Когда воскресает прошлое: любовь сквозь пепел

– Слышишь стук моего сердца? – спросил мужской голос и я кивнула, – Теперь открой глаза и сфокусируй свое зрение на том месте, откуда он исходит.

Я послушалась и открыла глаза, уставившись только в одну точку на груди дракона. Вдруг руки начали наливаться знакомой тяжестью, а внутри разгорелось неумолимое желание заставить замолчать это сердце навсегда.

– Теперь посмотри мне в глаза и держи инстинкты в узде, – продолжил голос.

– Не получается…– тихо сказала я, стараясь отвести взгляд от сердца, которое теперь было полностью мне видно и звало.

– Старайся сильнее, Эри! – прикрикнул он.

Волна гнева охватила меня и я поняла, что не смогла остановиться, потому что очнулась на лопатках, а надо мной возвышался снежный дракон.

– Вставай, – он протянул мне руку.

– Как долго ты учился контролировать такой дар? – я приняла помощь и оказалась на ногах рядом с ним.

– Достаточно долго, но у тебя не так много на это времени, ты же не хочешь поубивать всех драконов в академии, – усмехнулся он.

– Спроси меня об этом год назад, то я бы ответила утвердительно, – я улыбнулась ему в ответ, – Новостей до сих пор нет?

– Нет, никто так и не понял, почему король Фалисара напал на Астраксию, – он пожал плечами, – Мы не можем быть уверены, что Риан нам поможет.

– Да, я знаю, – согласилась со снежным.

– Эри, если ты не готова – только скажи и мы все отменим, – заволновался он.

– Нет, Кай, речь идет не просто о государствах, но и о целом нашем мире, – я помотала головой, – И как бы мне не хотелось участвовать в этом, но понимаю, что твой отец прав – я смогу почувствовать снежного, а может даже и он меня учует первым.

– Хорошо, – дракон подошел ко мне ближе, – Вечером у нас не будет тренировки, увидимся на празднике, а сейчас отправляйся к отцу, – улыбнулся он и щелкнул меня по носу.

Я смотрела вслед удаляющемуся учителю и думала о том, что с удовольствием отказалась бы от нашей затеи и осталась бы здесь. После смерти мамы еще никогда не ощущала себя настолько безопасно, особенно удивительно это было потому, что повсюду были драконы. Кай был сыном Элеора и именно он занимался боевой подготовкой снежных драконов, на случай, если однажды они будут раскрыты. Но самое главное – он помогал мне обуздать мои дары, в особенности, дар Сердца, хотя пока у меня это плохо получалось. За год я научилась их контролировать, но теперь нужно сделать так, чтобы я полностью умела ими управлять. Нам с отцом выделили небольшой домик недалеко от дворца снежных драконов, вот только герцог Стормрейв предпочитал оставаться в библиотеке. Как только ему показали книги, свитки и фолианты, которые не выходили за пределы снежных гор, он в буквальном смысле поселился там.

– Ай! – я потерла ушибленную голову и обернулась.

– Прости, Эри! – ко мне подбежал мальчик лет семи, – Все никак не могу с высотой справиться, – он нахмурился, – Крылья у меня не такие большие, как нужно для моего возраста.

– Ничего страшного, Пит, крылья обязательно еще подрастут, ведь они развиваются вместе с тобой, – я улыбнулась кучерявому парнишке, у которого, как и у всех снежных, были платиновые волосы, но только своего уникального оттенка и синие глаза.

– Да побыстрее бы уже! – крикнул он и опять обратился в милого дракончика, продолжая свои тренировки.

Посмотрев ему вслед и улыбнувшись про себя, развернулась и направилась в сторону дворца, чтобы найти отца. Мимо меня пролетали маленькие дракончики – уже с утра у них начинались занятия. Кто-то мчался к Каю, а кто-то во дворец, чтобы успеть на теоретические занятия. Я шла по уютным улочкам Снайспира, разглядывая каждый дом, каждый магазинчик и каждого дракона. Насколько удивительными они были – в отличие от своих собратьев, не отличались огромной силой и размерами, но каждый из них был по своему мудр. Снежные драконы любили мир и покой, почти каждые выходные они отмечали какой-нибудь праздник, собираясь вместе всем городом. Еще ни разу я не слышала, чтобы на улицах происходили ссоры или драки, или чтобы кто-то нарушал закон. Даже нас с отцом они приняли как родных.

Это место было настолько удивительным и волшебным, что я понимала почему снежные драконы скрылись от всех, даже если и вымирают. По ту сторону гор их собратья вели войны, силой устанавливали власть и уничтожали слабых. Этот маленький мир внутри большого мира настолько сильно запал мне в сердце, что, каждый раз, представляя свое возвращение в Фалисар, мне становилось даже физически плохо.

Прокручивая в голове все возможные сценарии, я старалась откинуть мысль о том, что могу увидеть там Риана. Чувствовала, что сердце этого хочет, но я не позволяла ему взять верх над разумом, только иногда – в своих снах. Дарион очень злился, когда я прижигала метку истинности драконьим огнем, но теперь я этого не делала. Тогда мне хотелось ощутить боль, чтобы воспоминания захлестнули мой разум и я не забывала о том, что черный дракон меня предал. Но, после того, что я узнала от ледяных, мне просто хотелось забыться. Риан не был виноват, хотя внутри я была обижена и зла на то, что он принял все за чистую монету.

Однажды я рассказала обо всем Каю и он поделился знаниями о том, что я и так уже слышала – метка всего лишь метка. Дракон внутри узнает свою пару по звериным инстинктам, но человек может договориться со своим зверем. В союзе истинных рождаются сильные наследники, но не только в таких, как, например, в случае с ледяными и снежными. Теперь я мирилась с мыслью о том, что Риан женат и трону нужны наследники, а я продолжу свой путь, который появился передо мной.

