Код главы Рода. Графами не рождаются

— Это ты хочешь накачать бицепсы?! — спрашивает Ярослав, известный как Ярый, возвышаясь надо мной.

Молча киваю, пытаясь сглотнуть ком в горле.

— Может, еще что-нибудь? — продолжает выпытывать у меня лучший тренер, он же владелец этого престижного фитнес-центра.

В его низком густом басе я слышу недоумение. Но хоть не издевку, и на том спасибо.

— Еще торс, — выдаю своим высоким жидким фальцетом.

Тренер сжимает губы, чтобы скрыть усмешку, наверное. Потом важно кивает и вдруг начинает стягивать с себя свободную футболку. Вижу, на это действие сразу реагируют несколько симпатичных девушек в сексуальных трико, которые занимаются упражнениями в разных частях зала.

Они оставляют свои тренажеры. И шаг за шагом как бы случайно приближаются к интересному для них зрелищу.

У каждой из девушек просто офигительные формы. Они такие стройные, гибкие и рельефные в нужных местах, что даже не понятно, зачем им сюда приходить. Разве что познакомиться с кем-нибудь.

Скоро девушки таращатся на кубики загорелого пресса тренера, а потом на его слишком выпуклые, я считаю, грудные мышцы и чрезмерно мощные плечи. Ярый четким движением метает футболку на руль ближайшей беговой дорожки, упирается кулаками в талию и картинно застывает голый по пояс, словно памятник античному богу.

Блондинки и брюнетки продолжают слетаться ближе к его фигуре, словно бабочки на свет или мухи на варенье. Они стреляют глазами в тренера и пускают слюнки, вообще не замечая меня.

И еще и издают сдавленные стоны, разной громкости. А я почти скрежещу зубами от жуткой зависти, которую контролирую, контролирую… Все еще контролирую.

На стенах со всех сторон навешаны зеркала от пола до потолка, в них отражаемся мы все. Понятно, что на фоне могучего качка-директора я выгляжу особенно жалко.

Тощий, сутулый из-за стеснительности, рыжий, маленький и хилый. Мне даже в приписном свидетельстве в военкомате сразу же присвоили категорию «Д», автоматом. Без возможности пересмотра. То есть я не годен к службе в армии вообще, никогда и нигде.

Эта категория — мечта отдельных личностей, но не моя. Я бы прямо сейчас охотно поменялся местами с любым из них и побегал с гранатометом наперевес. Но я дохляк с детства. Вес оружия меня реально уронит и раздавит собой.

Как только мне исполнилось восемнадцать, то есть вчера, я пообещал себе: если выживу месяц на силовых тренировках в спортзале, то начну новую жизнь. Это будет мой подарок самому себе в честь днюхи.

— Да, вот примерно такой результат я и хочу, — выдаю с апломбом, пытаясь смотреть на пресс тренера сверху вниз.

Я заставил себя распрямиться и вытянуться в струнку, чуть на цыпочки не встал, но все равно упираюсь глазами ему в солнечное сплетение. Зато мне снизу видно, что у него кривые ноги, а у меня совершенно ровные и стройные, — успокаиваю себя, поднимая самооценку.

Смотрю — девушки удивленно смотрят на меня. Но хоть заметили. То ли еще будет.

— Дерзко! — одобрительно хмыкает Ярый. — Ты понимаешь, пацан, что для этого тебе придется приложить много усилий, очень много?! — он так и сказал: «ОЧЕНЬ».

— Да!

— Ладно. Молодец, Костя, что пришел. Уважаю. Сделаем, все, что можно, — тренер дружески шлепает меня лапищей по плечу, отчего я чуть не сгибаюсь пополам и едва не опрокидываюсь на пол.

Ненавижу короткую форму своего имени, очень уж она похожа на «кости», которые выпирают у меня из-под кожи почти везде.

— Что столпились?! По местам! Работаем! — рявкает Ярослав девушкам и выдает мне первое задание:

— У тебя байк одна минута, потом приседания со штангой. Вес подбери сам, двадцать раз, пять подходов.

Тренер настраивает для меня минимально возможную высоту сиденья, но я все равно еле достаю до педалей. Старательно кручу колеса и пытаюсь думать.

 На месячный абонемент я копил в течение нескольких лет. Взял самый выгодный режим, он же самый трудный. То есть если не буду ходить сюда трижды в неделю, то часть денег сгорит.

Оформляясь, я соврал, что уже тренировался, в другом месте. Что случится со мной, если перетружу мышцы на первом же занятии — представляю смутно. Но готов рискнуть, чтобы как можно быстрее стать сильным. Мне это ну очень нужно. Не знаю точно, зачем, но НАДО.

