Колючка для темного ректора (БЕСПЛАТНО В ПРОЦЕССЕ)

С этой картиной мне ужасно повезло. Полотно было большим и просторным. Я поместилась на нем почти в полный рост. За спиной у меня темнела мрачная скала со старинным замком на вершине. Сверху мерцало звездами ночное небо. Прямо над головой негаснущим фонарем сияла луна. На переднем плане рос чахлый лесок. Слева у самой рамы раскинулся густой куст лещины.

Именно за ним я и притаилась.

В замке на скале горел свет. В воздухе отчаянно звенели комары. Где-то в ветвях перекликались ночные птицы. В легком платье здесь было зябко. И я уже успела пожалеть, что сглупила и не прихватила с собой шаль.

Для всех, кто сейчас решил бы вдруг посмотреть на картину снаружи, этот мир был придуманным, нереальным. Для меня – самым настоящим, живым. Я прихлопнула на щеке комара, передернула от холода плечами и бросила нетерпеливый взгляд на запястье – часы показывали без четверти десять. А это значило, что Рауль вот-вот придет. Не мог же он опоздать?

Я сквозь ветви куста жадно смотрела наружу, в реальный мир. Там едва виднелся один из коридоров Академии. Темный, как и все вокруг в столь поздний час. Было пусто и безлюдно.

Вдруг вдалеке появился робкий огонек, послышались тихие шаги. Я глубже нырнула в укрытие и затаилась. Кто знает, кого еще сюда могло принести?

Сердце мерно отсчитывало удары, стрелка лениво ползла по цифербрату. Огонек был все ближе и ближе. Скоро стало гораздо светлей. А я смогла разглядеть мужскую руку с магическим фонарем.

Еще два удара сердца, возле картины остановился маркиз Ла Тью, а я с облегчением выдохнула. Личина сидела на Рауле, как влитая. И, если бы я не знала, кого сейчас вижу, то точно решила бы, что в гости пожаловал сам ректор Академии темных. Он поднес фонарь к старинной раме. Губы его зашевелись, читая названия полотна:

- Замок на горе ночью в полнолуние. Хм, вроде бы здесь. – произнес фальшивый ректор вслух и повернулся к картине спиной.

Он поднял над головой фонарь и огляделся. От спины, от всей его фигуры буквально исходило нетерпение. Рауль волновался. И я не удержалась от шалости - раздвинула ветви, пронзила пальцами, рисованный барьер, коснулась ладонью его плеча и только потом сообразила, что он от неожиданности может заорать.

Не заорал. Лишь вздрогнул и резко обернулся. Я выглянула из куста целиком, помахала ему рукой, потом коснулась пальцем губ и прошептала:

- Тихо, Рауль, иди ко мне.

- Ида? – на лице лжеректора появилась совершенно непередаваемая гримаса. – Ты как туда попала?

- Потом. Все потом. Иди сюда.

Я протянула ему ладонь. Но он все еще медлил, и было понятно почему. Не каждый день доводится увидеть, как из картин выглядывают благородные девицы, которым, к тому же, сейчас полагается находиться совсем в другом месте. У моря, в Академии изящных искусств за полторы тысячи лиг отсюда.

Лицо ректора стало таким ошарашенным, что я едва не расхохоталась. Про мою способность использовать нарисованные полотна, как двери, знало всего три человека. И Рауль в их число не входил.

Он нерешительно коснулся пальцами протянутой ладони. Я же не стала деликатничать, схватила его руку крепко-крепко, дернула на себя. Еще миг и мужчина встал рядом.
*********************************
Вот так это могло бы выглядеть со стороны, но, на наше счастье, за героями никто не подглядывал. Только мы с вами. Но мы же никому не расскажем? Правда?

Я выпустила его ладонь и отошла на шаг. Для Рауля это стало сюрпризом, а мне было прекрасно известно, что сейчас произойдет. Фигура Оскара Ла Тью пошла волнами, затуманилась и начала расползаться клочьями, как шерсть на линяющем коте. Рауль это сразу заметил. Застыл. Потом поднял глаза на меня. Изумление в его голосе стало совершенно невообразимым.

- Как это возможно, Ида? – зашипел он. – Личина была рассчитана на месяц. Что происходит?

Я пожала плечами и ответила ему так же шепотом:

- Откуда мне знать? Внутри полотен всегда так бывает. Здесь все химеры становятся собой. Не бойся, как только выйдешь наружу, все вернется.

К этому времени от маркиза Ла Тью остался лишь силуэт - неясный образ. Он тоже пошел рябью. Рауль покорно опустил руки и замер. Ему не хуже меня было известно - любой химере требуется время, чтобы вернуть себе истинный вид. Секундная стрелка успела пробежать полный оборот, потом еще один. Мы оба молча ждали, когда закончится преображение.

Рябь стала частой, подернулась туманом. Еще мгновение, и я увидела его - моего дорогого Рауля Ровена. Только почему-то жутко недовольного и сердитого. Никто не знает почему?

- Ну, знаешь ли, - выпалил он, - это переходит все границы! Я иногда жалею, что благородных девиц не принято в детстве пороть! - Он подскочил ко мне, схватил за руку и затащил в укрытие: - Признавайся, это ты написала мне записку?

Чего тут признаваться? Это никто и не скрывает. Я скромно потупила глазки.

- Конечно, я. А кто еще?

- Зачем?

С самого детства мне безумно нравилось его дразнить, и я, не успев подумать, выдала:

- Соскучилась.

- Что? – мой невозмутимый Рауль окончательно вышел из себя. – Ида, ты играешь с огнем! Ты хоть понимаешь, во что сейчас лезешь?

Взгляд мой стал лукавым. Я вырвала руку из его лап, потерла запястье и ответила с вызовом:

- Прекрасно понимаю!

Он прикрыл глаза, сделал вдох-выдох, чуть успокоился и спросил, стараясь держать себя в руках:

 - Как ты попала в Академию темных? Откуда ты вообще, знаешь, что я здесь? Милорд уверял, что задание абсолютно секретное!

Я усмехнулась:

- Сколько вопросов! Мне на все отвечать?

Он бросил беспомощный взгляд наружу, понял, что поддержки ждать неоткуда и сдался:

- Как ты узнала о моем задании?

Я придвинулась к Раулю, прижалась щекой к плечу и сказала так, словно речь шла о сущем пустяке:

- Как-как! Подслушала. Тоже мне сложности.

От моей самоуверенности Рауль даже растерялся. Но все же нашел в себе силы спросить:

- И кто вы после этого, сьена Ираида Мор Те?

- Огромная умница! – в голосе моем появилось торжество.

Рауль возмущенно фыркнул, а я поспешила его добить:

- Я, кажется, раскрыла дело, из-за которого отец тебя сюда послал.

- Нет! – голос лорда Мор Те звенел от гнева.

- Но папа! Ты же знаешь, как я ненавижу все эти дамские штучки!

Мне показалось, что отец сейчас бахнет по столу кулаком, но он удивительным образом сдержался. Только отчеканил:

- Нет! Нет! И еще раз нет!

