Когда цветы умирают

Тихо. Так тихо, что я слышу саму природу вокруг. Лёгкие, неспешные движения весел по воде немного пугают меня, словно кто-то притаился и наблюдает за нами. Я закрыла глаза, стараясь помедитировать, как меня учил дед, но покой слишком напрягает мой разум.

– Мэй, зачем так насупилась. Ты должна расслабиться, – дед щёлкнул меня по носу.

Я открыла сначала один глаз, затем второй.

– Ах! Не могу я! Шлёп-шлёп, только и слышу, как ты веслом бьёшь! Ещё и эта древняя лодка. Вот-вот, кажется, что мы перевернёмся, – я всмотрелась в зеленую мутную воду, представляя какие опасности могут там поджидать меня. Моё отражение тут же расплылось от мелких волн.

Я подняла взгляд на округу. Ярко зелёные холмы окружили нас. Дикая, необузданная природа заводила всё глубже в свои таинственные недра. Река то сужалась, то становилась широким проливом. То она гнала нас по течению, то неспешно пропускала вперед. Густые заросли тростника, лианы, пальмы, бамбук, странные ядовитые растения – нас со всех сторон окружала и поджидала опасность. Яркое солнце пробивалось сквозь кучевые облака.

– Жарко! Вот бы дождика! – я выставила руку вперёд представляя, что на мою ладонь капают капли проливного дождя.

– Ты много болтаешь – мало делаешь! – дед снова пробубнил мне нравоучения.

– Да ладно тебе! – издав специально громкий выдох, я согнулась и посмотрела на Дао, который высунул язык от сильной жары, прячась в самом тёмном месте лодки. – Даже он скоро помрёт здесь. Несмотря на то, что почти не покрыт шерстью. Китайским хохлатым нельзя, между прочим, так долго быть на солнце.

– Сумев вовремя смирить свой пыл, ты бы смогла вызвать ветерок.

– Теперь мы снова говорим обо мне, – я цокнула.

Признаться честно, я не сильно усидчива и долгие тренировки не про меня. Но дед порой хвалит, говоря, что кровь шаманов во мне сильна. Только вот талант зря растрачиваю на ерунду. Мне же самой не ясно, о каком таком могуществе он говорит, знаю лишь то, что этот путь был уготовлен мне с рождения.

– Мэй, ты должна взять под контроль то, что внутри. Когда настанет момент, может быть уже поздно чему-то учиться. Ты шаман!

– Знаю-знаю, мы же за этим и приехали в такую глушь! Я, между прочим…

Дед перебил мою ребяческую болтовню строгим голосом.

–  Мы на месте.

Лодка ударилась об край земли, слегка пошатнув нас. Я сделала тяжёлый выдох, и ступила на священную землю духов.

На пути нам тут же встретилась большая, нет, я бы сказала огромная извилистая лестница, ведущая в самую высь, в небеса. Она обхватывала зелёные холмы в свои тиски. Моё удивление сложно было скрыть. Я нарочно открыла рот ещё шире. Старик Чэн украдкой посмотрел на меня и тут же сказал:

– Комментарии не принимаются, мы идём на самую вершину, – он сделал уверенный шаг вперед.

Мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Время тянулось бесконечно, а я видела перед собой лишь повторяющиеся, обшарпанные временем каменистые ступеньки, которые были покрыты мхом. Иногда я думала, что шагаю на месте. Я очень хотела поныть, но солнце так обжигало кожу, что дышать становилось сложнее с каждой секундой. Голова слегка кружилась. Я взглянула на деда и не верила, что ему лет 80. Он бодро шагал ввысь, словно дразнил меня. Я остановилась и села на ступеньки.

– Мэй! Нам нельзя терять времени. Пока не стемнело, ты должна закончить обряд.

–  Деда, ты явно шутишь. Мы и к утру не дойдём, – я подняла голову на него. Но он и не думал останавливаться, его фигура становилась всё меньше, уверенно отдаляясь от меня. – Да ты издеваешься!

Я вскочила, собираясь догнать его. В эту же секунду, наглый незнакомец пронёсся мимо меня, сбивая с ног. Он быстро перешагнул несколько ступень, и тут же скрылся вдалеке.

– Эй! – я поймала равновесие, благодаря своему посоху. – Ты совсем?! Я же могла свалиться кубарем вниз!

