Когда миры соприкасаются

Король Борсавей – Игнавус часть своих земель оставил без должного внимания и ссылал туда всех неугодных: инвалидов, больных, слабых, по его мнению, людей и пожилых, которые в ближайшее время не смогли бы принести пользу его процветающему государству. Всё «непригодное отребье», к которому король относился с презрением и отвращением выживало в лесу, считавшемся проклятым. По различным легендам, в нем жили волшебные существа, что не очень-то и жаловали людей и строили против них козни. Еще сто лет назад ведьмы собирали шабаши, пробираясь через густые кусты и высокие деревья, поклонялись злым силам, вызывали различных духов, чем оскверняли землю, пока тех не истребили. Эти легенды передавались из уст в уста, из поколения в поколение и дошли до впечатлительного Игнавуса от отца.

 В лесу было озеро, которое считалось волшебным, потому что никогда не замерзало, даже в самые сильные морозы. Вода всегда была ледяной, несмотря на летний зной. Люди, спасаясь от полящего солнца, ходили купаться на то озеро и многие тонули. Местные жители терялись в густых лесах, кого-то задирали волки, так и стало это место проклятым, куда ссылали различный сброд из Борсовей. 

В этом заброшенном уголке удалось не только выжить, но и построить небольшую деревушку со своим бытом, скотом и небольшим сельским хозяйством. Пропитания изганникам хватало только на выживание, не было сил возделывать земли, охотиться и разводить крупный рогатый скот, так что, для суеверного короля эти проклятые земли с местными жителями не имели ценности. 

Игнавус был зациклен на силе своего государства. Ему казалось, что, если не будет больных и слабых – это станет залогом процветания и уважения. Король Урсайд из Кхолки и молодой Леофортис из Эллендора относившиеся к нему, как к младшему и глупому брату, у которого стоило бы отобрать игрушки, пока он не покалечился, пытались того вразумить и объяснить, что ничем хорошим это не закончится, так как деревня с «отребьем» граничила с кровожадным и диким племенем Драксистов, которые уже успели увеличить свою численность, самопровозгласили свои земли государством – Драксон и жили за счет набегов на соседние поселения. Драксисты отличались извращенной жестокостью. Они не признавали закона и не знали пощады. Со временем, те, которых считали сворой диких собак, умеющих только лаять, занимали все больше места и размножались с невероятной скоростью, как сорняки, обучая своих детей брать все силой и никогда не сдаваться. Каждому новорожденному они дарили оружие и не имело значение родился мальчик или девочка, насколько здоровым было дитя и как долго оно могло прожить. Постепенно Дракситы положили глаз на никому ненужную деревню в Борсовей и тихой поступью начали захватывать эти земли. Они не воевали – они пожирали, но вызвали сопротивление со стороны жителей деревни Терра. Молодое и крепкое поколение того самого отребья не сдавалось без боя. Это был их дом, который они яростно защищали. Если бы Игнавус отправил хоть часть своих войск, до наступления, на границу своих же земель, этого можно было избежать. Но увы, он как ребенок закрывал лицо ладошками и представлял, что проблем нет.

Когда же он очнулся, и понял, что Дракситы просто так не уйдут, забрав, все что им было необходимо, он направил когорту. Пока те шли, Дракситы разоряли Терру, брали силой местных женщин, после чего многие не выживали, убивали всех непокорных. Это племя отличалось жестокостью не только по отношению к женщинам Терры, после акта любви со своими «возлюбленными» было не понятно дрались они там или пытались насладиться обществом друг друга, потому что оба выходили в синяках, кровоподтеках с разбитым лицом. У них было крайне своеобразное проявление симпатии. Что касается морали, она у них вообще отсутствовала, о сочувствии и заботе они ничего не знали, единственное, что у них было человеческого – никогда не давать детей в обиду, которые считались взрослыми, как только достигали полового созревания. Тогда девушки и юноши выбирали себе супругов, которые не обязаны были хранить верность, но жили одной «семьей». Неважно от кого родила женщина, эти дети считались детьми ее мужа. Чем больше было детей, тем сильнее была семья, что увеличивало шансы получить власть над племенем. Долгое время они жили за счет кратких набегов и позже возвращались, как лесные животные к кормушке. Но со временем, аппетиты и они решили оставаться в деревнях, отбирать младенцев у матерей, воспитывая их как своих – будущих воинов, несогласных убивали, а добровольцев забирали к себе и относились к ним, как к дальним родственникам, увеличивающие почет семьи.

Игнавус был глупым и трусливым правителем, который боялся признавать свои ошибки и исправлять их. Эллендору было не по нраву соседство с дикарями и заручившись поддержкой Кхолки, Леофортис направился с войной на Борсовей. Ранее король Эллендора предлагал Игнавусу отдать ему деревню, раз он не может обеспечить целостность своего государства и защиту земель, которые проходили по границе с Эллендором.

Ожесточенная война длилась 5 лет. Эллендор получал поддержку от Кхолки. Леофортису приходилось воевать не только с Босавей, но и с жестокими Драксистами.

Игнавус был свержен Леофортисом. Борсовей стал Эллендором, и малая его часть была отдана Кхолки в благодарность за поддержку. Дракситы были истреблены, как чума. Не щадили никого, в первую очередь убивали женщин, которые, в будущем могли бы дать потомство и продолжить род Драксистов. Король Леофортис издал суровый и жестокий указ, обязывающий истребить и детей Дракситов, которых вынашивали женщины Терры. Всех младенцев, рожденных в этот период, забирали и отправляли в столицу Элендора, под предлогом воспитания под пристальным вниманием королевской знати. Многие из младенцев до столицы так и не добрались.  Некоторые женщины добровольно отдавали новорожденных королевским стражам, не желая оставлять такие тяжелые воспоминания рядом с собой, некоторые сопротивлялись и считали, что детская жизнь священна, в независимости от того, при каких обстоятельствах происходило зачатие, другие лично относили своего ребенка в лес, оставляя его судьбу на милость богов, единицы из них относили детей к озеру с молитвами о спасении. После того, как приказ был выполнен, деревня, с прилегающим лесом была выделена в отдельное герцогство, которым правил сильный и мудрый воин Сапиен. 

Под покровительством нового главы мерзкая глушь превратилась в уютное и теплое место, в котором заботились о каждом, как о члене семьи. Благодаря любви к людям, выяснилось, что земли там плодородные, леса густые, можно выращивать рожь, овощи, добывать древесину, растить скот. Терра, что означает - пустошь стала называться Новой Террой, которая процветала и из нее поставлялись необходимые ресурсы в столицу Эллендора.

*******

Шестнадцатилетняя Беллатрикс – дочка уважаемого, в Новой Терре, лекаря Сальватора очень любила гулять по густому, но светлому лесу, находящемуся рядом с деревней.

Ее завораживало разнообразие природы, под ногами хрустели еловые шишки, перешептывались скворцы, пели кукушки и кричали вороны. Когда будучи маленькой, Беллатрикс бегала по лесу, ее сопровождали бабочки и стрекозы, девочке нравилось думать, что они играют в догонялки. А услышав упорное постукивание дятлов, пугалась и бежала в папины объятия за защитой.

Сальватор очень любил своих детей, у него их было трое: старший сын – Гронс, средняя – Беллатрикс и младшая дочурка – Мюз, но ближе всего к сердцу была Беллатрикс, которую он нежно называл Белочка.

Лицо пожилого мужчины украшала короткая, густая, черная борода, с проседью, аккуратно стриженные усы придавали суровость его виду, но очень смешили маленькую Мюз, когда папа ими начинал шевелить. Его голубые глаза, смотрящие на жену Авис, были полны нежности и добра. Своими сильными руками, он мог бы разорвать пасть волку, а грудь была твердой, как скала.

Лекарь часто брал любимую Белочку в лес, чтобы собрать различные травы и ягоды, рассказывая о полезных свойствах лесных даров. Он с детства учил детей бережно относиться к природе, заботиться о лесе, любить и понимать животных. Белочка внимала каждому слову, прилежно училась всему, чему учил отец и мечтала стать такой же умной, как папа, и помогать людям.

Иногда Беллатрикс казалось, что за ними кто-то наблюдает, она даже рассказывала, что из-за дерева, в темноте, на нее смотрят ярко-зеленые глаза какого-то животного. Отец отвечал, что это следит лесной дух, охраняет от зла и накажет, если они навредят лесу. От подобных высказываний Гронс смеялся, не веря ни единому слову, а маленькая Мюз начинала бояться наказания, если сорвет цветочек для мамы. Отец пытался объяснить, что бог не настолько суров и она может нарвать даже букет, но малышка уже, со всех ног, бежала ворчащей к Авис. Белочка с жаждой новых знаний в глазах, с нетерпением просила рассказать еще о духах и богах леса.

В свои шестнадцать Беллатрикс не была уже настолько доверчивой и старалась ставить под сомнение рассказы отца, но все еще хотела верить, что он говорит правду, особенно, когда рассказал про волшебное озеро, что находилось на поляне посреди леса.

По легенде, это озеро могло исцелять людей и в нем можно было увидеть будущее. То озеро, в котором никогда не замерзала вода, но всегда оставалась холодной.

Многие юноши, на свой страх и риск ходили купаться в нем, в особенно жаркие дни. В великий праздник летнего солнцестояния, когда ночь самая короткая в году, девушки приходили к нему днем и нашептывали слова, после чего окунали лицо в воду, чтобы увидеть лик своего суженого, а в праздник зимнего солнцестояния, когда самая длинная ночь в году, они пускали по озеру бумажные сердечки, смазанные специальным лосьоном, поджигали их и нашептывали имена своих возлюбленных, чтобы они могли вместе обрести свое счастье. Некоторые юноши, вдали от девичьих глаз, тоже бегали к озеру, чтобы узнать или привлечь свою любовь. Говорят, что многие так нашли судьбу, но никто не может это доказать или опровергнуть. Хоть, ни один человек так и не увидел в озере лик своей второй половинки, некоторые рассказывали, что суженные приходили во снах.

Всегда за проделками юношей и девушек, из леса наблюдал высокий молодой мужчина, с вьющимися, до плеч, густыми черными волосами, пронзительным взглядом изумрудных глаз и легкой улыбкой на лице. В такие моменты, он смотрел на них, как добрый, снисходительный отец, который прощает баловство своим непутевым детям.

******

- Нам не стоит ходить в лес вместе. – Гронс был не доволен тем, что сестра увязалась за ним.

- Это еще почему? – Спросила Беллатрикс, поправляя пряди своих темно-русых волос, которые небрежно выбились из длинной косы.

- Потому что я собираюсь охотиться, а ты сейчас все зверьё распугаешь, еще заблудишься, ищи тебя потом.

- Не смеши меня. Ты прекрасно осведомлен, что я лес знаю, как свои пять пальцев и никого я не распугаю. Просто ты пойдешь в другую сторону. А если ты не умеешь охотиться, то не стоит в этом винить меня.

- Я лучший охотник в нашей деревне. – Двадцатилетний юноша гордо поднял свою светловолосую голову и приложил лук к груди.

- Тогда, тебе не составит труда поймать сегодня оленя.

- Ладно. Оставайся здесь и собирай свои веники, а я пошел добывать нам пищу.

Беллатрикс закатила глаза, приподнимая левую бровь и помотала головой с легкой усмешкой, а Гронс пошел вперед, прислушиваясь к звукам леса. На мгновение он резко остановился, показав жестом сестре, чтобы та не шевелилась и молчала. Она послушалась и вгляделась в ветви кустов. Мужчина медленно и бесшумно двигался, рельеф напряженных мышц был виден через мокрую от пота хлопковую рубаху, с засученными рукавами. Он медленно натянул тетиву и замер. Короткие, светло-русые волосы переливались на солнце, капелька пота стекала со лба на густые, сдвинутые к переносице брови. Сосредоточенный взгляд карих глаз улавливал малейшее движение листьев на ветках. Через мгновение из кустов, в ужасе, выбежал маленький зайчонок. Гронс опустил лук и сказал:

-  Этот еще совсем малыш. Пусть подрастет, тогда мы еще посоревнуемся.

Оставив сестру, он, похожий на дикую кошку, быстро, плавными движениями направился в другую сторону леса. Несмотря на то, что Гронс был завидным женихом и почти любая девушка согласилась бы за него выйти замуж, в ту же секунду, как только бы он это предложил, юноша не мог найти себе спутницу по душе. Ему очень хотелось, чтобы любимая разделяла интересы, была утонченной, как особа королевских кровей, но, при этом, не падала в обморок от вида крови. Если кратко, он представлял рядом с собой благородную деву, выросшую в деревенских условиях. Гронс понимал, что такая, едва ли ему встретиться, ведь те, что не боялись крови, сами разделывали туши животных, имели грубую кожу рук от частой стирки одежды в реке и не имели времени читать книги, потому что воспитывали младших братьев и сестер, занимались бытом и готовкой, а тех, кто имел много времени на чтение, мечтания и музыку, родители ограждали от лишних душевных потрясений, в надежде, что дочь сможет выйти замуж за кого-то более благородных кровей, чем она сама. Гронс был высоким, красивым, сильным, ловким юношей, он побеждал на каждом соревновании, которые проводились у в деревне по праздникам, но был одиноким, покорно ждущим любви. Юноша чувствовал себя неловко от того, что в своем возрасте ему пора было бы обзавестись женой и первым ребенком, но не хотел заставлять себя жить с нелюбимой девушкой, в чем его поддерживали родители, надеясь, что в скором времени, он сможет выбрать себе супругу, а они, в это время, предлагали различные варианты. Его мать – Авис активно участвовала в этом и воодушевленно рассказывала о дочерях подруг, о том с какой красавицей пообщалась на рынке и какая замечательная девушка их соседка, чем начинала раздражать не только Гронса, но и других членов семьи, кроме Мюз, которая надеялась, что мама сможет помочь обрести счастье и удачно выйти замуж. 
 

