Колонизаторы Том 1. Мир "Панацеи"

Всему бывает противоположность, 

С добром враждует зло и с правдой ложность. 

Непримиримы умный и дурак, 

Вода и пламя, простота и сложность. 

В саду враждуют роза и сорняк,

Сильней ее красы его ничтожность. 

И розу побеждает сильный враг,

Но роза попирает безнадежность. 

Ты слышишь — соловей, прорезав мрак,

Поет о ней, и это — непреложность.

(Мирза Шафи Вазех)

Колониальный транспортный рейдер «Эрейцев» вышел на заданную орбиту планеты и лёг в дрейф. Сто пятьдесят тысяч анабиозных капсул, в которых находился основной груз этого корабля, переключились на активацию жизненных функций своих пациентов для вывода их из глубокого анабиозного сна. Кибернетическая разумная система, или сокращённо КРС, этого рейдера была единственным членом экипажа, кто им управлял всё это время. Точнее, она это делала через тысячи разнообразных роботов и других киберсистем на его борту. Поэтому единственными биологическими живыми существами на этом огромном корабле были только поселенцы. Просто других безумцев лететь куда-то через сотни световых лет, да к тому же в состоянии замороженной лягушки, не было. Поэтому их набирали в основном из заключённых, осуждённых на длительные сроки за свои преступления. Тем более что это была дорога в один конец, притом в полную неизвестность.

Просканировав планету с помощью наблюдательных зондов, Иона, так именовался КРС корабля, отметила для себя наиболее подходящие места для организации на ней поселений. Если бы она была живым разумным существом, а не искусственным интеллектом, она, может, сделал бы свой выбор иначе. Но так как её система принятия решений не обладала никакой эмоциональной оценкой этих вариантов, она выбрал именно эти точки для высадки своих подопечных, а не иные. Мнение будущих поселенцев о том, хотели бы они поселиться именно там, её вообще не интересовало. У неё были совсем другие инструкции на тот счёт, как следует распределять места новых поселений. Через некоторое время, пройдя курс реабилитации после анабиоза, от корабля отделились сотни десантных ботов и понеслись по заданным координатам к поверхности этой планеты. Всего было 100 таких мест высадки колонистов, где должны были появиться новые очаги цивилизации эрейцев, притом практически независимые друг от друга.

С этого момента самой Ионе предстояло уже осуществлять только сопутствующий надзор за своими подопечными. Притом невидимый для последних, чтобы привести их в нужное русло своего развития и построить жизнеспособную цивилизацию в этом мире. Поэтому, когда основной колониальный корабль отправился назад к своему родному миру, на спутнике этой планеты осталась специальная научно-исследовательская станция с одним из её информационных клонов.

Посмотрев с тоской вслед уносящемуся в небо десантному боту, который доставил его в этот теперь уже их новый дом, Дейв помахал ему рукой и огляделся. После того как он растворился в небе, разорвалась последняя ниточка, которая связывала тот мир, откуда мы прибыли сюда, с нами. Теперь на ближайшие 50 лет мы были предоставлены сами себе в этой забытой богом дыре, пока не прибудет ещё один корабль с новой партией неудачников. Хотя место, куда высадила нас Иона, выглядело на первый взгляд вполне подходящим для организации здесь поселения. Справа протекало довольно широкое русло реки, чтобы можно было надеяться, что там окажется достаточно рыбы для пропитания на первое время. А совсем неподалёку начинались сплошные заросли густого девственного леса, который пригодится для будущих построек. О том, какая живность может им там встретиться, он старался пока не думать. Главное сейчас для него было возвести оборонительный периметр вокруг будущего поселения на случай появления неожиданных гостей из этого самого леса. Судя по уже довольно теплому климату, сейчас был примерно месяц май, а может, и начало июня, во всяком случае, похоже на этот период.

Чтобы поселенцы были в курсе того, что их может здесь ожидать в этом новом мире, был предварительно продемонстрирован своеобразный рекламный ролик о нём. Судя по которому, никакой серьёзной опасности для колонизации эта планета не представляла. С учётом, конечно, того, что у них на самый крайний случай было предусмотрено достаточно всевозможного оружия. Правда, довольно доисторического по меркам современных технологий вооружения на Эрее. Но лазерные винтовки и суперсовременные боевые роботы, по мнению организаторов колонизации на этой планете, были бы лишними в этих местах. Тем более, они бы вскоре всё равно вышли из строя по причине отсутствия необходимой ремонтно-технической базы у поселенцев для поддержания их в рабочем состоянии. Так как для создания таковой понадобится не одна сотня лет в процессе развития необходимой промышленности и технологий. Поэтому и было выбрано только простейшее стрелковое огнестрельное и энергетическое оружие, бывшее у эрейцев на заре времён, ну и некоторые виды простейших автоматизированных дронов и роботов. Колонисты должны были построить здесь свою цивилизацию практически с нуля. Правда, в отличие от своих предков, у них были для этого все необходимые знания и какие-никакие, а начальные ресурсы для строительства и защиты своего поселения от практически любой внешней угрозы. Которая здесь выражалась как в присутствии довольно обширной популяции всевозможных хищников, так и в наличии некоей разумной ветви местного вида аборигенов. Но так как развитие последних предположительно было где-то на уровне бронзового века, то вряд ли они могли нести серьёзную опасность для колонистов, вооружённых более совершенным огнестрельным, автоматическим и кое каким другим оружием из своего арсенала.

Правда, все данные по этому миру уже несколько устарели, лет так на 150, от момента их получения побывавшим здесь до этого разведывательным кораблём. Но вряд ли за это время в этом мире что-то могло существенно измениться. По мнению экспертов, для того чтобы цивилизация местных аборигенов достигла хотя бы опасного уровня своего технического развития для колонистов, ей бы понадобилось для этого не одна тысяча лет.

Поэтому он Дейв, который отвечал за организацию безопасности колонии, не ожидал никаких серьёзных сюрпризов. Кроме разве что возможного пришествия хищников, в ореол обитания которых они вторглись и которых, из имеющихся данных, здесь должно было быть предостаточно. Включая довольно крупных и наиболее опасных. В связи с чем, как только произошла высадка его подразделения, в которое входило около сотни солдат, оно тут же занялось возведением оборонительного периметра вокруг будущего поселения. В основном это было расположение систем внешнего наблюдения и сигнальных маяков на случай, если какому-то любопытному зверю вздумается поглядеть, что здесь происходит. В этом случае его и должны были отогнать специальные взрывы сигнальных петард или установленные для этой цели автономные автоматические оружейные установки. Ну а в случае возникновения серьёзного прорыва в дело должны были вступить и сами солдаты охраны, со всем имеющимся у них дополнительном вооружением.

Больше всего его беспокоили сами так называемые поселенцы, которые прошли огонь, воду и медные трубы в своей прошлой теперь для них жизни. Каждый из них, как и он, впрочем, уже имел не маленький срок заключения за те или иные преступления в своём родном мире, и вряд ли от них здесь стоит ожидать законопослушного поведения. Получив должность коменданта военного гарнизона ещё перед отправкой сюда за свои прошлые боевые заслуги при службе в вооружённых силах империи, он тем не менее не питал никаких иллюзий, зная, с кем именно ему здесь придётся строить и защищать этот так называемый новый мир.

В течение последующих нескольких недель Дейв носился по территории колонии, как ломовая лошадь, руководя возведением фортификационных защитных сооружений вокруг поселения. Путем угроз, выбитых зубов, шантажа и всевозможных премиальных обещаний в виде взяток ему удалось уже через месяц закончить основные работы по его возведению. В первую очередь возводились наблюдательные вышки и сама инфраструктура трёх эшелонированного оборонительного периметра от непрошеных гостей. Гражданские службы в свою очередь начали возводить уже и другие объекты гражданского характера для развития жизнедеятельности будущего поселения. Благо собранная к этому моменту пилорама уже вовсю штамповала из доставленного заготовщиками леса целый спектр строительных материалов. Само поселение изначально пока располагало только одними палатками, но кое-где уже возводились административные и жилые здания. Из строительной техники колонисты располагали тремя бульдозерами, тремя грузовыми тягачами-лесовозами и ещё дюжиной других грузовых и пассажирских вездеходов. По расчётам, этого вполне было достаточно, чтобы обеспечить всем необходимым полторы тысячи поселенцев.

В общем, ничего не предвещало беды, пока неожиданно не пропала связь с одной из групп, отправленной на лесозаготовки. Причём до единого человека и вместе с выделенной для них охраной. Никто из них к нужному времени не только не вернулся, но и не вышел даже на связь. В связи с чем Дейва вызвали на ковёр в палатку администрации колонии для выяснения всех обстоятельств.

Глядя на собравшихся в административном куполе всех членов совета во главе с его главой по имени Варк, Дейв понял, что на него повесят сейчас всех собак, если он не даст чёткого ответа по случившемуся. Но ответа, как назло, у него пока не было. Для этого нужно было срочно посылать уже целую команду поисковиков по следам пропавшей группы. О чём он и сообщил всем присутствующим. На что Фрея, одна из членов совета, и его старая знакомая из прошлой жизни глубокомысленно заметила:

— Чтобы посылать поисковый отряд, надо хотя бы представлять, с чем именно они могут столкнуться. Поэтому нам хотелось бы знать, что именно вам уже известно о причинах случившегося?!

Поморщившись, Дейн мрачно заметил:

— Практически ничего, что могло бы пролить свет в этом деле. Связь с группой была утрачена в 6 часов утра во время контрольного вызова. В это время все, кроме двух сотрудников охраны, ещё спят, но на связь ни они, никто другой так больше и не вышли. В случае нападения на лагерь или какой-либо любой опасности для него они должны были тут же поднять тревогу. Но этого тоже не случилось. Хотя у каждого из сотрудников охраны, включая и бригадира лесорубов, как известно, имелись рации на этот случай. Более того, у каждого из членов группы имелся также ещё и браслет с индикатором его местонахождения. Так вот, четыре сигнала от них в этот самый момент быстро почему-то удаляются от лагеря в одном направлении, а остальные неподвижно находятся уже почти час на одном и том же месте, на территории самого собственно лагеря. Так что это всё, что нам известно на данный момент!

— И что, у вас нет никаких даже предположений, что могло там произойти?! — Задал вопрос уже глава совета Варк.

Посмотрев на него, Дейв раздражённо пояснил:

— Поэтому и необходимо срочно отправить туда поисковую группу! Так как за прошедшие три дня, когда там был разбит лагерь лесорубов, никаких сюрпризов до этого не возникало. Было, правда, подстрелено несколько, видимо, из-за любопытства забредших туда животных. Но и они, даже собравшись в большую стаю, вряд ли бы могли провести подобное нападение и уж тем более утащить с собой куда-то четверых человек. Это просто немыслимо, чтобы никто из 26 находившихся там людей не успел ни оказать сопротивления, ни поднять тревогу. Разведя руками, он добавил:

— По моему скромному и пока предварительному мнению, на нас, точнее, на наших людей там напали какие-то хорошо вооружённые и обученные местные аборигены. Другого варианта для произошедшего у меня просто нет!

После этих слов в помещении повисла на несколько минут гнетущая тишина. Затем раздался скептический голос Варка:

— То есть, ты хочешь сказать, что всех наших людей, включая вооружённую до зубов охрану, положили в один миг какие-то местные дикие аборигены, вооружённые в лучшем случае примитивными копьями и луками?! Притом которых мы даже ещё нигде и не обнаружили, хотя твои разведывательные дроны уже исследовали всю округу в радиусе почти сотни ближайших километров. Так что ли?!

Дейву ничего не оставалось, как просто развести руками.

— Других объяснений я пока не вижу. Лесной массив тянется до самых гор и надёжно скрывает всё, что находится под кронами деревьев. С воздуха просто ничего не видно, поэтому и надо высылать наземную группу к месту трагедии. Может, она прольёт свет на то, что там произошло и куда делись наши люди.

— Понятно! — язвительно пропищала Фрея.

— Надо ещё послать одну группу людей, чтобы и они там также исчезли при невыясненных обстоятельствах! Умней больше ничего не придумали?!

— У Вас есть другие предложения?! — вспылил со злостью Дейв.

Не понимая каким образом она вообще смогла затесаться сюда. Та была одной из тех немногих кретинок, и кретинов в том числе которые соизволили добровольно отправиться сюда завоёвывать этот чудный новый мир.

— Или Вы думаете, что они сами объявятся тут живые и здоровые и расскажут Вам, что с ними произошло?! Пока мы тут переливаем из пустого в порожнее, кто-то наших людей утаскивает всё дальше. Скоро их следы вообще затеряются, и некого уже будет искать. А все мы сейчас уже и так находимся под угрозой нового нападения, которое неизвестно когда и где может состояться. Потому что мы даже не имеем до сих пор понятия, что на самом деле произошло и кто за этим стоит. Поэтому Вы тут сидите и обсуждаете дальше, что Вам делать... А я пошёл организовывать поиски, пока не стало слишком поздно что-то вообще предпринимать!

Развернувшись, Дейв раздражённо откинул рукой полог у входа и покинул палатку.

«Идиоты безмозглые Мы ещё хапнем горя с таким руководством колонии», — подумал он, направляясь к своей палатке. То, что совет колонии не дал ему своё добро на проведение спасательной операции, говорило только об одном. Они не захотели брать на себя ответственность в случае её провала. То есть переложили всю эту самую ответственность полностью на него. Как будто кто-то у них за это спросит на этом богом забытом мире. Где нет вообще ещё никаких законов, кроме закона джунглей. Но вдалбливать это в голову этим уже бывшим проштрафившимся имперским чиновникам сейчас явно пустое дело.

Через 30 минут поисковый отряд из 12 человек во главе с Дейвом выдвинулся на лошадях к лагерю лесорубов. Сотня этих животных вместе с тремя десятками сторожевых собак были также предоставлены поселенцам на нужды своей колонии. Использовать вездеходы при ограниченных запасах имеющегося топлива Дейв посчитал непозволительной роскошью, поэтому и решил вести преследование похищенных людей на них. Для этой цели он также решил использовать двух розыскных собак, главное, чтобы они взяли след, если вдруг похитители заметят и отключат индикаторы местонахождения у пленных.

В лагере, когда они туда добрались, царил полный разгром, но самое удивительное, что они нашли там почти всех горе-лесорубов живыми, точнее, без сознания, так как они находились под воздействием какого-то то ли снотворного, то ли подобного ему нервно-паралитического вещества. Пропали только четверо сотрудников охраны, притом вместе с оружием. Что сразу навело Дейва на не очень хорошие мысли об их дезертирстве. Правда, зачем им было это нужно, он так и не смог себе уяснить. Надо было быть поистине полным дебилом, чтобы вот так взять и удариться в бега в полном опасностей чужом мире, без еды и других благ цивилизации, которые всё же имелись в распоряжении колонистов.

— Хрень какая-то!!! - С изумлением заметил он, обращаясь к Лауре.

Которая должна была по роду своей деятельности провести расследование всех обстоятельств произошедшего, как они считали, нападения на лагерь. В прошлой своей жизни та как раз и была следователем, пока ей не предъявили превышение полномочий и саму не засадили за это в тюрьму на очень большой срок.

— Хрень и есть! Усмехнулась та. Она уже успела пролазить всю близлежащую округу в поисках следов нападения.

— Нас кто-то явно пытается убедить в том, что охрана просто сбежала, выведя предварительно из строя всех остальных!

— Но кое-какие следы чужого присутствия я всё же нашла, хотя они их явно пытались скрыть. Первое, что бы сделали наши беглецы, решив сделать подобное самоубийство, — это выбросили бы индикаторы своего местоположения, а не бродили бы сейчас, как полные идиоты, с ними на руке. Ну и, во-вторых, нападавшими, судя по всему, были применены гранаты с каким-то нервно-паралитическим газом, который просто всех уложил отдыхать. Причём вместе с находившимися поблизости мелкими животными. Она показала, держа за хвост какого-то небольшого грызуна.

