Колыбель времени 3. Пушляндия.

Эверилд рухнула из портала на стол, а сверху на неё упала Арина, и резко расплакалась. Вампирша покрепче прижала к себе малышку, шустро вскочила на ноги и отпрыгнула в сторону, освобождая место для следующего гостя.

Пока портал перемещал Лекса, Эверилд осмотрелась: её окружал просторный зал, а в стены из чёрного дерева были вмонтированы светильники. Таверна, в которой она оказалась, занимала площадь в четыреста квадратных метров, а потолки уходили ввысь метров на десять. Впереди находилась барная стойка, за которой стоял огромный серый тролль, в холке метра четыре, а пальцы украшены кольцами. Заметив непрошеную гостью, он замер с тряпочкой в руке, не донеся её до пивной кружки, которую собирался протереть.

Вампирша доброжелательно улыбнулась, скрывая за клыкастой улыбкой, нервную дрожь. Так страшно ей ещё никогда не было. Даже гнев Эорика Дарта казался не существенным, по сравнению с этими монстрами из сказки. Эверилд, рядом с этими созданиями, чувствовала себя уязвимой и, стараясь не показывать свою слабость, продолжила изучать обстановку: узкие окна, у двери орк и тролль с боевыми топорами на поясе. Вампирша занервничала ещё больше, так как Лекс всё не появлялся, а сияние портала гасло.

Эверилд спохватилась, ощупала ребёнка, нет ли у неё травм. Конечности были в порядке, крови не видать, значит, просто она напугана. Вампирша перехватила удобней девочку одной рукой, параллельно оценивая обстановку вокруг: трое троллей с дубинками в руках заходили с разных сторон, смотря на неё глазами красными от бешенства.

— Мальчики, у меня нет с собой уколов от бешенства, хотя, такая зараза, как у вас, не лечиться, извините. Так что, держите дистанцию, а то заразите мне ребенка.

Пока она говорила, сумела нащупать рукой пистолет Люмбера, расстегнула одной рукой кобуру, достала оружие и наставила его на опешивших троллей. В этот момент из портала выпал Лекс, и с грохотом приземлился на пол. Поняв, что Эверилд грозит опасность, он сразу же вскочил на ноги и вынул из своей кобуры пистолет Люмбера. Взяв под прицел самого крупного тролля, спустил курок, и пуля вошла в толстую шкуру, застряв там. Таверну потряс яростный рык. Тролль, освирепев, ринулся на Лекса, сжимая в руках железную дубинку.

— Есть гранаты? — спросил Лекс.

Эверилд выпустила практически всю обойму в тролля с железной дубинкой, оставив себе всего пару патронов. Тот пошатнулся, взмахнул дубиной и стал заваливаться на бок, роняя по пути столы.

Воздух потряс грозный рык. Лекс выпустил обойму во второго приближающегося тролля, снеся ему половину головы.

— Двигайся потихоньку к выходу. — скомандовал Лекс.

Вампирша осторожно стала двигаться в направлении выхода из таверны. Она убрала пистолет Люмбера, достала гранату, зубами выдернула чеку, выплюнула кольцо и бросила взрывчатку в толпу троллей.

Подхватив котёнка с пола, Эверилд, на запредельной скорости, бросилась прочь из зала. До двери она не добежала всего двух метров, когда ей выход перекрыл тролль с двумя выбитыми зубами. И нагло усмехнувшись, повернулся к своим дружкам.

— Эй, парни, смотрите, какая красотка к нам пожаловала, белая, как соль!

Эверилд приглушено зарычала, а острые клыки удлинились. Она посадила котёнка на плечо, достала из кобуры пистолет Люмбера, сняла его с предохранителя и выстрелила в упор. Здоровый тролль выругался, схватившись за хозяйство. Вампирша метнулась к ближайшему окну, выбила раму, выпрыгнула на улицу и отбежала подальше от здания. Через некоторое время раздался взрыв, от которого волной выбило стёкла. Таверна горела, а из неё, в панике выбегали тролли.

Лекс возник из тени рядом с Эверилд.

— Уходим, пока они дезориентированы. — приказал он.

Вампиры дали дёру, оставив далеко позади себя горящую таверну. Бессмертные существа остановились только через двадцать минут.

— Ты не ранена?

— Нет. Арина тоже вроде цела с Прохвостом.

— Как котенок переместился с нами? — задал вопрос Лекс.

Эверилд тоже занимал этот вопрос, не меньше спутника. Она напрягла память, чтобы вспомнить в какой момент пушистик нырнул в портал. Но у неё это не получилось.

— Он прыгнул в последний момент, сразу следом за нами. – предположила вампирша.

Эверилд осмотрелась: заброшенные дома, одинокая детская качель, скамейки и при этом, всё новое. Вампиры синхронно, потянули носом воздух. Пахло травой, морем, камнем, мазутом, и притом, полное отсутствие запахов человеческой еды и крови. Даже не пахло троллями, хотя вампирша была уверена, что запах у них должен быть свой, уникальный. Они одновременно посмотрели в сторону таверны, откуда поднималось облако дыма.

Арина захныкав, спросив:

— Тётя, где мы?

— Не знаю. — ответила немного отстранено Эверилд.

Что-то во всём этом казалось ей странным, но что именно, было не ясно.

— Вы теперь моя мама? — спросил ребёнок.

Лекс и Эверилд одновременно переглянулись.

— Да.

— А куда делась моя мама?

— Она сейчас с богом. — ответила Эверилд, желая заткнуть девочку, чтобы та не мешала размышлять.

— Эверилд, попытайся связаться с нашими. — сказал напряженным голосом Лекс.

У него закрадывались подозрения, что Эрик Дарт решил поиграть с ними.

Эверилд, с девочкой на руках и котёнком на плече, подошла к скамейке и присела. Лекс подсел к ним.

Эверилд закрыла глаза и попыталась сосредоточиться. Сейчас ей было плевать на гнев своего супруга. Её пугало другое. На протяжении многих километров она не чувствовала присутствие своего мужа.

— Пусто.

— Так себе расклад.

