Когда Снегурочки тают

Вы когда-нибудь думали о том, существует ли рок, карма, родовые проклятия? Или мы сами творим свою реальность своими мыслями, и то, что случается плохого – исключительно заслуга нашего негативного мышления.

А как в нашу жизнь приходят люди? Они случайно в ней появляются или притягиваются на наши вибрации, образ мышления, взгляды на жизнь?

Ведь рядом, как правило, остаются только те, с кем ты совпадаешь, кто тебе по сердцу, по душе.

Разрешите представиться, Алекс Распутин. По паспорту – Алексей Сергеевич Распутин.

С самого детства я знал, что особенный, непохожий на других детей. Когда все мальчики играли машинками, я уверенно их разбирал и собирал, выводил цифры в тетради, мастерил невероятные штуки из конструкторов. Отец просто впадал в ступор от моих инженерных решений. Сам он работал простым автослесарем. Мама – воспитательницей в детском саду.

Когда в школе все сидели над домашними заданиями, я дома даже не открывал учебники. Обладая феноменальной памятью, весь материал запоминал с урока. Да ещё мог дополнить учителя, чем педагогов постоянно бесил. Читал много и разное, просто «глотал» книги.

Возможно, я мог бы стать знаменитым учёным, но когда на лечение матери в семье не оказалось денег, сразу осознал ценность этого ресурса. Отец опустил руки, а мне, подростку, пришлось из кожи вылезти и найти способ их заработать. Вот тогда и пригодилось увлечение программированием.

Затем окунулся в финансовую сферу, быстро понял её законы и правила, заработал свои первые приличные деньги. Вылечил мать и так увлёкся, что решил остаться в этом сегменте.

Понимал, что особенному мужчине нужна особенная женщина.

Не искал. Не думал о ней. Не рисовал в голове портрет. Знал, что однажды её обязательно встречу. Почувствую. Узнаю из тысячи. И она будет необыкновенная, уникальная, сделанная под меня.

Вот только получить её оказалось непросто, потому что Боярыня Морозова превратилась в долбаную Снегурочку: холодную, отстраненную, неживую. И тут стопудово вмешалась какая-то тёмная карма. Не мог я так накосячить! Даже в прошлой жизни!

Пришлось вывернуть свои мозги наизнанку, чтобы растопить этот лёд. А так как «я не волшебник, а только учусь», то ошибок наделал немерено.

Если вам интересно узнать нашу историю – читайте дальше. Мы расскажем, нам с Настюхой самим интересно вспомнить это треш…

У природы нет плохой породы…

Алекс Распутин не хотел идти на корпоратив.

Во-первых, он не любил все эти пьяные сборища с тупыми конкурсами, громкими звуками и пустыми разговорами. Во-вторых, они накануне поругались с Анькой. Его терпение практически достигло наивысшей точки, и когда девушка словно специально пролила кофе на ноутбук, велел собирать вещи и отправляться домой.

Но, блин, примирительный секс опять всё сгладил. Жаркие «поскакушки» в кровати и качественный глубокий минет смягчили сердце Алекса.

Он простил, но не забыл. И этот осадок так и плескался на дне души, раздражая его, царапая мелкими песчинками, вызывая неудовлетворённость жизнью. Распутин чувствовал, как она утекает сквозь пальцы.

Кто он? Что он? Карьера состоялась, но за ней и не гнался. Доход большой и стабильный, но тоже не сделал его счастливым. Нужен человек рядом. Тёплый. Родной. Женщина.

Вон как Вентуру прёт от Василисы – мужик ходит порой, словно пыльным мешком ударенный, когда думает про неё. Эту улыбку влюблённого идиота ни с чем не спутаешь.

Алекс завидовал и тоже так хотел. Чтобы заблудиться в розовом мареве, сойти с ума от радости, дышать только ради любимой.

И тут взгляд парня привлекла девушка со смутно знакомыми чертами лица. А когда повернулась боком и улыбнулась, разговаривая с пожилым мужчиной, на её щеке появилась изящная ямочка, Алекс её узнал.

Распутин застыл. Руки вмиг похолодели, а по спине прошла волна дрожи: «Боярыня Морозова!»

Он словно на буксире потащил Аньку, цепляющуюся за его локоть, вперёд.

Подошёл вплотную и заставил обратить на себя внимание громким кашлем. Когда девушка подняла на Алекса бездонные васильковые глаза, у него сел голос. Красноречие скончалось в судорогах, но сарказм не так просто было отправить в нокаут:

- Боярыня Морозова? Какими судьбами?

Взгляд девушки заледенел:

- Господин Распутин? Тот же вопрос?

Алекс взял себя в руки:

- Ну, я тут почти свой - работаю в компании «Вентурит».

Анька дёрнула его за локоть. Мужчина словно и позабыл, что на нём кто-то висит:

- Позвольте вам представить – Анна, моя подруга.

Девушка протянула Аньке руку:

- Анастасия, сокурсница Алексея. Приятно познакомиться.

Алекс раздражённо прищурил глаза. Он не любил, когда его называют полным именем, и Морозова об этом прекрасно знала.

- Так что Вас привело, Анастасия Витальевна? Точнее, кто? Муж, отец, друг?

- Вам не приходило в голову, господин Распутин, что приглашение прислали мне, а не какому-то мифическому спутнику, чьим приложением вы меня представили в своём богатом воображении?

Распутина захлестнула волна гнева. Он несколько лет носил в себе жгучую обиду на ту, которая его отвергла. Выбросила, словно надоевшего щенка, ничего не объяснив и пропав из поля зрения. А теперь стоит перед ним – ДОРОГАЯ, стильная, холодная. Режет по живому своими стрелками-стилетами, взглядом ледяным замораживает.

Изменилась так, что едва узнал. И косу свою шикарную отрезала, и похудела, и весь этот «лубочный» стиль, который создавала её мамочка-модельер, в прошлом оставила. Там же, где и его, Алекса, похоронила.

Анастасия прошлась по Распутину надменным взглядом и попрощалась:

- Рада была увидеться. Хорошего вам вечера.