Тут уже мне пришлось топать ногой. Но пол был застелен пушистым ковром, и звука от моего протеста не вышло никакого. Тогда я решила поддержать жест словами:

- Не поеду! Или в Академию темных, или никуда!

Отец довольно улыбнулся, повернулся ко мне спиной, прошел за стол, уселся в кресло.

- Хорошо, - улыбка его мне совсем не понравилась, - пусть будет никуда. Совсем никуда! Я прикажу тебя запереть, и этот год ты проведешь под замком. Ровно до совершеннолетия. А потом выйдешь замуж за Рауля, и пусть он с тобой делает, что хочет!

Отец откинулся на спинку кресла и сцепил руки в замок. Я его знала преотлично. Это означало одно – я могу сколь угодно долго разливаться в мольбах. Он своего решения не изменит.

Ну, точно. Тон его стал ледяным.

- Ида, даю тебе последний шанс! Ступай к себе в комнату, начинай собирать вещи. Завтра до полудня ты отправишься в Академию изящных искусств.

Я обиженно надула губы:

- И что я там буду делать? Я же ничего не умею!

- Тем хуже для тебя. Каждая благовоспитанная девица…

Я не дала ему договорить.

- Я не каждая! Я любимая дочь Темного лорда. Ты не забыл?

Отец покачал головой и обескураженно кхекнул, но решения не изменил:

- Сьена Ираида Мор Те, я все сказал.

Нет, ну что за несправедливость? Я выпалила последний аргумент, с которым он точно не сможет поспорить:

- А мама? Как быть с ней? Она никогда не изучала эту дамскую ерунду. Почему ты ей позволил выучиться на демонолога? А мне нет? Папа, почему?

Отец от неожиданности поперхнулся, принялся оправдываться:

- С мамой особая история, и ты ее знаешь.

- Со мной тоже! – горячо заверила я. – Моя история такая особая, что особее некуда! Ну, разреши мне поехать в Академию темных! Там от меня будет куда больше толку. А я тебе потом помогать стану. Я знаю, твоему ведомстве очень нужны некроманты. Ну, пожалуйста!

Я сложила на груди ладони и сделала жалобные глаза. На миг мне показалось, что он дрогнул, но я ошиблась. Грозный лорд Себастьян Мор Те хлопнул по столешнице ладонью. Жалобно звякнули на подносе стаканы. Это был совсем плохой знак.

- Все, Ида. Ступай. Ты отнимаешь у меня время. Разговор окончен.

Ну, папа, ну держись. Чует мое сердце, что дело тут нечисто. Я огляделась украдкой. В отцовском кабинете не было ни единой даже самой завалящей картинки. Он еще семь лет назад позаботился об этом. Ровнехонько тогда, когда открылся мой необычный дар. А все из-за того, что боялся, будто я стану за ним подглядывать и подслушивать его служебные разговоры.

Я тяжко вздохнула. Какая незадача! Хотя, если честно, то боялся правильно. Я бы точно не удержалась. Взять хотя бы сегодняшний день - перед дверью его кабинета сидел необычно серьезный Рауль Ровен, а я не могла подглядеть даже одним глазком, зачем его сюда вызвали.

- Ида, я жду!

Ждет он, я сделала смиренное лицо. В голове же моей крутились совсем другие мысли: «Неееет, папочка, мы еще посмотрим, кто кого. Я наклонилась вперед, оперлась обеими руками о стол и пальцами пришпандорила под столешницу крохотную картину. Подержала мгновение, выжидая пока она приклеится, выпрямилась и жалобно выпалила:

- Папочка, тебе меня совсем не жаль?

- Ступай, Ида! Не заставляй меня звать слуг.

Мне даже удалось пустить слезу. На миг в глазах отца мелькнуло сомнение. Но он взял себя в руки и указал на выход.

Кто думал, что я так просто уйду, тот вовсе меня не знал. Я гордо вздернула нос и покинула отцовский кабинет. Почти у дверей столкнулась с Раулем.

- Ида, - он подхватил мою руку и вежливо поцеловал, - ты чего такая грустная? Отец не в настроении?

Я подцепила его под локоток, оттащила в сторону и принялась жаловаться:

- Представляешь, он запретил мне учится на факультете некромантии! Велел отправляться в этот изящный курятник! А что я там буду делать?

Сетуя на несправедливость, я совсем не заметила, как изменилось лицо моего жениха. Он высвободился из моей хватки, нахмурился и выдал в ответ:

- И правильно сделал.

Что? Как это правильно? Даже Оракул подтвердил, что у меня к некромантии настоящий талант. Да я бы смогла принести столько пользы!

- Ну, знаешь!

От возмущения я даже задохнулась.

- Рауль, ты где? – яростный рык отца заставил меня вздрогнуть.

Сам Рауль поморщился и слегка побледнел. Он быстро чмокнул меня в щеку, невнятно пробормотал:

- Все, Ида, пока, вечером увидимся.

И моментально испарился. Я же осталась в легком недоумении от того, что сейчас услышала. Слова Рауля окончательно убедили меня, что дело с Академией нечисто. Не просто так и он, и папенька отправляют меня в такую даль. Нет, надо срочно выяснять, в чем тут проблема.

Я почти выбежала в коридор, долетела до первой попавшейся двери, просочилась внутрь и заперла замок. Теперь можно было спокойно приступать к задуманному.

Света в комнате было предостаточно, и я легко разглядела на стене большой морской пейзаж в бронзовой раме. Вот же, не повезло. Три четверти картины занимало море. Лишь в самом низу у кромки рамы живописно громоздились большие мокрые валуны. Здесь, главное, не промазать и не свалиться в воду. Я пристально осмотрела полотно, нашла подходящий камень, довольно кивнула.

 Теперь осталась самая малость - придвинуть вплотную к стене мягкий стул, забраться на него ногами, и легонько коснуться рукой покрытого красками холста.

Дальше магия все сделала сама. Я не успела даже моргнуть, как оказалась внутри, на округлой маковке скользкого валуна. Чуть потопталась, стараясь встать так, чтобы не свалиться в воду. Но быстро поняла - дело это совершенно безнадежное. От моря порывами дул холодный ветер. Волны набегали на камни, осыпая все вокруг ледяными брызгами. Почти моментально я промокла с ног до головы.

А еще ужасно мешали длинная юбка и узкие туфли на каблуках. Ткань надувалась парусом, сносила в сторону, каблуки попадали в ямки, грозились меня уронить. Я кое-как устроилась на своем посту, раскинула руки, отчетливо поняла, что долго не продержусь. Но долго было и не нужно.

Теперь самое главное не медлить и приступить ко второй части плана. Помоги мне, Полуденная Тьма! Я закрыла глаза, вызывая в памяти образ той крохотной картинки, что осталась под столешницей в кабинете у отца.

Рисунок отозвался не сразу. Мне долгих десять ударов сердца пришлось пробиваться сквозь защитный барьер. Наконец передо мной появилось крохотное окошко с видом на ковер. Я победно усмехнулась, коснулась его легонько ладонью, стараясь чтобы пальцы не выпали наружу, и прислушалась.

