гостей, балов Пушкины не давали, но 5 комнат были в распоряжении гостей с библиотекой и чучелами медведей и даже с ковриком из шкуры медведя.
Некрасов занял квартиру  Пушкина  в 1847 году.
30 тысяч рублей у Пушкина были не только после того, как он заложил село Болдино, Пушкину завещал деньги Василий Львович Пушкин с обещанием, что он отдаст эти тридцать тысяч рублей, когда вернётся  его двоюродный брат Лев Васильевич Пушкин  из Сибири.
Возможно квартира была у Пушкина не восьмикомнатная, а двенадцати комнатная, потому что в кабинете с библиотекой и чучелами медведей жить не возможно, хотя есть диваны и столы.
Был также кабинет редактора журнала "Современник" на втором этаже дома 36 по проспекту Литейному.

Квартира Ивана Николаевича Гончарова, более сдержанный и консервативный  дизайн.
Беременную Наталью Николаевну Гончарову привезли поздней осенью в город Петербург на Литейный проспект, дом 36 и она была рада своему дому, своей комнате, жила она в квартире рядом с квартирой брата Ивана Николаевича Гончарова.
При доме А.С.Пушкина и И.Н. Гончарова был каретный сарай и конюшня, на первом этаже была камердинерская с камердинерами и конюхом.