Колдовская кухня шефа Сен-Жермена

Небольшая горстка выживших во главе с принцем Лексаром – вот и всё, что осталось от оппозиции. Грандиозные планы разрушились о неудачную попытку открытого мятежа.

На стороне Его Высочества была справедливость. Народ, слуги. Улицы громили воодушевленные инферны, обуреваемые гневом и яростью. Во дворце бушевали горничные, сжигая помещения дотла. Королевские повара уничтожали съестные припасы. Гувернанты, кормилицы, библиотекари… все, кому не была безразлична судьба королевства и грядущих поколений, вступали в противостояние  со стражей, но выходили из него трупами, разбросанными по полу, с неестественно вывернутыми конечностями.

На стороне короля Сетаниса были те, кто боялись короля Сетаниса. Сильнее, нежели своего бессилия перед новыми порядками господина, провозгласившего себя единоличным правителем Атаэлима. Сперва подмявшего совет Высших демонов под себя, а затем  вовсе его распустившего.

Неудовольствие инфернов для короля оказалось реакцией вполне предсказуемой. К мятежу готовились. Лексар же не учел этого и поплатился за собственную недальновидность.

– Кажись, мы в полной…

– Жеман!

– …в ней самой, Вашсочство. Не время думать о девственных ушках женщин и детей.

Старший королевский повар еще раз схватился за тяжелые кольца главных дверей, напряг каждый мускул, выжал максимум из оставшихся сил. Заперто. С той стороны заперто. Тварьё. Обречь всех этих инфернов, желающих жить в мире, на гибель в мясорубке. Только король Сетанис не чурается подобных вещей. Гореть ему в вечном пекле сто тысяч лет. И еще по сотне тысяч за каждого, кто пал и еще падет в неравной войне.

– Что дальше, Вашсочство? – оставив тщетные попытки, Жеман с усталой усмешкой обернулся к принцу. – Сразу помирать пойдем за ваше дело… как его там?.. правое! Или затаимся где-нибудь, чтобы прослушать заключительную речь? Не то чтобы я не хотел внимать вашим высокопарным речам до последнего, но лучше бы…

Лязг доспехов раздался из полумрака. Заключил беглецов в полукруг, заставил сбиться в еще более плотную кучку, прижаться друг к другу.

– …сейчас? – развел повар руками. – Быстро. А как воры на кухню повадятся, так ни одного не видно, не слышно. Стражи, матерей ваших, правопорядка.

Взгляд принца лихорадочно скользил от одного стражника к другому.

Им отрезали все дороги. В угол загнали, как крыс. Казалось бы, ни единого пути не осталось для отступления. Но как бы не так, король Сетанис. Как бы не так. У Лексара оставался последний козырь в рукаве.

– Я обещал вам, что все останутся живы, – процедил демон сквозь зубы. – Значит останутся.

– А еще ты обещал мне выделить один выходной в неделю, – скрестив руки на груди, хохотнул Жеман.

– Он тоже… будет…

Повар удивленно вскинул брови, заметив, как напрягся принц. Вены вздулись на его висках, в глазах полопались капилляры, да так, что склеры моментально окрасились в цвет бордо.

Новый запах перебил запахи затхлости и крови – сладкий, манящий, с тонкими нотками парфюма, свежей выпечки и… эмоций. Полный спектр возбуждающих тело и душу эмоций, начиная безудержной радостью и заканчивая беспросветным горем. Они волной хлынули на Жемана, вызывая обильное слюноотделение. Побуждая ступить в круговерть возникшего за спиной портала. Но демон ждал. Терпеливо ждал приказала своего принца.

– Я вернусь, – вскинул Лексар окровавленный кулак. Когти впивались в грязную ладонь. – Спрячьте рога и хвосты, – с леденящим спокойствием обратился он к своим. – Мы отправляемся туда, где инфернов не существует.

– Ох, мамочки…

Говорят, мечты имеют свойство сбываться. Стоя перед одним из величайших архитектурных сооружений мира в плотной толпе шумных туристов, изнывая от жары и с тяжелой сумкой наперевес, я ощущала себя счастливейшим на свете человеком. Кто-то может возразить, мол, по телевизору или на фотографиях в интернете Эйфелева башня выглядит куда более торжественно. Однако для меня, скромной девушки из российского поселка городского типа, Эйфелева башня – чудо расчудесное. И по телевизору, и на фотографиях, и в жизни.

– Простите, вы не могли бы меня сфотографировать? – приблизилась к компании молодых людей, рассевшихся на зеленой травке и щебетавших между собой на французском.

Французский язык я изучала несколько лет, не без труда, истерик и слёз достигнув продвинутого уровня. По крайней мере, сериалы в оригинальной озвучке теперь смотрела без подсказок онлайн переводчика.

– Конечно, – улыбнулась мне девушка в ярком сарафане.

Меня поняли! На глаза аж слезы навернулись. Избавиться бы еще от русского акцента, но такие вещи проходят не сразу, а во время активного общения с носителями. Что ж, буду практиковаться!

– Улыбочку!

Стоит ли говорить, что одной фотографией мы не ограничились? Целая фотосессия, растянувшаяся минут на десять, стремительно забивала память моего смартфона. Ничего. Удалю потом неудавшиеся кадры, и устрою такую же напротив собора Парижской Богоматери. И рядом с Лувром, и еще…

Блин, а времени-то сколько?

От души поблагодарила француженку, вернула телефон, взглянула на экран…

Половина двенадцатого! Вот специально же выбрала ранний рейс, чтобы успеть как можно больше, однако дорожные пробки с чувством плевали в душу любому. И туристам, и парижанам. Ну и мне, поскольку я не относилась ни к первым, ни ко вторым.

Что же я здесь забыла? А всё очень просто. Расскажу по пути в ресторан «Mon Démon», пока окончательно не опоздала к началу регистрации.

Не помню, когда точно увлеклась кулинарией. Лет в пять или шесть, может. Да это и не имеет особого значения. Главное, что с творческим, вкусным и красивым поварским ремеслом решила связать свою жизнь и ни разу не пожалела о своем выборе. Все карманные деньги, в отличие от одноклассниц, тратила не на шмотки и безделушки, а на красочные книги с рецептами и ингредиенты. В выходные не находила занятия интереснее, нежели весь день крутиться у плиты. Бабуля прочила мне великое будущее, мама не без гордости заявляла, что мое увлечение когда-нибудь начнет приносить хорошие деньги. Меня никогда не науськивали поступать на врача-терапевта или юриста. В этом, несомненно, повезло.

Но это лишь начало истории, поскольку в Париже я оказалась не столько благодаря страсти к готовке, сколько благодаря страсти к одному потрясающему шеф-повару. Одному из лучших и, я бы даже сказала, исключительному – Жану Сен-Жермену. Едва увидев его, такого харизматичного, яркого, привлекательного мужчину, в одной из передач на кулинарном канале – потеряла голову.

Он был настоящим мастером своего дела. Многие гурманы со всего мира стекались в страну романтики, лавандовых полей и багетов, лишь ради того, чтобы посетить «Mon Démon» – сравнительно небольшой, но крайне популярный ресторан в самом центре Парижа. Некоторым аж за несколько месяцев приходилось записываться, чтобы ступить за порог этого заведения и отведать блюда оригинальной кухни шефа.