Развернулась и ушла, плавно качая худыми бёдрами и модельной походкой заплетая ноги, а вместе с ними извилины гения «айтишечки».

«Вот же с..ка! Цветёт и пахнет! И всё такая же – дорогая, независимая, неприступная!

А вот хрен я от тебя отстану. Всё равно узнаю, что тогда произошло: почему ты свинтила так быстро и меня из своей жизни вычеркнула…»

***

Настя

Господи, мне даже в страшном сне такое не могло присниться – встретить Алекса Распутина на корпоративе под Новый год.

В случайное время в случайном месте, в которое я даже идти не хотела. Но отец настоял: «Партнёры… Надо поддерживать связи… Бла-бла-бла…»

Когда увидела, как Алекс ко мне идёт, словно ледокол рассекает море гостей и тащит на буксире свою подружку, у меня ноги приросли к полу. По спине пробежал холодок, а руки просто окоченели.

Нет, нет, нет! Не надо. Судьба уже сводила нас однажды, и, видит Бог, из этого не получилось ничего хорошего. Особенно для меня. Но кого интересуют мои чувства и желания? Уж точно не господина Распутина.

Посмотрите-ка на него: дорогой костюм, итальянские ботинки, часы известной марки. Мальчик из провинции научился стильно одеваться. Радует, что мои старания не прошли даром. Вот только дреды не в тему. Хотя, надо признаться, ему идут. И щетина эта добавляет брутальности.

Над телом парень поработал – широкие плечи, мощные бицепсы, узкий зад. Что ж, амплуа Казановы – оно такое, требует наличия не только мозгов, но и внешнего лоска.

Не помню, о чём мы разговаривали. Ощущала себя куклой, раскрывающей рот и выдающей какие-то фразы. Внутри черепной коробки билась о стенки, падала и снова взлетала одна единственная мысль: «Уйти! Убежать! Скрыться!»

Сердце при виде когда-то любимого мужчины под руку с другой женщиной, снова стало кровоточить. Пластырь с раны отвалился, едва Распутин открыл рот.

Вы знали, что самое сексуальная часть тела у мужчины – это мозги? Так вот, меня «Бог троллинга» зацепил определённо ими, а потом пригвоздил к себе постоянными подколами, опутал витиеватыми шутками, приклеил сомнительными комплиментами.

Распутин имел меня своим языком в самой извращённой манерt много раз и задолго до того момента, как мы улеглись в постель.

Бесил до белых мушек перед глазами, отпуская свои колкости. Щедро фаршировал сарказмом, словно готовил из меня изысканное блюдо, которое будет вкушать на своём празднике жизни.

И вот мы снова встретились. Нежданно-негаданно. И я трусливо сбежала, легкомысленно полагая, что оставила последнее слово за собой.

Ага. Наивная чукотская девочка.

Несколько лет казалось, что Алекс забыл про меня. У него своя жизнь, вполне устоявшаяся и благополучная.

Оказалось – показалось…

***

Алекс

Не знаю, стоит ли говорить, что школу я окончил с золотой медалью. Учёба мне всегда давалась легко. Возможно, это заслуга матери, которая начала развивать меня ещё с пелёнок. Но скорее, Боженька был щедр и отсыпал мне каких-то хитросделанных генов, позволивших использовать в жизни чуть больше возможностей мозга, чем другие люди.

Куда поступать – особо не заморачивался. К тому времени вращался среди таких же парней, припаренных на программировании и финансах. Конечно, большинству работодателей плевать, какие у тебя «корочки». Главное – что ты умеешь делать. Но наша действительность такова, что многим необходима «бумажка», подтверждающая твою квалификацию.

Поэтому подал доки в «Высшую школу экономики». Решил, что один хрен учиться придётся, так лучше окончить ТОПовый универ, а не шарашку в Мухосранске.

Само собой, поступил. Заселился в общагу. И в первый же учебный день встретил Боярыню Морозову. Точнее, Морозову Анастасию Витальевну. Это позже с моей подачи её начнут величать Боярыней. А пока она в самый пах поразила парней своей необычной внешностью.

Блондинка с длинной густой косой до пояса. В стильных нарядах из тканей с принтом павловопосадских платков. Далеко не худенькая, с аппетитными формами – крутыми бёдрами и высокой грудью, с милыми ямочками на щеках. С ярко-синими глазами (мы с ребятами даже спорили, натуральный цвет или линзы), длинными ресницами и ровными жемчужными зубами.

За её крышесносную улыбку можно было душу дьяволу продать. А когда начались семинары, то все поняли, что там ещё и выдающиеся мозги.

Кто сказал, что блондинки тупые? Разрыв шаблона выкосил наши ряды, и большая часть воздыхателей отсеялась, устыдившись собственного несовершенства.

И всё, я пропал. Втрескался, как дурак, по самое не балуйся. На лекциях следил за ней взглядом. На семинарах, практиках старался сесть ближе или попасть в одну команду, если затевался диспут.

Понял, что такой девушке нужно соответствовать, и налёг на учёбу. Окунулся в исследовательскую деятельность, параллельно прокачивал программирование, писал коды, изучал инвестирование, биржи ценных бумаг и возможности зарождающейся криптовалюты.

Конечно, подрабатывал. С этим проблем не было – нас, как борзых щенков, разбирали и передавали друг другу заказчики. «Светлая голова» – очень ценный ресурс. Бизнесмены об этом знают и часто занимаются хедхантингом.

Свободного времени у меня было в обрез, но тормозить тоже не стоило – мою Боярыню запросто могли увести более ушлые ребята. Вдохновляло то, что Морозова со всеми держала дистанцию. У неё не было подруг и друзей. Так, однокурсники, знакомые, приятели.

Нельзя сказать, что Настя вела себя высокомерно. Скорее, она неосознанно демонстрировала своё внутреннее достоинство и обозначала личные границы. И если кто-то пытался их нарушить – могла одним ледяным взглядом отрезвить человека, вздёрнутым подбородком заставить «присесть» перед нею, а выгнутой соболиной бровью показать место в пищевой цепочке.