— И таких тут валяется порядочно! К нашему счастью, газ к нашему прибытию уже рассеялся, а то бы мы тоже составили им бы компанию! — Заметила она ехидно и отбросила грызуна в сторону.

— Ну так что теперь, командир, делать-то будем! — Поинтересовался стоящий неподалёку лейтенант Майс, которому Дейв тоже вернул его звание после высадки на планете.

— Будем преследовать этих кого-то, заодно и посмотрим, кто это с нами вздумал тут поиграть в свои игры! Но прежде вызови транспорт для эвакуации пострадавших, надеюсь, их ещё можно привести в чувство! — Произнёс задумчиво Дейв и посмотрел на планшет с отображением сигнала от индикаторов похищенных людей. Судя по нему, они уже были на расстоянии в 28 километрах отсюда.

Через несколько минут отряд двинулся дальше.

P/S К читателям. Если вам понравилась эта глава не стесняйтесь ставьте лайк, Это очень поможет автору в его дальнейшем творчестве для вас...

Сотни лет бушуют споры - что такое Человек?!

Но в итоге - лишь раздоры, а ответа так и нет!

Лишь сумбурные картинки, да теорий без числа.

- Почему одет в ботинки?

- Как остался без хвоста?!

Иль зачем схватил ту палку, и построил города.

- Почему влюблён в рыбалку?!

- Жить не может - без кота!

Хотя кот - не приручился, кот - он тот, сам по себе!

Это он - нам всем в ботинки, гадит - гад, навеселе!

Что - пристали к человеку, человек друг другу - волк.

Почему? - Гадать без толку, если ты - не отдал долг!

В течение последующих трёх часов отряд Дейва продирался сквозь густые заросли по следам похитителей, пока наконец они не вышли из леса и перед ними не выросла впереди горная гряда. До которой теперь лежала, на их счастье, практически открытая местность, а на ней вдалеке виднелась растянувшаяся вереница из восьми всадников верхом на каких-то непонятных отсюда животных. Остановившись, Дейв переключил своё зрение на многократное увеличение, пытаясь разглядеть тех, кого они всё это время преследовали. Человеком он был только наполовину, так как по роду своей прежней службы в вооружённых силах Эреи в его тело была вмонтирована целая куча всевозможных кибернетических имплантов для усовершенствования физических способностей. Впрочем, это относилось ко всем бойцам из его подразделения, а также и сопровождающим их в этом мире животным. Которые тоже были своего рода био-кибернетически модернизированы для помощи колонистам.

То, что он увидел, никак не укладывалось в сведения, представленные из рекламного ролика о населяющих этот мир представителях местной фауны. Четверо существ, которые везли пленников на животных, явно не относились ни к одному из известных человеческих видов, как, впрочем, и их животные — к лошадям. Ещё менее всего они напоминали местных аборигенов этой планеты, которые были хорошо описаны в рекламной видеозаставке. Более всего они напоминали эволюционировавших до разумных существ какого-то вида архозавров, которых здесь точно никак не водилось по имеющейся у него информации. К тому же, судя по защитной униформе и оружию, они вообще не имели никакого отношения к этому миру. Как, впрочем, и сам Дейв со своими соплеменниками.

Посмотрев на выбравшихся из леса своих бойцов, он мрачно заметил:

- Приехали, блин!

- И что теперь делать будем?! — Задумчиво поинтересовалась Лаура, которая тоже уже успела рассмотреть, что из себя представляют похитители.

- Отбивать наших людей, чего же ещё! — Процедил язвительно тот и тут же начал отдавать распоряжения своим бойцам.

- Майсс! Выпускай всех наших птичек, пускай скинут наездников с их родственников. Пешком они мне больше нравятся.

- Для всех тугодумов сообщаю, эти рептилоиды нужны нам живые кроме разумеется монстров под ними, так что стрелять в случае чего только по конечностям. Ни один из них не должен погибнуть, надеюсь всем понятно?!

Убедившись, что его поняли правильно, он добавил:

- Ну и чего стоим, вперёд — пока они не скрылись в лесу!

Через мгновение, когда оба дрона взмыли в небо, отряд бросился вперёд, рассыпаясь в полукольцо для охвата противника. Теперь всё зависело от того, каким оружием обладали рептилоиды и что они предпримут, увидев мчащуюся к ним чужую кавалерию. Но как только те заметили за собой погоню, трое из них тут же развернули своих животных навстречу, что очень не понравилось Дейву, который ничего подобного просто не ожидал. Последний же, наоборот, начал подгонять оставшихся рапторов с привязанными и лежащими поперёк них пленниками к расположенному впереди лесу. План Дейва отбить их сразу же затрещал по всем швам. Было ясно, что бросившаяся им наперерез троица рассчитывала задержать преследовавших их людей, чтобы их товарищ смог уйти со своей добычей.

Надежда Дейва была теперь только на то, что база рептилоидов находится достаточно далеко отсюда и они не смогут вовремя вызвать и прислать сюда подкрепление. В противном случае весь его план по освобождению захваченных в плен людей грозил рухнуть в тартарары со своего пьедестала, а им самим бы пришлось спасаться бегством уже в виде дичи, а не охотников.

«Чёрт бы их побрал», — подумал он, наблюдая за приближающейся навстречу им тройкой самоубийц. Те явно собирались дать им бой, невзирая на огромное численное превосходство противника. Тем более что зверюги под своими наездниками были явно не в пример проворней, чем у людей. Что у Дейва сразу же вызвало плохие предчувствия насчёт предстоящей с ними схватки. Они двигались таким манером и зигзагами, что попасть по ним даже из автоматического оружия уже представлялось непростой задачей. Что тут же подтвердилось на наглядном примере, когда двое его бойцов покатились вместе со своими скакунами кубарем по земле. Одному и вовсе одна из этих кошмарных тварей в следующий момент отгрызла голову. Дейв почувствовал уже почти позабытое в жизни липкое чувство страха, правда, оно тут же прошло, а его место заняла синтезированная кибер-имплантами вспыхнувшая ярость. В следующий момент он направил своего коня наперерез ближайшему из рептилоидов, который в этот момент летел прямо на находившегося слева Кайрса. Через секунду его конь врезался в того, нанеся с ходу страшный удар в прыжке копытами, ещё через мгновение они оба вместе со своими седоками покатились по земле.

В это же время оба дрона Майса, наконец определившись со своими целями бросились в атаку на двух других рептилоидов. В следующий момент они тоже оказались на земле. Правда, один из них, видимо избежав серьёзного ранения, попытался было подняться, но тут же рухнул обратно, получив ещё несколько пуль. Естественно, что подлетевшие к поверженным врагам бойцы Дейва позабыв про его приказ брать их живыми, попросту со злости их добили.

Сам Дейв, поднявшись на ноги, тут же чуть не лишился головы, которую ему попыталась откусить также пытавшаяся встать на ноги раненная рептилоидная зверюга. Её зубастая пасть щёлкнула в каких-то нескольких сантиметрах от него. Но в следующий момент на неё накинулись подоспевшие Гав и Рав, сбив её с ног, псы вцепились в неё с остервенением вырывая куски мяса, через ещё минуту та забилась в судорогах с разорванным горлом.

Дейв посмотрел по сторонам в поиске выпавшего оружия и неожиданно наткнулся взглядом на стоящего всего в двух метрах от него рептилоида. Одна рука у того, видимо, сломанная, свисала плетью, зато в другой был нож. Пристально наблюдая за ним, тот проорал какое-то, видимо, оскорбительное слово на своём языке и тут же бросился в атаку, пытаясь нанести удар этим ножом. Попытавшись увернуться от него, Дейв сделал шаг в сторону, одновременно ставя блок, чтобы его перехватить, но, неожиданно запнувшись ногой за распростёртого сзади монстра, потерял равновесие и рухнул прямо на него. Но рептилоиду не повезло в следующий момент ещё больше, тот получил удар прикладом автомата сзади от подоспевшего Майса и тут же распростёрся рядышком с Дейвом.

Поднявшись с проклятиями снова на ноги, Дейв огляделся вокруг. Судя по всему, бой уже завершился, его бойцы достреливали раненых животных, оба других рептилоида, судя по их распростёртым телам, были уже мертвы. Он перевёл взгляд на того, кто пытался его подрезать ножом.

- Этот жив, командир! - Радостно заметил Майс, проверяя тому пульс на шее.

- Просто на время отключился, я его хорошо припечатал. А вот последний с нашими пленными скрылся, к сожалению, в лесу, пока мы тут разбирались с его собратьями, - он пнул ногой распростёртое тело рептилоида и, покачав головой, заметил:

- А хорошую они нам взбучку устроили, особенно это относится к их лошадкам, было бы их с десяток — они бы нас тут всех положили!

Некоторое время Дейв обдумывал сложившуюся ситуацию, взирая на расположенный впереди лесной массив у подножия выступающего за ним горного хребта. Переведя затем внимание на Майса, он жёстко произнёс:

- Значит так, лейтенант, забираешь эту! — Он показал пальцем на распростёртое тело рептилоидки, которая уже постепенно начала приходить в себя. А судя по выпирающем у неё через даже униформу сочным титькам и другим факторам внешнего облика она явно принадлежало именно к женской особи этого вида.

- И возвращаешься сейчас же на базу. Нам нужно из неё вытрясти всё про своих соплеменников и откуда они здесь взялись, к такой-то матери!

- А на каком языке я буду с ней разговаривать на эту тему?! — Удивился тот.

- Это не твоя забота, передашь её Терне — она знает, как научить разговаривать любое разумное существо, если оно, конечно, имеет для этого язык. Для этого к нам и приставили экзопсихолога и лингвиста со всем их оборудованием. Далее возьмёшь с собой раненых и погибшего, а также Лауру и ещё одного бойца для сопровождения. С одним-то сбежавшим рептилоидом я как-нибудь справлюсь и с оставшимися силами. Дейв горько усмехнулся.

- Главное, доставь мне её в целости и сохранности и приведи там всех в полную боевую готовность. Взглянув прищурившись на раскинувшиеся впереди горы, он язвительно добавил:

- По-моему, мы на пороге войны с этими свалившимися на нашу голову рептилиями, Майс, и нам нужно точно знать, сколько их сюда прибыло, когда, зачем и, самое главное, где их чёртова база?! Так что наша мирная жизнь здесь, судя по всему, закончилась, а у нас оружия и людей для подобных военных сражений — кот наплакал!

- Надеюсь, что и у них не больше, а то нас просто вырежут, как беспомощных цыплят, — мрачно буркнул Майс и пошёл собирать своих людей в дорогу.

Через несколько минут, поредев наполовину, отряд Дейва выступил вслед за скрывшимся в лесу рептилоидом. А ещё через некоторое время случилось то, что он всё это время больше всего боялся: все три индикатора у взятых в плен людей отключились. Поэтому зафиксировав место их последней активности, Дейв направил своих бойцов туда. Через некоторое время они вступили в лес. Дейв даже не догадывался, что та порода архозавров, которую использовали рептилоиды в качестве ездовых животных, была тоже генетически модифицирована и фактически относилась к достаточно разумным существам. Более того, они находились в своеобразном симбиозе друг с другом, но, в отличие от животных людей, эти были более опасными и самостоятельными существами. Поэтому, если бы не собаки, которые вовремя учуяли их засаду, заблаговременно, последствия схватки с этими хищниками могли бы оказаться более печальными для всего отряда. Почувствовав их присутствие, оба пса тут же зарычали и, ощетинившись, бросились в атаку на одну из этих тварей, дав людям возможность подготовиться к опасности и занять оборону. Когда два оставшихся раптора бросились на них из кустов, их сразу же встретил град пуль. Одна за другой обе зверюги рухнули на землю, нашпигованные свинцом.

Спрыгнув с коня, Дейв бросился к месту схватки собак с третьим раптором, где они вместе с ним с жутким рычанием и визгом катались по земле. Когда он подбежал туда, тот уже бился в предсмертных конвульсиях с разорванным горлом, в которое уже мёртвой хваткой вцепился Рав. Гав же лежал в луже собственной крови с огромными ранами на теле и, по-видимому, сломанным позвоночником. Подойдя к нему, он присел к смертельно раненному псу и начал гладить того по голове для успокоения, произнося какие-то слова. Через минуту, после горьких слов - прости меня друг, раздался пистолетный выстрел, и тот, отмучившись, затих. Спасти его уже не было всё равно никакой возможности.

Ещё через некоторое время, когда отряд достиг места, где отключились индикаторы у пленных, они нашли троих из них с тяжёлыми ранами на теле но ещё живыми. Фактически у них были переломаны ноги сразу в нескольких местах. Четвёртый из захваченных в плен исчез вместе с рептилоидом. Искать их без собак было дальше бессмысленно. Все следы вокруг были, видимо, специально проложены рапторами сразу в нескольких направлениях и, блуждая по кругу. Скрепя сердце, Дейв принял решение возвращаться, так как раненым требовалась срочная медицинская помощь. Погрузив их на спину лошадей, отряд развернулся назад — домой.

Никто из них даже не заметил, что всё это время, забравшись на дерево, за ними наблюдала одна из тех, за кем они гнались всё это время. Ла Сей Ману — так звали её — внимательно следила за сгрудившимися у своих раненных соплеменников людьми через прицел своей снайперской винтовки, где-то метрах в трёхстах от них. Её Рахс* — так на своём языке они называли своих ездовых животных — также затаился в густых зарослях внизу по её приказу. Второго она отправила на базу вместе с последним оставшимся в живых пленником. О чём она уже сообщила туда предварительно и запросила на всякий случай оттуда подкрепление, если люди вдруг вздумают продолжить преследование не смотря ни на что.

Не стреляла она только потому, что не хотела раскрывать своё местоположение раньше времени. Но надеялась, что этого вообще, может, не придётся делать, если эти приматы откажутся от дальнейшего преследования. Именно для этого она и не стала убивать тех троих приматов а просто нанесла им тяжёлые увечья, предполагая, что они их здесь после этого не бросят, а решат захватить с собой. К тому же она не была уверена, что сумеет справиться с ними со всеми, тем более что сразу же после первого выстрела те бы сразу укрылись за деревьями. Так что она решила пока не рисковать своей жизнью понапрасну. Вдруг те откажутся от своих планов вести дальнейшие поиски и отправятся к себе домой. Что, впрочем, и произошло вскоре. Именно для этого она и осталась тут, чтобы проследить, куда же всё-таки они отправятся. Чтобы скоординировать затем свои действия с вышедшим уже к ней подкреплением.

Проблема была только в том, что добираться сюда им придётся не менее шести часов. Поэтому, убедившись, что отряд Дейва возвращается к себе домой, она достала рацию и сообщила своим, что всё отменяется. Преследовать их сейчас было преждевременно. Где база этих приматов, она и так знала, а вот какими силами располагают те — нет. Именно для того, чтобы выяснить это, они и захватили в плен несколько особей, имитировав их побег и дезертирство. Правда, этот план, как назло, рухнул, а теперь ей ещё придётся и объясняться перед советом за погибших соотечественниц. Но с этим она надеялась как-нибудь разобраться, тем более что королевой колонии и главой этого совета была её мать. Поэтому вряд ли кто-то захочет из других её членов стать врагом одной из её дочерей и принцессой всего их клана. 

У Кайров* — так назывался их народ — была сугубо клановая система, на вершине которой находился сейчас именно её клан во главе с её матушкой, королевой. Фактически Кайры проповедовали матриархат, во многом из-за того, что на 10 особей женского пола рождалось почему-то не более одной мужского. К тому же данные типы были мало приспособлены для чего-либо ещё, кроме оплодотворения и своих дурацких развлечений. Но им в силу необходимости продолжения рода приходилось многое прощать и терпеть их самодурные выходки. Чем они с лихвой и пользовались вовсю, так как их любовь нужно было заслужить или попросту чем-то купить — не силой же этих мерзавцев было тащить в постель.

Осмотрев ещё раз окрестности на случай, если Харки* — так кайры пренебрежительно называли все виды местных разумных приматов в этом мире — вдруг решили здесь оставить засаду или разведчиков. Она, так ничего и не заметив, начала спускаться со своего наблюдательного поста на землю. Ещё через минуту, оседлав своего уже заждавшегося её рахса, она направила его домой.