Пока старший брат выслеживал дичь, за Беллатрикс из-за деревьев следила неизвестная большая тень, которая не отставала от нее ни на шаг. То ли человек, то ли животное, наблюдал за тем, как нежные, тонкие пальцы девушки мягко касаются деревьев, лепестков цветов, ласково гладят траву. Он слушал, как тонкий голосок молодой красавицы, с детской наивностью и непринужденностью произносил: «Зайчик, убегай, пока тебя не нашел волк.», «Здравствуй, белочка», «Милый цветочек, ты пойдешь в мою корзинку». Беллатрикс бережно относилась к лесу, любила разговаривать с мимо пробегающими животными, которые не отвечали на приветствие, а она с упреком их ласково отчитывала: «Ай-яй-яй, малыш, это невежливо.»
 

Девушка вышла к поляне, на которой красовалось небольшое волшебное озеро, но не стала подходить к нему, а села в траву, облокотившись на дерево. Беллатрикс приподняла длинное платье, оголяя свои длинные, стройные ноги, чтобы погрется на солнышке, которое просачивалось сквозь ветви дерева, дарующего прохладную тень. Она подняла голову, чтобы понаблюдать за тем, как плывут облака по голубому нему, как ветер играет листьями деревьев, следила за полетом птиц, завидуя их возможности созерцать всю красоту свысока.

Позади, выглядывая из-за далекого дерева сидела чья-то тень. По спине Беллатрикс пробежал неприятный холодок, она обернулась, но никого не увидела. Девушка начала вглядываться в лес и появилось ощущение, что на нее смотрят два сверкающих зеленых глаза, но поняв, что это солнышко играет на листьях цветков успокоилась, продолжая наслаждаться прекрасным летним днем и щебетанием птиц, под которое танцевали бабочки.

Она смотрела на озеро и вспоминала, как 8 лет назад гуляли с друзьями на этой поляне. Мальчишки бегали за девчонками, пытаясь посадить на их головы жуков, на что те с громкими воплями убегали. Через какое-то время, самая смелая – Беллатрикс, схватила небольшой прутик и закричала, что теперь их очередь спасаться. Подруги весело подхватили азарт и ринулись за смеющимися мальчишками. Когда они набегались, ребята пошли купаться в озеро, а девочки гуляли, собирали цветы и плели венки.

Одна из них, та, что давно поглядывала на своего друга, подошла к воде, бросила свой венок и громко сказала: «Рядом с кем упадёт — тому суждено быть моей второй половинкой». Венок закачался на лёгких волнах, а мальчишки, будто спасаясь от огня, отплыли как можно дальше. Самый храбрый взял венок и бросил его на берег со словами: «Я не верю в это ерунду». Тот упал у ног Флои - лучшей подруги Беллатрикс. Девочки наблюдали за этой картиной, стоя рядом с подругой. Их глаза в ожидании, были широко открыты, каждая почти не дышала, предвкушая развитие событий, а когда они услышали: «Я не верю в эту ерунду», перебивая друг друга стали кричать:

- Веришь, не веришь, а она твоя судьба.

- Ты можешь не верить – все равно женишься.

- Все ты веришь, просто стесняешься признаться, что она тебе нравится.

- Тили-тили тесто, жених и невеста

Детские голоса звонко кричали и смеялись, мальчишки начали брызгаться холодной водой, а девочки пища разбегались в разные стороны, но возвращались к берегу. Беллатрикс разбежалась и прыгнула в озеро с криком: «Расступиииись». Холодная вода колола тело, но девочка там часто купалась и хорошо плавала, поэтому без страха двигалась дальше, к середине озера, подразнивая друзей. Через мгновение, Беллатрикс стала медленно уходить под воду, успев только что-то крикнуть напоследок, она старалась держать голову как можно выше над водой, но чувствовала, как та, обжигая, затекала в нос и скатывалась по горлу. Сначала, друзья восприняли это за розыгрыш и кричали, что не смешно, но через секунду, некоторые поплыли спасать, поняв, что девочка не шутит. Беллатрикс думала, что нога зацепилась за какие-то водоросли, казалось, что что-то держит. Она старалась руками освободить голень, но на той ничего не было. Почти все сразу побежали домой, Флоя кричала в след, чтобы срочно позвали на помощь. Один из оставшихся мальчиков так и не доплыл до Беллатрикс, развернулся и направился к берегу, на котором была одна Флоя, крича слова поддержки плывущим. Он быстро собрал свои вещи и последовал за друзьями, которые уже давно успели скрыться из виду, но обещал, что сейчас же позовет папу тонущей подруги на помощь. Оставшийся мальчик попытался вытащить Беллатрикс, хватал за руку, но было ощущение, что ту тянули на дно, пытался поднырнуть, но ничего не получалось.

В маленьких легких уже не оставалось воздуха, а детская голова скрылась с глаз под водой. В этот момент она услышала грозный голос, который раздавался эхом по озеру, вызывая рябь на воде: «ОТПУСТИ ЕЕ».

Беллатрикс почувствовала, как что-то придерживало ее тело за лопатку и освобождало ногу от тисков несуществующей руки. Что-то вытолкнуло ее на поверхность воды, давая возможность другу подхватить, чтобы доплыть до берега вместе. Девочке казалось, что это что-то помогало мальчику плыть и поддерживать ее тело, которое было в полусознательном состоянии. Когда Флое и их другу Фиденсу удалось вытащить Беллатрикс на берег, та была без сознания. Флоя паниковала, уже было собиралась бежать в деревню, как увидела, приближающегося, напуганного Гронса, который держал в руках непонятную тряпку и какую-то настойку. Брат подбежал, молниеносно поднял сестру с земли, уложил животом себе на колено и похлопывал по спине, периодически давая понюхать настойку. Он надеялся, что вода, в скором времени вытечет. Гронс, который никогда не верил в богов и духов начал молиться, через мгновение он услышал громкий, хриплый вдох, сменяющийся сильным кашлем. Флоя и напуганный, бледный Фиденс бросились обнимать Беллатрикс и ее брата, который укутал сестренку в тряпку, крепко обнял и шептал ей на ухо, что все хорошо.

Гронсу было всего 12 лет, уже тогда он был отважным и решительным маленьким мужчиной. На помощь позвал мальчик - Дуай, у которого не хватило сил доплыть до Беллатрикс и что нравился их подруге Лукреции, бросавшей венок. Остальные ребята в ужасе прятались дома. Беллатрикс, Флоя, Дуай и Фиденс с ними больше не общались, презирая их трусливый поступок.

- Что случилось? – С яростным видом спрашивал Гронс ребят.

- Не знаю. Она, вдруг, начала тонуть, я поплыл за ней, но, когда попытался схватить за руку, было такое ощущение, что ее кто-то тянул. Я попытался нырнуть, чтобы как-то ее вытащить, но у меня не получилось. – Запинаясь, быстро бормотал напуганный Фиденс, будто пытаясь оправдаться. Его тело дрожало от холода и ужаса.

- Мы не виноваты. Она купалась и нормально плыла, ты же знаешь, что она хорошо плавает. Она отплыла не дальше обычного. Ребята убежали, я просила их позвать на помощь и осталась здесь. Я так испугалась. Наверно, нужно было самой бежать к вам. – Флоя плакала и чувствовала себя виноватой, что не смогла ничем помочь. – Когда Фиденс подплыл с Беллатрикс, я помогла им вылезти на берег. Я не знала, что еще могла сделать.  – Продолжала она, вытирая слезы со своего детского бледного, от страха, лица. – Как только она оказалась на берегу, я хотела побежать за вашим папой, но ты уже оказался тут.

- Теперь вам всем купаться только возле берега. Вы меня поняли? – Прикрикнул грозный Гронс.

- Да, Гронс. Мы поняли. Извини. Прости нас. – Перебивая друг друга кричали ребята.

- Вы не виноваты. – Выдыхая сказал Гронс и посмотрев на сестру спросил – Как ты?

- Я в порядке. Мне казалось, что меня что-то держит в воде. А потом, меня будто кто-то вытолкнул. Представляешь? Наверно, озеро и правда волшебное.

Брат смотрел на ее синие, от холода, губы, которые шептали невероятные истории и плакал от счастья, что сестра жива, готовый простить любую наивную глупость, что она себе придумает.

- Это ты расскажешь отцу. – С усмешкой сказал Гронс.

- А, кстати, где он?

- Его не было дома, когда прибежал кто-то из ребят. Он меня так напугал, кричал, что ты умираешь на озере, ничего не мог объяснить. Хорошо, что живем не очень далеко. Мне кажется, я никогда еще так быстро не бегал, я думал, у меня сердце выпрыгнет. -  Гронс крепко обнимал сестру.

- А мама? Мама знает? Давай никому не расскажем?

- Папа пошел к тёте Слайли лечить ее сына, а мама с Мюз ушли на базар. Они еще ничего не знают, но мы должны рассказать. Рано или поздно им станет известно.

- Но они будут ругаться и никогда меня больше не пустят гулять. – Жалобно лепетала Беллатрикс.

- Они не будут ругаться, ничего страшного, если ты посидишь дома. Всем будет спокойнее.

- Нет. Я не буду дома сидеть, это нечестно.

- Беллатрикс, давай ты сейчас не будешь об этом думать, хорошо? Главное, чтобы с тобой все было в порядке. – Сказала Флоя.

- Да, Флоя права. - Поддержал Фиденс.

Когда Беллатрикс немного отогрелась, они все пошли домой, рассказывая о своих переживаниях и боясь реакции родителей.

Авис и Сальватор не ругались на Беллатрикс, гордились своим сыном и были счастливы, что никто не пострадал, благодарили духов леса и воды.

Беллатрикс часто вспоминала свое чудесное спасение, к тому же, после этого случая, на ее лопатке появилось темное пятно, похожее на отпечаток ладони. Сальватор не понял происхождения этого пятна, две недели наблюдал за состоянием дочери, не выпуская ее из комнаты, следил за здоровьем остальных членов семьи. Поняв, что это не заболевание и оно не заразно, их жизнь вернулась в прежнее русло.

Когда деревенские прознали о пятне на спине девочки, многие стали считать ее проклятой и говорили, что сам дьявол вытащил из воды для служения злу. Кто-то, наоборот, считал, что Беллатрикс стала святой, избранницей волшебного озера и теперь будет защитницей деревни и сыграет спасительную роль в жизнях людей. Несмотря на пятно и слухи, Беллатрикс ничем не изменилась: не научилась исцелять людей, не видела вещих снов и не умела предсказывать будущее, она оставалась обычным ребенком.

Единственное, что изменилось в ее жизни, так это то, что она стала каждый год, в этот день и на все праздники приходить к озеру, благодарить неизвестное существо за спасение. Девушка приносила к озеру цветы и дарила этому духу венки. Она любила сидеть на берегу и рассказывать о своих мыслях, переживаниях и мечтах, думая, что в озере живет волшебный дух, который стал другом. У рассказов всегда был один и тот же слушатель и это было не существо, живущее в озере, а незванный гость, что прятался в тени деревьев. Не для него предназначались рассказы и откровенные девичьи секреты.

То спасение было 8 лет назад. Сейчас, сидя под деревом, она утопала в своих мечтах и размышлениях, медленно погружаясь в сладкую дремоту, под пристальным наблюдением таинственной тени. Хруст ветки под чьими-то ногами вырвал ее из этого блаженного состояния.

- Гронс, это ты? – Оглядываясь, Беллатрикс громко спросила, надеясь услышать родной голос брата.

- Нет. – Незнакомый голос заставил замереть сердце молодой красавицы.

- Кто вы? – Дружелюбно спросила она, вставая со своего места и озираясь по сторонам, готовая бежать в сторону дома.

Из леса медленно выходил парень, с приподнятыми руками и улыбкой, пытаясь показать своим видом, что пришел с миром и его не стоит бояться. Лохматый юноша, с пепельными волосами покорил сердце романтичной девушки милыми ямочками на щеках и обаятельной белоснежной улыбкой с немного выпирающими клыками. Его серые глаза с голубыми вкраплениями завораживали, обладая каким-то животным магнетизмом.

- Привет. Не бойся. Я с миром. – Голос приближающегося юноши был веселым, а на вид он казался счастливым, как если бы Беллатрикс была подругой.

