Кондитерская желаний. Очешуенный сервис

Анлиэль

Я стояла на верхней ступеньке лесенки, вытянувшись на цыпочках, и в третий раз пыталась придать венку над дверью хоть какую-то симметрию. Это явно было плохой идеей, ведь природа наградила меня полным отсутствием координации. Но мне раз в кои-то веки доверили лавку, и я не могла упасть в грязь лицом.

Эта противная омела упрямо норовила съехать, лента путалась в пальцах, а фиолетовая пуансеттия, скукожила лепестки, словно решила умереть у меня в руках.

— Ну пожалуйста… только не падай, — пробормотала я, поправляя бант. — Скоро Энлис — самый волшебный день в году. Можно мне не быть ходячей катастрофой и позором семьи хотя бы в преддверии праздника?

Тётя уехала в Аристалл рано утром, скрепя сердце. Она не могла пропустить ежегодное собрание фей, продающих желания в разных городах и странах Сарадии. Ведь его проводила сама королева Эльвина[1]. Именно она выдавала лицензии.

Оставить меня одну в кондитерской — это почти преступление против семьи, но выбора не было. Все остальные были заняты. Поэтому мне и дозволили присмотреть за лавкой, озвучив список наказов длиннее, чем рецепт праздничного торта на императорском столе:

«Ничего не урони, не сломай, не взорви. Никого не очаруй случайно и не исполняй желания без письменного согласия. Ни в коем случае не готовь…», — звучало у меня в ушах уже третий день. Бла, бла, бла!

Я глянула на венок, он вроде сдался моему напору и повис ровно. Но в этот момент входная дверь дёрнулась, впуская прохладный воздух и выбивая у меня из-под ног опору.

«Обязательно закрой лавку…» — всплыл в голове ещё один наказ.

— Ай!

Мир резко поехал вниз, и я уже приготовилась познакомиться с полом поближе, как вдруг меня поймали.

— Осторожнее, — произнёс низкий мужской голос.

Сильные уверенные руки обхватили меня за талию, прижали ближе, чем это было необходимо, а одна ладонь… совершенно недопустимо скользнула выше, чем позволяли приличия.

Я ахнула.

— Простите! Вы… вы что себе позволяете?! — выпалила я, вспыхивая до кончиков ушей и тут же упираясь ладонями в грудь незнакомца.

Меня наконец поставили на пол, но руки всё ещё задержались — на мгновение, на одно непозволительно длинное мгновение.

Я подняла взгляд.

Серые глаза. Внимательные, с насмешливой искоркой. Уголки губ, приподнятые в хитрой улыбке. Чёрные волосы, лежащие завитками на шее, не короткие и не длинные. Высокий и сильный. Его плечам было явно тесно в синем мундире. Молодой человек был… опасно красив.

— Мы не работаем, — сказала на автомате, беззастенчиво разглядывая его. — Приходите послезавтра, будут свежие пирожные желаний, печенья, пряники, торты.

Он приподнял бровь.

— А я не посетитель, — сообщил он с ленивой улыбкой. — Я инспектор.

Я моргнула.

— Чего инспектор?

— Всего, — невозмутимо ответил он. — Проверяю соблюдение праздничных норм. Безопасность. Магические лицензии. Санитарные чары. И… психологическую устойчивость персонала.

— Это выходит, вы только что меня… — я задохнулась от возмущения, — …руками проверяли?!

— Разумеется! А вы что подумали?

Он осмотрел меня с ног до головы так, будто я была подозрительным кексом, а не он — подозрительным типом.

— Вы… выглядите слишком молодо для инспектора, — осторожно заметила я. Все-таки мундир присутствовал. А вдруг правда инспектор.

— А вы слишком очаровательны для хозяйки сомнительного заведения, — парировал он.

— Это СЕМЕЙНАЯ кондитерская! — я всплеснула руками и тут же задела коробку с лентами. Та с грохотом рухнула на пол. — Ой…

Он приподнял бровь.

— Название у вас подозрительное, «Сладкие прихоти». Звучит как незаконная деятельность.

— У нас лицензия есть! — я гордо расправила крылышки.

— Покажете? — он шагнул вглубь, даже не спрашивая разрешения.