Между тем, когда они выбрались из леса на горную тропу, ей даже и в голову не пришло поднять голову и посмотреть в небо. А там всё это время кружили две похожих на местных беркутов искусственных птицы. Наверно, она это не сделала, потому что у кайров — подобных искусственных созданий — просто не было. Для этих целей они привезли с собой несколько естественных обитателей своего мира - Вийнов*, относящихся к некоторым разновидностям летающих ящеров, только несколько генетически модифицированных. Именно одна из них до этого и разведала, запечатлев с помощью вмонтированной у неё видеокамеры местонахождение человеческой колонии и лагеря лесорубов. В гости к которым и отправился затем отряд Ману. Но и люди в этой колонии пока о данных птичках тоже не догадывались. При этом одна из их разновидностей могла нести на своей спине ещё и специально обученных и вооружённых наездников.

"Один из законов жизни гласит, что как только закрывается одна дверь, открывается другая. Но вся беда в том, что мы смотрим на запертую дверь и не обращаем внимания на открывшуюся" (П. Леру)

Глава колонии Кайров и их королева Ла Рей Эйху после известий от своей дочери о том, что у них на планете появился до зубов вооружённый конкурент, оказалась мало сказать ошарашена этим сообщением. Она была явно испуганной, хоть и старалась не подать вида, что это так. Но испугало её не столько появление на их землях каких-то других пришельцев из другого мира, сколько то, что они оказались практически одного вида с местными аборигенами, которых Кайры всего за три десятилетия своего присутствия здесь практически превратили в своих рабов, жёстко подавив любое сопротивление в самом зародыше, изобразив туземцам из себя богов, спустившихся на огненных колесницах прямо с небес. Естественно, это пока относилось только к тем туземным племенам, которые были расположены в близлежащей от них округе. Но именно их межвидовое биологическое сходство с этими туземцами и вызвало у неё беспокойство, так как эти инопланетные хархи могли вполне объединиться с местными для совместной борьбы с Кайрами.

Рассматривая захваченное оружие пришельцев, она поинтересовалась с тревогой у дочери:

— Как думаешь, кроме этого, есть у них есть у них что-либо ещё более разрушительное?!

Ману пожала плечами и неопределённо заметила:

— Думаю, на этот вопрос нам даст ответ пленный Харк, когда, конечно, обучится нашему языку. Этим как раз и занимается сейчас с ним Зейла. Хотя, — она показала рукой на лежащий на столе предмет с ремешком для крепления на руке.

— У них были ещё и вот такие отслеживающие их местоположение электронные устройства. А то, что они сюда прибыли на межзвёздном корабле, говорит, что в их распоряжении может быть что угодно из того, чем располагаем и мы. Так что думаю, что у них может оказаться множество всяческих сюрпризов для нас, мам!

Так как разговор происходил между ними без свидетелей, никто не утруждал себя соответствовать соответствующим для этого протоколам общения.

— Да, не вовремя их принесла сюда нелегкая — заметила Эйху.

— Это может создать нам очень-очень большие теперь проблемы по колонизации этого мира!

— Поэтому я и предлагаю, прежде чем что-то предпринимать, сначала собрать все необходимые сведения об этих пришельцах! — заявила Ману, подойдя к панораме окна, из которого открывался самый лучший вид на лежащую перед ней внизу округу.

Основное поселение Кайров, в отличие от людей, было вырублено прямо в горе, по сути, превратив его в самую настоящую крепость для всех внешних врагов.

— К тому же нам надо как можно скорей усилить и внешний периметр обороны города, так как это уже не какие-то там местные дикие варвары, с кем мы думали столкнуться при колонизации этого мира. У них может оказаться и более разрушительное оружие, чем то, которое попало нам в руки!

— Так проверьте это! — Заметила уже раздражённо королева.

— Чего вы ждёте, пошлите туда дюжину Вийнов* с наездницами и закидайте их поселение гранатами. Заодно и посмотрим, чем они будут от них отбиваться. Или мне вас всему и дальше учить?!

— Как получу нужные сведения от пленного, так и сделаем, но сейчас это будет преждевременно! — не согласилась с ней Ману.

— К тому же подобная акция будет уже явным объявлением войны. А нам это сейчас надо, когда о противнике мы не имеем практически никакого представления, кроме того, как он выглядит. Нам нужно больше данных для подобной атаки, мам!

Взглянув на неё удивлённо, Эйху рассмеялась.

— Надо же, а ты, дочка, я смотрю, не только выросла, но и набралась за это время кое-какого жизненного опыта и ума. Раз родную мать начала поучать, что и как надо делать?! — Она встала с кресла и уже более жёстко добавила:

— Мне без разницы, когда и как вы собираетесь от них избавиться. Главное, чтобы этих харков в конечном итоге в нашем мире больше не было! А теперь оставь меня, у меня накопилось много и других дел!

Кивнув головой, Ману покинула помещение. Но, пройдя по коридору, она остановилась около ближайшей двери в одну из комнат, решив посмотреть, какие такие там у неё дела. Зайдя туда, она оставила небольшую щель и стала ждать. Через некоторое время в коридоре раздались шаги. Ману, стараясь не дышать, замерла. Через мгновение мимо, изображая какое-то музыкальное па рукой, проследовал Стай. Только чрезвычайным усилием воли она не выскочила вслед за ним и не вцепилась ему в лицо. Это был для неё мало сказать что удар. Новым фаворитом маман оказался её собственный любовник, правда, в прошедшем уже времени. Несколько дней назад они расстались ним с очень большим скандалом.

«Но какая скотина» — подумала она в ярости. «Он же променял её не на кого-то, а на женщину старше её на целых триста лет. И не на кого-то, а на её собственную мать». От раздирающей её обиды Ману готова была разорвать их обоих на части. Это просто не укладывалась у неё в голове.

Кое-как открыв дверь, она пошла, как сомнамбула, по коридору в свою комнату. Жить ей совсем не хотелось. Зайдя домой, она упала на кровать и горько разрыдалась. Из всех своих шести сестёр она считалась самой некрасивой, поэтому мужчины старались всячески её избегать, отдавая предпочтение другим. Стай в её 26 лет стал первым и по своей сути единственным мужчиной в её жизни, которого она заинтересовала, как она думала, как женщина. Не то чтобы он не имел других связей с женщинами, это было в порядке вещей для Кайров, пары то сходились, то расходились, то снова сходились. Никто из-за этого не лил слёзы, но бросить и поменять её на собственную мать — это было верхом цинизма и подлости.

«А та какова» — подумала она с горечью про неё, она же знала, что она, Ману, в нём души не чает. «Как она могла так поступить со мной! Ей что, других кобелей было мало из более чем тысячи трёхсот мужчин в колонии? Почему она решила соблазнить и отобрать у неё именно его - её Стайя?!» Через некоторое время после своего самобичевания она вдруг почувствовала, что в ней закипает злость на всех и вся, которая затем постепенно преобразовалась уже в невиданную до этого ненависть к этим обоим, когда-то самым близким для неё существам. 

— Твари поганые! — Прошептала она.

— Ну я вам устрою медовый месяц!

Весь последующий день, вплоть до самого позднего вечера, она заливала своё женское горе имеющимися горячительными напитками и продумывала планы ужасной мести для обоих. Но уже утром, приведя себя в порядок, отправилась к Зейле, чтобы посмотреть, каких успехов та добилась с обучением пленного харка языку кайров.

— Ну и как обстоят у тебя дела с нашим подопечным?! — Поинтересовалась она у той прямо с порога.

— Ну кое-чего я уже добилась! — Довольно заметила та.

— Этот Харк сначала страшно перепугался, когда я попыталась подключить его к оборудованию нейро-стимулирования, и всячески сопротивлялся. Но затем, видимо осознав, что это для его же пользы, сам заинтересовался обучением, и дело явно пошло на лад! — Пояснила она, бросив какой-то странный взгляд на находившегося за решёткой человека.

Подойдя к клетке, Ману с интересом посмотрела на него и произнесла:

— Ты понимаешь меня?!

Тот лежал, закинув руки за голову, на постеленном прямо на полу старом матрасе и с увлечением рассматривал что-то, только видимое ему на потолке.

Повернув голову, он прищурился, видимо, пытаясь рассмотреть, кто это к нему наведался, и с сарказмом заметил:

— Я Вас слышу, мадам, только не орите так — я не глухой, а то у меня и так голова раскалывается.

Ману изумилась — харк, судя по всему, был с чувством юмора даже в таких незавидных для него обстоятельствах.

— Ну тогда ты должен понимать, что от твоих ответов на мои вопросы зависит всё твоё дальнейшее будущее. Если ты окажешься для меня бесполезным, мне придётся от тебя избавиться! — заметила она с явной угрозой.

— И чем, по-Вашему, я могу быть полезен? — Ехидно поинтересовался тот.

— Никакими великими тайнами в силу незначительности своей персоны я точно не располагаю!

Ману этот харк нравился всё больше, он существенно отличался от всех тех местных экземпляров, с которыми ей приходилось общаться до этого. Притом в нём явно, судя по телосложению, прослеживались неплохие физиологические черты самца. Отчего у неё даже сразу тепло зазудело в одном месте и участилось дыхание. Подвинув к клетке стул, она расположилась на нём, закинув ногу на ногу, и, стараясь не показать виду, что он её вдруг заинтересовал совсем с другой стороны, пояснила:

— На эти вопросы харк, ты по-любому знаешь ответы, так что не буду ходить вокруг да около: Первое — зачем вы здесь? Второе — сколько вас прибыло на эту планету?!

Поднявшись наконец на ноги, тот подошёл вплотную к решётки и, присев на корточки прямо напротив неё, ехидно ухмыльнулся.

— Ну, во-первых, здесь мы потому, что выиграли поездку сюда в лотерею. Ну, и во-вторых, я как-то не догадался сосчитать, сколько нас было на том корабле!

— Ясно! — Уже закипая, процедила Ману.

— Шутить со мной, значит, вздумал, идиот! Ну ничего, сейчас тебе прочистят мозги! — Разгневанно произнесла она и, уже направляясь к выходу, услышала:

— Никоим образом, милочка, просто какие у Вас вопросы — такие у меня и ответы. Или вы думаете, что со мной кто-то решил поделиться там данной информацией специально для Вас!

Остановившись как вкопанная, она повернулась и увидела его насмешливый взгляд. Этот харк уже не просто над ней издевался, он как-то будоражил её своей дикой, варварской силой, проявляющейся в каждом его слове и движении. Встретившись и словно соединившись с ней этим взглядом, он как-то тягуче, растягивая, словно волнами, слова, назидательно произнёс:

— Вообще-то меня зовут Бейн, мадам! Это чтобы вы знали, что к людям надо обращаться по имени, а не по вашим дебильным кличкам. Поэтому, если вы захотите о чём-то со мной ещё поговорить — зовите меня Бейн. И не забудьте принести в следующий раз что-нибудь из нормальной еды, а не ту бурду, которой меня здесь всё это время кормили. И не забудьте про бутылочку коньяка и про ту пачку сигарет, которую изъяли из моего кармана. Без этого я ни о чём с вами больше вообще разговаривать не буду. Пошли вы, одним словом, в задницу, мадам!

После чего он повернулся и, проследовав до своего спального места, нагло развалился на нём, отвернувшись к стене.

Открыв рот, Ману было хотела что-то ответить ему на это, но, так и не найдя слов, застыла в этом положении на некоторое время, как выброшенная на берег рыба. Так с ней ещё никто не разговаривал, даже подлец Скай, не то что там какой-то харк, хоть и прибывший сюда из другого мира. Посмотрев на стоящую неподалёку также с опешившим выражением лица Зейлу, она выскочила из помещения. Это был второй удар по её самолюбию за последние два дня. И она, конечно, этого спускать этому наглецу харку с рук не собиралась. Но над этим надо было подумать, чтобы собрать воедино враз разбежавшиеся вдруг все мысли в голове. Спустя полчаса в камеру Бейна заявились две охранницы с электрошокерами. Ещё через час она решила навестить его сама.

Открыв дверь в помещение, Ману обомлела. Обе надзирательницы и экзопсихолог были связаны и заперты в камере с кляпами во рту. Зато сам Харк нагло сидел за столом и слушал музыку из отобранного у него до этого плеера. Ко всему прочему, прямо ей в грудь смотрело дуло пистолета, видимо, отобранное у одной из незадачливых охранниц.

— Проходите, мадам, а то я вас уже заждался! — Произнёс он, улыбаясь чуть ли не до самых ушей.

Чувствуя, как у неё подкашиваются ноги, она молча прошла к стоящему неподалёку стулу и медленно осела на него.

— Тебе отсюда всё равно не выбраться — заметила она в смятении.

— А я и не собираюсь! — Изрёк любезно тот, наливая себе очередную рюмку спирта из найденных, видимо, здесь медицинских запасов.

— К тому же нас с вами остался, как я помню, незакончен разговор, вот я и предлагаю его продолжить, так сказать, на новых условиях!

— И что ты хочешь?! — Спросила она в недоумении.

— Да ничего такого, чтобы вы не могли сделать! — Рассмеялся он.

— Просто хочу вам несколько прояснить ситуацию, в которой вы тут неожиданно для себя оказались! Кстати, как вас зовут, а то вы так и не представились!

— Ману! — буркнула рассеянно та.

— Так вот, Ману, подготовка ваших, так сказать, охранниц находится ниже всякой ватерлинии. Ваши цепные псы не владеют даже простейшими приёмами рукопашного боя. Если ваши солдаты подготовлены так же, я вообще не понимаю, как они собираются воевать с нами. Их просто перещёлкают, как в тире. Если не секрет, в скольких войнах участвовал ваш народ за последние, к примеру, тысячу лет?!

— Тебе-то какая разница?! — Мрачно заметила та.

— Большая! Может, я хочу предложить вам свои услуги в этом мире, а то в том, откуда я прибыл, моя карьера что-то не задалась!

— Даже так! — Ману с удивлением посмотрела на него.

— И что же ты хочешь в обмен на предательство своего народа?!

Почему же предательство?! Теперь удивился тот.

— Я предлагаю всего лишь наём к вам на службу. Люди, знаете ли, по своей сути совсем не однородны, и различий в них намного даже больше, чем кажется вам. Только они внутренние, а не внешние. К примеру, тот мир, в котором когда-то я родился, был уничтожен не кем-нибудь, а тоже людьми, хоть они и явились из другого мира. Так что я не вижу никакого предательства перед своим народом, который был фактически уничтожен и порабощён эрейцами. Так что можно сказать, что у меня общие с вами враги, и предавать мне в этом случае некого. Но в отличие от вас я лучше знаю и разбираюсь в них.

— И как же ты представляешь эту свою службу у нас?! Точнее, чем именно ты нам можешь помочь, находясь в данный момент здесь, а не там?! — заметила скептически Ману.

— Или ты сможешь открыть их двери отсюда?!

— Я могу сделать так, что оттуда их откроют они вам сами! — Усмехнулся он.

— Дело в том, что на этой планете, как я уже сказал, не все колонисты любят «Эрею». Более того, многие из них ненавидят их в душе так же, как и я. Одни — потому что их мир в своё время был также захвачен их войсками, как и мой. Другие — в силу того, что они просто изгои, и их сюда отправили просто в ссылку. В общем, я предлагаю стать вашим послом в переговорах с колонией людей. Тем более что в прямом столкновении с ними вы рано или поздно проиграете. Вы просто не представляете, с каким противником вы столкнулись. Здесь нужен совсем другой план противостояния.

— И что, у тебя имеется такой план?! — С недоверием, хотя уже и заинтересованно, поинтересовалась Ману.

— Пока только его наброски — рассмеялся Бейн.

