Колесо Фортуны

— Дамочка, вы плохо выполняете свою работу! — Простите.

— Почему вы просто не можете написать сценарий за два дня?

Сценарий? Два дня? Да, я сценарист в крупной компании, но почему-то кажется, что только я здесь работаю! Все бегут ко мне с любыми вопросами, будь то работа или личные проблемы.

— Извините.

Я понимала, что не сделала ничего плохого, но если не извинюсь, то останусь без еды. После моих слов женщина успокоилась, присела на мягкий диван, а меня заставила умолять. — Я постараюсь сделать, простите.

— Кому я плачу деньги? — кричала она, демонстрируя свой ужасный характер. — Я плачу деньги, а вы не можете выполнить работу?

— Простите.

Почему я всё время извиняюсь? Мало того, что я стояла перед всеми мокрая, так меня ещё и отчитывают, как маленького ребёнка!

— Хватит извиняться! У вас есть два дня, чтобы завершить работу, — сказав это, она развернулась и ушла.

— Сценарист Чон… — не успев договорить, ко мне подбежал директор.

— Чон Донхва, почему вы ещё здесь? У вас презентация!

— Точно! — схватив нужные документы, я наконец сдвинулась с места.

— Донхва, а переодеться? — крикнула мне вслед коллега.

— Потом! Подготовьте мне документы к следующей презентации.

****

— Здравствуйте, я могу начинать презентацию?

— Да.

Они осмотрели меня с ног до головы и только потом ответили на вопрос. Мой внешний вид отличался от всех девушек в этой компании: тёмные круги под глазами, растрёпанные волосы, мокрая одежда… Если бы мне дали

немного времени, чтобы привести себя в порядок…

Целый час я отвечала на вопросы, показывала презентацию, приводила факты и идеи, а они лишь спросили: «Что с вашей одеждой?»

— Я пролила воду, не успела переодеться, — тихо ответила я, посмотрев на себя.

— Вы должны успевать, мы же успеваем.

Что это за отношение?… Пусть поработают так же, как я, а потом говорят.

— Ли Ён, ты чего здесь делаешь?

— Знал, что ты будешь допоздна, — присев рядом, ответил мужчина моей жизни. — Решил встретить свою мамочку.

— Спасибо большое, — обняв сына, я немного постояла рядом и принялась собирать свои вещи.

— Мам, увольняйся с этой работы, — жалобно посмотрел на меня. — Я не хочу, чтобы ты страдала из-за нас…

— Ён-а, я не страдаю из-за вас. Не говори даже такого.

— Ты найдёшь лучшую работу. Я тебе помогу.

— Было бы всё так легко! — выключая ноутбук, проговорила я про себя. — Нам же нужно на что-то жить. — Закрывая кабинет, мы направились домой.

— Мам, я устроюсь на работу! — он говорил мне об этом всю дорогу.

— Ли Ён, — посмотрев на него, я хотела ответить, но он не дал мне этого сделать.

— Извините, вы не знаете, где находится компания «Saenli»? — неизвестный человек спросил о компании. Я показала ему дорогу. Он молча посмотрел на меня и, когда уходил, крикнул:

— Девушка, берегите себя и своих детей!

Увольняйтесь с работы!

— Ён-а, что происходит? — шёпотом спросила я, глядя на уходящий силуэт.

— Он случайно не хочет взорвать вашу контору? — после долгого молчания вымолвил он это дурацкое предложение.

— Ты чего?! Не говори такого! — фальшиво улыбнувшись, мы продолжили свой путь. — Всё будет нормально!

— Да конечно! — нервно посмеявшись, он придавал мне чуточку страха. — А вообще, тебе даже незнакомый человек говорит: «увольняйся».

— Уволюсь я, но позже.

Вскоре мы пришли домой; благо он был недалеко от компании.

— Мы дома! — дав знать о нашем приходе. Я потихоньку снимала верхнюю одежду. — Как думаешь, они спят?

— Точно нет! — повернув меня в сторону коридора.

Перед нами стояла моя мама. Её тёмные роскошные волосы спадали на плечи. В карих глазах читалась мудрость и нежность, а лёгкая полнота придавала ей особую привлекательность. На её руках уютно устроился маленький Чон До Ён — мой второй годовалый малыш с чёрными волосами, которые казались блестящими от нашего чувства восхищения. Его тёмные глаза смотрели на мир с любопытством и невинностью, а пухлые щёчки манили к себе и вызывали желание обнять и защитить.

