Княжна и Взломщик

Аккаунта, с которого Роман когда-то общался с Ксюшей, давно не существовало. Как и номера телефона, с которого он писал ей в мессенджере. Но все беседы с этой мажоркой парень мог воспроизвести по памяти. Столько раз перечитывал ее редкие сообщения, что они врезались в мозг, как скрижали.

«Я буду скучать! И вообще не люблю железную дорогу. Но Люба боится летать, так что придется потерпеть», – это она написала, сев на поезд. Рома еще стоял на перроне и видел даже, как она набирает сообщение. Ему печатать было лень, и он просто ободряюще улыбнулся и помахал девчонке рукой.

В дороге ей было скучно, и сообщения сыпались одно за другим.

– Душно, но Люба боится открывать окно, чтоб не простудился Гаврик.

– Этот шкет с ума меня сведет своей болтовней.

– Пришлешь мне фотки с пляжа?

– Люба с папой смотрят друг на друга, как голубки. Хорошо, что мы их помирили.

– Я плохая дочь, раз помогаю другой женщине быть с папой? Маму я, получается, предала…

– Но я хочу, чтоб папа был счастлив, а с мамой у них все равно уже ничего не вышло. Разбитую вазу не склеить, а Люба хорошая.

– Тебе она тоже хорошей показалась, ведь да?

– Ты будешь по мне скучать?

Игнорировать сообщения подруги Роман не мог, и отвечал на каждое, путь и коротко:

– Потерпи.

– Сочувствую.

– Конечно, пришлю.

– Да, здорово.

– Это не предательство.

– Ты все правильно сделала.

– Люба классная.

– Уже скучаю!

Душой Ромка не кривил, и скучать по Ксюше начал раньше, чем она уехала – заранее знал, что скоро поезд унесет ее в столицу, и заранее переживал разлуку. Девчонка, конечно, обещала не забывать и приехать на будущий год, но Роман не слишком верил бабским обещаниям. Тем более что Ксюша была 13-летним подростком, и разве можно было ожидать от нее постоянства?

А вот в свое постоянство парень верил, и когда обещал девчонке, что не забудет ее никогда, знал, что слова не нарушит.

Того же, в чем уверен не был, Ксюше он обещать не стал. Например, что не будет гулять с другими девчонками или что обязательно на ней женится. Хотя хотел этого всей душой. И телом тоже. Только он знал, как непросто был устоять от соблазна совратить крошку.

А она ведь не по-детски была горяча – понял это уже по поцелуям. Но устоял. Не столько из-за бдительного контроля ее отца, который, не задумываясь, отправил бы соблазнителя на нары или прикончил бы собственноручно, сколько из-за своего собственного нежелания портить хорошей девчонке жизнь. А Ксюша, несмотря на то, что из богатой семьи, была хорошей: искренней, доброй и не зазнайкой.

Она общалась с Ромой и его родственниками на равных, не кичась своим положением. И время с бедным провинциалом, у которого едва хватало денег, чтобы купить ей мороженое, проводила с удовольствием.

Был бы Роман чуть глупее и наивнее, даже поверил бы, наверное, в то, что у них может быть будущее. Но он дураком не был и понимал, что дружить с ним Ксюше родители позволили лишь потому, что она была еще маленькой, и было ясно, что долго ее подростковая влюбленность не продержится. А к тому времени, когда возраст позволит мажорке задуматься о замужестве, о детском курортном романе она забудет. Посватайся же Роман к ней всерьез – его в лучшем случае осмеяли бы, а про худший и думать не стоило.

Самому парню тогда было уже 17 лет, и он смотрел на вещи трезво. Мужественно признался себе, что для столичной барышни знакомство с ним было не более чем курортным приключением, о котором она забудет, как только сойдет с поезда.

Но в душу его Ксюша влезла конкретно. И Ромке не верилось уже, что он сможет быть счастлив с другой. Он хотел быть только с ней, и поставил перед собой цель: к тому времени, как мажорка подрастет, достичь чего-то такого, чтобы она и его предки поверили, что он достоин ее.

Как Роман и предполагал, добравшись до Москвы, Ксюша замолчала. Правда, ненадолго. Через день примерно даже не написала, а позвонила ему. Ее переполняли негативные эмоции. Оказалось, что ее отец и Люба – женщина, на которой он совсем недавно женился – снова поссорились, даже развелись, и она уехала из столицы на свою малую родину. А ведь Роман по просьбе Ксюши даже похищение Гаврика – малолетнего сынишки Эдуарда Борисовича и Любы – инсценировал, чтоб их общее горе сблизило, и они помирились. Казалось, что у них с Ксюшей все получилось, и уезжали Князевы из Анапы в Москву дружной семьей. Выходило, что зря старались. Это, наверное, и раздосадовало мажорку, которая, хоть и была хорошей, к обломам не привыкла. А еще и отец, ради которого она старалась, велел ей в дела старших нос не совать, этим обидел.

- Значит, не судьба, - постарался утешить Ксюшу Роман. Кое-как убедил не расстраиваться. Хотя и сам немного огорчился. Эдуард Борисович и Люба казались идеальной парой. Получалось, что ошибочка вышла. Но мы и в своих-то чувствах часто обманываемся, не то, что в чужих.

Впервые Любу, Ксюшу и Гаврика Рома увидел у аквапарка. Разумеется, внимание его привлекла не полноватая тетка, державшая за руку тощего шкета, а стоявшая рядом с ними девушка. На ней было темно-синее платье с воланами, которыми играл легкий бриз. Тонкая талия была перехвачена широким поясом с огромным бантом, что делало фигурку девушки еще более хрупкой и воздушной. Волосы незнакомки были забраны в высокий хвост, оголяя изящную шейку, и в эту шейку Ромке юную принцессу почему-то страшно сильно захотелось поцеловать.

– Что ты на нее уставился? Это моя сестра! – предъявил Роману худощавый пацан, взяв принцессу за руку.

– Слава богу, что не моя, – хмыкнул Рома.

– Не ври! Ты на нее так смотришь, будто хочешь, чтобы она была твоей.