— Но в процессе работы над ним он обретёт уже более детальные черты. Главное — убедить их, что мы не хотим войны. Для этого можно предложить разделить весь этот мир по границам ответственности сторон и заключить соответствующие договора по самым различным пунктам взаимодействия и сотрудничества. А далее создать внутри них блок из тех, кто будет лоббировать наши интересы, так сказать, оппозицию их правящего клана. Которую потом мы и приведём к власти для реализации нужных нам целей.

— А не проще ли будет просто разбомбить все их города с воздуха, а затем ввести туда наземные войска без всяких твоих заумных планов! — усмехнулась она.

— Попробуйте! — Усмехнулся теперь Бейн.

— Или вы думаете, здесь создание колонии идиоты планировали! Мы всего лишь первый отряд, чтобы расчистить место для последующих. И у нас есть всё необходимое, чтобы дать отпор любой внешней агрессии: с воздуха, с моря и по суше! А лет через пятьдесят здесь появится другой корабль, а за ним будет и второй, и третий, и сотый...

— А ты думаешь, что у нас по-другому будет! — Съязвила Ману.

— Наш корабль, в отличие от вашего, будет здесь уже лет через 15, а не через 50.

— К этому моменту, моя хорошая, поверьте, от вас уже на этой планете останется хорошо, если одно воспоминание — заметил с сарказмом Бейн.

— И, думаю, вряд ли этот ваш корабль сможет кого-то высадить к этому моменту. За эти 15 лет, поняв, что у них есть здесь серьёзные враги, эрейцы придумают, как их встретить, пока они ещё не опустились на землю.

— Почему ты так уверен, что это Вы превратите нас к этому моменту в одно воспоминание, а не мы Вас?! — закричала раздосадовано Ману.

— Мы за предыдущие три десятилетия уже создали целые города, а Вы ещё только ютитесь в своих палатках!

— Для того оружия, которое прислали сюда эрейцы, нет дела до того, сколько городов вы создали! — Рассмеялся Бейн.

— Его хватит на всех! К тому же, оно размещено там, — он поднял палец вверх, указывая им в небеса.

— И им управляют не совсем люди а их искусственные творения. А то, что Вы не сбили наш корабль прямо на орбите, говорит о том, что Вы упустили этот момент из своих расчётов.

На самом деле он не имел ни малейшего представления о том, есть ли там такое оружие или нет, главное было убедить в этом Ману, и, судя по всему, ему это удалось. Посмотрев озабоченно на него, она задумчиво произнесла.

— Ладно, думаю, королеву заинтересует твоё предложение, но пока она его не приняла, придётся тебе побыть в роли моего раба. Так как других занятий и вариантов для харков у нас просто не предусмотрено. А теперь выпусти этих трёх дур из клетки!

— Как скажете, госпожа! — Насмешливо произнёс почтительно Бейн, поднимаясь из-за стола.

P.S. Автору очень помогла бы и Ваша оценка этого произведения. Особенно лайки. Что, безусловно, бы отразилось в его дальнейшем для вас творчестве . За что буду премного благодарен!

Мужчина во внутреннем мире женщины занимает определённое и довольно важное место, и если там его нет, на этом месте образуется огромная, гнетущая пустота. А так как природа не терпит пустоты, она заполняется всем чем угодно, только не тем, чем надо. Впрочем, это же относится и к женщинам в отношении внутреннего мира мужчин.

Последующие шесть дней Бейн, одетый в какую-то дурацкую бордовую униформу для слуг, таскался повсюду вслед за Ману. За это время он уже порядочно примелькался в самых различных местах, где тусовались представители городской знати, и на него уже перестали обращать былое внимание, которое он вызывал в первое время. От других слуг, набранных из местных аборигенов, которых здесь было предостаточно, он существенно отличался своим внешним обликом. Что сразу сразу выдавало в нём чужака даже среди них, что и вызывало первоначально излишнее любопытство. К тому же, большинство привилегированных слуг среди невольников носили жёлтую тунику, и они были в основном женщинами. Мужская же часть таких слуг носила, как и Бейн, красную или бордовую униформу, и их было на порядок меньше. В основном же подневольных аборигенов использовали сугубо на самых тяжелейших работах, и они ценились разве что на уровне бесправной скотины. Но выделялся он из этой массы ещё и по той причине, что принадлежал, по имеющимся у него атрибутам, к категории личных телохранителей Ману. Что первоначально вызвало у многих кайров чуть ли не шок, когда он появился в таком виде в числе сопровождающей её охраны. Да ещё с холодным оружием и жезлом электрошокера на поясе. Огнестрельное оружие в городе разрешалось только солдатам гарнизона и внутренней стражи.

Как заметил уже Бейн, мотаясь вместе со своей, так сказать, госпожой по городским улицам и различным увеселительным заведениям. Жизнь в нём была далеко не безоблачной. В некоторые кварталы более обеспеченные кайры или, так называемая, их знать старалась вообще не показываться из-за довольно высокой в них криминогенной обстановки. Информацией о которой просто зашкаливали местные городские новости.

По сведениям которые он успел вытащить к этому времени из Ману, только в этом городе проживало более 13 тысяч жителей, и это без учёта невольников используемых заместо слуг и рабов. Которых только по предварительным данным насчитывалось не менее половины от его населения.

Как он уже понял, колонизация этой планеты кайрами по своей сути почти ничем не отличалась от эрейской. Сюда отправляли в своеобразную ссылку самых, так сказать, неблагонадёжных своих сограждан. Отличие лишь было в том, что люди создавали в этом мире первоначально довольно небольшие поселения. Зато их было в десять раз больше, чем у кайров. Последние же предпочитали создавать сразу довольно большие колонии в виде целых городов. Что могло впоследствии иметь самые негативные последствия для эрейцев в случае вооружённого противостояния. Если, конечно, они как-то не объединят свои усилия, тогда, наоборот, каждый отдельный город кайров мог просто оказаться в полной блокаде от окружающего мира и других своих поселений, так как зона расселения людей по планете была намного масштабней.

Бейн, как и все слуги Ману, естественно, ютился в специально отведённом для этого помещении, правда, ему была отведена отдельная каморка на мужской половине. Что сразу же вызвало нездоровое внимание к его персоне со стороны всех остальных. Всё дело было в том, что из-за дефицита мужского внимания среди кайров местные дамы быстро нашли этому своеобразную замену из местных аборигенов, которые им чем-то приглянулись на эту роль. Правда, это, естественно, не афишировалось, но на рынке рабов такие наложники пользовались повышенным спросом и продавались не в пример дороже. Понятно, что все тут же отнесли Бейна к подобной категории, хотя на самом деле он не имел к ним никакого отношения, тем более что принцесса ему не особо ещё и доверяла. Для связи с ней на тот случай, если он ей срочно понадобится, у него имелось специальное устройство в виде портативной рации, как, впрочем, и у остальных. Поздно вечером, когда он уже собирался было отойти ко сну именно оно его и подняло с кровати, сообщив её каким-то странным, взволнованным голосом, что ему срочно требуется прибыть к ней. Приведя себя в порядок и пройдя затем по коридору метров пятьдесят, он постучался в дверь её апартаментов.

Принцесса была почему-то только в одном накинутом на себя практически полупрозрачном домашнем пеньюаре, через который просвечивались чуть ли не все её выглядывающие наружу прелести. Ко всему прочему, она ещё и недвусмысленно полулежала на канапе, подперев рукой подбородок. На столе стояла бутылка с напитком наподобие коньяка, пара рюмок и несколько тарелок со всевозможными местными явствами. В приглушенном тёмно-кровавом потустороннем свете по помещению струилась ещё и какая-то ирреальная музыка, добавляя сюрреалистичности всей представшей перед Бейном картине. Казалось, что прямо из стен вот-вот начнут вылазить и оживать нарисованные там на картинах какие-то древние легендарные кайровские герои и, в особенности, их монстры. Сама же Ману была уже явно под шафе и, судя по всему, чем-то очень расстроена. Что Бейну тут же не понравилось, он ещё не видел принцессу в таком состоянии и не знал, как себя вести с ней в подобных обстоятельствах. Тем более, что между ними не было установлено, как он думал, пока столь близких отношений, отчего он оказался практически в полной растерянности. Посмотрев на него как удав на заглянувшего в гости кролика, она великодушно махнула ему свободной рукой.

— Присаживайся, Бейн, а то мне что-то стало тут одной так тошно! — Приподнявшись, она села, закинув ногу на ногу, и разлив коньяк по рюмкам, безапелляционно добавила:

— Давай, не стесняйся, хочу, чтобы ты со мной выпил, а заодно и показал, как вы там у себя ухаживаете за своими милыми дамами, когда они в расстроенных чувствах. А я очень сейчас в расстроенных чувствах, мой милый друг Бейн, очень!

Поняв, что в этот раз ему так просто не удастся вылезти из этой ситуации сухим, тот взял в руки бокал и, соприкоснувшись на её удивление с её бокалом в руке, изрёк:

— За твоё здоровье, моя принцесса! — после чего, отправив его содержимое себе в рот, добавил:

— Давай, рассказывай, что ли, что у тебя случилось?! А то на вас, моя славная госпожа, просто лица нет!

Посмотрев на него с удивлением, та мрачно произнесла:

— Ещё как случилось! Моя драгоценная матушка не послушала меня и, даже не поставив об этом в известность, отдала приказ атаковать ваше поселение с воздуха. Направив туда три десятка вийнов с наездницами. Видимо, рассчитывала, закидав его с воздуха газовыми гранатами, как в своё время местные племена аборигенов, затем войти туда, не встретив никакого сопротивления.

Некоторое время она сидела, уставившись в одну точку, словно о чём-то задумалась — затем со злостью заметила:

— В итоге назад из них вернулось только шесть, остальные так и остались там, включая мою сестру Хейну, которая руководила этой атакой. В общем, эта упёртая дура их всех просто угробила...

Нагнувшись вперёд, она взяла со стола какой-то предмет в виде пульта и нажала на нём кнопку. Через секунду из устройства, находившегося посреди комнаты, появилось голографическое изображение развернувшейся в воздухе бойни. Судя по всему, данная запись велась с одного из вийнов, находившихся намного выше остальных. Один за другим летевшие клином ящеры начали падать с неба на землю, переворачиваясь в воздухе от раздирающих их тела пуль, словно натолкнулись на невидимую стену.

— И это ещё не всё! — произнесла она с дрожью в голосе.

— Был ещё наземный отряд на рахсах, который должен был захватить и зачистить поселение после его атаки вийнами. Но он нарвался по дороге на засаду, точнее, прямо на каких-то странных заминированных жуков. Причём те, кто уцелел, говорят, что они сами кидались прямо из кустов и с деревьев им под ноги. Всего спаслось не более 30 из почти 200 воительниц и рахсов, включая мою другую сестрицу Каллу. Подавшись вперёд, она закричала в ярости:

— Почему ты мне ничего не сообщил про этих тварей!

Опешив, Бейн попытался оправдаться.

— Я тебе говорил, просто ты меня, видимо, не слушала! Разве я не предупреждал, что не стоит даже пытаться приближаться к периметру вокруг поселения?! Он полностью автоматизирован и создан с учётом любой внешней агрессии. Даже если вы соберёте целую армию, вам всё равно его не преодолеть без поистине чудовищных потерь. Этого ещё никому не удавалось за всю историю колонизации на других планетах.

Здесь он, конечно, лгал, подобные случаи, конечно, случались, но очень редко и зачастую по вине самих колонистов. Всё дело в том, что охранный периметр вокруг поселений управлялся специально обученным для этого искусственным интеллектом за счёт установленных вокруг датчиков слежения за окружающим пространством. Когда он был полностью смонтирован, прорвать его без специальных средств подавления было практически невозможно. Захват в плен бригады лесорубов произошёл именно по причине ещё не до конца смонтированной системы наблюдения на нужную глубину охвата окружающего пространства. Но об этом он предпочёл умолчать, так же как и о том, что вся эта система была рассчитана на строго определённое время функционирования источника питания для неё. Батареи, которой были рассчитаны на всего лет на пять бесперебойной работы в автономном режиме, после чего их надо было или менять, или перезаряжать. Но об этом он тоже решил пока не распространяться.

— И что теперь вы планируете?! — Поинтересовался он как бы невзначай, наливая по новой бокалы.

— Откуда мне знать, меня же никто не слушает! — Съязвила Ману.

— Хотя королева ждёт нас завтра вместе с тобой, вот и выскажешь ей свои соображения. Если, конечно, после них она тебя не прикажет повесить — рассмеялась она.

— Тем более что-то матушка последнее время что-то слишком кровожадной стала. Бросив искоса изучающий взгляд на того, она с грустью добавила:

— Так что, может быть, это у нас с тобой последний прощальный ужин! Услышав это, Бейн опять чуть не подавился коньяком — подобная перспектива его явно не прельщала.

— Так что думай, что и как ты будешь ей втирать завтра, мой милый Бейн, — произнесла она и неожиданно наклонившись и обхватив его рукой за шею, притянула к себе.

Её глаза, казалось, расширились и с томной поволокой теперь, не мигая, смотрели прямо на него, заполнив всё вокруг и словно затягивая в себя. Это была уже другая Ману, не та, которую он до этого привык видеть. Он будто запутался в глубине этих бездонных глаз, как мошка в сети паука. Его тело, казалось, ему больше не принадлежало и готово было исполнить любую её волю.

— Ладно, не дрожи ты так, авось пронесёт! — рассмеялась она и легонько оттолкнула его от себя.

— Ты мне чем-то понравился, мой милый Бейн, поэтому я поддержу тебя, может, и удастся уломать её на твои мирные переговоры!

Взглянув на него, как на попавшую в её сети жертву, она встала и, грациозно потягиваясь всем телом, капризно заметила:

— И вообще, я хочу танцевать, надеюсь ты умеешь танцевать, Бейн?! — спросила она непринуждённо, беря его за руку.

— Умел когда-то, — опешив, буркнул тот, поднимаясь как сомнамбула, с кресла вслед за ней.

— Так давай, же покажи мне Бейн, как вы это делаете со своими дамами! — прошептала она ему на ухо и кладя при этом руки на плечи.

Чувствуя, как земля уходит у него из-под ног, он машинально взял её за талию, чтобы не упасть. То, что она была ниже его почти на целую голову, было даже лучше, хотя все кайры были существенно ниже среднего человека. Её тело доверчиво прильнуло к нему, словно пытаясь с ним слиться. Подражая растекающейся вокруг поднимающейся волнами потусторонней музыке, оно начало, словно прислушиваясь, трепетать и пульсировать вслед ей. В его руках, исследующих его, разгоралось постепенно пламя всепоглощающего желания. Растекаясь по всему телу, оно отодвигало все ощущения и мысли за границу этой вселенной, кроме всего одной — обладать ею, войти в неё, слиться с ней. Его сердце бешено заколотилось в груди словно пытаясь из неё выпрыгнуть. а его губы жадно потянулись и прильнули к её губам. После чего его правя рука словно зажив своей собственной жизнью бесцеремонно проникла под её одежду, и начала мять, тискать, и исследовать её трепещущее в ней тело, пока вторая крепко прижимала её за талию к себе. Дойдя до её бурно вздымающихся сочных грудей она прошлась по ним, немного разминая их пальцами и ухватилась ими за упругий сосок. Отчего Ману тихонько пискнула, глубоко задышала и ещё больше прильнула к нему своим податливым телом.

Став сразу смелее, он пустил вход уже и вторую руку. Спустившись вниз, она прошлась по её аппетитной округлой попке и, проникнув змеёй уже между её ног, попыталась отыскать спрятанный там вход в её таинственный ларчик. Отыскав там притаившуюся у неё киску, он тяжело дыша раздвинул ей одним пальцем ротик и начал медленно вводить им по её промежности. Его сердце, в свою очередь, уже крича от пронизывающего его желания, яростно билось в груди, пытаясь найти выход. Его пальцы, забравшись под её трусики наконец найдя долгожданный влажный вход в её лоно, на мгновение замерли, затем начали, подрагивая от охватившего их нетерпения, его тут же раздвигать, проникая туда всё больше. Ману почувствовав как волна распространяющегося по ней наслаждения охватывает её. томно простонала и подалась к нему ещё больше, дрожа от нетерпения всем телом.

