Когда папа варвар

День не задался с самого утра – пошёл ливень. Сильный, никак не желавший заканчиваться, именно тогда, когда мне нужно было спешить. Нет, не на учёбу в художку – сегодня у нас день самостоятельной работы студентов, а в интернат, где я работаю волонтёром. Провожу занятия по арт-терапии с детьми-аутистами.

Почему я выбрала этот путь? Как обычно, случайно. Знаете, спонтанность вообще можно назвать принципом моей жизни: так я впервые попала в кружок рисования, потом в секцию стрельбы из лука, а полтора года назад записалась в волонтёры. И все эти занятия стали определяющими в моей жизни – кто бы мог подумать? Но об этом чуть позже, будем излагать события по порядку.

Моя закадычная подружка как-то загорелась, позвала меня с собой за компанию, мол, давай делать мир лучше. Я согласилась, что да, помощь детям с особенностями развития – это очень здорово, и пошла. Подружка в итоге бросила, сначала из-за сессии и летней практики, а потом оказалось, что она разочаровалась. Не в том, чтобы мир сделать лучше, а в том, что нас заставляли вести себя отстранённо, держать эмоциональную и физическую дистанцию1.

- Так будет легче всем, - объясняла психолог. – Во-первых, это особенные дети, они несколько иначе воспринимают действительность, у них иные механизмы мышления. Ну а во-вторых, когда они к вам сильно привяжутся, а вы рано или поздно их покинете, им будет слишком больно.

Ох, как непросто было это понять и принять! И Женька с этим не справилась – выгорела. Я её не винила, но сама уйти не смогла. Как можно бросить этих удивительных малышей, которые, пусть иначе соображают, реагируют, но выдают при этом порой гениальные результаты. Например, Илья, у которого сегодня день рождения, и я кровь из носа должна добраться до пекарни, где заказала большой торт, а потом ещё и до интерната ехать на другой конец города.

В обычные дни туда добираться легче, потому что моя альма-матер находится как раз посередине между домом и интернатом, а на работу я езжу после занятий. Но сегодня свободный день и на улице ливень. Такси выйдет слишком дорого для моего скромного бюджета, ведь торт я заказала самый вкусный, соответственно, самый дорогой.

- Придётся помокнуть, - я полезла за резиновыми сапогами и камуфляжными штанами, в которых обычно ездила в лес. Их было не жалко, а ещё они быстро сохли, в отличие от джинс.

Чёрт, у зонтика в прошлый раз сломалась спица, и я забыла об этом от слова совсем!

Костеря себя на все лады, я всё же выкатилась из дома, придерживая одной рукой сломанный угол зонта. Так себе лайфхак – струи дождя теперь текли по руке прямо в рукав. Брр! Кое-как добравшись до пекарни, я получила, наконец, вожделенный торт и отправилась на остановку.

Как хорошо, что прогресс дошёл и до нашего конца географии – совсем недавно у нас наконец-то построили закрытую остановку! Можно теперь сидеть в тепле и сухости, всматриваясь сквозь текущие по стеклу струи дождя в номера автобусов и маршрутных такси. Подумаешь, за спиной компания парней с пивом, отпускающих сальности относительно моей пятой точки. Я давно научилась их игнорировать, а при излишней активности и вовсе отправлять за мороженым. В смысле в тундру.

Конечно же, нужного номера маршрутки, на худой конец, автобуса не наблюдалось, ведь я вышла позже запланированного времени. А Илья ждёт – это я знаю совершенно точно. Сколько бы ни говорила Вероника Степановна, что нельзя привязываться, но я привязалась. Буквально прикипела к одному мальчику, брошенному родителями на произвол судьбы. Его нашли прямо на обочине трассы, недалеко от города, слава Богу, живым и без сильных повреждений. Явно же он не сам выпал из автомобиля!

Так вот, этот мальчик, несмотря на жуткую замкнутость и периодические срывы, был просто гениальным фантазёром. Он лепил из пластилина совершенно невероятных существ, рисовал на бумаге и песке красивейшие пейзажи и замки, а ещё говорил на своём собственном языке. Странном, немного рычащем, но я, работая с ним уже второй год, давно поняла, что это не простой набор звуков, каждый раз разный, а именно язык.

Я даже записала отдельные слова, чтобы запомнить. А потом приучить к нашим, русским аналогам. И он учился, даже начинал медленно говорить, но потом что-то случалось, и он срывался. Начинал визжать, переставал говорить на русском и отказывался есть. Триггеров было несколько, один из которых – родители, навещавшие некоторых детей. Вообще такие встречи старались не афишировать, но иногда это плохо получалось. Моё сердце в таких случаях плакало, я даже пару раз разговаривала со своими родителями на тему того, чтобы усыновить его.

- Алён, ты же знаешь, что это невозможно, - мама высказалась сразу категорично. – Я всё время в командировках, а ребёнок-аутист – это очень большая ответственность.

- У меня ненормированный график, - отец развёл руками. – Случись что, и я бегу на работу.

И я их прекрасно понимала, но от этого было ни сколько не легче. Именно поэтому я так стремилась сделать приятное Илюше в день его семилетия. Купила торт, картонные колпачки, воздушные шарики и мыльные пузыри.

Знала бы я, чем сегодняшний день закончится, запаслась бы успокоительными, газовым баллончиком и электрошокером. Ну а что, одно другое ведь не исключает!

Я опоздала на сорок минут. Вероника Степановна не упустила возможность сделать замечание, но на торт взглянула благосклонно. А уж как Илья обрадовался, правда, потом отвлёкся на мои мокрые штаны. Расхохотался, что для него большая редкость, принялся тыкать пальцем в пятна и ещё сильнее заливаться.

- Какой ты сегодня весёлый! – потрепала его по золотистым вихрам. – Прости, что опоздала.

- Я ждал, - Илюша перестал смеяться, поднял на меня свои шоколадные глаза. Удивительно глубокие, завораживающие, иногда в них появлялись золотистые крапинки, вот как сейчас. – Ты обещала торт, я помню.

- И выполнила своё обещание! – улыбнулась и в очередной раз сдержала порыв поцеловать его.

Иначе получила бы нагоняй от Вероники Степановны – педагога-психолога группы2.

- А свечки будут? – надо же, какой он сегодня разговорчивый!

- Обязательно. Пойду все приготовлю, а ты жди.

Я пошла в кабинет Вероники Степановны, переобулась, тщательно вымыла руки, распаковала торт и принялась аккуратно расставлять свечи. Это оказалось непростой задачей, ведь там было много ягод и крема – приходилось выкручиваться.

Наконец, когда я всё закончила, а Вероника Степановна, к слову, полная шатенка с закалёнными нервами и строгим нравом, раздала ребятам колпачки, и началось волшебство. Именно так воспринимали свечи наши ребятишки, ведь открытый огонь для них – огромная редкость.

- Как на Илюшины именины испекли мы каравай…

Видели бы вы глаза Илюши! Они светились от счастья, а уж как он дул, как дул! Даже часть крема покосилась – так он старался.

Чаепитие шло весело. Один размазывал торт по тарелке, второй по щекам, третий по одежде, четвёртый по столу, зато все были счастливы! Илюша, кстати, всегда ел аккуратно, даже с некоторым изяществом. Я вообще порой ловила себя на мысли, что не так уж он похож на аутиста, скорее на сильно испуганного мальчика, оказавшегося в чужой стране и попросту не знавшего русского языка. Вот только те слова, которые он произносил, не имели аналогов ни в одном языке мира – я лично проверила. И не только я, конечно.

Даже его срывы были более-менее понятны, в том числе паническая боязнь автомобилей, кроме одного: он не выносил вида кораблей. Картинки с ними он отбрасывал прочь, а то и рвал, а игрушки выбрасывал в окно, совершенно не разбираясь, открыто оно или нет. Один раз даже стекло трещинами пошло – с такой силой он это сделал. С другой стороны – польза, наконец-то поменяли окна на современные.

В общем, сидели мы с Вероникой Степановной и Людой – нянечкой, смотрели на всеобщую радость, попутно поправляя тех, кто конкретно пакостил, и даже не заметили одной любопытной детали. Первой заверещала Маша – девочка десяти лет, которая только-только научилась самостоятельно ходить в туалет. Она тыкала пальцем в Илью и издавала жуткие вибрирующие звуки.

Я повернулась к своему любимчику (я старалась этот факт тщательно скрывать, правда, не всегда получалось) и обомлела, потому что вместо обычного лица Ильи увидела… своё собственное! Да-да, на теле ребёнка со старой причёской, но моё лицо, даже цвет глаз изменился. И самое ужасное, что в какой-то момент оно поплыло, черты размазались, а потом вновь стали родными, какие были.

- Алёна, ты главное не делай резких движений, - Вероника Степановна плавно встала и двинулась в сторону Ильи. – Нужно аккуратно изолировать его.

- Не трогайте меня! – вскрикнул Илья, подскочил, опрокинув стул, и бросился к открытому окну.

Зарешёченному.

- Илюша, стой, я не сделаю тебе ничего плохого! – я тоже подскочила, бросилась ему во след, но мальчик меня не слушал.

Он взобрался на подоконник и… каким-то невероятным образом принялся протискиваться между прутьями решётки, просветы между которыми были очень узкими. Честное слово, он стал похож на кошку, которая умудряется сплющиться и ввинтиться в щель за диваном!

К тому времени, как я добежала до окна, он уже протаскивал вторую ногу. Сам Илья стоял на покатом карнизе и держался за прутья.

- Солнышко, ты можешь упасть и разбиться! – я протянула к нему руки, стараясь двигаться медленно и плавно. – Там слишком высоко, мы на втором этаже.

Илья посмотрел вниз, вздрогнул. Видимо, до этого он не осознавал, что земля может быть так далеко.

- Я просто испугалась от неожиданности, но мне кажется это очень круто, то, что ты сделал, - я говорила искренне, потому что это было воистину удивительно.