Поэтому я изучал девушку. Препарировал её в своей голове, раскладывал на атомы и снова собирал, дабы почувствовать, где мы можем найти точки соприкосновения. Сталкинг меня настолько увлёк, что уже начал сомневаться, не подтекает ли «крышечка».

И однажды мне повезло: препод поставил нас в пару работать над проектом. Настя никогда и ни с кем не спорила. Это была её отличительная черта. Девушка принимала всё, что преподносила ей жизнь, со спокойным достоинством и благоразумием. А потом уже начинала что-то делать с тем, что пришло.

Мою персону окинула оценивающим взглядом, кивком пригласила следовать за собой, чтобы обсудить нюансы работы.

- Тебя ведь Алексей зовут?

Стоял в коридоре универа перед девицей дурак дураком:

- Алекс. Мне так больше нравится.

- Хорошо, Алекс. Надеюсь, моё имя ты знаешь.

«Кто бы сомневался, Ваше Высочество!»

- Но на всякий случай напомню – Анастасия Витальевна Морозова.

Чувствовал себя нашкодившим школяром перед директором. А ведь смотрел на неё сверху вниз – ростом девчонка едва мне до носа доставала. Но умела, блин, умела, себя подать!

Порода диктовала ей определённое поведение, слова, эмоции, а во мне будила отголоски какой-то плебейской сущности. И меня это бесило неимоверно, поэтому почти с первого дня начал подвергать девушку жёсткому троллингу. Сарказм и чёрный юмор помогали встать с нею на одну ступеньку, ведь нет быстрее способа возвыситься, чем принизить кого-то.

Настя подхватила эту манеру общения. Похоже, девчонка не могла меня отфутболить в силу внешних обстоятельств, а терпеть издевательства тоже не была готова. Поэтому жизнь заставила наточить язык и практиковаться в остроумии.

«Что, милая, не нравится, когда с тобой не церемонятся? То ли ещё будет!»

Вся группа настороженно наблюдала за этим яростным противостоянием, заражаясь адреналином и заряжаясь искрами, проскакивающими между нами.

Итак, совместный проект в универе нас с Морозовой сблизил настолько, что мы проводили времени вместе больше, чем того требовало задание.

Это было на третьем курсе. Учёба уже шла по накатанной, вопросы с финансами были закрыты – мне вполне хватало денег от подработки. Даже умудрился снять небольшую квартирку в спальном районе. На дорогу уходила туча времени, но зато один, без соседей.

Часто зависали с Настей у неё дома, когда родители отсутствовали. Отец жил на два города, так как головной офис его банка находился в Санкт-Петербурге. Почему он его не переносил в Москву – не спрашивал. Возможно, ему было так даже удобнее: подальше от жены можно многое себе позволить.

Маман Настюхи была известным модельером, трудилась в Доме Моды, создавала коллекции в стиле павловопосадских платков. Настя, можно сказать, выполняла роль амбассадора. В её гардеробе были преимущественно вещи, созданные воображением маменьки. Родительница даже косу не разрешала отрезать, и на показах Настя вместе с моделями демонстрировала коллекцию.

«Нравится, не нравится – терпи, моя красавица», - любила повторять Алла Владимировна. И Настя терпела. Как хорошая, воспитанная девочка, единственная дочь, она гордо несла на себе чаяния и надежды родителей. Вот только груз был совсем не по плечу. Фраза: «Помни, ты – Морозова! Ты должна сохранить честь рода и преумножить его деяния!» с самого детства прошилась в Насте на генетическом уровне.

Будущее девушки родители расписали на много лет вперёд, уже определившись и с профессией, и с женихом, и с работой.

Виталий Григорьевич видел в Анастасии свою преемницу, поэтому без разговоров отправил учиться в «Вышку». А в «Вышке» она встретила меня, и выбранный папенькой и маменькой жених пошёл по широкой дуге.

Х..ли, когда на сцене появился такой умный красавчик, как Алекс Распутин? Перед невероятной харизмой меркнут самые завидные холостяки, а хорошие мальчики дохнут ещё на подлёте к моей территории.

Не сказать, что я с детства был таким самоуверенным засранцем, но учеба в одном из лучших универов и сравнение себя с однокурсниками, моментально прокачали самооценку. Многие завидовали моим когнитивным способностям, феноменальной памяти, креативному мышлению, высокой работоспособности и умению быстро переключаться с одной задачи на другую. При этом, в отличие от других гениев, я обладал и эмоциональным интеллектом, что большая редкость. Часто сомневался в искренности дружбы, и самым близким человеком для меня стала Морозова.

Короче, быстро понял, что Настя будет моей, и хрен кому я её отдам. Перевоспитаю под себя, перепрограммирую ПО, установленное родаками, прокачаю до своего уровня «Бог» и женюсь.

Такие шикарные были планы.

Вот только моя поездка в США перечеркнула их на корню. И ХЗ, что случилось с моей Боярыней, пока я отсутствовал.

Но бортанула она меня знатно…

Они сошлись. Волна и камень,

Стихи и проза, лёд и пламень…

Настя

В универе с первых дней учёбы я долго наблюдала за Алексом. У него был очень живой взгляд. Все эмоции написаны на лице. Ещё подумала, что в покер этому парню лучше не играть. Меня же с детства учили держать себя в руках. Не показывать другим, что я чувствую. Считалось, что это слабость, непозволительная в высшем свете. На Олимпе не так много места, выживают в борьбе за территорию сильнейшие.

О да, меня готовили вращаться в высших слоях общества. Блистать, затмевать своим умом, защищаться от акул достоинством и неприступностью. Сливки общества – это те, кто может себя красиво подать, заставить других восхищаться, желать, завидовать, стремиться приблизиться к звезде.

И я настолько привыкла держать людей на расстоянии, что никто даже не пытался сократить дистанцию при общении, считывая во мне эту программу на невербальном уровне.

У меня не было подруг. Совсем. В элитной гимназии, в музыкальной школе и в модельном агентстве мы все были конкурентками. Постоянная охрана, личные водители, родительский контроль – всё это не способствовало открытости и контактам со сверстниками. Мы были богатыми несчастными детьми.