— Я хочу кушать! — подала голос Арина.

Вампиры тоже хотели подкрепиться. В пространстве, что-то неуловимо изменилось.

— Так быть не должно. — размышляла Эверилд в слух.

Лекс тоже заметил эти изменения. Послышался шум музыки, говор людей. Жажда обожгла горло вампирши. Лекс с округлившимися глазами смотрел на преображение города. На дороге появились заброшенные автобусы, мотоциклы, машины, где-то гудел поезд.

— Пойдемте, поедим. — девочка вместе с котёнком спустились с рук вампирши, после чего Эверилд с Лексом поднялись на ноги.

— Будь начеку.

— Не дурак, знаю. — буркнул он и скользнул в тень.

Эверилд, с грацией хищницы, двинулась к ближайшему кафе с яркой вывеской «Солнышко». Название её озадачило. Слишком по-детски оно звучало для такого мрачного места. И осматриваясь по сторонам, её глаза замечали всё больше странностей: трава на газонах была сине-зелёная, а между пучками травки красовались ярко красные цветки с желтой серединой. Чуть дальше цвело странное дерево с алыми розами на ветках.

Эверилд вдруг пошатнулась. Голова закружилась, и мир поплыл, приобретая опасные оттенки красного цвета. Она чувствовала, что теряет контроль, ведь Арина очень заманчиво пахла, но Эверилд удалось подавить свою жажду, хоть и с большим трудом. Это произошло прямо на входе в кафе. Девочка с платиновыми волосами и глазами цвета коры дерева, смотрела на неё с ужасом.

— Всё уже прошло. — ласково заговорила Эверилд, ощущая поступающую слабость.

Арина усомнилась в её словах, и Эверилд взяла девочку за руку.

— Видишь, я не опасна. Идем есть.

Арина ещё с минуту смотрела на вампиршу, и только потом согласилась войти в кафе.

Оно было оформлено в старинном стиле, что сразу же бросилось Эверилд в глаза.

Откуда на территории города таверна, которая существовала в глубокой древности? Она шагнула на паркет. В помещении играла немецкая музыка, уютные маленькие столики находились по левую руку, призрачные цветы стояли в призрачных горшках, над столами висели светильники, а на голубых диванчиках сидели полупрозрачные люди.

Арина закричала, и по стенам расползся иней. Призраки, словно по чьей-то команде, повернули головы в сторону посетителей. Глаза не упокоенных душ, мерцали зелёным цветом.

Эверилд прижала к груди девочку. Призраки потянули к ним свои руки, и вампирша сотворила ментальный щит в свой рост, который отделил её от неживых клиентов кафе. Она даже не догадывалась, что так может.

Призраки разом потеряли интерес к новым гостям, когда от барной стойки отделился силуэт и начал уверенно приближаться. Это оказалась душа, неупокоенного мужчины. Приблизившись к живым посетителям, от него исходил жуткий холод, заставляя поверхности покрываться изморозью.

Лекс вышел из тени, перекрывая путь беспокойному духу. Призрак мужчины с залысинами остановился в пяти метрах от них. Не упокоенный дух поклонился, приветствуя гостей, а вампир внимательно следил за каждым движением нежити.

Призраки, сидевшие за столами, выли, раскачивались и вообще вели себя не спокойно. Всё это Эверилд отметила краем сознания. Она отодвинула немного в сторону Лекса, чтобы лучше видеть бармена.

— Давно в нашем мире не появлялись сильные телепаты. Приветствую вас в кафе «Солнышко».

— Пьяное «Солнышко», тогда уж. — попыталась пошутить вампирша.

— Хорошее название. Проходите, садитесь и заказывайте еду.

Эверилд медленно покачала головой.

— Наш город заколдовал ментальный маг. Он свёл с ума миллионы жителей, и потом с помощью некромага превратил всех нас в бестелесных существ. Мы должны охранять город, и заманивать сюда великих магов, чтобы пополнять накопители. Он спрятал артефакт в болоте, что находится в сердце города, который не позволяет нам уйти на перерождение. Но однажды, нам удалось заманить в свои сети пророка, который предсказал, что через двести лет в наш мир пожалует женщина с мертвенно бледной кожей, с чужим ребёнком и любовником. А ещё с ними будет белый котёнок с рыжими ушками и рыжеватым хвостом. Эта гостья нашего мира сумеет овладеть силой артефакта, и тогда мы сможем обрести покой. Но чтобы она осуществила миссию, её необходимо напоить вином «Рубиновая ясность», чтобы она смогла найти выход в основной мир. Мы много заманивали женщин из разных миров с чужими детьми, но вы первая, кто пришла к нам добровольно, желая спасти любовь. Не удивляйтесь, я чтец душ. Выпейте с нами вина, поделитесь своей силой, и мы вас отпустим. В нашем мире всех телепатов уничтожили ещё семьсот лет назад от сотворения луны и объявили их вне закона. Возьмите этот артефакт, он поможет вам скрыть свою силу.

В воздухе возник кулон. Он был в форме кровавой капли, подвешенный на платиновой цепочке. Иномирянка с сомнением посмотрела на дар, а кулон терпеливо ждал, когда его возьмут.

Решившись, вампирша протянула руку к подвеске. Она горячими звеньями легла в подставленную ладошку. Эверилд расстегнула цепочку и затем застегнула её, уже на своей шее. Капля легла в ложбинку между грудями. Бармен дождался, когда гостья справиться с украшением и затем обратился к Лексу:

— Ваш дар, юноша, не так заметен. Вы сможете его скрыть, пользуясь второй своей способностью. Но девушку берегите, она очень талантливый маг разума. Теперь пройдёмте поближе к стойке, выпьем вина.

Он поплыл к своему рабочему месту, а вампирша последовала за ним с осторожностью. Они заняли круглый белый столик, по левую руку от баристы. Бестелесный дух достал из-под барной стойки бутылку, такую же прозрачную, как и он сам. Неупокоенная душа, разлила вино по бестелесным бокалам, затем он подплыл к гостям, протягивая им сосуды. На лице вампирши отразилось сомнение, а призрак, заметив её замешательство, сказал:

— Коснитесь его, и он обретет материальность.