– Вот именно. На свою сестру я бы так смотреть не стал, – усмехнулся парень. – Я ж не извращенец. – И покосился на женщину, рядом с которой стояла барышня, опасаясь, что у взрослой тетки дерзкая реплика вызовет возмущение. Она и хотела что-то сказать – даже воздух в грудь набрала – но потом почему-то передумала. Ромка заговорщицки улыбнулся ей и, развернувшись спиной, ленивой походкой побрел вдоль забора, делая вид, что происшедшее его ничуть не взволновало. Но не ушел, а смешался с толпой, а после за девчонкой проследил: он решил, что во что бы то ни стало познакомиться с приглянувшейся ему красоткой. И познакомился-таки!

Ксюша оказалась чудной (куда ни поставь ударение – ей подошло бы), но ее мачеха была еще диковинней. Хорошая тетка, не заносчивая, видно, что не из заплесневелого бомонда. Как преуспевающий красавчик Эдуард Князев, отец Ксюши, умудрился обратить внимание на эту провинциальную простушку, для Романа оставалось загадкой. Но, тем не менее, Князев обратил и даже когда-то в прошлом заделал ей сына. Это Роме Ксюша рассказал. Типа, переспал ее отец, когда был в командировке, с этой Любой, и исчез, не зная о ее беременности. А теперь вот встретил, и чувства вспыхнули с новой силой.

Князев, со слов его дочери, тем еще ходоком был, но выбрал почему-то Любу. Хотя все равно не все у них гладко было. Странные их отношения связывали. Роману казалось, что ведут они друг с другом не как супруги и давние знакомые, а как влюбленные, у которых только-только начинается роман, и которые друг к другу все еще никак не притрутся. Они то мирились, то ссорились. Вот в Анапе перед отъездом помирились, а вернулись домой – разругались. Ксюша подумала даже, что навсегда.

Однако в итоге Князевы снова помирились и снова поженились. Ксюша описала это, как анекдот, и прислала Роману свадебные фотографии. После этого о нем как будто забыла.

Рома свое общение мажорке не навязывал, не звонил и не писал, а лишь присылал открытки к празднику. Ксюша отвечала: «Спасибо!» – и все. Инициативу пообщаться с анапским знакомым москвичка не проявляла.

Летом Роман был в столице, но на контакт с Князевыми выйти не пытался – им он был никем. Да и в Москву он приехал не для встреч со старыми знакомыми, а по делам: поступать на хакерский факультет специализированного вуза. Режим в этом заведении был особым, так что какое-то время своим смартфоном абитуриент не пользовался. А когда открыл, увидел, что ему писала Ксюша. Сказала, что они едут в Анапу.

«Если скучал – встречай!», – сообщение заканчивалось подмигивающим смайликом.

С назначенной даты прошло больше недели, а когда Роман вернулся в родной город и набрал Ксюшу, чтобы предложить встретиться, она сбросила звонок.

«К черту иди! И забудь обо мне на фиг!», – пришло сообщение.

И Ксюша внесла Романа в черный список.

Это было чуть меньше четырех лет назад. С тех пор Рома Ксюше не писал, не отправлял ей подарки и открытки. Она тем более на связь не выходила и вела беспечную жизнь, за которой Роман наблюдал со стороны. Так наблюдал, будто бы за сестрой присматривал. То есть это он Денису, другу своему говорил, что за Ксюшей, как за сестрой, следит, чтоб ее не обидели, потому что девчонка она хорошая и доверчивая – таким по жизни часто достается. Но сам-то он, конечно, понимал, что это отнюдь не братская опека: Ксюша, которую друзья из-за фамилии называли Княжной, нравилась ему как женщина, и полгода назад ей исполнилось восемнадцать лет.

Скромнягой Ксюша не была и с мальчиками общалась свободно. Одноклассникам и ребятам из параллельного класса она нравилась своей простотой и прямотой. С ней все было ясно: да – значит, да, а нет – значит, нет. Она не строила из себя недотрогу, но и на шею никому не вешалась, не за кем не бегала.

Да и зачем ей было за кем-то бегать, если бегали за ней? Одни ее боготворили за то, что с ней можно было поговорить по душам. Другие стремились с ней сблизиться из меркантильных соображений: у Ксюшиного отца были и деньги, и связи. Третьи думали преимущественно не головой, а головкой: к совершеннолетию фигура у Ксюши сформировалась и стала весьма соблазнительной.

Так что выбор у Княжны был, и она выбирала. Причем подошла к этому вопросу настолько основательно, что никак не могла отдать предпочтение кому-то одному. Встречалась то с одним, то с другим, но ни с кем длительно. Она даже не считала, что у нее с кем-то роман – она просто «дегустировала» ребят из своего окружения, чтобы выбрать лучшего, то есть достойного лишить ее невинности. Но идеала все никак не находилось.

То, что тот или иной мальчик в качестве партнера ей не подходит, Ксюша понимала, как правило, на этапе поцелуя. До этого раунда доходили многие, но дальше не прошел никто. Одни целовались слишком нежно, другие – чересчур напористо, третьи не знали, куда деть язык, четвертые орудовали им неправильно, пятые слюнявили ее, я не целовали, шестые пытались «сожрать» и так далее.

– Может, ты просто придираешься? – строила предположения лучшая Ксюшина подруга Настя. – Не может же быть, что ни один из дюжины ребят, с кем ты целовалась, не умеет этого делать! Другие-то девчонки довольны!

– А ты сама попробуй, и поймешь, что я права! – возражала Княжна.

Она-то знала наверняка, что не капризничает. Просто другим девчонкам не с чем было сравнивать, а ей было. Впервые с парнем она поцеловалась, когда ей не было и четырнадцати лет, и ей сразу это понравилось. Казалось, что могла это делать часами, так было сладко и приятно. И такое томление было, и такое доверие!

Произошло это где-то четыре с половиной года назад, когда отец чуть ли не силой повез ее отдыхать не за границу, а в Анапу, где он, можно сказать, решил провести параллельно и свой медовый месяц. Там Ксюша познакомилась с местным – Романом. Так вот он и стал ее первым (в смысле поцелуев). И его ласки стали для нее эталоном, с которым она сравнивала нежности своих сверстников.

До эталона не дотягивал никто. Но Ксюша продолжала надеяться найти того, кто целуется не хуже, а лучше Ромки. Она должна, просто обязана была найти лучшего! Чтобы доказать и себе, и Роману, что он для нее ничего не значил и не значит, что свет клином на нем не сошелся.