Я могла бы всю жизнь истекать слюной, утыкаясь носом в экран телевизора. Продолжать работать в кафешке областного центра в сорока пяти минутах езды на электричке от нашего поселка городского типа (извиняюсь за нудные подробности). Но судьба предоставила мне шанс один на миллион. Неожиданный конкурс начинающих кулинаров, который проводится и спонсируется… да-да!.. тем самым рестораном «Mon Démon» под чутким и строгим руководством шефа Сен-Жермена. Победитель получает возможность пройти там стажировку и, совсем не исключено, устроиться на постоянную работу.

Условия участия в конкурсе – написание краткого мотивационного эссе на тему «Почему именно я должен выиграть в конкурсе?» Открыв вордовский документ, просидела над пустым листом день, второй, третий, пока не плюнула на все условности с высокой колокольни и не написала то, что думаю на самом деле. О ресторане, о шефе, о себе пару слов. Не посчитала нужным детально расписывать свои умения. Понимала, что от идеала они далеки. В первую очередь надо было сыграть на струнах души! Потому некоторые предложения в эссе заканчивались тремя восклицательными знаками.

Отправив письмо по электронной почте, провела не одну бессонную ночь, прежде чем получила долгожданный ответ. Я прошла! Пы-ры-ош-ла!

Кроме мамы и бабули поделиться дивной новостью было не с кем, так что отпраздновали в скромном семейном кругу с бутылочкой шампанского и всякими салатиками. На работе просто подала заявление на увольнение. Пусть для них станет сюрпризом, когда меня покажут снующей с кастрюлями по кухне «Mon Démon» подле Сен-Жермена в одной из кулинарных передач.

С оформленным пакетом документов и оплаченным электронным билетом через пару недель я улетела туда, где уже опаздывала на подтверждение участия. И в этом вся я – Лина Нежданчик.

Столько раз я видела эту вывеску, смотрящую на меня с экрана, но в реальности она выглядела еще притягательнее. Пылающие алые буквы «Mon Démon» над высокими входными дверями из темного дерева с ручками-кольцами. Каменная кладка, стрельчатые окна… Готический стиль никогда не выйдет из моды. Он вечен.

Покрутилась на месте, хлопая в ладоши. Скорчила серьезную физиономию, резко выдохнула и дернула за кольцо.

Интерьер ресторана нисколько не отставал от фасада. Они в полной мере дополняли друг друга. Стены отделаны деревянными панелями, белый потолок обрамляли узоры из лепнины. Свечи или же плафоны, имитирующие их, горели в громоздких люстрах, увешанных капельками хрусталя. Диваны и стулья выполнены в едином дизайне и обтянуты бордовым бархатом. На круглых столиках поменьше и на прямоугольных для небольшой компании – подсвечники на одну свечу. Картину дополняла ненавязчивая растительность в пузатых горшках.

Эх… Раньше и не подумала бы, что моя неуклюжая нога когда-нибудь ступит на узорчатые ковры этого ресторана.

Слезы проступили. Аккуратно стёрла их указательными пальцами, дабы не навредить макияжу.

Есть только одно «но». Где посетители? Обычно, все столики заняты, а за разговорами и смехом гостей едва слышно диктора.

На всякий случай, выглянула за дверь. Невнимательная же я голова!

Fermé

Так гласила табличка. «Закрыто» то есть. Втянула невнимательную голову обратно.

Неужели, этот конкурс настолько серьезен для владельца, если ради его проведения пришлось закрыть ресторан? У скольких страждущих запись сорвалась…

Кстати, раз уж о хозяине речь зашла. Его никогда не показывали. Ни одному, даже самому подлому и скользкому, журналюге до сих пор не удалось сфотографировать его или узнать имя, поэтому личность владельца «Mon Démon» обрастала слухами и домыслами. Кто-то утверждал, что это мужчина. Кто-то, что женщина. В одном журнале я вычитала, что он совсем еще молодой мальчишка, открывший ресторан на средства состоятельных родителей. В другом, что семидесятилетний отшельник-миллионер на старости лет решил воплотить давнюю мечту.

Короче, у меня был реальный шанс познакомиться или хотя бы одним глазком взглянуть на таинственного работодателя Сен-Жермена.

– Добро пожаловать, мадемуазель!

Я аж подскочила, когда тишину в зале нарушил бархатистый мужской голос. Как раз разглядывала подсвечник на одном из столиков, силясь понять, настоящая там свеча или муляж.

Обернулась.

Плывущей походкой ко мне с улыбкой направлялся молодой человек лет двадцати шести. Уложенные русые волосы, коричневый галстук. Белая рубашка заправлена в серые брюки. Посверкивают при ходьбе черные лакированные ботинки.

«Официант», – сразу подумала я.

– Э-э-э… здравствуйте! – протянула руку. Но, резко передумав и посчитав это действо некультурным, спрятала ее за спину.

– Прошу прощения за доставленные неудобства, но сегодня… – начал мужчина. Замолчал, когда его взгляд остановился на моей увесистой сумке. – Вы на конкурс?

– Сегодня я на конкурс! – с улыбкой от уха до уха, громко ответила я. – В смысле… да-да, на конкурс.

Блин…

Постаралась сгладить неловкость, уверенно опершись рукой на столешницу. Плотная белая салфетка, на которой стоял подсвечник, скользнула вниз, опрокидывая вещицу. Попыталась поймать подсвечник в воздухе, наклонилась, въехала подбородком в край стола…

– Мадемуазель! Вы в порядке? – воскликнул официант, сделал широкий шаг ко мне и подставил руки, намереваясь поднять обморочную меня.

Он не учел того факта, что я – сильная русская женщина, а не хрупкая француженка. Раз уж горящие избы и скачущие кони не способны нас остановить, то что уж говорить о легком ушибе?

– В полном! – выпрямившись, откинула прядь рыжих волос с плеча.

– Кхм, – кашлянул мужчина в кулак. – Я – Алекс Энфер. А вы…

– Лина. Нежданчик.

– Лина?..

– Неж-дан-чик, – по слогам произнесла я, но ему всё равно не удалось повторить. – Ай, да ничего страшного. Можно просто Лина.

– Тогда и я просто Алекс.

Мы всё-таки обменялись рукопожатием. Крепкая, теплая рука. Сразу чувствуется – хороший человек, надежный. Зато глубокие карие глаза, густые темные брови и смугловатый оттенок кожи официанта навевали мне невеселые воспоминания о моем бывшем. Он на юге жил, кстати. В солнечном городе под названием Сочи.

– Что ж, пойдемте регистрироваться? – напомнил мужчина о том, зачем я, собственно, и стою здесь, посреди одного из лучших ресторанов Парижа, с травмированным подбородком.

– Да!

Следом за молодым человеком я пересекла зал. У дальней его стены стоял стол, заполненный разложенными папками, бумагами и всякими малопонятными мне документами на французском.

– Вот небольшая анкета, – протянули мне листочек и ручку. – Долго можете не думать. Некоторые вопросы сугубо формальные.

Кивнув, нагнулась над столом и принялась заполнять поля. Рука немного дрожала, поэтому буквы выводились корявые, скакали по строчкам и делали всё, что им вздумается.

– А кто будет это читать? – жалобно подняла глаза на Алекса.

– Я, – изогнул он бровь.

– Ну, тогда не страшно…

– …и Жан Сен-Жермен.

Ручка замерла над очередным полем.

– Тогда… можно мне чистую анкету? – вновь задрала голову. – Пожалуйста?

Пожав плечами, парижанин вручил мне еще одну анкету. А потом еще одну. И еще. Только в четвертый раз я более-менее была удовлетворена качеством ее заполнения.