— Бабушка, я же говорил, не таскай его! Он тяжёлый! — с заботой, забирая брата с рук.

— Паразит, как ты смеешь кричать на старенькую бабушку? — легонько ударив меня по плечу, ответила она с улыбкой. — Дорогая, твой сын меня не любит, — добавила она, заметив моё недовольство, и тут же обняла меня.

— Мама, мой Ли Ён — самый лучший! — с нежностью обняв маму, я продолжала следить за своими сыновьями, словно боялась потерять их. — Мы ведь справимся? — шёпотом спросила я, направляясь на кухню.

Мы провели время весело: поели, поиграли и, наконец, пришло время спать. Всю ночь я не могла уснуть, размышляя о завтрашнем дне и задавая себе вопросы: «Уйти или остаться?..

— Что случилось? — подойдя к месту, где располагалась компания, спросила я. — Что вообще произошло?

— Взорвали, — произнес парень.

— Как взорвали? — я стояла в полном шоке, в голове мелькал вчерашний разговор с сыном. — Что вообще произошло? — посмотрев на здание, от которого ничего не осталось, спросила я, не понимая, правда это или нет.

— Донхва, ты вчера последняя уходила, ничего подозрительного не видела? — ко мне подошел мой директор.

— А камеры не смотрели? — я не стала сразу говорить про стрщанного мужчину.

— Смотрели, но там ничего нет, — проговорил

тот, скрестив руки. — Все удалили, ничего не осталось…

— Директор, я вчера ушла поздно, за мной пришел мой сын, могу позвонить ему.

— Нет, не нужно, — покачал он головой. — Ты бы не сделала этого, я уверен в тебе.

— Спасибо, — поблагодарив, мы собрали всех, кто работал в компании, для серьезного разговора.

— Многие будут переведены в компанию "Thane Fashion Groups ".

— Thane ? — подумала я про себя. — Почему именно туда? Директор.

— Эта компания сотрудничает с нами, — произнес мужчина, тяжело вздыхая. — Сценарист Чон, Ли, Ким, Хва, вы отправляетесь в "Тейн".

— Почему только мы вчетвером? — крикнули в один голос, не желая мириться с таким решением.

— Ваша работа закончилась тут.

— Зашибись.

— Да знаете что! — почему мы так не хотели в эту компанию? Нутро так и вылезало из нас. Я прикрывала всем рты, чтобы нас точно не вышвырнули и не оставили даже без этой возможности.

— Директор, мы отойдем! — сказав это, я обратила внимание на девушек: одна валялась на полу, вторая билась головой об стол, третья сжимала кулаки, дабы не задушить нашего босса, а я увлеченно смотрела на это всё, уже вытаскивая заветное письмо счастья о расторжении трудового договора.

****

— Девочки, всё будет нормально, — сказала я, усаживая их на стулья в ближайшем магазине. — Госпожа Ким, если ты так будешь продолжать биться головой, то у тебя останется вмятина, — подставив руку.

— Сценарист Чон, ничего уже нормального не будет! — произнесла красноволосая девушка, встав и снова сев. — Девочки, это жопа.

— Хва, успокойся.

— Да ты знаешь, что там происходит? — хлопнув руками по столу.

— Да это лишь слухи, — улыбнувшись, я пыталась успокоить их.

— Слухи?! — тут же втроем крикнули, чуть ли не накинувшись на меня.

— Простите, — я посмотрела на людей в магазинчике. — Заткнитесь уже, нас выгонят скоро!

— Слышала мемчик один: "Бу, испугался? Не бойся!"? — спросила меня Ли. — С этим звуком он будет нас убивать!

— Конечно, я слышала… — а лучше бы не слышала, что мем, что и этот гендиректор, пугают меня. — Вы просто напуганы.

— Гендиректор — мужчина-тиран! Рубит пальцы всем, кто неправильно выполнил работу, увольняет сразу же, кто не справился в установленный срок. А если посмотреть в глаза, то можно увидеть свой страшный сон, боль и обиду всей молодости! Он может убить одним лишь взглядом, словно глава мафии!