- А что я сделал? – похоже, он даже не понял, какой он уникальный.

- Ты изменил своё лицо на моё, - я аккуратно прикоснулась к решётке невдалеке от его рук.

К нему самому не прикасалась, чтобы он не испугался и не отпустил прутья.

- Я не хотел, я не спе… не…, - он принялся проглатывать некоторые звуки и даже икать.

- Я не боюсь, правда, - улыбнулась, немного придвинула свои руки к его рукам. – Мне очень интересно, как ты сумел это сделать. Давай, я тебе помогу вернуться обратно, мы с тобой одни посидим, доедим торт, а потом перед зеркалом попробуем что-нибудь ещё сделать.

Илюша задумался. Минута, вторая, я аж вспотела, когда он перебрал своими пальчиками по решётке, и облегчённо выдохнула, когда он придвинул их к моим рукам. Совсем близко, мы даже соприкоснулись.

- Вот так, я возьму тебя за ручку, и ты боком пролезешь, - на моих глазах происходило чудо.

Илья крепко вцепился правой рукой в мою, просунул худое плечико между прутьями, а вот тело по идее уже не могло туда пролезть. И тут я ясно увидела, как его рёбра поджались, и он свободно прошёл, словно и впрямь был кошкой. Или змеёй.

- Молодец, - позади меня послышался голос Вероники Степановны. – Вы оба молодцы.

Я раскрыла для Ильи объятья, он заколебался, осмотрел внимательным взглядом комнату и наконец-то шагнул прямо в раскрытые руки.

Слава Богу!

Стоило мне слегка расслабиться, как случилось кое-что ещё более невероятное: нас закружил сильный вихрь (да-да, прямо внутри комнаты!), мы ухватились друг за друга ещё крепче и принялись визжать. Оба. Потому что нас закрутило, принялось швырять от одной стороны воронки в другую, казалось, что нас сейчас сломает пополам. Но мы держались. Вцепились друг в друга, как клещи, я чувствовала, как колотится от страха сердце Илюши, и понимала, что сдохну, но не выпущу его из рук! Его хватка, кстати, оказалась неожиданно крепкой для семилетнего ребёнка, а учитывая, что он особенный – и вовсе странно.

Вихрь нас кружил так долго, что меня чуть не стошнило. Хорошо, что в этот раз вместо сменных туфель для работы в группе (они порвались и требовали ремонта) мне пришлось надеть кроссовки. Поэтому, несмотря на болтанку, я оставалась при обуви, а ещё чувствовала, как от потока воздуха просохли камуфляжные штаны. Вот это нас обдуло!

Приземление вышло болезненным, более того, возникло чувство, что вихрь словно выключили – настолько он неожиданно закончился. Взлохмаченные волосы закрывали обзор, но я и не торопилась осматриваться – кто его знает, что там с остальными случилось. Страшно!

- А, так вот кто высосал всю энергию и дестабилизировал портал, - над головой раздался чей-то звонкий ехидный голос.

И он не принадлежал ни Веронике Степановне, ни Люде.

- Зыралда щарбом слю датсром бя, - раздался чей-то настолько низкий голос, что у меня по коже поползли мурашки.

Я даже испугалась, зато Илья принялся вырываться, более того, возбуждённо затараторил:

- Парамба дул распорт…

Я ничегошеньки не поняла. Разве что узнала только одно слово, которое он довольно часто произносил: «дарам», что обозначало дом. Мужской голос принялся отвечать ему, в нём проскальзывали интонации удивления, радости и просьбы. Вопрос – какой именно?

- Алёна, ты нас понимаешь? – уловила я среди незнакомой тарабарщины Ильи родные слова.

- Нет, только первый голос, - я поправила, наконец, взлохмаченные волосы, кое-как заставив себя разжать для этого хотя бы одну руку.

Второй продолжала цепляться за Илью.

- О, значит ты из родственного мира, - обрадовался первый голос, тот самый, который звонкий.

- Чего? – я огляделась и… обомлела от открывшейся мне картины.

Во-первых, стены. Мы очутились в какой-то круглой комнате, стены которой представляли собой грубый серый камень. Если бы не правильная форма, я бы подумала, что мы находимся в пещере. Но ровный отполированный пол с какими-то линиями, отсутствие сталактитов и что там ещё бывает в пещерах, говорили о рукотворности помещения.

Во-вторых, дама, которую я понимала – ей оказалась удивительно худая, белокожая на грани прозрачности женщина с белоснежными же волосами. Она больше походила на привидение, нежели живого человека, но имела очень бодрый вид, не сочетавшийся с загробными ассоциациями.

В-третьих, мужчина. О, это был воистину гигант: высоченный, широченный, а под тканью рубашки явственно проступали литые мышцы. У меня даже слюнки потекли. Неосознанно!

- Сейчас, подожди, - с этими словами женщина взмахнула рукой, как-то по-особенному перебрала пальцами, а потом сделала пару шагов и коснулась моей головы.

Я отпрянула, но было поздно. Голова сначала закружилась, потом в ней что-то щёлкнуло и… отпустило.

- Что ты с ней сделала? – в этот раз я поняла, что произнёс мужчина.

- Помогла ей с языковым барьером, - женщина с любопытством уставилась на Илью.

Я ей, похоже, стала не особо интересна, а вот меня охватил страх. То есть вот так легко можно сделать со мной что угодно? Щелкнул пальцами, притронулся ими к голове и вуаля? А если они захотят сделать со мной нечто более серьёзное, чем обучение чужому языку?

- Я не отпущу её, - Илюша вцепился в меня ещё сильнее, оттесняя страх за себя на второй план. – Она – самая лучшая во всех мирах!

Мне было очень приятно. А ещё весьма тревожно именно за Илью. В конце концов, я взрослая девушка, а вот он – маленький ребёнок, и он куда более беззащитен.

- Кто она такая, Илладар? – вновь раздался густой мужской голос, вызвавший у меня бесконтрольный табун мурашек.

Знакомое слово - Илладар. Кажется, Илья тоже его регулярно бормотал, но при этом не объяснял его значение. Похоже, это его настоящее имя.

- Моя няня из того мира, - он посмотрел мне в глаза, и я вздрогнула.

Потому что его зрачок стал вертикальным.

- Кто ты, Илюш? – нет, я не отпрянула от него, не стала относиться к нему хуже, просто сильно удивилась.

- Он – наследник короля Зигвальда, одного из повелителей Армарии, - вместо него ответил этот невероятный мужчина. – Его мать из народа химер, поэтому он наделён некоторыми способностями.

- Отец отрубил ей голову! – вновь подал голос Илья. – Ненавижу его!

Я оторопела. В смысле отрубил голову? Кому, его матери?

- И, тем не менее, тебе придётся вернуться к нам, в Армарию, чтобы занять достойное твоему происхождению место, - настойчиво проговорил мужчина.

- Хватит давить на ребёнка, - остудила его пыл беловолосая дама. – Не бойся, Илладар, никто не даст тебя в обиду. Более того, мы с твоей тётей работаем над артефактом, благодаря которому люди смогут узнавать, кто их истинные пары, поэтому никого больше не придётся казнить. А ещё я не стану отправлять твою няню обратно, пусть она побудет с тобой какое-то время, пока ты не освоишься. Ты ведь не против?

Этот вопрос был задан мне, и я не могла ответить на него отрицательно. Потому что бросить сейчас Илью – значит предать его доверие, отдать какому-то мужлану, у которого поднялась рука на собственную жену. Правда, я не поняла, какая связь между какими-то парами и казнями, и почему вообще произошло то, что произошло…

- Я не няня, а преподаватель изобразительного искусства, - автоматически поправила я, переваривая поступающую информацию и разрываясь от того, о чём же спросить в первую очередь, но так и не находя правильного решения. – Илюша просто не совсем разбирается в нашей системе.

Впрочем, учитывая, что он оказался из другого мира, что само по себе невероятно (и это мне ещё предстоит переварить), к тому же явно магического, неудивительно. Конечно, он не мог знать нашего языка, к тому же был напуган, вот его и приняли за умственно отсталого. Даже представить страшно, что он пережил внутри себя, ведь ему было тогда всего лишь четыре года!

- Ну что, как тут у вас дела? – в комнату неожиданно ворвалась очень красивая девушка, прерывая мой поток размышлений.

У неё были невероятные фиолетовые глаза, стройная фигура и просто отпадное платье. Тоже фиолетовое, с изумительным кружевом и шелковистой юбкой.

- Да вот, у нас тут оказался ещё один пассажир, - беловолосая женщина улыбнулась. – Видимо, они обнимались, когда наш портал нашёл, наконец, Илладара.

Я слегка успокоилась. Похоже, беловолосая вполне адекватна, но прикасаться к себе я больше ей не позволю, по крайней мере, без предварительного объяснения намерений.

- Приятно познакомиться, меня зовут Беренгария, - девушка тоже улыбнулась, да так приветливо, что я не смогла сдержать ответной улыбки, а потом она подошла к гиганту. – Надеюсь, ты не напугал их своим грозным видом?

И тут я испытала когнитивный диссонанс. С одной стороны, этот мужчина вызывал у меня трепет, с другой, вполне закономерный страх – кто его знает, что от него ждать? И когда он ей невероятно нежно улыбнулся, притянул за талию и прогудел: «Нет, конечно, я ведь не такой варвар, как мой братец», - я растерялась. Вроде как и обрадовалась, что он может быть душкой, вот только, похоже, он крепко и давно занят.

Облом.

Впрочем, он ведь не обманывал меня, это я сама успела задней левой мыслью, где-то далеко на задворках сознания представить, как у нас может что-то получиться, даже собралась считать, сколько мы родим детей, пока о казни не заговорили. Уф, надо успокоиться! А вообще, оно и к лучшему, меньше соблазна…

- Может, пойдём подкрепимся? – предложила беловолосая. – Кстати, меня Уна зовут.