Вампирша не торопилась следовать совету бармена.

— А куда делся пророк?

— Он не смог выйти из города, хотя мы пытались ему помочь. Но он подарил нам надежду.

Эверилд притронулась к ножке бокала, и он сразу же стал осязаем. Арине подали томатный сок, а Лексу такое же вино. Малышка залпом опустошила свой бокал и крепко заснула. Эверилд сделала маленький глоток, пытаясь распробовать прозрачно рубиновую жидкость. Лекс опрокинул его залпом, вытер губы и откинулся на диван. Лицо вампира лунного затмения стало спокойным, а в глазах пропала жажда. Вино было тягучим, с какими-то пряностями. Она пила его не спеша, наслаждаясь каждым глотком, и чувствуя, как часть магии уходит. Она нахмурилась.

— Оно забирает магию.

— Чтобы выйти из этого города, надо поделиться своей силой.

— Пророку это не помогло.

— Не помогло, потому что эта сила немного иная. Это вино делалось для менталистов. Только им оно придает силы, но первый бокал пьётся, чтобы поделиться магией, а второй бокал уже будет восстанавливать ваши силы. Тот, кто выпил это вино, сообщает городу, что добровольно готов пожертвовать свою силу.

— Оно может убить.

— Нет, оно не в состояние забрать у вас всю магию. Так, что пейте. Оно для вас даже полезно. Это вино убивает только магов не вашего профиля.

— Что ты дал, Арине?

— Сок, восстанавливающий силы. Она через два часа проснётся бодрой и полной сил. Город не убивает детей.

Призрак притащил бутылку вина, и Эверилд решила довериться ему, хотя её грыз червячок сомнения. Они распили бутылку на двоих, и правда, Эверилд почувствовала себя лучше, ведь силы стремительно возвращались.

— Я что говорил? У ментальных магов спокон веков существует ритуал: перед тем, как войти в город, они распивали это вино.

— Как вино может одновременно забирать и восстанавливать силы?

— Не могу знать. Это как опьянение, вроде хорошо становиться, но встать не можешь.

— Как выйти из города?

— У меня нет ответа на этот вопрос. Вам нужно отыскать этот путь самим. — призрак начал растворяться, а вмести с ним исчезали зал и столики.

— Погоди, уважаемый, а можешь одолжить несколько бутылок этого волшебного вина? — остановила Эверилд бармена.

Он не ответил, но перед ними появились две сумки с бутылками вина. Эверилд схватила свой подарок и подхватила малышку на руки. Лекс тоже взял сумку, поймал котёнка, и их перебросило в другое место. Они оказались на краю города. Впереди стоял стеной лес, а город-призрак и живой мир разделял барьер.

— Мы выбрались? — не поверила своим глазам вампирша, положив Арину на траву.

— Сомневаюсь. Это вполне может оказаться очередной ловушкой. Нас спасло только то, что мы телепаты, а Арина ещё ребёнок.

Эверилд подошла к незримой границе и протянула руку, пальцы наткнулись на тонкую преграду.

— Мяу! — раздалось возмущение котёнка.

— Ой, тебя покормить забыли.

Эверилд расстегнула на сумке замок, поискала в ней, но кроме бутылок с рубиновой жидкостью, там ничего не было.

— Найденыш, для тебя ничего нету. — развела руками Эверилд.

— Мяу!

Вампирша достала одну бутылку и поднесла её к свету. На золотой этикетке, червонными буквами, было написано «Рубиновая ясность», девятьсот девятый год от сотворения луны.

Вампирша озадаченно почесала затылок, а Арина всё ещё лежала на траве и сопела. Эверилд показала бутылку Лексу.

— Бутылка, как бутылка.

— Ты на год посмотри.

Тогда вампир присмотрелся и хмыкнул.

— Весело. Но всё равно ничего не ясно. Ну, что, пойдём в лес, заодно и Найденыш поохотиться.

— Мне кажется, чтобы преграда нас пропустила, мы должны отпить вина. — вампирша открыла вино и сделала несколько глотков.

Лекс с недоверием повторил за ней. Вампирша закупорила бутылку с напитком, и снова протянув руку к барьеру, поняла, что он пропал.

— Мяу! - снова напомнил о себе котик.

Эверилд убрала бутылку, застегнула кожаную сумку и перекинула ремень через плечо. Затем она осмотрела себя: форма СС, всё та же бледная кожа, на поясе висят два пистолета Люмбера, штык нож и подсумок с гранатами. Потом она внимательно взглянула на Лекса: разлохмаченные волосы, штаны и рубашка, так же как и у неё на поясе висят два пистолета, подсумок с гранатами и штык нож.

— Винтовки не хватает. — с лёгким сожалением заметила Эверилд.

— Без неё справимся. Я бы больше испугался, если бы прародительницы лишили бы нас бессмертия и забросили к троллям. Кстати, ты заметила, что у троллей не бежит кровь? Но при попадании в них пули, они начинают умирать. Очень медленно, но всё же.

— Нет, не обратила внимания. У меня была задача - уберечь ребенка. Всё-таки, дети на войне, эта обуза. Мне сложно с ней совершать сложные манёвры.

Девочка завозилась на траве, рядом с рукой Эверилд, стараясь удобнее пристроиться.

— Наверно ей холодно. — улыбнулся Лекс.

Вампирша выругалась, ведь с отсутствием тепла и кровообращения в своём организме, она ничего не могла сделать. Котёнок запрыгнул Эверилд на плечи. Вампирша взяла на руки ребёнка, и первая шагнула под своды кокосовых пальм, хлебного дерева, банановые растения, индийское манго, дыневые деревья. Лекс пошел следом. Когда они пересекли невидимую черту, город пропал, и они оказались в странном лесу с синими листьями.