- Я не боюсь. – С небольшим напряжением в голосе ответила Беллатрикс, поглядывая на большую ветку, лежавшую неподалеку от ее ног, которую можно было применить, чтобы отбиться.

- Меня зовут Льюпин. – Он протянул свою жилистую руку, с немного выпирающими, на кистях, венами.

Беллатрикс пару мгновений назад сидела под деревом, мечтала и размышляла о любви. Сейчас, решив, что судьба предоставляет возможность воплотить мечты в реальность с радостью приняла ее подарок и познакомилась с молодым человеком.

Льюпин оказался милым и доброжелательным парнем из соседней деревушки. Они гуляли по лесу и непринужденно болтали, узнавая друг друга. Беллатрикс заметила, что иногда, в тени, под тусклыми лучами солнца, глаза нового знакомого становились зелеными, тогда она решила поинтересоваться не он ли прятался в лесу. Парень рассмеялся и сказал, что только охотник выслеживает дичь, а он подошел сразу, как только ее увидел.

От молодого человека исходил особенный шарм, сердце Беллатрикс трепетало крылышки маленьких бабочек, которые разжигали огонь интереса и мечтаний о истории любви. Ее привлекала уверенная и веселая натура нового знакомого, а его взгляд завораживал. Говорят, что глаза – это зеркало души, девушка была уверена, что душа молодого человека добрая, загадочная и чистая.

Среди ее друзей было много парней, но ни один не вызывал такого волнения. Каждый раз, когда Льюпин на нее смотрел, девичье сердечко замирало от восторга.

- Беллатрикс. – Девушка услышала голос брата и посмотрела в ту сторону, от куда доносился окрик.

- Я тут. – Ответила она, и повернулась к Льюпину, которого уже не было поблизости.

Гронс приближался к Беллатрикс с довольной улыбкой, держа в руках пару больших зайцев и три дикие утки.

- Смотри. – Он вытянул руку, чтобы сестра могла поближе разглядеть его добычу. – Я хорош? Я хорошо! Я отличный охотник.

- Хорошо. Хорош. – Посмеивалась сестра, оглядываясь по сторонам в поисках Льюпина.

- Ты кого-то потеряла? – Поинтересовался брат.

- Да, так. Познакомилась с парнем, он куда-то исчез.

- С парнем? В лесу? Не самое лучшее место для знакомств, не находишь? – Гронс пристально посмотрел на сестру и осуждающе покачал головой. Он указал рукой в сторону дома, сообщая о том, что пора возвращаться.

- А где лучшее место для знакомств?

- На праздниках, на базаре, там, где много людей.

- Чем лес плох?

- Тем, что тебя никто не спасет, если тот человек с злыми намерениями.

- На празднике тоже мало кто спасет. Даже те, кого ты считаешь друзьями, могут прятаться, как трусливые крысы, когда тебе нужна помощь. Разве нет?

- Скажешь тоже. Друзья-то всегда помогут.

- Да, они помогли, когда я тонула. Спрятались под кроватями.

- Да. Как раз друзья тебе и помогли, а те, кто спрятались, ими не были.

- Поэтому я и сказала, что ТЕ, кого ты СЧИТАЕШЬ друзьями могут не помочь.

- В любом случае, чем больше людей, тем больше вероятности, что тебе помогут. А лес, не самое лучшее место, чтобы заводить друзей. И кто он?

- Он из соседней деревни.

- Из какой?

- Я не знаю, я не спрашивала.

- А что ты знаешь?

- Что он милый. У него красивые глаза и ямочки на щеках, когда улыбается. – Голос Беллатрикс стал игривым и смущенным.

- О, Боги. У меня нет слов. Сколько ему лет?

- Дв.. Д.. Н.. Не… Не знаю – Подбирая слова, ответила Беллатрикс.

Гронс встал перед ней, загораживая путь, пристально посмотрел в глаза и низким, устрашающим голосом спросил, четко выговаривая слова, делая между ними продолжительную паузу:

- Сколько… Ему… Лет..?

Глаза сестры забегали, она понимала, что врать бесполезно. Беллатрикс поджала губы, опустила глаза вниз, сцепила кисти рук перед собой и покачиваясь на ступнях тихо и быстро произнесла:

- Двадцать один.

- Сколько? – Крик Гронса раздался эхом по всему лесу и распугал, мирно отдыхающих на ветках деревьев, птиц.

- Двадцать… Один – заговорщическим тоном повторила сестра.

- Я тебя слышал. – Продолжал он на повышенных тонах. – Милый? Да, он старше меня. – Гронс был в ярости и быстро шел в сторону дома.

- А что такого?

- Тебе шестнадцать, вот что такого.

- Но девочки – пыталась аргументировать Беллатрикс, но брат ее резко перебил.

- Мне плевать на девочек. ТЫ моя сестра, а не они. Даже не смей думать о том, что он милый и забудь проклятые ямочки. Чтоб его холера взяла. Удумала, в лесу со всяким сбродом знакомиться, еще и с теми, кто старше меня. На цепь посажу, будешь в комнате сидеть пока двадцать не исполнится.

- Но в двадцать я буду уже старой девой – Взмолилась Беллатрикс.

- Значит будешь сидеть пока не исполнится двадцать один. И с каждым твоим новым словом этот срок будет увеличиваться. Поняла?

- Угу. – Этим звуком, она дала понять брату, что все поняла и будет молчать.

Оставшуюся дорогу Гронс что-то возмущенно бормотал себе под нос. Он очень любил сестер и хотел уберечь от всех невзгод. Пока Мюз была маленькой одиндцатилетней девочкой, вся сила брата уходила на то, чтобы защитить Беллатрис от нежелательных ухажёров. Конечно, все ухажёры, по мнению Гронса, были нежелательные, недостойные, недостаточно сильные, храбрые, воспитанные или умные, для его сестры.

По возвращению домой, снимая свой лук и укладывая добычу на стол Гронс возмущенно рассказал родителям о выходках сестры.

- Милая, не стоит знакомиться с мужчинами в лесу. Это может быть опасно – Сказал Сальватор.

- А он был красивый? – Произнес детский, вдохновленный голос Мюз, которая положила свою каштановую голову себе на ладошки, опираясь на стол.

- Тьфу. И ты тута же. – Расстроено произнес Гронс, понимая, что и младшая начинает подрастать и теперь придется следить за обеими.

- Ты пригласила его на наш праздник осени? – Спросила Авис.

- Женщина, ей всего шестнадцать – Возмутился Гронс

- Не смей так разговаривать с матерью – Строго осек Сальватор сына.

- Пап, ну разве так можно? ШЕСТНАДЦАТИЛЕТНЯЯ дочь, познакомилась с ДВАДЦАТИОДНОЛЕТНИМ мужчиной, В ЛЕСУ, а она спрашивает не позвала ли та его на праздник. – Гронс пытался делать акцент на том, что его больше всего возмущает в этом нежелательном знакомстве.

- А что, хороший вопрос. Посмотрели бы мы на этого парня – сказал Сальватор. – Ей уже целых шестнадцать. Уже можно замуж выдавать. Кстати, тебе уже двадцать, невесту нашел? Может возьмешь пример с сестры? Она даже в лесу умудряется женихов себе находить – посмеялся отец, поддразнивая сына.

- Вы неисправимы. – Тихо произнес разочарованный Гронс и пошел в умывальню, чтобы помыться после охоты.

Пока Авис расправлялась с тушками зайцев и уток, Мюс расспрашивала сестру о новом друге, а Сальватор разжигал огонь, чтобы приготовить ужин.

*******

 Приближался праздник осени. Местные жители очень любили этот день, они провожали лето и встречали золотую осень. Радостно люди украшали главную площадь, расставляли торговые лавки, где продавали местную праздничную выпечку, оформляли площадку для игр и развлечений, на которой девушки пели и танцевали, а мужчины соревновались в меткости, силе, выносливости и скорости. Еще, в палатках, девушки продавали самодельные платки с эксклюзивной вышивкой, вязанные кофты и платья. На празднике присутствовал староста.

Семья Сальватора была в почете у Сапиена, потому что местный лекарь спас его супругу, когда та заболела после родов, а Гронс всегда побеждал на соревнованиях. Когда Гронсу исполнилось шестнадцать лет, он на три года ушел в армию Сапиена, где был ответственным и исполнительным воином, за что, в качестве награды получил почетную должность жандарма. При первой опасности и угрозе границам, жандармы первые, вместе с городчатыми, отправлялись на защиту, а в мирное время, они следили за порядком в деревнях и имели достаточно много свободного времени, которое им оплачивалось за готовность в любую секунду исполнить свой долг. В военное время, жандармы первые отправлялись в бой. Хоть Гронс был и не из знатного рода, но Сапиенн не раз намекал, что готов выдать свою старшую дочь за него, когда девочка подрастет. Такое положение вещей огорчало юношу, ему не нравилась избалованная Флотэна, которая еще и на десять лет была младше. Но утешало то, что к тому времени, когда свадьба могла бы состояться, он успеет найти свою любоь.

Сапиен с семьей без страха гуляли по деревне, сидели в первых рядах, когда проходили игры, потому что все любили его и были благодарны за благополучие. Однажды, во время зимнего праздника, на Сапиена напал приезжий человек, так на защиту своего старосты бросилась обычная продавщица, отгоняя негодяя скалкой, которой она и торговала. Сапиен, который прошел ни одну войну, имея суровый и храбрый нрав, отличающийся своим здоровьем и силой, оттаскивал бедолагу от разъяренной женщины, после чего выдал ей официальную благодарность и небольшое денежное вознаграждение. Этот случай заставил главу жандармов настаивать на постоянном сопровождении охраны, на что староста ответил отказом:

- С мелкими хулиганами я могу справиться сам или меня защитят храбрые жители. - Смеясь, вспоминал он. - Я не хочу всегда думать об угрозе и прятаться от мирного населения за щитами людей, обученных убивать. Если ко мне подойдет юноша чтобы о чем-то попросить, его, в лучшем случае, оттолкнут. Тогда, какое ко мне доверие? Записываться на аудиенцию каждый раз, когда кто-то захочет мне сказать слова благодарности или поинтересоваться здоровьем моей жены и детей? Это глупости. Я и мой народ едины. Если мы будем разрознены, то о благополучии не может идти и речи. Люди, живущие в страхе перед своим старостой, часто болеют, плохо работают и не умеют радоваться жизни. Это приводит к тому, что с каждым годом все больше и больше людей хотят его убить. Мне это не нужно. Я люблю своих людей, они мне отвечают взаимностью – Такова была воля Сапиена.

До праздника осени – Диэс Аурэа оставалось пара недель. Восторженный народ занимался украшением деревни, сердобольные хозяюшки с дочерями шили, вышивали и вязали, придумывая, что именно будут готовить на праздник и постепенно закупали все необходимые продукты.

Беллатрикс все чаще отправлялась в лес, в надежде встретить своего нового друга, чтобы пригласить на праздник. Она всем сердцем верила, что, когда Гронс с ним познакомится, то станет снисходительнее к ее выбору.

Девушка сидела у озера и рассказывала о надеждах, о празднике, говорила, как было бы здорово, если бы он – дух озера, был человеком и смог пойти вместе с ней. Она так говорила каждый год и каждый год возвращалась на следующий с рассказами о прошедшем Диэс Аурэа.

Уже вечерело и холодало, она все сильнее укутывалась в свой платок, но уходить не хотела. На душе было как-то особенно тепло и светло, будто кто-то очень близкий и сильный обнимал ее за плечи. Ощущалось, что кто-то родной освещал душу мягким и нежным огнем свечи, рассеивая темный туман грустных мыслей и сомнений. Казалось, что вокруг нее воздух становился теплее, укрывая хрупкое тело от холода и ветра. Девушка почувствовала себя защищенной, как в теплых и крепких объятиях отца, что утешал ее в минуты страха. На небе было еле видно тусклую луну, скрывающуюся за облаками. Опуская глаза от неба к озеру, ее взгляд остановился на двух зеленых точках, светящиеся в дали.

- Льюпин? – Она неуверенно спросила у темноты, всматриваясь в лес.

Две точки не пропадали и не перемещались. Беллатрикс встала и медленно направилась в их сторону, желая узнать, что это так сверкает. Чем ближе она подходила, тем быстрее они отдалялись. Девушка уходила все дальше, в глубь леса, завороженная двумя маленькими, блестящими зелеными огоньками. На мгновение, они исчезли, обернувшись она поняла, что не узнает это место, хотя лес знала лучше многих. Страх холодом кольнул ее сердце, впервые в жизни она заблудилась. Прохлада заставляла надеть платок на голову и укутать плечи, скрестив руки на груди. Девушка уже сделала шаг в противоположном направлении как услышала тихий короткий шорох. То ли ветер шевелил листву за спиной, то ли заяц пробежал и спрятался в кустах. Она обернулась и снова увидела две яркие, зеленые точки, похожие на светлячков, которые будто пытались вывести ее из леса. Услышав звук падающей ветки, Беллатрикс повернулась и заметила какое-то очертание вдали, похожее на небольшой домик. Быстрым шагом, захваченная любопытством, она направилась прямиком туда, с каждым шагом ускоряясь, перейдя на легкий бег.