Тотальный контроль не только со стороны взрослых, но и собственный – держать осанку, подбородок выше, движения плавные, одежда безупречна, не показывать эмоций – превратил меня холодное высокомерное создание.

Если улыбалась, то делала это вовсе не спонтанно. Знала, что ямочки на щеках располагают людей, делают меня мягче и дружелюбнее.

Порой казалась себе картонным персонажем, в котором нет жизни – сплошной набор установок, программ, запретов. И лишь Алексу Распутину удалось вернуть настоящую Настю. Ту маленькую девочку, что сидела внутри меня в непроницаемом железобетонном коконе, сотканном из жёсткого воспитания, отсутствия любви и тепла со стороны родителей и различных табу.

На третьем курсе неожиданно нам с Алексом дали совместный проект. Никогда не забуду, как заколотилось моё сердце, едва произнесли наши фамилии. Чуть не заработала сердечный приступ. С трудом взяла себя в руки и позвала Алекса после звонка в коридор, чтобы обсудить нюансы.

До этого мы избегали общения. Наверное, оба чувствовали, что нас тянет друг к другу, но осознавали, какая пропасть между нами лежит, и даже не пытались её перепрыгнуть. А тут сама Судьба предоставила шанс попробовать. Глупо было отказываться. Ещё глупее – вляпаться в обречённые на разрыв отношения, но знание ко мне пришло лишь с опытом. Весьма болезненным опытом…

Алекс

Помню, как первый раз переступил порог квартиры Морозовых. Хоромы в центре Москвы тянули на хреллион лямов. Антиквариат надменно взирал на меня из каждой комнаты и давал почувствовать своё низкое происхождение:

«Парень, а ты не ошибся адресом? Твои китайские джинсы не оставят пятно на белоснежном кожаном диване в комнате Анастасии? А носки не испачкают бежевый ковёр в гостиной?»

Чувствовал напряжение в каждой клетке тела, потому что это был чужой для меня мир. За обедом еду подавала прислуга. Аристократы, блин…

Накрыли для нас двоих в столовой. Две вилки, два ножа, несколько бокалов и блюда, которые непонятно как и чем есть. Уверен, у Насти даже мысли не промелькнуло меня унизить, но ей это удалось.

Именно в тот момент во мне родился «Бог троллинга». Маска, делающая меня неуязвимым для таких высокомерных пощёчин. И я начал подкалывать Настю её родословной, называть Боярыней Морозовой и хейтить светские манеры.

- Анастасия Витальевна, ничего, что мы с моими джинсами присели на ваш диван? Кожа африканской антилопы не покраснеет от свидания с китайским ширпотребом?

- Нет, господин Распутин, она и не такие вредные задницы повидала на своём веку.

- Что, здесь уже бывали представители низших сословий? Ай-яй-яй, боярыня, как же вы неразборчивы в знакомствах и связях? Что родители скажут, когда узнают, кого вы в дом привели? - злость и стыд выливались вот в такое подначивание.

Настя тоже злилась, я чувствовал это, но скрывала свои эмоции за маской равнодушия. Постепенно втянулась в игру и тоже начала сливать свой дискомфорт в виде чёрного юмора и сарказма. Лишь прищуренные глаза выдавали в ней желание меня уязвить:

- А что, господин Распутин, нынче кавалеры к дамам приходят без цветов? Вам религия запрещает, низкий доход вынуждает или принципы не позволяют купить для хозяйки скромный букет?

С..ка, она знала, чем меня задеть.

Я тоже в долгу не оставался:

- Да что вы, ваша милость, боюсь неугодить-с боярыне-то. Сами понимаете, ни вкуса, ни манер у холопа. А гнев ваш вызвать страшновато-с. Вдруг барынька скора на расправу: выпорет, четвертует али сгноит неугодного? Кто знает эти ваши барские причуды?..

Наши перепалки вспыхивали всё чаще и практически на ровном месте, словно мы не могли находиться в одном помещении, дышать одним воздухом, видеть друг друга.

Морозова иногда так «морозилась», что парни в группе настойчиво советовали переспать с ней. Потому что внешне казалось – ещё пара таких словесных схваток, и мы поубиваем друг друга.

Идиоты. Я и сам мечтал уже прикоснуться к этим пухлым губам, запустить руку в роскошные волосы, пропустить пряди между пальцев, любуясь блеском. Но крепость не сдавалась.

Иногда садились на занятиях с Морозовой рядом. Преподы удивлялись, насколько мы можем слаженно работать. Я и сам был поражён, как нам удаётся читать мысли друг друга.

Часто мы думали над поставленной задачей, скрипя шестерёнками в головах, а потом было достаточно посмотреть в глаза – и тут же находили решение. Озвучивал один, а второй подхватывал и дополнял. И это был такой кайф! Я просто тащился от её светлой головы.

Но была и обратная сторона медали – зашоренность в том, что касалось отношений. Едва я предпринимал попытку начать нормально общаться: приглашал в кино или театр, пытался ухаживать, переставал издеваться, как Настя тут же отдалялась. Не говорила ни «да», ни «нет», но закрывалась в свою скорлупку. Становилась холодной, пустой, напуганной, и вернуть контакт помогал только жёсткий троллинг.

Многих устраивает немногое, но не меня…

Мы расстались на лето. Я уехал к родителям, но продолжал работать дистанционно. Она – не знаю, куда там уехала. На Ривьеру, в Ниццу или ещё в какое паломничество светских львиц. Где там их прайд пасётся с июня по август?

И я скучал. Несколько раз порывался позвонить, но гордость не позволяла. Настя не выкладывала фотки в соцсети, поэтому меня ломало от невозможности видеть её, слышать, да хотя бы переругиваться.

Немного развлекала Василиса Сокольникова. Нас познакомил Кирилл Добрынин - негласный хозяин города и криминальный авторитет, с которым мы жили когда-то в одном подъезде. Киру я иногда помогал мутить серые схемы и заметать следы. Ну, да, не надо тыкать в меня пальцем – это были не совсем честные деньги. Но жизненный опыт показывает, что заработать кучу бабла быстро и честно практически нереально.