Свежий воздух наполнил лёгкие, давно позабытым вкусом чистых воздушных масс. Многие, может, и не обратили внимания на изменения в атмосфере, которые принесла за собой Вторая Мировая Война, используя технику, отравляющую воздух на земле. И первое, что поняла вампирша, стоя на траве в лесу, так это то, что они угодили в средневековье. Ведь её чуткий нос не улавливал в воздухе запах машинного масла, дизеля и промышленных заводов. Вместо этого, она чувствовала приятный аромат дыни, манго, травы, приторно-сладкий запах цветов и мускуса. Это могло означать только одно: в этом мире отсутствует паровой и технический прогресс.

Эверилд глубоко вдохнула пряный воздух и начала кружиться на полянке, держа Арину на своих руках. Всё вокруг было усеяно необычными бархатными цветочками цвета Бордо, выглядывающими из-под высокой травы. Затем послышалось пение птиц, добавляя очарования этому волшебному месту.

Котёнок возмущенно мяукнул и спрыгнул с плеча вампирши в траву, высокие стебли которой скрыли зверька полностью. Эверилд не сразу заметила потерю.

— А где кис? — подала голос Арина.

Эверилд пожала плечами и пробежалась взглядом по поляне. Уловив едва заметные колебания травы, она бесшумно приблизилась к тому месту и наклонилась, чтобы поднять котёнка. Но заметив спрятавшуюся в норку мышь, передумала.

— Он охотиться. — мысленно ответила своей приёмной дочери Эверилд.

— Холосо. — ответил ребёнок.

Лекс с нежностью смотрел на светящееся лицо возлюбленной. Её беспечность завораживала, и он был готов любоваться этим выражением лица вечно. Она словно сбросила со своих плеч пудовый груз, отчего взгляд помолодел на много лет. И сейчас, смотря в её ясные голубые глаза, Лекс видел девочку подростка, не познавшего ещё, что такое настоящее горе. Он никогда не видел её такой легкой, свободной и довольной жизнью, что сейчас отдал бы многое, лишь бы видеть её такой всегда. Но Лекс понимал, что эта эйфория скоро пройдёт, явив суровую реальность. И Эверилд снова будет ходить с задумчивым взглядом, а все прожитые годы вновь обрушатся на её бессмертные плечи. Вампир дал себе обещание, что сделает всё возможное, чтобы вновь увидеть этого умиротворение на её лице, а не холодное равнодушие ко всему вокруг.

Эверилд остановилась и, не сдерживая улыбку на лице, подошла к Лексу и передала ему Арину. А сама вернулась к своему танцу радости и упоительного счастья, надежды и веры в лучшее.

На недавно ясном небе сбежались тучки, из которых начали падать первые капли. И даже танцуя под раскаты грома и шум дождя, она чувствовала единение с природой и счастливо смеялась, ведь на душе было светло и легко.

Эверилд набирала темп, двигаясь в такт внутренней музыки. Она, наконец, была свободна от всего: от обязательств перед вампирами и навязанного брака с Эриком Дартом. Эверилд могла быть сама собой, и не надо было больше скрывать свою вампирскую сущность.

Она остановилась и запрокинула голову, ловя губами потоки воды. Одежда намокла, но это не мешало ей улыбаться, наконец, обретя себя. Её душу окутало пушистым одеялом спокойствия, ведь сейчас она была безумно счастлива, веря, что этот новый мир излечит её душу от ран. Эверилд ощущала на кончике языка неповторимый вкус магии, так как в этом мире ею было пропитано всё: каждая капля дождя и росы, листочек и дерево, букашка и зверь. Вампирша слышала мысли каждого, даже самого крошечного существа.

Дождь набирал силу, превращая капли в тонкие иглы, а потом и в сплошной поток чистой воды. Мир пел и радовался, смешивая кровавые слёзы благодарности и довольствия с каплями дождя. Эверилд впитывала магию всем телом, чувствуя, как оно изменяется, становясь крепче и выносливей.

Клыки удлинились, зрение стало острее, а обоняние улавливало миллионы разных оттенков запахов. Вампирша слышала, как бьются сердца насекомых, циркулирует под землёй вода и где-то далеко шумит город со своими жителями. Эверилд тонула в многообразии звуков и запахов, сводящих её с ума. Она захотела взлететь и отправиться к городу, что так заманчиво шумит, но внезапно наткнулась на защитный барьер, который отшвырнул её обратно, возвращая в собственное тело.

— Куда полетела? Тебе еще рано. — произнес заботливый, материнский голос.

Вампирша вздрогнула. Из носа и ушей хлынула призрачно-голубая кровь. В голове бессмертной гудело, словно получила ментальный удар. Лекс бросил обеспокоенный взгляд на свою женщину, опустил малышку на поляну и приблизился к Эверилд.

Вампирша пошатнулась и присела на мокрую траву. Достав платок из кармана военных штанов, она запрокинула голову назад, чтобы остановить кровь. Ткань, приложенная к носу, моментально напиталась её кровью. Эверилд убрала руку с платком и отстраненно рассматривала собственную кровь, которая отказывалась сворачиваться, продолжая падать каплями на землю.

В голове вечно живущей появилась мысль: «Неужели, я лишилась бессмертия?». И на короткий миг, нежитью овладел дикий ужас, который сразу же прошёл, когда кровь прекратила идти.

Лекс сидел рядом с ней на корточках, и заглядывал в глаза своей возлюбленной.

— Эверилд, родная, с тобой всё хорошо? У тебя большая кровопотеря, я хотел помочь, но ты ментально закрылась от меня.

— Уже всё в порядке. — ответила она, когда сознание прояснилось.

Эверилд, немного пошатываясь, встала. Лицо вампирши было сосредоточенным, а на лбу проступила складка. Она ментально ощупала пространство во всех направлениях света, и куда бы она ни сунулась со своим даром, каждый раз сталкивалась с магическим барьером.

«Неужели город мёртвых продолжает развлекаться за чужой счёт?»

Она сначала так и подумала, но запах бегущей крови зверей по артериям и венам, говорил, что этот мир живой. И деревья не растворяются в тумане, как это было в городе-призраке.