Как оказалось, вовремя. Из кабинета послышался голос Рауля:

- Лорд Себастьян, почему вы не стали ничего объяснять Иде?

Вот да, мне тоже было интересно. На всякий случай я перестала даже дышать. Море шумело. В этом шуме было плохо слышно слова.

В отцовском кабинете повисла пауза. Там звякнул хрусталь, что-то полилось.

- Тебе надо? – спросил отец Рауля.

- Не откажусь.

Я едва дождалась, пока мужчины заговорят вновь. Было немного обидно, что не могу видеть их лиц. Но даже возможность подслушать стала настоящей победой.

Снова звякнул хрусталь, бокалы вернулись на место.

- Так почему? – напомнил о себе Рауль.

Отец вздохнул. И вздох этот вышел таким тяжким, что мне на миг стало стыдно. Совсем чуть-чуть. Еще пара томительных секунд, и я наконец-то услышала ответ:

- Рауль, сынок, ты не хуже меня знаешь Иду! Если она выяснит хоть десятую часть того, что происходит последнее время в этой Тьмой проклятой Академии, то вперед тебя побежит туда разбираться.

- Полуночный Свет, - в голосе Рауля появились нотки ужаса, - спаси и сохрани меня от такого счастья!

- Ах, значит, вот как? Значит, там что-то происходит?

От злости я забыла, что стою на скользком камне, и дернулась вперед. Каблуки восприняли мое движение, как сигнал, поехали в разные стороны. Ветер весело подхватил юбку, толкая меня к раме.

- Мама! – вырвалось напоследок.

Я взмахнула руками и вывалилась из рамы спиной вперед.
Мои дорогие, сегодня стартовал необычный моб. Он совсем маленький - всего пять книг. Все их объяединяет Академия темной магии. Книги совершенно точно не оставят вас равнодушными, потому что написаны чудесными авторами.

Я вам вчера еще не показала наших героев.
Знакомьтесь, Ида и Рауль

Ой! Я была уверена, что шмякнусь на ковер. Это если повезет. А если не повезет? Я же сама поставила у стены стул! Так и убиться можно!

Руки судорожно схватили пустоту. Я попыталась зацепиться хоть за что-нибудь, но картина оказалась слишком большой. Спина моя пронзила призрачную грань, отделяющую реальный мир от мира нарисованного. Ноги взлетели выше головы. Одна туфля сорвалась со ступни, описала дугу, вышла в лидеры и первой приземлилась в корзину для мусора.

Я бы порадовалась такой меткости, если бы не одно «но» – мои лопатки неумолимо приближались к полу. Мама! Вопль вышел знатный.

Но встречи с паркетом не произошло. У самого ковра я вдруг зависла, а потом и вовсе взлетала вверх.

- Я ее поймал! – раздался довольный мальчишеский басок.

- Нет я! – возмутился девчачий голос.

- А вот и не правда! Я первый!

- Правда! Не веришь? Щас, ка-а-ак отпущу!

Этих сорванцов я знала вот уже почти двадцать лет и была уверена, что непременно отпустят, лишь бы переспорить друг друга. А потому всерьез испугалась и поспешила выкрикнуть:

- Мила, Йорик, не нужно меня отпускать! Я же упаду и ударюсь.

Две белые пушистые тушки напряженно засопели, пытаясь понять, что делать дальше. Я слышала, как тихонько жужжат их прозрачные мушиные крылышки, поддерживая нашу компанию на лету. Сама я висела в воздухе лапками вверх, как жучок перевернутый на спину.

- Если ты упадешь, тебе будет больно? – спросил любопытный Йорик.

- Дурак! – ответила за меня Мила. – Конечно, будет! Если бы тебя уронили?

Йорик шмыгнул носом и произнес невероятно гордо:

- Меня нельзя уронить. Я летучий! Я самый из летучий из…

Он замолчал, подбирая сравнение, а его сестричка снова вступила в спор.

- Нет я самая летучая!

- Ах так! Щас ка-а-а-ак дам в лоб!

И я поняла, что меня снова будут ронять. Поэтому выпалила, пока не стало поздно:

- Быстро поставьте меня на пол! А то я сама дам вам в лоб!

Спор тут же затих, из-под моего локтя выглянула алая мордашка, обрамленная по кругу белоснежным пушком.

- Глупая человека, - в голосе Йорика появилась укоризна, его огромные голубые глазищи смотрели с неодобрением, - как же ты нас ударишь, если мы тебя держим? Мы же обидимся!

- Обидимся и улетим! – поддакнула с другой стороны Мила.

В этом вопросе они были единодушны. И я решила пойти на попятную:

- Просто поставьте меня на пол, и я не буду никого бить. Клянусь!

Из-под моей спины раздался заговорщический шепот. Я провисела в неведении еще долгих пять ударов сердца, а потом демонята смилостивились и опустили меня на ковер.

Я тихонько вздохнула с облегчением. Повезло! Не ушиблась и не выдала своей тайны. Время показало, что я рано радовалась.

Мои спасители висели чуть поодаль и смотрели на меня трагическими глазами. Наконец, Мила подтолкнула брата в спину и выпихнула его вперед.

Йорик сложил на груди ярко алые ручки и произнес тоном завзятого вымогателя:

- Теперь ты нам должна!

Я затаилась. Что еще задумали эти мелкие сорванцы? Йорик оттопырил губу, выставил перед собой ладонь, старательно пересчитал три раза пальцы, запутался и выпалил наугад:

- Девять тортов!

- О-о-о-о! – восторженно протянула его сестренка и подкрепила слова брата угрозой: – А иначе мы все расскажем Тильде!

Это был нечестный прием. Если мама узнает, что я тут делала, я точно получу взбучку. И тогда не видать мне Темной Академии, как своих ушей. Но уступать демонятам тоже было нельзя. Оставалось только торговаться.

- Один, - выдала я совершенно серьезно. – И не тортом больше!

Малышня переглянулась. Йорик пожал плечами, Мила покрутила у виска пальцем, отпихнула его назад, а сама выбралась на первый план. Я с любопытством ждала, какими будут новые требования.

- Семь! – порадовала меня мелкая вымогательница. – и связку сосисок!

- Два торта и две сосиски!

Меня распирало от смеха, но показывать этого было нельзя.

На этот раз пауза затянулась. Демонята устроили совещание. Я почти не прислушивалась к тому, о чем они говорят. Просто, поднялась на ноги и похромала к корзине за туфлей.

Больше меня волновал вопрос, что сейчас происходит в отцовском кабинете. Я с тоской посмотрела на картину и вдруг, поняла, как использовать нежданных спасителей.

У Милы со счетом было куда лучше.

- Пять! – сказала она с надеждой и показала мне алую ладонь с пятью растопыренными пальчиками.

Сам демоненок был белым и пушистым, с умильной мордочкой и ярко-голубыми глазищами, зато его пальчики венчали аспидно-черные кинжальные когти. А в пасти, мне доводилось это видеть не раз, скрывалась прорва безжалостных зубов.