– Отец! – я зашла в библиотеку и глазами поискала герцога.

– Дочка, я тут! – из-за огромной кипы книг появилась знакомая рука родителя и я улыбнулась.

– Что на этот раз изучаешь? – я прошла к камину, который соорудили здесь специально для отца, ведь снежные драконы не так боятся холода, как маги, и села в мягкое кресло.

– Влияние дара Сердца на внутренние потоки водной магии, – ответил отец и наконец-то вышел из своего бумажного укрытия.

– И что меня ждет? – улыбнулась я.

– Все совместимо, просто изучаю какие у тебя есть возможности, – ответил герцог и сел в соседнее кресло, – Это ведь удивительная магия! Доченька, в тебе сочетаются такие силы, но мне, как родителю, очень хочется быть полностью уверенным в том, что тебе ничего не грозит, – он внимательно посмотрел на меня, даже с небольшим осуждающим оттенком.

– Я уже так много раз извинялась за то, что не рассказала тебе сразу про дар Сердца, но не могла сделать по другому, – ответила я и виновато опустила глаза в пол.

– А что с твоим сердцем сейчас? – спросил отец.

– Все еще пытаюсь навредить Каю, но надеюсь, что в академии меня сдержат, если что. А если это вдруг произойдет, то скажу, что даже не представляла, что вместе с драконьим огнем у меня проснулся и второй смертельный дар, – ответила я и подобрала под себя ноги, кутаясь в плед.

– Нет, я про твое женское сердце, родная, – пояснил герцог, – Посмотри на меня, – я послушно подняла взгляд и наткнулась на родной штормовой взгляд, – Думаешь я не знаю что тебя беспокоит, Эри?

– Я не хочу об этом говорить, – я покачала головой, – Лучше расскажи, мне будет очень больно?

– Да, – отец серьезно кивнул головой, – Может все таки придумаем что-нибудь другое?

– Нет, – отрезала я, – В академии будет обычная магиня, так что никакие метки не должны разрушить наши планы. Понимаю, что вряд ли король Фалисара лично заявится в академию, но вот его метку многие могут узнать.

– Как скажешь, но снежная магия не сможет долго сковывать истинность, – вздохнул герцог.

– Феридон, Эри, – в библиотеку вошел Элеор, – Сегодня начинается праздник в честь северного сияния, а вы обещали помочь с раздачей напитков, – улыбнулся снежный дракон.

Помню времена, когда я восхищалась правлением Тариэля Нордвея, но теперь, видя своими глазами, как управляет городом снежный дракон, понимала – вот каким должен быть истинный король. Элеор делал все возможное для своего небольшого государства, умещающегося в один город и никогда не шел против своих моральных принципов. Здесь отсутствовали договорные браки или принуждение для увеличения потомства, только любовь, уважение и взаимопонимание. Они с моим отцом были настолько похожи в своих суждениях, что иногда мне даже казалось, будто Элеор – драконье воплощение герцога Стормрейва.

И еще мне очень нравился дракон Элеора – небольшой, статный, в сапфировых глазах собрана вся мудрость этого мира, его полет был плавным и бесшумным. А его зверь был воплощением древнего могущества, но не такого, которое отражается в размерах крыльев или силе огня.

– Когда проведем запечатывание метки? – спросила я дракона.

– Лучше после праздника, потому что сил у тебя не будет около шести часов. Эри, я спрошу еще раз – ты точно готова к этому? – занервничал снежный.

– Да, – уверенно ответила я, – Мы уже много раз говорили об этом, Элеор, я не могу допустить, чтобы что-то пошло не так. На кону сейчас не одна жизнь, а множество, по моему, запечатывание метки на некоторый срок, не такая уж и большая жертва.

– Дело не в этом, ты же знаешь, – добавил отец, – Ты призналась в том, что у тебя есть чувства к Риану, значит метка заденет твое сердце – оно не вспомнит черного дракона, останутся только воспоминания, да и с этим мы не уверены.

– И не должно, – кивнула я, – Наша цель – Багровые дубы, а не король Фалисара, – я начинала злиться, вот только не понимала на кого именно.

– Элеор, – отец обратился к снежному дракону, – Бесполезно, – он вздохнул, – Упрямее моей дочки может быть только сын, хотя может упрямство они вообще делят пополам. Как сейчас Дарион?

– Чувствую, что с ним все хорошо, Феридон, не переживай – твой сын силен не просто как маг, но еще и как снежный дракон, – Элеор успокоил и отца, и меня.

– Не пожалей потом об этом, Эри, – серьезно сказал дракон и мы все вышли из библиотеки.

– Готова? – Кай держал в руках кружку горячего чая и мы вместе с ним наблюдали за северным сиянием.

– Разве можно быть к такому готовой? – ответила я и припала губами к своему напитку, не отрывая взгляда от неба.

– Мой отец предупредил, что часть воспоминаний может быть подавлена, особенно, если они ведут к сердцу? – дракон развернулся ко мне.

– Конечно, почти сразу же, – ответила я, – Мне нельзя ни на что отвлекаться, а тем более на свои чувства, сожаления или другие эмоции. Но что еще важнее – мы не знаем о планах короля Фалисара, поэтому нельзя допустить, чтобы меня узнали, даже если вероятность нашей встречи равняется почти нулю.

– Все равно мне не нравится эта затея, Эри, – краем глаза заметила, что Кай покачал головой, – Свои чувства надо проживать, даже если они болезненные.

После этих слов мне захотелось кричать так, чтобы меня услышали – я больше не хочу чувствовать эту боль. Каждый день в своей голове я унимала сердце разумом, но казалось, что оно начинает страдать еще сильнее. У нас с Рианом не было такой физической близости, чтобы метка проявила себя во всю силу, но, похоже, что книги ошибались. Да, если мне искусственно запечатают метку хотя бы ненадолго – я смогу вздохнуть полной грудью.