Исполинские деревья, высокая трава, как в тропических лесах, стрекот цикад и жужжание надоедливых малярийных комаров. В несколько рядов стоят пальмообразные деревья с прозрачно-синими листьями. Стволы этих растений были белого цвета, а на ветвях росли крупные плоды огненного окраса, напоминающие по форме дыню.

Дальше растёт дерево высотой в сорок метров. Листья, длиной до полутора-двух метров, шириной сантиметров тридцать-сорок, имеют розоватый окрас, переходящий в тёмно-синий цвет. И только с одной стороны дерева растут метёлки с желтоватыми цветами.

Эверилд попробовала их сосчитать и вскоре плюнула на это дело, так как на глаз их там было почти тысяча соцветий в одной метёлке. На другой стороне вечно зелёного растения висели спелые плоды манга прозрачно-голубого цвета.

«Их, наверное, правильней называть вечно-синие?» — подумала про себя вампирша и продолжила рассматривать флору леса.

Банановая трава имеет мощные стебли, крупные листья длиной три метра, шириной пятьдесят-шестьдесят сантиметров с лиловыми плодами бананов. Пальма с кокосами имеет гладкий ствол белого цвета, немного наклоненный в сторону, а на макушке дерева расположены большие листья в форме перьев, с которых свисают кокосовые орехи белого цвета.

Больше всего, из этого многообразия растений, выбивается хлебное дерево. Мощный ствол похожий на дуб, коричневая кора, зелёные листочки и жёлто-коричневые плоды округлой формы в диаметре тридцать сантиметров. У вампирши сложилось впечатление, что это дерево, было похищено с земли. Настолько оно было другим.

Эверилд перестала изучать деревья и обратилась к вампиру:

— Лекс, я пойду, наберу фруктов для малышки. Ведь она наверняка проголодается, когда проснётся.

— Я сам наберу фруктов, а ты посиди, восстановись. У тебя лицо было синюшное, я впервые такое видел у вампиров. — встревоженно сказал Лекс.

— Я в порядке. — ответила Эверилд.

— Ты уверена? — обеспокоено спросил Лекс, и в его глазах промелькнул страх.

— Да, тем более, я всегда буду у тебя на глазах. Здесь вся местность, как на ладони. — слабо улыбнулась она.

— Хорошо. — не стал спорить Лекс.

Он поднялся с корточек и выпрямился. Вампирша тоже встала и уловила, едва слышимую колыбельную. Её это взволновало, и Эверилд старалась отыскать глазами источник звука.

— Ты ничего странного не слышишь?

Вампир вслушался в звуки и помотал головой.

— Нет. Слышу шелест листвы, как насекомые перебирают лапками по земле, журчание ручья, рык животных и как какой-то хищник крадётся в нашу сторону. Найденыша слышу. Кстати, за ним нужен глаз да глаз, а то потеряется или угодит в зубы к хищным зверям.

С сучка свесилась маленькая короткошёрстная обезьяна голубого цвета. Она сорвала манго с ветки и запустила его в малышку. Девочка вздрогнула, но глаз таки не разомкнула. Обезьяна не унималась, и новый фрукт отправился в полёт. Вампир отбил фрукт одной рукой, и пригрозил примату. Зверёк не растерялся и показал язык, большой и красный. Он перебрался на пальму и, сорвав кокос, взвесил его на руке, а затем бросил снаряд в упыря. По кокосу пробежало несколько молний и Лекс, скользящим движением, ушёл из-под удара. Снаряд ударился об землю, выпустив несколько молний.

Пока обезьяна и Лекс упражнялись в ловкости и изворотливости, Эверилд забралась на дынное дерево и сорвала дыню размером со средний кокос. Она нарвала таких несколько штук и спрыгнула на землю. Подошла к своей сумке, расстегнула замок и положила их сверху. Потом взобралась на кокосовую пальму, где засела обезьяна с голубыми искрами. Она бесшумно подобралась к разбойнице и схватила её за шиворот. Примату такое обращение не пришлось по душе, и он ударил её разрядом. Эверилд увидела над головой существа табличку:

«Имя: Грозовая обезьяна. Уровень: семьдесят пятый. Плоть: бессмертна. Стихия: молния. Настроение: недовольство».

Вампирша недоверчиво моргнула, но табличка никуда не делась. Эверилд нервно посмотрела на Лекса, но тот лишь вопросительно приподнял бровь.

«Имя: Лекс. Класс: вампир. Уровень: пятьдесят шестой/семьдесят третий. Плоть: бессмертная. Состояние: настороженность. Стихия: разум, тень».

Вампирша спрыгнула на землю, держа за шкирку грозовую обезьяну. И подойдя к своему любовнику, сказала:

— Что ты видишь над моей головой?

Он посмотрел на указанное ею место.

— Имя: Эверилд. Класс: вампир. Уровень: двадцать пятый. Плоть: бессмертна. Стихия: полиморф. Состояние: озабоченность.

— Значит, у меня разум не показывает, хотя у тебя видно.

— Призраки же сказали, что вторая стихия перекрывает первую.

— Видимо соврали. И мне всё это очень не нравиться. Если учесть, что на этой планете принято уничтожать магов разума. — она присела на траву и стала обрывать травинки. Вампирша посмотрела на Арину.

«Имя: Арина. Класс: маг. Уровень: пятьдесят седьмой. Плоть смертна. Стихия: пространства. Состояние: сон».

— А малышка даже сильней меня. — заметил Лекс.

Эверилд просто кивнула, затем сняла кулон и вампир вздрогнул.

— С ума сошла? — гневно воскликнул Лекс.

— Что видишь?

— Имя: Эверилд. Класс: вампир. Уровень: сотый/двадцать пятый. Плоть: бессмертна. Стихии: разум и полиморф. Состояние: озабоченность.

Она вернула кулон на место.

— У тебя в уровне две цифры, как и у меня.

— Интересно, что означает двойная цифра в уровне? — озадаченно спросила Эверилд.

— А почему телекинез не отобразился? — вопросом на вопрос ответил Лекс.

— Думаю, что это никакое отношение к телекинезу не имеет. Мы двигаем предметы с помощью силы мысли. Меня сейчас другой вопрос волнует: как быть с тобой? Тебе нельзя к людям.