- Очень приятно, Алёна, - ответила я обоим женщинам, пытаясь привести свои разгулявшиеся мысли в порядок.

Требовать представиться мужчину не осмелилась. Я вообще стеснялась на него смотреть.

- Я – Крайлах, второй король Армарии, дядя Илладара, - мужчина и сам вспомнил, что не назвал своего имени.

Стоп, что? Он тоже король? То есть брат отца Ильи, или как они тут его кличут, того самого, который отрубил голову своей жене? Кстати, а где он сам? Догадывается, наверное, что сын от него не в восторге, вот и отсиживается в другом месте!

Я так разозлилась, что сама не заметила, как резко выдала:

- Чёрт, верните нас обратно! Обоих! Там, конечно, жизнь не сахар, но головы никому не отрубают.

У меня даже руки от волнения затряслись. Что со мной? Обычно я стараюсь держать себя в руках. Уф, похоже, у меня начинается паника!

- К сожалению, Илладара мы точно никуда отправлять не будем, - мирно ответила Уна. - Именно Марэлл – его родной мир.

Она явно старалась меня успокоить.

- Я не хочу туда, - твёрдо ответил Илья, и я обрадовалась нашему единодушию. Ненадолго. – Мне на том языке говорить неудобно, а ещё там все какие-то странные и глупые, кроме Алёны.

Эх, когда он говорил, что не хочет туда, то имел в виду вовсе не родной мир, а Землю. Рано я обрадовалась.

- Ты не прав, малыш, - я погладила его по голове трясущейся рукой. – Просто тебя посчитали недоразвитым и отправили к таким же, а вообще нормальные дети совсем другие.

- Какой ужасный мир! – возмутился Крайлах, усиливая во мне панику.

А когда я паникую, то начинаю активно сопротивляться.

- А что вы хотели? Мальчика нашли на обочине дороги, никто ничего о нём не знал, сам он ничего сказать не смог, конечно же, его отправили в соответствующее учреждение.

- А что, помочь магией ему не судьба? – продолжал напирать на меня этот мужлан.

- Тише, дорогой, не надо так строго! – Беренгария погладила его по руке. – Может, у них в мире нет магии.

- Нет, конечно! - ну не верить же этим гадалкам, которые за крупную сумму готовы наболтать тебе чего угодно.

Разве что Ванга, но кто её знает, что там было? И вообще она давно умерла.

- Разве так бывает? – удивилась Уна. – Кстати, если бы ты сама не обладала силой, то не смогла бы здесь находиться. Это Цимма – тут слишком много Материи для простого смертного.

Здрасти, приехали! Я чем-то там обладаю?

- Да? – я недоумённо пожала плечами и ещё крепче стиснула Илью.

На всякий случай.

- Она говорит правду, - вступился за меня мой любимый ученик. – У них нет магии. Я ни разу не видел.

Нет, ну надо же, как он, оказывается, умеет бодро говорить! Довольно односложно, учитывая, что его лексикон не пополнялся несколько лет, но это не сравнить с тем, как он чувствовал себя на Земле!

- Хм…, - Уна принялась смотреть на меня каким-то странным взглядом, отчего у меня опять заскакали мурашки по всему телу, а потом и вовсе прошиб холодный пот. – В тебе действительно нет Силы, чтобы преобразовывать Материю, но при этом ты полна света. Он окутывает тебя мощным коконом, скорее всего, может даже защитить от чужого воздействия.

Вот это новости! Обнадёживающие, стоит отметить.

- Но вы же что-то смогли со мной сделать, чтобы я начала понимать вашу речь. Кстати, именно вас я прекрасно понимала с самого начала, но почему?

- Это особенность магии Хранителей, - Уна таинственно улыбнулась. – Я храню Источник, контролирую равновесие. Моя сила куда больше любого мага, к тому же у меня даже мысли не было причинить тебе вреда. А ещё я могу говорить с кем угодно, и меня поймут – приятный бонус к геморрою хранительства.

М-да…, похоже, что это за мир и как тут всё устроено вот так с полпинка не понять. Какой она там источник хранит, почему так выглядит, что там за свет меня окутывает – всё это тайна за семью печатями. Пока.

С другой стороны, оно мне надо? Может, не стоит связываться со всем этим, а уйти обратно, пока не увязла? Вот только Илья…

- Можно узнать, что здесь ждёт Илью?

- А тут всё просто, - Беренгария подошла к нам поближе, присела на корточки, чтобы быть на одном уровне, и я даже не отшатнулась. Ну не пахло от неё опасностью, я чувствовала это всем своим нутром. – Мы все перенесёмся в Армарию и будем привыкать друг к другу, знакомиться. Лично я уже вижу, что Илладар – замечательный мальчишка, который не боится защищать свою учительницу.

Они подмигнула Илье, а мне подарила ещё одну улыбку. От неё так и веяло теплом, поэтому я… окончательно согласилась. Ну а что, всё равно я не смогу бросить Илюшу одного на растерзание папаши, который, кстати, умудрился отправить его в другой мир. Или что там произошло?

Именно это я и принялась выяснять, пока нас никуда не переправили. Мало ли, вдруг он там вообще без головы этот Зигвальд? Или как там его зовут.

Оказалось, что после казни матери Илладара выкрала оскорблённая родня со стороны химер, и я их не осуждала за такие действия, но ума промолчать о своём мнении хватило, да. Им довольно долго удавалось скрываться, пока их не смог обнаружить главный маг Армарии – страны огромных варваров, в которой мне предстояло жить какое-то время. Он отследил их благодаря какому-то хитроумному артефакту (вот бы посмотреть, что это вообще такое!), а когда нашёл и попытался отправить порталом обратно домой, то химероиды принялись ему активно помешать. Сбили настройки, тот маг бросился вслед за мальчиком, чтобы успеть спасти, но сгинул вместе с ним.

Хм, а ведь есть большая доля вероятности, что он теперь по Земле разгуливает! Правда, за три года мог бы и найти Илью, но кто знает, может и его поместили в специализированное учреждение. Возможно, у него там и магии нет – всю израсходовал.

По крайней мере, такие предположения строили Крайлах и Беренгария, пока мы с Ильёй поднимались с пола, приводили в себя в порядок и пили. Есть после портальной болтанки не хотелось совершенно.

- И всё-таки, почему казнили мать Илюши? – спросила я у Беренгарии, едва Илья вышел в туалет.

- Измена, - девушка передёрнула плечами. – Ничего, скоро мы доработаем артефакт, благодаря которому любой человек сможет понять, является ли его избранник истинной парой, а ещё сможет узнать направление, где он или она находится. Это значительно облегчит выбор.

- А что значит истинная пара? – нет, я слышала о чём-то подобном, когда смотрела «Сумерки», но то было давно и помнилось смутно. Кажется, речь шла об особом потомстве у оборотней.

- Люди, которые предназначены друг другу самой Судьбой, - Беренгария так при этом посмотрела на Крайлаха, что стало ясно, кого она имеет в виду. – Правда, тут много нюансов, индивидуальных особенностей каждого человека, например, у кого-то такой пары может не быть вовсе, либо она пока не родилась. В таком случае он или она открыты для любого, а может и просто не дозрели.

- Господи, вот люди себе сами проблемы создают, - покачала я головой. – Нет чтобы как у нас: попробовали пожить вместе, понравилось – поженились, не понравилось – разошлись.

- А если от такой пробы ребенок родится? - ехидно спросил Крайлах.

Ему явно не понравились мои рассуждения.

- Так предохраняться надо, - развела я руками. – Для этого создана масса вариантов.

Я не стала говорить об алиментах на детей и прочем, не стоит их этим сейчас грузить.

- А ты какие пробовала? – мужчина смотрел на меня так пристально, что я чуть не отвела взгляд.

Но поскольку мой страх поутих, а первоначальная реакция на мужскую красоту и вовсе испарилась после появления Беренгарии, то смущение удалось быстро преодолеть.

- Никакие, для этого не было надобности, - ответила ровно, стараясь не нервничать.

- То есть ты не замужем и девственна?

Блин, да какое ему дело? Теперь он возмутил меня до глубины души!

- Это моё личное дело и вас оно не касается, - решительно отрезала я.

В этот момент вернулся Илюша, так что продолжать разговор не стала. Только подошла к мальчику и обняла.

- Ну что, ты готов вернуться в родной дом?

- Я боюсь, - он отчётливо вздрогнул, - но на Землю точно не хочу.

- Тогда у нас нет с тобой выбора, - улыбнулась ему как можно бодрее. – А вообще, один мудрец сказал: нужно разбираться с проблемами по мере их поступления. Так что выше нос, будем соображать на ходу!

Судя по взгляду Ильи, он не особо проникся моей речью, но слегка успокоился. И то хлеб.

Оказалось, что в Армарию мы будем отправляться не в карете, не верхом (хотя я умела, да) и даже не в вихре, подобном тому, что нас принёс с Земли, а через огромное ростовое зеркало. Причём таких было не одно и не два, а целая комната, до которой мы шли по очень любопытному коридору.

Вся обстановка чем-то напоминала замок, в котором учился Гарри Поттер, разве что лестницы туда-сюда не двигались, а народ ходил в длинных хламидах и безо всяких там шарфов цветов факультетов. Здесь в принципе все ученики, а их было видно по возрасту, наличию книг в руках и выражению лиц (у меня такое же, если честно), носили зелёные балахоны. Парочку преподавателей я заметила в синем и какого-то пожилого мужичка в сером.

То, что это учебное заведение, у меня не возникло и толики сомнений. Всё тут пахло знаниями, жизнь буквально кипела, как это бывает в любой школе и иже с ней.

Илюша испуганно прижался ко мне, я даже взяла его на руки, чтобы он успокоился. Нелегко это было – таскать семилетку, но я выдержала. Вот не зря я последние пять лет занимаюсь стрельбой из лука – руки накачала! Да и на лошади периодически езжу, но это только на каникулах, в обычное время попросту некогда.