– Ладно, – сдался Кай, – Тогда идем, надо все успеть сделать, чтобы ты восстановилась к завтрашнему утру, будущая студентка-каньонка.

Я согласна кивнула, после чего напоследок взглянула на прекрасное сияние и пошла за Каем. Завтра в академии по поддельным бумагам меня должны зачислить на второй курс, вот только теперь моя цель – боевой факультет и отправка в Багровые дубы или просто куда-нибудь за пределы академии, а уж там я дорогу найду.

Мы с Каем шли по заснеженным улицам города, улыбаясь веселящимся прохожим, которые отмечали праздник и с каждым шагом, который приближал меня к сердцу города, мои сомнения росли.

Уверена ли я, что хочу даже на время забыть Риана и те прекрасные чувства, которые я испытывала? А вдруг погибну в Багровых дубах так и не поняв, что однажды я любила? Прекрати!

Во дворце снежных драконов было подземелье, куда они запрятали свои самые ценные сокровища, на случай, если их существование будет раскрыто. Здесь хранились знания, которым не было место в библиотеке, а уж за пределами гор тем более. Стук каблуков моих сапог был отчетливо слышен в темных и холодных коридорах. Перед дверью уже стоял Элеор и мой отец, нервно шагая из стороны в сторону. Завидев меня, герцог кинулся навстречу и схватил меня за руки.

– Последний шанс, дочка – может не надо? Какова вероятность, что ты встретишься лицом к лицу с Рианом? – он очень нервничал.

– Нам надо исключить все варианты, отец, со мной все будет хорошо. Элеор сказал, что кровь снежных драконов меня защитит, – я понимала, что отец волновался больше даже из-за того, что я была магом.

Запечатывание метки тысячелетней снежной силой – по своей сути не природная магия, поэтому и опасна для многих, кроме снежных драконов. Говорят, если чувств нет, то она проходит почти безболезненно, но, если чувства есть – никто не мог описать что с ним происходило. Многое еще зависело от силы чувств, которые ты испытываешь к обладателю метки, а я не могла их измерить. Мой разум и сердце боролись каждый день и иногда мне казалось, что я почти ничего не чувствую к своему избранному, но потом меня накрывало. Иногда я даже жалела, что ледяные рассказали мне о том, что это дело их рук, если бы я не знала, то продолжила бы тихо ненавидеть и винить Риана, а потом, спустя время, все бы прошло.

– Я не смогу на это смотреть! – по щекам отца потекли слезы и он отпустил мои руки.

– Все хорошо, – я обняла герцога, – Не волнуйся за меня! Элеор, – я обратилась к снежному дракону, – Я готова.

Вайтфелл кивнул и открыл двери в темное помещение, а я прошла внутрь и остановилась, затаив дыхание. Постепенно вокруг становилось светлее и теперь я могла рассмотреть все повнимательнее. Это был зал, высеченный из ледника, вокруг танцевали снежинки, стены были идеально гладкими, а за ними просвечивались запечатанные книги и артефакты. Сзади меня раздался стук шагов и я обернулась – это был Кай.

– Почему ты, а не Элеор? – удивилась я.

– Он не любит этот ритуал, поэтому я сам вызвался, – ответил дракон и нахмурился.

– Ты уже его проводил? – спросила я, скрещивая свои руки.

– Нет, – признался он, – Нам незачем его проводить было, до сегодняшнего дня. Эри, я сделаю все, что в моих силах, чтобы тебе не было больно.

– Ничего страшного, если будет, – я улыбнулась, – Я доверяю тебе, Кай, поэтому хотела попросить тебе еще кое о чем.

– О чем? – дракон подошел ближе.

– Если мои воспоминания с Рианом действительно сотрутся, сделай так, чтобы я никогда о них не вспомнила, – попросила я.

– Это невозможно, ты же знаешь, – ответил он.

– А вдруг… – картинно вздохнула я, надеясь немного разрядить обстановку, – Что мне делать?

– Встань по центру и обнажи метку, – серьезно сказал Кай и подошел к одной из стен, после чего положил руку и они заскрипели, а в его руках оказался небольшой кинжал.

– Воткнешь мне его в грудь? – нервно засмеялась я.

– Я не посмею, – ответил он, – Этот кинжал высосет магию из метки настолько, насколько хватит его сил, а что будет с твоими воспоминаниями – тут только гадать.

– Хорошо, – согласилась я и обнажила ключицу, – Подожди! – выставила руку вперед и дракон остановился, – Я еще раз хочу на нее посмотреть, – сказала я и подошла к одной из ледяных стен.

Метка была все так же прекрасна, соединяя герба наших домов, но Риан так и не увидел ее целиком – я не позволила. Возможно, если бы я показала, для нас сейчас все было бы по другому, но время не возвращается назад. Наши судьбы тесно сплелись и даже небеса соединили магиню и дракона, а потом развели. Если мои воспоминания сотруться, то я хотела бы пожелать Риану долгого и честного правления, искренней любви и счастливой жизни. Наверное, мы должны были пройти этот путь, чтобы он привел нас к определенным целям, которые более значительны, чем любовь.

– Я готова, – вернулась в центр и приготовилась к чему-то.

– Хорошо, – сказал Кай и подошел ко мне, держа в руках кинжал.

Я закрыла глаза и мой разум начал быстро проматывать все воспоминания с Рианом, будто даже он боялся, что мы что-то потеряем. Сердце бешено стучало и умоляло остановиться, но тут я почувствовала резкую боль, которая пронзила все мое тело и я рухнула на колени. Ожидала, что будет больно, но такое я еще никогда не испытывала – мое тело ломалось изнутри, казалось, что я слышу хруст всех моих костей, ломающихся друг за другом. Я настолько оглохла от своих криков, что даже не понимала издаю ли сейчас какие-нибудь звуки, или же у меня закончились силы. Глаза уже не видели ничего вокруг от слез.