— Это да. Меня каждый будет пытаться убить. Хотя, я бессмертный и мне бояться нечего.

— Я не была бы так уверена. Мы не единственные бессмертные в этом мире, и вполне возможно, что есть способ убить вампира. — задумчиво сказала Эверилд.

В руках дёрнулась обезьяна, затем постаралась извернуться и цапнуть вампиршу за лицо, в попытке высвободиться из её крепкой хватки. Эверилд отпустила вырывающуюся мартышку, и та, получив свободу, села рядом с ними.

— Слушай, полиморф, это тоже побочный эффект от магии разума. Не находишь?

— Возможно.

— Тебе же, прежде чем перевоплотиться, нужно выпить память жертвы.

— Есть такое, но сейчас это не важно.

— А что важно?

— Как поступить с тобой. — дала она очевидный ответ.

Они задумались, а солнце медленно плыло к закату. Наконец, проснулась Арина и сонно потянувшись, спросила:

— Где мы?

— В лесу. — спокойно ответила вампирша.

В руку Эверилд уткнулся мокрый нос. Она посмотрела вниз и увидела, что найденыш предлагал ей поесть мышь.

— Какой ты умница! — похвалила пушистика вампирша.

Он настойчиво подталкивал к хозяйке с трудом пойманную мышь.

— Нет, спасибо, в мышке мала крови. Ешь сам. — котик выплюнул тушку, но есть не стал, а принялся умываться.

Эверилд увидела табличку над котом.

«Имя: Найдёныш. Род: кошачий. Уровень: десять. Плоть: смертна. Стихия: целитель. Состояние: наслаждение. Поднимите уровень кота до пятидесятого уровня и откроете скрытую способность».

— А у нас кот волшебный, обладает магией исцеления.

— Это хорошо. — рассеяно ответил Лекс.

— Я думаю, что нужно сходить на разведку в поселения. – сказала Эверилд, но вспомнив про барьер, выругалась. — Черт, это невозможно! Мы заперты в этом проклятом лесу! Ну, тогда, пока беспокоиться не о чем. Может, в лесу есть подсказка, как скрыть опасный дар?

Вампир кивнул, стряхивая задумчивость, и с беспокойством посмотрел на Арину.

— Слушай, нам бы найти сухую пещеру, иначе мелкая заболеет.

— А ещё бы развести костер. — поддержала его вампирша.

— С этим проблем возникнуть не должно. У меня с собой три коробка со спичками.

— А у меня два коробка и пачка сигарет.

— Значит, не пропадём. По крайней мере, у мелкой будет мясо, фрукты и овощи. —бодро подвёл итог вампир.

— Где ты здесь видишь овощи? Если только бананы смогут за них сойти. Кстати, нужно закончить со сбором фруктов и хлеба. Может, ещё наткнемся на улей и сумеем раздобыть немного мёда.

Эверилд взяла ребёнка на руки, отчего та захныкала, ведь её оторвали от интересного занятия, а именно дергать за уши и хвост кота с обезьяной. Последняя героически терпела выходки ребёнка, а котик шипел.

— Я хочу иглать! — капризно сообщила мелкая.

— Нет, ты замёрзнешь и заболеешь. - возразила Эверилд.

— Ты холодная. — сообщила девочка.

Дождь усилился, и Эверилд ускорила шаг. Арина в чём-то была права: на руках у вампирши, девочке было ещё холоднее. Лекс ушёл в тени, отправившись на поиски укрытия.

Обезьяна же залезла на дерево и, собрав несколько фруктов, спускалась обратно на землю, забирала у вампирши сумку и пыталась её открыть, недоуменно смотря на Эверилд. Вампирша засмеялась и погладила мартышку, а та скорчила обиженную рожицу. Но Эверилд сжалилась над зверьком и показала, как расстёгивать замок. У мартышки вышло не с первого раза, но она научилась. Грозовая обезьяна собирала плоды и складывала их в сумку, благо она была бездонной благодаря пространственной магии. Когда зверьку надоело заниматься собирательством, она снова принялась шалить. Грозовая обезьяна забралась на дерево манго, сорвала спелый фрукт, спустилась на землю и подошла к малышке, тыкая манго ей в губы. Та даже не открыла рта, и обезьяна снова скорчила обиженную мордочку.

— Прежде, чем его есть, нужно фрукт почистить, иначе у Арины будет болеть живот. — объяснила грозовой обезьяне Эверилд и забрала фрукт. — Я сама её покормлю.

Зверёк фыркнул, и больше не пытался накормить ребёнка. Кот бежал рядом, периодически отлучаясь что-нибудь понюхать или погрызть. Он взобрался на дерево и стал жалобно мяукать. Котёнку было страшно слазить с такой высоты, ведь он ещё не лазил вверх на четыре метра.

— Как залез, так и слазь. — сказала вампирша.

— Мяу!

Вампиресса остановилась, ожидая, когда животинка соизволит покинуть свой насест.

— Мяу!

— Как залез, так и слазь. — повторила она фразу.

Одежда уже промокла насквозь и прилипала к телу. Арина начала стучать зубами от холода и вампирша выругалась. На землю спускать её было страшно, мало ли какие ползучие гады скрываются в траве.

— Я нашёл укрытие. — рядом возник Лекс.

Он забрал малышку себе на руки, а Эверилд сняла котёнка с дерева и они побежали настолько быстро, что деревья и растения сливались в одну сплошную полосу.

Вампир привёл их к голубой пещере, святящейся мягким светом. Стоило войти внутрь, как малышка сразу же расслабилась. Лекс спустил её на землю, и увидел, что в центре пещеры стояла красивая статуя женщины с кошачьими белыми ушами. Она была анатомически сложена, как человек, но в тоже время глаза вертикальные, насыщенно-зелёного цвета и хвост. Почти всё тело было покрыто шерстью. Виднелась человеческая грудь, шея, а также частично человеческие плечи, переходящие в лапы.