- Возьми меня Бейн! - томно простонала она и подалась к нему ещё больше, дрожа от нетерпения всем телом.

После чего его сердце полностью сорвалось в галоп. Потеряв тут же уже и голову, он развернул её к себе спиной и, повалив на диван, начал сдирать с неё как безумный остатки одежды, освобождая её бёдра и узкие чёрные трусики еле, еле прикрывающие её киску. Сорвав их с неё, и поставив затем её на колени, он резко раздвинул в сторону ей ноги и раздвинув пальцами вход в её промежность, снова вошёл ими туда. Затем раскрыв притягательный и манящий влажный лепесток её вульвы, он начал медленно вводить туда уже свой разбухший и пульсирующий от охватившего его вожделения член. Почувствовав, как он вторгается в её плоть, раздвигая и заполняя собой её лоно, Ману протяжно застонала и уцепилась руками в спинку дивана, пытаясь разодрать её своими острыми как лезвия бритвы коготками от заполняющего её всё больше экстаза и удовольствия. Выгнувшись дугой она жалобно пропищала:

- Ай ты сволочь! - и задвигала ему навстречу тут же своей попкой.

Бейн же прижав её одной рукой за шею медленно, но настойчиво вгонял свой обезумевший от такого счастья свой член всё глубже и глубже внутрь её. Сквозь раздвигающийся перед ним трепещущие стенки её влагалища. Почувствовав как он усилил своё давление в ней, Ману под ним сначала тихо заскулила, затем испуганно заверещала и попыталась уже не контролируя себя вырваться из железных объятий его рук, удерживающих её бёдра. Он же со всей силы, наоборот, начал насаживать их всё больше на себя, проникая постепенно набухшим стволом своего прибора всё глубже в неё. Загнав наконец его ей по самые яйца, он издал торжествующий протяжный вопль, и выведя его на время обратно тут же со всей силы всадил его ей обратно во влагалище. Отчего та тут же жалобно заверещала:

- Ой, мамочка! - извиваясь, как пойманная бабочка, в его руках.

Довольное сопение и восторженные стоны Бейна разнеслись по помещению вперемешку с тонким повизгиванием и завыванием пойманной в силки Ману. Которая от обрушившихся на неё новых извергающихся в ней ощущений безуспешно пыталась от разрывающей её на части эйфории вырваться из-под него, царапая в ярости когтями пальцев спинку дивана. На что он только яростней орудовал своим сорвавшимся с привязи агрегатом, вгоняя его с ещё большей силой в её сочное раскрывшемся перед ним женское лоно. Еле удерживая руками ходившие ходуном бёдра извивающейся всем телом женщины. Введя в неё наконец последний раз его до конца и испытав всплеск яростного извержения в неё своего семени, он удовлетворённо и бессильно растянулся на бившемся ещё в агонии оргазма теле постанывавшей и обессиленной вконец рептилоидки.

— Я тебя убью, Бейн! — прошептала она до глубины души довольная, ещё дрожа всем телом как только смогла облечь свою речь и слова в более менее связные и понятные фразы.

— Валей! — милостиво согласился с ней он.

— Только учти, что ты сама напросилась!

Посмотрев на него горящим пламенем взглядом, она направилась к столу и махом опрокинула в себя чуть ли не полную рюмку. После чего направилась в соседнюю комнату, где у неё находилась спальня. Проходя мимо Бейна, она сделала вид, что его тут просто нет. Но неожиданно остановилась и подозрительно покосилась на его руки, которыми он трогал своё опять поднимающееся кверху достоинство. И которое прямо на глазах опять увеличивалось в размерах. Взвизгнув от увиденного, она бросилась было в комнату, пытаясь закрыть за собой дверь, но Дейв её опередил.

Схватив её за руку уже в её проёме, он изумлённо заметил:

— Куда это ты, мы же ещё не закончили!

— Отстань от меня, изверг, я устала! — пропищала в ужасе та, пытаясь освободиться от его захвата.

— Да ладно тебе, успеешь ещё выспаться, вся ночь впереди! — Успокоил её возбуждённо Бейн, и бесцеремонно закинув на плечо, понёс к кровати.

— Ну не надо, Дейв, пожалей меня! — проверещала она, когда он положив её животом на кровать и начал раздвигать ей опять ноги.

— А я что делаю! — удивился вполне искренне он.

— Когда ты ещё испытаешь все прелести от этого, если меня твоя мамаша завтра повесит? "Да и я тоже" - подумал про себя он

— Ну только не так, ну прошу тебя, я уже больше не могу! — захныкала она, пытаясь из последних сил вырваться из его рук. На самом деле она страстно хотела почувствовать снова его в себе. Но боялась показать это, чтобы не выглядеть слишком доступной для этого Харка, хотя он с каждым днём нравился ей всё больше.

— Ну ладно, уговорила! — согласился тот и, перевернув её на спину, начал привязывать ей руки поясом к изголовью кровати.

— А это ещё зачем?! — изумлённо уже воскликнула та.

— Всего лишь для безопасности, милая, чтобы ты всю шкуру мне на спине не разодрала своими когтями! — произнёс успокаивающе тот и начал не спеша целовать её её тело двигаясь сверху вниз.

Испуганными глазами, но в то же время с затаённым дыханием Ману повернув голову внимательно следила за каждым его движением.

Наклонившись над ней, он провёл языком по животу и начал постепенно спускаться к её уже расщеперившейся в ожидании киске. Через некоторое время, чувствуя, как его язык зашёл в её промежность и начал там облизывать её, то и дело заходя на всё больше набухающий от желания клитор. Застонав от удовольствия и закрыв глаза, она начала двигать своим тазом в такт его движениям. Бейн приподнялся, согнул ей ноги в коленях и начал очень медленно вводить в неё уже заждавшуюся этой милости головку своего распирающего уже от жажды женской плоти члена. Чувствуя, как перед ним расступается зев её горящей огнём раскрывающейся вульвы, он резко вогнал его почти полностью внутрь неё. Ману распахнула глаза и тоненько заверещала, извиваясь под ним всем телом.

— Ну что ты, моя девочка, всё хорошо, мы уже там, — прошептал Дейв, целуя её лицо и двигая заодно своим тазом уже намного медленней, чем раньше. Успокоившись, та начала непроизвольно ему подмахивать, постанывая и повизгивая с каждым движением. Произведя через некоторое время очередное извержение вулкана, он наконец вышел из неё и пробормотал:

— Ну всё, больше у меня сил на сегодня нет, так что отбой! - после чего развязал ей руки и завалился рядом.

— Зато у меня есть! — Услышал он вдруг её возбуждённый от вспыхнувшего видимо в ней опять желания голос и тут же поймал её горящий адским огнём плотоядный взгляд. Который тут же захватил его опять в свои силки и полностью лишил всякой воли что-либо делать вопреки ей.

Его тело, казалось, больше ему не подчинялось, зато его дружок вдруг ожил и снова потянулся вверх, когда она всего лишь провела по нему своим длинным змеиным язычком. Ещё через минуту он уже опять торчал колом, а она, двигая своим тазом, медленно насаживалась на него, закатив в охватившей её истоме глаза. Только в этот момент до него вдруг дошло, что всё это время это не он её трахал, а она саму себя, так как ей хотелось, используя при этом его. Хотя и он уже был совсем не против этого, так как просто уже не мог жить без неё...

На следующий день, приведя себя затем в порядок, они отправились на аудиенцию к королеве. Выслушав соображения Бейна по дальнейшим взаимоотношениям с эрейцами, она некоторое время пребывала в задумчивости, затем саркастически произнесла:

— Благими намерениями, я знаю только одно место, куда вымощена ими дорога. Думаю, и ты его вполне знаешь. Поэтому прежде чем начать какие-то там переговоры с твоим народом, я бы хотела услышать, какие гарантии ты бы мог мне предложить, чтобы нам не оказаться в категории полных идиотов от этого?!

Что чуть не поставило Бейна в тупик этим вопросом. Ибо королева оказалась не так проста в знании политических игр и интриг. Посмотрев на неё, он развёл руками и заметил:

— Эти гарантии довольно просты, Ваше высочество, и, скорей всего, известны и Вам. Для этого нужно просто обменяться на первых порах ценными для обеих сторон заложниками, которые в случае нарушения договорённостей будут просто казнены. Этой практике у нас не одна тысяча лет, да и у Вас, я думаю, тоже. Во-вторых, это поможет интеграции обоих народов в новом мироустройстве за счёт создания посольств, которые и будут вести все дальнейшие переговоры и разрабатывать меры по урегулированию конфликта в дальнейшем. Заодно через них Вы будете иметь и всю нужную Вам информацию о происходящих событиях в стане противника. Хотя, конечно, с одной стороны, это не гарантирует полностью от возникновения вооружённого конфликта. Зато с другой — Вы будете иметь все сведения о его назревании и сможете лучше к нему подготовиться. Вот и всё, что, по моему скромному мнению, нужно нам, чтобы избежать уже явно назревающей войны после последних событий.

— А ты и правда ценный экспонат, пожалуй, я обдумаю твоё предложение! Только у меня есть ещё один к тебе вопрос, человек. На чьей стороне ты будешь, если я доверю тебе эту миссию?!

— За это можете не беспокоиться, Ваше высочество, здесь у меня намного больше перспектив для своей карьеры и жизни, чем там. По-моему, я буду лучше здесь кем-то в виде вашего личного советника по людям, чем опять там охранять каких-то чёртовых лесорубов. А для того, чтобы они приняли нашу миссию для переговоров с распростёртыми объятиями, необходимо их немного к этому подтолкнуть.

— И что ты предлагаешь для этого сделать?! — Заинтересованно спросила она.

— Да ничего сложного, нужно перейти от бессмысленных и неэффективных в корне атак к полной осаде колонии, расставив свои войска вокруг неё. Это сразу сделает их более сговорчивыми, так как полностью заблокирует всё их дальнейшее развитие и отрежет доступ к внешним для них ресурсам.

— А ты и правда нужный для нас кадр, Бейн! — рассмеялась королева.

— Интересно, а кем ты был в своём мире, прежде чем тебя отправили сюда?! — поинтересовалась она напоследок.

— Я занимался не совсем хорошим делом, — усмехнулся он.

— Но в своём роде очень даже нужным — я был наёмным убийцей, Ваше высочество!

Когда они уже направлялись к выходу после аудиенции, Ману на всякий случай обернулась, чтобы посмотреть на мать, и не ошиблась в своих подозрениях. Та явно, судя по её насмешливой улыбке, положила свой глаз уже и на её нового любовника Бейна. Она это заметила ещё во время их беседы, когда та практически раздевала и пожирала его глазами. Она прекрасно знала натуру своей любвеобильной матушки, и, если уж ей что-то взбрело в голову, она от этого уже точно просто так не отступится. А то, что этот кровожадный харк прибыл сюда, к тому же, ещё и с совсем другого мира, это распаляло её извращенное воображение ещё больше.

«Когда же ты сдохнешь, старая грымза», — подумала она в сердцах, чувствуя, что ненависть к своей родной матери уже явно начинает перевешивать на своих весах былую любовь к ней.

— Ты что это, моя милая девочка, стала вдруг такая загадочная! — поинтересовался у ней Бейн подозрительно, заметив явную перемену в её настроении до и после аудиенции.

— Вроде всё прошло удачно, и меня, как видишь, никто пока не повесил!

— Ничего, просто думаю, как лучше устроить кое-кому какой-нибудь несчастный случай! — процедила она, ускоряя ход.

— Ты всё это о вчерашних наших развлечениях что ли думаешь! — удивился он, останавливаясь.

— Да прости ты меня, дурака, что ли, в меня словно бес вселился! — взмолился он, театрально падая перед ней на коленях.

— Встань сейчас же, идиот, пока нас кто-нибудь не увидел! — прошипела она, в испуге озираясь по сторонам.

— На этот раз к тебе, обормоту, это не имеет никакого отношения!

— Ну тогда ладно! — согласился тот, чуть ли не с обидой поднимаясь с пола.

— Пошли тогда домой, я ещё кое-что изысканное для тебя приготовил. Хочешь, расскажу по дороге?!

— Только попробуй, скотина, я тебе такой подарок устрою — мало не покажется! Подтвердив при этом свои слова в виде приличного подзатыльника.

— Нам сегодня с тобой надо совсем другие планы разработать, — добавила она мрачно.

— Если ты, конечно, не собираешься одной старой мымре одно место всю свою оставшуюся жизнь лизать?!

— Это ты про свою матушку что ли?! — буркнул он, потирая ушибленное место.

— Я далеко не дурак, тоже это заметил!

Надежда

***

Я с самого рождения - с тобой, с тобой теперь - всегда я рядом буду. Меня ты не увидишь за спиной, хоть я и на глазах брожу повсюду.

Я охраняю - когда ночью спишь. И поддержу - когда в беду залезешь. Я крылья дам - когда ты полетишь. И в глаз врагу - когда его заметишь.

Я больше - чем твой самый лучший друг. И меньше - чем сам атом в микроскопе. Я просто чувство - силы твоих рук. Боеприпасов склад - в твоём окопе.

И с непроста - зовусь я откровенной. Непросто так, поймать меня в силки. Я то - зачем ты бродишь по Вселенной. Я то - чего ты ищешь на пути...

После не совсем удачной погони за похитившими людей рептилоидами у Дейва после возвращения возникла сразу же масса проблем. Кроме того, что погиб один из его бойцов и ещё пятерых доставили в крайне тяжёлом состоянии, один из пленных так и остался в лапах похитителей. Вследствие чего, как он и предполагал, городской совет обвинил именно его сразу во всех смертных грехах и назначил главным виновником всех означенных событий. Естественно, что самую главную скрипку в этом сыграла опять именно Фрея, которая явно имела на него зуб, притом за какие такие грехи Дейв так и не мог понять. Снять его с должности они, конечно, не смогли, но только потому, что не набрали большинство голосов при голосовании, а также что у них просто не нашлось кандидатуры ему на замену. К тому же Дейв имел самый большой боевой опыт и воинский чин в виде полковника из всех поселенцев. Доверять же кому-то другому защиту поселения в условиях назревающей войны желающих просто не нашлось, кроме, разумеется, самой Фреи и ещё парочки членов совета, пошедшей у неё на поводу. Варк же, как глава Совета, был далеко не дурак и ограничился только строгим выговором, как он выразился, за ненадлежащее исполнение своих обязанностей.

Правда, когда через три дня рептилоиды предприняли первое массированное нападение уже на само поселение, все быстро прикусили свои языки. Потому что только благодаря созданному под руководством Дейва защитному оборонительному периметру удалось не только отбить эту атаку с минимальными потерями, но ещё и захватить в плен два десятка рептилоидов. Позже из допроса этих пленных удалось выяснить, что в их числе оказался не кто-то, а одна из дочерей самой королевы. Узнав об этом, Дейв сразу же приказал содержать её отдельно от остальных и притом с большими привилегиями. Когда она прошла курс обучения языку, в её камеру даже установили видеопанель с трансляцией имеющихся в поселении некоторых художественных фильмов и музыкальных композиций, доставленных для колонистов из их родного мира. Ну а вся еда поставлялась прямо из открытого к этому времени ресторана. Если бы он только знал, чем всё это кончится, он бы ещё и подыскал для неё и более надёжную охрану, а не тех дебилов которых нанял для этого начальник тюрьмы.

Всё дело в том, что всех надзирателей для содержащихся в ней заключённых он набирал попросту по объявлению из всех желающих без надлежащей проверки их соответствия этой должности. Впрочем, её и не могло быть, проблема с оценкой любых кадров среди колонистов была в том, что в имеющихся на них досье не было ничего о том, за какое именно преступление он был сюда сослан. В нём было указано только образование и имеющиеся специальности и должности, по которым они когда-то работали в своём мире. Видимо, те, кто планировал эту колонизацию, надеялись, что этого будет вполне достаточно или эти данные, наоборот, окажут более негативное воздействие во взаимоотношениях между поселенцами. В результате чего в охрану тюрьмы и попали те, по которым самим эта тюрьма плачет. В один прекрасный день трое данных охранничков, нажравшись самодельного самогона прямо в дежурке, решили заодно и порезвиться с заключённой в одиночке инопланетной принцессой. К их несчастью, это было как раз то время, когда Дейв собирался посетить это заведение для проверки условий, содержащихся там пленных рептилоидов. Беда была в том, что он некоторым образом к главным событиям уже опоздал.