- Не бойся, это просто ученики, посмотри, сколько у них книжек в руках. Скоро и мы с тобой будем такие читать, а не просто разглядывать картинки, как это было в интернате.

Кажется, у меня отлично получилось его отвлечь! Илья принялся заинтересованно разглядывать именно книги, отвлекаясь от испугавшего его потока незнакомых людей. Всё-таки не зря меня учила Вероника Степановна всяческим уловкам, пусть я и не разделяла некоторых её взглядов.

Всё шло неплохо, пока мы не зашли в пресловутую комнату с зеркалами. Увидев себя сразу в двадцати или около того (я не считала точно) отражениях, он принялся тихонько скулить.

- Не надо, мне страшно, - он зажмурился и задрожал всем телом.

Всё-таки он слишком много пережил за свою пока короткую, но чересчур насыщенную неприятностями жизнь. Психику ему пошатнули знатно, пусть он оказался вовсе не аутистом. Просто не знал языка и был слишком мал и напуган, чтобы хоть как-то объясниться с теми, кто его нашёл. А потом его определили в интернат для детей с особенностями развития, и он сделал определённые выводы относительно нашего мира.

Единственное, что хоть как-то примиряет меня с этой ситуацией – тот факт, что его подобрали порядочные люди, а не какие-нибудь бродячие цыгане.

- Всё хорошо, мы скоро будем дома, там тебя ждёт своя комната, в которой мы будем жить вместе. Правда-правда, я никуда не уйду, пока ты не освоишься здесь, - говорила и понимала, что это может затянуться надолго.

С другой стороны, какая разница? Пусть потом своей магией возвращают меня в то же время, и пусть только попробуют сказать, что это невозможно!

- Вот, держи, тебе пригодится, - Уна повесила мне на шею какой-то камешек на цепочке, больше всего напоминавший янтарь. – Если Зигвальд будет сильно наглеть, сожмёшь его в кулаке и мысленно позовёшь меня. Я перенесусь к тебе, а уж потом он получит…

Пока она говорила, Крайлах что-то там пошаманил с одним из зеркал, отчего его поверхность перестала отражать, напротив, она завихрилась, пугая не только Илюшу, но и меня. Вот правда, совершенно не хотелось туда заходить!

Видя наши колебания, первой шагнула Беренгария. И её даже не замотало, как нас с Ильёй до этого, нет, она просто скрылась за пеленой.

- Давай, ваша очередь, - подтолкнул меня к зеркалу Крайлах.

Я поёжилась, но собрала остатки воли в кулак и… ничего особенного не произошло. Нас не болтало, просто обдало потоком прохладного воздуха, а следующий шаг я уже сделала в комнату, где стояла Беренгария. К выходу спешила какая-то блондинка, лица я не увидела, только спину.

Похоже, она караулила наше прибытие и побежала сообщать своему королю о прибытии блудного сына. Впрочем, мне было «слегка» не до этого, потому что Илья как начал верещать ещё перед тем, как мы вступили в зеркало, так и не переставал до сих пор. Я принялась было успокаивать его: гладить по голове, пытаться установить зрительный контакт, как в комнату ввалилось сразу двое гигантов, не считая Крайлаха, вставшего сбоку от меня.

Вид их был ужасен: оба грязные, потные, в разорванной одежде и разукрашенными физиономиями. И тут один из них открыл рот:

- А ну молчать! – гаркнул он так громко, что даже я чуть не о…конфузилась.

Илья испуганно замолчал, а меня такая злость взяла. Да как он смеет, варвар драный, на собственного ребёнка орать! К тому же потерянного. Поэтому я, несмотря на страх, сузила глаза и едко выдала:

- Молодец! Теперь мне его придётся неделю выманивать из скорлупы, в которую вы его загнали своим диким криком. Взрослый человек, называется. Я так понимаю, папаша? Прекрасно! Я вижу, как вы ждали – не могли дождаться своего сына. Предупреждаю сразу: если вы его хоть пальцем тронете, будете иметь дело со мной!

Ох, как меня распирало! Я прямо чувствовала, как сила бурлит в груди. Если бы не Илюша на руках, так бы и втащила по этой наглой физиономии.

Подумаешь, для этого пришлось бы подпрыгнуть.
 

Я безумно нервничал, пока ждал, когда наступит нужное время и Крайлах пойдёт на Цимму искать моего сына. Семь лет – тот возраст, когда у химеры просыпаются первые способности, пусть Илладар только полукровка. Тогда Уна сможет настроиться на него и сгенерировать поисковое заклинание-портал, дабы вернуть его назад, куда бы он ни запропастился.

Я психовал, как последний драх, еле держался, чтобы не устроить геноцид всем химероидам, и только слова брата не позволяли мне это сделать.

- Ты не Бог, чтобы вершить судьбу целого народа. Да, ты – первый король Армарии, но я, второй король, считаю достаточным того, что мы сделали их своими вассалами.

- Да какие они вассалы, если гадят исподтишка?

- Какие есть, - развёл Крайлах руками. – Насильственные.

- Сами виноваты, - огрызнулся я. – Сначала не научили свою принцессу вести себя порядочно, а потом обиделись, что я её казнил. Да как она посмела кувыркаться в постели с тем хмырём?! После того, как родила мне сына, после того, как стала королевой Армарии. Бесстыжая тварь!

- Потому что нечего было на ней жениться, я тебе сразу об этом говорил, - братец никогда не стеснялся в выражении своего мнения, всегда рубил правду. На то он и брат. – Ваш брак сгубила твоя алчность. Ты прекрасно знал, что вы не истинные друг для друга, Размар вас соединил с большим скрипом. Надо было ещё во время обряда одуматься, а то и раньше.

Размар, наш великий Бог, действительно не хотел принимать Ларну, как мою супругу, но моё желание было так велико, что он не стал препятствовать. Соединил наш брак, сказав, чтобы потом не жаловался. Как показала жизнь, зря я настоял тогда на своём. Зря так упорствовал, жаждал этого политического союза, потому что от него ничего хорошего не осталось, только вражда. И маленький мальчик, которого выкрали вскоре после казни Ларны и прятали так хорошо, что мы не могли его найти. В какой-то момент наш главный маг – Урбарод – сумел отыскать то место, где его скрывали, и поспешил забрать его. Понадеялся на свою мощь, не стал брать с собой никого, лишь несколько артефактов.

И поплатился за свою самонадеянность.

Что именно тогда произошло, мы так и не узнали – слишком размыты оказались следы, их тщательно затёрли химероиды. Лишь гораздо позже, совершенно случайно, когда мы прижучили одного из зарвавшихся врагов, выяснилось, что химеры сами не знают, где Илладар. Более того, они считают, что мы его где-то прячем, и всячески помогают нашим врагам в борьбе против нас. Чуть Беренгарию из-за них не казнили, драхов проклятых[1]!

И вот именно сегодня моему сыну исполняется семь лет, Мирелла уже активировала зеркало, через которое Крайлах и Беренгария отправились на Цимму проводить обряд поиска, а мне нельзя. Я – простой смертный, пусть и первый король, и путь на Цимму мне заказан. Единственное, что хоть немного отвлекает от мучительного ожидания – это Мирелла. Всем она хороша: и милым личиком с зелёными глазами, тонким прямым носом да пухлыми губками, и фигурой, и скромным поведением, к тому же сильная магиня. А ещё блондинка – большая редкость в нашей стране. Очень даже неплохой вариант для жены, к тому же ребёнку нужна мать, пусть позже, когда пообвыкнет, он станет проводить основное время в казарме с другими мальчишками. Чтобы учиться счёту и письму, тактике, боевому искусству и прочему, дабы вырасти настоящим воином.

Но вот когда это произойдёт – большой вопрос! Где он находится, что из него выросло? Неизвестно.

Ладно, надо отвлечься, заняться полезным делом…

- Знаешь, чем больше я на тебя смотрю, тем больше ты мне нравишься, - закинул я пробный крючок в сторону магини. – Красива, невинна, ведёшь себя строго, лишнего не позволяешь.

Я задумчиво смотрел в глаза Миреллы и почему-то колебался. Дева меня очень возбуждала, я хотел её всю, во всех позах и прочее и прочее, почти дозрел, чтобы сделать предложение.

- Я очень польщена вашим вниманием, - Мирелла опустила взгляд, и мне безумно понравилась её покорность.

Сразу захотелось протянуть руку к её лицу, прикоснуться к подбородку, заставить поднять взгляд, завладеть её губами...

- Ну что, нашли мальчишку? – наше уединение прервал Ортос – главный дознаватель Армарии и мой верный соратник, причём настолько верный, что порой перегибал палку.

Он буквально ворвался в кабинет, вызывая безудержное желание убивать. Голыми руками.

- Нет, только отправились, - я так на него посмотрел, что только слепой не догадался бы, что он тут лишний.

- Жаль, очень интересно взглянуть на него, - Ортос сделал вид, что не заметил неловкости ситуации.

Ушлая дознавательская морда! До сих держит Миреллу на подозрении, хотя она уже много раз показала себя с наилучшей стороны. И как магиня, и как приличная девушка. Целый год исправно работает, особенно с порталами у неё хорошо получается.

- Пойдём-ка, разомнёмся, - я похрустел суставами пальцев, разминая их перед спаррингом.

Посмотрим, кто кому сегодня больше наваляет...

Оттянулись мы от души. Для начала я дал ему в морду, а потом реализовал двойку в грудь. Конечно же, Ортос не был бы Ортосом, если бы не попытался подсечь, на второй раз ему это удалось. Мы покатились по полу, вцепившись друг в друга руками и ногами. Затрещала одежда, захрустели кости, вся пыль, которую успело надуть в открытые окна, прилипла к нам. Разумеется, мы не обращали на это внимания. Какой армариец боится грязи? Тот не достоин этого гордого звания!