– Извините за такой вопрос, может, неуместный, – выпрямилась я, разминая натруженные пальцы, – но зачем вашему ресторану нужен этот конкурс? К вам и без того любой повар, которого попросите, работать устроится. Не совсем понимаю.

– Мы ищем особенного повара, – лаконично ответил мужчина.

– Особенного в смысле… талантливого?

– Талант не всегда имеет первостепенное значение.

– Э-э-э… а ресторан закрыт из-за конкурса?

– Нет. Просто у шефа сегодня выходной.

Несколько секунд переваривала услышанное.

Ну да, сегодня суббота. Но прежде никогда не слышала, чтобы рестораны по субботам не работали. Выходные – это же самое ходовое время для всех увеселительных заведений.

– Значит, второго шефа тут нет?

– Нет. Без Жана мы работать не можем.

– Обалдеть… – на великом и могучем выразила я свое искреннее удивление. Ой, как некультурно! Постаралась тут же исправиться. – Всегда знала, что этот шеф – один на миллион. А с каким упоением я все передачи смотрела, в которых кухню «Mon Démon» показывали…

– Так это вы! – неожиданно воскликнул официант. – Вы прислали нам эссе на десять страниц. Жан был от него в восторге!

– Правда?!

– Еще бы! – глаза шатена засияли. – Столько эмоций… Он неделю не ел после прочтения.

– Неделю?!

– Я… в том смысле, что он был настолько потрясён прочитанным, что даже аппетит пропал. Ненадолго. Не на неделю, нет. Это я преувеличил.

– А-а-а…

– Ну, на сегодня мы приготовления закончили, – принялся молодой человек поспешно сгребать документы в охапку. – Начало конкурса завтра в десять часов утра. Адрес гостиницы знаете? Ну и хорошо, – выдохнул он после моего кивка. – Тогда встретимся завтра. До свидания.

– До свидания.

Я уже развернулась, чтобы уйти. Сделала несколько шагов по направлению к двери.

– Алекс? – обернулась.

– Да?

– У вас глаза… добрые.

Ну вот не удержалась я. Не удержалась и всё тут. Чем мне бывший-то мой приглянулся? Точно такими же глазами, один-в-один. Изменил, правда, говнюк, но глаза же в этом не виноваты.

– Спасибо, – расплылись губы официанта в теплой улыбке.

Когда вышла из ресторана, часы показывали половину первого. Выходит, у меня до вечера в запасе еще уйма времени, чтобы насладиться прогулками по Парижу. С гордостью венчала себя оптимистом, но даже если проиграю в конкурсе завтра, сегодня успею провести один день на сто баллов. И ни баллом меньше!

Доехав на такси до гостиницы, оставила в своем номере тяжелую сумку с вещами и уже налегке отправилась покорять улицы города любви.

Сперва заскочила в сувенирную лавку и набрала для мамы с бабулей всяких прикольных сувениров. Магнитиков, брелочков с Эйфелевой башней в миниатюре, кружек с надписью «Я люблю Париж». Бренча всей этой ерундой (как недальновидно с моей стороны) села на метро и поехала в Лувр. Да, семнадцать евро за билет – дорогое удовольствие, но я готова была потратить на него часть своих честно заработанных грошей.

…если бы доехала до пункта назначения, а не вышла на непонятной станции и не очутилась в какой-то заднице. Ну да ладно. Где наша не пропадала? Отдалила карту, нашла ошибку в расчетах и поехала обратно.

В общем, это был довольно долгий день. Пожалуй, самый долгий и насыщенный день в моей жизни. Будет, что дома рассказать и показать.

До собора Парижской Богоматери так и не добралась. Оставим на потом.

Зато на потом я никак не могла оставить посещение книжного магазина, пройдясь мимо витрины которого и обнаружив на ней книгу с рецептами от шефа Сен-Жермена в оригинале. По стоимости она обошлась мне дороже билета в Лувр, но однозначно стоила своих денег. Такая большая, яркая, затянутая в прозрачную пленку. Даже открывать не буду. На полочку поставлю. Любоваться.

Ноги гудели, когда вернулась в гостиницу и, не разуваясь, плюхнулась на кровать. Брякнули сувениры друг о дружку в сумке-шоппере и мои натруженные кости.

Поверить не могу, что завтра, меньше, чем через двадцать четыре часа, я наконец-то встречусь со знаменитым шефом лицом к лицу!

Подтянула к себе подушку, уткнулась в нее лицом, и немножечко поистерила.

Так и не решила до сих пор, что мне в Сен-Жермене нравится больше – обаяние или профессионализм. Наверное, и то, и другое в равной степени. Нет, я просто обязана выиграть этот конкурс и остаться здесь! Не постараюсь завтра – и тогда всю жизнь буду жалеть об упущенных возможностях.

Взяла себя в руки, открыла дорожную сумку, достала из нее пару книг по технологии приготовления. На случай, если на конкурсе вопросы задавать будут каверзные. Затем разделась наконец-то, вернулась на кровать и приступила к «увлекательному» чтению. Систематически позёвывала каждую пару минут (точное время не засекала), а потом вообще вырубилась.

Вот так я провела свой первый день в Париже. Вам тоже советую посетить. Увидите – обалдеете. Честно говорю.

Надо же, у дверей в ресторан объявилась аж за полчаса до начала конкурса. Сильно боялась опоздать, но еще сильнее мечтала воочию увидеть шефа. Ладошки вспотели от волнения и предвкушения. Вытерла их об джинсы, еще некоторое время потопталась на месте и наконец-то вошла.

Похоже, посетители не предвидятся и сегодня. Об этом говорила не только табличка на двери, но и полупустой зал. Все, кто хаотично расселись за столики, не напоминали собой типичных и платежеспособных клиентов «Mon Démon». Скорее, таких же, как я – окрыленных мечтой, поваров из глубинки.

Это навело меня на странные мысли. Выходит, профессионализм для пятизвездочного ресторана и впрямь не так важен. Учитывая, какой у него рейтинг, поверить в такие вещи было трудно.

– Здравствуйте! – поприветствовала я компанию собравшихся и махнула рукой, однако меня окатили настолько пугающе-неестественными взглядами, что руку тут же опустила.

Знаете, даже с конкурентами на столь хорошее вакантное место можно вести себя более уважительно.

Хмыкнув и скрестив руки на груди, уселась за ближайший столик. Взяла в руки меню и принялась делать вид, будто внимательно его изучаю. На самом деле, не понимала почти ни слова. Продвинутый уровень французского языка, как оказалось, вовсе не подразумевал под собой изучение деликатесов местной кухни. Проигрываю еще до начала конкурса. Такой себе старт.

О! «Эскарго» написано. Это улитки. Хоть что-то знакомое.

– Дорогие участники! – Голос вчерашнего официанта отвлек меня от созерцания витиеватых букв. – Раз уж все уже собрались, прошу проследовать за мной.

Все… собрались?

Я еще раз внимательно окинула взглядом зал.

Нас так мало? Это ж сколько эссе они отсеяли? Несколько сотен, если не тысяч, судя по популярности заведения и Сен-Жермена в частности. Могу ли считать себя особенной или стоит немного подождать с выводами?

Сначала всех участников поделили на две раздевалки – мужскую и женскую, соответственно. Каждому выдали стандартный набор одежды – белый китель, однотонные штаны и ботиночки с железными вставками.

Прям размер в размер угадали, поразительно! Ах да, я же в анкете его указывала… Но всё равно класс! Ботинки, правда, тяжеловаты оказались. Если целый день в них по кухне скакать, под конец смены ноги за собой волочить будешь. Всё равно ничтожная плата за возможность скакать в них по кухне ресторана «Mon Démon».