Вдруг, скульптура потекла и перед ними предстала красивая женщина с длинными белыми волосами. Она спрыгнула с постамента и грациозно потянулась, как кошка. Её тело полностью приобрело человеческий вид, проявив плавные изгибы фигуры. Женщина почти полностью была обнажена, и только лишь появившееся золотое ожерелье в форме ракушек, немного прикрывало грудь. Она присела на постамент.

— Светлой любви, грейтесь, я пока подожду. Давно у нас не появлялись пришельцы из другого мира.

Эверилд замерла от удивления и заметила, что над головой женщины появилась табличка.

«Имя: ??? Род: богиня. Уровень: ??? Плоть: бессмертна. Стихия: любовь. Настроение: любопытство».

Эверилд сразу расслабилась, поняв, что нет смысла переживать. Ведь, если она захочет избавиться от иномирных гостей, то они ничем ей не смогут помешать. Стоит ли тогда волноваться?

Эверилд раздела малышку, и та шмыгнула носом. Лекс тоже пришёл в себя и невозмутимо начал разводить костер, словно встречает Богинь каждый день.

Когда пламя разгорелось, Эверилд начала осматривать пещеру в поисках чего-то тёплого. Богиня поняла её и, взмахнув рукой, рядом с костром появилась чья-то шкура. Эверилд уложила дрожащую малышку на импровизированное ложе и накрыла второй шкурой, которая также возникла из воздуха.

Затем вампирша достала из бездонной сумки фрукты. Очистила банан и отдала Лексу, попросив его запечь на костре. Взяв кокос, она проткнула его когтём и поднесла к губам малышки, приказав негромко:

— Пей. — Арина послушно принялась пить.

— Родник бы сюда.

— Ага и желательно целебный. — ехидно заметила Эверилд.

— Ваше величество!

— Что? — невинно посмотрела она на своего любовника.

Он просто одарил её выразительным взглядом, мол, не наглей.

— А я не наглею, у меня ребёнок вот-вот заболеет! — невозмутимо парировала Эверилд и посмотрела на Богиню.

Та, молча, указала на боковой проход, который Эверилд с Лексом не заметили. Вампиресса скользнула к проходу, потянула воздух и прислушалась: где-то в глубине пещеры шумела вода. Эверилд решительно направилась на звук падающих капель, повернула налево, и её взору открылось голубое озеро, на берегу которого сидела богиня. Эверилд поняв, что здесь безопасно, пошла обратно, чтобы принести чашку.

— Не спеши. — подала голос Богиня.

Эверилд остановилась и немного подумав, села рядом.

— Вы знаете, что вампиры у нас вымерший вид существ? В своё время, люди истребили их всех.

— Значит заслужили. Поменьше надо было кровавые оргии устраивать. — спокойно ответила она Богине.

— Ты не чувствуешь, но в этом озере вода тёплая и целебная. Раньше мои последователи ходили сюда, но потом обленились и начали строить храмы, чтобы поближе к дому было. Так что, дорогу в лес они забыли, хотя знают, что здесь живу я. И иногда, я закидываю к ним странных путников, только женского пола.

Вампирше данное уточнение не понравилась, в ответ на что, Богиня улыбнулась.

«А вдруг у них здесь принято приносить в жертву мужчин».

— Мужчин в жертву не приносят, но и не принимают, смотря на них, как на мусор. Когда-то это было большое процветающие государство, пока однажды не появились чужеземцы. К ним вышла девушка невиданной красоты и ими сразу же овладела похоть. Они решили, что должны обладать такой красотой, во что ни стало. Ту не осторожную Марути похитили, попользовались и решили показать своему королю. Не надо говорить, что он захотел ей владеть, и они подарили ему её. Король Шотландии решил, что он должен заполучить всех женщин этой расы, после чего началась война. Марути-мужчины сражались отчаянно, но силы были неравные и всё мужское население уничтожили под корень, а женщин угнали в рабство. О Марути узнал князь цыган, и началась ещё одна война. Шотландия была стёрта с лица земли, а девушки снова стали жертвами мужского желания. Только теперь их запирали в башнях. Некоторым Марути удалось скрыться в лесу, но они жили как дикари, перевоплотившись в кошек. Несколько десятков лет они скрывались в лесах, пока не явилась к ним я. Я только достигла божественного ранга и моей стихией стала любовь. Пока я была человеком, часто влюблялась в мужчин. Они называли меня шлюхой, а я просто была влюбчива. Но моей любви хватало всего на два-три года, а потом я теряла интерес к мужчине, ради которого когда-то была готова на всё. Из-за этого в городе Мирот меня прозвали шлюхой. Я тогда покинула город в поисках нового дома, чтобы на меня не смотрели как на доступную девицу. В странствиях я много, где побывала и в том числе в Цыгании. Там я встретила первую Марути, которая была безумной красоты. Она была вся побита, в поношенной одежде и мы вместе продолжили странствовать. Я создала эликсир, на время отводящий взгляд мужчин, но вскоре он перестал помогать. Проклятая магия красоты брала своё, а тело хотело размножаться. Как-то мы со спутницей сняли дом в городе Орогонд. Я добывала пропитание и деньги, чтобы девушке реже приходилась выходить на улицу, но вечно скрывать её было невозможно. И когда я однажды вернулась домой, то увидела его пустым. Я сразу поняла, что её выкрали, но искать её не отправилась, понимая, что это тщетно. Я решила, что должна стать сильней и защитить несчастных женщин. Должна стать богиней. И я стала усиленно работать. Много или мало времени прошло, но я достигла божественного ранга и получила стихию любви. Идеальное сочетание магии красоты и любви. Тогда я направилась в их земли, окружила лес божественным барьером и, явившись к их предводительнице, предложила своё покровительство и помощь. Марути были в отчаянии, и та согласилась, став моей первой жрицей. С тех пор много воды утекло. Я пыталась сделать их красоту менее притягательной и потерпела крах, так как они были созданы наивысшим творцом, и мне с ним тягаться было глупо. Марути стали вымирать и мне ничего не оставалась, как отправиться на поиски творца. Я долго странствовала, стараясь его найти, дозваться и когда нашла, записалась в ученицы. Он, узнав о моём горе, согласился меня обучить всему, но при условии, что я никогда не испорчу красоту Марути, ведь это его самое прекрасное творение. Я согласилась, сказав, что мне нужно только одно: чтобы они могли себя защитить и спокойно находиться в мире. Мы с ним создали артефакт «сокрытие личины», после чего он ещё много чему меня обучил. А главное, я теперь знала анатомию Марути и могла их воссоздавать. Могла полностью перекроить любое существо женского пола, но вот с мужчинами у меня не задалось. Не знаю почему. Пока, все попытки превратить мужчину в Марути были не удачны. Я вернулась к своим подопечным и приятно была удивлена: они на месте не стояли, а всё время, пока я отсутствовала, развивались и покидали иногда страну. Моё сердце пело. Я думала, что раз они стали выбираться во внешний мир, то и смогут зачать детей. Но когда я узнала, что верховная жрица запретила Марути заводить отношения и вступать в интимную связь с мужчинами под угрозой смертной казни, моё сердце снова разорвалось. Через некоторое время снова начали пропадать Марути. Даже приходили маги, чтобы снять божественную защиту, но им это не удалось. Вскоре, Марути стали возвращаться в Пушляндию беременными, где их убивали за то, что они себя опорочили, ведь им запрещалось любить. Чуть позже, ко мне пожаловали другие Боги, сказав, что я должна открыть страну для людей. Я отказалась, и они пригрозили, что убьют меня. Тогда я наслала на Марути бесплодие, надеясь, что им это поможет. Но стоило открыть границы и всё повторилось снова. Я уже опустила руки, когда пришёл на помощь бог разума Квор. Он стёр из памяти людей информацию о Марути и я смогла их всех забрать. Они были психически сломлены, но всё ещё желали жить. Мы с Квором поставили двойную божественную защиту, и всё началось сначала. Только теперь они не рождались, а я заманивала сюда женщин и обращала их в прекрасных Марути. Так появилась легенда, что дурнушки могут стать красивыми, и женщины толпами повалили к лесу. Я обращала всех, тем самым пополняя ряды Марути. Но богам не понравилось вмешательство бога разума, и началась война. В своё время маги разума и некромаги много натворили дел. Ваши собратья относились к последним. Отныне любая магия, связанная с нежитью и разумом, находится под запретом. О существование вампиров уже никто и не помнит. Ваш вид совершенно уникален. Я впервые за всю историю своего существования вижу, что вампиры обладают магией разума. Чаще всего это были некромаги и маги крови.