Курортный роман почти пятилетней давности давности Ксюша вспоминала и с радостью, и с горечью одновременно. Сам роман был, конечно, ничего, но позже Ромка все испортил. Он говорил, что никогда ее не забудет, будет ждать следующим летом и начнет скучать сразу же, как тронется поезд. Но на деле оказался вероломным обманщиком. Когда она написала радостное сообщение, что через день будет в Анапе, и сообщила Роме, когда ее можно встречать, парень ничего не ответил. И встретить Ксюшу на вокзал Рома тоже не пришел.

Браня себя за отсутствие гордости, Ксюша специально выбирала для прогулок маршруты, где могла случайно повстречаться с Романом. Но встречи не состоялось.

Спохватился предатель поздно – когда Князевы уже собирались уезжать в Москву. На Ромин звонок Ксюша не ответила: подумала, что лучшим наказанием для обманщика будет игнор. Но не выдержала и чуть позже все-таки отправила парню сообщение, чтобы он шел к черту, а о ней забыл.

Выполнил ли он ее поручение, Ксюша не знала. Знала лишь то, что сама Романа не забыла: сколько не пробовала, не выходило – что-нибудь, да и напоминало о нем. Может, поэтому Ксюша и пыталась найти парня, который окажется лучше ее первого – клин клином вышибают, как говориться. Но клин по имени Рома настолько плотно засел в сердце Княжны, что другие клинья ломались, даже не сдвинув его с места.

А в середине учебного года у Ксюши появилась еще и конкурентка – Лиза Кротова. Ее отец пошел на повышение, и они переехали в столицу из одного из центральных регионов. Обосновались в Москве сразу крепко, основательно. Сразу купили и шикарную квартиру, и дачу в Подмосковье. Дочку определили в престижный лицей, сына устроили в престижный вуз, в момент обзавелись полезными знакомствами.

Внешность Лиза имела заурядную, но зато умела хорошо себя подать. Знала девушка, на что приманивать сверстников. В школьные годы одной из главных ценностей для мальчишек является доступность секса. А Лиза вела себя так, будто все время хочет, да еще и намекала, что опыт половой жизни у нее ой какой большой! Разумеется, все лицеисты слетелись к ней, как мухи на мед, и Княжне пришлось прекратить свои поцелуйные эксперименты – свободных объектов для нее не осталось.

Впрочем, это не настроило Ксюшу против новенькой – Княжна вообще была девушкой приветливой и независтливой, хоть и за себя постоять тоже могла. Вместо того чтобы враждовать с новенькой, она решила с ней подружиться. Вместо того, чтобы критиковать Лизу, она постаралась понять, в чем она выигрывает, и перенять эти качества. Только вот признаться в том, что не считает себя совершенством и даже комплексует, Ксюша могла только себе. Остальным показаться слабой и несовершенной ей не позволяла гордость. Княжна вынуждена была делать хорошую мину при плохой игре, изображая ту, кем не являлась. Рядом с Лизой она играла роль искушенной барышни, для которой переспать с парнем – плевое дело.

Идя на сближение в новенькой, после последнего урока третьей четверти Ксюша пригласила ее к себе в гости – отметить каникулы. Пришла и Настя – скромная девочка, с которой Ксюша дружила с начальной школы. Княжна была доброй и, видя, что ее соседка по парте не может толком за себя постоять, взяла ее под свою опеку. Позже выяснилось, что у тихони Насти все же был характер, и свои принципы она была готова отстаивать любой ценой. Перед Ксюшей она не заискивала, могла и поспорить, но конфликтов между подругами обычно не возникало, потому что они ценили дружбу и на мелочи не обращали внимания. У девушек были разные характеры, но они удачно дополняли друг друга. Княжна была инициативна, горяча и ветрена, Настя – рассудительна, мягка и уравновешена. Ксюша не давала Насте уйти в себя, Настя уберегала подругу от безумных поступков, и они доверяли друг другу, наперед зная, что найдут у подруги понимание и поддержку, с какими бы секретами к ней не пришли.

Настя была единственным человеком, который (если не считать родственников Ксюши) знал о курортном романе Княжны почти пятилетней давности. Но даже ей не было известно, что о Романе Ксюша до конца еще не забыла и уже отчаялась забыть.

Лиза у Князевых была впервые, и ее поразил своеобразный, если не сказать резче, интерьер богатого и современного с виду дома. Здесь повсюду вклинивался хендмейд: вязаные салфетки под вазами, лоскутные покрывала, предметы декора явно ручной работы. Украшения у женщины, встретившей девушек, тоже были, вероятно, самодельными, но они ей хотя бы шли, не создавая резонанса.

– Теть Люб, познакомься, это Лиза Кротова, наша новая одноклассница, – представила женщине подругу Ксюша.

– Очень приятно, – кивнула женщина. – Вы не голодны? Обед будет только через час, но могу поставить чайник. С утра остались пирожки, так что можно перекусить, пока варится борщ.

– Спасибо, мы лучше подождем обеда, – извиняющимся тоном произнесла Ксюша и поспешила утянуть подруг за собой.

– Тетя Люба – это дальняя родственница, помогающая следить за хозяйством? – спросила Лиза, уверенная, что демонстрирует свою проницательность.

– Нет, что ты! – рассмеялась Ксюша. – Тетя Люба и есть хозяйка, это вторая жена моего отца.

– Мачеха то есть? Я не знала, что ты сирота, – подруга натянула на лицо маску сочувствия.

– Почему сирота? – не поняла Ксюша. – У меня оба родителя живы и еще тетя Люба есть – папина жена. И я ее мачехой никогда не называю. Мы договорились, что я буду называть ее тетей Любой, но можно и без приставки «тетя» – она не обижается. Она вообще классная.

– Хочешь сказать, что тебе не обидно за маму, что какая-то тетка увела у нее твоего отца? – удивилась Лиза, не услышав в голосе подруги обиды и раздражения на женщину, которую они только что обсуждали.

– Мне жалко было, что отец с мамой развелся, но это было давно, и мне уже не больно. К тому же понимаю, что развод ля них обоих был добром – они же друг друга терпеть не могут. Так что я только рада за папу, что он удачно женился хотя бы во второй раз. Не поверишь, я им даже помогала быть вместе, - сообщила Ксюша. – И не жалею, кстати. Они дружно живут и оба ко мне хорошо относятся. И еще тетя Люба не дает отцу надо мной издеваться, в смысле свободу мою ограничивать. Если б не она, он бы меня к батарее приковал, чтоб я была под присмотром и не наделала глупостей.