Раздевалку со мной делили еще четыре девушки. Нервные какие-то, неразговорчивые от слова «совсем». То ли французский не понимают, то ли мой русский юмор. То ли ни того, ни другого. Ладно. Раз уж у нас такая серьезная конкуренция, вольюсь в общее настроение коллектива. Никаких подсказок от меня во время конкурса не получите, вот так-то.

В коридор вышла, скорчив решительную мину. Алекс ожидал нас там. Улыбнулась ему, он, недолго подумав – мне. Кстати, его должность ведь – всего лишь мои домыслы. Может, узнать наверняка?

– Вы – официант? – так и спросила напрямик. А чего смущаться? Не голышом ведь перед ним стою.

– Я… выполняю множество функций, – уклончиво ответили мне.

– Например?

– Менеджер, официант, – начал перечислять мужчина, подняв глаза к потолку, – бухгалтер…

– Я вас сейчас поимею во все дыхательные и пихательные! – раздался громогласный крик откуда-то из глубины. – Еще хоть раз увижу эту кастрюлю в таком виде – будешь носить ее на башке вместо сеточки!

Официант, а по совместительству менеджер, бухгалтер и кто-то еще, моментально изменился в лице. На лбу пролегли морщинки. Сдвинулись брови, заиграли желваки, губы стянулись в тонкую ниточку.

Вот это перевоплощение… Атмосфера вокруг нас похолодела почти осязаемо.

– Пойдемте, – бросил нам Алекс через плечо и спешно зашагал в конец коридора. К двери с окном-иллюминатором, в котором сновали туда-сюда люди в белом. Повара, наверное, если дверь эта вела на кухню.

А вела она… на кухню! И картина перед нами открылась просто неописуемая. Мне на самом деле трудно было бы ее описать, но для вас постараюсь.

В центре просторной кухни на длинном столе стояла кастрюля литров под тридцать, от самого дна и до крышки заляпанная какой-то густой малиновой субстанцией. Одного из поваров настойчиво тыкали в эту кастрюлю носом, другие в панике носились по кухне, распихивая грязную посуду по углам и надеясь избежать праведного гнева… шефа Сен-Жермена. Именно он тыкал бедолагу об крышку кастрюли с характерным звоном.

Я сразу узнала его. Этот человек смотрел на меня с экрана телевизора, с фотографий из статей в интернете, с книги рецептов, которую я приобрела накануне. Темно-русые слегка вьющиеся волосы, ярко-голубые глаза, острый нос, легкая мужественная щетинка…

– Здравствуйте! – не удержавшись, выглянула из-за спины Алекса и помахала долгожданному шефу ручкой.

А что? Думали, мяться буду, смущаться и слова даже не пикну? Вот еще что. Говорила же, что шанс – один на миллион. Пользоваться такими шансами надо сразу же, а не ждать у моря погоды.

Скользнув по нашей тусовке ироничным взглядом, мужчина шумно вздохнул. Отпустил нашкодившего повара с миром. Паренёк тут же стал частью коллективной панической атаки.

– Конкурсанты? – вопросительно изогнулась бровь шефа.

– Да, – серьезно ответил ему менеджер, официант и бухгалтер в одном флаконе.

– Что ж… тогда я хочу, чтобы они с самого порога усвоили одну элементарную вещь. – Морозные глаза кулинара задержались на мне. – Это не кухня ресторана «Mon Démon». Это кухня шефа Сен-Жермена.

У-у-у, как сказал! Аж мурашки пробежали по коже.

Прикусила губу, втянула воздух, раздувая ноздри.

Самый сексуальный в мире мужчина именно таким, каким я себе его представляла. Он излучал ту самую энергетику, о которой ведут речь на женских форумах, обсуждая всяких там Винов Дизелей, Леонардов Ди Каприев и Джастинов Тимберлейков. Красив, остроумен и потрясающе готовит – вот он! Мужчина моей мечты… Может, я делала поспешные выводы. Кто знает? Но когда живое воплощение легенды стоит перед тобой и смотрит в твои глаза, не отрываясь…

– Ты, – шеф ткнул в мою сторону пальцем.

– Я? – приложила ручку к груди.

– Да, ты. Сходи и купи мне латте.

– Латте?..

– Латте! Не глухая, вроде. Не знаешь, что такое латте? Там через дорогу автомат. Берешь один евро, суёшь в дырку… дальше рассказывать?

– А сами вы евро в дырку засунуть не можете? – опешила от подобного отношения.

– Если я отсюда уйду, то не захочу возвращаться. Ни к этим мерзавцам, ни к вам – мерзавцам еще большим. Я понятно объясняю?

– Нет, – прищурилась.

– Прекрасно, – мелькнула на лице шефа приторная улыбка. – Как раз хотел немного перекусить.

– Та-а-ак! – прикрыл меня собой официант, раскинув руки. – Я сам куплю тебе латте. Введи пока наших участников в курс дела.

Сен-Жермен раздраженно фыркнул, покачав головой. Мол, не ходи никуда. Просто на нервы действовать люблю. Так вот, каков на самом деле мужчина моей мечты. Печально, печально… Однако мало таких мужиков, которых исправить невозможно. Буду наивно верить, что шеф – не из их числа.

– Раз уж я сегодня без латте…

– Могли бы и нормально попросить, – буркнула себе под нос.

– …значит, на моей кухне будет особенно жарко. А перед вами стоит лишь одна задача, и эта задача – удивить меня. В вашем распоряжении будет всё. Мои работники, приборы, посуда, ингредиенты.

Ну, так это вообще брехня. Мне и меню ресторана знать не обязательно. Приготовлю что-нибудь такое, что получается у меня лучше всего.

– У вас в запасе час.

– Чего?! – хором воскликнули пораженные участники, и я в том же числе.

– Время пошло. Гарри!.. – крикнул шеф тому самому пареньку, которого не так давно бил лобешником об грязную кастрюлю, – или как там тебя? Забываю постоянно… Засекай!

Не прошло и секунды, как участники конкурса муравьями рассредоточились по кухне. Захлопали дверцами холодильников, шкафов, забренчали посудой. Одна я в непонятках чесала репу подле Алекса, не веря своим ушам.

Час на то, чтобы приготовить блюдо, которое придется по душе лучшему кулинару в мире? Это что-то новенькое. И что-то… совсем невозможное. Не то, конечно же, время, чтобы опускать руки, но…

Ладно. Думать буду потом, а сейчас – за дело!

Закатала рукава поварского кителя, расправила плечи навстречу своей мечте и отправилась на поиски всего необходимого.

Работники кухни замерли в ожидании. Никто не просил их о помощи, да и они, собственно, не стремились ее оказывать. Официант как стоял у дверей, так там и остался. Сен-Жермен вальяжно облокотился  на ближайшую к дверям столешницу, скрестил руки на груди.

Все так расслаблены. Кроме нас, конкурсантов.

Большую часть продуктов уже растаскали. С посудой тоже было негусто. Тащить кастрюлю под сорок литров ради того, чтобы приготовить одну-две порции? Да и выкипит всё. Моргнуть не успеешь. Хм…

– Девчуля, – внезапно подкралась ко мне одна из поварих. В возрасте уже. Пышные поседевшие кудри обрамляли ее округлое лицо. – Шеф-то вас о чем попросил?

– Удивить его, – задумчиво ответила я.

Но никаких подсказок не последовало. Мимо прошла и принялась какими-то своими делами заниматься.