Так вот, Вася подгоняла интересные задачи, и мне нравилось чувствовать себя крутым чуваком, помогая вывести партнёров на чистую воду или, наоборот, спрятать концы после многомиллионных сделок, вывести деньги в офшор.

Но тем летом я тосковал. Поездка в горы с приятелями не принесла облегчения. И да, вы не ослышались, я действительно наращивал френдзону, тщательно отбирая людей, которые мне могут быть полезны.

Но, блин, тоска, она не отпускала. Б…кая Боярыня Морозова не выходила из головы. Снились эротические сны с нею в главной роли, и я пачкал бельё, а потом украдкой от матери стирал в машине. Было стыдно за эти пятна, словно деградировал и обратно превратился в подростка. П...ц, просто кавалер ордена «Победа над собой» IV степени.

Вот тогда я и понял, что влюбился в девушку, до которой мне как до Луны. А значит, единственный способ получить то, что хочу – это стать своим в её мире. Прокачать ценность и социальный статус за счёт мозгов и карьеры, профессиональных навыков, социальных связей и необходимых знаний, которых у меня сейчас нет.

Нанял имиджмейкера, который подобрал мне гардероб, растолковал различая в современных стилях, поднатаскал в теме крутых брендов, сочетании вещей в образе и прочих фишках.

Стратегия и тактика были безупречны. Пока я Алёша из Архангельска – путь в высший свет столицы закрыт. Значит, надо стать кем-то другим. Роль Алекса Распутина – гения «айтишечки» мне вполне подойдёт.

Да и чего я стесняюсь? Какого хрена прикидываюсь обычным парнем? Если решил умереть от скромности, то нечего было губу на Морозову раскатывать. Значит, надо говорить как есть – гений, уникум, мегамозг, нев…ный чувак.

В сентябре в аудиторию зашёл крутой парень в очках-авиаторах, кожаной куртке Dolce & Gabbana и «подкрадулях» от Gucci. Стильная стрижка, отбеленные сверкающие зубы, широкие плечи (спасибо тренажёрке), джинсы Levi's – всё это было красивой обёрткой шоколадной конфеты с перцем чили под названием «Алекс Распутин».

Курс пикапа добавил мне уверенности в себе при общении с девушками. За три месяца, благодаря всё той же недоступной Боярыне Морозовой и моим «страдашкам» по ней, поучаствовал в вынужденном сексуальном марафоне. С кем-то просто флиртовал, кого-то «клеил», с кем-то ложился в постель, но всё это было своеобразной практикой для закрепления теоретических знаний. Ну, вы же в курсе, что знания без опыта практически не усваиваются? Мне пришлось «попотеть» в прямом смысле слова, чтобы интегрировать в себя полученную на курсах информацию. А заодно стать Гуру секса, дабы не упасть в грязь лицом, когда придёт время нашего с Настасьей воссоединения.

Морозова явилась на занятия только через неделю. Знал, что она в городе, но всё равно не звонил. Понимал: как только расстелюсь ковриком у её ног, так сразу и потеряю – леди перешагнёт, даже не посмотрев, какой был рисунок.

Держался из последних и сил, и вот солнце взошло – барынька соизволила явиться. Увидев меня, немного стушевалась, но моментально натянула привычную маску отстранённости и снисходительно поздоровалась, не забыв плюнуть ядом в мою сторону:

- Привет, Распутин. С трудом узнала, жить долго будешь. Что, в вашу деревню электричество провели или у тебя появилась умудрённая опытом спутница жизни? Приодела тебя, гляжу, постригла нормально, причесала.

«С..а!»

- И вам не хворать, госпожа Морозова. Что ж на занятия опоздали? Никак ездили яд сдавать на медицинские цели, дабы не отравиться, прикусив язык?

«Козёл!»

- Не угадали, милейший. На Лазурном берегу отдыхала от трудов праведных. Пришлось летом поработать у папеньки в банке, пока они уезжали с маменькой на море. Привыкаю, знаете ли, серьёзным делом заниматься, в отличие от некоторых.

«Ах ты, язва!» - Распутин уже готов был покусать это занозу языкастую.

- Серьёзное дело – это бумажки в кабинете у папы перекладывать? Или вам кнопочки какие позволили понажимать на клавиатуре? А может, даже собрание коллектива разок провели? Что там обсуждали, очередные юбки из павловопосадских платков или чем стиль «лубок» от стиля «дубок» отличается?

Вот про ненавистные юбки зря сказал. Всё равно, что красной тряпкой перед лицом помахал, и Морозова сорвалась в пике:

- Ты мои юбки не трогай. Для меня их мама шьёт. А вот какая престарелая шансоньетка и за какие заслуги тебе куртку и ботинки пожаловала – это интересно. Ты, небось, и цены-то не знаешь таких вещей.

Тут уже я не мог сдержаться. Подошёл к Морозовой, схватил за руку и потащил в коридор:

- Пойдём-ка, дорогая, выйдем на минутку.

Меня натурально трясло. От злости, обиды, нереализованного желания близости с этой дурой, словесных ударов, её тупых версий.

Шёл по коридору и заглядывал в аудитории, пока не нашёл пустую. Звонок уже прозвенел, но мне было по…й. Затолкал в кабинет и прорычал:

- Так, что это сейчас было?

Морозова похлопала ресницами, косплея альтернативно одарённую:

- О чём вы, господин Распутин?

- Ты что за дичь несла? Это так мягко назвала меня альфонсом? - она прижалась спиной к стене, а я навис сверху, расставив руки по сторонам от её головы.

- Что за бред, я и слова-то такого не знаю? Или вы реально обиделись за то, что я вашу благодетельницу «престарелой шансоньеткой» назвала? Тогда простите, беру свои слова обратно.

- С..ка, как же я тебя ненавижу! - попытался убить взглядом, но ни хрена не работало.