– Держись! Еще немного! – я услышала крик Кая и мое тело озарила новая вспышка боли. Вот только теперь она была какая-то охлаждающая, будто мороз пробивался сквозь мое тело в самую глубину – к сердцу. Почувствовала, как все тело сковал холод и перед глазами вспыхивали мои воспоминания, теряясь где-то глубоко в подсознании.

– Эри! Осталось еще чуть чуть! Не отключайся! – голос Кая раздавался уже где-то далеко.

Я рухнула на ледяной пол и ощущала, что мороз начинает оставлять мое тело, а сердце восстанавливает свой ритм. Сердце пыталось за что-то зацепиться, но теперь разум брал верх и мысли расставлялись по полочкам, дыхание стало глубоким и спокойным, а я – свободной.

От чего я стала свободной?

– Эри! – перед глазами возник Кай, которого я узнала только по очертаниям, потому что перед глазами будто была пелена, – Ты как?

– Вполне, – улыбнулась я, – Но, кажется, что я совсем без сил, а может просто обленилась, не хочется вставать, – и решила пошутить.

– Сейчас, – дракон поднял меня с пола и мы вышли из зала, где я сразу же услышала обеспокоенные голоса отца и Элеора.

– Что с ней? – все сразу кинулись ко мне, а снежный дракон неожиданно только крепче прижал меня к себе, что мне не особо понравилось. Было очень странное ощущение, будто не он так должен делать, но я отмела эти мысли и вернулась в реальность.

– Все хорошо, – ответил Кай и пошел дальше по коридору, а все за нами.

Меня отнесли в гостевые покои дворца и уложили набираться сил, потому что завтра я отправляюсь в академию Arcanica Draconica.

– Ты точно хорошо себя чувствуешь? – спросил отец, когда драконы оставили нас.

– А разве не должна? – я улыбнулась.

– Должна, – он погладил меня по волосам, – Я бы, конечно, предпочел другой вариант, но тебя не отговорить.

– Не будем об этом, – я прикрыла глаза, – Я не хочу вспоминать, сейчас буду сосредотачиваться на нашей главной цели.

– Как скажешь, моя упрямая Эри, – согласился герцог и я услышала как он закрывает двери.

Эри!

Чей-то мужской голос пронзил мою голову и я вскочила с кровати, озираясь по сторонам.

Успокойся! Это последствия ритуала, не тянись за воспоминаниями! Быстро спать!

И тут почувствовала, что по щекам текут слезы, вот только от них мне стало очень холодно. Опираясь на кровать, из последних сил подошла к зеркалу и присмотрелась – это были самые настоящие снежинки, которые быстро превращались в капли.

Успокойся немедленно! Ты знала на что шла – никто не знает полные последствия ритуала, подумаешь – плачешь снежинками! Не смей волновать отца!

Договорившись с самой собой, нырнула обратно под одеяло и закрыла глаза, прокручивая все то, что я помнила за последние годы. Казалось, что чего-то не хватает, но значит так и должно было быть – эти воспоминания мне могут помешать.

Риан:

– Чувствуешь? – я в который раз за день влетел в комнату Дариона с вопросом про Эри.

– Да, причем в который раз говорю тебе – она в самом укромном месте, которое можно только придумать, – близнец моей истинной устало потер переносицу и я сразу вспомнил как это делала Эри.

– Да где она может быть?! – злился я, – Какого черта вообще сразу мне все не рассказали! Что вообще она теперь обо мне думает – схватил какую-то девицу за руку и хотел утащить ее с собой, да еще и торговался!

– Когда все объяснишь, то она поймет, – спокойно сказал маг и вышел на террасу.

– Я не могу ее опять потерять, слышишь меня, Дарион! – я выскочил за ним.

– Слышу! – огрызнулся он, – Только от твоих криков процесс поиска не ускорится! Я не представляю где она может быть – всевозможные места пусты, значит она нашла что-то настолько укромное, что даже мне не под силу найти.

– У меня пусто, – к нам присоединился Ксавьер, – Обыскали все, Валтер вообще перетряс столько магов и драконов, что с ног валится, а ему завтра заступать на ректорство. А мне – на второй курс.

– Плевать я хотел, – рявкнул мой дракон и мы вышли вон, снося двери с пути.

Я несся по коридорам дворца так, что слуги шарахались от меня в разные стороны, но мне было все равно. Дойдя до своего кабинета, скинул камзол с нашивками символов власти, которые ненавидел и обратился в дракона. Мы направлялись туда, где наша девочка впервые нам открылась и, была б моя воля, мы бы и остались в этих скалах. Целый год я винил ее во всем, но, если бы только знал всю правду – в тот же момент схватил Стори и унес куда подальше. Эри так долго скрывалась, так долго боялась и я не узнал ее, и не помог. Я подвел ее, хотя обещал, что ради нее сожгу небо, что и сделал бы, если бы не доверился отцу.

В утро, когда ко мне ворвался Стар, как я тогда думал, ее забрали и дракон не выдержал, напав на Астраксию. Мы искали ее, убивая всех на пути, но не успели – любимая опять ускользнула. Эти две недели были для меня еще большей пыткой, чем целый год без нее. Тогда я успокаивал себя тем, что она виновата во всем, пожелав власти и денег, но как же я был глуп. Разум знал, мое сердце знало, что она не такая, но я не слушал, купаясь в обиде и боли.

– Риан, – меня отвлек появившийся Валтер.

– Еще раз очутишься в этом месте – голову снесу и не посмотрю, что ты мой друг, – я рыкнул на будущего ректора.

– Извини, – ответил он, – Зараза из Багровых дубов распространилась еще дальше, надо, чтобы ты согласовал отправку туда и сильных магов со всех курсов. Заявления на обучение подали очень перспективные ребята.