- Пять тортов! – повторила она.

- И огро-о-о-омный окорок! – не удержался от соблазна Йорик.

Я тихо хлюпнула, прикрыла ладонью лицо. На самом деле, я еле сдерживала рвущийся наружу смех. Но добросердечная Мила решила, что довела меня до слез.

Она подлетела вплотную, как могла обхватила лапками, прижалась пушистым боком и прошептала:

- Не плакай, хорошая человека. Четыре торта, и окорока не надо!

Но Йорик неожиданно уперся:

- Пусть даст! Мне окорок очень полезен.

Он задумчиво погладил объемистое брюшко и слегка отступил от намеченного плана:

- Или сосиски. На сосиски я тоже согласен.

Мне удалось немного успокоиться. Я села на стул, а Милу усадила себе на колени. Девчонка была ужасно тяжелой, и нога у меня моментально затекла.

- Я согласна на четыре торта, и на соски тоже согласна, - пришлось сделать паузу и дождаться, когда демонята сочтут всю эту гору вкуснятины своей. Тогда-то я и выставила свое условие: - Но вы должны мне помочь!

- Чем?

Обе мордашки моментально стали заинтересованными.

Я указала пальцем на картину.

- Мне нужно попасть туда, но я боюсь снова упасть. Поэтому я хочу, чтобы вы никуда не уходили. А если я вдруг опять упаду, поймали меня, как в прошлый раз. – Я сделала восхищенное лицо и подлила в свои слова откровенной лести: - Вы так замечательно ловите!

Йорик тут же раздулся от удовольствия.

- Мы поймаем, - пообещала Мила.

- Вот и чудесно.

Я скинула туфли, забралась на стул и во второй раз полезла в картину. Мне очень хотелось надеяться, что разговор отца и Рауля еще не окончен.

***

И я не ошиблась.

Стоять на камнях босиком оказалось куда удобнее. Ветер все так же сшибал меня с ног. Холодные брызги заставляли выбивать зубами дробь. Но любопытство было куда сильнее.

Открытая картинка из отцовского кабинета еще не успела погаснуть. Я тронула ее пальцем и получила мгновенный ответ. И сразу послышался знакомый голос. Его интонация мне не понравилась.

- Вот такие дела, мой мальчик. – Отец был откровенно расстроен.

- С потерпевшими побеседовать можно? – Рауль сам не слишком верил в положительный ответ.

- К сожалению, нет. У них стерта память. Мы пытались восстановить, применяли разные способы, но пока не достигли никакого эффекта.

Да что же там происходит, в этой академии? Я придвинулась чуть ближе к магическому окошку. Мне не хотелось упустить ни единого слова.

Рауль молчал недолго.

- Милорд, - спросил он, - какая у меня будет задача?

Лорд Мор Те вздохнул, зашелестел бумагами. А я пожалела, что не могу видеть происходящего.

- Что здесь? – Спросил мой жених.

- Открой и посмотри.

По звуку стало ясно, что Рауль получил запечатанный конверт. Что было внутри я тоже поняла без труда. Но сначала отец пояснил:

- Ты же учился у темных?

- Да.

- И лично знаешь маркиза Ла Тью?

- Ректора? – я живо представила, как Рауль кивнул. – Знаю. Чудесный человек. И маг прекрасный.

- Так вот, Рауль, тебе придется занять его место!

Ого! Я прикрыла ладонью рот, чтобы ненароком не выпалить чего-нибудь вслух. Вот это поворот! Рауль был со мной солидарен.

- Милорд, вы предлагаете мне надеть личину ректора?

- Именно так, мой мальчик. Я не вижу другого выхода. Дело держится в строжайшем секрете. К счастью не пострадали адептки и знатных семей, и нам удалось откупиться. Но мерзавца, который творит это непотребство необходимо вывести на чистую воду, как можно скорее.

- Но почему не назначить меня помощником ректора? Это куда проще! Зачем такие сложности?

- Есть мнение, что злодей может затаиться, если в академии появятся посторонние. Поэтому надо сделать так, чтобы у него не возникло ни малейшего подозрения. В конверте лежит пластина с образом маркиза Ла Тью. Он записал ее специально для тебя. Там все: походка, манера речи, жесты, фразы, привычки, распорядок дня. Особенно пригодится то, что ты наблюдал его лично во время учебы.

Рауль молчал. Я тоже замерла. Послышался звук отодвигаемых кресел, потом шаги. И вновь отцовский голос:

- На выполнение задания я отвожу тебе месяц. Постарайся уложиться в этот срок.

Лорд Мор Те горько вздохнул и добавил с сожалением:

- Боюсь, что не смогу дольше удерживать Иду в этом, - он усмехнулся и повторил мои слова, - дамском курятнике. Я на тебя надеюсь, мой мальчик.

- А как же Леони? – спросил растерянно Рауль. – Отец просто жаждет отдать ее в Академию. Он так надеется, что из нее выйдет величайший демонолог!

Я невольно фыркнула. О да! Дядя Эмиль спал и видел свою дочку в этой роли. И никак не мог понять, что она вовсе не рвется заниматься темной магией. Отец в кабинете опять вздохнул.

- Все сложно, - сказал он. – Надеюсь, что Эмиль передумает. Но ты же знаешь, что он упрямец, похлеще нашей Иды.

Разговор стал почти неразличимым. Вероятно, мужчины отошли от стола. Я еще потянулась вперед, неожиданно поскользнулась и вновь потеряла равновесие.

Мила с Йориком поймали меня у самого пола.

- Видела? – выкрикнул мой спаситель. – У нас опять получилось. Мы самые летучие!

- Вы самые лучшие, - подтвердила я, усаживаясь на ковер. – Я вас обожаю. И, так и быть, отдам вам четыре торта, сосиски и большую корзину пирогов!

- Прямо сейчас? – Мила не могла поверить своему счастью.

Я глянула на часы, прикинула в уме время и ответила:

- Нет, через два часа. И прилетайте за угощением к Леони. Я собираюсь отправиться к ней в гости.

Мила с Йориком тут же переглянулись, на мордашках появились многозначительные улыбки. И я поняла, что идея пришлась им по душе. Кроме моих подношений демонята рассчитывали получить щедрый куш и с моей подруги. Как показало время, малышня не прогадала. 

***

От нашего дворца до виллы «Хрустальные росы» ехать было не так чтобы далеко, но мне пришлось заложить основательный крюк.

Кучера мой каприз не удивил, он привык тому, что хозяйская дочь любит прогуляться по дорогим лавочкам старого города. Поэтому без вопросов закрыл за мной дверь кареты и пустил лошадей легкой рысью.

Я смотрела в окно и все думала – как начать разговор с Леони? Как убедить ее в том, что мой план хорош?

Был у меня и еще один вопрос. Что делать с Раулем? Вдруг он меня раскусит? Это беспокоило куда больше предстоящего разговора.

За раздумьями время пролетело незаметно. Но, когда карета остановилась у знакомой чайной, я так и не пришла ни к какому решению.