Или же это и была подсказка? Удивить его…

Еще раз внимательно присмотрелась к кухне. Соперники пытаются отвоевать друг у друга плиту. Сен-Жермен потягивается и улыбается как сытый кот. На в столе в центре – кастрюля измазанная.

Ага! Поняла.

Щелкнув пальцами, забила на готовку и понеслась за щетками, чистящими средствами и тряпками. Уже через несколько минут тридцатилитровая кастрюлька сияла в свете встроенных потолочных светильников.

Кинула быстрый взгляд на шефа. Он уже с интересом наблюдал за мной, потирая подбородок двумя пальцами. Чистюля. Вот она – слабость гениального кулинара. Грязь!

Я отважно драила каждое пятнышко, попадавшееся мне на глаза. Скорее всего, Сен-Жермен не последний покидает кухню, чем и пользуются дежурные повара, не особо заботясь о приведении рабочего места в надлежащий порядок.

Ну, если мне эта хитрость не поможет, то ничего не поможет. Вкусные запахи заполонили кухню, а я вот ничегошеньки не приготовила.

Зато Париж посмотрела! Красивый город. Вернуться бы сюда еще раз, уже с мамой и бабулей.

Когда жирные пятна, разводы и застывшие разноцветные капли от соусов начали уже мерещиться, пришло время подвести итоги.

– Время вышло, – громогласно оповестил шеф и звонко хлопнул в ладоши. – Каковы же успехи?

Мои успехи оставляли желать лучшего, а потому мужчина обратил внимание на остальных конкурсантов. Наскоро приготовленные блюда расставили вдоль центрального стола. Даже по лицам некоторых бедолаг было ясно, что с задачей мои соперники не справились.

Шеф отведал блюдо из первой тарелки. Что-то отдаленно напоминавшее тыквенный суп-пюре со специями и зеленью.

– Пресно, – авторитетно заявил Сен-Жермен.

Ризотто с морепродуктами из второй тарелки.

– Резина.

И таким же образом знаменитый кулинар в пух и прах разносил нежные мечты всех, кто надеялся хоть на какую-то похвалу.

– Недоварено, пережарено, некрасиво, невкусно, несъедобно…

Ему достаточно было ложку попробовать или кусочек на вилку нанизать, чтобы сделать вывод о стряпне. Не кажется ли вам, шеф, что вы немного перебарщиваете?

Когда очередь дошла до меня, я улыбнулась и пожала плечами. Мол, вы и так видели, что блеснуть своими кулинарными талантами мне не удалось.

Окончательный вердикт Жан Сен-Жермен вынес не сразу. Вновь потомил нас ожиданием, навернув парочку кругов по кухне. Затем встал напротив стола, широко расставив ноги.

– Поздравляю! – Лица конкурсантов на мгновение осветил лучик надежды. – Не прошел никто! – И все участники снова поникли.

Что ж. Весь этот конкурс с самого начала выглядел каким-то бутафорским. Эссе написано много, участников мало. Билеты в оба конца полностью оплачены «Mon Démon». Гостиница тоже была предварительно забронирована и оплачена. Ну а шеф… Он, как по мне, вообще никакого интереса к происходящему не проявлял. В общем, создавалось впечатление, что победителей быть не должно. А потому я не настолько сильно расстроилась, как могла бы.

– Не прошел никто, – отчетливо повторил мужчина, словно упиваясь своим превосходством. – Кроме нее, – и ткнул в мою сторону пальцем.

– Чё?

Я аж в осадок выпала от такого поворота событий. Проигравшие все, как один, повернули голову ко мне. Даже официант, который менеджер и бухгалтер по совместительству, натянуто улыбнулся и, приблизившись к шефу, настойчиво потянул его за плечо.

– Встали-то чего? – гаркнул Жан, параллельно отбиваясь от настырного Алекса. – Все свободны. Приглашение особое нужно? А вот ты теперь занята, – пронзительный взгляд Сен-Жермена вновь остановился на мне, стоило шаг сделать. – Знаешь, что это значит?

– Мне оставаться на кухне? – скромно предположила я.

– Я всё еще не вижу стаканчик с латте в своей руке, поэтому нет.

Насупилась, однако больше перечить не стала. Для меня и так сделали исключение, и латте – сравнительно небольшая плата за право работать на кухне «Mon Démon».

Заглянула в раздевалку за кошельком, выслушав нелестные замечания женщин в свой адрес. А правда ли, что в этом нелегком противостоянии мне помогли чистые кастрюли? И не подписалась ли я на должность местной посудомойки?

Вышла на улицу. Автомат с горячими напитками заметила сразу, у магазинчика напротив. Быстренько перебежала через дорогу, изучила ассортимент.

И сдался ему этот латте! Вон тут сколько всего интересного. И моккачино ореховый, и амаретто, и… горячий шоколад.

Эх, горячий шоколад навевал мне особенные воспоминания о доме. У нас всего один кофейный аппарат на весь поселок стоит у железнодорожного вокзала. Приезжаешь с работы на электричке, кидаешь тридцать пять рублей и получаешь целый стакан ароматного горячего напитка. Если зимой, то особенно уютно чесать домой по хрустящему снегу с дымящимся стаканчиком в руках. Тепло и вкусно. Лучшее лекарство от усталости, накопившейся за день.

Может, и у шефа что-то особенное связано именно с латте. Не буду рисковать и возьму, что попросили. Вернее, то, что меня приказали взять.

Бросила монетку номиналом один евро, нажала на кнопку.

И всё-таки еще слишком рано делать выводы. Чуть больше часа его знаю. Тяжелые дни бывают у каждого. Все мы люди, правда ведь?

Громким сигналом автомат оповестил меня о том, что латте готово к употреблению и спасибо за покупку.

Отлично. Я тоже готова к разбору полетов относительно моего положения в ресторане «Mon Démon».

Уже собираюсь уходить, но обернулась, услыхав звон.

Твою ж налево…

Из автомата в отсек для возврата денег выпал один евро. Глянула на ценники рядом с кнопочкой. Цена латте  – один евро. Вот так удача, вот так повезло! Угораздило же его сломаться именно сейчас!

Спрятала монетку в карман и, хихикая, перешла через дорогу.

Ваш кофе, многоуважаемый шеф, стоил мне только моих нервов.

Бывшие конкурсанты потихоньку покидали заведение. Вымотанные, расстроенные. Лично я понять всё еще не могла, как мне правильно реагировать на неожиданный выпад со стороны Сен-Жермена. Подвох есть. Чувствую его. Вот пятой точкой чувствую. Один взгляд на хитрую физиономию этого мужчины – и понимаешь, что попал. Или попала. Но в данном случае – я.

С теплым стаканчиком вошла в ресторан.

Тут стало еще тише, чем раньше. Не зная иных путей, направилась в коридор для персонала. Раздевалки, кухня… В противоположной стороне, скорее всего, остальные административные помещения. Интересно, у Алекса два кабинета, раз уж он так лихо совмещает, или один?

– Нет! – приглушенный крик самого совмещающего раздался из глубины по левую сторону. – Не можем!

– Ха-ха, – веселый смех Сен-Жермена оттуда же. – Сам заводить человека не хочешь и мне не даешь!

Удивленно захлопала глазами.

– Кого-кого заводить?..

Глянула по сторонам, убеждаясь, что никто меня не засечёт. Наверняка быть уверенной в этом нельзя, но рискнула. Любопытство оказалось сильнее. Ага, то самое – природное женское.