– Каких глупостей, например? – удивилась Лиза.

– Ну, например, чтоб не залетела. Сам он к противоположному полу сильно неравнодушен и уверен, что я в него, то есть могу загулять, пуститься во все тяжкие.

– А ты можешь? – поинтересовалась подруга.

– Залететь – не залечу, я ж не дура! Но мальчики мне нравятся, – ответила Ксюша уклончиво.

– Мне тоже, – призналась Лиза. – Только меня родители из-за этого к батарее не приковывают. Я даже не скрываю от них, что давно не девочка. Говорят, главное, чтоб предохранялась. Хочешь, фотку парня своего покажу?

Лиза села на диван и в гостиной и достала смартфон. Ксюша и Настя плюхнулись рядом.

– Вот, это Мурат! Мы с ним уже два месяца спим, и брат знает. Он нас, кстати, и познакомил, – Лиза начала листать фотографии, на которых она обнималась с темноволосым парнем среднего роста, но спортивным, подтянутым. Выглядел он лет на двадцать пять, но мог быть и моложе: его лицо украшала модная бородка, а растительность на лице многих мужчин визуально делает старше, брутальными.

На некоторых фотографиях Мурат был с красавчиком примерно его возраста или чуть моложе. У него была модная прическа, волосы были мелированы. Безупречная фигура с кубиками на прессе, правильные черты лица, пронзительно-синие глаза и сочные губы делали парня неотразимым. Портило его лишь надменное выражение лица, но в глаза это не бросалось. В целом юноша был суперским, так что даже Настя, обычно не сильно интересующаяся молодыми людьми, ахнула:

– Вот это мачо!

Ксюша тоже рассматривала парня с восхищением, думая, что с таким бы она, пожалуй, запросто забыла бы о предателе-Романе.

– А это как раз и есть мой брат Артур, – с довольной улыбкой сообщила Лиза. – Хотите, познакомлю?

– А это будет удобно? – неуверенно спросила Настя.

– Знакомь! – не стала ломаться Ксюша. – У него девушка есть?

– Ну, с кем потрахаться, Артурчик всегда найдет – сама понимаешь, – усмехнулась Лиза. – Но так, чтоб постоянная девушка была, после переезда в Москву я не замечала. Так что условно свободен, можно брать, – подмигнула девушка подругам. – Короче, сделаем так: я узнаю, когда он дома будет, и вас в гости позову.

Потом Лиза показала подруга еще нескольких парней.

– Вот этот был у меня первым! – похвалилась Лиза, продемонстрировав фотографию худощавого, но симпатичного парня, одетого модно, дорого и элегантно. – Он крутой. Ему только двадцать два года, а он уже имеет собственный бизнес – сеть ларьков быстрого питания. А в сексе вообще крут. Хотя и на Муратика грех жаловаться – не знаю даже, кто из них лучше.

Потом Лиза спросила, есть ли парни у Насти и Ксюши.

– На данный момент я свободна, – заметила Ксюша и, улыбнувшись, пошутила: – Можно брать!

– Я у меня еще не было парня, – призналась Настя, – не встретила еще того, с кем по-настоящему хочу быть.

– Может, и у тебя парня не было? Признавайся! – Лиза с прищуром глянула на Ксюшу.

– У меня был! – твердо сказала Княжна. – Могу даже фотки показать.

– Давай! – подбодрила Лиза.

– Сейчас за альбомом схожу, – Ксюша встала.

– За альбомом? – не поняла Лиза.

– Ну, да, мне тетя Люба сама альбом сделала, и я туда бумажные фотографии вклеила, получилась лавстори, – пояснила Ксюша.

Вскоре она вернулась с альбомом и продемонстрировала архив – фотографии, на которых она была снята более четырех лет назад с Романом.

Воспоминания нахлынули на Ксюшу жаркой волной. Она вспомнила теплые и сильные руки Ромки, его бережные, но уверенные прикосновения. Он не позволял себе много, но его пальцы блуждали то по руке, то по ноге девушки, погружая ее в негу. И губы у него были жаркими, вкусными, напористыми, но не наглыми. И когда он целовал, хотелось сладко стонать.

– Ты классно целуешься. Наверное, у тебя было много девчонок, – вздохнула Ксюша, когда Ромка поцеловал ее в первый раз.

– Такая сладкая, как ты, у меня впервые, – улыбнулся он. – Так что можешь считать, что ты у меня первая.

– И ты у меня первый, на самом деле, – призналась Ксюша.

– Это я понял, – Ромка снова улыбался. И такая обворожительная улыбка была у него, что Ксюша от нее млела!

– Понял, потому что плохо целуюсь? – засмущалась девушка.

– Не из-за этого, а просто – чувствую, что ты чистая и светлая, точно утренний бриз, – неожиданно поэтично ответил Роман. – А целуешься ты как раз здорово – не оторваться! – И как бы в подтверждение своих слов парень накрыл губы девушки, целуя ее нежно, но жадно, как будто смакуя поцелуй.

– Жаль, что скоро я уеду, – вздохнула Ксюша, когда юноша оторвался от ее губ. – Ты тут же забудешь меня, ведь так?

– Я тебя никогда не забуду, – твердо ответил Рома.

– И я тебя тоже. И я приеду сюда на будущий год, обязательно. Папа мне не откажет, – пообещала Ксюша. – Но я буду скучать.

– А я уже скучаю, – грустно улыбнулся Роман. – Как представлю, что ты уезжаешь – сразу начинаю скучать.

Ксюша, подумав, что он шутит, довольно рассмеялась.

– Да ты и вправду ранняя, как и я, – засмеялась Лиза, рассматривая фотки. – Только парень у тебя стремный какой-то. Ты что, из своего круга найти нормального мужика не могла?

– Он нормальный был, – заступилась за Рому Ксюша, забирая у подруг фотоальбом. – В сексе его пока что никто из нашего круга не переплюнул.

Говоря о сексе, Ксюша подразумевала поцелуи, но Лизе об этом знать было не обязательно.

Обещание познакомить подруг с братом Лиза выполнила лишь в начале мая, пригласив девушек на пикник, которым их семья решила открыть дачный сезон.

Ксюша долго выбирала, в каком образе предстать перед красавчиком Артуром. В итоге решила надеть на себя маску роковой женщины, дерзко эротичной и соблазнительной.