- Что ты к ней прицепился? – я сумел придавить Ортоса к полу и заломить ему правую руку.

Левая находилась под ним, её вывернуть не получалось.

- Слишком мило себя ведёт, - дознаватель не сдавался – умудрился вытащить левую руку, дёрнул меня за ногу, сам же оттолкнулся всем телом от пола и таки смог перевернуться на спину, подмяв меня под себя. Не останавливая вращение, перекатился через меня, тем самым вырвав руку из моего захвата.

Вёрткий, скотина!

Впрочем, я долго на полу не залежался – вскочил на ноги и успел дать хорошего пинка, правда, ответку тоже отхватил.

- А тебе что надо? Чтобы она хвостом перед всеми крутила и поцелуи раздавала? – слегка дёрнул ногой, избавляясь от неприятного ощущения.

Похоже, Ортос, попал в болевую точку. Но ничего, и он сейчас получит!

И таки получил: парочку ударов по бокам, потом под дых, и тут мне неожиданно прилетело в челюсть. Драх, я был уверен, что добивал его!

- Ваше величество, господин Зигвальд, ваш сын! – из коридора донёсся голос Миреллы.

Милый, тонкий, интересно, как он будет звучать, когда я её…

- Благодарю за достойную борьбу, - Ортос тут же прекратил драку, протянул мне руку – ритуальный жест, сопровождавший традиционные слова после спарринга.

Потому что спор спором, мордобой мордобоем, но мы взрослые серьёзные люди. Хотя, я бы продолжил чуть позже, уж больно хочется украсить ему фингалом и второй глаз. Для равновесия.

- Благодарю за достойную борьбу, - ответил ему крепким рукопожатием.

Мы оба поспешили вернуться в кабинет Крайлаха, где стояло зеркало перехода на Цимму – остров магов, место, где находится один из Источников Материи. Меня раздирало любопытство и… некоторый страх. Всё же я абсолютно не умел обращаться с детьми, разве что первенец Крайлаха и Беренгарии радовал меня своим истинно армарийским нравом. Упорство, сила воли и презрение к трудностям. О, он умел добиваться своего даже будучи младенцем[2]!

Горжусь им.

В кабинете меня ждало то ещё зрелище: худой светловолосый мальчишка, совершенно не похожий на меня ни лицом, ни мастью, висел на руках какой-то девушки и визжал. Пронзительно, ввинчиваясь в мозг противным звуком. И он не шёл ни в какое сравнение с рёвом Рандэла – моего племянника. Этот вопль было невозможно вынести.

- А ну молчать! – гаркнул со всей мощи своих лёгких.

Мальчик замолчал. Незнакомая девушка, которая с трудом удерживала его на руках, сначала вздрогнула, потом присмотрелась к моей потрёпанной физиономии (дери все драхи мира этого Ортоса!), сузила глаза и едко выдала:

- Молодец! Теперь мне его придётся неделю выманивать из скорлупы, в которую вы его загнали своим диким криком. Взрослый человек, называется. Я так понимаю, папаша? Прекрасно! Я вижу, как вы ждали – не могли дождаться своего сына. Предупреждаю сразу: если вы его хоть пальцем тронете, будете иметь дело со мной!

Что? Эта белобрысая пигалица мне угрожает? Да я её… Да мне свернуть её тонкую куриную шею ничего не стоит! Да что она себе вообще позволяет?

Я чувствовал, как кулаки сжимаются сами собой, как в ушах стучит от ярости кровь. Нет, я не бью женщин, даже после измены Ларны я этого не делаю, но эта наглая девчонка разбудила во мне зверя!

Драх, как же мне сдержаться?

Я взглянул на Крайлаха и Беренгарию, которые стояли по бокам от неё и с укором взирали на мою перекошенную рожу. По их виду было ясно, что они полностью с ней согласны. И тогда я сорвался. Да как они все смеют? Это мой сын, пусть и от подлой химеры, я сам знаю, что мне с ним делать! Неважно, что совсем недавно я сомневался в собственных способностях.

Я подошёл, выхватил из её рук ребёнка, прижал к себе, заглянул ему в глаза и провозгласил:

- Наконец-то ты со мной!

Я думал, что он визжал слишком громко и противно? О, этот малец показал, что умеет это делать ещё сильнее, ещё противнее! А ещё у него оказались такие острые локти и колени – никогда бы не подумал. Он умудрялся бить ими весьма ощутимо, порой попадал по болевым точкам, заставляя морщиться.

- Отпусти его, варвар! – раздался тонкий, но с грозными нотками голос этой пигалицы. – Сейчас же!

Я поднял на неё глаза и увидел, что мне в лицо смотрит стальной наконечник стрелы.

Но откуда?

Оглядевшись, я обнаружил, что эта нахалка осмелилась снять со стены лук со стрелами, который висел среди прочего оружия. И никто ей не препятствовал в этом! Крайлах стоял и с укором взирал на меня, Беренгария и вовсе за сердце схватилась. Ортос ухмылялся во всю свою наглую рожу, аж до самого шрама около уха, что было большой редкостью, кстати. И только Мирелла была за меня – она сконцентрировала в руках кусок Материи и собиралась швырнуть что-то очень сильное в эту пигалицу.

Умница! Явно будущая королева.

Да, лучше усмирить её магией, а то я боюсь, что увлекусь и ненароком убью. Всё же нет никакой чести в победе над заведомо слабым противником, тем более женщиной, пусть она ведёт себя совершенно возмутительно.

- Ловчая сеть или обездвиживание? – деловито поинтересовалась Мирелла.

Илладар, кстати, перестал вырываться, он завороженно уставился на свою защитницу, в его взгляде я поймал восхищение.

- Вы уверены, что это достойный поступок, требующий траты Материи? – в голосе Крайла было столько издёвки, что на миг мне стало не по себе.

Но потом я взглянул на наглый взгляд голубых глаз незнакомки, на то, как блестит на наконечнике стрелы солнечный луч…

- Тогда останови её другим способом, сына я не отпущу.

Чего я не ожидал, так это укуса. Сильного, даже кровь брызнула! От неожиданности я ослабил хватку, пацан как-то крутнулся, извернулся, а ещё словно бы стал уже. В общем, вывернулся, ушлый жук! Упав на пол и не поднимаясь в полный рост, чтобы я не смог его поймать, он по-паучьи добежал до этой нахалки, проскользнул между её ног и затаился.

И только сейчас я обратил внимание, во что она одета!

Странные серые, практически без голенища ботинки с серебристым отливом и пятнистые штаны. Штаны на деве! Да где это видано?! Даже те армарийки, которые занимаются воинским искусством, надевают платья с разрезами до колен, поверх штанов, разумеется. У этой же так неприлично обтянуты бёдра… и грудь… Что это вообще за одежда – короткая, обтягивающая каждый изгиб тела, туника, да ещё и с коротким рукавом!

- Прекрати вести себя, как последний псих, - вместо помощи я получил от брата суровую отповедь. – Она опустит лук, когда ты перестанешь ей угрожать. Мирелла, прекращай игры с Материей!

И если раньше я бы послушал его, Крайлах всегда более сдержан и хладнокровен, то сейчас был не в том состоянии. Слишком много всего: сын, который меня не слушается, а ещё эта пигалица, посмевшая угрожать мне – старшему королю Армарии! Я сжал кулаки и процедил сквозь зубы:

- Обездвиживание.

Пусть скажут спасибо, что я не стал лично ломать эту куклу! Всё же магия – меньшее из зол. Заодно пацана не заденет ненароком.

С рук Миреллы сорвался сгусток Силы, полетел к белобрысой нахалке, обволок её со всех сторон. Наконец-то!

Я шагнул в её сторону, намереваясь забрать из рук лук со стрелой, а потом отправить туда, откуда она посмела вылезти. Даже успел бросить благодарность Мирелле:

- Умница!

И тут случилось нечто экстраординарное: в моё плечо впилась эта самая стрела.

- Что за драх? – я вздрогнул от боли, схватился за древко, а потом оторопел.

Потому что вся магия Миреллы буквально стекла к ногам этой… самки драха! Лужей разлилась под странными серыми ботинками, потемнела и даже засмердела.

- Надо же, как любопытно, - только и вымолвил Крайлах, взмахом руки очищая пол.

На то, что меня ранило, никто не обратил особого внимания, кроме Миреллы, конечно. С одной стороны, у нас не принято охать над пустяковыми ранами, но всё равно странно. К тому же магия на неё не подействовала… Кто она, драх её раздери, такая?

- Девушка, а как вас зовут? – что, это голос Ортоса?

Елейный, полный восхищения и Размар знает чего ещё?

Я оглянулся на дознавателя, не доверявшего никому из женского рода, кроме Беренгарии, и покачнулся. Нет, не от боли в плече – к этому мне было не привыкать. От предательства. Потому что в глазах этого матёрого волка плескался незамутнённый восторг.

- Я не понял, это что, измена? – от ярости я наплевал на правила извлечения наконечника и с мясом вырвал из плеча стрелу.

Плевать на кровь, плевать на рану! Эти драхи предали меня! И я сейчас этой стрелой их всех…

- Спокойствие, брат, это всего лишь учительница рисования, - спокойные слова брата стали для меня полной неожиданностью. – Её случайно засосало в портал вместе Илладаром. И да, твой сын к ней очень привязан, так что мы приняли решение оставить её здесь. На некоторое время.

- Меня зовут Алёна, - подала голос пигалица, доставая из колчана следующую стрелу и кладя её на изгиб лука. – И я готова защищать Илю… Илладара до последнего вздоха. Даже если это придётся делать от его собственного отца!

1. Историю Беренгарии и Крайлаха вы можете прочесть в романе «Фальшивая принцесса».