Удерживая стаканчик с латте двумя пальцами, на цыпочках поспешила занять наилучшую позицию для стратегического подслушивания. Неплохо звучит.

– Человека завести?! Ты серьезно, Жеман?

Же… кто? Это настоящее имя шефа? Готовит, значит, под псевдонимом? А может, на самом деле он преступник в бегах и страстный кулинар при этом? Таинственная биография Сен-Жермена обрастает новыми подробностями. Романтичными.

– Вашсочство, откройте окно.

– Зачем?

– Чтобы весь район был в курсе, что вы людей не заводите. Пусть не боятся с вами в одном лифте ехать.

Э-э-э?..

Дверь кабинета распахнулась.

– О, латте. Наконец-то. – Выдернув стаканчик из моих пальцев, мужчина, похоже, нисколько не удивился, встретив меня здесь.

– Ваше Высочество? – вопросительно вскинула бровь. – Вы там в ролевые игры играете, что ли?

– Хочешь присоединиться? – отпив немного, шеф слизнул с губ молочную пенку.

– Пока не решила.

– Жаль, жаль…

Он удалился дальше по коридору, не спеша и с особым наслаждением потягивая свой кофе. А я осталась. Напротив восседавшего за письменным столом Алекса. Официант… или кто он вообще?!.. буравил меня карими глазами моего бывшего, периодически вздыхая и нервно постукивая пальцами по поверхности стола.

Я заговорить почему-то не решалась. А он почему-то не решался попросить меня идти туда, куда шла, и не вмешиваться в дела, которые меня не касаются.

Хотя, с каких таких фигов они меня не касаются?

– Так принята я на стажировку или нет? – уперла руки в бока. – Если шефу свой человек нужен, то без проблем. Выдайте мне камеру портативную, рацию. Или это только между вами, а? Ваше Высочество?

– Кхм, – кашлянул мужчина в кулак. – Присядете?

Ну, раз уж приглашают. Чего бы и не присесть?

Переступила порог кабинета в зелено-коричневых тонах. Дерево, кожа. Запах роскоши. Теперь я окончательно потерялась во мнимых и реальных должностях этого человека.

Ты кто таков, дядя?

– Лина…

Он запомнил мое имя. Прогресс!

– Дело в том, что наш кулинарный конкурс… он изначально…

– Та-а-ак?..

– Изначально не подразумевал победителей.

– Я уже догадалась, – подивилась собственной проницательности.

– Но мой единственный шеф и дорогой друг настаивает на том, чтобы вы остались.

А Сен-Жермен не такой уж вредина, каким показался на первый взгляд.

Стоп!

– Ваш шеф? Но вы же официант, менеджер, бухгалтер…

– …и владелец «Mon Démon» – Алекс Энфер.

– Ох, Ва-а-аше Высочество, – склонила непутевую голову на полном серьезе.

– Пожалуйста, просто Алекс, – затеребил мужчина кончик галстука. – О чем это мы?

– Обо мне, – напомнила я.

– Ах да. Я позволю вам пройти стажировку. Более того – она будет хорошо оплачиваться. Предоставлю жилье, организую доставку готовых блюд на дом.

– Звучит классно. Расскажете, в чем подвох?

– На кухне вы работать не будете.

Настолько обалдела, что даже прокомментировать столь пугающее заявление не смогла. Просто уставилась на Алекса, приоткрыв рот. Он – на меня, поджав нижнюю губу. Я первая нарушила молчание, озвучив резонный вопрос:

– Тогда где?

– В зале.

– Но почему?! – не удержавшись, вскочила со стула. Уперлась руками в стол, наклонилась к мужчине. Он опасливо отодвинулся. – Вы многого не видели. Я хороший повар!

– Дело не в этом... – отвел взгляд шатен и поморщился.

– Если не уверены, могу только помогать. На крайняк. Уж капусту с помидорами порезать доверите? Смысл во всем этом, если мне на кухню нельзя?

– Понимаете… у Жана есть свои секреты, которые он не стал бы раскрывать перед новоиспеченным работником. Первое время лучше поработать в зале, освоиться… А там, глядишь, и кухня.

– Обещаете, что кухня? – прищурившись, я настолько приблизилась к владельцу, что услышала, как он сглотнул слюну. – Вы чего-то явно не договариваете мне, Алекс Энфер. Теневой бизнес? Глобальная афера? Нетрадиционная… ориентация?

Поздно осознала, что перегибаю палку.

 – Извините от всей души. Перенервничала, – искренне попросила прощения и вернулась на стул. – Зал, значит? Никогда раньше не работала в зале.

– Это не сложно, – мягко улыбнулся мужчина, и я сильно подивилась его выдержке. Меня в принципе терпеть сложно, если разойдусь. – Ресторан открывается в семь утра. Лучше прийти немного пораньше, чтобы переодеться и подготовить всё к приходу посетителей. Я помогу, – кивнул он. – Поверьте, работа в зале может быть такой же интересной, как и на кухне.

– Я, конечно, сомневаюсь. Но раз вы так настаиваете…

Мда. Еще неизвестно, выиграла я в этом конкурсе, или же проиграла сильнее всех остальных. Победить в одной битве, чтобы тут же слиться во второй. Теперь мне однозначно придется заучивать меню из неизвестных мне блюд наизусть.

Алекс же расслабленно откинулся на спинку кресла. Выдохнул. Для него эта битва тоже не прошла бесследно. Неужели, так яростно секреты шефа охраняет? Что-то тут не складывается.

Покинув ресторан, не упустила возможности полакомиться горячим шоколадом. Почти так же вкусно, как дома. Расстроило одно – в этот раз монетку номиналом один евро аппарат не выплюнул.

Чтобы добраться до «Mon Démon» к семи часам утра, вставать пришлось в пять. Умыться, одеться, накраситься, клюя при этом носом и не в полной мере сознавая происходящее.

Полночи уснуть не могла. Такое ощущение, что звонок будильника раздался, как только глаза прикрыла. Тяжелый будет денёк. Очень.

До нового места работы рванула на такси.

Уснула в такси.

Шоферу едва удалось привести меня в чувства, чтобы оплатила поездку, и вот, кроваво-красная вывеска смотрит на меня свысока. Я – на неё. Зевнула.

Мой первый рабочий день на новом месте. Плавать в полудрёме нельзя, уж тем более по залу.

Похлопала себя по щекам.

Ну, почапали. Чем быстрее начну, тем скорее пойму, насколько серьезно влипла.

Судя по картине, которую мне удалось лицезреть уже с порога, между Жаном и Алексом назревала очередная война. Или же предыдущая еще не завершилась миром. Более того – их говор мало чем напоминал французский. Пока они оба не заткнулись и не обратили на меня внимание, я силилась понять хотя бы слово из этой тарабарщины. Не получилось. Что-то рычаще-шипящее.

Польский? Финский?

Суа…хили?

Сен-Жермен улыбнулся, двинулся в мою сторону. Не понравилась мне эта улыбка и вот эта его прыть не понравилась тоже. Шаг назад, еще один. Уперлась спиной в закрытую дверь, а руки шефа – по бокам от моей головы.

– Сделаешь мне приятно? – прошептал мужчина, нагнувшись ко мне. Близко-близко. Аж дыхание его теплое ощутила на коже.

Приятно? Уже? Сейчас? А как же цветочно-конфетный период? Я ж не на улице себя нашла, в самом деле! И еще там вот Алекс на нас смотрит. Обстановка, короче говоря, не то чтобы не располагающая, но…

– Латте, – добавил шеф.

Мои брови медленно поползли вверх.