– Хорошо, – я кивнул.

– Я везде ее искал, – начал оправдываться друг, хотя не должен был, ведь я знал, что он искренне пытается мне помочь.

– Я знаю, – ответил ему, – Ты когда-нибудь думал, что я буду выглядеть настолько жалко? – и усмехнулся.

– Прекрати нести ерунду, Риан, – разозлился Валтер, – Если бы я обрел истинную, которую полюбил не только из-за метки, поверь, сходил с ума бы точно так же.

– Я не могу описать словами то, что я чувствую к ней, а если спросить у моего дракона, тот только тужится и рычит – это значит вообще мне прямая дорога в целительское крыло, – я сел на камень.

– Самое главное – она жива, с ней все хорошо, просто отлично спряталась, молодец! Найдешь ее, потом поговоришь и все решится само собой. Никто из вас не предавал друг друга, так сложилось, – друг сел рядом со мной.

– Она знает, что я женат, – вздохнул я.

– Ага, – неожиданно засмеялся друг, чем очень меня удивил, – Селестия даже по закону сразу в сторону должна отойти. Я и не говорю о том, что ты не только к ней не прикасался, да ни к кому вообще!

– Не хочу, мои руки могут прикасаться только к Эри, да и не надо мне это, – ответил я.

– Вот и мне этого хочется, – ухмыльнулся друг, – Забавно, еще год назад мы были другими.

– И не могу сказать, что я скучаю по этому времени. После того, как я узнал Эри, весь мир вдруг стал совершенно другим и только тогда понял какую жизнь я хочу для себя, – я встал и направился к обрыву.

– Риан, я уверен, что ты найдешь ее, но еще, как твой друг и подданный Фалисара, прошу тебя сосредоточиться на том, что происходит вокруг, – Валтер подошел ко мне.

– Я не нашел никакого объяснения тому, что за тьма прорывается из самых глубин, но мы хотя бы знаем то, что преобразованный драконий огонь ее пугает. Как много студентов ты нашел с таким даром?

– После того, как ты официально объявил о том, что теперь этот дар не просто запрещен, но еще и очень ценен – заявлений прибавилось, – улыбнулся друг, – А еще недавно пришло письмо из академии в Каньоне с просьбой о том, чтобы принять на второй курс очень сильную магиню.

– Что за магиня? – удивился я, зная, что в королевстве Каньон проживали не самые сильные как драконы, так и маги.

Вообще Королевство Каньон было не самым значимым на карте нашего мира, потому что все его население часто скрывалось в горах и почти не вылезало за его пределы. Именно поэтому и было удивительно, что в таком, достаточно закрытом месте, могла появиться сильная магиня. А еще ходили слухи, что каждая каньонка любит продавать себя мужчинам, никто не знал откуда пошел слух, но все были в курсе.

– Вроде Элена Роквелл, завтра должна прибыть и комиссия просчитает уровень силы, но по бумагам там сразу и факультет боевой, и даже против драконов можно ставить, – довольно ответил Валтер.

– Это ты как ректор хвастаешься? Не забывай, что твоя задача не студенткам под юбки лезть, а вывести нашу академию на новый уровень, – недовольно пробурчал я.

– Да знаю я, просто интересно посмотреть на кого-то из Каньона, никогда не встречал их девушек, – ответил друг, – Знаю только, что почти у всех черные волосы, ну и самый великий слух про их любвеобильность, скажем так.

– Ничего интересного, все они жутко хилые, плаксивые и пугливые, – отмахнулся я.

– Ну вот завтра и посмотрю что это за магиня, у которой такие впечатляющие результаты. И, если все так, как и написано, то в дубах она нам очень пригодится, – уже более серьезно продолжил Валтер.

– Если каньонка согласится, только в этом случае, ведь она не подданная Фалисара. И как я уже сказал – они все жутко пугливые. Но, если вдруг все сложится, то сразу учи ее преобразовывать драконий огонь – это спасет ей жизнь.

– Конечно, Риан, как думаешь, далеко нам еще добираться до сердца этой заразы? – спросил друг.

– Не знаю, – я покачал головой, – Как только мы загоняем ее в угол и кажется, что вот оно – главная червоточина, так она ускользает и мы теряемся в темноте.

– Но сейчас мы хотя бы не так много бойцов теряем, – друг хотел меня поддержать, – У каждого отряда есть тот, кто может отогнать этих тварей ровно настолько, чтобы скрыться из леса без потерь.

– И потом мы отправляем следующих, которые борются с остаточным явлением – вылезающими склепцами. Эта зараза будто прожигает насквозь наш мир, позволяя различным тварям пробираться сквозь эти дыры.

– Риан, – Валтер внимательно посмотрел на меня, – Мы оба прекрасно знаем что будет, если это не остановить. Я понимаю, что сердце твое тянется на поиски Эриэль, но, пожалуйста, не забывай и о том, что ты – король Фалисара и единственная наша надежда.

– Ты прав, Валтер, – спорить с другом бессмысленно, потому что все было именно так.

Свои обязанности короля я выполнял, но не вкладывал в это все свое сердце и душу, но знал, что только так я смогу стать хорошим правителем. Нас с драконом разрывало и мы понимали, что, будь сейчас с нами рядом Эри – лишь один ее мимолетный взгляд, и нам бы придало это сил. Я часто представлял себе каким мог бы быть королем, если бы рядом со мной была королева моего сердца – магиня с сапфировыми глазами. Знал, что герцогиню бы любил народ, она была бы прекрасной женой и лучше матерью, но что еще важно – это та, кто полностью завладела мной и моим драконом. Чтобы мы не делали и где бы мы не находились – всегда представляли как было бы, если бы рядом была Эриэль Стормрейв.

– Может ты все же как-нибудь заглянешь в академию и проведешь пару боевых уроков? – спросил друг.