- Аналогично, мой генерал, всё лето мечтала выдрать тебе глаза и отрубить руки, потому что мог хотя бы раз позвонить, - взгляд Насти тоже метал молнии.

Мне снесло крышу. Вцепился в её губы, словно решил сожрать рот. Только зубы клацнули в сумасшедшем порыве. Морозова схватила меня за плечи и начала сдирать куртку. Я быстро скинул верхнюю одежду на пол и сжал одной рукой грудь девушки. Настя застонала мне в губы, оторвалась на мгновение и начала стаскивать с меня футболку:

- Сволочь ты, Распутин.

Полез рукой под юбку и улыбнулся, обнаружив край чулка - готовилась к встрече, моя хорошая:

- Веришь, сам чуть не сдох.

Пожалуй, я определённо разложил бы Морозову на столе в этой аудитории, если бы нас не спугнули. В кабинет заглянула какая-то пигалица в очках и, смущаясь, протараторила:

- Извините, сейчас наша группа сюда придёт на занятие. Мы думали, что лекцию отменили, а препод всего лишь опаздывает. Ой, они уже идут!

Девчонка громко захлопнула дверь и дала нам пару минут форы.

Пришлось спешно приводить себя в порядок и возвращаться к своим. Я тащил красную как рак Морозову за руку. Перед дверью ещё раз осмотрел её одежду, поправил юбку и, глядя в глаза, строго сказал:

- Вечером заеду, заберу, поедем ко мне. И только попробуй хоть слово против сказать – вы…у до звездочек перед глазами!

Девушка пошла пятнами, но ни слова не произнесла. Я постучал в дверь, попросил прощения за опоздание и усадил Настю рядом с собой за последний стол.

Кажется, мы перешли Рубикон и теперь всё будет по-взрослому…

Чем дольше охотишься, тем желанней трофей...

Алекс

Пока сидели на лекции, реально думал, что до вечера мои яйца взорвутся. Член то и дело таранил левайсы и просился на свободу:

«Дай мне хоть какую-нибудь тёлочку, пока твоя Боярыня соизволит перед нами ноги раздвинуть».

Уговаривал, как мог:

«Потерпи, дружок, она уже на подходе. Вечером мы поимеем её сладкую киску по полной программе. Ты только не подведи!»

Морозова после занятия свинтила с пар. Такого за ней вообще не помнил. Решил, что побежала готовиться к вечернему рандеву:

«Ладно, детка, твои пушистые ножки меня бы точно не шокировали, но раз комплексуешь – дам тебе время».

От спермотоксикоза в голове мелькали картинки самого порнографического содержания. Ради первого секса с Морозовой даже разорился на шёлковое бельё: так меня крыло! Готовился, мать твою, произвести «неизгладимое впечатление», утюжа простынь на щадящем режиме.

Вечером послал смс, что приеду через полчаса, чтобы поганка не пошла в отказ. Доход к тому времени позволил обзавестись пусть подержанной, но с маленьким пробегом Тойотой. Припарковавшись у подъезда, набрал Настю и услышал в трубке «абонент не абонент».

«Вот динамщица! Ну а что ты хотел? Морозова не была бы Морозовой, если бы не обломала. Или не поломалась? Ладно, сейчас проверим».

Внутри всё кипело. Продышался, взял себя в руки, позвонил в квартиру. Двери открыла мать Насти. Осмотрела меня с головы до ног. Чётко видел, как у неё в глазах отображалась калькуляция стоимости моих шмоток. И если раньше маменька меня не жаловала, то сейчас расплылась в недоумённой улыбке:

- Здравствуйте, Алексей. Проходите. Настенька в своей комнате.

«Да неужели? А был бы одет в ноунейм или массмаркет, то Настеньки бы для меня дома не было? Не так ли?»

Вслух же произнёс:

- Здравствуйте, Алла Владимировна! - и улыбнулся новой фирменной улыбкой, демонстрируя правильный прикус и белоснежный зубной ряд.

- Вы, как всегда, обворожительны. Снова помолодели и похорошели.

Барынька стушевалась, слегка поплыв от комплиментов:

- Алёшенька, вы мне льстите.

«Естественно! Но чего не сделаешь, чтобы получить доступ к твоей дочурке, великосветская мегера…»

Снял обувь, заметив, что маменька обратила внимание даже на носки. Куртку повесил на вешалку-стойку – очередной предмет антиквариата. Прошёл в комнату затворницы.

Морозова сидела за столом и что-то печатала. Телефон лежал рядом, не подавая признаков жизни. Прикрыл за собой дверь на случай, если маменька решит погреть уши.

- Насть, у тебя со слухом всё в порядке? Я, кажется, ясно выразился днём, что приеду за тобой. Какого х..ра ты выключила телефон?

Морозова посмотрела и снова уставилась на экран ноутбука:

- Извини, мне срочно надо доделать реферат.

«Опаньки, и кто тут у нас дурочку строит?»

- Ты с дуба рухнула? Какой реферат в сентябре? Так себе отмазка, дорогая. Давай, поднимай свою шикарную задницу и одевайся. Пятнадцати минут хватит? Буду ждать тебя внизу в машине.

Повернулся к двери, и тут Морозова схватила меня за руку:

- Алекс, постой. Я не могу так… Так быстро. Кажется, я не готова…

В голосе Насти проскользнули какие-то невиданные мне доселе нотки смущения.

- Чего вдруг? Днём ты очень даже готова была, хоть трусы выжимай, - напомнил ей наш перфоманс в пустой аудитории.

- Пошляк! Не поеду я никуда с тобой? - девица заупрямилась.

- Окей, здесь потрахаемся. Кровать у тебя вроде позволяет, - присел на матрас и попрыгал. - Должна выдержать. Мама твоя никуда не собирается? Или мы при ней сексмарафон устроим?

Морозова пошла пятнами от возмущения.

- Ещё чего! Куда ты вообще так торопишься? А поухаживать за девушкой? Кино, рестораны, вино?