Девушка приближалась к деревянному дому, которого там никогда не было, она была в этом абсолютно уверена. В окнах горел свет. Небольшая лестница вела к двери, на которой висел кнокер. Беллатрикс хотела постучать, но услышала тихий и жуткий голос прямо над своим ухом: «Уходиии.». Она вздрогнула от неожиданности и страха и резко повернула голову на голос. Рядом никого не было. Как толко тонкие пальцы дотронулись до прохладного кольца, поднялся сильный ветер, скрипели ветви деревьев и где-то крикнула одинокая ворона. Непреодалимый интерес охватил сердце. Кто живет в этом доме? Но она почувствовала всем нутром, что не должна стучать в дверь и медленно опустила кольцо. Ветер стал утихать. Позади себя девушка услышала, как ее кто-то зовет. Казалось, вороны кричат ее имя.

- Беллатрикс.

Леденящий ужас охватил все тело, она медленно повернула голову и увидела, как к ней быстро приближается тень, похожая на дикое животное.

- Беллатрикс.

Крик застрял у в горле, вырываясь тихим, скулящим стоном.

- Беллатрикс. – Голос приближался, как и его хозяин. Тяжелая рука упала ей на плечо, зеленые глаза смотрели прямо в душу, вздыбленная шерсть на голове говорила об угрозе. Она вскрикнула.

- Беллатрикс, ты чего? Испугалась что ли? Я же тебе кричал. – Встревоженный голос Льюпина вырвал девушку из оков страха.

- Фуух. Это ты. Я тебя не узнала.

- Я же тебя звал.

- Там еще вороны каркали, я не сразу расслышала.

- Вороны? Никто не каркал. Я их не слышал, а слух у меня хороший. – Посмеиваясь, Льюпин указал на свои лопоухие уши.

Беллатрикс засмеялась, чувствуя, как ужас отступает от ее тела и растворяется в земле.

- Ты чего здесь делаешь так поздно еще и одна? – Льюпин говорил раздраженно и обеспокоено.

- Я гуляла и немного заблудилась.

- Ничего себе. Почему вообще так поздно сюда гулять пошла?

- Я у озера сидела и… Ты не знаешь чей это дом и как долго он тут стоит?

- Нет. Не знаю. Пойдем от сюда. – Серьезно сказал юноша и, взяв девушку за руку быстрым шагом направился к озеру. – Ты была у озера? Правильно?

- Правильно.

-  Ты зачем сюда пошла?

- Мне показалось, что за деревьями кто-то стоит, я подумала, что это ты.

- Я? – Парень остановился и посмотрел на нее как на сумасшедшую. – И чего бы мне там стоять?

Видя лицо Льюпина, полное сомнения, она продолжила и пошла в сторону озера: Не важно. Это сложно объяснить. Так вот. Я почему-то подумала, что это ты. Я тебя окликнула, но ты молчал. Тогда я решила, что ты меня не услышал и пошла к тебе. Я услышала какой-то звук, обернулась и увидела вдали что-то похожее на дом, хотела постучаться, но стали происходить странные вещи: поднялся ветер, стали кричать вороны, казалось, что даже стало холоднее. И кто-то мне сказал уходить, я повернулась, но никого не было, я захотела постучаться, но не решилась, а потом я что-то услышала и испугалась, как оказалось, это ты меня звал.

Парень с девушкой быстро подходили к озеру.

- Тебе дальше куда? – Строго спросил Льюпин.

- Дальше я сама дойду. Спасибо. – Протараторила Беллатрикс.

- Нет. Я тебя до дома доведу. – Сурово настаивал молодой человек.

- Ладно. Нам туда. – Беллатрикс показала в сторону своего дома, и они отправились дальше.

- Ты хочешь сказать, что увидела какую-то чертовщину, пошла за ней, заблудилась, у тебя была возможность пойти домой, но ты увидела что-то страшное и пошла туда? Сейчас почти темно, ты увидела незнакомый тебе дом и решила туда постучаться? Я все правильно понимаю?

- Да, знаешь... – Беллатрикс хотела что-то сказать в свое оправдание, но Льюпин ее перебил:

- Подожди. Я еще не договорил – Он зло взглянул на нее своими сверкающими серыми, с голубыми вкраплениями глазами. – Потом ты услышала голос, который сказал тебе этого не делать, но ты все равно захотела постучаться НОЧЬЮ, В НЕЗНАКОМЫЙ ДОМ? Все правильно? – Он смотрел на нее, ожидая ответа, но услышал тишину. – Теперь я договорил.

- Да. Все так. Но знаешь, когда ты это говоришь, то, действительно, кажется, что моя идея была глупой.

- Знаешь, и когда ТЫ это все рассказывала, твоя идея казалась очень глупой.

- Да. Сейчас я это понимаю, но тогда. – Она на мгновение замолчала. – Я даже не знаю, как тебе это объяснить.

Они уже подходили к ее дому, который виднелся с дороги. Кто-то возвращался домой с работы, кто-то прогуливался, заботливые матери, в домах, укладывали своих детей спать, дворовые собаки лаяли на проходящих, а коты, мяукая, просились домой.

- Давай договоримся так.  – Льюпин серьезно смотрел на Беллатрикс и держал ее ладони в своих руках. – Я никогда не буду за тобой следить или наблюдать из-за деревьев или где-то еще. Я не буду от тебя прятаться. Ни в первый раз, ни в этот раз, это был не я. Я всегда подойду к тебе, если тебя увижу. Договорились?

- Да. – Смущенно и стыдливо ответила Беллатрикс.

- И еще. Мне конечно, очень приятно, что ты за мной можешь пойти ночью, в неизвестном направлении, вглубь леса, но остерегайся. Ты не знаешь, что может в себе таить этот лес.

Белластрикс была смущена тем, что сказал Льюпин, но любопытство взяло свое.

- А что может в себе таить наш лес? – Она смотрела в глаза молодого человека, как ребенок, которому пообещали поделиться секретом.

- Беллатрикс – Рычащий голос брата кричал ей с веранды дома.

- Иду. Секунду. – Ответила ему сестра. Повернувшись к Льюпину, не выпуская его рук она молила взглядом дать ответ.

-  Иди. Тебе пора.

- Нет, нет, нет. Расскажи. – быстро прошептала она.

- Иди. – Льюпин, высвободившись из рук Беллатрикс развернулся и ушел в сторону леса.

Обида от вопроса, оставленного без ответа кольнула сердце, она разозлилась на брата, который помешал узнать интересную, возможно, таинственную историю. Но проявление заботы со стороны Льюпина, вселяло в душу надежду на то, что их встречи будут частыми, полными тепла и нежности, что еще наступит тот час, когда юноша сможет открыться перед ней.

На веранде, недовольную Беллатрикс встречал не менее недовольный и к тому же злой Гронс.

- Ты где была?  - Впуская в дом сестру, Гронс вошел следом за ней и не переставал кричать. – Кто это был? Это тот самый новый друг Лупак или как там его?

- Льюпин – Раздраженно ответила Беллатрикс.

Ни родители, ни тем более маленькая Мюз не рисковали вмешиваться в разговор.

- Мне без разницы. Я сказал, чтобы ты с ним больше не общалась. Говорил?

- Нет. Не говорил.

- Я сказал, что тебя на цепь посажу. Не смей с ним общаться. Какого лешего ты так поздно делала в лесу? Какого черта ты так поздно вернулась? Что ты там забыла?

- Я гуляла и… - Беллатрикс хотела сказать, что заблудилась, но одернула себя, чтобы брат лишний раз не волновался и не ругался в будущем, когда она захочет сходить в лес.

- И что? Продолжай. – Не успокаивался Гронс.

- И ничего. Загулялась.

- С этим? Ты загулялась с этим?

- Пока ты не выучишь его имя, я вообще с тобой разговаривать не буду. Его зовут Льюпин!

- Ты еще смеешь мне дерзить?

- Ты мне не папа, чтобы со мной так разговаривать.

На этой фразе со стула встал отец. Его разгневанный вид вводил в ужас не только Беллатрикс, но и Гронса.

- Беллатрикс! Я согласен с твоим братом. Так нельзя. Отныне, ты не ходишь в лес и домой возвращаешься до сумерек. Ты меня поняла? И я еще подумаю, разрешать ли тебе идти на Диэс Аурэа!

- Но папа. – Беллатрикс пыталась возразить, но взгляд отца заставил замолчать и подчиниться.

Семья ужинала молча, только было слышно недовольное сопение отца и Гронса, похожее на тихое рычание собаки.

На следующий день, Беллатрикс направилась к своей подруге Флое, чтобы пожаловаться на сою семью.

- О чем ты только думала? – Возмутилась Флоя

- Спасибо, ты как папа с Гронсом.

- Они правы. Нельзя ходить по лесу ночью. Тебя могли сожрать волки. – Немного смягчившись, она попросила рассказать ей про Льюпина.

Девушки долго болтали, вышивая платки для праздника. После чего, у Флои возникла идея, что они пойдут в лес и возьмут с собой Фиденса, что смягчит сердца Гронса с отцом и обеспечит им защиту, давая возможность взглянуть на Льюпина и пообщаться с ним.

Флоя, Беллатрикс, Фиденс и Дуай были лучшими друзьями, но все окружение пророчило им долгую счастливую жизнь. Местные уже поженили Флою с Фиденсом, а Беллатрикс с Дуайем. Рыжеволосая, с длинными кудряшками Флоя была на голову ниже Беллатрикс, которая подругу с любовью иногда называла феечкой, потому что та была маленькая, жизнерадостная, энергичная и со светлыми идеями.
 

На следующий день они все отправились в лес, в надежде увидеть Льюпина, но Беллатрикс рассказала им историю о доме в лесу, предложив найти его и узнать кто там живет. Они долго ходили по лесу, но все было тщетно. Дом будто прятался, как и Льюпин.

Возвращаясь домой, они обсуждали предстоящий праздник. Фиденс аккуратно взял Флою за руку и потянул на себя, как бы прося притормозить и отстать от друзей. Они шли медленно, Юноша собирался с мыслями.

- Флоя, я хотел у тебя кое-что спросить. – Начал смущенно Фиденс. Он был чуть выше Флои, обладал кротким характером, но был серьезным не по годам. Потирая свою шею, он продолжил. – Ты пойдешь со мной на Диэс Аурэа?

- Конечно пойду, мы же все идем. – Флоя сделала вид, что не поняла, о чем он говорит.

- Ты не поняла. Я предлагаю тебе пойти туда вместе. – Он остановился и смотрел смущенно исподлобья.

По традиции, если парень с девушкой приходят вместе на любой праздник сезона, это означало, что они заявляют о серьезности своих намерений в будущем пожениться. Это было почти признанием в любви и предложением о замужестве. Если такие пары, позже расходились, вся деревня об этом знала и пытались помирить их, а если этого не происходило, то мужчины помогали юноше восстановиться, а женщины, старались излечить разбитое девичье сердце.

- Я пойду с тобой. – Радостно ответила рыжеволосая девушка и обняла своего новоиспеченного спутника жизни.

За этим, со стороны, наблюдала счастливая, за подругу Беллатрикс и грустный Дуай. Но не только они были свидетелями зарождающейся любви.

Дуай тоже решил попытать свое счастье и предложил Беллатрикс пойти на праздник с ним, но та, извинившись, отказалась, пояснив, что хотела бы на праздник пойти с Льюпином. У молодого человека зародилась злость. Чем он хуже этого Льюпина, о котором было вообще ничего неизвестно? Дуай всегда был рядом, поддерживал ее, понимал, им было весело и интересно друг с другом, а этот проходимец только появился в ее жизни и уже достоин пойти с ней на осенний праздник?

- Ты понимаешь, что ты делаешь? – Спросил Дуай

- А что я делаю? – Беллатрикс была в недоумении

- Ты его совсем не знаешь и собираешься позвать в нашу деревню? Можно сказать, в семью. Не ожидал от тебя, такого опрометчивого поступка.

- А что в этом такого? Он хороший.

- От куда тебе знать? Судя по твоим рассказам, вы виделись пару раз.

- Я это чувствую.

- Ха. Нельзя почувствовать насколько хороший человек перед тобой.

- Можно. Просто ты ничего не понимаешь в любви.

- В любви? Хахахах – Дуай искренне рассмеялся, чем оскорбил девушку, которая поспешила пойти домой и ускорилась, стараясь сбежать от насмешки друга.

- Стой. Стой. Я не хотел тебя обидеть. – Не переставая смеяться, Дуай пытался ее догнать.

Беллатрикс резко остановилась и повернулась к собеседнику лицом:

- Я знаю, что Льюпин хороший человек и он мне нравится. Смирись с этим. Я понимаю, что обидела тебя своим отказом, но это не повод смеяться надо мной.

- Я смеюсь не от обиды. Просто неожиданно слышать такое от тебя.