В ее гардеробе подходящих для этого вещей не нашлось – пришлось совершать шопинг. Для кого-то из девушек это наслаждение, но Ксюша от беготни по ЦУМу никогда не кайфовала, а как раз наоборот. Но красота требует жертв, и девушка, стиснув зубы, отправилась за покупками.

Выбирала наряд Княжна долго. Все, что мерила в подходящем стиле, казалось ей каким-то не таким, да и Настя качала головой: «Не то». Так что чего-то идеального девушка не подобрала. Пришлось брать то, что им с Настей показалось не слишком безвкусным и вульгарным. Выбор остановили на узких кожаных брюках черного цвета, черном же почти прозрачном облегающем боди с прорезью-каплей в районе декольте и кроваво-красной косухе.

Собираясь на загородную вечеринку, девушка дополнила комплект красными лаковыми туфлями на шпильках и черным рюкзачком с шипами. Волосы решила собрать наверх и закрепить заколкой в форме крокодила. На руку Княжна нанизала полдюжины металлических и кожаных браслетов, в уши вставила ассиметричные серьги, броские и агрессивные: одна из серег имела подвеску в виде обнаженного меча. Для того чтобы образ был целостным, Ксюша выбрала макияж смоки-айс. Даже зная, что нельзя выделять одновременно глаза и губы, помаду выбрала яркую, алую. Прежде чем нанести ее, обвела контур губ карандашом, чтоб они казались больше, а поверх помады нанесла блеск – для придания объема. В итоге ее не слишком крупный рот стал соответствовать модным тенденциям, но не стал чрезмерным (то есть на русалочий похож не стал).

– Как я вам? – показалась Ксюша отцу и Любе, прежде чем покинуть дом и сесть в такси, которое ожидало ее уже минут тридцать.

– Круто! Прям женщина-вамп! – сделала комплимент Люба.

– Какая, на фиг, женщина-вамп, – вскочил Князев. – Ты что, не видишь: моя дочь выглядит, как проститутка?! – И, повернувшись к Ксюше, твердо сказал: – В таком виде ты никуда не пойдешь! Переодевайся или оставайся дома!

– Ну, папа! – возмутилась Ксюша. – Умеешь же настроение испортить! Я чувствовала себя красивой, а ты меня унижаешь. Спасибо хоть Люба комплимент мне сделала, а то бы настроение совсем сдулось.

Выговорив отцу, девушка направилась к входной двери.

– Куда?! – отец успел перекрыть ей путь.

– Я совершеннолетняя. В чем хочу, в том и хожу! – заявила Ксюша, пытаясь обойти отца.

– Мне по фиг, сколько тебе лет – ты моя дочь, и я не дам тебе себя позорить. Переодевайся! – Эдуард не думал отступать.

– Мне некогда, пап, пусти – и так уже опоздала! – Ксюша предприняла повторную попытку миновать отца, и ей снова это не удалось.

– Теть Люб, скажи ему, что я не проститутка! – взмолилась девушка.

– Эд, твоя дочь не проститутка, да ты и сам это знаешь, – шутливым тоном произнесла Люба, но потом уже серьезно добавила: – Предлагаю не тратить время на споры, раз оно так дорого, и пойти на компромисс. Что тебя больше всего не устраивает во внешнем виде Ксюши, Эд?

– Все не устраивает! – ответил раздраженно.

– Конкретизируй по пунктам, начиная с самого нежелательного, – потребовала Люба.

– Губы! – тут же выпалил Князев. – Прозрачный топ! Цвет!

– Это перебор, дорогой, – остановила его Люба. – Цвет сам по себе не делает образ вульгарным.

– И это не топ, а боди! – Ксюша указала себе на грудь.

– Тем более, – простонал Князев.

– Ксюша, стирай губы и меняй свое боди на футболку, – распорядилась Люба, – и папа тебя отпустит.

Ксюша вопросительно посмотрела на отца.

– Отпущу, – буркнул тот.

Пришлось перекрашивать губы и переодевать боди на обычную черную футболку с котиками. Образ тут же распался, но менять его полностью времени, действительно, уже не было, и Ксюше пришлось ехать на дачу Кротовых так.

Ксюша села в такси, заехала за Настей и продиктовала водителю адрес, присланный Лизой.

На даче Кротовых подруги оказались лишь к полудню, прибыв на час позже назначенного времени. Тем заметнее было их фееричное появление. Настя, одетая в чиносы, клетчатую рубашку и джинсовую куртку, фурора не произвела, но при появлении Ксюши кто-то даже присвистнул: несмотря на бледные губы и смешную футболку, она выглядела эффектно и вызывающе. Артур окинул девушку оценивающим взглядом и благодушно ей улыбнулся.

– Ты Ксюша? – спросил, пристально глядя девушке в глаза, будто гипнотизируя. – А я Артур. Или сюда! – Юноша подвинулся, уступая гостье на скамье место рядом с собой.

– Ксюша, – подтвердила Княжна, одновременно представившись остальным участникам вечеринки, и смело направилась на указанное ей место рядом с парнем, который в жизни оказался еще симпатичнее, чем на фото (возможно, благодаря тому, что в данный момент лицо его не выглядело надменным).

Лиза представила собравшимся Настю, после чего все назвали себя. Помимо родителей Лизы и Артура, на пикнике были Мурат и еще один однокурсник Артура – Саня. Его, наверное, Лизин брат пригласил для Насти, но девушка не спешила идти на контакт. Понять ее было можно: Саня не выглядел красавчиком, да к тому же еще отпускал плоские шутки, от которых морщились даже Вячеслав Игоревич и Евгения Максимовна.

Взрослые покинули дачу около четырех, оставив хозяйничать молодежь. Лиза, Артур и Мурат собирались здесь ночевать, Санька колебался: учитывая, что Настя его сторонилась, делать ему ночью на даче было нечего, а в городе у него еще был шанс снять телочку (он прямо об этом сказал, никого не смущаясь).

Через час на даче Кротовых оставалось пятеро. Несмотря на запрет отца употреблять алкоголь вне дома, Ксюша выпила немного вина. Хотя нет: выпила она прилично. Это сделало ее смелее, и когда Артур обнял ее и потянулся к ней губами, с готовностью ответила на его поцелуй. И ее посетило давно забытое ощущение сладости, тепла и неги. То ли сказалось действие алкоголя, то ли Артур наконец-то оказался парнем, который умел целоваться так, как нравилось Ксюше.