Когда в комнату к Хейне с идиотскими ухмылками вошли трое в стельку пьяных охранника, она почувствовала неладное, но не сразу поняла, что им от неё надо. Пока они не отодвинули от стены кровать и не повалили её на неё. Двое сразу же схватили её за руки, чтобы она не ерепенилась, а третий сразу начал срывать с неё одежду. Поняв, что они задумали, она даже поначалу и не думала сопротивляться, посчитав, что от этого будет мало толку, а вот изувечить её при этом вполне могли.

Когда один из этих противных харков вытащил из штанов какой-то свой ненормальный член и, раздвинув ей ноги, начал забираться на неё сверху, она просто закрыла глаза, чтобы не видеть его противной рожи. Через мгновение она почувствовала, как в её промежность входит его огромный хрен, прорываясь со всей дури внутрь. Это она ещё попыталась как-то стерпеть, но когда он вдруг начал засовывать его уже ей в задний проход, она тут уже дико заорала от раздирающей её острой боли. Тем более что кайры никогда не использовали это место для подобных сексуальных занятий, а эта скотина даже не попыталась его перед этим хоть как-то смазать. Ещё через мгновение, когда он уже со всей силы начал её безжалостно насаживать на свой раздирающий всё внутри неё поршень, она наконец начала изо всех сил вырываться, изогнувшись чуть ли не дугой. Но харка это только ещё больше раззадорило, схватив её снизу руками за приподнявшиеся вверх ягодицы, он начал с наслаждением его всаживать в неё ещё с большим остервенением, издавая при этом какие-то утробные вопли. В последний миг Хейне показалось, что в неё вошел раскаленный докрасна вертел, и она тут же потеряла сознание.

Очнулась она уже, когда вся троица, сгрудившись вокруг неё, о чём-то испуганно совещалась, видимо, думая, что она уже окочурилась или вот-вот это сделает. Не открывая глаз и стараясь даже не дышать, она молилась всё это время Всевышнему, чтобы они только оставили её в покое и просто убрались как можно скорей отсюда.

— Вот, мля, и что теперь делать?! — поинтересовался растерянно один из них.

— Давай её просто повесим на хрен и скажем, что в таком виде её тут и нашли! — подал не очень приятную для неё идею тот, который её насиловал.

— И сама себя тоже трахнула перед этим, да, идиот?! — заметил ему разъярённо третий.

— Блин, нам за это теперь точно шкуру снимут и на ремни пустят! — произнёс испуганно первый.

— Нахрена, скажи, ты ей в задницу свою образину засунул, тебе что, пиписьки для этого мало было!

— Да она, по-моему, уже и не дышит! — заявил третий, нагнувшись в этот момент к Хейне.

— Да ты идиот, похоже на тот свет её своим хреном отправил! — сказал он, посмотрев на того кому этот хрен принадлежал.

— Не я, а все мы! — огрызнулся тот.

— Или вы сюда просто полюбоваться на неё пришли?!

— Чего ты сказал, урод! — процедил с угрозой в голосе третий.

— У неё внутри осёл, только твоя сперма — тебе и придётся за всё отвечать, мы к ней даже не прикасались! — произнёс он и, незаметно вытащив из кармана нож, тут же исподтишка ударил им второго прямо в сердце.

Минуту-другую после этого в помещении стояла полная тишина, затем раздался испуганный до ужаса голос первого:

— Ты что, мля, наделал, Вик!

— Ничего, и хватит паниковать, дурак. Насиловал-то он её один, ну и она умудрилась как-то вытащить у него нож и всадить ему его в грудь. Что непонятного! Так что пошли вызывать врача, а нас здесь не было, когда он её дрючил, — понял?!

— Теперь понял! — с облегчением ответил тот.

— Зато я не понял! — произнёс разъярённо Дейв, входя в этот момент в помещение. Через мгновение оба придурка уже валялись на полу с выбитыми зубами. Но хорошего, исходя из случившегося, для него, естественно, было мало, это происшествие, несомненно, приведёт к очень неприятным для него последствиям и новым нападкам со стороны членов совета, а в особенности Фреи. Которая по полной его прокатит зубами по полу за ненадлежащую организацию охраны в тюрьме. Поэтому ему ничего умней в голову не пришло, как выяснить свои взаимоотношения с третирующей его рыжей дамочкой лично.

Нагнувшись к Хейне, он проверил у неё пульс и вздохнул с облегчением.

— Слава богу, жива, потерпи, дочка, сейчас тебе помогут! Взяв её на руки, он понёс её к выходу. Больница находилась практически в соседнем здании.

Именно в связи с этим событием Фрея и собрала очередное заседание совета, куда его и вызывали для объяснений через три дня после этого. Выслушав очередные обвинения в свой адрес — главным образом сводящиеся к бардаку и моральному разложению среди его подчинённых, — он спокойно заметил:

— Вы что мне тут втираете всю эту чепуху! Вы что, не знаете, какой контингент сюда прислали?! Или вы все такие здесь белые и пушистые и чем-то отличаетесь от этих трёх клоунов? Так вот, этим двоих за соучастие в изнасиловании военнопленной и убийство своего подельника трибунал уже вынес своё решение. Завтра их повесят на центральной площади в назидание остальным, кто попытается повторить их подвиг.

— Как так повесят?! — раздались удивлённые возгласы. — Ты что, Дейв, за какую-то инопланетную образину, притом конкретного нашего врага, хочешь повесить двух наших сограждан?! — изумилась Фрея.

— Да мы так вообще скоро без рабочих рук для колонии останемся, ты что ли будешь работать за них?! Разве нельзя вынести им какое-нибудь другое наказание, с пользой для общества — лес, например, валить пожизненно, который нам так необходим.

Посмотрев на неё, Дейв язвительно усмехнулся и с сарказмом заметил:

— А Вы уверены, мадам, что они в этом самом лесу кому-нибудь не проломят топором голову и не убегут, к примеру, как Вы только что сказали, к нашим врагам. А?! Может, Вы поручитесь за них! Тогда я так и быть помилую их, но все остальные их преступления будут лежать в том числе и на Вас лично! Ну так что — желает кто-нибудь брать этих ублюдков на поруки?!

Приложив руку к уху, он некоторое время послушал звенящую тишину, разлившуюся после его слов в помещении. Затем произнёс:

— Что, нет желающих. Тогда я вынужден Вас оставить, встретимся завтра на площади во время казни. Как руководители общины, вы там обязаны присутствовать.

Посмотрев на Фрею, он ехидно заметил:

— Интересно, а какого бы вы потребовали для них наказания, если бы они так поимели вас, как ту рептилоидку?!

Поняв, что ответа не дождётся, Дейв покинул помещение и сразу отправился в больницу навестить свою подопечную. Та находилась в общей палате ещё с двумя женщинами. Подойдя к её постели, он положил на тумбочку пакет с различными сладостями и деликатесами, которые приобрёл перед этим, и, сев на стул, поинтересовался:

— Привет, Хейна, вот пришёл вас проведать и принести свои извинения за случившееся. Завтра оба этих урода будут повешены, а один, если вы ещё не в курсе, уже туда отправился раньше. Надеюсь, вас это хоть как-то утешит!

Услышав подобное, её соседки многозначительно переглянулись и с изумлением посмотрели на Дейва. Сама же Хейна на это даже никак не отреагировала, продолжая, как и раньше, молча разглядывать потолок.

— Может, у тебя есть какие-нибудь пожелания?! — спросил он.

Покосившись на него, та прошептала:

— Моя хочет к себе в камеру. Моя уже чувствует себя лучше. Немного подумав, она добавила:

— Только моя просит другое жилище. Там моя будет страшно!

Прикоснувшись к её руке, Дейв заметил:

— Хорошо, сегодня же постараюсь решить этот вопрос! После чего повернулся к её соседкам и поинтересовался:

— Вы тут над ней, надеюсь, не издевались?!

— Кто мы! — удивилась шатенка.

— Да меня мой хахаль, Ваша честь, чуть ли не через день насилует...

— Вот-вот, а меня так каждый день, сволочь, как только с работы приходит! — заявила блондинка. И обе тут же заржали, как лошади.

Покачав головой, он повернулся опять к Хейне и сказал:

— Ешьте давайте и поправляйтесь, как найду место для вас, сразу заеду за вами!

Вечером он заехал за ней уже на машине, так как не хотел идти у всех на виду с ней по улице до её нового жилища во избежание кривотолков. Тем более что им стала отдельная палатка, которую он приказал поставить впритык к своей.

— Ну вот теперь это твоё новое место для проживания! — заметил он Хейне, когда привёз её к ней.

— Будешь теперь под моим личным присмотром, пока мы не решим все разногласия с твоей матушкой! — сообщил он, проводя её внутрь.

— В холодильнике полно еды, есть также душ и биотуалет, так что располагайся, это теперь твой дом. Дейв и сам не заметил, как перешёл с ней на «ты».

— Главное, запомни: без моего разрешения отсюда ни ногой, хотя ты отсюда никуда и не сможешь выйти, мне тебя придётся закрыть на ключ. Ну а если что понадобится, для этого есть рация, нажмёшь кнопку — и я кого-нибудь пришлю. А вот это ты должна надеть на руку, — он показал ей браслет.

— Он фиксирует не только твоё местоположение, но и жизненные функции. Нажав на эту кнопку, включается рация. Дверь, кстати, как и вся эта палатка, из специального высокопрочного материала. Так что ты здесь в полной безопасности, как в маленькой крепости, а на улице всегда находится военный патруль.

Посмотрев изумлённо вокруг, она опустилась на стул и, обхватив голову, горько, первый раз за всё время, разрыдалась.

От неожиданности Дейв даже растерялся. Затем, присев рядом на корточки, он взял её за руки и начал успокаивать:

— Ну ладно тебе, всё будет хорошо, я тебе обещаю, главное — договориться о прекращении войны с твоей королевой. Я даже готов поселить с тобой кого-нибудь из твоих соплеменниц, чтобы тебе здесь было с кем поговорить. Просто назови имя той, кому ты доверяешь, и она через час будет здесь.

Посмотрев на него, она вытерла слёзы и прошептала.

— Моя хочет жить с тобой! Моя теперь только тебе доверяет! Моя будет готовить и делать всё, что твоя захочет. Схватив его за руки, она опять расплакалась.

— Моя просит не оставлять её. Моя готова с тобой делить даже ложе и будет делать так, как твоя захочет, только кроме попы. Моя там больно!

Ошарашенный этим заявлением Дейв даже какое-то время не нашёлся что ему на это сказать. Посмотрев на неё - он прижал её голову к себе и начал её гладить по ней как ребёнка. Согласиться на её условия он просто не мог - это бы вызвало такую бурю негодования что мало бы не показалось. В особенности со стороны этой стервозной дамочки Фреи. Но и отказать он ей не мог - так как чувствовал что если и есть возможность установить мир с кайрами, то это произойдёт именно благодаря Хейне.

Не знал он тем более и того, что во взаимоотношениях между мужчиной и женщиной у кайров даже в словаре не имелось такого понятия, как изнасилование. Дело в том, что с некоторых пор из-за острого дефицита мужских особей они могли взять и поиметь любую женщину, где хотели и когда хотели. Никто из женщин в этом случае не имел даже права отказать им в этом. Этого требовало продолжение рода. Единственным исключением для этого служило кольцо на пальце, говорящее о том, что данная дама занята уже кем-то другим на какое-то время и к ней не стоит и приближаться. Но на самом деле это было всё фуфло выведенное на законодательный уровень в очень давние времена когда ещё мужской род начал стремительно сокращаться но ещё правил миром Кайров. Теперь же уже когда вся власть в нём перешла давно в руки к женщинам и там установился полный матриархат у мужчин осталась только одна роль - бесправной скотины для продолжение рода и развлечения прекрасных дам. Которые на самом деле их сами и выбирали на эту роль. Так как в отличии от них поголовно приобрели на генетическом уровне своеобразные гипнотические способности воздействия на свою вторую половину в биологическом и психическом плане.

— В общем, так, делить со мной ложе тебе совсем не обязательно, будем считать, что ты для меня теперь как сестра — ясно! - заметил он.

Та согласно кивнула головой и радостно залепетала:

Моя поняла. Моя для всех будет твоя сестра, и никто не будет знать, что моя делит с тобой ложе!

Дейв почесал затылок и растерянно буркнул.

— В общем, как-то так. А теперь мне пора по делам, так что буду поздно. Приготовь пока что-нибудь поесть и меня не жди. Кроме меня сюда больше никто не зайдёт, поняла!

Та опять радостно кивнула головой и поинтересовалась.

— Твоя точно не хочет меня сейчас, моя полностью здорова. Моя будет очень рада, если твоя меня отымеет перед тем, как уйти по делам!

После подобного заявления Дейв готов был провалиться со стыда сквозь землю. Покраснев как варённый рак он назидательно пояснил:

— В общем, так. Твоя подождёт, когда моя вернётся с работы, а там мы посмотрим на твоё поведение. Если будешь себя хорошо вести, моя будет делить с тобой ложе. Хорошо.

Та подпрыгнула от радости и чмокнула его в щеку.

— Моя будет очень ждать, когда твоя вернётся и приготовит нам что-нибудь поесть.

Кивнув головой в знак согласия, Дейв тут же стремглав выскочил из её палатки. Постояв некоторое время на улице, он собрался с мыслями и на цыпочках прошёл к своей, открыв тихо дверь, посмотрел по сторонам и растворился там. Как будто Хейна могла уличить его в обмане сквозь звуконепроницаемые стены. Вытащив из холодильника бутылку местной водки, тут же налил целый бокал и залпом опрокинул его. После чего сел на стул и задумался о своём дальнейшем существовании. После ещё одного ему пришла в голову новая идея. Выйдя на улицу, он сел в машину и отправился к дому Фреи. Через несколько минут он уже звонил в её дверь.

Примечание:

Дальше эта история будет развиваться от первого лица от имени Дейва.

— Кого там чёрт принёс?! — раздался недовольный голос через мегафон в двери.

— Это я, Фрея, есть срочный разговор! — ответил я, моля бога, чтобы она не послала меня к чёрту.

Через мгновение, щёлкнув замком, дверь открылась, и в её проёме возникло обескураженное лицо последней.

— А тебя-то каким ветром сюда надуло?! — спросила изумлённо она, взирая на меня, как на заявившееся неожиданно привидение.

— Что, так и будем здесь болтать на радость всей улицы?! — буркнул я, чуть ли не дрожа всем телом от страха, что она меня сейчас пошлёт к такой-то матери.

— Ну проходи, раз пришёл! — заявила с плотоядной усмешкой та, пропуская меня в комнату.

Пройдя внутрь, я уже более смело смог самостоятельно снять ботинки и, пройдя строевой походкой внутрь, сел как ни в чём не бывало на стул. Вытащив бутылку с водкой, я радушно поставил её на стол и поинтересовался:

— Стаканчик не одолжишь?!

— Ну ты наглец, я скажу, — воскликнула изумлённо та, ставя, впрочем, стакан на стол.

— Ты что, другого места не нашёл, что ко мне пить притащился?!

— По-другому не получится начать этот разговор, так мне будет проще свои мысли оформить в нужное содержание, — заметил я, уже откровенно пожирая её глазами. Тем более что в подобном исполнении мне ещё не приходилось её лицезреть в этом мире.