– Да, думаю, что это будет полезно, – согласился я.

– Мне пора возвращаться, завтра последний приемный день, уже представляю сколько пьяных студентов может быть отчислено за то, что вовремя не вернулись после празднования начала учебного года, – сказал Валтер и обернулся в дракона, после чего взмыл в воздух и направился в Академию Arcanica Draconica.

Я стояла перед зеркалом и внимательно осматривала новую внешность, которую мне сотворил отец, чтобы я была похожа на подданную королевства Каньон. Их видели немногие, но каждый знал отличительные черты – черные, как смоль, волосы и бледная кожа, потому что прячутся по своим горам. Но проблема оставалась – мои глаза, как и в тот раз, когда нам с Дарионом помогло странствующее племя, создавая Стори и Стара. Моя синева упорно не хотела перекрываться магией, поэтому их могли только немного осветлить и сделать голубыми.

– Выглядишь очень странно, – прокомментировал Кай.

– Чувствую себя еще страннее, если честно, – призналась я.

– Плохо себя чувствуешь, болит что-то? – дракон подошел ближе и посмотрел обеспокоенным взглядом.

– Нет, просто в образе Стори было комфортнее, а так даже не понимаю, что в зеркале я. И есть ощущение, будто я что-то потеряла, – ответила я.

– Забыла… – поправил меня Кай, – Ты сама знаешь, что забыла и просила меня не напоминать тебе об этом лишний раз.

– Да, знаю, но странно осознавать, что в голове есть темные пятна. Любопытная натура рвется узнать что нас связывало с Рианом кроме метки, плана наших отцов и предательства, – улыбнулась я.

– Это не было предательством, просто так сложилось. Воспоминания вернутся через какое-то время и ты надеялась, что уже после того, как мы поймем, что происходит с нашим миром, – ответил Кай.

– Да, это я помню, – кивнула головой, – Кай, если честно, то мне совсем не хочется покидать Снайспир, – и опустила голову, ощущая себя виноватой.

– Понимаю, – дракон аккуратно взял меня за руку и я думала, что в такой момент сердце девушки должно екнуть, но этого не произошло, – Я всегда буду рядом и наблюдать за тобой, если ты передумаешь – просто скажи и я отвезу тебя обратно сюда.

– Хорошо, – ответила я и хотела убрать свою ладонь, но дракон только крепче ее сжал и приблизился ко мне.

– Эри, ты самая удивительная девушка, которую я когда-либо встречал. Знаю, что чувствует твое сердце, но может однажды ты поймешь, что прошлое нужно оставлять в прошлом, – Кай провел кончиками пальцев по моей щеке.

– Кай, я… – я хотела отойти, но он внезапно схватил меня за талию и прижал к себе, не отрывая взгляда.

– Метка – это всего лишь метка, никогда не забывай об этом, – прошептал он, после чего приблизил свое лицо к моему и я понимала, что он хочет меня поцеловать. Чувствовала, как стучит его сердце, вот только мое не хотело биться с ним в такт.

– Доченька! – в комнату влетел мой отец вместе с Элеором и они оба застыли на пороге, увидев такую сцену.

– Феридон, ты чего не постучался? – шикнул на него Вайтфелл, – Пойдем, не будем мешать, – он потянул герцога за рукав и я даже рассмеялась, насколько эта картина меня развеселила.

Никогда не могла себе представить, что взрослый маг и дракон, будто нашкодившие мальчишки, хотят скрыться с места преступления.

– Извините, – Кай посерьезнел и отошел от меня, – Герцог Феридон, я и не думал оскорбить Эри.

– Да, конечно, я знаю, Кай, – отец быстро закивал головой, – Эриэль, ты готова? – он назвал меня по имени, значит все серьезно.

– Готова, отец, – ответила и указала на свой небольшой багаж, – В прошлый раз он был существенно больше, думаю, что из-за того количества платьев, которое положила нянюшка Доротея.

Упомянув ее имя, мы с отцом переглянулись и в глазах каждого промелькнула искра боли. Никто из нас не знал, что случилось с ней после того, как мы с отцом сбежали из Фалисара. Отец успокаивал меня тем, что Риан Даркрейв точно не стал бы ее трогать.

Интересно, а почему я верю в то, что сын Зенара ее не будет трогать?

Эта мысль так внезапно проскользнула у меня в голове, но я сразу начала ее отгонять, понимая, что нельзя разрушать магию, которая сковала мою метку. Сейчас я помнила, что каким-то непонятным образом у меня вспыхнула метка черных драконов и между нами с Рианом что-то произошло, но сердце не волновалось – мне было все равно.

– Сегодня покажи перед комиссией всю свою силу, наша цель – боевой факультет, – начал отец, – Я не знаю какая сейчас там программа, но ректор другой. Как только поймешь каким образом Фалисару удается сдерживать заразу из Багровых дубов – передай Ворном записку. Почту уже никто не отслеживает, поэтому я быстро получу известия. Главное – береги себя, дочка и, если что, Кай сразу же тебя заберет, не смей лезть никуда в одиночку!

– Отец, прошу, не беспокойся так сильно, студентов отправляют в лес, но почти все они выходят живыми, – я подошла к отцу.

– Ты же понимаешь, сколько мне это не повторяй – меньше волноваться не стану, – герцог обнял меня и как тогда, я вдохнула его родной запах, чтобы запомнить.

– Эриэль, – теперь ко мне подошел старший Вайтфелл, – Я восхищаюсь твоей храбростью! – мужчина обнял меня, а я потянулась в ответ.

– Время пришло, – отец достал один из своих артефактов и теперь передо мной открылось окно туда, куда еще чуть больше года назад я боялась ступать.