Теперь мне кажется, что надо было дольше копить и брать индивидуальный курс, чтобы не позориться перед хорошенькими девушками. Жаль, мне утренние часы не подошли, когда мало народу. Я же еще учусь, заканчиваю школу и готовлюсь к гребанным ЕГЭ.

Минута закончилась. Пока все идет хорошо — я еще не умер. Подхожу к стойкам со штангами, разглядываю маркировки весов, примериваюсь…

И скоро обнаруживаю, что даже с одним двадцатикилограммовым грифом от штанги, вообще без блинов меня прилично заваливает в разные стороны.

Что ж, расставляю колени шире и пока позорно приседаю с одним только грифом — типа это пока разминка. Но ноги быстро начинают дрожать от изнеможения.

Стараюсь вообще забыть про них, дышу ртом и «любуюсь» в зеркале своей багровой физиономией. То есть визуально контролирую свои движения вверх и вниз с тяжеленной железякой на плечах.

Пока приседаю, несколько раз приходит в голову вопрос: почему я себя так не люблю, что даже заплатил деньги за издевательства?

После приседания Ярый поочередно ставит меня к разным тренажерам, показывая, что нужно делать. Я еще и внимательно приглядываюсь к другим парням, пытаясь копировать их движения.

— Ты точно занимался? — с сомнением спрашивает меня полуголый царь и бог этого тренажерного зала. — А то завтра не встанешь.

На мне надета очень свободная одежда из толстого трикртажа, поэтому почти полное отсутствие мышц можно и не заметить. Штаны мешковатые настолько, что я, наверное, могу сделать два шага, прежде чем они сдвигаются с места.

— Мне сказали, что здесь лучше всего, — почти не вру я, широко улыбаясь, чтобы не показать, насколько мне тяжело дается тренажер «бабочка». — Все норм, правда, да.

Директор-тренер начинает в ответ горделиво выпячивать грудь и тоже растягивать губы в улыбке, но застывает в полуподходе. Потому что этот момент в небе на улице что-то очень ярко сверкнуло и следом неслабо так громыхнуло, в прогнозе было "без осадков". Вроде бы молния и гром, но очень близко и такие мощные, что девушки даже пригнулись.

А вот мне уже ничего не страшно. Я и без того уже чуть живой. Стараюсь не отвлекаться, чтобы, наконец, почувствовать кайф, то есть мышечную радость, о которой пишут в рекламе спортзалов. Но что-то не получается.

Завтра у меня итоговая контрольная по биологии. Если не встану и не смогу прийти, тогда точно закончу школу со справкой. Плевать.

Это всего лишь значит, что мне не придется сдавать ЕГЭ, и я не поступлю на бюджет в универ на врача, о чем давно мечтает моя бабушка. Но не я сам.

Зато сразу смогу зарабатывать свои кровные. Доставщиком пиццы, например. Велосипед, форма, рюкзак и зарплата — романтика. Хорошая же работа, на первое время, правда? Пока еще роботы по доставке еды все вокруг не оккупировали.

— Тогда, что, усилим? — предлагает тренер.

— Да! — выдаю раньше, чем успеваю подумать, что со мной после этого будет.

Или со всеми. Потому что одновременно за окном сверкает огромная молния, гаснет электричество и раздается такой удар грома, что заметно вздрагивают и стены, и пол. Девушки разом приседают.

Как по моей команде, — мелькает у меня мысль. Мне начинает казаться, что вокруг происходит что-то паранормальное, и оно каким-то образом связано со мной.

Я вижу сгущающиеся мрачные тени и какие-то дальние бегающие огни, которых становится больше и больше, и почему-то чувствую воодушевление. Откуда-то доносятся словно бы звон древнего оружия, топот копыт и как будто взмахи огромных крыльев, сплетаясь в ритм героической музыки.

Интересно, слышат ли вот это все окружающие, или это происходит только в моей бедной голове? Да, похоже, я переоценил свои возможности — так не бывает, это точно галлюцинации.

Мой мозг, похоже, страдает из-за оттока крови к мышцам. Надо собрать мысли в кучку, чтобы не упасть и достойно закончить тренировку.

Но этот таинственный полумрак все еще очень странно на меня действует. Когда рядом жмутся к полу испуганные симпатичные девушки, в разных позах, то так и хочется нащупать на поясе боевое оружие и защитить их от враждебной тьмы.

Я даже начинаю ощупывать себя вокруг талии, но никакого оружия, ни холодного, ни огнестрельного там, предсказуемо, нет. Да, вот такой я впечатлительный и «в компьютерные игры наигрался», — как говорит моя бабушка.