Без своего делового костюма и с распущенными сейчас волосами она отличалась от всем известной Фреи как небо от земли. Сейчас перед мной стояла самая красивая и обольстительная женщина на свете, которую я только встречал в своей жизни. Розовый полупрозрачный халат или пеньюар только подчёркивал её роскошную фигуру, отчего моё сердце сразу же чуть не выпрыгнуло из груди к её ногам.

— Ну а так о чём же ты хотел со мной поговорить?! — заметила язвительно та, уперев руки в свои вызывающие самые умопомрачительные сны у любого мужчины бёдра, выпирающие так соблазнительно из-под почти призрачной ткани.

— Или так и будешь на меня просто в пустую пялиться?!

Чуть не подавившись от её слов водкой, я начал глотать ртом воздух, как выброшенная на берег рыба, пытаясь откашляться. Наконец, когда мне это удалось, я ничего лучше не нашёл, как промямлить что-то о том, как она вымотала мне за последнее время все нервы.

— И что, из-за этого ты и решил сюда притащиться и нажраться не где-нибудь, а прямо у меня дома! — Рассмеялась она между тем, доставая из холодильника бутылку вина. Налив его в бокал, она посмотрела на меня таким томно-озорным взглядом, что у меня тут же весь бывший гонор провалился куда-то в пятки.

— Ну что же, выпьем тогда за то, чтобы ты добился всего, за чем ты здесь появился! — Провозгласила она свой тост сразу же с ударом под дых. Медленно выпив бокал до основания, она облизнула губы и наклонилась ко мне так, что чуть не положила прямо мне в руки свои сочные груди, при этом тихо шепча мне в ухо:

— Ты же за этим сюда пришёл, да, Дейв?! — И вдруг села мне прямо на колени, чуть ли не на мой уже вовсю поднимающийся к солнцу член в штанах. Правда, тут же вскочила, как ужаленная.

— Ба, а что это у тебя там такое горячее и очень большое, что я чуть не обожглась?!

"Вот рыжая чертовка" подумал я чувствуя себя так, как будто меня голой задницей посадили на раскалённую сковородку, и вскочив бросился к ней. Взвизгнув, та тут же помчалась в соседнюю комнату, где располагалась спальная, и попыталась перед моим носом захлопнуть дверь. Но не успела или просто не захотела, разбираться же мне уже было недосуг. Схватив её в охапку, я потащил её прямо на кровать, сердце колошматило от этой мегеры женского рода так, что соображать что-либо я уже просто не мог.

Бросив её на постель, я начал с остервенением избавляться от своей одежды, всё это время Фрея, забившись в угол к самой стене, с интересом взирала на все мои потуги добраться до неё.

— Носки не забудь снять, Дейв, а то неудобно будет на меня в них залазить! — подсказала она великодушно, сидя обхватив колени в углу кровати руками и искоса наблюдая за мной.

— Иди сюда! — поманил я её пальцем в отместку, когда избавился избавился наконец от всего лишнего на мне.

— Тебе надо, ты и иди! — заметила она, справедливо взирая на меня исподлобья, как затравленный зверёк, но всё с той же ехидной насмешливой ухмылкой.

— Ну как знаешь! — сказал я и, схватив её за щиколотки ног руками, начал подтаскивать к себе.

— Мамочки насилуют! — заверещала она как взаправдашняя и начала со всей силы отбиваться от меня ногами. А после того, когда я всё-таки подтянул её к себе, пустила в ход уже и руки, пытаясь как прямо разъярённая кошка своими когтями попасть мне прямо по лицу.

Поняв, что бороться с ней лицом к лицу чревато для меня напрочь расцарапанной мордой, я не без усилия, но всё же смог перевернуть её на живот. Облегчённо вытерев выступивший пот на лице, я между делом заметил:

— Зря ты не захотела по-хорошему, теперь пеняй на себя! — Наверно, с особой жестокостью теперь меня драть будешь, да, вояка! — Произнесла с сарказмом она, пытаясь теперь уже безуспешно дотянуться до меня руками.

Некоторое время она ещё пыталась вывернуться из-под меня в прежнее положение, но в итоге и от этой мысли всё же ей пришлось отказаться. Полежав немного спокойно, пока я её гладил и целовал. Она насмешливо заявила:

— Ну а дальше-то что, любвеобильный ты мой? Может, пойдём сначала по рюмочке выпьем, а то я что-то утомилась с тобой! Да и в туалет я, если честно, хочу. Ты же не хочешь, чтобы я прямо под тобой описалась!

Немного подумав над её предложением, я решил скрепя сердце согласиться на временное отступление, тем более что я ещё не избрал, какую мне тактику взять на вооружение в отношении неё. Тем более что пока она меня явно переигрывала в психологии человеческих взаимоотношений.

— Ладно, уговорила, только без твоих змеиных штучек, уяснила?! А то придётся конкретно спеленать тебя по рукам.

— Обещаю быть паинькой! Сказала же, в туалет мне надо, да и выпить тоже для стимуляции не помешает!

Спустившись с неё, я одел трусливо трусы и, стараясь не встречаться с ней взглядом, пошёл на кухню. Через некоторое время там же появилась и она. Не обращая на меня совсем никакого внимания, словно я находился здесь всю её жизнь. Она выпила добрую порцию своего вина и, затянувшись сигареткой, скромно заметила в окружающее пространство:

— Эх, давно я так не веселилась!

Затем, нагнувшись, посмотрела под стол и поинтересовалась:

— У тебя там твой дружок, случаем, не слинял домой, пока ты тут сложные теоремы решаешь? — и прыснула от смеха.

Посмотрев внимательно на неё, я вдруг понял, что настоящее лицо Фреи открылось передо мной только сейчас. И это был полный антипод той, которую я знал до этого. Этой женщиной просто невозможно было не восхищаться, ибо она была уникумом среди подобных себе!

— Я проиграл! Можешь поздравить себя, я теперь полностью в твоих руках! — буркнул я.

— Можешь распять меня даже на кресте, если хочешь!

— Это точно! — подтвердила она. — Деваться тебе теперь от меня точно больше некуда. Разве, конечно, к своей ящерице, которую ты решил пригреть прямо на своей груди!

Изумлённо посмотрев на неё, я, чуть ли не в шоке от её умения пролезть в любую замочную скважину, удивлённо спросил:

— А об этом-то ты откуда знаешь?!

— Земля слухом полнится, милый! — рассмеялась она.

— Но пока, судя по всему, ты ещё её не оприходовал, поэтому, видимо, и припёрся ко мне за одобрением! Так ведь?!

Я молча кивнул головой.

— Ну и что ты теперь посоветуешь, если ты такая вездесущая?!

— Да ничего, можешь делать с ней что пожелаешь — это теперь ведь твоя игрушка! Никто тебе ничего теперь не скажет - побояться. А у меня, мой милый, достаточно своих проблем, и ты кстати теперь тоже одна из них! Так что иногда просто навещай меня со своим дружком, и всё! — Она глубоко, словно с сожалением, вздохнула и добавила:

— Кстати, пойдём, что ли, посмотрим, на что он вообще годится?!

— Да без проблем! — сказал я и, подхватив её на руки, понёс на кровать. Когда я её положил на неё и начал опять переворачивать вниз лицом на живот, она удивлённо произнесла:

— Ты что делаешь?!

— Мне так больше нравится, — буркнул я, сдирая с её ягодиц остатки одежды и ставя её раком.

— Ах ты сволочь! — пропищала она, когда почувствовала, как мой член упёрся в её промежность и начал медленно, но настойчиво проникать внутрь её лона раздвигая и заполняя собой его.

— Мамочки! — простонала она, и тут же начала помогать ему двигая своей очаровательной попкой так, что я чуть не полез на стену от враз охватившего меня экстаза. Обхватив её бёдра руками, я тут же начал насаживать её на себя уже более сильными и глубокими рывками стараясь загнать свой поршень как можно глубже в неё.

- Ой, скотина! - взвизгнула она, и заскулив вцепилась со всей силы руками в подушку. Ещё через несколько минут она уже безвольно повиснув у меня в руках, только громко повизгивала вперемешку со стонами, пока я её с наслаждением натягивал на себя. Остановившись на мгновение, чтобы не кончить раньше времени, я подождал, когда она перестанет стенать, и вогнал в неё его по новой, так что она просто заверещала. Достигнув извержения, я вытащил уже свой измочаленный этой стервочкой член и, перевернув её на спину, разлёгся рядом, поглаживая её потихоньку.

— Ну что, доволен?! — произнесла она c сарказмом, забравшись на меня через некоторое время уже верхом.

— Вполне, — пробормотал я, продвигаясь своей рукой опять к одному заманчивому месту..

— Отстань от меня, скотина! Пойдём лучше выпьем, — засмеялась она, стряхивая мою руку со своей офигевшей уже от моего внимания подружки.

— На это у тебя ещё будет время, но потом!

К Хейне я попал уже только под утро.

Когда я объявился в палатке Хейны, она уже спала, притом прямо за столом, уронив на него голову. На котором стояла кастрюля с каким-то приготовленным ей супом. Видеопанель на соседнем столике ещё работала, показывая какой-то очередной фильм из заложенных в меню показа. Взяв её на руки и моля бога, чтобы она только не проснулась, я перенёс её на кровать и накрыл одеялом. Что-то пробормотав спросонья, та просто перевернулась на бок и продолжала дальше бродить по своим чудным снам, на моё счастье, даже не открыв глаза. Налив суп в тарелку, я съел несколько ложек, затем вылил его в туалет, главное, чтобы думала, что я его ел, а то чего доброго ещё обидится. Хотя её суп и правда получился довольно оригинальным по вкусу и был очень неплох, но есть мне сейчас нисколько не хотелось.

То, что я влип за вчерашний день по самые уши в совсем неприглядную для себя историю и стал к тому же заложником сразу у двух разных ментально женщин, это было ещё полбеды. Беда была в том, что я совсем не знал, что с этим теперь делать и как мне теперь с этими двумя вампиршами жить. Обе они, как я уже понял, оказались поистине опасными для меня особами, так как теперь будут просто вить из меня верёвки, и попробуй им в чём-нибудь теперь откажи. Правда, на сегодня я решил взять выходной, о чём ещё вчера, отправляясь в гости к Фрее, известил своего заместителя Майла, пускай хотя бы сегодня покрутится, как белка в колесе, а то привык прятаться за моей спиной. Заглянув в холодильник, я, естественно, не нашёл там водки и отправился за ней к себе, так как у меня, кроме тяжёлого похмелья от этого суррогата, ничего в голове больше не было. После чего вернулся назад и стал ждать, чего мне отчебучит, когда проснётся Хейна, а что у неё за этим не заржавеет, я уже знал точно. Незаметно для себя размышляя на эти жизнетрепещущие темы, я сам заснул и проснулся только через три часа, точнее, меня разбудила Хейна.

— Моя вставай уже утро! — теребила она меня за плечо.

— Твоя совсем не пошла на работу. Наверно, твоя заболел, — верещала она птичьим голоском, носясь вокруг меня.

Продрав глаза, я посмотрел на часы и махнул рукой: «Ничего, мол, страшного, у меня ненормированный рабочий день и всё такое», — заявил я и начал искать глазами вожделенную бутылку с водкой. Не обнаружив её на прежнем месте, я посмотрел на снующую с тряпкой в руках Хейну и с подозрением поинтересовался:

— Здесь моя милая стояла бутылочка, куда ты её дела?!

Замерев на месте там, где находилась, она с недоумением посмотрела на меня и переспросила:

— Та была, что на столе?!

— Ну да, она была на столе! — Подтвердил я.

— И зачем она твоя нужна?! — Прошелестела она с изумлением.

— Затем! — Сказал я уже раздражаясь.

— Куда ты её дела?!

— Та вылила! — Известила она меня, хлопая невинно глазами.

«Ну вот начинается», — подумал я, скоро я и дышать здесь буду только с её разрешения.

— Значит, так, моя, на будущее, если я что-то оставляю на столе, значит, это мне нужно — правильно ведь?!

Хейна молча кивнула головой и с виноватым видом заметила!

— Та я же нечаянно, пролилась то она! Твоя, наверно, очень расстроена?!

— Очень! — посмотрел я на неё и рассмеялся. «Вот шельма маленькая, выкрутилась, думает, видно, что я совсем идиот», — подумал я.

— Та твоя не будет на моя больше ругаться! — спросила она робко, подходя ко мне и присаживаясь рядом на корточки.

— Моя больше не будет! — пообещал я и непроизвольно погладил её по голове.

— Но если твоя снимет с себя эту свою дурацкую униформу и наденет что-нибудь более подходящее. Для чего я тебе, по-твоему, целый шкаф закупил по твоему размеру?!

— Та это всё для моя! — взвизгнула она и помчалась смотреть обновки.

«Детский сад», — подумал я и пошёл к выходу. Дома у меня ещё остались кое-какие стратегические запасы. Но только я прикоснулся к ручке двери, как услышал всему мужскому роду всемирно известную фразу:

— Твоя это куда?!

Медленно повернувшись, я увидел до боли знакомое по фильмам ужаса выражение лица Хейны. Та стояла с таким видом, будто я собрался от неё сбежать к очередной любовнице.

— Сейчас приду, бутылку-то ты же разлила! — заметил я назидательно и вышел за дверь. «Слава богу, что вслед мне она ещё ничего не запустила из своего гардероба», — подумал я. Но, думается, вскоре и это станет привычным явлением.

Вернулся я только через часа через полтора, пришлось заехать в штаб посмотреть, как там движутся дела, и заодно кое-что приобрести, чтобы порадовать Хейну. В общем, как только я открыл дверь и зашёл внутрь, я сразу же обомлел. Правду говорят, что в каждой женщине сидит дьявол, просто он до поры до времени не высовывается. То чудо природы, которое сейчас сидело с обиженным видом в кресле, только отдалённо теперь напоминало мою прежнюю Хейну. Благодаря, конечно, своему новому облику, который она кардинально изменила. Теперь на ней была красная блузка которая ей очень шла и небесно голубая короткая юбка, придавая дополнительной свежести и очарования. Ну и про косметику она естественно не забыла, существенно изменив этим свой образ. Увидев наконец мою физиономию на пороге, она соизволила произнести только одно слово:

— При ш ё ёл! — Притом таким тоном, словно я отсутствовал у неё целую вечность, а обязался быть через 10 минут.

— Ну задержался! На работу пришлось заехать, ну и кое-что в магазине прикупить по случаю выходного.

Выложив на стол содержимое пакетов, я сказал:

— Представь, достал шампанское при том из старых запасов с того мира — я показал пальцем вверх.

— А не наш местный суррогат!

Взглянув на меня, потом на бутылку, потом снова на меня, она поправила свою причёску, про которую, видимо, только сейчас вспомнила, и ласково так заметила:

— Напоить, моя, хочешь?!

— Почему напоить?!» — удивился я.

— Просто немного расслабиться, пока возможность есть!

Посмотрев изумлённо на меня, она подошла ко мне и, присев на корточки, радостно объявила:

— Та зачем, моя твоя и так даст!

Поняв, что моего словарного запаса явно недостаточно, чтобы ей объяснить прописные истины моего странного для неё поведения, я просто ударил рукой по столу и тихо произнёс:

— Быстро села на своё место, будем сначала пить, а всё остальное потом! Ясно!

Посмотрев на меня округлёнными от удивления глазками, та быстро ретировалась на своё место забравшись с ногами на кресло.

— Так-то лучше! — сказал я и разлил шампанское по фужерам. Точнее, ей шампанское, а себе коньяк. Придвинув к ней шоколад, я пояснил:

— Этим закусывают! Поняла!

Взяв в рот плитку шоколада, та попробовала его на вкус и, довольная, кивнула головой, видимо, он ей понравился. Затем, взяв в руки фужер, она глубоко вздохнула и, зажмурившись, сразу всё выпила. Через некоторое время, видимо, когда осознала, что ничего страшного с ней так и не произошло, она удивлённо заметила:

— Та другое! Не как та гадость в той бутылки!

— Конечно, другое, та тебе нельзя, а это можно!