— Госпожа Ли Бина, я не думаю, что нужно сравнивать его с мафией, — улыбнувшись, я вытирала холодный пот со лба, прикрыв руками мурашки, которые оставляли след, словно ток. — В мафии тоже есть добрые, возможно, гендиректор один из них.

— Да что ты?

— Почему вы занимаетесь фигнёй? — спросила я, завершая все страшные разговоры. — Взрослые женщины.

— Мы говорим то, что слышали, поэтому я увольняюсь, — нервно посмеявшись. — Пусть мой муж меня кормит.

— Твой муж тебя и так кормит, мы с нашей зарплатой только пончик один купить сможем, — резко выкрикнула Хва.

— Почему ты такая резкая! — чуть ли не плача. — Сценарист Чоон!

— Наш перевод будет точно не скоро, где-то через недельки две или три, так что успокойтесь и не занимайтесь фигнёй! — обняв Ким.

****

— Я дома.

— Мама? — выбежав из комнаты, тут же надевая футболку, спросил у меня Ли Ён. — Почему ты так рано? — шокировано.

— Ты не рад видеть меня? — приподняв бровь. — Или ты не один? — улыбнувшись, я поиграла бровями.

— Рад, конечно, — помогая снять пальто. — Не делай так, тебе не идет, — посмеявшись.

— Ты давай мне тут, не давай! Матери твоей всё идет.

— Да, да, да, я просто ошибся, мать моя.

— Наши где? — шуточки отступили.

— Бабушка с До Ёном уехали, — ему было неприятно говорить об этом, поэтому я продолжила.

— К вашей родной бабушке?

— Наша родная бабушка уехала к своей подруге.

— Почему ты не поехал с ними? — спросила я у него, проходя в зал. — Давно пора налаживать отношения с родными.

— Мама, для меня родные только вы.

— Вдруг, твоя… — я даже не успела договорить.

— Мама, я не хочу ничего слышать об этой женщине! — крикнув, он пошёл на кухню. — Она бросила меня, когда мне было десять лет, а когда вернулась, то снова бросила, оставив еще и До Ёна. И ты думаешь, что я захочу общаться с родственниками этой женщины?

— Хорошо, если ты не хочешь, не нужно, — подойдя к нему, я обняла его.

— Ты хочешь меня отдать им? Я надоел вам?

— Я воспитывала тебя с девяти лет, как ты можешь мне надоесть?

— Прости меня… — наклонив голову, он тихо заплакал, продолжая говорить: "Прости меня, мама".

— Всё, хватит, не реви, — и как только я это сказала, он заплакал ещё сильнее. — Ли Ён, не плачь, всё же хорошо!

— Вы сделали так, как я сказал? — переспросил я, уточняя. — Верно же?

— Да, Господин, — поклонившись. — Сценарист Чон тоже будет в этой команде. Мы позаботились о том, чтобы ей было комфортно.

— Пусть вступают в должность через две недели, сейчас есть кое-какие планы на её счёт, — улыбнувшись, я подумал о ней. Тёмные волосы, красивая до жути улыбка с ямочками, которые завораживают, стоит лишь только увидеть. Карие глаза, показывающие верный путь светлой луны… Но самое главное — это то, какая она… добрая, смелая и смешная? Я хочу оберегать её, не выпускать из своих объятий, никого не подпускать к ней.

— Может, стоит завести следы?

— Не нужно, — проговорил я. — Он сам сдастся.

— Хорошо, Господин, — подойдя к окну. — У вас скоро вечер встречи выпускников, вы не забыли? Ваши друзья будут рады вас увидеть.

— Друзья? — приподняв брови. — Из тех друзей остался лишь один.

— Господин, обещайте, что сходите! Ваша мать мне голову отгрызёт.

— Не парься, схожу, — отметив «дату» на календаре. — Будет одно дельце. ****

— Как съездили? — спросила я у мамы. — Чтото говорили про Тэю?

— Всё хорошо, — уложив До Ёна, мама вышла в зал. — Про неё ничего не говорили, она больше не приезжала.

— Как всегда, ничего не говорят, а потом выясняется, что она была в городе!

— Не кричи, мальчиков разбудишь.

— Мама, мне жалко моих мальчиков, они всю жизнь будут чувствовать себя брошенными! Особенно Ли Ён… — присев на диван, я наклонила голову. — Он плакал сегодня, не желая даже слушать о матери.