Поцелуи Артура отличались от поцелуев Романа: они были более настойчивыми, глубокими, развратными, выворачивающими душу и заставляющими сжиматься низ живота тянущими спазмами. Но так целоваться девушке тоже понравилось. Если б ее сейчас спросили, кто целуется лучше: Артур или Роман – она бы затруднилась с ответом. Сердце Княжны ликовало: наконец-то она нашла того, кто мог ее удовлетворить. Наконец-то у нее появился шанс выбить этот чертов клин, зовущийся Ромкой Медведевым!

Ксюша так разомлела от поцелуев, что даже стала подумывать, не остаться ли и ей на даче Кротовых на ночь. Но, к счастью или несчастью, вмешалась Настя.

– Ксюш, извини, что помешала, но нам пора домой, иначе тебя отец к батарее прикует, – сказала подруга, заглянув в комнату. – Собирайся, я уже вызвала такси.

На этот раз грехопадения не случилось.

В аккаунте Княжны новые фотографии появлялись часто, почти каждый день, и на многих из них Ксюша была запечатлена с молодыми людьми. Каждый раз, глядя на них, Роман испытывал укол ревности. Но всякий раз выяснялось, что ребята, которые оказывались рядом с Княжной, всего лишь учились в том же лицее, что и она, или же были друзьями ее подруг.

На некоторых из снимков парни даже обнимали Ксюшу за талию, но не так, как обнимают любимую девушку. Так что ревновать Роман Княжну ревновал, но вырывать ее из объятий потенциальных соперников сломя голову не бросался: не было серьезного повода для беспокойства.

Повод появился 2 мая, когда Ксюша выложила целую серию снимков с первомайского пикника. На них девушка была неузнаваемой. Во-первых, Романа встревожил тот факт, что Княжна, похоже, решила сменить имидж и превратиться из папиной дочки в черт знает кого. В кожаных брюках и кроваво-красной косухе она выглядела сексуально и вызывающе, и даже неуместная майка с котиком не делала ее менее дразнящей и соблазнительной. Всем своим видом девушка кричала: хочу секса! Во-вторых, Рому встревожило то, что это красноречивое воззвание Ксюша транслировала не просто во Вселенную, а в адрес вполне конкретного молодого человека: смотрела на него восхищенно, улыбалась ему, касалась то его руки, то бедра, а на последних снимках вообще с ним обнималась. И этот гад не просто приобнимал ее, как подругу, а прямо-таки тискал, сжимал, присваивал. Ну, и в-третьих, Ксюшин кавалер явно был мажором: привлекательным внешне и уверенным в своей неотразимости, вседозволенности и всемогуществе. Сразу было видно, что он при деньгах и привык снимать сливки, и на этот раз объектом его интереса стала Ромина Княжна.

Ромка скрипнул зубами, рассматривая последний снимок, на котором мажор по-хозяйски сжимал Ксюшу в объятьях и тянулся к ней губами, а она выглядела разомлевшей, как потекшее мороженое.

По снимкам неясно было, насколько девушка близка с мажором, был ли между ними секс, но все говорило о том, что если Ксюша еще и не отдалась этому властелину жизни, то сделает это в ближайшее время.

Роман в сердцах ударил кулаком о стену, сдирая кожу на костяшках пальцев, и зарычал, точно зверь. Он был в бешенстве: чертов мажор, можно сказать, отнял у него законную добычу, которую он выслеживал и преследовал несколько лет. Зол Ромка был на всех: и на себя – за то, что медлил и не решался возобновить знакомство с Ксюшей, и на Ксюшу – за ее неразборчивость, и на мажора – на него больше всех, разумеется!

Не без труда взял себя в руки и сел за комп выяснять, что собой представляет Ксюшин ухажер. Сначала задача показалась простой: юноша не стеснялся выкладывать свои фотографии и хвалиться своими победами. Выяснить, что его зовут Артуром Кротовым, и что он является сыном какого-то чинуши из столичного министерства, не составило большого труда. Была у него еще и сестра Лиза. Увидев ее фотки, Рома сразу вспомнил, что видел девушку рядом с Ксюшей на снимках, сделанных в лицее. Понял, что Лиза и Ксюша – одноклассницы и подруги. Это давало слабую надежду на то, что Артур не обойдется с Княжной слишком уж жестоко и коварно. В то же время была опасность, что у мажора по отношению к Ксюше серьезные планы, иначе он вряд ли рискнул бы портить отношения со своей сестрой и наживать себе врага в лице Князева, поматросив и бросив юную Княжну.

Анкетные данные, учеба в престижном вузе, победы в соревнованиях по плаванию, кутежи в ночных клубах – это то, что было на поверхности. Все эти данные были в открытом доступе, и раздобыть их мог бы любой дурак. Роману этой информации показалось мало, и он капнул глубже. Что-то заставило его поинтересоваться, не засветилось ли имя Артура Кротова в сомнительных делах по его прежнему месту жительства. Просто не верилось, чтоб мажор ни разу не преступил закон: уж как минимум за превышение скорости у него должны были быть штрафы! Штрафы были, но это оказалось пустяком. Рома наткнулся на более интересную информацию: Артура подозревали в изнасиловании бывшей одноклассницы. Сообщение об этом мелькнуло раз на сайте местного СМИ, но почти сразу же было удалено – с главной страницы. Но осталось в архиве, который почистить поленились или забыли.

Можно было, конечно, попытаться разузнать подробности дела, но это было слишком сложно и опасно: за взлом сервера следственных органов, даже если б он не удался, по головке хакера не погладили бы. Лишаться всего из-за какого-то мажора Роман не собирался. Он подавил в себе любопытство, позволив разуму возобладать над эмоциями. Решил, что достаточно информации, полученной из открытых источников абсолютно законным путем.

Роман не знал, точно ли Артур изнасиловал ту девушку, но решил для себя, что дыма без огня не бывает. Такой мог и изнасиловать, и убить, выйдя сухим из воды. В глубине души Рома не сомневался, что так оно и было.