- А что со мной не так? Мне не может кто-то понравиться? Или, может, я не могу влюбиться в кого-то кроме тебя, раз об этом судачит вся деревня? Я не знаю, что ты себе напридумывал, но мнение окружающих не обязывает меня кого-то любить или хотеть выйти замуж за того, кого они мне навязывают.

- С тобой все так. Просто ты не отличалась ветреностью. И меня тебе никто не навязывает.

- Я не ветреная. Просто ты не можешь смириться с тем, что мне нравишься не ты.

Дуай был немного оскорблен таким отношением, но ему все еще было смешно от подобного легкомысленного поведения подруги. Попрощавшись с удивленными и заинтригованными Флоей и Фиденсом, он направился домой, молча пройдя мимо Беллатрикс.

- Милая. – Флоя подошла к расстроенной подруге, взяла ее за руку и продолжила. – Мне кажется, Дуай прав и он это говорит не из ревности. Хорошо, что тебе понравился Льюпин и, вероятней всего, он хороший человек. Но мы пока что этого не знаем наверняка и стоит ли так торопить события и звать его именно на этот праздник? Может, ты дашь себе время во всем разобраться и тогда можно будет его позвать на зимний Санта Хиемс? Я беспокоюсь за тебя, не обязательно так торопиться, ведь он станет частью жизни всех нас. Понимаешь, о чем я говорю?

- Ты с каких пор стала такая серьезная? То, что тебя Фиденс пригласил на праздник не означает, что ты стала умнее меня и разбираешься в отношениях лучше.

- Я так и не считаю.

- Так. Девушки. Нам всем нужно остыть. Давайте не будем ругаться? – Встрял Фиденс. – Спокойно пойдем домой, а если вы захотите, то обсудите это завтра или не обсудите, там решите.

Друзья беспокоились за Беллатрикс, сердце которой сейчас находилось в смятении. Ей хотелось найти свою судьбу, свое счастье. Она сама понимала, что слишком спешит, но ей так хотелось любви.

Ночью она не могла уснуть. Мысли о Льюпине вырывали из объятий Морфея, заставляя вспоминать прекрасные глаза, немного грубый голос, милые ямочки на щеках юноши.

Она еще несколько дней ходила в лес, в надежде встретить молодого человека, романтическая фантазия о котором прочно засела в сердце и мыслях. Беллатрикс почти отчаялась хоть раз еще его встретить. Но однажды, ночью ее разбудил странный шум под окном, будто кто-то царапался когтями о стекло. Девушка медленно встала со своей кровати и прислушалась к небольшому шуму. Казалось, что был слышен гулкий и зловещий хохот какого-то существа, она подошла к окну, чтобы узнать, кто издает этот звук и тихо вскрикнула. С обратной стороны откна смотрели два больших ярко-зеленых, глаза. Беллатрикс очень испугалась, но услышав знакомое «Ууххуу. Ууххуу», открыла окно и впустила сову в комнату. Ночная гостья, соблюдая приличие, не стала заходить дальше подоконника, оставила небольшой сверток и улетела, растворяясь в ночном небе. Это было письмо от Льюпина, в котором он писал, что скучает и хочет встретиться завтра утром у озера. «С нетерпением буду ждать нашей встречи. Твой Льюпин» - этими словами заканчивалось письмо.

Беллатрикс прижала письмо к груди с радостной улыбкой на лице. Взволнованная мечтами девушка, еще долго не могла уснуть, очень переживала, что опоздает на встречу и Льюпин ее не дождется.

Утром, первым делом, она побежала к Флое рассказать, что случилось и спросить совета по наряду. Отправив счастливую Беллатрикс на долгожданную встречу, подруга побежала к Фиденсу, разбудив его своим эмоциональным и радостным рассказом. Она потащила еще сонного паренька проследить за подругой. Флое до жути хотелось посмотреть на этого таинственного Льюпина, а своего молодого человека она взяла для поддержки и защиты, если та потребуется. Недовольный юноша бурчал всю дорогу, так как им приходилось скрываться - вначале за домами, а позже за деревьями и кустами, чтобы не упустить из вида Беллатрикс и не пропустить появление Льюпина. Они наблюдали за тем, как подруга подошла к озеру.

- Долго нам ждать? – Прошептал Фиденс на ухо своей избраннице.

Флоя пряталась за деревом, будто обнимала его, юноша стоял позади, выглядывая из-за ее плеча, опираясь рукой на ствол дерева, рядом с талией девушки.

- Не знаю. – Также шепотом произнесла Флоя, поворачивая голову так, что они соприкоснулись щеками. Немного смутившись, она продолжила наблюдение.

Они стояли тихо, старались почти не шевелиться. Где-то впереди, справа раздался хруст сломанной ветки. Молодые люди направили свой взор в ту сторону, но никого не увидели. Казалось, что кто-то невидимый бродит по лесу. Их внимание отвлек радостный смех подруги. Повернувшись к озеру, они увидели, что Беллатрикс разговаривает с молодым человеком, который был крепкого телосложения, обладал широкой шеей, плавно переходящая в сильные, большие, казалось необъятные плечи. Молодой человек был чуть ниже Беллатрикс, но девушка могла бы спрятаться за его широкой спиной.

К сожалению, ребята находились слишком далеко и не могли разглядеть юношу полностью, чей вид немного ужаснул.

- Это он? – Немного заикаясь спросил Фиденс.

- Кажется, что да. – Флоя обернулась на своего спутника, в ее глазах читался легкое недоумение.

- И как ты думаешь, я буду ее защищать от него? Мне кажется, что он раза в два меня шире. – Подавленным чуть пищащим голосом спросил молодой человек.

- Я не знаю. Я не думала, что он выглядит так... – Слова не находились.

- Угрожающе?

- Наверное. Беллатрикс мне мало что о нем рассказывала. Он же, при желании, сломает ее как щепку.

- Ладно, я быстро бегаю, если что, отвлеку его, пока вы будете бежать до дома.

- Надеюсь, это не понадобится.

Молодые люди напряженно наблюдали за своей подругой, которая медленно прогуливалась с Льюпином по поляне и собирала цветы.

- А как ты заставил сову принести письмо? – Спросила Беллатрикс, срывая цветок.

- У меня есть свои секреты. Я обязательно тебе обо всем расскажу, но позже. – Он смотрел на нее с добродушной улыбкой, как на ребенка.

- Нет. Расскажи сейчас. Интересно же.

- Нет. Давай, в следующий раз.

- Ладно. Где ты пропадал все это время? Я часто приходила сюда и тебя не было.

- Наверное, мы просто приходили в разное время.

- Нам нужно договориться о времени и месте, где мы могли бы видеться.

- Я буду тебе почаще отправлять сову или ворону, а ты сможешь присылать мне ответ с ними.

- Договорились.

Флоя и Фиденс все это время наблюдали за происходящим. В какой-то момент, юноше наскучило следить за милым общением ее подруги, и он положил свою руку на талию Флои. Та не отреагировала. бархатной коже, вызывая мурашки. Она ощущала теплое, немного прерывистое дыхание на своей коже, которую ласкали нежные поцелуи.

- Что ты делаешь? – Заигрывающим голосом спросила девушка, поворачиваясь к нему лицом.

Фиденс ответил ей страстным поцелуем, тело Флои обдало жаром, пальцы мягко впивались в широкую мужскую спину, крепкие руки юноши медленно спускались ниже поясницы рыжеволосой красавицы. Девушка немного отпрянула.

- Что-то не так? –Насторожился разгорячённый юноша.

- Да, мы немного торопим события – Она шепнула ему на ухо и улыбнулась.

- Да, прости. Наверное, ты права.

- К тому же, если Беллатрикс узнает, что мы здесь, то спасаться придется от нее. А еще, мы не за этим сюда пришли.

- Да, но на ее парня мы уже посмотрели. Что нам еще остается?

- Ты прав, но давай не будем так спешить? Хорошо?

- Может, пойдем домой? Чего ту высматривать? Беллатрикс в порядке, не похоже, что Льюпин хочет причинить ей вред, а мне уже надоело играть в шпионов.

Флоя согласилась, и они направились домой, пока Беллатрикс и Льюпин продолжали наслаждаться обществом друг друга.

- Льюпин, мне бы хотелось тебе кое-что предложить.

Он молчаливо ждал продолжения.

- Я бы хотела тебя пригласить на наш осенний праздник.

- Я согласен – Радостно ответил парень.

- Но есть одно, но.

- Что такое?

- Каждый год мы встречаем осень и провожаем лето. Праздник называется Диэс Аурэа. Проводятся различные игры, мы поем песни и готовим разные блюда. Просто если мы на этот праздник придем вместе, то все посчитают, что мы вместе.

- Ну, так, мы же придем вместе. Что ты имеешь в виду?

- Нууу, что мы пара. Как жених с невестой. Но, конечно, это ничего не значит, но такая у нас традиция. Просто могут пойти слухи, будут косые взгляды, но это не значит, что мы должны будем пожениться. Просто мне хотелось бы провести время с тобой.

- Хорошо.

- Ты точно понимаешь, о чем я?

- Беллатрикс, ты мне очень нравишься.  – Он опустил глаза, взял девушку за руки и немного покраснел. – Даже больше, чем очень нравишься. Я был бы не против жениться на тебе.

Сердце Беллатрикс забилось с такой силой, что ее бросило в жар. Она открыла в себе силу таких фантазий, о которых сама не догадывалась. Дай себе, волю, девушка бы попыталась сорвать с него одежду, ей хотелось стать единым целым, чтобы их тела переплетались языками пламени в огне страсти. Девушка смутилась от своих мыслей. - Ты хочешь сказать, что влюблен в меня? – Робко спросила Беллатрикс.

Резко поднялся холодный ветер, было ощущение, что скоро начнется снег, но было еще слишком рано для такой погоды. Льюпин приобнял девушку, чтобы укрыть от холода и тихо шепнул ей на ухо: «Да».  Ветер срывал с деревьев чуть пожелтевшие листья, озеро покрылось легкой рябью, сухая трава бежала по поляне, застревая в кустарниках. Черная, большая тень стремительно направлялась в противоположную сторону от влюбленных. Казалось, что птицы перестали петь, белки спрятались в своих домиках, зайцы застыли на месте, в ожидании чего-то страшного, было слышно только карканье, взъерошенных ворон.

Льюпин проводил молодую девушку до дома и поцеловал на прощание.

Весь оставшийся день, Беллатрис витала в своих мечтах, была загадочной и рассеянной. Признание в любви, будто давало уверенность и гарантии того, что это судьба, что у них все будет хорошо и счастливое будущее предопределено и описано в какой-нибудь священной книге человеческих жизней. Она была нужна, любима и желанна. Переполненная счастьем, девушка хотела танцевать, прыгать, петь песни и делиться со всем миром своим восторгом. Если бы у Беллатрикс была волшебная сила, она бы усыпала все поля цветами, вылечила каждое больное существо, накормила каждого нуждающегося, ей хотелось одарить всех вокруг.

Гронсу очень не нравилось такое поведение сестры, он понимал, что происходит что-то неладное.

Весь следующий день она провела со своими друзьями, рассказывая о произошедшем, пока все готовились к празднику, который наступал уже послезавтра.

- Да, влюбился всего спустя две встречи. – Скептически произнес Дуай

- Прекрати. Да, влюбился. Да, спустя две встречи. Ты хочешь сказать, что в меня нельзя так быстро влюбиться? А тебе сколько времени понадобилось, чтобы меня полюбить? – Беллатрикс хотела сделать больно молодому человеку, так как считала оскорбительными его высказывания.

- Я? Кто тебе сказал, что я в тебя влюбился?

- Ты же меня приглашал пойти на праздник вместе.

- Да, ты мне нравишься, но я не влюблен в тебя. А учитывая твое легкомысленное поведение, то я очень рад, что ты отказала, потому что и моя симпатия к тебе уже почти прошла.

- Ха. Ревнивец. – Беллатрикс не успокаивалась и была убеждена в том, что он так говорит только из ревности.

- Ребята, я, пожалуй, пойду домой. Не могу находиться в этой горячке. – Дуай собрал свои вещи и ушел, хлопнув дверью.

- Что, хотите сказать, что он прав? – Стервозно спросила Беллатрикс своих друзей, прищурив глаза и испепеляя своим суровым взглядом.

- Я не хочу в этом разбираться. Пойду помогу Дуайю, чем бы он не планировал заняться. – Ответил Фиденс и поспешил вслед за другом.

- Трус – Вдогонку, посмеиваясь, крикнула ему Флоя. – Я не знаю. – Девушка повернулась к подруге с серьезным видом. – Честно, не знаю. Слишком мало времени прошло. Ты что-то знаешь о его семье?

- Нет. Но, чтобы влюбиться о семье ничего и не требуется знать.

- Я не об этом. Ты собираешься его привести в свою семью или он тебя заберет в свою?

- Мы об этом еще не разговаривали.

- А как ты хочешь? Ты собираешься его познакомить с родителями? Как ты себе это представляешь, учитывая, что Гронс его, явно, недолюбливает.