— Вот именно, что они твои мальчики и больше ничьи! Балда, — хлопнув её по спине. — Если он не хочет, не навязывай ему это всё! Он наш Ли Ён, и всё.

— Ты права.

— Мы сами вырастим их.

— Мама, я надеюсь на это…

На нашем пути было много трудностей, но, несмотря на них, мы с мамой воспитали малышей достойно. Ли Ёна бросили в десять лет, но воспитывали мы его с девяти, пока мать где-то шаталась. И вот ему уже семнадцать, мне двадцать шесть лет, у меня есть второй ребёнок, а у него родной брат. Я их очень люблю, и я пообещала себе, что воспитаю их достойно!

Жизнь подарила мне лучший подарок…

****

— Ён-а, завтракать, — поцеловав в щёчку, я взъерошила его волосы, но он так и не просыпался. Я сложила руки в трубочку, приложила к уху: — ПРОСЫПАЙСЯ! — крикнула я так громко, насколько возможно. Ладно, шучу, это было негромко, что аж До Ён проснулся.

— ТВОЮ МАТЬ! — выкрикнул парень, упав с кровати.

— Это что за слова такие, а?

— Ты почему не на работе? — поднимаясь обратно на свою кровать. — Уволилась? — так спросил, словно каждый день увольняюсь.

— Ты чего? Не рад? — присев рядом. — Меня переводят в другую компанию.

— Рад я, просто, когда бабушка будит, мне спокойнее как-то, — посмеявшись, он присел рядом. — В какую?

— Теперь ближайшие две недели я буду будить, — получив щелбан, я успокоилась. — За что?

— Мам, ты слышала?

— Что? — осмотрев всю комнату.

— Звук пустой, — ударил ещё раз. — Пусто, — похлопав глазками, как милый ребёнок, но он совсем и не милый! Тиран!

— Бьёшь свою мать? Понятно всё с тобой, — понимающе покачав головой, я встала с места. — Меня переводят в «Thane Fashion Groups ».

— Рука дёрнулась, прости, прости, — сложив руки. — «Thane Fashion Groups »? — его глаза увеличились в размерах. — Разве не там работает тот тиран? Гендиректор который!?

— Так уж и быть, — закатывая глаза, я подтвердила. — Да, там.

— Тебе капец, мамочка, — встав с кровати, он хотел пойти переодеться.

— Стоять! — меня ничего не волновало, кроме увиденного. — Что у тебя на спине? Почему пластырь? — подойдя к нему, Ли Ён пытался отвернуться. — Стой на месте, либо надевай футболку, когда спишь, если не хочешь, чтобы я что-то увидела! — повернув его спиной, я отклеила пластырь, увидев большую для меня рану, которая уже превратилась в рубец, я воскликнула: — Что произошло!?

— Мама…

— Говори, — я никогда так не была раздражена.

— Когда подрабатывал, ящик упал, но рана уже не болит, правда.

— А почему пластырь стоит, если не болит? За дуру меня держишь?

— Иногда болит.

— Учись лучше, а не ищи подработки, — наклеив другой пластырь. — Я вещи погладила, приготовила тебе.

— Я не такой умный, чтобы учиться, — сказав, он пошёл переодеваться. — Спасибо большое.

— Учись, как можешь, я же не говорю тебе учиться на отлично.

— Хорошооо.

— Донхва, вы идёте? — открыв дверь, спросила мама.

— Идём! — разом.

Пока мы завтракали и мило разговаривали, в дверь кто-то постучал.

— Сценарист Чон, срочный разговор! — забегая в дом, я лишь увидела несущуюся, красивую фигуру, в стильной одежде. — Здравствуйте, мама! — подбежав к моей маме, брюнетка приобняла её. — Малышня, приветики! — взяв на руки До Ёна. — Так бы и съела! — поцеловал в щёчку малыша. — С каждым разом мой крестник становится красивее! — отдав До Ёна обратно в руки взрослой женщине, она обняла Ли Ёна и насильно чмокнула в щёку.

— Тётя, у меня после тебя всё лицо в помаде красной! — кое-как вырвавшись, он подошёл к зеркалу.

— Я же не виновата, что ты мне нравишься, — улыбнувшись, брюнетка подошла ближе к Ли Ёну.

— Я понимаю, что я тебе нравлюсь, но Субин, после тебе потом приходится три часа отмывать твою несмываемую помаду!