Мужчина, изнасиловавший одну девушку, запросто мог аналогичным образом поступить и с другой, например, с Княжной. Рома понимал, что у Ксюши есть серьезный защитник – ее отец. Не сомневался, что Ксюшиному обидчику Эдуард Борисович обязательно отомстил бы. Но позаботиться нужно было не о наказании мажора в случае, если Ксюша пострадает от него, а о том, как девушку защитить, предотвратить беду.

Этот гребаный мажор был опасен. Опасен и для Романа как соперник, и для Ксюши, да и вообще для общества. Но Рому волновала, прежде всего, участь Княжны. Бездействовать было нельзя. Необходимо было Ксюшу с Артуром разлучить. Но как это было сделать, даже не имя возможности общения с кем-то из них или их окружения?

Роман всю голову сломал, пытаясь найти решение. Одна идейка у него родилась. Посоветовавшись с Деном, парень решил, что хотя бы попытаться ее реализовать стоит.

План был не совсем законным и не совсем порядочным с этической точки зрения, но из двух зол приходилось выбирать меньшее. Рискнуть своей репутацией ради того, чтобы защитить любимую девушку, Роман был готов, не задумываясь.

Приняв решение, он тут же приступил к активным действиям по претворению своей идейки в жизнь.

В ночь со 2 на 3 мая Настя, похоже, совсем не спала – с полуночи и до самого утра она рассылала подругам всевозможные сообщения: картинки с няшными котиками, смешные видосики, клевую музыку, сенсационные новости и другую ерунду.

От других подруг нечто подобное Ксюша получала регулярно, но Настя была единственной, кто не увлекался этим. Ее стена в социальной сети, где она была наиболее активна, была почти совсем пуста. На ней изредка появлялись фотографии, где Настя была запечатлена с Ксюшей, родственниками или своей собакой – спаниелем по кличке Шустрик (сокращенно – Шустр). Фотографии перемежались открытками, которыми девушку поздравляли с днем рождения и другими праздниками. Никаких мотиваторов и демотиваторов, клипов и постов, которыми Настя рвалась поделиться с друзьями, на ее стене не было. Не присылала она ничего подобного и в личку, разве что в исключительных случаях. А тут ее словно прорвало.

Ввиду того, что для Насти такое поведение было нетипичным, Ксюша решила, что для подруги было важно поделиться с ней впечатлениями от котиков, видосиков и сенсационных новостей. И это мнение подруге почему-то потребовалось срочно, раз она слала все это ночью, не дотерпев до утра. Поэтому Ксюша решила, что лучше опоздает в лицей, чем проигнорирует сообщения Насти. Она посмотрела все картинки и ролики, прошла по всем ссылкам, закачала все «полезные» файлы. Только после этого вышла к завтраку, тут же получив от отца выговор – Князев терпеть не мог, когда опаздывают, и пытался воспитать дочь пунктуальной.

– У Насти проблемы какие-то, ей поддержка дружеская была нужна, – попыталась оправдаться Ксюша.

– Моя помощь не нужна? – спросил Князев, тут же перестав выговаривать дочери. Необходимость срочно поддержать подругу он счел достаточным аргументом для опоздания на занятия.

– Думаю, что нет, но за предложение спасибо, – поблагодарила Ксюша, подвигая к себе чашку с капучино и тарелку с тостом.

Что именно произошло у Насти, отец, по счастью, не уточнил. Если б он начал расспрашивать об этом, Ксюше пришлось бы крутиться и изворачиваться, хотя она терпеть не могла лгать. Но она не смогла бы ответить ни на один уточняющий вопрос, так как сама находилась в недоумении. Сообщения от Насти были настолько разными и по разным темам, что неясно было, что именно ее побудило прислать их подруге, да еще и ночью.

«Может, у Насти случилась бессонница? – предположила про себя Ксюша. – Вот от нечего делать она и развила бурную деятельность в сети. Но ведь бессонница просто так не случается? Выходит, у Насти на самом деле не все в порядке, что-то ее тревожит. Получается, папе я не соврала».

Опоздала Ксюша почти на целый урок. Пришлось дожидаться перемены в коридоре.

– Привет! Что у тебя случилось? – первая ошарашила подругу вопросом Настя.

– У меня случилось? – переспросила Ксюша, ничего не понимая.

– Но не просто же так ты опоздала? – пояснила Настя причины своего беспокойства о подруге.

– Разумеется! – хмыкнула Ксюша. – А ты даже не догадываешься, почему?

– Нет, – Настя посмотрела на подругу с искренним недоумением.

– Из-за твоей бессонницы! – сообщила Ксюша, удивляясь недогадливости подруги, которая обычно отличалась большей сообразительностью.

– Какой бессонницы? – Настя выглядела ничего не понимающей.

– Из-за твоей, чьей же еще? – пояснила Ксюша. – Все утро разгребала ее последствия. Хотела как раз спросить, что у тебя случилось, но ты меня опередила.

– Ничего не понимаю! – По Насте видно было, что она не врет.

– Привет! Как дела? – подошла к подругам тоже опоздавшая Лиза. – С чего это тебе не спалось, влюбилась, что ли? – обратилась к Насте.

– Мне не спалось? – еще сильнее удивилась Настя. – Сговорились вы, что ли? Не было у меня никакой бессонницы!

– А это тогда что такое? – Ксюша сунула под нос подруги смартфон с открытым чатом. – И в соцсети то же самое, и почтовый ящик ты мне заспамила!

– И у меня то же самое! – подтвердила Лиза, взглянув на экран Ксюшиного гаджета.

– Это не я, – виновато сообщила Настя. – Меня, наверное, взломали.

Девушка поменяла пароли везде, где это было возможно, и успокоилась. Лиза и Ксюша посмеялись и забыли о конфузе.

Роман довольно потирал руки: на гаджетах Лизы и Ксюши запустились програмки-шпионы, и теперь он мог начать собирать о девушках информацию, держать под контролем их личную переписку и, можно сказать, их личную жизнь.

Первые плоды своей незаконной деятельности хакер начал пожинать уже вечером. Из переписки Ксюши с Настей и Лизой он узнал, что Княжна не разобралась с последней темой по алгебре, а репетиторша, которую нанял ее отец, ее еще сильнее запутала. Была у Ксюши и еще одна проблема, менее важная, но все же сильно ее волнующая: особое задание, выполнение которого давало освобождение от пятничных занятий и продление майских выходных. Девчонке почему-то этот выходной был позарез нужен, но головоломка, заданная преподом, оказалась ей не по зубам. Она просидела над ней до полуночи, но с мертвой точки не сдвинулась. Для Романа же решить задачку было плевым делом. И он придумал сделать Княжне приятный сюрприз, а заодно и вступить с ней в контакт.