— А куда вампиры - маги крови подевались?

— Они закрылись в своем городе, выставив кровавую завесу, и погрузились в сон.

— А что их заставило принять такое решение?

— Никто не знает. Они боролись на стороне стихийных магов, когда, вдруг, кровососы, обладающие кровавой магией, стали засыпать на ходу и пропадать с поля боя. Есть предположение, что некромаги провели какой-то ритуал, чтобы заточить вампиров крови в кровавом городе.

— Значит, вампиры существуют в вашем мире и сейчас просто спят?

— И, да и нет. Маги постарались уничтожить все воспоминания о вампирах, и жители этого мира искренне убеждены, что в том городе живут обычные люди, владеющие магией крови. Только почему-то закрылись.

— Я, верно, понимаю, что над нами могут попробовать проводить опыты? — улыбнулась вампирша, вспоминая службу в СС. Судьба умеет шутить.

— В графе класс будет написано Марути, а стихия, в твоём случае, полиморф. А у твоего партнёра стихия тени.

— Спасибо. А то мы не знали, как скрыть способность разума.

— Не за что. Это маленький подарочек от меня, а теперь поговорим серьёзно. Когда разгорелась война между магами, маги стихии заточили бога разума. Задание: найдите бога разума в подземной темнице на черном острове и освободите его. Награда: переход в класс «Божественный дух, уровень 1». Принять: да/нет?

— Можно изменить награду? Я не желаю становиться божественным духом.

— Ты уверена? Ради такой возможности, маги грызут друг другу глотки и приносят множество жертв богам, чтобы получить дозволение развиваться дальше. В мире всего два мага получили такое разрешение, и ты можешь стать третьим. А чтобы ты окончательно поняла, маг, вампир или любое другое существо самостоятельно может самосовершенствоваться до сотого уровня. Поэтому я спрашиваю, ты, правда, хочешь сменить награду?

Эверилд подумала и приняла задание.

— Благодарю. Я очень его люблю, но сама вмешиваться не могу. Также, освободите город вампиров, они вам пригодятся.

— Нееет, вы не знаете о чём просите. — отказалась Эверилд, хоть её и разрывало любопытство.

— И что в этом страшного?

— Представьте армию голодных вампиров. Да в вашем мире наступит второй апокалипсис.

— Есть зерно правды в твоих словах. Но как им тогда помочь? Я постоянно слышу их крики о помощи. — озадачилась богиня.

— Есть только один выход.

— Какой?

— Нужен бог разума, который сможет взять под контроль вампиров. Тогда он не позволит им уничтожать всё живое на своем пути.

— Он слишком ослаблен и не сможет удерживать орду голодных монстров. Но это можешь сделать ты. У тебя же сотый уровень. Выполнишь моё задание и, перейдя на новый виток развития, сможешь удерживать вампиров.

— Моих способностей, даже с учётом божественного пути развития сил, не хватит, чтобы укротить толпы оголодавших вампиров. Вы просто не знаете, что испытывает вампир, когда жажда поглощает разум. Он никого не видит и не слышит, и ментально очень сложно достучаться, почти не реально, даже если мы с Лексом объединим силы. Но я постараюсь придумать, что можно с этим сделать. — сказала Эверилд и ей пришло системное сообщение.

— Вам богиня предлагает задание спасти из плена кровавых вампиров, награда вариативна. Принять: да/нет?

— Да.

— Хорошо. На этом я вынуждена с вами распрощаться. В пещере вас будет ждать снежный барс и шкуры. Оденьте их, чтобы соответствовать местному населению.

Богиня исчезла, и Эверилд одна осталась на берегу озера.