❄️ Кофе для истинного

Шеррил

– Добро пожаловать в кофейню «Огнелис»! – поприветствовала я вошедшего мужчину.

Он задержался на входе, отряхивая с плеч снег. Быстрые, отточенные движения выдавали в нем военного, а магия, что испаряла пушистые снежинки с черного кителя, выдавала в нем мага. По всему выходило, что в мою кофейню вошел боевой имперский маг, хотя что делать такому уважаемому человеку в студенческой забегаловке при академии, было непонятно.

Я невольно залюбовалась мужчиной – его иссиня-черными волосами, широким разворотом плеч, ощущением спокойной силы, что исходила от него… и не сразу поняла, что мужчина тоже смотрит на меня. Прямо от дверей через весь зал кофейни таким странным, внимательным взглядом серых глаз.

Затем посетитель оглянулся, и на миг мне показалось, что он сейчас же развернется и выйдет – так неуместно было присутствие этого взрослого, состоявшегося мужчины в моей кофейне, полной шумной молодежи.

Но нет, мужчина уверенным шагом пересек разделяющее нас пространство и подошел вплотную к прилавку. В свете магических светильников тускло блеснула бляха на лацкане – отряд Гончих. Оборотень!

Я чуть не подпрыгнула от испуга и восторга. Оборотни – звери, тьфу, маги такие редкие, что встретить вживую их практически невозможно. Они живут закрытыми диаспорами, учатся в своих крошечных магических школах, а если поступают на службу, то только в отряд Гончих под предводительством знаменитого Рьярра Асторра, при жизни ставшего легендой.

В общем, я решила, что встретить волка перед Новым годом – прекрасная примета, а потому улыбнулась мужчине искренне и бодро поинтересовалась:

– Какой кофе предпочитаете?

Мужчина, кажется, моего восторга не разделял. Он все еще смотрел на меня, только теперь это был тяжелый, даже, можно сказать, мрачный взгляд. Я тут же вспомнила, что волосы не уложены, под глазами синяки, платье из дешевеньких, а туфли, которых даже не было видно под столешницей, совсем растоптаны.

В общем, вид у меня был вполне подходящий для кофейни, полной студентов, но явно не соответствовал ожиданиям стоящего передо мной господина. Который к тому же еще и продолжал молчать, смотря на меня немигающим взглядом.

– Какой кофе… – голос предательски сел посередине фразы, и я неловко досипела: – Предпочитаете?

И волк внезапно ответил:

– Черный, – бросил он низким, чуть рычащим голосом, от которого мне захотелось растечься лужицей по полу.

Но нельзя! Соберись, соберись тряпка! Ты хоть и бытовой, но все-таки маг, и не должна пялиться на оборотня, как на диковинного зверя. Тьфу, то есть мага.

Я с трудом кивнула и, развернувшись, кинулась к магкофемашине. Этот потрясающий артефакт умел одновременно молоть зерна, вспенивать молоко, нагревать воду и, собственно, варить кофе. Руки сами выполняли привычные движения, пока мозги находились в состоянии сладкой розовой ваты.

Видимо, я слишком активно представляла сахарную вату, потому что ничем иным объяснить нельзя то, что я дальше сделала. Взяла и положила три ложки сахара в кофе. Кофе для оборотня! Для самого сурового мужчины, которого я видела в жизни!

И осознала произошедшее я лишь тогда, когда маг сделал глоток кофе из бумажного стаканчика. Честное слово, я готова была упасть в обморок от отчаяния, если бы он выказал хотя бы тень недовольства.

Но совершенно внезапно волк усмехнулся или, возможно, даже улыбнулся и спросил все тем же потрясающим голосом:

– Сколько с меня?

Ох, богиня Домера, покровительница бытовых магов, помоги!

– Ни… ни… нисколько, – выдавила я и с не меньшим трудом добавила: – За счет заведения.

– Вот как? – маг приподнял бровь.