- Хватит, наухаживался помнится в прошлом учебном году. Тошнит от всей этой канители. С тобой, похоже, подобная романтическая х..ня не прокатывает. Поэтому, Боярынька моя, надевай красивые труселя и поехали в нумера. Если через пятнадцать минут не выйдешь, вернусь и устрою тут спектакль одного актёра – твоя маман стопудово оценит. Ты знаешь, какую дичь я умею творить.

Поднялся и, не глядя на Морозову, покинул комнату. Маменька тёрлась неподалёку. Подслушивала или нет – не берусь судить, но то, что была крайне заинтригована, никаким покерфейсом не сотрёшь.

Революция – это битва между будущим и прошлым…

Настя

То, что я по уши втрескалась в Распутина, поняла летом после третьего курса. Господи, если бы вы знали, как мне было плохо! Словно руку или ногу оторвали, и теперь ты не можешь двигаться так, как раньше. Костыли в виде потенциальных женихов не то, что не помогали, они лишали возможности хоть как-то прийти в себя, пережить эту «распутинскую ломку». И я залезала обратно в свой кокон, закрывалась, пытаясь вернуть себе самообладание.

Родители как с цепи сорвались. То один, то другой знакомили меня с сыночками партнёров, друзей, таскали с собой на различные мероприятия, а мне реально было тяжело. Я сутками гипнотизировала телефон, ожидая звонка или хотя бы смс.

Эта сволочь НИ РАЗУ, представляете, ни строчки не написала. Словно между нами ничего и не было! Ну не скотина ли?

А как же его робкие попытки поухаживать? Все эти приглашения погулять в парке, сходить на каток, в кино, в театр? Горячие взгляды, которые он кидал, когда думал, что не вижу? Да у меня дырка уже между лопаток и ямка на виске от его ежедневного «сверления» моей персоны на лекциях.

Конечно, мы переругивались, но это был скорее способ разжигания страсти, а не войны. Как два берсерка распаляли друг друга диалогами на грани фола. Нас всё крепче связывала напускная ненависть, отчаянное противостояние, спортивная злость. И чем дальше, тем больше.

Вот только телОк Алёшенька мне был не нужен. Поэтому я всячески пресекала попытки Распутина романтизировать наши отношения. Всегда считала, что мужики тупеют, когда опускаются до всех этих розовых мишек, надписей на асфальте, цветочков у дверей.

Вот когда он языком высекал искры и расстреливал взглядом, то да, я заводилась не на шутку, и внизу живота разгорался костёр. А когда внимательно слушал оперу, с умным видом разглядывал картины в галерее, меня тошнило от такого Алекса.

Догадываюсь, что Распутин не мог даже близко понять, что мне нужно. Внешне вся такая из себя возвышенная светская леди: неделя моды в Париже, выставка импрессионистов, «ах, как я люблю Пастернака», «как давно не играла этот менуэт», а внутри мне было глубоко начихать на всю эту показуху. Подозреваю, что Алекс пытался как-то мне соответствовать, настроиться на одну волну, чтобы понравиться моим родителям, но всё было мимо.

Ведь сама я сходила с ума от желания сбросить эти железные рамки приличия, совершить какое-то безумство, чтобы почувствовать себя настоящей, живой.

Циничный Алекс давал мне такую возможность в наших «высоких отношениях». А когда на сцену вышел правильный мальчик Алёшенька, мне захотелось взвыть и заорать: «Верните моего рас…я Распутина! Срочно! Немедленно!»

И вот – лето. Нет ни Алекса, ни Алёшеньки, ни Распутина. Вообще никого. Только тошнотворные сыночки богатеньких родителей, жаждущие жениться ради слияния семейных капиталов и улучшения породы.

Терпела их в Москве. Потом терпела в Испании, куда мы с мамой улетели отдохнуть, но родительница и там находила «выгодные партии». Когда закончились молодые люди, в ход пошли кандидаты, годящиеся мне в отцы. В один вечер не выдержала и поговорила с матерью:

- Мам, тебе на самом деле всё равно, что я чувствую? Нравится мне мужчина или нет? Такое ощущение, что я племенная кобыла, и вы с папой пытаетесь побыстрее найти подходящего жеребца, чтобы он меня покрыл и появилось потомство.

- Настя, что ты говоришь?! Какой моветон! - Алла Владимировна оскорблено подняла подбородок и смерила меня уничижительным взглядом.

- Ну а что происходит, мам? Почему на каждом шагу мне попадаются мужчины, жаждущие поухаживать, втереться в доверие, получить мой номер телефона?

- Глупость какая – эти твои подозрения. Ты красивая девушка, и совершенно нормально, что ты вызываешь у противоположного пола интерес.

О, я знала это выражение лица – сама невинность и простота. Только мне надоело быть безмолвной куклой, марионеткой в руках родителей. Алекс показал, что на самом деле чего-то стою. У меня острый ум, я сообразительная, трудолюбивая. Красивая, в конце концов! Всё это высшее общество мне на фиг не сдалось! Да и к материальным благам отношусь спокойно. Конечно, привыкла жить в достатке, но уверена, что без шестикомнатной квартиры, модного гардероба и обедов в «Национале» точно проживу. Значит, смогу устроиться в жизни самостоятельно.

Тем же вечером собрала вещи и улетела домой, оставив маму в одиночестве наслаждаться отдыхом. Отец не обрадовался моему возвращению. Застала его не в самом хорошем расположении духа. Звонок мамы наверняка выдернул с какого-то мероприятия, потому что он был в смокинге и слегка подшофе.

Нотки женских духов тоже угадывались. Увы, но нежная фиалка во мне погибла ещё в раннем возрасте, поэтому иллюзий насчёт отцовской верности не питала. Да и мама, думаю, обо всём догадывалась. Были ли за ней грешки – старалась не думать. Но моя семья точно не была образцом добродетели. Непонятно только, почему они меня-то пытались сделать идеальной дочерью, женой и матерью. Незакрытый гештальт, не иначе.

- Добрый вечер, папа.

- Ну, здравствуй, дочь! Почему так внезапно сорвалась? Что-то случилось? - родитель жаждал подробностей моей маленькой революции.