— Всё, всё, больше так не буду! Теперь буду без помады ходить, — посмеявшись.

— Мама, забери Субин.

— Субин, оставь моего сына в покое, — усадив их за стол. — Что произошло?

— Скоро вечер встречи выпускников, ты пойдёшь?

— Нет.

— Почему? — все разом спросили меня, только маленький мой смотрел на меня и хлопал глазками.

— Мам, сходи, отдохнёшь хоть, — наливая чай своей тётке, которая наболтала то, что не нужно было!

— Отдохну? — переспросив, я закрыла уши До Ёну, сидевшему у меня на коленях. — Там такие мрази, я всю встречу буду на нервах.

— Тогда, не ходи, не надо.

— Дорогая, я бы на твоём месте сходила, там будет Дживон, — чокаясь со всеми, произнесла женщина. Я сама сейчас чокнусь.

— Точно, он же твоя первая любовь, — даже Ли Ён знает об этом…

— Ли Ён, все они давно в прошлом, — выпивая остаток чая, я продолжила кормить До Ёна кашей. — Вон одна до сих пор рядом, её достаточно, — кидая взгляд на Субин.

— Ну давай сходим, ради меня! — взяв за руку. — Пожалуйста!!!

— Если Дживон не придёт, то хорошо.

— Он так и так не придёт, сейчас заграницей.

— Точно?

— Да.

— Тогда, хорошо.

— Оторвёмся, ночью не придём домой!

— Ты что, такое при детях говоришь? Какая я им мать тогда, раз уж домой даже не вернётся?

После моих слов, они почему-то ударили себя по лбу рукой…

— Мама, тебе двадцать шесть лет, тебе не восемьдесят, чтобы дома сидеть, — стукнув об стол. — Я единственный мужик дома, поэтому, хочу, чтобы был ещё один, надоело всю мужскую работу самому делать!

— Он прав! Хватит дома сидеть, ханджа! — крикнула женщина.

— Единственный мой, у тебя До Ён есть ещё.

— Мама, ты неисправима, — покачав головой, брюнет положил грязную посуду в раковину и ушёл к себе в комнату за сумкой. — Я пошёл, — поцеловав трёх женщин и одного малыша в щёчку. — Пока всех расцелуешь, уже не захочется идти куда-то, — вечно ворчит, словно ему все сорок. — У меня две пары, — крикнув, закрыл дверь дома.

— Когда он успел пойти в институт? — задумчиво произнесла Субин.

— Как раз таки в этом году.

— А почему мы до двадцати учились в школе!?

— Дура, он заграницей учился, получив аттестат, он и поступил в институт экстерном, — смахивая слезинку, проговорила я. — Он получает педагогическое образование, — гордости не было предела.

— А говорит, что не такой умный, — пожав плечами, сказала женщина, посмеявшись. — Вы сидите, болтайте, мы пойдём поиграем, — забрав До Ёна, мы остались вдвоём.

— Если бы не деньги, он бы продолжил учиться заграницей…

— Он выучился, получил первое образование, а это главное, — положив руку на плечо. — Ну так что, пойдём? — играя бровями.

— Это точно, — облегчённо вздохнув. — Если там будет Дживон, я возненавижу тебя!

— Почему ты не хочешь его увидеть? — убрав руку, боялась, что отрублю? — Не говори мне, что он тебе так и нравится? — глаза загорелись, увеличились в размерах, а на губах играла лёгкая ухмылка.

— Ну так, чуть-чуть…

— О… шесть лет прошло…

— Да, шесть…

— А твой жених? Ты его не любила?

— Правду говорить? — спросила я. — Не любила, но была с ним.

— Я так и знала, а мне клялась, что любила, — закатывая глаза. — Вы не вместе, значит, так суждено быть. 

— Возможно…

— Зачем ты привела меня в свой магазин? — я лишь обращала внимание на название, оно олицетворяло красоту и ухоженность. — «Shalala».

— Чтобы ты одежду выбрала, завтра вечер встречи! — чуть ли не кричала от радости эта дура.

— Уже завтра? Прошло десять дней? — почесав голову.

— Ты хоть голову мыла? — закрыв глаза, спросила она. — Прошло десять дней!

— Нет, хочу, чтобы ты меня такой запомнила! — распустив волосы, я подошла ближе к ней.