Но я уже справилась с приступом непонятно чего и взяла себя в руки. Оборотень в моей кофейне – это же плюс тысяча к популярности заведения!

– Заходите еще, – улыбнулась я. – Буду рада вас видеть.

– Взаимно, – кивнул маг и вышел так же стремительно, как и вошел.

Ноги все-таки подкосились, и я позорно осела на табуретку. Нет, ну какой потрясающий волк, тьфу, то есть маг ко мне зашел!

Рьярр

Иногда ректору столичной академии в голову приходят гениальные идеи. Но это реже – чаще просто идиотские. И это бы меня не касалось, если бы в этот раз старикашка не привлек на свою сторону императора, радеющего за высшее образование. Так что пришлось переться в магическую академию, чтобы популярно объяснять ректору в маразме, что оборотень не может читать боевые заклинания обычным магам. Даже если очень попросить. Даже если очень хорошо заплатить. Даже если накатать жалобу в канцелярию императора или наябедничать ему лично при встрече.

Но, пожалуй, в этот раз я старому ко… колдуну был очень даже благодарен. Выходя с территории академии поздним зимним вечером, я совершенно внезапно учуял ее. Ее! Я уже немолод и шансов встретить истинную пару с годами становилось все меньше и меньше. И вот, совершенно внезапно, в месте, абсолютно не располагающем к романтике, я взял след.

След, что привел меня в миленькую маленькую кофейню, битком забитую взъерошенными студентами, что заливали в себя бодрящий напиток в надежде откупиться у сна хотя бы на сутки.

Но студенты меня мало волновали, ее не было среди посетителей. Она стояла за прилавком. И едва я переступил порог, чтобы встретиться с ней взглядом, понял, что попал.

Попал по полной.

Шеррил

– То есть как продаешь? – ахнула я, чувствуя, как мой уютный мирок стремительно рушится.

День был прекрасен, и ничто на свете не могло его испортить. По крайней мере, я так думала. Собственно, поводов думать иначе у меня не было.

Входная дверь постоянно хлопала, впуская зимний холод, обрывки снегопада и посетителей. Студенты исправно приходили причаститься к священному напитку, надеясь сдать очередной зачет или экзамен. А впереди нас ждали праздники, и, значит, к отчаявшимся студентам прибавятся праздношатающиеся жители и гости столицы. Моему внутреннему взору то и дело представали горы золота, что я смогу заработать в сезон холодов, и сердце мое пело.

Ладно, сердце пело еще и по другому поводу – тот самый редкий зверь, который редкий маг, стал заглядывать в мою кофейню часто. Да что там часто – регулярно! Как на работу!

Хотя, почему «как»? Моя кофейня располагалась между центральной площадью и академией магии на довольно оживленной улице. Не удивлюсь, если волк действительно каждый день ходил по своим важным волчьим делам, а моя кофейня по счастливой случайности лежала прямо на его пути.

Хотя, конечно, рядом были расположены более пафосные и изысканные заведения, но маг почему-то день за днем заглядывал ко мне. Он был неизменно суров, смотрел тяжело, почти осязаемо, брал всегда черный кофе, в который я каждый раз клала три ложки сахара. Вообще-то он попросил «как в тот раз», и спрашивать про сахар мне было ужасно неловко. Поэтому суровому мужику в военной форме приходилось пить сладкий черный кофе. Ну или не приходилось, а он, наоборот, получал от этого удовольствие. Кто этих оборотней разберет?

Короче, ничто беды не предвещало.

– Зачем продаешь?! – снова спросила я стоящего перед собой парня, который утянул меня на пару слов в подсобные помещения.

Никлас был чрезвычайно хорош собой. И на этом его сильные качества, в принципе, и заканчивались. Стоящий передо мной парень был моим бывшим одногруппником, доучившимся в магической академии лишь с помощью папиного кошелька и моего большого и доброго сердца.