Это заведение называлось довольно необычно: «У толстяка Лью». Вывеска подтверждала название мастерским творением неизвестного художника. С нее улыбался краснощекий добродушный мужчина весьма внушительных габаритов. Глядя на него, любому становилось ясно, что кормят здесь отменно.

Как всегда в это время, столики оказались свободны. Я знала точно, ближе к вечеру тут будет не протолкнуться. Но пока благородная публика занималась другими дела.

Я толкнула дверь и вошла внутрь. Вкусно пахло свежим кофе и миндальными пирожными. Доди, молодой продавец, расставлял в витрине корзиночки с заварным кремом и ягодами. Рядом уже красовались облитые шоколадом эклеры и бисквиты с цукатами. Полным ходом шла подготовка к вечерним гостям.

Меня заметили почти сразу.

- Сьена, Ираида, как я рад, что вы не забываете о нас! – не в меру смазливое лицо парня расплылось в слащавой улыбке.

Я едва сдержалась, чтобы не поморщиться. Мне не нравилось в нем все и острый нос, и напомаженные волосы, и бегающие ярко-синие глаза, и даже пикантные ямочки на щеках.

Однажды я напрямую спросила дядюшку Лью, когда он был у нас в гостях: «Зачем вы держите этого отвратительного хлыща? Он же до омерзения приторный и лживый!»

«Что ты понимаешь в мужчинах, Колючка! – давний знакомец родителей расхохотался. – Для тебя он противный, а дамочки постарше липнут к пареньку, как мухи на мед. Да у меня с ним отбоя от покупательниц нет!»

Вот и сейчас, я попыталась найти в умильной мордашке Доди хоть что-то приятное, но вновь не смогла. Пришлось смириться с фактом, что благородных дам постарше мне понять не суждено.

- Добрый день, Доди, - я постаралась быть приветливой.

- Вам чай, кофе, горячий шоколад? – продавец не дал мне даже рта раскрыть. Он тараторил без умолку, нахваливая товар: – Или, может быть, налить соку? Нам привезли чудесный сок из самой…

Я замахала рукой, останавливая словесный поток.

- Не надо мне ничего.

Доди тут же скис, глянул жалобно. Я попыталась исправить ситуацию и пояснить:

- Я собираюсь в гости, поэтому пришла сделать заказ.

- В Хрустальные росы? – Что-что, а память у Доди была превосходная.

Я утвердительно кивнула. Парень достал блокнот, щегольское золотое перо и принял серьезный вид.

- Что изволите заказать, сьена?

В витрине было столько вкусностей, что я невольно сглотнула слюну. В голове пронеслось испуганное: «Не-е-ет, надо прекращать визиты сюда. Слишком сложно удержать себя от соблазнов. Так недолго превратиться в шар!» Я поспешно отвернулась от бесконечных пирожных и начала перечислять.

- Коробку корзиночек, коробку миндального печенья, ваш хваленый сок, трюфели и пять фирменных тортов.

На последнем пункте брови Доди полезли на лоб. В какой-то момент я даже испугалась, что они совсем сбегут с лица.

- Сколько тортов? – переспросил он, стараясь казаться учтивым.

- Пять, - подтвердила я, - вы не ослышались.

Доди оглядел мою фигуру, покачал головой, но мысли оставил при себе. Я же едва не прыснула от хохота.

- Все? – в голосе его появилось любопытство.

Я одарила его милой улыбкой, а после сразила на повал:

- Нет, не все. Еще мне нужна сотня сладких пирожков и три дюжины сосисок. Жаль, что с сосисками это не к вам.

К вилле семейства Ровен моя карета подъехала не с парадного входа, а со стороны розария. Я ни чуточки не сомневалась, что в этот час Леони колдует над своими драгоценными цветами. Или выращивает новый вид бабочек. Или занимается какой-нибудь еще бесполезной ерундой. Ясно было одно – искать ее следует в ботанических павильонах.

Я иногда даже завидовала подруге. Ее упорству и умению добиваться результата. Леони всегда доводила начатое дело до конца. Мне за ней было не угнаться. Я могла бросить начатое на полпути, если находилось занятие интереснее. За что постоянно получала нагоняи от мамы.

Дверца кареты открылась, появился кучер, протянул мне руку.

- Сьена Ираида, мы на месте, извольте выходить.

Я чуть замешкалась, и он виновато пояснил:

- Мне нужно отогнать экипаж на площадь. Боюсь, лошадки могут попортить розы. А сьена Леони этого ой как не любит.

Тут уже я и сама решила поспешить. Слушать нотации еще и от подруги было выше моих сил.

Я быстро спустилась вниз, оправила юбку и огляделась. Розы росли по обе стороны мостовой. Кусты были высокими, пышными, сплошь усеянными крупными цветами. В воздухе плыл изумительный аромат. Как Леони добивалась такой красоты, для всех оставалось загадкой. Наверное, все же был у нее особый дар.

Пару раз посмотреть на ее творения из самой столицы приезжал королевский садовник. Местные любители дармовщины много раз пытались украсть уникальные саженцы. Но то, что у Леони цвело и благоухало, в других руках моментально хирело и приходило в негодность.

Я прошла по дороге, свернула на тенистую тропу, усыпанную серой щепой, обогнула уснувший фонтан и оказалась перед алыми кустами барбариса. Отсюда три стеклянных ботанических павильона было прекрасно видно. Оставалась только угадать, в каком из них сейчас работает моя подруга.

Мне повезло, только я решила начать свои поиски со среднего, как Леони сама вышла наружу. И сразу же заметила меня.

- Ида? Как я рада тебя видеть! – на лице сьены Ровен расплылась счастливая улыбка.

За что я еще ее любила, так это за то, что она совершенно не умела врать. Зато умела искренне радоваться и сопереживать. Поэтому я тоже улыбнулась. От всей души.

Одета Леони была в простенькое рабочее платье цвета беж. Дополняли наряд синий фартук и высокие нарукавники. Светлые волосы были убраны под косынку. Чуть неправильное, лишенное симметрии лицо придавало ей милый, уютный вид.
Пришла пора познакомиться с нашими девочками:
Ида (Ираида Мор Те сьена Себрен баронетта Ле Фа)
Уф, такое сложное имя вышло из-за перепетий с родовыми именами и титулами ее родителей. Об этом можно прочесть в моей книге


и ее подруга сьена Леони Ровен

Леони сама ко мне подошла, сказала чуть виновато:

- Прости, Ида, не могу тебя обнять. Видишь – я вся извозилась в земле. Скоро осень, в саду много дел, а придется уезжать. Даже не знаю, кого оставить вместо себя.

Девушка с тоской оглядела свои владения.

- Это ничего. - Я чмокнула ее в щеку, поспешила успокоить. – У тебя куча помощников, разберутся, что делать.

- Ой, не знаю. – Леони так грустно вздохнула, что мне ее стало жаль. – Да еще отец никак не упокоится. Уперся, что хочет сделать из меня темного мага. Ничего не желает слушать. Хоть беги из дома!

Она глянула в поисках поддержки, и я окончательно уверилась, что план мой сработает. Поэтому подцепила подругу под локоток и заговорщически прошептала:

- У меня есть идея, как с этим бороться!