Утром 4 мая Ксюша получила два письма с незнакомого адреса. Уж было хотела удалить их, не открывая, но привлекли внимание темы посланий. Одна из них значилась как «решение головоломки с сейфом», вторая – «новая тема по алгебре для чайников». По ним было видно, что адресант знал, какие проблемы волнуют Княжну, и хотел помочь ей в их решении.

Ксюша сообразила, что написал ей кто-то из знакомых – вероятнее всего, из их же класса, но не со своего обычного адреса. У многих же почтовых ящиков несколько, можно и запутаться.

Ксюша несколько раз перечитала адрес почты, с которого пришли послания, пытаясь угадать, кому из лицеистов он может принадлежать. Medveghatnik, бессмысленный набор цифр, собака… Нет, адрес Княжне ничего не говорил, и знакомых, которые пользовались бы столь странным ником, у девушки не было.

Пожав плечами, она открыла первое из писем: то, что должно было содержать решение головоломки, в которой требовалось подобрать шифр к сейфу. Ксюшу отец отдал в специализированный лицей, где углубленно изучались математика и информатика, считая, что позже ей это поможет изучить экономику, маркетинг и менеджмент, хоть эти специальности были, скорее, гуманитарными. И преподаватели иногда подогревали у лицеистов желание грызть гранит точных наук тем, что задавали им неординарные домашние задания, обещая за их выполнение какие-нибудь бонусы: выбор варианта контрольной, дополнительный балл за нее, освобождение от самостоятельной работы. Но на этот раз награда за «вскрытие сейфа» была обещана по-настоящему щедрая – целый выходной.

Мальчики предложили тем, кто сможет освободить пятницу от школьных занятий, коллективно сходить на квест – поиграть. Ксюша такие квесты любила и не упускала возможности сходить на них, когда набиралась нормальная компания. Вдвоем с Настей проходить их было скучно, да и надежды победить не было почти никакой. Коллективно играть было веселее, а побеждать проще. Поэтому Ксюша очень хотела решить головоломку с подбором пароля к сейфу. Думала, что сможет его взломать и даже заранее записалась на квест, но кодовый замок воображаемого сейфа оказался ей не по зубам.

Не критично – без квеста можно было и обойтись. Но все же неловко было перед одноклассниками, что сильно преувеличила свои возможности и сказала, что задачку точно решит. Признаваться, что похвалилась раньше времени, а на самом деле с задачкой не справилась, мешало самолюбие. А тут Медвежатник предлагал, считай, готовое решение.

Все еще не до конца веря в свою удачу, Ксюша открыла письмо. В нем она, действительно, обнаружила решение. Быстро распечатала его. Письмо было подписано: «Твой личный Взломщик» - считай, было анонимным. Неизвестный отправитель, похоже, и адрес почты зарегистрировал специально, чтобы отправить Ксюше письмо. Он помог ей решить одну головоломку, но создал другую, еще более сложную и интересную, разгадать которую хотелось намного сильнее первой. Всю дорогу в лицей Княжна перебирала в голове одноклассников и ребят из параллельного класса, пытаясь угадать, кто из них решил ей помочь, при этом оставшись инкогнито, кто мог быть тем самым Взломщиком.

Первыми под подозрение попали парни, которые записались на тот же квест, что и Ксюша. Девушка решила, что кто-то из них очень сильно хочет, чтобы она была в игре, и, опасаясь, что она не справится с заданием, на всякий случай послал ей подсказку, подстраховал.

Потенциальных участников было трое: Максим, выступивший инициатором мероприятия, Сережа и Никита.

С Никитой Ксюша уже пробовала встречаться, но он оказался слишком неуверенным, а такие Княжне не нравились. Но, давая Киту от ворот поворот, Ксюша не заметила, чтоб он сильно огорчился. У нее создалось впечатление, что он и не рассчитывал на то, что их роман продлится долго. К тому же брошенным он надолго не остался – его подобрала Светка из параллельного класса и держала его подле себя в роли пажа, и эта роль его, как казалось Ксюше, вполне устраивала.

Сережа был не во вкусе Княжны, да и сам ей никогда особых знаков внимания не оказывал. Скорее всего, Ксюша тоже ему не слишком нравилась, если только он не маскировал свои чувства. Но его кандидатура на роль Взломщика не годилась еще по одной причине: он не был силен в алгебре, а во втором письме, которое Ксюша не успела открыть, должно было содержаться, по ее умозаключению, доступное объяснение новой темы по математике. Впрочем, он мог отправить не свои объяснения, а, скажем, сканы материалов от его репетитора.

Максим был звездой, и с ним бы Ксюша была не против повстречаться, если б он не был занят Мариной: они дружили уже давно и, кажется, уже были обещаны друг другу их предками. Это был тот случай, когда воля родителей не противоречит чувствам детей. Хотя что Ксюша знала о чувствах Макса?! Не исключено, что Марина уже успела ему надоесть, и он лишь боялся ей в этом признаться, продолжая разыгрывать из себя ее верного поклонника. Сбрасывать со счетов Макса было нельзя.

Получше «прощупать» одноклассников Княжна решила на квесте – благодаря помощи неизвестного Взломщика на завтрашнюю игру Ксюша попадала.

Вечером Ксюша открыла и второе письмо от Медвежатника. В него на самом деле были вложены фотографии тетрадочных листов с подробным объяснением темы. Почерк ей показался знакомым. Однако никому из троих одноклассников он не принадлежал. Возможно, кому-то из параллельного класса.

Разложена тема была по полочкам, так что даже троечник понял бы, а Ксюша училась хорошо. Разобралась за полчаса.

Решила, что будет невежливым не поблагодарить неизвестного помощника.

«Спасибо», – написала она и отправила Медвежатнику ответным письмом.

«Пожалуйста, – почти тут же пришел ответ, – всегда рад помочь своей Княжне».

«Ты кто?», – попыталась рассекретить анонимного собеседника Ксюша.

«Твой личный Взломщик», – пришло сообщение.

Общаться, обмениваясь письмами, а не короткими сообщениями, было непривычно и неудобно, но любопытство взяло верх, и девушка продолжила переписку.