— Ох, мои глаза! — крикнула она. — В парикмахерскую, быстро! — взяв меня за руку, девушка отвела меня в ближайшую парикмахерскую. — Ты не наденешь мои вещи, пока не помоешь голову!

Shalala — магазин одежды.

— Да в твой магазин только я и хожу! Куда ты денешься!

Меня заставили… А потом я и сама захотела короткие волосы. Отрезали, какое же облегчение!

— Девушка, вы прекрасны! — сотрудница не переставала делать комплименты. Красиво уложенные волосы, которые чуть доставали до плеч, сверкали от чистоты.

— Спасибо, — я и сама не могла остановиться смотреть на себя, было ну очень красиво. — Я должна благодарить вас за такую работу!

— Ну что тут? — заходя в салон. — Ух, ёмаё, какая красота…

— Я теперь похожа на человека? — посмотрев на свои отстриженные волосы.

— Да…

После завершения мы отправились в магазин, а затем домой.

— Обязательно надень то, что я тебе выбрала!

— Хорошо, надену.

****

— Ён-а, как тебе? — спросила я. — Мне кажется, не идёт.

— Вау, это очень красиво! С такой стрижкой красиво сочетается, — увидев меня в чёрном платье с вырезом на спине. — Но не слишком длинное? И вырез на спине слишком откровенный, не думаешь?

— Вот насчёт выреза я и боюсь, — присев рядом. — Платье красивое, но мне не нравится, как оно облегает, и этот вырез…

— Смотри, — держа что-то в руках. — Накидка подчеркнёт тебя и платье, а также спрячет вырез.

— О, ты прав, спасибочки.

— Мама, жги сегодня! — одобрил.

— Люблю вас.

Взяв сумку, надев туфли, я вышла из дома.

****

— Дорогая, ты такая красивая! Я в восторге, — открывая дверь машины.

— Ты тоже прекрасна!

Субин была в таком же, но только белом платье и без накидки. Туфли подчёркивали весь образ, а также длину её идеальных ног. Волосы красиво спадали на плечи, обрамляя лицо. Улыбка светила ярче, чем солнце. Она была так рада этой встрече, чего не скажешь обо мне. Мы наконец отправились и вскоре прибыли… — Сними накидку, тебе так больше идёт.

— Я не такая худенькая, как ты, — пока я смотрела на то место, с меня уже стащили накидку. — Ты чего творишь?

— Твои формы прекрасны, — мило говорит, что-то задумала? — Всё человечество должно увидеть твои вишенки и твою эс.

— Вези меня обратно! — закрыв дверь. — Как я с тобой дружу? Дура! — Субин чересчур восхваляла меня.

— Выходи, быстро! — выталкивая меня из машины.

— Ты вытолкнула меня? — сжимая зубы. — Отдай накидку! Иначе убью раньше запланированного убийства!

— Моя госпожа, простите меня!

— Чон Донхва, Пак Субин, вы пришли?! — подойдя к нам, радостно проговорила девушка. — Как же рада вас видеть! — обнимая нас.

— Привет, Ина, — приобняв её в ответ.

— Все собираются в зале, давайте зайдём! — улыбчиво завела нас в зал.

— Какая красота, — осматривая зал, нас привлекали стены, украшенные цветами и узорами, как в романе, написанном мною. Это и удивило меня очень сильно.

— Этот зал забронировал Ли Дживон, естественно, он будет красивым, — усадив нас за наш столик.

— К… кто? — не поверите, глаза взлетели до потолка.

— Ли Дживон, наш одноклассник.

— Не помнишь меня? — подойдя к нам. — Как же так?

Перед нами стоял высокий парень в красивом чёрном смокинге, который ужасно подходил ему. Его улыбка нравилась всем, даже сейчас она показывала то, чего быть не может, словно проход в другой мир. Карие глаза, похожие на полумесяц, указывали похотливую дорогу, а брови помогали им. Губы и ямочки прелестно сочетались, хотелось примкнуть к ним. Может, это сказка или дорама? Почему он такой идеальный!

— А вот я тебя хорошо помню, — ухмыляется. Куда сбежать?!

— Здравствуй, — как же я хотела застрелиться, хотя нет, сначала застрелить эту дрянь! Встав с места, я протянула руку. — Помню, — хотелось, конечно, не помнить о нём! Закрыть его подальше где-нибудь и всё.