Я подошла к кровати, на которой лежал мой саквояж и взяла его в руки, после чего подошла к порталу и обернулась. В глазах отца я прочитала страх, в глазах Элеора – обеспокоенность, а вот глаза Кая на секунду стали другими – темными. Я мотнула головой и наткнулась на уже знакомый синий цвет.

Показалось!

Я шумно выдохнула и зашла в портал, который исчез сразу же, как ноги коснулись гравийной дороги у ворот академии Arcanica Draconica.

И вот я снова здесь!

Только на этот раз вокруг было очень много студентов, которые неслись в академию, толкая друг друга. Само же здание со всем не изменилось и я была уверена – внутри там все так же черно и мерзко. За один год можно многое изменить, но не настолько. Я пошла вслед за студентами и уже скоро мы очутились перед главным входом. Мне пришлось уговаривать себя, чтобы вновь переступить порог академии, потому что это как согласие – я теперь подчиняюсь правилам и законам Фалисара. Наверное, для других это ничего не значит, но только не для той, кто находится в бегах от короля другого королевства, которое находится в военном конфликте с тем, на чьих землях я сейчас нахожусь.

– Ты чего застыла? – за спиной раздался знакомый голос и я обернулась.

Ксавьер!

– Думаешь стоит ли магине учится в этой академии? – друг тепло улыбнулся и я ощутила как мне этого не хватало, – Я – Ксавьер Корниген, а ты? – он подал руку.

– Элена Роквелл, – я ответила на рукопожатие, – Королевство Каньон.

– Вот это да! – восхитился друг, как и в первый день нашего знакомства, узнав кто мой отец и я очень надеялась, что сейчас это не связано со слухами о девушках Каньона, – Фалисар настолько открывается, что даже каньонцы решили отправить кого-то в академию.

– Я бы сказала, что это из-за того, что некоторая магия теперь не считается здесь запретной, но ей нужно учиться управлять. Думаю, что в этой академии мне помогут, – я улыбнулась.

– Тогда тебя сразу на боевой возьмут, – ответил Ксавьер, – Правда на первом курсе сейчас много теории.

– Я на второй курс, – ответила я, ожидая реакцию друга.

– Ну это уже ректор Шадоувейв будет решать, – рассмеялся он, а мое сердце пропустило удар.

– А как зовут ректора? – спохватилась я, боясь услышать знакомое имя и быстро вспоминая жив ли старший маркиз, или может кто еще из мужчин этой семьи.

– Валтер Шадоувейв, маркиз, правда сейчас его все называют уже ректором. Это его первый семестр, сам окончил академию только в прошлом году, но наш король требовал огромных изменений в системе образования, а прошлый ректор отказался, – ответил Ксавьер.

– И какие же получились изменения? – я старалась продолжить разговор, вот только мысли уже витали где-то далеко. Там, где меня ловят и отдают в руки ледяным, чтобы наладить мирные отношения.

– Так и не расскажешь, Элена, – серьезно ответил он, – Ладно, мне пора, удачи! – и пошел дальше, не оглядываясь на меня.

Не знаю почему, но мне стало очень обидно, хотя я понимала, что это неправильно. Ксавьер не знает кто я такая, так что он не будет тратить свое время на совершенно незнакомую девушку, а тем более на каньонку. Обуздав свои чувства, пошла дальше по светлым коридорам к приемной комиссии, где уже столпилось огромное количество будущих студентов.

– Я видела ректор, он такой красивый! – одна магиня почти визжала от восторга.

Кажется, ничего не изменилось!

– Странно, что ты на короля не позарилась, – пренебрежительно фыркнула другая.

– С ума сошли? – шикнула на них третья, – Королева тоже тут учится, не смейте даже упоминать про короля Риана.

– Да все знают, что поженились они из-за политики, он совсем ее не любит! – сказала первая, а я хотела заткнуть себе уши.

Не знаю почему, но все эти разговоры про Риана и Селестию вызывали во мне какое-то непонятное чувство, я бы назвала это отвращением. И что больше всего мне не нравилось – я отвлекалась на такие мелочи, будто меня действительно интересовали такие слухи.

– Роквелл! – наконец-то меня вызвали на оценку силы.

Я зашла в уже знакомый кабинет и, как мне показалось, это был именно тот, откуда я сбегала в последний вечер моего пребывания в Фалисаре. Оглянула приемную комиссию и взгляд знакомых темных глаз заставил мое сердце учащенно биться. Валтер очень сильно изменился за это время, даже в его глазах я больше не видела той мальчишеской беспечности и озорства. Теперь на меня смотрел уже повзрослевший мужчина и в его взгляде я видела заинтересованность, вот только понимала, что она не имеет отношения к моей внешности. Сейчас Валтеру я была интересна как магиня с высоким уровнем, как студентка с хорошим потенциалом.

– Добрый день, Элена Роквелл, – дракон приветливо улыбнулся, – Признаться, удивлены, но и очень рады, что каньонцы решились на такое – отправить к нам в академию кого-то из своих на обучение.

– Добрый день, ректор Шадоувейв, мы решили, что с моим даром так будет правильнее, – ответила я и поклонилась.

– Все правильно, – произнес знакомый голос, который принадлежал профессору Дускрейву, – Если ваш потенциал действительно настолько велик, как написано в бумагах, то и силу нужно учиться контролировать, что в ваших краях не умеют. Пройдите, пожалуйста, к чаше и выпейте глоток.

Я послушно поставила свой багаж и прошла к чаше, взяла ее в руки и сделала то, что мне сказали.

– Потрясающе! – Валтер вскочил с места, увидев уровень моих сил, – Значит все, написанное про вас, правда, поэтому не вижу смысла что-то еще проверять. Вы зачислены на второй курс боевого факультета! Правда, если хотите, то можете выбрать любой другой, – после этих слов он нахмурился.

– Нет, – удивилась я, – Извините, ректор Шадоувейв, разве в академии можно выбрать факультет?