А еще этот паршивец был владельцем помещения, где располагалась моя прекрасная кофейня. Арендовала я площадь за символический медяк в месяц, потому что Никлас бы мне должен, как земля крестьянам: за учебу, за диплом, за прикрытый филей перед подружками и за неоторванную его родителями голову. Короче, вот прям по гроб жизни обязан, и обязательства свои отдавал арендой за бесценок почти что в центре столицы.

И теперь этот паразит решил выставить меня с моей кофейней на улицу!

– Мне нужны деньги, – нехотя ответил Никлас, поджав красивые, пухлые губы.

Я чуть не расхохоталась, решив сначала, что Никлас шутит, но, увидев его кислую мину, поняла, что нет.

– Кому ты задолжал такие деньжищи?! – ахнула я.

– М-м-м... – красноречиво протянул парень. – Это не важно. Важно, что, если у тебя нет пары сотен тысяч золотом, я выставляю помещение на торги.

– Да откуда ж у меня такие деньги, – грустно отозвалась я, чувствуя всю безысходность мира разом.

Будь я ведьмой, наверняка бы прокляла паршивца. Это ж надо так меня подставить! Но ведьмой я не была, а бытовые маги, к сожалению, проклинать не могут. Распущенные швы на одежде и хронический бардак в комнате не считаются.

Весь день я проходила в мрачной задумчивости. Быстро найти помещение перед таким злачным периодом, как новогодние праздники, было практически невозможно. Найти деньги – тоже. Все мои средства были вложены в кофейные зерна, которые занимали две кладовые из трех и еще утром грели мою душу. По всему выходило, что имеющихся у меня средств не хватит на сохранение кофейни ни при каких условиях.

В итоге к вечеру, прикинув все варианты развития событий, я была вынуждена смириться с неизбежным – пора продать душу демонам. И, оставив кофейню на сотрудников, отправилась в банк попытать счастья.

В конце концов, у меня идеальная кредитная история, милая мордашка и горящая конфорка под попой. Я была уверена, что этот комплект не оставит равнодушным ни одного банкира!

Увы и ах, но кредиты девчонке на развитие кофейни выдавать не хотели. Ни в ГосБанке, ни в ЧастБанке, ни в ЗабугорБанке, ни в каком другом. Последним в моем длинном списке банков был СверхБанк. И название вполне отражало его суть: он был сверх элитным, сверхприбыльным, сверх надежным. Просто сверхее некуда.

И посетители там были под стать репутации банка: мужчины в невероятно дорогих костюмах, женщины с отпечатком повышенной стервозности на лице.

И я.

В простеньком платье, дешевом, хоть и добротном пальто не совсем по сезону, сапожках, на которых не потоптался только ленивый в предпраздничной толчее столицы.

Еще и за кредитом пришла. Чувствовала я себя последней нищенкой на паперти, но, помня, что все это ради моей кофейни, упрямо стиснула зубы и отправилась в отделение для юридических лиц.

Симпатичная, безукоризненно-вежливая девушка выслушала меня и надолго погрузилась в заполнение каких-то форм и бумаг. Она пару раз поднималась, чтобы отойти, то ли с кем-то свериться, то ли посоветоваться, возвращалась и продолжала перекладывать бумажки тонкими, наманикюренными пальцами. Я сидела в глубоком кресле, теребила в руках шапку, которая еще недавно казалась мне милой и смешной, а сейчас была просто нелепой, и не слишком рассчитывала на успех. Мысленно прощалась с ребятами, составляла письма поставщикам и размышляла, вернут ли аванс за рекламу на праздничных растяжках. Когда неожиданно мое уныние нарушил голос девушки:

– Мы можем одобрить вам кредит…

Я чуть не подпрыгнула на кресле от радости. Внутри в одно мгновение расцвели цветы, запели птички, загорелась надежда.

– …под 20% годовых.

20%?!!! Все мое воодушевление рухнуло в пропасть. Надежды нет.

И, наверное, я бы стоически перенесла эту минуту позора, если бы рядом не раздался уже такой знакомый, но оттого не менее волнительный голос волка:

– Кредит?