— Здравствуй, Чон Донхва, — пожав руку.

— Хе-хе-хе, — тихо смеявшись, своим злорадством!

— Ой, а это случайно не Хва Сухёк? — пока мы были в кругу такого общения, я положила руку на спинку стула.

— Где? — выкрикнув, девушка собиралась встать. — Ой, мои волосы! — крикнула громче обычного.

— Ой, моя рука помешала, — убирая руку прямо перед её лицом. — Но всё равно я ошиблась! — сжимая кулаки. — Я закажу киллера, ты не выйдешь отсюда живой, — приобняв, тихо вымолвила я.

— Девушки, всё хорошо? — спросил Дживон, прерывая наш милый разговор. — Хва Сухёк не придёт сегодня. Он уехал в командировку, — улыбнувшись, произнёс брюнет, смотря на Субин.

— Всё отлично, меня скоро убьют, а я не встречу Сухёка!

После её слов на меня посмотрели, словно поймали с поличным.

— Это не я, — пожав плечами, отмахнулась я, присев за наш столик. Наш стол был большим, хватало ещё на четверых помимо нас. Поэтому с нами сели Ли Дживон, Чо Ина, Ли Минсок и Со До Гук. Все сидели, болтали, находили много новых тем, пока нашу идиллию не прервали…

— Донхва, почему ты молчишь, словно не хотела приходить сюда? — посмеявшись, спросил Ли Минсок.

— Я вас слушаю, не переживайте, — подняв взгляд, проговорила я.

— Она не хо…те…ла при.хо.дить сюда, — икая, говорила девушка. — Я её заста…вилааа.

— Час прошёл, а ты уже успела напиться? — улыбнувшись, я закрыла ей рот рукой.

— Донхвааа, проости меееня, я так хоотела, чтобыы ты увидела Дживоона, — непонятно и быстро проговорила брюнетка. Только я её поняла… да конечно, кто хотел, тот и понял.

Например, Ли Дживон.

— Всё сказала? — посмотрев на ребят, многие уже не интересовались нами, у них были свои разговоры. Один лишь Ли Дживон смотрел на меня своими глубокими глазами. — Извините.

— Ребятки, там раздают алкоголь намного вкуснее вина, — это были его единственные слова за весь период нашей встречи. — Сходите, а мы позже присоединимся, — отправив их, мы остались втроём.

— Я тоже хочу.

— Сидеть! — усадив её обратно.

— Ли Дживооон, она убьёт меня…

— Донхва не сделает этого, не бойся, — посмеявшись, парень протянул мне платочек. — А зачем ей платок?

— Ты помнишь? — спросил парень, глядя на платок, который держал в руках.

— Платок как платок, ничего необычного, — ответила я, стараясь не выдать своего волнения. На самом деле, я помнила каждую деталь, каждую нить, из которой была сшита наша история.

— Нет, не просто платок, — произнес парень, и его голос стал чуть серьезнее. — В этом платке вся наша история. — он указал на чёрную ворону, сидящую на веточке, которую я пришила ему в знак нашего знакомства.

Я вспомнила тот момент, когда я аккуратно вышивала её. Чёрная ворона с острым взглядом символизировала свободу и независимость, которые мы искали в нашей жизни. Она была не просто птицей, она олицетворяла наши мечты о том, что мы можем быть кем угодно и делать что угодно.

— Ты же помнишь, что эта ворона олицетворяла?

— Нет, не помню, — ответила я с лёгкой улыбкой.

— Эта ворона, — начал он и положил платочек на стол, понимая, что я не хочу его забирать. — Ладно, нет смысла рассказывать, если захочешь, вспомнишь.

— Да, ты прав.

— Давайте, я вас отвезу домой? — как только он заговорил об этом, мне тут же позвонили.

Чувствовали, что я не хочу оставаться рядом с ним ни минуты!

— Извините, — взяв трубку.

**

— Вы как? Всё хорошо? — спросила я.

— Всё хорошо, вас встретить? Я чувствую, что Субин не в себе.

— Да, ты правильно чувствуешь, — посмеявшись, я посмотрела на подругу. — Я тебе адрес отправила.

— Хорошо, скоро буду.

— Жду.

**

— Спасибо за предложение, нас встретят.

— Встретят? — сдвинув брови к переносице, он приподнял голову, а глаза полностью были устремлены на меня.