 Дао громко залаял. Ответа не последовало, лишь старик повернулся на мой крик и тут же зашагал вновь. Еле как, догнав его, он сказал:

– Мэй, тебе надо кое-что выучить, пока мы идём. В этом месте много неупокоенных душ. Принимая облик людей, они выслеживают нас и в удобный момент нападают. Питаясь энергией, они растут и укрепляют свою оболочку. Если ты увидишь одно из них, просто ударь посохом и скажи «Ишита». Кулон твоей мамы поможет тебе. Божества защитят тебя, и дух приобретёт истинный цвет души.

 – Ты намекаешь, что тот незнакомец был злым духом?

– Не могу сказать наверняка, я не почувствовал от него опасности, но кто знает, может он скрыл от нас свою энергетику.

– Мило, что ты решил поделиться таким важным только сейчас, – я съязвила.

Безмятежное небо постепенно стало охватывать огнём. Тропические деревья отбросили тени. День подходил к концу, жёлто-оранжевое солнце покидало горизонт. А мы всё ещё шли куда-то вдаль.

Я устала не на шутку, продолжая вновь плестись где-то позади. Дао торопливо, то поднимался, то снова спускался ко мне. Дыша из последних сил, я готова была упасть, но тут старик Чэн прокричал:

– Дитя, скорее! Я вижу его! Храм Тхэ прямо перед нами!

Я сорвалась с места, ускоряя темп. Преодолев горизонт, передо мной открылся необычайно прекрасный, древний храм. Огромное сооружение, выглядело величественно, но при этом я ощутила невероятный покой. Время застыло в этом месте. Оно идеально сохранилось до нашего времени. Задрав голову выше, я попыталась всмотреться в каждый камень, трещинку, подключая воображение, и представляя, как храм выглядел тысячу лет назад. Рельефные изображения и множество изящных колон, украшали стены. Местные жители, притаившись в тени, наблюдали за нами. Мы явно потревожили их покой. Я медленно провела взгляд по крышам и по полуразрушенным выступам, считая, сколько обезьян, пришло встретить нас. По бокам, покрытые мхом стояли небольшие башни с изображением Будды. Дед шагнул к ним, и зажёг факела.

 – Вперёд, времени почти не осталось.

Я пошла следом. Резкий прохладный ветерок зазывал нас в темный, таинственный проход. Стало тревожно, тело покрылось тут же мурашками. Даже Дао поджал свой хвост, тихо ступая рядом. Один лишь старик Чэн знает, куда мы идём. Тусклый свет факела осветил дорогу, а я то и дело представляю, что следующий мой шаг может стать последним. Одно моё неловкое движение, и ловушка придёт в действие. Я слушала шарканье ног, которые эхом разлетались в пустом, как мне показалось храме. Неспешные капли звоном разбивались об камень, а ветер подвывал в трещинах. В конце длинного коридора мы упёрлись в стену, на которой были  выгравированы священные писания. Просить меня не нужно, осветив стену, я всё поняла.

Блуждая душа, ищет покоя.

Лишившись крова, в ночи,

Я подарю ей покой на зари.

Пока не покрылась душа чернотой,

Отправится тут же она в мир иной.

 Я дева святая, богам обещаю, что тайны раскроя,

Унесу их в могилу с собою.

         Перед нами всё задрожало. Писания загорелись, словно золотая нить. Поднялась пыль, я отвернулась и закашляла. Стало тяжело дышать. Махая руками перед своим носом, я, наконец, увидела.  Маленький проём в стене с треском стал поворачиваться, и оттуда появилась небольшая чаша, а за ней растиралась густая пелена. Я достала урну с прахом своих родителей. Стараясь не думать, я открыла её и высыпала содержимое. Пепел и мелкие кости звоном упали в чашу. Сделав шаг назад, я прикрыла глаза и, встав в нужную позу, взмахнула посохом. Кулон, подаренный мне мамой, стал потрескивать.

         – МОУТИТ! (Иной мир).

         Чаша озарилась светом и из неё вылетели две души. Две маленькие, белые души. Смотря на них, я почувствовала, как снова от меня оторвали целый кусок сердца. Я снова ощутила давящую боль в груди, словно пережила тот момент вновь. В моей голове пронеслись обрывки их последнего мига жизни. Боль, которую испытали они, сломало мне кости изнутри. Я упала на колени, выплёвывая кровь. Из глаз поступили градом слёзы. Тяжело, мне тяжело дышать! Вены на моём лице вот-вот готовы были лопнуть. Я стала красной. Руки и ноги задрожали и я, сдавшись, упала на холодную землю. Ворота иного мира захлопнулись, души покинули наш мир, не обретя человеческую оболочку в последний раз. А я так хотела, ещё лишь раз увидеть их лица. Дед присел и похлопал меня по плечу.