- Я не собиралась их знакомить.

- Что? Ты негласно заявишь всем жителям о том, что у тебя появился молодой человек, который намерен на тебе жениться, думаешь, что твои родители этого не заметят?

- Я как-то не подумала. – Виновато сказала Беллатрикс. – Что же мне делать?

- Для начала, рассказать родителям. Но они будут не в восторге, что ты приняла такое решение без их согласия с незнакомым, для них, человеком. Они должны знать кому вверяют свою дочь.

- Я не хочу им рассказывать.

- Почему? Ты в нем не уверена?

- Слишком рано.

- Слишком рано для чего?

- Чтобы знакомить их.

- Слишком рано, чтобы познакомить его с семьей, но не рано, чтобы думать о женитьбе? Ты себя слышишь?

- Я запуталась.

- Это прекрасно, что вы любите друг друга, правда. Но не стоит его так рано приводить на праздник, в качестве своей пары. Встреться с ним перед торжеством, объясни ситуацию, попроси не проявлять к тебе нежность и не держитесь за руки. Вот и все.

- Но, тогда получится, что я не верю в искренность его чувств и обманула его в своих чувствах.

- Ты призналась ему в любви?

- Нет.

- Тогда ты его не обманываешь. Ты ничего не обещала. Ох, и заварила же ты кашу, моя милая.

- Это точно. Наверное, последую твоему совету.

Ближе к ночи, Беллатрикс направилась домой, погруженная в свои мысли и мечты. Девушка вспоминала его глаза и улыбку, будто завороженная. Ночью снилось, как он касался ее, целовал, как мужские руки скользили по ее телу, а губы покрывали ее грудь поцелуями. Девушка проснулась в легкой испарине. Романтичная натура сейчас мечтала вовсе не о романтике, а всепоглощающей страсти. Беллатрикс начало волновать такое состояние, раньше мечты никогда не уходили дальше поцелуя, ее интересовали нежные прикосновения, душу будоражили ласковые слова, а сердце замирало в волнении от предвкушения встречи и робких движений. Сейчас ей всего этого было мало и казалось детскими заблуждениями и игрой. Но, с другой стороны, если Льюпин был настроен серьезно, что говорил о женитьбе, почему она не могла позволить себе большее в своих же фантазиях? Беллатрикс хотелось прикоснуться к его твердой груди, почувствовать тепло тела, чтобы его сильные руки крепко прижимали к себе, а немного грубоватый голос шептал нежные слова на ухо.

Настал день праздника, уже с утра на улицах была суматоха, люди раскладывали свои товары в лавках, громко приветствовали друг друга, шутили, смеялись, кто-то уже начинал петь. Площадь была украшена листьями, цветами, воздушными фонариками и разноцветными флажками. Мужчины играли на различных музыкальных инструментах, девушки пританцовывали, привлекая народ к товарным полкам. Каждый расхваливал свои изделия на разный лад: кто в стихах, кто в песнях, кто в шутках и загадках. Жизнь кипела. Детвора бегала, старики ходили в обнимку, наблюдая за счастливыми лицами окружающих. Молодые девушки кокетничали с юношами, а они в ответ заигрывали с ними, осыпая комплиментами.

Беллатрикс и Мюз помогали родителям разложить товар, Гронс тренировался перед играми.

- Милая, с тобой все в порядке? Ты кого-то ждешь? – Авис начинала волноваться за дочь, которая, последнее время, вела себя достаточно странно. Сейчас она заметила, как дочка озирается по сторонам, кого-то высматривая.

- Да, мам. Все хорошо.

Авис попросила Мюз принести из дома вышитые салфетки, чтобы та не помешала пообщаться с Беллатрис. Нежные, материнские руки легли на плечи дочки, взволнованный взгляд пытался найти ответы в ее глазах, а заботливый голос располагал к доверительному разговору:

- Белочка, расскажи пожалуйста, что происходит? И не нужно отвечать, что ничего. Я вижу, что с тобой что-то происходит в последнее время: ты рассеянная, задумчивая, все чаще тебя не бывает дома, и ты почти перестала со мной разговаривать, хотя раньше, ты делилась со мной всем, даже своими впечатлениями о том, какие красивые цветы нашла.

- Мама, ты помнишь Льюпина?

- Это тот мальчик, из-за которого ты ссорилась с Гронсом?

- Да. Я пригласила его на праздник. – По виду Беллатрикс, можно было понять, что та испытывает неловкость.

- У вас все серьезно? – Испуганно спросила мать. Напряженные поднятые брови рисовали две вертикальные складочки на лбу.

- Я не знаю. Но мне кажется, что я поторопилась.

Авис не смогла спрятать облегчения:

- Ничего страшного. Ты можешь ему все объяснить? Что вообще заставило тебя это сделать? – Она старалась говорить мягко.

- Он мне очень нравится. Мне кажется, что я влюбилась.

- А он тебя любит?

- Да. Он сказал, что женился бы на мне.

- Вы же не так долго общаетесь.

- Я знаю, мама.

- Давай поступим так. Попробуй все объяснить и пусть он будет простым гостем. Сначала познакомь с ним меня, потом вместе представим его папе и Гронсу.

- Хорошо, мамочка. Спасибо тебе большое. – Она радостно обняла маму, чувствуя от нее защиту и поддержку.

Авис была очень встревожена за свою дочь и совершенно не разделяла такого поведения. Сама Авис знала своего мужа много лет, до того, как они поженились и решили завести семью. Женщина понимала, что любовь может захлестнуть, но такую спешку осуждала. Не желая портить отношения с дочкой, она всеми силами старалась сдерживаться и не ругаться, а помочь решить проблемы.

Ближе к обеду, Беллатрикс направилась к воротам деревни, чтобы дождаться Льюпина и объяснить ситуацию. Ей недолго пришлось ждать. Авис издалека заметила, что дочь разговаривает с молодым человеком, в надежде, что той хватило времени для объяснений, она поспешила к ним, будто Льюпин был гостем их семьи, а не парой Беллатрикс. Эту картину наблюдал Гронс, который находился возле маленькой арены на площади. Ярость закипала в жилах, он не мог думать ни о чем, кроме того, что явился ЭТОТ.

Девушка была очень благодарна Льюпину за понимание. Он отреагировал, как всегда, в своей радостной манере и просто был рад провести время вместе с ней в этот светлый праздник.

Беллатрикс познакомила гостя с деревней, представила Флое и Фиденсу, которые странно хихикали и перешептывались. Она рассказывала о жизни, традициях, праздниках и о планах сегодняшнего дня. Льюпин слушал внимательно, ему нравилось быть частью происходящего, удивляясь доброте и сплоченности жителей деревушке.

- У нас все совсем не так. – Сказал он, оживленно смотря по сторонам.

- А как у вас? – Спросила девушка, надеясь узнать о нем немного больше.

- Это сложно объяснить. У нас все не такие добрые.

- А праздники у вас проходят?

- Да. Большую часть времени у нас восхваляют вожака – Льюпин замолчал.

- Вожака? – Беллатрикс была удивлена. – Как в стае? – Она пыталась пошутить и разрядить обстановку.

- Да. Именно… Стая… Правильно слово подобрала. У нас, как в стае.

- Какой кошмар. А что это значит?

- Кто сильнее, тот и прав. Есть четкая иерархия и субординация. Слабый подчиняется сильному, младший – старшему, пока не станет сильнее.

- Кошмар.

- Нет, это не настолько ужасно, как ты можешь подумать. У нас заботятся друг о друге, но своеобразно. Мы привыкли и нас это устраивает. – Он поспешил успокоить девушку.

- И тебя это устраивает?

- У вас, однозначно, лучше.

Они вернулись к своей торговой палатке. К этому времени, приближался Сальватор. Его суровый и недовольный взгляд смягчился, когда он заметил милую, улыбающуюся Авис. В ее светлую косу были вплетены разноцветные листья, создавая воображаемую корону, тонкие кисти украшали браслеты из желудей и частей еловых шишек, бережно и с любовью сделанные маленькой Мюз.

Знакомство прошло достаточно напряженно, но Беллатрикс осталась довольной, ожидая, что все пройдет намного хуже.

Раздался громкий гул, свидетельствующий о том, что скоро начнутся соревнования, и поспешили поболеть за Гронса.

Сначала, была игра на меткость.

В играх участвовали все желающие. Молодые люди должны были быстро пробежать сто метров, перепрыгнуть через высокое препятствие, приземлившись, на небольшой трамплин, отскочив от которого, должны были попасть из лука в небольшой деревянный сундук, находившийся на верхушке пятнадцатиметрового столба. За раз бежали по пять человек. Гронс делал забег во второй пятерке. Толпа скандировала его имя, вызывая сильное чувство гордости его семьи. «ГРОНС!». «ГРОНС!». «ГРОНС!» На мгновение толпа замолчала, когда он прыгнул на трамплин. «ДААААА!». «ГРОНС!». «АААААА!»

Юноша чуть было не промахнулся, но попал в самый край сундука. Староста – Сапиен принял это за то, что Гронсу было слишком легко и он сделал сам себе вызов и изловчился так, чтобы попасть в самый край. Впечатленный староста довольно хлопал в ладоши.

- Во дает. Ты видела это? Видела? – Легонько толкая в плечо, он обращался к своей старшей дочери Флотэн. – Дай бог вы будете жить счастливо. – Громко смеясь, Сапиен ликовал.

После игры обязательно была музыкальная программа. Шесть красавиц исполняли песню. Кто-то им подпевал, некоторые жители танцевали, детвора бегала, кто-то отлучался к торговым лавкам, чтобы подкрепиться и приобрести кружечку медовухи.

Следующая игра была на силу. В ней участвовали все желающие, но, по итогу, выигрыш доставался тем, кто побеждал во всех играх. А ради забавы мог участвовать любой. Эту игру очень любили Флоя и Беллатрикс, они постоянно соревновались и выигрывали по очереди. Это была борьба на руках, где ладони противниках сцепляются в замок, опираясь на твердую ровную поверхность и цель этой игры – прижать руку соперника.

Льюпин очень удивился, когда Беллатрис побежала на арену, а к ней присоединилась Флоя. Девочки пыжились, краснели, слышали крики, доносящиеся с разных сторон: «Флоя, давай девочка». «Беллатрикс, ты сможешь». Это длилось недолго и победу одержала Беллатрикс. Подруги посмеялись, обнялись и направились к своим семьям.

- Ничего. В прошлом году я победила. Сегодня была твоя очередь – Сказала радостная Флоя.

- Я не сомневаюсь, победа тебя будет ждать на следующий год.

Настала очередь Гронса. На этот раз, соперник ему достался серьезный, который сообщил, что весь год тренировался для победы. Но юноша вложил всю ярость, что сейчас пылала в его сердце. Когда победа ускользала из рук Гронса, он пристально смотрел на Льюпина, представляя, что в его руке, голова этого лохматого проходимца, ненависть придавала сил и с громким рычанием, он уложил руку противника. Публика ликовала. «ГРОНС!» «ГРОНС!» «ГРОНС» - доносилось со всех сторон. Девушки бросали ему цветы и свои платочки, в знак своего расположения.

Дальше, пока соревнующиеся отдыхали, выступали молодые парни, которые играли на музыкальных инструментах и исполняли боевые танцы с кувырками, прыжками в соревновательном переплясе.

Дальше были кулачные бои с элементами борьбы, до первой крови или пока соперник не сдастся. Был особенно волнительный момент, когда Гронс отвлекся на Льюпина, что смотрел на его сестру и поправлял той волосы, и пропустил удар в нос, соперник повалил его на землю, но Гронсу удалось высвободиться из его хватки. Публика ахнула и благодарила богов за то, что те дали Гронсу крепкий нос. Сапиен даже встал со своего места, от напряжения и покусывал свой палец, сжатый в кулаке, чтобы не начать выкрикивать имя юноши и поддерживать его. Сапиен не мог выбирать себе любимчиков и, по правилам, должен был за всех болеть одинаково. Гронс одержал победу, когда повалил противника на землю, использовал болевой прием и кулаком ударил по лицу, чем рассек бровь и долгожданная капля крови потекла по лицу и упала на землю. «УУУУУУУУ!» - радостный крик разносился за сотни метров от деревни.

Во время перерыва, пока Гронс приходил в себя на арене выступающие показывали отрывок из какой-то пьесы. Сальватор подошел к нему, чтобы справиться о самочувствие сына. Они еще долго о чем-то говорили, было видно, что светловолосый юноша был зол и кричал что-то отцу, периодически посматривая на Беллатрикс и Льюпина. Сальватор положил руку на плечо сына, что-то сказал на ухо и ушел, пожелав удачи, в следующем соревновании.

Гронса, как и всех остальных, ожидало последнее испытание и не менее сложное. Необходимо было достать тот сундучок, в который стреляли на первом испытании, для этого нужно было забраться на тот самый пятнадцатиметровый столб, смазанный маслом. Осталось четыре победителя. Скольким из них удастся забрать награду? И какая награда их ожидает?

Жители начали делать ставки.