- Какая? – с надеждой спросила Леони.

- Гениальная. Только пойдем в дом. А то скоро здесь будут Мила с Йориком. И…

- Полуденная Тьма, - Леони даже слегка переменилась в лице, - пойдем скорее. Надо распорядиться, чтобы им чего-нибудь приготовили. А то эти проглоты совсем не дадут нам поговорить.

Я легкомысленно отмахнулась.

- Скоро привезут для них еду. Ты только не пугайся, там много. Я заезжала по пути в чайную Льюиса.

Леони лишь покачала головой.

- Все равно. Ты же знаешь, какие у них аппетиты. Им ничего не стоит слопать хоть целую лошадь!

Что правда, то правда. Я даже не стала ее разубеждать. Конечно, никто не измерял аппетит демонят в лошадях, но думаю, они бы с легкостью осилили и двух. Помню, мама рассказывала, как эта чудная парочка в один присест сожрала наемного убийцу. Правда, он грозился…

Мысль мою прервал вопрос.

- Ида, так что у тебя за идея?

Я даже остановилась, посмотрела на Леони и горячо зашептала ей на ухо:

- Я придумала, как нам поменяться Академиями!

Мать Леони следила за обустройством виллы сама. Поэтому жилище семейства Ровен получилось невероятно уютным.
Усадьба "Хрустальные росы"

Мы расположились в светлой гостиной с высокими окнами и выходом в сад. Стены здесь были выкрашены нежный розовый, разделенный на неравные сектора полосами стального серого. После отцовского дома, где были повсюду царили черный и белый, эта комнатка казалась мне сущим раем, сказкой, мечтой. Я даже горестно вздохнула.

Леони понимающе хмыкнула.

- Что делать, дорогая, - сказала она мудро, - у твоего отца такая должность. Быть главным демонологом страны не слишком сладко.

Я усмехнулась и ответила ей в тон:

- Быть дочерью Темного Лорда тоже, скажу тебе по секрету, не малина.

Леони звонко расхохоталась. Этот разговор случался у нас так часто, что со временем превратился в шутку. Хотя смешного в нем было мало.

- Так что ты там задумала? – спросила подруга отсмеявшись. – Выкладывай.

Я сделала важный вид и начала издалека.

- Тебе понравится.

- Не сомневаюсь, - фыркнула она. – Я только не поняла, чем ты решила меняться, если мы едем в одну академию?

- А вот и нет! - я наставила на Леони палец. – Отец мне сегодня объявил, что ни за что не отпустит меня учиться к темным. Так что я еду в твой обожаемый изящный курятник.

От последнего определения сьена Ровен даже ни чуточки не поморщилась. Наоборот ее глаза вспыхнули азартным огоньком.

- Ты предлагаешь нам поменяться личинами? – быстро спросила она.

- Зачем? – удивилась я. – Тебе понадобятся только мои документы. Меня там никто не знает. Мама решила, что мне лучше поступать под именем Ираиды Себрен. Оповещать повсюду, что мой отец Темный Лорд – то еще удовольствие.

Леони согласно кивнула. И отец, и его ведомство пользовались в обществе дурной славой. Их попросту боялись. Под собственным именем я бы моментально стала изгоем.

- Тогда и тебе не нужно надевать мою личину, - предложила она. – Леони Ровен слишком незначительная фигура. Мы почти нигде не бываем. Так что меня тоже вряд ли кто-то опознает.

На последних ее словах лицо мое стало кислым.

- С тобой сложнее, - вздохнула я. – Мне тут довелось подслушать один разговор. Случайно…

Леони вновь рассмеялась, лукаво сверкнула глазами.

- Так уж и случайно?

- Почти, - ответила я смешком. – В общем, твоего братца отправляют в Академию Темной Магии с секретной миссией.

Моя подруга опасно прищурила глаза.

- С какой миссией?

- Ну… - протянула я, поняв, что сболтнула лишнего.

Умница Леони, если узнает, что в Академии сейчас опасно, нипочем не согласится отпустить меня туда вместо себя. И я поспешила отмахнуться:

- Да так, сущая ерунда. Я толком не расслышала. Знаю только, что он тоже будет там.

Сьена Ровен обладала одной потрясающей способностью – она поднялась так стремительно, что я даже не заметила. Оказалась возле меня, прижала ладонью к спинке кресла и отчеканила:

- Ида, не юли. Я слишком хорошо тебя знаю, и прекрасно вижу, когда ты врешь. Что там происходит!

Я поняла, что от честного разговора не отвертеться.

- Не знаю.

Леони нахмурилась. Казалось, еще миг и из глаз ее посыплются искры.

- Правда не знаю! Мне удалось подслушать лишь кусочек разговора. Я не вру!

Леони чуть поразмыслила, кивнула и вернулась на место.

- Рассказывай все, - потребовала она, - и не вздумай обманывать! Иначе поедешь в курятник.

- Не нравится мне твоя затея, - хмуро сказала Леони, выслушав мой рассказ. – Получается, что я подвергаю тебя опасности? Это неправильно.

Тьма раздери ее принципиальность! И кто тянул меня за язык? Мне бы промолчать, так нет, взяла и проболталась. Ух! У меня внутри все клокотало от злости на себя.

Теперь Леони ни за что не согласится поменяться местами. Если только… А это идея!

- Какая опасность, - я постаралась чтобы голос мой звучал, как можно равнодушнее, - я возьму с собой Милу и Йорика. Сама подумай, с ними мне точно ничего не грозит. Они только выглядят милашками.

- Малышню? – Леони даже встрепенулась. - А твой отец их отпустит?

- Конечно, отпустит. Куда ему деваться? Он сейчас на что угодно согласится, лишь бы я перестала упрямиться.

Леони откинулась на спинку кресла, наморщила лоб. Она все еще пребывала в раздумьях. Но я уже заметила, как переменилось ее лицо, как успокоились руки.

- Если только с малышней, - наконец-то кивнула она. – А с Раулем ты что собираешься делать?

- Ничего, - тут я совсем не волновалась.

- Вот как? – Леони насмешливо приподняла бровь. – А если он захочет тебя, то есть меня, увидеть?

- Ерунда. Во-первых, - я не хуже Йорика принялась загибать пальцы, - мне проще простого надеть твою личину. Я тебя знаю, почти как себя. Он ничего не заподозрит. А во-вторых, - я сделала паузу и усмехнулась, - зачем ему меня видеть? Он же там будет, не как Рауль Ровен, а как маркиз Оскар Ла Тью. Откуда ему знать адептку Леони Ровен? Да он будет обходить меня стороной, лишь бы я случайно его не рассекретила.

- А если…

Я не дала ей договорить:

- Никаких если. В крайнем случае, я всегда могу позвать тебя. Ты придешь и сама разберешься со своим братцем. Тебе только надо только взять с собой две картины: большую, чтобы мы могли ходить друг к другу в гости, и маленькую, чтобы можно было просто болтать.