         – Несмотря на то, что тебе не хватило сил продержаться дольше, ты молодец, Мэй! Теперь они обретут покой, как мы того и хотели. И ты укрепила свою энергию... Мэй!? Мэй!

Пока Мэй была без сознания.

         – Мэй! Мэй!?

         Чэн старался разбудить её, но чем сильнее он тряс, тем больше он понимал, что Мэй впала в транс.

         – Эй, Дао, давай, помоги мне, – старик пытался забросить тело Мэй на спину. – Идём, нам нужно, как можно скорее покинуть это место.

         Дао громко залаял в ответ и бросился вперёд. Чэн торопливо пошёл следом. Покидая тёмное помещение, за спинами оставалось что-то жуткое. Вселяющий ужас шорох, шипящие хрипы становились то тише, то резко заставляли кровь стынуть в жилых. Даже Дао пугливо поскуливал, прижимая хвост к телу. Ускоряя темп, они совсем не обращали внимания на ловушки.

         Дойдя до одного из поворотов, старик завернул за угол и задержал дыхание. Он лишь успел показать Дао – «тихо», прижав палец к губам, как вдруг мимо прошло нечто отвратительное и зловещее. Дух, похожий на мерзкую личинку, но с ногами и руками, противно попискивал, и издавал треск своими антеннками. Стекавшая слизь, словно шлейф оставалась позади него. Услышав нечто подозрительное за углом, он отправился к ним. Будучи слепым, дух ориентировался лишь на звуки в пространстве.

         Чэн лишь подумал – «Чёрт». Ему нужно было время, чтобы положить Мэй и засунуть руку в карман и достать своё орудие, но любое, даже малейшее движение могло заставить духа атаковать первым. Мягко присаживаясь на корточки, он постарался тихо разом сбросить тело Мэй и напасть на врага. Быстро проанализировав ситуацию и поняв, какого уровня дух, Чэн моментально пошёл в действие.

         – Киро и Дао, давайте!

         Перед ним появился дух волка чёрного цвета, как сама ночь. Густая шерсть существа была словно под напряжением, огненно-золотистые нити от кончика хвоста до макушки заставляли искриться и гореть, окутывая тело, как шаровая молния. Глаза горели ярко, смотря в саму душу, а белоснежный оскал внушал страх. Волк готов был атаковать, а имя его было Киро – как солнце. Дао тут же вырос в размерах прямо на глазах. Маленькая собачка стала большим противником. Голубые, безумные глаза смотрели пристально, намереваясь убить духа. Редкая, белая шерсть с чёрными кончиками, стала дыбом, покрываясь ярко-голубыми линиями, пятна стали светиться, отчерчивая контуры на теле. На лбах обоих существ появились метки шаманов, в виде полумесяца. Они были под контролем старика.

         Чэн достал чётки с кармана и принялся читать молитву, призывая высших богов помочь ему. Глаза закатились, он впал в транс. Издавая громкие горловые звуки, он всё больше погружался в ритуал. Духи в этот момент напали на монстра. Начался бой. Нападая, они по очереди откусывали часть тела, но существо успевало регенерироваться каждый раз до следующей атаки. Выплёскивая на них свою ядовитую слизь, он выигрывал несколько секунд. Дух был силён, его тело приобрело физическую оболочку, но при этом, душа была искажена до безобразия, не обретя вновь способность говорить. Это был дух второго ранга. Не останавливаясь, волк и собака, продолжали выматывать врага. Старик заметно набрался сил, закончив читать. Его чётки осветились, и он пошёл в бой. Невзирая на возраст, он ловко и быстро двигался, оставаясь незаметным для духа. Многолетняя подготовка кунг-фу не прошла зря. Сильный удар ладонью из-за спины и личинка завизжала, словно от неё отрезали плоть. Попытавшись восстановиться, её ждало разочарование. Готовясь к удару, Чэн вложил в неё всю энергию, усиливая урон. Отвлёкшись на боль, духи шамана воспользовались моментом и загрызли монстра. Дед подошёл к телу и снова стал читать молитву. Тело стало испаряться, а из него, отчистившись от греха и злости, вылетела душа, покинувшая, наконец, этот мир. Выдохнув, они отправились к Мэй.

         Но не всё оказалось ещё окончено. Как только они вернулись, их ждало разочарование. Небольшая, но явно сильная группа искажённых душ, окружила тело Мэй, собираясь утащить её к себе в темноту.

         – Дао! За ними! – Чэн отдал приказ.