Азарт захватил деревню. Они выкрикивали имена: «ГРОНС!» «ВАЙНЕР!» «КРАФТ!» «БЛАЙК!». Остались самые сильные, ловкие и выносливые. Мускулы мужчин играли на солнце, которое медленно садилось за горизонт, желая остаться и узреть победителя. Капли пота стекали с их тел. Было видно, как тяжело это давалось каждому. Вайнер скатился со столба, но не полностью. «АХ!» Толпа замерла. Они медленно взбирались к вершине, к тому заветному сундучку, из которого все еще торчали стрелы победивших в первой игре, будто дразнили: «Да. Здесь не одна стела. И где они все? А ты сможешь? Ты справишься?». У Гронса свело руку, казалось, поражение неминуемо. На него смотрели с замиранием сердца, одна особо впечатлительная девушка даже потеряла сознание. Блайк был ближе всех к заветной награде. Его пальцы уже чувствовали тепло дерева, простоявшего весь день на солнце. Молодой мужчина пытался столкнуть сундук, который не поддавался. Он тянулся еще и еще, но нога соскользнула. Блайк стал стремительно соскальзывать вниз, цепляясь пальцами за столб, он к нему прижимался так, как не прижимаются к любимым после долгой разлуки. Оставалась надежда на то, что ему удастся зацепиться ногтями, хотя бы на мгновение, чтобы вырвать возможность вернуться в игру. Но, увы, нет. Блайку это не удалось. Он плюхнулся на землю без сил. Пальцы были в крови, на штанах протерлись дыры, на животе, лице и руках были ссадины от непослушного деревянного столба. Он лежал лицом вниз и бил, от отчаяния, кулаком землю. После чего медленно встал и ушел с опущенной головой. Ему на встречу бежали девушки, которые хвалили за силу, смелость и ловкость. Каждая пыталась поддержать: одна давала воду, вторая протягивала полотенце, третья предлагала угощения. Может, Блайк и не получил заветный сундучок, но женским вниманием, в этот вечер, точно не был обделен. Он получил другую награду, в виде верных поклонниц, которые были готовы носить его на руках, обхаживать и заботиться.

Когда Блайк еще боролся с судьбой и старался сделать все, чтобы не выбыть из игры, Вайнер просто держался из последних сил, не пройдя и полпути. Гронс и Крафт, как говорится, шли ноздря в ноздрю. Они старались не обращать внимание ни на что и ни на кого, полностью сосредоточившись на цели, но их отвлекали вопли Вайнера, который кричал: «Нет, я не сдамся. Нет. Я смогу. Ребята, подождите меня. Я справлюсь.». После этих слов, он скатился еще ниже и упал на спину. Слезы катились из глаз то ли от боли, то ли от обиды. Он, кряхтя, еле встал и держась за бок, медленно потащился с арены, кашляя себе в кулак. Его также встречали девушки со словами поддержки, что тот хотя бы продержался дольше Блайка.

На арене остались двое. Победят ли они? Сколько победителей сегодня ожидается? Был случай, что победителей было четверо.

Однажды, когда заветный сундук получили трое, мужчины не захотели делить победу между собой, тогда, по указу Сапиена, был проведен еще один поединок. Каждый встал на опрокинутый на бок пустой бочонок и цель была – скинуть другого с этого бочонка, используя деревянные мечи. Гронс в тот год не участвовал, отбывая службу в королевской армии. Если сейчас победят оба, согласятся ли с этим? Будет ли дополнительное испытание?

Сапиен крикнул: «ДА. У НАС ДВА ПОБЕДИТЕЛЯ!». Он вышел на арену, встал между молодыми мужчинами и поднял их руки вверх.

- Согласны ли вы с этим? – Громко спросил староста у парней.

Молодые люди посмотрели друг на друга и пожали руки, давая согласие на то, что они готовы вдвоем быть победителями.

- Нет. Фуууу. Давай еще. – Кто-то кричал из толпы.

- Дружба победила. – Кричали другие.

- Должен быть только один. – Кричали третьи.

- Граждане. Граждане. – Громко выкрикнул Сапиен. Толпа замолчала. – Не нам решать. Молодые люди решили, что готовы разделить почетное звание победителя между собой. Это говорит, что у них широкая душа, в сердце есть место для дружбы, что они признают и уважают силу, ловкость и смелость друг друга. Чем больше победителей, тем лучше.

- УРААА! УРААА! – Толпа кричала все, как один.

Все трое вышли с арены. Их окружили жители. Кто-то благодарил Сапиена за праздник, желали ему здоровья, высказывали почет. Другие поздравляли молодых людей. К Гронсу подбежали родители, сестры и Льюпин с поздравлениями и похвалой, семья его обнимала, Мюз уговаривала брата остаться с ними и погулять, но тот ссылаясь на усталость отказался. Действительно, Гронс за сегодня очень устал, у него было одно желание – помыться и лечь спать, все тело гудело от напряжения, мышцы болели, на теле были ссадины и кровоподтеки.

- Поздравляю – Льюпин подошел к брату своей избранницы и протянул руку, расплываясь в улыбке. – Это было впечатляюще.

Гронс презрительно посмотрел на лохматого парнишку, потом на протянутую руку, вновь на Льюпина и глядя ему в глаза прорычал:

- Я пожму тебе руку только тогда, когда ты победишь меня во всех испытаниях. А до этих пор даже не приближайся ни ко мне, ни тем более, к Беллатрикс. – Гронс ушел, толкнув Льюпина плечом. Напоследок он зло посмотрел на Беллатрикс.

Льюпин пожал плечами и улыбнулся присутствующим. Беллатрикс поспешила увести молодого человека куда-нибудь подальше от своей семьи.

- Прости за Гронса, он очень уж переживает за меня.

- Я бы тоже переживал, будь у меня сестра.

- У тебя есть братья?

- Нет. Я единственный ребенок.

- Странно, не знала, что такое бывает.

- Да. Бывает. Мама умерла во время родов, а папа больше не женился.

- Это ужасно. Прости меня.

- За что?

- Что подняла эту тему. Тебе, наверное, больно об этом думать?

- Нет. Я не знал маму.

- Тебе не было тяжело из-за этого?

- Нет. У меня было хорошее детство. Мне не на что жаловаться.

- Это хорошо.

- Да, очень. Беллатрикс, это был чудесный день. Спасибо тебе большое, что пригласила и провела этот день со мной. Но мне пора идти, уже достаточно поздно.

- Спасибо, что согласился прийти и понял меня правильно, когда я не захотела приходить как пара.

- Я тебя понимаю. Спасибо за это, думаю, иначе, твой брат бы меня придушил прямо на том самом месте.

- Нет, что ты. Он бы так не поступил. Он добрый, но очень опекающий. И мне бы хотелось, чтобы на следующий праздник мы пришли по-настоящему вместе.

- Не хочешь ли ты мне сказать, что чувствуешь ко мне тоже, что чувствую к тебе я?

- Мне кажется, что да. Я в тебя влюбилась.

Беллатрикс проводила Льюпина до ворот, на прощание они поцеловались и договорились о встрече у озера, на следующий день. Счастливый парень медленно исчезал в сумраке, под провожающий взгляд довольной девушки. Она поспешила помочь родителям собрать оставшиеся вещи из палатки, как услышала шум, доносившийся от деревьев. Лапистые ветви елей качались, как на ветру, их стволы скрипели, будто их кто-то гнул, иногда падали шишки, издавая глухой звук, ударяясь о землю. Беллатрикс стало тревожно, она вглядывалась в темноту между елей, казалось, что там кто-то ходит. Девушка не стала приближаться, только стояла и ждала, что неизвестный выйдет из-за деревьев. Подул слабый, но ледяной ветер, который обжигал нежную кожу красавицы и развивал непослушные пряди длинных волос. На мгновение, она ощутила прикосновение ледяной ладони к ее спине, к тому месту, где платье скрывало темное пятно. Беллатрикс резко обернулась, прикрывая ладонью спину, но никого не было, она, снова, вгляделась в темноту деревьев. Девушка была уверена, что там кто-то ходит и этот кто-то был настроен враждебно. Сердце колотилось, от страха тело оцепенело. К ней приближалась огромная тень с зелеными, горящими глазами. Из груди Беллатрикс вырвалось тихое «Нет».

Тень остановилась и через несколько секунд направилась в противоположную сторону, забирая с собой ледяной ветер. В этот момент, девушка почувствовала теплую ладонь на своем плече и ушах раздался родной голос Флой:

- Беллатрикс, ты в порядке?

- Да. – Еле произнесла она. Страх медленно отпускал девушку из своих цепких лап.

- Ты чего тут стоишь?

- Ничего. Показалось.

Она не стала ничего объяснять и рассказывать, взяв подругу за руку они направились помогать родителям собрать вещи.

Утро началось с ссоры с Гронсом, который пытался уберечь сестру от необдуманного поступка. На защиту девушки встала Авис, которая сказала, что Льюпин достаточно милый и сейчас никто не собирается совершать каких-либо необдуманных поступков, зато теперь у всех есть возможность познакомиться с юношей поближе.

- Я не хочу с ним знакомиться. Он мне не нравится. Он просто проходимец. Я ему не доверяю. – Жестко обрывал любое сопротивление Гронс.

- Я тоже ему не доверяю, потому что я его просто не знаю. Но у нас есть время это исправить – Авис пыталась вразумить сына.

- Мне тоже он не нравится. Какой-то он скользкий. – Задумчиво добавлял Сальватор.

- Спасибо папа. Судя по всему, только мы вдвоем разбираемся в людях.

- А мне он понравился. Он симпатичный. – Немного смущаясь, пыталась поддержать сестру одиннадцатилетняя Мюз.

- Ты вообще не лезь. Мала еще. – Возразил Гронс.

- Сальватор, Гронс – Авис встала со стула, выпрямилась как струна, гордо подняла голову и показывая всем своим видом, что разговор на этом будет закончен, сообщила – Он нравится Беллатрикс, хотите вы этого или нет. Смиритесь! Пока мы его не узнаем, мы не будем принимать какое-либо решение и препятствовать их общению не станем. Беллатрикс будет чаще приглашать его к нам в гости, потому что МНЕ важно узнать этого человека. Все поняли?

- Тогда я, не буду находиться дома, в этот момент. – Сказал Гронс и вышел на улицу.

- Как тебе угодно. – Услышал он вдогонку голос матери.

- Хорошо, но только с одним условием. – Отрезал глава семейства. – Беллатрис не будет проводить с ним так много времени. К тому же уже осень началась. Прогулки по лесу, продолжительностью в весь день закончились. – Он встал со своего места и направился вслед за сыном.

- Ладно. – Согласилась Беллатрикс.

В оговоренный час Льюпин не появился. Девушка начала переживать, что с ним что-то могло случиться. Долгое время она ждала встречи с возлюбленным, но тот не пришел. Тогда Беллатрикс поспешила домой, думая, что ее может ждать письмо с объяснениями, но ничего не было. Две недели от него не было вестей, и девушка не понимала причины такого поведения. Неужели он исчез после того, как она призналась ему в любви? Почему? Неужели он чего-то испугался? Может, он ее разлюбил и встретил другую? Может, он заболел? Но почему нельзя было прислать письмо и обо всем рассказать? Любые вести были бы лучше молчания и неизвестности.

 Она каждый день ходила в лес, хотя бы не на долго, но встрече не суждено было состояться. Каждый вечер девушка возвращалась домой с горечью и грузом страдания на сердце. Она плакала на руках Авис. Гронс был рад, что Льюпин исчез из их жизни, но еще больше злился на от того, как он поступил с Беллатрикс. В сердце брата зародилась лютая ненависть, которую он не в силах был скрыть. Девушка становилась собственной тенью, ее не могли развеселить ни Флоя, ни Фиденс. Дуай старался быть рядом как можно чаще и пытался поддержать всеми известными ему способами. Ничего не помогало, Беллатрикс чахла на глазах. Ей было хорошо и спокойно только первые секунды после пробуждения, после чего она будто задыхалась от удушья воспоминаний и осознания, что ее бросили, ничего не объяснив. Осколки разбитого сердца застряли в ребрах, животе и груди, напоминая о случившемся болью, усиливающейся от каждого движения. Каждый вдох давался с трудом. Единственным желанием было – вырвать из сердца все чувства, из головы все воспоминания, стереть из памяти этого человека, что бы прекратились страдания, даже, если придется вырвать само сердце.

Однажды ночью, когда Беллатрикс в очередной раз мучилась от бессонницы, она услышала грохот, будто что-то упало на кухне. Подскочив с кровати, напуганная девушка побежала по холодному полу и обнаружила Авис, лежащую без сознания. Вся семья всполошилась. Сальватор пытался понять, что случилось с его любимой женой. Бедная Авис неделю пролежала в лихорадке, муж не мог понять, чем та заболела. Лихорадка спала, но она никак не могла восстановиться. Сальватор отправился к Сапиену с просьбой прислать королевского лекаря, если есть хоть малейшая возможность. Староста согласился и направил гонца, который вернулся с ответом, что лекарь прибудет через пару дней.