– Латте, – повторил он. – Просто сделай мне латте.

И ушел, махнув другу и шефу на прощание.

Эй, почему я чувствую себя так, будто мне пощечину влепили?

Пришлось чапать к кофейному автомату и проделывать с ним те же операции, что и вчера. Даже монетка выпала снова. Может, только кнопка латте сломана? Всё равно это не объясняет того факта, почему шеф так сильно от него тащится.

А ну, дай-ка я попробую.

Поднесла наполненный до краев стаканчик к губам, отхлебнула. Посмаковала вкус.

Кофе как кофе. Не мерзкий, но и не так, чтобы очень хорош. На троечку с плюсом. Уже и не помню, отчего у меня к нему такое дикое отторжение. Вот не нравится и всё тут. Совсем другое дело – горячий шоколад…

Когда вернулась в ресторан, Алекс с порога протянул ко мне руку, забирая стаканчик.

– Я передам, – заверил он, мягко похлопав меня по плечу. Так медленно и аккуратно, словно от хлопка чуть посильнее могла рассыпаться в крошку. – Работа на кухне уже началась. Тебе туда заходить нельзя.

Нельзя. Как категорично. Достаточно просто не показывать мне рецепты, а тут вдруг вообще запрещено появляться. Странный, однако, ресторан, но перечить его владельцу не буду. Надеюсь, со временем мне удастся договориться.

В раздевалке меня ожидал комплект официантки. Платьице коричневое с пышной юбкой чуть выше колен, белый кружевной передник и черные лакированные туфли на невысоком каблуке. Немного пошло, но сойдет. К тому же, задерживаться на этой должности я не планировала.

Уже собиралась выходить в свет, но резко скрутило живот.

Вспомнила, за что терпеть не могу латте. Одного глотка достаточно, чтобы… ну, вы поняли! И нафига заливать в эспрессо так много молока? Явно какой-то чёрт придумал столь дьявольский рецепт!

К моему превеликому счастью, в раздевалке был туалет, и я пулей припустила туда.

В первый же рабочий день так лохануться! На это способна только я. Не раз мне говорили, что фамилию свою оправдываю полностью.

Стук в дверь раздался через несколько минут.

Ох, нет! Так. Спокойно. Соберись, тряпка!

– Лина? Мы открываемся с минуты на минуту! – Приглушенный голос Алекса намекал на то, что в раздевалку мужчина не зашел. Это радовало. Не радовало мое положение в настоящий момент. – Вы скоро? Вам… вам не нравится форма?

– Форма – зашибись! – весело ответила я, мотая бумагу. – Надо собраться с мыслями!

– Понял!

Ничего вы не поняли, Алекс Энфер. Всё намного хуже, чем вы думаете.

И никакого больше латте!

На разрешение каверзной ситуации у меня ушло минут десять. Может, чуть больше, потому что я никак не решалась покинуть раздевалку. Ходила из одного угла в другой, пыталась визуализировать в голове набитый битком зал «Mon Démon» и пугалась собственного воображения. Как стоять? Что говорить? Ткнет посетитель пальцем в любую строчку меню и спросит: «Это что?», а ему в ответ: «Да фиг его знает. Одну секунду. Я спрошу».

В дверь раздевалки снова настойчиво постучали.

– Лина? Всё в порядке?

– Эх, ну с Богом, – перекрестилась. На всякий случай буду готовиться к худшему.

Побледневшее лицо Алекса встретило меня из-за приоткрытой двери. Глаза лихорадочно скользили по мне, пока не убедились в том, что выгляжу я более-менее сносно.

– Ох, всё хорошо. Я так волновался…

– По поводу?

– Вы же такие хрупкие, – нежно подхватил мужчина мою ручку. – Поскользнетесь, ушибётесь, упадёт кирпич… и всё. Труп!

Удивленно вытянула лицо.

– Кто «мы»? Женщины в смысле?

– Да-да, женщины, – спешно опустил мою руку Алекс.

– А если на мужика кирпич упадет – он выживет? Сексизмом попахивает, знаете ли.

Из зала тем временем раздалось ужасное слово. Настолько ужасное, что у меня волосы на руках дыбом встали. Вот оно, кстати:

– Официант!

– Там полный зал, да? – уточнила я.

– Да.

– Но я ведь справлюсь, да?

– Разумеется, – кивнул шатен. – Ни в коем случае не переживайте. Я всегда на подмоге.

Его слова немного успокоили меня. Чуть-чуть. Всё равно сердце бешено колотилось, а руки дрожали. На ватных ногах вышла из коридора.

О, нет…

Свободных мест не осталось. За каждым столиком люди сидели. Мужчины – в строгих костюмах, женщины – в платьях. В ноздри ударил запах роскоши и хрустящих зеленых купюр. Не самый приятный запах для таких, как я. Мне больше кухня по душе. Лишь там чувствую себя в своей тарелке.

Что ж, поехали.

К первому на очереди столику подошли вместе с Алексом. Заказ принял он, а мне блокнот вручил с ручкой. Записывала названия блюд в силу своих возможностей. Может, неправильно и коряво, но суть была ясна. Шеф догадается.

Вдвоем мы обслужили еще столиков пять и только потом разделились.

Время от времени поглядывала на своего работодателя. Он перехватывал мой взгляд и ободряюще мне улыбался. Я улыбалась в ответ.

А всё оказалось не так страшно, как себе представляла. У страха, как известно, глаза велики.

Поток посетителей казался бесконечным. Компания выходит, компания заходит. Новоприбывших радушно встречает Алекс и провожает к столику. Моя задача – принять заказ и передать его мужчине слово в слово.

Гости не конфликтные. Довольны уже тем, что им удалось посетить «Mon Démon», а мою неуклюжесть и нерасторопность тактично терпели. Один раз даже целый поднос с заказом выронила, переданный мне Алексом. Запаниковала, но мужчина вновь убедил меня ни о чем не переживать. Вручил веник с совком, а сам отправился на кухню дублировать заказ.

Ну а в середине дня произошла неприятность, исход которой заставил меня конкретно усомниться в адекватности хозяина ресторана. Позволю себе заметить, не впервые.

Всё шло своим чередом. Записывала очередной заказ в блокнот, попутно кивая и делая умный вид. Перевернула листочек, а тот, вот зараза, краешком полоснул меня по среднему пальцу.

– Ну, как? Втянулась? – игриво осведомилось начальство, когда подошла к нему заказ продиктовать, на что в ответ я показала свежую царапинку и проступившую на ней микроскопическую капельку крови.

– Порезалась.

Лучше бы молчала. Но кто же знал, что этот человек настолько озабочен безопасностью своих сотрудников? Я бы даже сказала, болезненно озабочен.

– Порезалась?! – воскликнул он так, что весь зал народу обратил головы к нам. – Нет, нет, нет… Только не это. Пойдем! Быстрее пойдем!

– Куда? – тупо спросила я, когда меня схватили за вторую руку и повели вглубь коридора. К кабинету.

– Обработать, продезинфицировать, наложить шину… – тараторил мужчина, как мантру.

– Какую шину? Это всего-то порез небольшой. Сам затянется.

– От кровотечений люди умирают! – безапелляционно заявил мой босс.

– Если вы думаете, что блокнотный листочек способен меня убить, – остановилась, дернув Алекса за руку, – то на кухню мне точно путь заказан.

Вообще, я надеялась, что он прикалывается, но его расширившиеся от страха зрачки и белое, как полотно, лицо говорили об обратном.

– Ладно. Давайте пластырем залепим, – нехотя пошла на компромисс.