2.  Это всего лишь рассуждения неопытного в этом плане мужчины. Он не в курсе, что большинство младенцев умеют добиваться своего, даже не будучи армарийцами.

Алёна

Я возненавидела этого идиота всей своей душой! Этот придурок посмел закричать на собственного сына в момент, когда ему было страшно, а потом и вовсе схватить его и насильно удерживать.

О, как я гордилась Илюшей в тот момент, когда он преодолел свой страх, вцепился зубами в этого варвара, а потом и вовсе сумел выбраться из его захвата!

Стрелу я спустила случайно. Рука дрогнула от того, что я почувствовала мерзкую липкость, прилетевшую от этой белобрысой выдры. Брр, отвратительные ощущения!

Если магия Уны была тёплой, то тут чувствовался холод и грязь. У, противная… самка собаки, выслужиться захотела! В её глазах я читала откровенное равнодушие к ребёнку (что уж говорить обо мне) и желание показать, какая она крутая.

Стерва!

А вот мужик со шрамом на щеке мне понравился, несмотря на суровые черты. Какой-то он… честный, что ли. Прямой, как палка, не то что эта ящерица зеленоглазая. О папаше и вовсе молчу – дебил редкостный. Сила есть – ума не надо!

- Кто ты такая, чтобы указывать мне, как обращаться с собственным сыном? – взревел этот драный варвар на мои слова о защите Илюши.

- Тот, кто работал с вашим ребёнком больше года, - я с вызовом взглянула в его серые, полные бешенства глаза. – На него нельзя кричать!

Тем более хватать, когда он этого не хочет.

- Сделали из него сосунка! – он взмахнул окровавленной стрелой, поморщился от боли.

Признаться, вид его открытой раны, как и процесс извлечения стрелы, вызывал тошноту. Кровь, развороченное мясо. Ужас! Но я взяла себя в руки и продолжила спор, потому что как себя поставишь при знакомстве с таким мужланом, так он и будет потом с тобой обращаться. А я не собиралась брать на себя роль послушной тряпочки, в которую будет рыдать Илья из-за этого папаши, а я лишь утешать. О нет, я буду всеми силами стараться не допустить этих слёз!

- Вообще-то ваш ребёнок – особенный, к нему нужен деликатный подход, - да, он не аутист, как выяснилось, но психику ему покалечили.

И пусть я не дипломированный психолог, но мне много чего рассказывала Вероника Степановна, а ещё я много читала. Психология мне в принципе интересна, я даже планирую получить второе высшее по этой специальности и работать именно в направлении арт-терапии уже как полноценный специалист. Потом, когда разберусь с этой ситуацией и вернусь домой.

- Рассказывай, – властно приказал этот мужлан.

- Потом, не при Илюше. Сейчас ему надо дать возможность отдохнуть и успокоиться. Где его комната?

- Я покажу, - отозвалась Беренгария.

- Я помогу, - мужчина со шрамом подошёл ко мне и загородил от Зигвальда. – Меня зовут Ортос.

Я оглянулась на Илью, он смотрел снизу вверх своими удивительными глазами, в которых на удивление прибавилось золотистых крапинок.

- Пойдём ко мне, малыш, - поскольку теперь от неадекватного папаши меня загораживала целая гора мышц (правда, старший король был немного крупнее Ортоса, но я не сомневалась, что тот не подведёт), я отдала лук и стрелы Крайлаху, протянула руки, подхватила мальчика и отправилась вслед за Беренгарией.

В спине что-то хрустнуло. Похоже, я сегодня слишком много таскала тяжести.

- Позвольте, я помогу, - Ортос обернулся к нам, протянул руки, я заколебалась.

С одной стороны, я его совсем не знала, с другой, судя по ряду признаков, именно он совсем недавно начистил морду этому Зигвальду. И от того он вызывал большое доверие. Интересно, а кто он тут вообще?

- Илюш, пойдёшь к дяде на ручки? Он хороший, правда, - Илья лишь крепче вцепился в меня. – У меня спина болит.

Мы посмотрели друг другу в глаза, я поделилась с ним своей болью, и тогда он неохотно кивнул. Перебрался к мужчине, но продолжал держать меня за руку, да так крепко, что синяки, наверное, останутся.

Что ж, пусть так, зато мы спокойно дойдём до комнаты, которая оказалась просто чудесной! Спокойные зелёные тона, мягкий ковёр на полу, огромная кровать, на которой мы оба спокойно поместимся, и ещё место останется. А ещё много света! Окон было целых четыре штуки, и в них заглядывало солнышко. Тёплое, приветливое, не то что хозяин этого дома.

Кстати, надо будет обязательно изучить местность. Судя по стенам, это явно какое-то средневековье. Интересно, у них тут есть водопровод? До стёкол у них уже явно дошёл прогресс.

- Располагайтесь, отдыхайте, я распоряжусь подготовить тебе, Алёна, отдельную комнату рядом с этой, а ещё мы подберём одежду из моего гардероба. Не бойся, это временно, потом портные новую сошьют и тебе и Илладару.

- Спасибо! – я поблагодарила всех троих.

Беренгарию, которая явно приложила руку к подготовке комнаты, Крайлаха, оказавшегося очень даже адекватным по сравнению со своим психованным братом, и, конечно же, Ортоса, столь вовремя вставшего на мою защиту.

Такой приятный мужчина, явно военный, любопытно, какую он здесь должность занимает? Может, военный советник? Или министр? Он явно из тех, кто имеет прямой доступ к королю и даже тренируется с ним.

Впрочем, всё потом, сейчас надо успокоиться, поговорить с Илюшей и попытаться уложить его на дневной сон. Сомнительная затея, но если мы ляжем вместе, может, что-нибудь и получится. Главное, чтобы этот псих сюда не ворвался.

Зигвальд

Я стоял в полной растерянности и не понимал, что вообще произошло. Какого драха они так странно себя ведут? Кроме Миреллы, разумеется.

Эта пигалица осмелилась угрожать мне оружием! Мне, королю Армарии! Какая-то выскочка в неприличных штанах!

Допустим, Крайлах и Беренгария знают о ней больше, от того и попустительствуют (хотя это нисколько не умаляет уровень моего гнева!), но Ортос. Какого драха он смотрел на неё влюблёнными глазами и лебезил? Да ещё и встал между нами! Дознаватель называется, гроза шпионов и преступности.

- Ничего не понимаю, - пробормотал я, бросая ненужную уже стрелу на пол.

Из раны сочилась кровь, плечо тянуло от боли.

- Господин, позвольте исцелить вас! – Мирелла бросилась ко мне, принялась концентрировать Материю в руках.

Нет, точно женюсь! А Ортоса отправлю к Жрецу на проверку вместе с Крайлахом. Мало ли, вдруг эта «учительница» их околдовала?

- Не шевелитесь, - Мирелла наморщила свой очаровательный лобик и принялась вливать в мою рану целительную магию.

Тут же защипало так, что захотелось почесаться, размять плечо, но я стоически терпел.

- Почему-то не получается, - она растерянно захлопала глазами и чуть прикоснулась к плечу, отчего показалось, что в него вновь вонзилась стрела.

Я повернул голову, чтобы хорошенько разглядеть результаты её работы и чуть не икнул от неожиданности. Вся магия, которой она пыталась меня исцелить, стекала той же жижей, что и при попытке обездвижить ту нахалку. Правда, зловония не чувствовалось.

- Так тебе и надо! – раздался сердитый голос Крайлаха. Оказывается, он уже вернулся, следом за ним в кабинет вошёл Ортос, Беренгарии не было. – Мирелла, выйди, нам надо поговорить без лишних ушей.

Магине явно не понравилось быть лишней, но она молча выполнила приказ. Я, было, хотел возразить, ведь у меня были на неё далеко идущие планы, но в последний момент передумал. Мало ли, вдруг я решу набить Крайлу морду, а её нечаянно заденет?

- А теперь объясните мне, какого драха вы тут устроили? – гневно вопросил я обоих. – С каких пор нападать на короля – это нормально?

Даже боль отступила – так я на них гневался!

- Для начала надо очистить рану, - Крайлах невозмутимо подошёл ко мне, осмотрел жижу, прилипшую к руке, хмыкнул и убрал её. Не с помощью своих особых сил, а банально достав чистый платок и смочив его водой. И это было гораздо легче перенести, нежели колдовство Миреллы. – Как ты успел заметить, магия на Алёну не действует. И поскольку именно её рука нанесла тебе рану, магией её не залечить.

- А травами? – Ортос с интересом вивисектора смотрел на развороченную плоть.

Ей-богу, не будь эти двое самыми близкими мне людьми, которым я безоговорочно доверял и с которыми мы прошли горнила самых, казалось бы, безнадёжных боёв, они давно бы лишились своих голов!

- Сходим к Жрецу – узнаем, - отмахнулся Крайл. – Но это будет позже. Насчёт Алёны: она – иномирянка. Чтоб ты знал, твоего сына занесло в другой мир, судя по всему, немагический, и он там выживал в ужасных условиях! Его посчитали недоразвитым, поселили к таким же, и он там мучился. Алёна работала с ними, помогала развиваться, заботилась, а ты…

- Какого драха она посмела говорить со мной в подобном тоне? А вы? Стоило мне возмутиться, вы почему-то встали на её сторону!

- Знаешь, когда такой бугай как ты орёт на такую хрупкую девушку, как Алёна, к тому же пытающуюся успокоить ребёнка, защищать хочется именно её, - Крайл скрестил на груди руки.

- А ты? – я взглянул на этого предателя – Ортоса. – Ладно Крайлах от своего брака размяк, ты-то как повёлся?

Дознаватель задумался.

- Знаешь, я почему-то сразу поверил, что она – невинна. Честна, преданна и абсолютно уникальна. Странно…

Он почесал затылок, взъерошил волосы и ещё больше задумался, отчего мои подозрения относительно этой пигалицы усилились.