- Пап, давай завтра поговорим. Устала с дороги.

Попытка соскочить с темы не была засчитана. Отец кивнул в сторону своего кабинета:

- Нечего на завтра откладывать то, что можно сделать сегодня. Переодевайся и жду тебя в кабинете.

«Боже, неужели нельзя оставить меня в покое хотя бы на несколько часов?»

Прошла к себе в комнату, не стала распаковывать чемодан. Сменила джинсы на мягкие домашние брюки, надела хлопковую блузку. Мама требовала, чтобы домашняя одежда выглядела красиво и стильно.

Отец расположился в кабинете за столом, потягивая виски. Видела, что нервничает, но старается не показывать.

- Давай, рассказывай, что у вас там произошло? - резко задал вопрос, когда уселась на диван.

- Пап, да ничего не произошло. Мне просто надоело всё это сватовство, которое вы с мамой затеяли. Такое ощущение, что я инвалид или страдаю задержкой умственного развития, и мне необходим опекун. Пап, неужели я для вас не представляю никакой ценности?

Виталий Григорьевич нахмурил брови и подался вперёд:

- Что за глупые мысли? Анастасия, ты же понимаешь, что когда-нибудь мне придётся передать своё дело в другие руки. И хочу быть уверен, что это будет умный и порядочный человек, неспособный на предательство. Который не пустит по ветру всё, что я создал, а приумножит и передаст моим внукам. Но чтобы узнать человека, как говорят, надо с ним пуд соли съесть. То есть необходимо время. Поэтому мы с мамой решили подыскать тебе партию, раз ты сама не шевелишься.

Девушка передёрнула плечами, а потом посмотрела на отца свысока, как её, в общем-то, и учили:

- Господин Морозов, а почему я не могу стать тем человеком, который встанет у руля вашего детища? Вы дали мне прекрасное образование и воспитание, обеспечили необходимыми связями, взрастили во мне чувство собственного достоинства и уверенность в себе. Так почему видите меня лишь на вторых ролях? Мне казалось, Виталий Григорьевич, что вам чужды гендерные стереотипы. Или я не права?

Мужчина задумался. Хлебнул виски из стакана и как-то совсем иначе посмотрел на дочь.

- Знаешь, а ведь это неплохая мысль. Зачем перебирать кандидатов, да и в любом случае нельзя быть уверенным в человеке на сто процентов, когда можно дочь поставить во главе банка, а супруга сделать лишь помощником?

Он взял небольшую паузу, а потом хлопнул ладонями по столу.

- Хорошо, Анастасия, завтра ты едешь со мной на работу. Беру тебя на должность помощницы и буду вводить в курс дела. Через неделю уеду к матери, а ты останешься с моим заместителем. Заодно и присмотришь за ним.

Это была самая лучшая новость за лето. Лишь сдержанно кивнула и вышла из кабинета отца, мягко прикрыв дверь. Внутри всё ликовало! Неужели мне открыли путь к свободе?! Ущипните меня! Я сплю?

Если бы я только знала, почему папенька так быстро принял это решение, то не радовалась раньше времени. Душный Вадик – заместитель отца – был той самой ложкой дёгтя в бочке мёда, которую посулил мне родитель.

Тридцать шесть лет, холост, с едва заметной плешкой на голове, удушливым дезодорантом и неуёмным желанием меня обаять. Парень при малейшей возможности старался придержать дверь, подать руку, подставить стул. Он постоянно вторгался в моё личное пространство. Вставал при разговоре слишком близко, поддерживал под локоток, наклонялся к самому уху, задевая мои волосы. Галантность граничила с услужливостью, и внутри я готовилась быстрее сбежать от него, но подобный экзерсис уронил бы в глазах отца. Поэтому натягивала привычную маску холодности и отстранённости, держала дистанцию и не давала возможности перейти к более близкому общению.

В курс дела вошла довольно быстро. Конечно, принимать какие-то серьёзные решения ни Вадику, ни тем более мне, отец не позволял в своё отсутствие без согласования с ним. Но даже то, что меня допустили к управлению банком, пусть и не прямому, радовало безмерно. И пофиг на этого Вадика. Сегодня он есть, а завтра может и не быть. Посторонние люди приходят и уходят, а с дочерью не разведёшься.

Когда папа уехал, для меня настал непростой период. Скверный Вадик перешёл от услужливости к попыткам ткнуть меня в мою некомпетентность, подловить на ошибках, неверных действиях. Пытался завуалировано подкалывать, маскируя свои подначки доброжелательными советами и замечаниями.

О, как мне не хватало Распутина! Вспоминала его каждый день! Я и так не переставала думать об Алексе, а тут просто благодарила за постоянные упражнения в острословии. Он определённо сделал меня сильнее и увереннее в себе. На фоне необузданного троллинга Распутина все эти попытки Вадика уязвить выглядели жалко и смешно.

«Ах, Вадик, Вадик! Куда тебе до профессионалов?.. Алекс бы раскатал тебя в три минуты так, что извилины выпрямились, а ЧВС упало до минусовой отметки. Живи пока, а там посмотрим».

Я практически не реагировала на его старания, рассудив, что компания моя, пусть и в перспективе, и уволить этого клоуна всегда успею. А пока заканчиваю универ, он здесь нужен. Пусть потрудится на благо нашей семьи.

Отец вернулся и был немало удивлён моими успехами. В коллектив я влилась, во внутренней кухне разобралась и даже положила ему на стол несколько предложений по оптимизации процессов и перестройке управления. Засим откланялась и в начале сентября вернулась в универ.

А там… А там меня встретила улучшенная версия Алекса Распутина. Даже не мечтала о таком апгрейде. Едва челюсть не потеряла в аудитории, увидев этого языкастого красавчика в очках-авиаторах и крутой куртке, вальяжно перекатывающего спичку во рту.

Ступор. Неверие. И взрыв бабочек в животе с выносом мозга из черепной коробки.

Чтобы обратить на себя внимание и единолично завладеть этим сногсшибательным экземпляром, пустилась во все тяжкие, пытаясь вывести из равновесия этого брутала…