— Это Ли Ён с До Ёном? — поинтересовалась девушка.

— Ли Ён? До Ён?

— Мои сыновья, — поднимая голову, словно бросая вызов судьбе.

— Сыновья? — его глаза стали ещё больше, уже не полумесяц, а целая луна.

— Да.

— Когда ты успела родить? — подойдя, спросила Чо Ина. — Ты замужем?

— Очень давно, вы даже не думали об этом, — собирая вещи подруги, которая зачем-то вытащила всё из сумки. — Я не замужем.

— Ты не замужем? А откуда дети?

— А вы не знаете, откуда дети берутся? — поднимая подругу с места.

— Субин, — подбежав к нам, он схватил подругу. — М… Донхва, мы пойдём, — посмотрев на всю ситуацию, мой ребёнок не назвал меня матерью.

— «Донхва»? — слегка ударив его по голове. — Ли Ён, познакомься, наши одноклассники, — развернув его к ним.

— Так он твой сын или племянник? — я понимаю, все были пьяными, но зачем задавать настолько тупые вопросы.

— Идите в машину, я сейчас подойду, — отправив их, я взяла сумку Субин. — Спасибо за такой вечер, мой сын ждёт меня, я пойду.

Не ожидая ответа, я сразу же вышла, закрывая за собой дверь.

— Подожди, я хочу кое-что сказать Ли Дживону! — открывая дверь машины, она снова хотела выбежать, но не успела.

— Ты уже всё ему сказала, — закрыв дверь. — Ли Ён, я вызвала водителя, отвезите это зло к нам домой, чтобы её родители не видели!

— Поняла, приняла, — накрыв одной рукой голову, а второй приложив к виску. — А ты куда?

— Я пойду утоплюсь.

— Поешь суп от похмелья на набережной, понял тебя, — улыбнувшись, мы встретили водителя. Я подождала, пока они тронутся, а затем села напротив кафе.

— Так и знала, что не стоит идти, — сняв туфли, я почувствовала свободу.

— Ты как? — подойдя ко мне, спросил тот, кого я вообще не хотела видеть сегодня. — Выпей, — протянув лекарство.

— А ты как думаешь? — посмотрев на него. — Спасибо, — я приняла то, что он принёс, мне было не очень хорошо и от встреч, и от алкоголя.

— Мы встретились спустя шесть лет, не скучала? — присев рядом, он снял пиджак. — Я вот соскучился, — накинул на меня.

— Мне не холодно, — собираясь снять пиджак, он убрал мою руку.

— Ты можешь просто принять то, что я даю тебе?

— Но мне правда не холодно, а даже жарко! Я ещё и выпила, ты давал мне лекарство, чтобы я протрезвела.

— У тебя голая спина, простудишься ещё, — схватив меня за плечи, брюнет держал так крепко, словно пытаясь сломать меня.

— Ты можешь не прикасаться ко мне? — зачем я вообще пришла сюда? Зачем говорила? Зачем я влюбилась в него? Зачем?

— Донхва…

— Что? — встав с места. — Мы встретились спустя шесть лет, а ты снова начинаешь всю эту игру!

— Игра? — переспросил молодой человек. — Я ещё ничего не начинал…

— Я не могу с тобой разговаривать, — сняв пиджак. — Всё равно ты не поймёшь.

— Ну так попробуй объяснить! Я должен понять, — снова и снова хотелось разорвать его пиджак.

— Твои прикосновения меня убивают, да даже твой взгляд! — крикнула я, смотря прямиком в глаза.

— Донхва, я настолько ужасен? Почему ты снова это говоришь!?

— А ты разве сам не догадываешься? Почему я это говорю? Да потому что ты урод в этой жизни, ты тот человек, которого я даже не хочу видеть рядом! Ты испортил мне жизнь и перевернул всё с ног на голову.

— Пожалуйста, не говори так, — вымолвил парень, стараясь вложить в эти слова всю свою искренность. — Я знаю, что виноват, но ты многого не знаешь.

Слова вырвались с трудом, как будто мы пытались освободить их из тёмного подземелья.

— Если ты мне ничего не объясняешь, то почему я должна объяснять?

Между нами витала напряженность, словно невидимая нить, готовая порваться от любого лишнего движения, как тот платок, который остался только у него.

- Прости меня…Прости.

- Простить? Я не могу…