За это время, Авис становилось все хуже, она почти ничего не ела, не могла встать с кровати и периодически лихорадка возвращалась, но никто из семьи больше на заболел. Ни одно из известных Сальватору лекарств не помогало, он лично готовил настойки, отвары, экспериментировал с различными травами, все было безуспешно. На время, Беллатрикс перестала посещать занятия в школе, посвящая все свое время заботе о матери. Все с замиранием сердца ждали королевского лекаря, молясь и надеясь на чудо. С каждым днем женщина становилась слабее. Чуда не произошло. Королевский лекарь никогда не встречался с подобными симптомами, он остался на неделю в их доме, чтобы выхаживать больную, но ничего не помогало. Сальватор впал в отчаяние, ходил мрачнее тучи, казалось, что и из него уходит жизнь. Королевский лекарь вернулся в столицу, пожелав, на прощание, встретить чудо.

Больше месяца длились страдания Авис. Иногда ей становилось немного легче, что вселяло надежду в сердца членов семьи. За это время они использовали все: лекарства, молитвы, изгнание существ, в которых никто не верил, они обращались к шаманам, где-то находили гадалок и даже умудрились, под покровом ночи, провести в дом ведьму, что жила по ту сторону леса в глухой деревне и считалась последней ведьмой в Эллендоре. Они вызывали лекаря из Борсовей, лекарей из соседних деревень, но ничего не помогало.

Беллатрикс вспомнила о легенде про озеро, напомнила о своем чудесном спасении и настояла на том, чтобы мать отвезли попытать счастье. Обессиленный и поглощённый надвигающимся горем Сальватор остался с Мюз. То ли он должен был за ней присмотреть, то ли маленькая Мюз должна была позаботиться об отце, а Гронс с Беллатрикс запрягли сани и направились на озеро.

- Что нужно делать? – Спросил Гронс.

- Я не знаю. Давай попробуем ее обрызгать водой? – Ответила Беллатрикс.

- Зачем ты предложила, если не знаешь, что делать? – Сердито шептал брат

- А ты видишь еще какие-то варианты? Испробуем все, что придет в голову. – Зло настояла девушка, полная решимости.

Сначала, они вытащили укутанную в теплую одежду и одеяло мать на берег, Беллатрикс попросила озеро помочь спасти ее маму, она обрызгала лицо и руки Авис. Ничего не произошло, хотя легенды обещали моментальное исцеление. Постепенно они дошли до того, что Гронс, держа, мать на руках, вошел в ледяное озеро и подержал ее какое-то время на поверхности воды.  Но ничего не изменилось, кроме того, что они замерзли. Укутав маму, как можно теплее, дети полные отчаяния направились домой.

- Поодоождиии – Беллатрикс услышала чей-то шепот, который принес ветер.

- Стой. Ты слышишь? – Спросила она брата.

- Что слышу?

- Будто кто-то говорит.

- Это ветер. Не будет чуда.

- Н…ы, помогите ей. Научите. – Она снова услышала шепот.

Беллатрикс остановилась, наблюдая за тем, как Гронс медленно отдаляется. Она стояла и ждала.

- Быстро. – Резкий, злой голос раздался где-то совсем рядом, за ним последовал шепот, который был уже был другим, еле слышным, мягким. Беллатрикс побежала за Гронсом, повторяя как молитву все, что ей нашептывали. Она не помнила, как добралась до дома, словно завороженная, не снимая свое пальто, достала все отцовские лекарства, травы, склянки, настойки, отыскала в самом дальнем углу какие-то грибы и ягоды, шепча себе под нос названия растений и компонентов, о которых она даже не знал.

- Щепотку – она слышала голос у себя под ухом, который сопровождал каждое ее действие. – Аккуратней. Аккуратней – иногда голос становился немного взволнованным. – Отрежь поменьше, а то отравишь. - Готово. Теперь дай этому остыть и настояться час. Давай строго по чайной ложке три раза в день. Поняла?

Беллатрикс стояла не шевелясь.

- Кивни, если поняла.

Девушка послушно кивнула.

- Этого хватит на неделю, через неделю, она должна быть здоровой. И запомни, ни за что не прекращай ей это давать и не позволяй выплевывать, на вкус, лекарство еще та мерзость. А теперь выброси пальто на улицу, заберешь через пару минут. Поняла?

Беллатрикс кивнула и все сделала четко по инструкции. Когда она входила в дом с пальто в руках, то будто отошла от транса, Гронс, Сальватор и Мюз смотрели на нее с опаской и беспокойством.

- Это что было? – Шепотом спросил испуганный Гронс.

- А что было? – Не понимая, о чем он, спросила Беллатрикс.

- Ты достала все, что нашла в шкафах, что-то бормотала себе под нос, не реагировала на нас, а когда папа хотел отобрать у тебя нож, ты так им ударила по доске, отрезая что-то, мне показалось, что ты отцу палец отрежешь.

- Я не знаю, что это было, но это нужно давать маме три раза в день, через час оно будет готово.

- А что это, доченька? – Поинтересовался озадаченный Сальватор

- Я… Это лекарство.

- От куда ты о нем узнала?

- Если я тебе скажу, ты не поверишь.

- Я наблюдал за тем, что ты делала и, честно признаться, то что ты туда положила может убить.

- Не убьет. Одно нейтрализует другое, а некоторые вещи полезны в малых дозах.

- Какие же вещи полезны? Что конкретно нейтрализует?

- Папочка, пожалуйста, не спрашивай. Я не знаю – В слезах ответила Беллатрикс. -   Я только знаю, что это нужно дать маме и она выздоровеет через неделю. Ей станет лучше. Умоляю поверь мне. Наверное, волшебное озеро работает не так, как говорят. Я точно уверена, что ей станет лучше.

Гронс, Сальватор и Беллатрикс еще долго спорили о том, стоит ли давать это варево Авис. Учитывая, что женщине становилось только хуже, они решили, что стоит рискнуть, ведь, действительно, многие ингредиенты, в малых дозах, имеют лечебный эффект. Рецепт был сложным, малейшая ошибка могла стать фатальной. Сальватор принял решение, что сам будет давать жене лекарство, чтобы никто из детей, в случае неудачи, не взял грех на душу.

На следующий день, ворона принесла письмо от Льюпина, в котором он просил о встрече и извинялся за то, что так долго не отвечал и не писал, обещав все объяснить. Беллатрис отправила ворону с категоричным отказом.

Девушка уже почти забыла о существовании Льюпина, слишком много времени прошло в молчании, и заботы о матери стирали все иные тревоги.

На протяжении трех дней Авис очень страдала, ее мучали боли, она пыталась выплюнуть лекарство. У Сальватора разрывалось сердце, он терзал себя сомнениями, правильно ли поступает. У Авис был сильный жар, тело ломило, голова болела так, что она теряла сознание. Беллатрикс была в ужасе от происходящего и боялась, что из-за нее умрет мама. Могла ли она довериться какому-то голосу? Что она натворила? Если ей не станет лучше? В таком случае, это будет означать, что она убила собственную мать! С чего она вообще взяла, что, если голос и был каким-то настоящим, то мог принадлежать чему-то доброму? Эти три дня Беллатрикс не сомкнула глаз, терзаемая ужасом.

На четвертый день жар начал спадать, Авис уже было проще пить, боль медленно проходила, она начала говорить. На пятый день женщина начала понемногу есть, сон стал крепче, головные боли, почти полностью прошли, она могла садиться в кровати и даже стала немного улыбаться. Ей не переставали давать лекарства, как бы та не сопротивлялась и не говорила, что стало намного лучше. Как и было обещано, на седьмой день Авис выздоровела, у нее только осталась слабость после долговременной болезни, но вернулся аппетит. Женщина стала потихоньку вставать с постели и могла дойти до кухни, хотя очень уставала.

Семья была счастлива, но еще испытывали напряжение от того, что все могло, в одночасье измениться и такое улучшение было временным. Еще через пару дней стало понятно, что болезнь отступила окончательно, цвет лица Авис становился здоровым и медленно наливался румянцем, она уже дольше могла ходить самостоятельно, напевала песни, шутила и смеялась. Жизнь возвращалась к всеми любимой Авис, а вместе с ней и возвращалась жизнь в их дом.

Беллатрикс первым делом побежала к озеру, чтобы поблагодарить того, кто спас ее маму.

Всю дорогу, было ощущение, что за ней следят. Вдалеке были слышны чьи-то шаги, ступающие по тонкому слою снега, иногда девушка замечала зеленые огоньки, будто они больше и не пытались прятаться, а просто следовали по пятам. Небольшая тревога охватила тело, от неизвестности друг следит или враг. Отбросив эти мысли, она подошла к заветному озеру и села на берег, у самого края воды.

- Спасибо тебе. Кем бы ты ни был, спасибо тебе. Ты спас маму. Ей стало намного лучше.  – Она загребала воду в ладошки и целовала ее. – Спасибо. Проси все что хочешь, я все сделаю.

- Выходи за меня. – Беллатрикс услышала позади себя голос Льюпина.

- Что?

- Ты сказала, что можно просить все, что захочу. Я хочу, чтобы ты вышла за меня.

- Это был ты?

- Я.

Она ему не верила. Это не мог быть он. Он не мог быть тем божеством, что было бы способно спасти маму.

- Как ты это сделал?

- Я не все о себе рассказывал.

- Но как ты это сделал?

- Я не могу тебе рассказать, извини. Недостаточно того, что я тебе помог?

- Куда ты пропал? Почему не отвечал?

- Мне запретили это делать.

- Кто запретил?

- Я не могу тебе рассказать.

- А что ты можешь рассказать?

- Кое-что могу. – Льюпин подошел к Беллатрикс, взял ее за руки, его серые глаза смотрели прямой в ее истерзанную страхами и сомнениями, измученную бессонными ночами душу. Он нежно обнял ее и крепко прижал к себе, давая ощущение безопасности. – Теперь я рядом.

Злость и обида отступали, осколки разбитого сердца собирались воедино, казалось, что этого всего не было, а она сейчас в самом уютном и родном месте. На лице Беллатрикс появилась улыбка. Льюпин поцеловал ее мягкие губы. Ей так хотелось, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Девушке хотелось раствориться в нем, стать неотъемлемой частью его жизни. Когда она смотрела в его глаза, она будто тонула, тело казалось легким, проблемы отступали, больше ничего не имело значения, кроме него. Поднялась небольшая метель, которая остудила пыл страстных сердец.

- Слишком рано для метели – Сказала Беллатрикс. – Зима только началась.

- Знаю.

- Что ты хотел рассказать?

- Для меня очень важно, чтобы ты поверила и не испугалась.

- Я постараюсь.

- Пообещай, что ты выслушаешь и не убежишь в первую же секунду.

- Обещаю.

- Ты будешь первой, кому я в этом, признаюсь.

- Я обещаю.

- Я эльф.

В ответ он услышал громкий смех Беллатрикс.

- Я серьезно. – Молодой человек вытянул руку перед собой, закрыл глаза и через несколько секунд на его предплечье сели две совы.

Девушке стало не по себе. Она знала, что птиц можно научить выполнять некоторые команды, подзывать и отправлять с их помощью письма, но это было невероятно.

- Эльф? – Еще сквозь смех спросила она.

- Если быть точным, я наполовину эльф, а на половину оборотень.

- Что? Глупости какие. Их не существует.

- Хорошо. Тогда я тебе покажу еще кое-что. – Тогда Льюпин обернулся в зайца.

Беллатрикс испугалась, подскочила с места и убежала. Через несколько метров она остановилась и вслушивалась в звуки леса. За спиной был слышен крик Льюпина:

- Подожди. – Он подбежал к ней и шепнул – Ты обещала.

Беллатрикс, как солдат развернулась и посмотрела на расстроенного молодого человека.

- Я все еще тут. – Сухо ответила напуганная девушка.

- Спасибо.

Девушка смотрела в его глаза и казалось, что это все не имеет никакого значения, имело значение только то, что он сейчас стоит перед ней.

- Как так вышло? Почему о вас никто не знает?

- Мы скрываемся от людей, а друг о друге знаем.

- Эльф и оборотень?

Они сели посередине поляны.

- Да. Моя мама была оборотнем – Стыдливо начал рассказывать Льюпин. – В нее влюбился эльф, она его тоже полюбила и превратилась в эльфа.  Они так прожили некоторое время, потом она забеременела и умерла, когда меня рожала. Отец вырастил меня.

- А как они вообще встретились? Как получилось так, что эльф полюбил оборотня?

- Примерно, также, как и мы с тобой.

- Как ты спас мою маму?

- Это эльфийская особенность, мы умеем лечить людей.

- Спасибо тебе. – Со слезами на глазах произнесла Беллатрикс, которой искренне хотелось верить, что это он.

Поднялся сильный ледяной ветер, поднимая хлопья снега с земли, которые казалось резали кожу. Беллатрикс услышала крик, похожий на рычание дикого зверя. В такой метели было сложно разглядеть, что на них бежит человек, дикое животное или всепоглощающая тень. За долю секунды, это существо повалило Льюпина на снег и начал бить его.