- Не ищи врага там, где его нет, - принялся урезонивать меня брат. – Меня куда больше волнует, какого драха Мирелла нарушила правила магии.

- Она исполняла мой приказ, - отрезал я.

- Нет, она реализовала собственное желание под прикрытием твоего приказа, - Крайл подошёл к одному из шкафов, достал оттуда один из флаконов. – Не было реальной угрозы, Алёна пыталась лишь защитить Илладара, выстрел произошёл после нападения на неё Миреллой и оказался случайным – это очевидно.

Он откупорил пробку и выпил зеленоватое зелье. Насколько я помню, оно стимулировало магическое зрение. Так и есть: зрачки брата расширились, взгляд стал отстранённым.

- В остаточных следах её ауры нет насильственных намерений, только защитные. Так, а что там у нас с Миреллой? – он перевёл свой взгляд на то место, где до этого стояла магиня. – О, целый спектр эмоций, в том числе… ревность?

Алёна

Оставшись наедине, мы с Илюшей облегчённо выдохнули.

- Ты как вообще? – я усадила его на стул, сама села напротив и взяла его ладошки в свои.

- Б-боюсь, - мальчик вздрогнул.

- О, я тебя прекрасно понимаю, но давай разберём все по частям, - признаться, я и сама изрядно нервничала, но расслабляться и рефлексировать некогда – нужно Илюшу поддержать. - Вот смотри, помимо твоего отца, который очень странно себя повёл, есть дядя и тётя, и они очень хорошие!

Во мне, на самом деле, сидело много нелестных слов относительно Зигвальда, но я держала их в себе. Ни к чему всё это вываливать на ребёнка.

- Мне…, - Илья запнулся, немного покраснел, но потом всё-таки закончил, - мне понравилась Берен…гария.

Он немного замешкался на длинном слове, но в итоге произнёс его верно. Похоже, ему действительно удобнее говорить на родном языке, нежели на земном. Я пыталась сравнить их, что получалось не очень-то легко, так как знания мне вложили магическим способом (и я от этого до сих пор находилась в лёгком шоке). Единственное, что я пока поняла – местный язык более рычащий. По идее, к нашему, более певучему, легче приспособиться, но у Ильи вышло неважно.

- Мне тоже она очень понравилась, как и Ортос, который нас прикрыл.

- Я в нём не уверен, - Илья снова вздрогнул. – Он не из добрых, дядя Крайл лучше.

- Да, дядя Крайл тоже очень хороший, - я не выдержала, встала со стула и наконец-то обняла малыша просто так.

Не спасая, не защищая, а просто потому, что захотела. И что запрещала мне Вероника Степановна. Илюша прижался ко мне всем своим существом, его сердечко так трепетно билось – я чувствовала это.

- Слушай, а давай разуемся и ляжем на кровать, - хотелось попросту расслабиться.

- Но у нас нет пижам, - конечно же, он был приучен к нашим правилам гигиены.

- Мы не будем расстилать, просто ляжем на покрывало.

Илья колебался. Пока я ждала его ответа, в дверь постучали.

- Это я, Беренгария, можно войти? – голос за дверью был полон теплоты.

- Да!

- Конечно.

Мы ответили одновременно, что вызвало радостные улыбки.

- О, я вижу, у вас тут всё хорошо! – обрадовалась королева, видя наше настроение. – А мы вам одежду принесли!

В её руках действительно была стопка вещей, а вот у девушки, что вошла за Беренгарией, оказалась целая корзина.

- Это Виви, моя любимая горничная, - невысокая пухленькая девушка с задорными белокурыми кудряшками сделала то ли реверанс, то ли книксен – я в этом не разбиралась, если честно. – Виви, это Алёна и Илладар.

Я не стала пытаться что-либо изобразить, просто кивнула головой в знак приветствия.

- Мы не знали, какого роста будет Илладар, поэтому заготовили несколько вариантов размеров, я достала наиболее подходящие, - Беренгария положила на кровать принесённые вещи, из которых выудила рубашку, штаны и бельё.

- Будет немного великовато, но уже завтра мы подберём всё нужного размера, - голос Виви был звонкий, а тон бойкий.

Чувствовалось, что она очень весёлая и жизнерадостная, это подтверждала улыбка и лучистый взгляд.

Я встала, подошла к Беренгарии, присмотрелась к одежде.

- Ничего, рукава и штанины подкатаем да переживём. Вот только мы хотели полежать, вы случайно пижаму не принесли?

- Принесли и не только её, - Беренгария махнула рукой в сторону стопки, мол, выбирай.

Сама подошла к корзине, которую Виви поставила на пол, извлекла оттуда крепкие кожаные ботиночки для Ильи и туфли для меня.

- О, смотри, Илюш, какая красота! – я нашла совершеннейшую прелесть – пижаму с маленькими ёжиками, причём присмотревшись детально, обнаружила, что у каждого была своя поза и выражение мордочки.

Да и расположены они были хаотично, что говорило о ручном изготовлении ткани. Ну надо же!

Мальчишка оказался в полном восторге. Он тут же принялся переодеваться, а мы деликатно отвернулись. Надо будет потом поговорить с ним насчёт этого, но не сейчас. Сейчас куда важнее попросту адаптироваться к обстановке. И умудриться найти общий язык с его папашей, хотя видит Бог, я бы его к психологу направила, а то и к психиатру.

Эх, жаль, что я в основном читала литературу по детской психологии, к тому же узкоспециализированную. Сейчас бы мне ой как пригодилась информация, как себя вести с агрессивным мужчиной вдвое больше тебя, к тому же королём (и это не шизофренический бред), и при этом не дать себя в обиду. Придётся действовать по наитию, а ещё тренировать терпение. Вот только как, если он ужасно себя ведёт и так сильно меня бесит? С другой стороны, искал же он своего сына, переживал…

- Тебе мы тоже принесли одежду, - Беренгария достала из корзины сорочку, голубое платье, белые объёмные шорты с кружевами и ещё какую-то белую юбку.

Куда столько тряпок?

- Кстати, комнату по соседству уже готовят, к вечеру ты сможешь в ней поселиться, - Беренгария махнула рукой в сторону двери.

- Спасибо, но я там буду по минимуму. Спать точно с Илладаром буду, по крайней мере, первое время.

- Можешь не убеждать меня, я тебя прекрасно понимаю, - Беренгария тепло улыбнулась. – Я сама люблю с ребёнком спать – он так меньше капризничает.

Сказать, что она меня удивила – ничего не сказать. Всё же королева, как так? Видимо, у меня всё было написано на лице, потому что Беренгария поспешила объяснить:

- В Армарии не принято заводить кормилиц без сильной надобности, только нянь. А раз я кормлю сама, то и по ночам вставать тоже приходится. Мне довольно быстро это надоело, так что Крайлаху пришлось смириться с приставной кроваткой.

- А ты сама откуда? – мне стало очень любопытно, я только сейчас поняла, что Беренгария может быть вовсе не из страны этих варваров.

Слишком она добрая и приветливая.

- Из Коринии – страны солнца и цветов. Виви тоже оттуда.

- Знаете, по вам видно, - я принялась искать в ворохе одежды, предназначенной именно мне, какое-либо подобие пижамы. – Вы такие доброжелательные!

- Ты просто слишком мало знаешь о нашем мире, - мягко и в то же время настойчиво проговорила Беренгария. – В моей стране много разных людей, как хороших, так и не очень. В Армарии свои законы и свою нюансы, но я счастлива здесь, люблю эту страну всем своим сердцем! А Зигвальд… он не так уж плох, просто перенервничал сегодня – он слишком долго искал сына, слишком долго ждал этого дня. И в то же время он совершенно не умеет обращаться с детьми. Не суди его слишком строго.

- Посмотрим, - я сильно сомневалась, что этот мужлан сможет кардинально изменить моё мнение о себе. – А ещё мне интересно, что он захочет со мной сделать из-за стрелы, которой я его ранила. Пусть только попробует подумать в сторону казни! Я не его подданная и тем более не жена, а ещё у меня есть амулет от Уны. Она обещала, что не даст меня в обиду!

- Поверь, мы с Крайлахом тоже этого не допустим, - Беренгария чему-то довольно улыбалась. – Знаешь, а мне нравится, как ты стоишь на своём. Возможно, это именно то, что нужно Зигвальду.

А вот в этом я сильно сомневалась. Судя по тому, как та выдра, которая пыталась меня обездвижить, заглядывала ему в глаза и всячески выслуживалась, именно подхалимаж ему и нужен, а не суровая правда.

Зигвальд

То, что Мирелла испытала к той пигалице ревность, меня сильно удивило. Почему? Повода точно не было, я на ту девицу, как на женщину, вообще никак не отреагировал. Даже несмотря на развратные штаны и тунику.

- Ты ошибаешься, брат, не к чему там ревновать, - я начинал остывать, отчего боль в плече принялась вновь нарастать.

- Как это не к чему? – Ортос меня сегодня очень сильно бесил, и тогда, когда помешал разговору с Миреллой, и сейчас своими излияниями. – Очень красивая девушка. Правда, ты к ней мужского интереса не проявлял, поэтому ревность может быть и к сыну.

- Что за глупости? – невольно сморщился от боли в руке, да и слова дознавателя не приносили радость. – Мирелла работает у нас уже целый год и ни разу не совершила ни одной ошибки. Это я сейчас не о магии говорю, если что.

Я видел, как Крайлах хотел мне возразить, и опередил его.

- Знаешь, магия – это очень серьёзная наука, - Крайлах всё же нашёл, к чему прицепиться. – Мирелла сегодня совершила очень грубую ошибку, более того – намеренную. А ещё ослушалась моего приказа. И поскольку в нашей стране именно я отвечаю за магию, то мне решать, что важно в этом плане, а что нет.

Надо же, Крайлах действительно разозлился на поступок Миреллы. А ведь именно он пригласил её работать в Армарию, когда та закончила учёбу на Цимме.