— Без паники, сейчас включится резервное электропитание, — успокаивающе объявляет директор, несколько раз, и оно и правда довольно скоро включается.

Девушки встают. Тренер советует всем продолжать заниматься. Выходит, ничего не случилось. Вот только я внезапно чувствую себя еще хуже, чем до выключения света. Так, словно меня только что выжали досуха центрифугой, а потом еще для верности пропустили через мясорубку.

Медленно иду к кулеру и долго пью, стакан за стаканом, пытаясь хоть немного восстановиться. Само собой вспоминается, что примерно так делал в известной сказке Кощей Бессмертный. Криво усмехаюсь: кстати, он тоже был костлявым.

С тоской смотрю на электронные часы на стене — до конца тренировки еще дофига времени. Успею несколько раз погибнуть смертью безвременной.

— Тебе новое задание, Костя, — говорит Ярый. — Гребля десять минут, потом гантели по пять килограмм на бицепс, двадцать раз, всего четыре круга. Смотри, если устанешь, сразу уменьшай вес, не терпи.

И он отходит на другой конец зала. Там кому-то из девушек экстренно понадобилась помощь или бесценный совет, а тренер один. Понятно, что я неперспективный, а помогать представительницам прекрасного пола куда приятнее.

— Я выдержу, — упрямо бормочу себе под нос, начиная бесконечное упражнение на неудобном тренажере.

Я гребу, а потом и таскаю железо уже только на волевых. Сердце молотит, в ушах звенит, перед глазами плывут огненные круги. Похоже, у меня кровь закипает лавой, того и гляди дым из ушей пойдет.

Воздуха вообще не хватает, дышу, как припадочный. Со счета я давно сбился. Пот заливает глаза, спина отваливается.

Рук и ног почти не чувствую. Глобальная цель — только бы не выронить гантели. Буду делать, пока не остановит тренер. Еще чуть-чуть. И еще. Должно открыться второе дыхание. Обязательно!

— Я сильный! — пытаюсь выговорить вслух, чтобы ободрить себя, но из горла вырывается только несвязный хрип.

Сила воли у меня точно есть, вот только у тела силы никогда не хватало. До совершеннолетия у меня еще теплилась надежда, что я вырасту и стану крепким сам по себе. Теперь остается рассчитывать только на тренировки.

Похоже, сейчас я плавно перешел в полуобморочное состояние, потому что вдруг слышу чей-то голос из глухого угла рядом со мной. С трудом сфокусировав глаза, вижу, что там нет тренера и вообще там никого нет. Показалось.

— Константин, я пришел за тобой! — опять повторяет странный скрипучий голос, от которого меня мороз продирает по разгоряченной коже.

Моргаю. Что еще за хрень? Вот именно так начинаются галлюцинации от переутомления, похоже. Никого же нет! Кроме черного паучка средних размеров на краю зеркала.

У меня с детства стойкий иррациональный страх перед паукообразными. Вообще-то это самая распространенная в мире фобия, если вы вдруг не знали.

Но сейчас я пытаюсь наклониться к восьмилапому мелкому чудовищу. У меня вдруг возникло необъяснимое желание получше его рассмотреть.

Почему-то мелькает мысль: а что, если у него и правда раскрывается рот в такт словам?! Правда, еще вопрос, где именно у него рот.

Какая муть лезет в голову от усталости, — думаю. А сегодня даже не Хэллоуин.

И вдруг паучок прыгает мне прямо в лицо! Я в ужасе зажмуриваюсь и пытаюсь смахнуть его гантелями, словно приросшими к моим скрюченным от долгой тренировки пальцам. Стальным диском неслабо так задеваю себя по скуле.

В загудевшей голове всплывает название «Черная вдова» и обрывки информации о смертельно опасном паучьем яде. Зато, кажется, мне удалось раздавить мерзкое членистоногое, прямо на себе.

Содрогаюсь от отвращения. Или не удалось?! Пытаюсь проморгаться, чтобы разглядеть, что у меня с лицом. Похоже, рассек кожу до крови. Чувствую позывы в туалет и вдруг совсем близко к уху слышу укоризненно-скрипучее:

— Константин, ты в своем уме?!

Это, что, спрашивает паук?! Я опять замахиваюсь гантелей, и тут же получаю укус в щеку! Жутко болезненный. Такой, что все мышцы на теле мгновенно сводит и все суставы заклинивает. Меня пошатнуло от веса спортивных снарядов в руках и потащило прямо в зеркало, макушкой вперед.