Я полезла в сумочку и достала два золотых медальона на цепочке. В каждый из них была вставлена миниатюра с чудесным пейзажем. Для Леони – милый домик, окруженный цветущими розами, для меня синее лесное озеро.

Один я надела себе на шею, другой протянула подруге.

- Возьми. Носи и не снимай. Тогда я смогу вызвать тебя в любой момент. Вот только что делать с большими картинами, я пока не решила. Не тащить же с собой полотна в рамах? Папа сразу заподозрит неладное. Я бы точно заподозрила. Надо что-нибудь придумать.

Леони хмыкнула, застегнула на шее замочек, спрятала кулон за ворот блузы.

- Не нужно ничего придумывать. С этим я тебе помогу. Погоди.

Она поднялась и вышла из комнаты. Очень скоро вернулась с внушительным свертком, перевязанным белой шелковой лентой.

- Все равно собиралась сделать тебе подарок. Вот и пригодилось.

Леони плюхнула свою ношу на стол и сказала победно:

- Смотри!

Два раза мне не нужно было повторять. Бант был развязан в мгновение ока, пальцы быстро справились с бумагой. Я сунула нос внутрь подарка и присвистнула от восторга.

- Вышивка? Ты это сделала сама? Для меня?

- А кто еще? – Леони выглядела ужасно довольной.

Я скинула бумагу на пол, разложила полотно на столе. Вышивка была большая. Ровно такая, какая нужна, чтобы можно было войти и выйти. Точными стежками на ней был нарисована комната со светлым окном, стол и ваза с луговыми цветами. Внизу у столика чинно притулилась черная кошечка.

- Это так красиво!

Я бросилась подруге на шее и искренне поцеловала ее в щеку.

- Спасибо, милая. Я бы ни за что не смогла сделать такое. Это же с ума можно сойти от скуки, если столько сидеть и вышивать.

Леони поморщила носик.

- Ох, Ида, Ида. Это ты у нас неугомонная душа, а мне нравится и вышивать, и плести кружево…

- Все-все! – я остановила ее жестом ладони и расхохоталась. – Меня, знаешь ли, в детстве куда больше беспокоил вопрос, как приручить этих мелких поганцев – Милу и Йорика. Мне было совсем не до вышивания.

Я вздохнула и провела ладонью по безупречной работе сьены Ровен.

- А с собой ты какую вышивку возьмешь?

Леони потеребила край ткани, указала пальцем на кошку и сказала:

- Я сделала две одинаковые. Только кошка у меня белого цвета.

- Замечательно.

Я сложила свой подарок и вновь перевязала бантом.

- Только ты мне обязательно должна ее показать. Иначе, я не смогу открыть дверь к тебе.

Поезд до «Королевской Академии Изящных искусств» отходил от столичного вокзала на закате. Проводить меня неожиданно вызвался Рауль, и отец уступил ему эту почетную миссию.

Пока слуги грузили багаж, пока Леони стояла с таким лицом, словно теряет меня навеки, пока мама сушила платочком слезу в уголке глаз, я сгорала от нетерпения. Только показывать этого было нельзя. Поэтому пришлось почти полностью скопировать гримасу подруги и скромно потупить глаза.

Папа подошел прощаться последним, взял меня двумя пальцами за подбородок и сказал в лоб:

- Ох, не нравишься ты мне. Последний раз я видел тебя такой, когда ты на спор скормила Йорику мои любимые сапоги. Признавайся, что опять задумала?

Я старательно захлопала ресницами и выдала обиженно:

- Ничего!

- Я ведь все равно узнаю! Лучше сейчас признайся сама.

- Но мама!

Я оглянулась в поисках поддержки. В руках у матери уже не было и намека на платок, она хмурила брови над чуть покрасневшими глазами и молчала. Пока молчала.

Я судорожно попыталась что-нибудь придумать и выпалила первое, что пришло в голову:

- Я хочу забрать с собой Милу и Йорика! Я уже договорилась с ними. Но они будут возвращаться домой. Сами знаете, для них расстояний не существует!

Лицо матери тут же разгладилось, и она со вздохом вновь взялась за платок. Я тоже вздохнула с облегчением и перевела взгляд на отца – поверил или нет? Кажется, поверил. Только заметил:

- Не уверен, что это хорошая идея. Вдруг их кто-то увидит? Как ты будешь объяснять присутствие демонов в Академии?

- Папа, кто их увидит? – мое возмущение было совершенно искренним. – Ты не хуже меня знаешь, что для людей без таланта к демонологии малышня невидима. И потом они прекрасно умеют прятаться.

- Пусть берет, - неожиданно поддержала меня мать. – Ей с ними будет не так тоскливо.

Я дурашливо сложила на груди ладони и сделала жалобные глаза. И отец сдался:

- Смотри, Колючка, чтобы никто о них ничего не знал. Иначе мне придется запереть демонят в стенах дворца. Сама знаешь, как обычные люди относятся к подобным тварям.

Йорик тут же вынырнул из чемодана, повис в воздухе между мной и отцом. Вид у него был потрясенный. Он погрозил алым пальчиком и высказал с обидой:

- Плохой человека, зачем обзываешься?

- Прости, Йорик, - быстро ответил отец, - это не я. Это так о вас другие говорят. Ты же знаешь, что мы вас любим.

Йорик просиял, подлетел к моей матери, чмокнул ее в щеку и нырнул обратно в закрытый чемодан. Оттуда послышался писк на два голоса и возня. Малышня вила себе гнездо.

Я стояла, боясь выдать свой триумф. Поверили! Точно поверили. Теперь главное не сболтнуть чего-нибудь лишнего.

Я покосилась на Рауля и подумала, какое огромное везение, получить в провожатые именно его. С ним мне будет проще. Его я всегда сумею обмануть.

Мама подошла ко мне, нежно обняла и сказала:

- Пора ехать. Иначе на поезд опоздаете.

- Да, конечно, - отец решительно шагнул вперед, сгреб меня в объятия, горячо зашептал на ухо, - не дуйся, Колючка. Будь умницей.

И тут же отстранился, давая последние указания:

- Рауль, мой мальчик, следи за ней в оба!

- Не сомневайтесь, милорд, - на лице моего обожаемого жениха появилась широченная улыбка, - доставлю в целости и сохранности! Не сбежит.

Ну знаете! Это уже слишком! Я фыркнула и сама, первой, полезла в карету.

Мы чинно расселись в карете на разные сидения лицом друг к другу. Слуга закрыл дверцу. Я сразу прилипла к окну и махала рукой, пока было видно отца с матерью. Мне было немного грустно. Возможно, это покажется кому-то странным, но я обожала свой дом.

Как только мои родители скрылись из виду, Рауль сбросил с себя маску пай-мальчика, быстро перебрался ко мне, стянул ботинки, а ноги забросил на соседнее сидение. Правда, ничего лишнего он себе не позволял. В окошечко под потолком кареты на нас тайком поглядывал кучер.

Я сидела и думала: «Интересно, почему отец до сих пор не отправил Рауля к Темным? Из их разговора было ясно, что дело не терпит отлагательства. А он все еще в столице и никуда не спешит уезжать. Странно все это!» Но вопросы, понятное дело, не задавала.