- Почему ты так уверен в этой Алёне? – еле выговорил это дурацкое имя. Совершенно несуразное! Что это за странный звук йо? – Она ведь по итогу меня ранила.

Я не выдержал, и приложил к ране руку – становилось всё больнее.

- Я уже говорил, это вышло из-за магической атаки Миреллы. Алёна не собиралась стрелять первой, она пыталась защитить Илладара, - странно это было слышать от Крайлаха, ведь любой армариец знает: если ты не собираешься пользоваться оружием, то нечего им размахивать.

- Драх, пошли уже к Жрецу, по дороге поговорим, - я шагнул к выходу, потому что сил терпеть уже не оставалось.

И это у меня – привыкшего к драчкам и ранам!

- Я с вами, хочу провериться, - Ортос выглядел обеспокоенным. – Странно всё это. Да, и стрелу прихватить надо.

Наконец-то! Узнаю своего дознавателя! А то улыбался, как идиот, и смотрел в рот этой пигалице.

Наш Жрец – высший служитель культа Размара – долго и с искренним интересом рассматривал мою рану. Его худое бледное лицо настолько оживилось, что даже морщины появились на лбу. Из-за того, что брови устремились в сторону волос, а глаза округлились.

Такое себе зрелище.

- Надо же, как любопытно! – он повернул мою руку, чтобы лучше увидеть детали, отчего я еле сдержался от вскрика.

Странно, давно у меня так сильно не болело.

- Магией не лечится, - прокомментировал Крайлах. – У девы, которая нанесла эту рану, к ней иммунитет. А ещё какой-то свет её окутывает – Уна его увидела. Признаться, мне такое недоступно, я лишь сумел разглядеть плотный кокон вокруг ауры.

- А как же твоё утверждение, что она не собиралась нападать, только защищалась? – по его словам, он это прочёл именно по остаточным следам ауры.

Не считая обычных догадок.

- Это совсем другое. След, который она оставила на полу, я смог считать, но только поверхностно. А что там у неё внутри – неизвестно.

- Твёрдый орешек тебе попался, да? – ухмыльнулся Жрец. – Прости, но рана будет заживать долго. Смогу помочь лишь парой эликсиров, не более.

- Всё что угодно, лишь бы сочеталось с крепкой настойкой, - отмахнулся я. – Планирую сегодня напиться.

- Ты и так не в себе, куда тебе ещё? – подколол меня братец.

- Да не трону я эту пигалицу, не бойся, - мне было уже всё равно, просто хотелось унять боль. – Пусть только под руку не лезет.

- Мы с Беренгой объясним ей правила, но прошу: будь снисходителен. Она сейчас единственная, кто способен успокоить твоего сына, кого он любит и кому доверяет. И самое главное – его любит она. Только представь, сколько в ней мужества и силы, ведь она согласилась здесь остаться. В чужом неизвестном мире! И да, она в курсе, что ты казнил мать Илладара. Он тоже об этом знает, похоже, ему сообщили химеры. И он ненавидит тебя.

А вот это было неожиданно. Хотя, чему я удивляюсь? Наверняка меня выставили извергом, не объяснив, что сделала его мать. А эта тварь мало того, что переспала с другим, но, как выяснилось, делала это далеко не впервые, более того, имела наглость спросить, а что в этом такого! Мол, я всё время занят, ей скучно, а химерам обязательно нужно чувствовать себя нужными и любимыми.

И это сказала та, которая зачастую пренебрегала моими предложениями съездить вместе на осмотр военных кораблей или сплавать до острова Лекс, где происходит сортировка всех прибывших из чужих земель. Ей это было неинтересно. Она хотела развлечений: песен, танцев, изысканных блюд, а какие изысканности на том же корабле? К тому же армарийцы танцуют только боевые танцы под специальное горловое пение, которым мы устрашаем противника.

Короче, дрянь был, а не брак. Лишь рождение сына и сделало его ценным, вот только паршиво всё вышло. Как теперь это разгребать? Каков он – мой сын, дело совершенно неясное, а тут ещё и эта пигалица. Любит она Илладара. И что? Она – чужая, ей здесь точно не место, вон её даже магия не берёт!

Смазав рану эликсиром, который мне дал Жрец, я пошёл в свою комнату, по пути остановился около двери комнаты Илладара - смежной с моей. Они соединяются через общую ванную. Зайти или нет?

Да драх их всех раздери, король я или кто?

Резко открыв дверь, я даже не подозревал, какая картина предстанет перед моими глазами. На кровати сына спала она – причина моего геморроя. Подойдя поближе, я увидел и Илладара – он прильнул к ней всем своим тонким тельцем и не отпускал рукав сорочки даже во сне.

Драх! Нет, совершенно точно надо напиться! И закрыть покрепче смежную дверь, чтобы ненароком не вернуться сюда.

Я двинулся в ванную, чтобы не выходить снова в коридор – так быстрее. Подёргал ручку двери в свою комнату – заперто.

Хм, похоже, кто-то побеспокоился об этом нюансе. Скорее всего, Беренгария – она умная женщина, ведь я сейчас слишком взбудоражен.

Прежде чем дойти до своей комнаты, раз уж пришлось идти в обход, я лично спустился в подвал и взял оттуда ящик с перцовой настойкой. Шесть бутылок – в самый раз, чтобы отвлечься от этого дерьма!

Алёна

После того, как ушли Беренгария и Виви, я таки нашла ночную сорочку (эх, жаль, что то не пижама!) и быстро переоделась в ванной комнате, которая примыкала к спальне Илюши. Там была ещё одна дверь, но я не смогла её открыть. Странно. Может, кладовка? Но зачем её запирать? Ладно, спрошу потом об этом Беренгарию или Виви, а сейчас у нас сон-час.

- Илюш, ты точно не хочешь кушать? – на всякий случай уточнила я.

- Нет, только пить.

Я налила нам обоим воды из кувшина, который стоял на столе около одного из окон. Напившись, мы с удовольствием зарылись под одеяло, обнялись и принялись обсуждать один довольно серьёзный вопрос. По крайней мере, в книгах по психологии об имени и самоидентификации достаточно много написано.

- Как ты хочешь, чтобы я тебя называла: Илья или Илладар?

Мальчик задумался. Я в это время гадала, что же он в итоге выберет? С одной стороны, на Земле, где его поставили перед фактом, что он теперь Илья (скорее всего, услышали, как он лепечет слово Илладар и назвали созвучно), ему было ой как неуютно. Настолько, что он даже согласился вернуться к отцу, которого до ужаса боялся, более того – ненавидел. И тот очень постарался, чтобы эта ненависть зародилась. Из этого вытекала другая сторона вопроса: имя дали ему родители, в том числе Зигвальд. Правда, роль матери, наверняка называвшей его именно Илладаром, может повлиять положительно.

- При всех Илладар, а так Илюша, - он смущённо улыбнулся. – Только ты так меня называешь.

У меня даже сердце защемило от нежности. Боже, как он вообще не свихнулся, когда попал на Землю? Не говоря уже о казни матери. Надеюсь, этот изверг не заставил его смотреть на всё это дело. Надо будет выяснить этот нюанс, но желательно не у самого Ильи.

- Слушай, а что ты думаешь о своих родичах – химерах? Ты хочешь с ними увидеться?

- Не знаю, - Илья пожал плечами. – С ними было… странно.

- Ты так хорошо всё помнишь? – я искренне удивилась такой памяти.

- Конечно, ведь мы жили в пещере, куда даже солнце не попадало. Иногда выплывали на сушу, но ненадолго и очень редко. А я так скучал по зелёной травке, по лучикам.

- В смысле выплывали? То есть вход в пещеру был под водой? - я сразу вспомнила дайверов, обожающих такие пещеры изучать.

- Да, а я не люблю большую воду. И корабли, - он заметно взгрустнул.

О, об этом я знала, как никто другой! Мыться он терпеть не мог, а кораблями швырялся, едва замечал игрушку или картинку. Видимо, химеры, в процессе спасения его от Зигвальда, заложили в него все эти фобии. Что странно, на самом деле. Надо будет разобраться…

- Зато ты любишь цветы, а твоя тётя из страны цветов! – я решила перейти к позитиву, хватит пока психоанализа. – Помнишь, как я тебе по секрету приносила одуванчики и сирень?

- И ромашки! – Илья заметно воодушевился. – Я потом их съедал.

- Что? – вот это сюрприз. – Но ведь сок одуванчиков горький.

- Не знаю, мне всё нравилось: и жёлтые головки, и хрустящие стебли.

Я взъерошила его и без того косматую голову, счастливо рассмеялась.

- Ты – просто удивительный! Мы обязательно изучим, что ты любишь и умеешь.

Я чуть было не ляпнула, что и отца научим, как себя правильно вести с собственным сыном, но вовремя одумалась. Во-первых, ни к чему сейчас ему вспоминать о неприятном, ну а во-вторых, как именно это всё провернуть – дело неизвестное.

Но я костьми лягу, чтобы всё сделать наилучшим образом! В конце концов, у меня есть отличная поддержка в виде Крайлаха, Беренгарии и Ортоса. А вот ту выдру зеленоглазую надо как-то нейтрализовать. И, кажется, у меня есть для этого парочка отличных идей.

Впрочем, это всё потом, сейчас меня неумолимо клонило в сон. Илюша уже закрыл глаза и мирно сопел, а я решила… погадать. Не знаю, где был мой мозг, но я за каким-то лядом прошептала:

- На новом месте приснись жених невесте.

В общем, враки это всё! Дремучие суеверия! Потому что приснился мне этот ужасный Зигвальд, которого я колотила по спине ладонями, а он сдавленно хрипел. Нет, то, что я его побила, правда, каким-то странным способом, мне понравилось, вот только какого чёрта? Я суженного загадывала, а не источник проблем на ближайшее будущее.