Заскочив в кабинет, владелец-универсал принялся обыскивать шкафы и ящики, ругаясь попутно то на французском, то на неизвестном мне языке. Ага, на том самом, на котором они с шефом поутру ругались. Звучало это примерно так:

– Где же эта аптечка дурацкая, сищарим инэ? Ох, мащаала, гребаная аптечка!

Ладно, признаюсь. Все мои начальники были немного с придурью. Взять хотя бы того, который по выходным особенно любил «Покемонов» смотреть. Даже телефон в авиарежим переводил, чтобы не беспокоили. Ему было за сорок. Женат, двое детей.

– Нашел! – победно вскинул Алекс руку с маленькой пластиковой коробочкой. – Давай сюда палец.

– Да я и сама могу замотать.

– Нет, давай сюда!

Вздохнула, протянула палец, на котором давно уже кровь свернулась.

С какой же нежностью мой ненормальный работодатель обернул пресловутую ранку пластырем… Дыхание даже задержал.

По спине пробежали мурашки. Кто ж знал, что один из тупейших моментов моей жизни можно обратить в романтично-интимный?

Взгляды наши снова пересеклись. Насчет глаз не ошиблась – ну прям точь-в-точь, как у бывшего. Располагающие, добрые, честные. Одним словом – святые.

Вот же, собака, взял и изменил! Продолжать ли верить таким глазам?

– Я иногда веду себя странно, да? – скромно улыбнувшись, мужчина отвел взгляд в сторону.

– Например, сейчас, – пожала плечами.

– Извини. Вырос не здесь, и адаптация… непросто идет.

– Ты вырос там, где люди умирают от царапины? Наверное, смертность в том месте очень высокая, – театрально закатила глаза.

– Я вырос там, где… – Не договорил. Закусил губу. – Может, тебе уйти с работы пораньше?

– Это еще почему?

– Потому что я за тебя в ответе. – Опять это испуганное лицо. – И беспокоюсь, что ранение может повлечь последствия.

– Не ты за меня в ответе, а шеф. Раз уж на то пошло.

– Нет, – ткнул себя Алекс в грудь. – Я.

Не помню, в какой момент мы оба перешли на «ты». Вроде бы, начальник и стажер. Субординация соблюдаться должна. Но, тем не менее, его по-детски нелепые замашки сильнее располагали к общению на равных. Да и разница в возрасте у нас небольшая. Всего года три-четыре.

– Послушай, – положила руки мужчине на плечи и успокаивающе погладила. – От одной маленькой царапины ни один человек еще не умирал. Только если с гемофилией. Это когда кровь не сворачивается. У меня гемофилии нет, так что всё нормально.

Алекс глубоко вздохнул.

– Ладно. Но если что, я рядом.

– Знаю.

После странной сцены в кабинете мы продолжили работу в прежнем темпе, а вот мое отношение к владельцу ресторана претерпело некоторые изменения.

Режим работы «Mon Démon» казался бешеным – с семи утра до десяти часов вечера. Под конец дня ноги заплетались, а мозг отказывался переваривать французскую речь. Жуть как захотелось посмотреть какой-нибудь фильм на русском языке, чтобы не забыть родную речь.

В голове не укладывалось, насколько тяжела доля единственного шефа этого заведения. А еще Алекса Энфера – официанта, менеджера, бухгалтера и владельца. Куда более безоблачно работа ресторана выглядела по телевизору, хотя бы подразумевая сменный график. Убедившись, что подобные вещи они не практикуют, стало немного грустно.

Может, и я с катушек поеду через несколько дней. Дожить бы до первого выходного, а там посмотрим, придется ли мне вызывать скорую психиатрическую помощь.

Когда распрощалась с последним посетителем, села на пол прямо там же, где и стояла, вытянув ноги и крепко сжимая в руках блокнот с ручкой. Это послужило для Алекса своеобразным сигналом, что помощь мне нужна уже сейчас.

– Плохо? Голова кружится? – заботливо суетился он, присев передо мной на корточки.

– Скорее от усталости тошнит, – честно призналась я. – Почему нельзя нанять других официантов? Или забрать сюда кого-нибудь из кухни?

– Как бы сказать… – призадумался владелец, подбирая слова. Или размышляя над тем, как бы логичнее соврать. – Для работы здесь подойдет не каждый. А тем, кто работает на кухне, сложно общаться… с людьми.

– Ты здесь беглых зеков укрываешь? – в шутку предположила я, но судя по реакции мужчины, от правды ушла не далеко.

– Нет-нет, ничего такого! – замахал Алекс руками. – Всё официально и по всем законам!

– Всё равно я слишком устала, чтобы разбираться в ваших теневых делишках, – предпочла отложить сложный разговор до лучших времен. – И в том, почему мне на кухню заходить запрещено.

На лице мужчины внезапно отразилось такое болезненное сочувствие, что я вновь задумалась о его психологических проблемах.

– У тебя биполярочки нет, случаем?

– Биполярочки? – переспросил шатен.

– Биполярное расстройство личности. Это когда настроение в любой момент резко меняется. Может, пришла пора задуматься о личном психотерапевте?

Но ответа не последовало, потому что в зал плывущей походкой вошел Сен-Жермен, сразу же переключив наше внимание на себя.

Ну надо же! Какой бодренький после пятнадцатичасовой смены. Это один из тех самых секретов, из-за которых меня на кухню не пускают? Подпишу все необходимые бумаги о неразглашении, лишь бы узнать, в чем причина его волшебной продуктивности.

– Что? Выдохлась уже? – скрестив руки на груди, шеф с усмешкой приблизился к нам. – Ожидаемо от такой, как ты.

– Просто отдохнуть присела.

– Тогда не составит особого труда и латте мне купить? Спасибо, – игриво подмигнули мне. – Буду очень признателен.

Не найдя иного способа выплеснуть раздраженность, заколотила узорчатый ковер кулаками, плотно стиснув зубы.

– М-м-м… – остановившись на полпути, кулинар обернулся ко мне. Причмокнул. – Вкусно.

– Он специально действует мне на нервы?!

– Держи, – словно предупреждая мои дальнейшие возмущения, Алекс протянул мне связку ключей.

– Что это?

– Ключи.

– Да я вижу как бы. От чего?

– От твоей квартиры. Как и обещал. Новое жилье недалеко отсюда, доставка еды на дом. Я забочусь… о своих работниках. – В этот раз его улыбка выглядела натянутой.

– Это я то-о-оже успела заметить, – протянула руку, принимая звякнувшую связку. – И когда переезд.

– Когда захочешь. Хоть завтра. Могу выделить тебе выходной и…

– Нет. – Я уже из принципа не собиралась на его поблажки соглашаться. – Перееду в субботу. Это ведь единственный выходной шефа? И ресторана.

Мужчина кивнул.

– Тогда в субботу. – Кряхтя, поднялась с пола. Ноги гудели.

– Жду завтра.

– До свидания.

Переоделась в раздевалке и выделила еще несколько минут, чтобы заскочить за латте и поставить стаканчик на один из столиков.

Бурная неделька меня ожидает. А ведь она только началась. Конечно, я могла забить и на Алекса, и на Жана. Улететь на родину первым же рейсом и не заморачиваться. Однако если меня всего лишь проверяют на прочность, глупо отказываться от мечты так просто. Сделаю всё, чтобы попасть на лучшую кухню Франции. Всё, чтобы стать кем-то большим, нежели поваром четвертого разряда, окончившим рядовой колледж сервиса и туризма.