Рауль выручил меня сам. Он как-то виновато улыбнулся и прошептал:

- Ида, я должен тебе кое в чем признаться.

Да неужели? Я с трудом сумела скрыть радость, перехватила его ладонь и спросила:

- В чем?

Рауль погрустнел.

- Я должен буду уехать и не смогу с тобой увидеться довольно долго.

- Сколько?

- Месяц или два.

И замолк. Мне пришлось его подтолкнуть:

- А куда ты едешь?

Я ожидала, что сейчас он расскажет про Академию, про задание, про то, что отец хочет отослать меня подальше из-за опасности. Но нет. Мне назвали совсем другое место - один из дальних уголков королевства.

Как я удержала возмущенный восклик, не знаю. Пришлось делать грустные глаза. И быстро соображать, как бы все разузнать, но при этом не выдать себя. И меня осенило. Я даже расплылась в довольной улыбке.

- Рауль, ничего страшного, я могу присылать к тебе Йорика. Пусть носит записочки. Ему только нужно знать, где тебя искать! Говори адрес!

Из чемодана высунулась любопытная мордашка Милы, навострила уши, в ожидании продолжения разговора. Следом за ней вылетел на волю и сам потенциальный курьер. Он смачно зевнул и сказал довольно:

- Я могу! Я самый летучий. Только вам это будет стоить…

Мила дернула его за ладошку и возмущенно зашипела. Я сделала знак: «Исчезни», демонята нырнули обратно в чемодан и продолжили разборки там.

А я вновь посмотрела на Рауля. О-о-о, как же вытянулось у него лицо. Он явно был не готов к такому повороту. Мне даже стало его жаль.

- Ида, - залепетал Рауль, - прости, дорогая, но я не могу назвать адрес!

- Почему? – как же сложно делать вид, что ничего не понимаешь, когда хочется прямо в лоб задать кучу неудобных вопросов.

Рауль быстро взял себя в руки, принял расстроенный вид.

- Это совершенно секретное задание. Я вообще не должен был тебе о нем говорить!

Вот ведь зараза, и даже не соврал. Конечно не должен. Мне только и осталось, что вздохнуть с сожалением.

- Жаль, - сказала я совершенно искренне.

Рауль схватил мои ладони, поднес к губам, поцеловал. И я на миг растаяла.

- Понимаешь, Ида…

Из чемодана вынырнула взъерошенная маковка Йорика, потом показалась пушистая тушка по плечи, хитрые глазенки сверкнули.

- За каждую записку, - сказал он очень серьезно, - боооольшущий кусок ветчины, и мы согласны!

Все очарование от поцелуев исчезло без следа. Я вытянула руки из ладоней Рауля и проговорила с горечью:

- Не будет записок.

- Как не будет? – расстроился демоненок и обижено хлюпнул носом. – А ветчина?

- И ветчины не будет, - добила я. – Раулю нельзя.

Йорика сдвинули в бок, рядом с ним появилась удивленная Мила.

- Ветчину нельзя? – поразилась она.

- Нет, - я была серьезна, как надгробие, - записки от меня получать нельзя.

На беднягу Рауля уставились две укоризненные мордашки.

- Плохая человека, - завел любимую шарманку Йорик.

Я довольно усмехнулась, а бедолага Рауль схватился за голову.

Правда, о задании отца он так и не рассказал.

Мы приехали почти к самому отправлению поезда. Площадь перед вокзалом была забита экипажами с провожающими. Кучер остановился почти на въезде, открыл дверь и виновато развел руками, обращаясь к Раулю:

- Сьен Равен, прошу прощения, но вышла неувязка, придется поискать свободное местечко.

- Нет времени, - ответил мой жених.

Он вылез из кареты, помог слуге снять багаж, сам подхватил два чемодана и приказал, склонившись к одному из них:

- Йорик, вылезай, нужна твоя помощь!

- Может, не надо? – попыталась остановить его я. – Вдруг кто увидит!

- И что? – хмыкнул Рауль. – Йорика они все равно разглядеть не смогут. Решат, что тебе повезло заполучить в кавалеры мощного мага, который даже чемоданы заставляет летать.

Я тут же представила себе, как будут выглядеть со стороны парящие в воздухе чемоданы и хихикнула. Затея мне понравилась.

- Йорик! – Рауль пристукнул для верности кулаком. – Кому говорят, вылезай. Пора отрабатывать все съеденное за последние годы.

- Я сплю, - донесся из недр багажа недовольный голосок.

- Мы совсем-совсем спим, - моментально подтвердила Мила.

- Вот паршивцы, - я покачала головой и тоже ударила по кожаному боку. – Йорик, не зли меня! Оставлю без обеда!

Тут же появилась заинтересованная мордочка. Правда не Йорика, а Милы:

- А у тебя еще что-то есть?

Как это? Мне с собой собрали полную корзину! Я сама видела.

- Нету у них ничего больше, - Йорик смачно зевнул, не выбираясь наружу, - я проверял.

- Что значит, проверял? – этот вопрос вырвался вслух.

У меня появилось дурное предчувствие. Я подлетела к корзине с едой и открыла крышку. Там было пусто. На дне кто-то щедрый оставил большой булыжник.

Рауль тут же сунул в мои припасы нос и весело захохотал.

- У меня для тебя плохая новость, - поведал он, давясь от смеха, - без обеда остались не они.

Ну все, поганцы, держитесь. Я разозлилась не на шутку.

- Йорик, если ты сейчас не выйдешь, я велю Раулю, и он передаст отцу, чтобы вас не кормили дома! – Я слегка перевела дух и добавила мстительно: - Неделю!

В чемодане возникла мертвая тишина, только длилась она недолго. Вскоре оттуда, как пробка из бутылки, вылетел взъерошенный Йорик. Он горько вздохнул, подлетел к багажу и пожаловался в пустоту:

- Плохая человека. Жадная.

- Йорик!

Еще один вздох, а после этот проказник принялся расти. Скора пушистая тушка обогнала в размерах Рауля.

- Сразу бы так, - довольно улыбнулась я.

Йорик сгреб махом весь багаж и без напряга взлетел.

- Куда нести? – голос у него, несмотря на рост, так и остался мальчишеский.

Рауль быстро выудил из кармана золотистую карточку билета.

- Седьмой вагон, третье купе! – прочитал он.

- Это в хвосте поезда, - поспешно уточнила я.

Демоненок сорвался с места и полетел. Мы поспешили за ним следом. Рауль зачем-то нес пустую корзину с камнем. Я только лишь свою сумочку и теплую пелерину. И все равно угнаться за Йориком мы не смогли.

Он быстро нашел нужный вагон, не обратил внимания на двери, прошел прямо сквозь стену рядом с изумленным работником железных дорог. Изнутри раздался испуганный визг, что-то упало.

- Полуденная Тьма, - прошептала я и ринулась в двери, едва не снеся вагоновожатого. Уже на ходу начиная кричать: – Это мой багаж! Рауль, покажи билет!