– Раньше было нельзя, а сейчас можно тем, у кого высокий уровень силы, – ответил он.

– Я выбираю боевой факультет, – четко произнесла я, глядя дракону в глаза.

– Опять магиня, издеваешься Валтер? – тут уже не выдержал учитель Сирион.

– Ты прекрасно знаешь, что маги с таким потенциалом нам очень нужны, – оскалился на него Валтер и меня это заинтересовало, – Не забывай, что одна из магинь знатно драконов лупила.

– Это была герцогиня! А это! – Сирион встал с места и указал на меня пальцем, – Каньонка!

– Замолчи! – на учителя теперь уже рыкнул дракон Шадоувейва, – Извините, Элена, возьмите документы, – он подал мне знакомую пачку бумаг, – Там написано где вы можете получить ключ от комнаты, форму и учебники.

– Спасибо, ректор, – поблагодарила я, взяла свой багаж и вышла из кабинета, где на меня сразу же налетела какая-то девушка.

– Совсем с ума сошла? – взвизгнула она, – На Королеву Фалисара кидаться! – это был до боли знакомый голос бывшей маркизы Блайтфелл.

– Прошу прощения, королева, – я склонила голову, как полагается, – Я не местная, а туда, откуда я родом, ваш портрет еще не дошел.

– И откуда ты? – заинтересовалась она и я приподняла голову. Селестия ничуть не изменилась, все та же шикарная копна рыжих волос и безумный взгляд.

– Королевство Каньон, – ответила я, надеясь, что больше она ничего не будет спрашивать, хотя уже понимала, что учиться мы будем вместе, ведь она тоже на боевом факультете.

– Какая гадость! – заверещала она и отпрыгнула от меня как от прокаженной.

– Что здесь происходит? – дверь открылась и оттуда вышел Валтер, – Что за истерики ты опять устраиваешь, Селестия? – похоже, что ему было все равно, что перед ним жена его друга.

– Она на меня налетела, скажи спасибо, что я ноги ей не переломала, ректор, – последнее слово она произнесла так, будто ей в рот запихнули очищенный лимон.

Дорогая Селестия, только в твоих мечтах у тебя это получится!

– Студентка Роквелл! – голос Валтера теперь звучал совсем по другому, с нотками стали, я даже восхитилась, – Почему вы стоите, опустив голову?

– Я… – начала показательно мямлить, за что внутри себя просто ненавидела, но по другому нельзя.

– В моей академии не существует никого, кроме студентов, плевать я хотел, Селестия, что ты – королева. И вы, Роквелл, – теперь он обратился ко мне, – Выбрали боевой факультет, а ведет себя как последняя размазня. Вы здесь – студентки, ясно?

– Ясно, – пренебрежительно фыркнула рыжая.

– Я поняла вас, ректор, – наконец-то я подняла голову, гордо вздернув свой подбородок, как и полагается герцогине, и посмотрела уничтожающим взглядом на Селестию, – Опираясь на ваши слова, в похожем случае я могу дать сдачи кому угодно?

– Элена, мне не нужны ссоры и драки между студентами и, если вы так поступите, то рассматривать я это буду в свете разборок между студентками, а не между королевой и каньонкой. Я надеюсь, что вы все поняли? – дракон поднял одну бровь, а я почувствовала, что мне стало гораздо спокойнее.

– Вопросов больше нет, ректор, – ответила я, не дожидаясь очередного выпада от Селестии, развернулась и пошла подальше от приемной комиссии и королевы.

Процесс получения всех необходимых вещей занял долгое время, потому что в этот раз студентов было существенно больше. А вечером вся эта толпа направится в деревню, чтобы залить в себя побольше всего из местных трактиров и таверн, тем самым отметить начало учебного года. Представив это, невольно улыбнулась, вспомнив свой первый вечер, когда побежала передавать записку для отца. Вот только мои воспоминания подвели – часть из них была очень обрывочна, но ужин с Ксавьером я запомнила.

Удивительно, но и в этот раз у меня не было соседки, хотя сейчас она мне полагалась. Думаю, что многих могло оттолкнуть происхождение – каньонка. Отец специально подбирал и готовил мне такие бумаги, которые мало кто видел, а Королевство Каньон было очень закрытым. Не знаю почему, но еще и слава у местных девушек была не очень, а точнее совсем плохая. Королевство не пестрило богатствами, поэтому некоторые покидали его в поисках лучшей жизни, но не получалось, поэтому девушки и попадали в местные бордели. Также, некоторые говорили, что они искренне этим наслаждаются, вот так и зацепилась за ними слава жриц любви.

Мне было не привыкать к тому, что в академии со мной будут обращаться как кто пожелает, поэтому быть для всех каньонкой – не самое страшное. Тем более Валтер упомянул, что здесь не существует титулов, хотя раньше вроде тоже так это называли. Но дракон подтвердил, что я могу за себя постоять, в случае чего, а мне вдруг очень захотелось, чтобы меня поставили против Селестии.

Достав ключ и отперев свою комнату, опустила багаж на пол и закрыла за собой дверь. На этот раз помещение было совсем обычным, всего лишь небольшой шкаф, кровать и письменный стол. Но, с предвкушением, как у ребенка перед открытием подарка, я рванула в ванную комнату, надеясь увидеть то, где смогу отмокать в горячей воде, но меня ждало разочарование – всего лишь душ.

– Ты больше не герцогиня, дорогая… – пробубнила я себе под нос и начала распаковывать вещи. В памяти всплыла картина, когда нянюшка Доротея собирала мои пышные платья, при это обливаясь слезами, а я втихаря прятала под них свое оружие. Сердце сразу затосковало по Дариону, по отцу, по нянюшке, по нашему дому. Внезапный стук в дверь меня отвлек и я подошла проверить кто там, вот только не думала, что история повторится.