Через некоторое время, когда бутылка с шампанским уменьшилась почти наполовину, в настроении Хейны наметились явные перемены. До этого в её поведении прослеживалась некоторая скованность и боязливость, а в глазах стояла смертная тоска. Словно она постоянно была в напряжении, ожидая какого-нибудь подвоха и неприятности. Именно поэтому она всё это время, думаю, пыталась мне всячески угодить, лишь бы я её не прогнал и не отправил обратно в камеру. Сейчас же в ней уже начала проявляться некоторая раскованность и раскрепощённость. Глаза оживились, а на губах наконец-то появилась улыбка. Так как в моём рационе уже закончились все хранящиеся в моих архивах нужные истории и анекдоты, я решил перейти к более насущным вещам и, чтобы отбить у неё охоту полностью забраться с ногами мне на шею, тут же огорошил её своим вопросом:

— Хейна, девочка моя, как думаешь, почему я решил пойти у тебя на поводу и даже выделил отдельное место для твоего проживания?!

Некоторое время она молчала, пытаясь осмыслить мной сказанное, затем её губы задрожали, и она, опустив глаза, еле слышно произнесла:

— Не знаю, моя до сих пор в растерянности! Подняв голову, она с явным испугом посмотрела на меня и вдруг добавила:

— Только не прогоняй меня, моя этого не переживёт! — После чего протянула руку к бутылке и, налив дрожащей рукой целый бокал шампанского, большими глотками выпила почти весь его до конца.

— Да не собираюсь я тебя никуда прогонять, мы же с тобой теперь в одной лодке! — заявил я и тут же остолбенел, так как только сию минуту въехал в суть подобного умозаключения, так как до этого думал, что у неё понятие «моя» просто заменяет собственное обозначение слова «меня» или «я», что это одно и то же, но оказалось, что она подразумевает совсем разные вещи и обозначения. Поэтому я и переспросил.

— Почему ты постоянно говоришь про себя не виде обозначения Я или меня, а только в форме прилагательного «моя» — как о какой-то вещи?!

Бросив искоса взгляд на меня, она просто произнесла:

— Поэтому моя и готова отдать меня тебе в пользование! Ведь я же принадлежу ей!

— И где же тогда эта твоя самая «моя» находится?! — поинтересовался ошарашенно я, думая, что она меня опять разыгрывает.

— Там! — произнесла она с недоумением и показала рукой на низ живота.

После чего я уже полностью выпал в осадок.

— И как же вы общаетесь с ней?! — задал я уже сам сквозь слезы от еле сдерживаемого смеха умопомрачительный вопрос, думая, что кто-то из нас двоих, наверное, точно спятил.

— Да просто она твоя сейчас сама покажет! — просто ответила она и взглянула на меня так, что я тут же потерял все остальные ощущения и системы координат в пространстве. Кроме одной.

Встав в полный рост, я вдруг, перестав вообще соображать, что творю, начал усиленно срывать с себя всю одежду, после чего, как обезумевший, накинулся уже на неё. Все мои ощущения и мысли подчинились только одному простому и примитивному древнему желанию — вогнать этой лежащей передо мной маленькой стервочке свой враз разбухший и горящий адским желанием член как можно глубже. Обхватив дрожащими от нетерпения руками её бёдра, я с яростным рвением начал с ходу вводить его туда, проникая постепенно всё глубже и глубже. Но на этом моя дальнейшая инициатива вдруг резко закончилась. Что-то живое у неё там внутри вдруг проснулось и посмотрев на всё это дело тут же ударило меня по рукам и словно обхватило мой член своей цепкой рукой. А может чем-то наподобие рта. Поскольку это что-то тут же начало там творить с ним такие умопомрачительные вещи от которых я чуть тут же не не полез прямо на потолок. При этом все эти действия сопровождались слабыми электрическими разрядами тока, от которых я со своим ошалевшим от этого дружком ту же кончил. Распростёртое же подо мной тело Хейны, точнее её бёдра ходили всё это время просто ходуном в такт движениям её озверевшей киски, а её коготки на руках просто вонзились мне в спину. Глаза от сотрясающего всё её тело экстаза покрылись поволокой, а я, впрочем, вместе с ней заорал так от раздирающей меня эйфории, а затем и обрушившегося оргазма, что, если бы стены не были звуконепроницаемыми, сюда запросто сбежался бы весь посёлок. Подумав, что с нас кто-то живьём сдирает шкуру. Кто кого изнасиловал и отодрал при этом, было для меня теперь очень большим вопросом. Но теперь я точно знал, что такое у Хейны — «моя»!

Отойдя немного от такого непривычного для меня вида секса, я посмотрел на ещё распростёртое тело пребывающей, видимо, пока в полной прострации Хейны и задался сакраментальным вопросом: «А что мне теперь делать с этим милым только на вид чудовищем?!» Которая может тебя запросто выпотрошить и пережевать, как беспомощную гусеницу, в любой момент стрельнув только одними глазищами. То, что эти миленькие до ужаса вампирши в скором времени захватят этот мир вместе со всеми нами, а может, и всю Галактику, я уже нисколько не сомневался. Им достаточно было просто заглянуть нам в глаза.

Приподняв голову и посмотрев на меня небесно невинными глазками, Хейна прогнулась всем телом, как довольная кошка, и, подползя ко мне, положила свою головку мне на колени. Взирая на меня снизу вверх, она чуть ли не замурчала, когда я начал её непроизвольно гладить рукой. Что ни говори, а так хотелось её хоть как-то отблагодарить за потрясший меня чуть ли не до самых печёнок этот сногсшибательный секс.

— Моя, тебе понравилась моя киска?! — спросила она, чуть ли не мурлыкая.

— Ещё бы! — подтвердил я, стараясь не обидеть её и не сгореть при этом со стыда.

— А ещё хоч е ешь?! — поинтересовалась она, показывая глазами на мой потерявшийся уже где-то совсем беспомощный и выдохшийся член.

— Та я мигом могу привести его в норму! — осчастливила она меня.

— Только если ты не будешь больше прибегать к помощи своей слишком уж инициативной подружки! — поставил я сразу ей условие.

— А то я не переношу, когда кто-то хочет таким макаром меня самого изнасиловать! — заметил я.

Посмотрев виновато на меня, потом на мой член, она нежно чмокнула его в головку и, недолго думая, тут же начала облизывать его своим внеземным язычком, больше всего напоминающий чем-то змеиный. Отчего я чуть не полез вслед за ним прямо на небо, куда он тут же потихоньку и устремился. Затем она полностью ввела его себе в рот и начала там с ним делать такие вещи, что его тут же начало распирать от гордости, как на дрожжах, а я чуть не завопил от вновь раздирающего меня желания.

— Сядь на него! — простонал я, боясь, что кончу сию минуту, не успев даже в неё его вогнать и ещё раз испробовать её так называемою - "мою".

Через мгновение, оседлав меня верхом, она нежно обхватила пальчиками мой заново восставший из пепла орган и начала медленно, попискивая от наслаждения, насаживаться на него своей промежностью, вгоняя его всё глубже себе внутрь, а меня — в экстаз. При этом её озабоченная "подружка" пока ещё никак не реагировала на его вторжение в её лоно. Видимо, посчитав, что её подопечная на этот раз справится как-нибудь и без неё. Тем более что её киска уже насаженная на мой пробравшийся в её чрево член, и так вовсю вопила от его наглости. Обхватив бёдра Хейны руками я раз за разом со всей силы насаживал её на свой обалдевший от такой радости член по самые яйца. Отчего она уже только тонко попискивала извиваясь в них всем телом. Чувствуя как он вопя от охватившего его наслаждения вот, вот готов извергнуться оргазмом, я моментально отключил все свои ощущения от этого процесса и бесцеремонно убрав её с него опустил её на кровать. Кончив дрожать и постанывать через некоторое время от настигшего её оргазма, она открыла свои чудные глазки и с недоумением уставилась ими на меня.

— Твоя почему не кончил, я же старалась! — пропищала она обиженно, позабыв, видимо, с горя про свою — "моя".

— Успею ещё, — известил я её великодушно и, перевернув на живот, поставил кверху её великолепной задницей.

— Ты что делать моя?! — заверещала она, подумав неладное, и пытаясь вернуть себе прежнее положение.

— Да не буду я влазить туда! — Успокоил её я, раздвигая ей при этом руками ягодицы и заново всовывая свой член в её затаившуюся киску, которая тоже уже было беспечно расслабилась, а тут такое дело. Несколько успокоившись, Хейна, подыгрывая мне, тоже начала шевелить своими бёдрами, помогая вгонять его ещё глубже ей внутрь. Я же, постанывая от восторга, драл её всё более с нарастающей силой. То отключая, то включая внешние нервные раздражители на нём, когда назревал оргазм. Дело в том, что сейчас весь мой организм подчинялся полностью моей воли, так как я активировал мысленным кодом внедренную когда-то в моё тело систему его нейрохимического контроля. Почувствовав неладное, её подружка было попыталась забаррикадироваться от моего одуревшего в своей кровожадности дружка. Пытаясь самопроизвольно сжать стенки своего влагалища, которые я тут же, раздвинул, своим поршнем насаживая её, ещё сильней на него. Хейна, естественно, заверещала и начала извиваться у меня в руках, пытаясь из последних сил дотянуться до меня уже руками и порезать своими коготочками на ремни..

— Моя, не надо больше, я очень устала! Пожалей меня! — пропищала она уже тихонько, повернув ко мне голову и уже полностью прекратив всякое сопротивление.

Вогнав его ещё пару раз, я наконец кончил в неё и вытащил своего обнаглевшего вконец дружка из уже вконец обалдевшей к этому времени от него её киски.

«Надеюсь, теперь долго не будет приставать ко мне со своей дурацкой просьбой трахнуть её», — подумал я, наблюдая за обессиленно лежащей и вконец отодранной Хейной.

— Ну ты что, долго ещё собираешься так валяться?! — спросил я через некоторое время как то странно наблюдающую за мной девушку.

— А твоя больше не будет моя трогать?! — задала она провокационный вопрос, натягивая на себя ещё больше одеяло.

— Да не будет, вылазь! Я тебе что, двужильный, что ли!

— Правда! — переспросила она всё ещё с опаской, показывая только нос из своего бомбоубежища.

— Да правда, вылазь давай — я что, тут должен сам с собой пить, что ли?!

Посчитав, наверно, что я и правда не двужильный, она всё-таки выбралась из своего убежища, но на всякий случай решила всё-таки не искушать судьбу и расположилась от меня как можно дальше. Видимо, посчитав, а кто его знает, что у этого придурка на самом деле на уме.

Между прочим, на уме у меня и правда было много чего: во-первых, я уже уяснил, что этой милой девочки лучше палец в рот не совать, а то она, может, даже и сама, того не желая, запросто тебя переживать целиком. А точнее, превратить всю твою жизнь в счастливый сон идиота. В связи с чем я и решил ей преподать урок, что со мной такие штучки лучше не вытворять, а то я и сам их могу показать. Во-вторых, что-то меня во всей этой истории о её сногсшибательной любви к моей персоне смущало. Ну не верил я в её искренность, и всё тут, а для чего я ей был нужен на самом деле, так и не смог уяснить. Поэтому, разлив по бокалам шампанское, перемешанное с добавленным туда незаметно коньяком, я надеялся, что получившийся в результате этого чудный ингредиент под названием «развязыватель всех языков в мире» поможет мне получить недостающие до сих пор фрагменты для полной картинки всех происходящих вокруг событий.

Во время предыдущих допросов я уже знал, что в обществе Кайров процветает жёсткий матриархат по причине огромного дефицита в нём мужских особей, которые, по их словам, ещё и ни на что больше не годятся, кроме как на продолжение их рода и дурацкие всевозможные развлечения. Но подобная ситуация была не всегда, а произошла в результате каких-то генетических экспериментов, после которых мужская часть населения просто начала вырождаться и достигла к данному моменту 1 к 10 в процентном выражении.

В общем, если эрейцы в своём развитии пошли по сугубо технологическому пути развития, то кайры достигли небывалых успехов в генетике, химии и биологии, создав в том числе и сокрушительное оружие массового поражения в этих сферах. Конечно, это не говорит о том, что у них не было таких же технологий, как у людей в технической сфере, просто в генной инженерии и сопутствующих ей сферах они добились намного больших успехов, чем люди. Фактически сформировав новый, намного более совершенный и разумный вид из того, чем являлись когда-то их предки. И именно женский особи стали его носителем - оставив своих мужских представителей далеко позади, на уровне практически каких-то обезьян, способных разве лишь участвовать в воспроизводстве потомства и понимать язык на котором с ними общаются их леди. Кроме всего прочего они были способны ещё и полностью мимикрировать меняя своё внешний облик в соответствии со своим желанием. В этом я лично смог убедиться, когда она в процессе секса смогла несколько раз поменять цвет своих глаз и кожи, выпусть и опять убрать острые как лезвие бритвы когти, а про язык лучше вообще ничего не говорить.

Поэтому уже через некоторое время после того, как я ей задал несколько наводящих вопросов, начал подозревать, что и моя Хейна ценит и считает меня не намного выше на эволюционной лестнице, чем своих приматов мужского пола. Во всяком случае, она мной пыталась управлять с помощью таких же методов и средств, как и своими соплеменниками с членом. Но исходила ли она в своих действиях чисто из практических целей или ей всё-таки и правда было известно и двигало такое чувство, как любовь к своему сексуальному партнёру я так уяснить и не смог. Потому что у энергетических вампиров все остальные, кроме них, ничем иным, кроме как жертвой, являться в принципе не могли. Люди, внедряя в себя различные квантово-кибернетические системы и целые колонии различных нанороботов, тоже смогли существенно расширить свои интеллектуальные и физические возможности. Но контролировать только силой одной своей мысли поведение другого человека на расстоянии так и не научились. А про то, что можно черпать жизненную энергию из своих жертв во время секса для продления своей жизни чуть ли не до бесконечности, даже и подумать не могли. Поэтому, когда Хейна проболталась, что её матушке-королеве уже давно перевалило за 300 годочков, я сначала ушам своим не поверил. Но когда узнал, что их мужские особи редко доживают даже до 50, вообще перестал что-либо понимать. Так как при разной половой полярности они всё-таки принадлежали фактически к одному и тому же биологическому виду. Отсюда оставался только один вывод: чтобы продлить себе жизнь, они забирали её у них. И самое главное, что для этого они могли использовать не только представителей своего вида, но и других, наиболее подходящих для этого по своим физиологическим особенностям. То есть нас, людей...

Поэтому в это самое миленькое в мире чудовище я, с одной стороны, кажется, и правда влюбился до беспамятства, а с другой — начал бояться до дрожи в коленках. Тем более что на мой вопрос: «Почему её киска просто не откусила член решившему её изнасиловать уроду?!» — она ответила сакраментально, что просто не захотела привлекать к себе излишнего внимания!

Глядя на уже порядком захмелевшую Хейну, я вдруг неожиданно её спросил:

— Слушай, а сколько вообще времени ты можешь заниматься сексом, не останавливаясь?!

Взглянув на меня, та облизнула своим язычком губки и непринуждённо заметила:

— Та сколько угодно, моя!

И тут я понял, что всё это время она водила меня за нос со своим «моя устала» — просто я хотел, чтобы оно так и было, а она просто сыграла так чтобы я в это поверил.

Приблизившись ко мне на четвереньках, она неожиданно просунула руку и, ухватив меня снова за член, с озорными искорками в голосе прочирикала:

— Твоя что, ещё хочет что ли?! - отчего мой дружок сразу пришёл в ужас.

— Та моя уже готова!

Через мгновение он был уже у неё во рту, а я лез вместе с ним опять на потолок. При этом мне уже было совсем до лампочки, сколько жизненных сил она у меня похитит в оплату за это. Потому что без этой милой вампирши моя жизнь больше ничего вообще не стоила. Во всяком случае в данный момент.

P.S. Автору очень помогла бы и Ваша оценка этого произведения. Особенно лайки. Что, безусловно, бы отразилось в его дальнейшем для вас творчестве и написании новых глав. За что буду премного благодарен!