— Эй! — я поспешила за ним. — Вы не можете просто так тут хозяйничать!

— Могу, — невозмутимо ответил он. — Я же инспектор. И воспитанник императора.

— Это многое объясняет… — пробубнила себе под нос. — Наглости полные штаны.

— Что вы сказали? — Он сделал шаг ко мне. Я отскочила назад, запутавшись в собственном платье, и едва не упала снова.

— Я сейчас правоохранителей вызову, — пискнула я.

— Вызывайте. Вместе мы быстренько прикроем ваш притон.

— Да как у вас язык повернулся? — Я сложила руки на груди и гневно посмотрела на зарвавшегося парня.

— Вы тут одна? — задал он неожиданный вопрос.

— Да! — ответила быстрее, чем подумала, — То есть… временно. Скоро тётя придёт, — соврала не моргнув.

— Ну давайте мы начнем, не дожидаясь тёти. — Он вышел на середину и начал осматривать прилавки. — Где продукция?

— Её ещё нет! — я подбежала. — Мы только готовимся!

— А запах? — он повел носом, а затем наклонился ближе ко мне. — Ваниль, сахар… фея…

Опасность, — завопило подсознание. Надо срочно от него избавиться. План моментально созрел.

— Это с кухни. Там разные ингредиенты. Хотите взглянуть? — Я мило улыбнулась и хлопнула ресницами.

— Конечно, это же моя работа. — Он усмехнулся.

— Пойдемте, я вам покажу святая святых. — поманила его за собой, и он послушно пошел. Какой доверчивый «инспектор».

Я демонстрировала ему плиты и печи, холодильные шкафы и ящики с формами. С радостью подмечая, что его взгляд становится всё менее заинтересованным и расфокусированным. Пора!

Я выдохнула томно, чтобы оказаться в центре его внимания. Потом улыбнулась шире — уже совсем по-особенному. И облизнула губы.

— Ведь вам, как инспектору, — сладко сказала я, — положено проверить всё до конца?

— Именно, — он прищурился, а я глубоко вздохнула и его взгляд нырнул мне в декольте.

— Разумеется, вам нужно осмотреть… самое секретное место. Я права?

— Ведите, — он похотливо ухмыльнулся.

Я распахнула дверь черного входа, которая вела в небольшую темную пристройку, где тётя хранила бочки с разными эссенциями, которые нельзя было держать в доме из-за концентрации запахов. Слишком большие объемы, слишком резкие сочетания, полная какофония. 

— Прошу вас.

Он шагнул внутрь, ничего не подозревая, а я захлопнула дверь и активировала запирающие печати.

— Проверка окончена! — радостно объявила я. — Инспектору предписано покинуть помещение!

— Эй! — донеслось изнутри. — Это что сейчас было?! А ну, выпусти меня! Что за вонь! Вас точно надо прикрыть за использование химического оружия особой мощности.

— Это всего лишь ароматические добавки. Просто их много. И вас никто не держит, пристройка не заперта, сможете спокойно выйти в переулок. Всего доброго! С Энлисом!

Я прислонилась к двери, дрожа и смеясь одновременно. Потом вернулась в главный зал, чтобы продолжить украшать его. Через минуту «инспектор» стоял напротив запертой входной двери. Мы встретились взглядами через стекло.

Я не смогла с собой совладать и показала ему язык. Да ещё и неприличный жест.

Он криво усмехнулся, его глаза были похожи на грозовое небо, испещренное молниями.

Он развернулся и пошел прочь.

Моё сердце колотилось как сумасшедшее.

Я почему-то была уверена, что он ещё вернётся.

[1] История королевы Эльвины в книге «».

Добро пожаловать в мою новую книгу. Это Новогодний бонус для читателей.

Анлиэль

Максим

Талайт в канун Энлиса был красив до неприличия. Город словно решил доказать, что магия — это не только заклинания и стихии, но и свет, запахи и настроение. Ветры, благословлённые Энлиэлем, играли с гирляндами, магические снежные искры кружили в воздухе, а улицы были полны людей — смеющихся, спешащих, живых.

Я шёл без охраны. Редкая роскошь. Стен[1] считал, что иногда полезно побыть просто человеком, а не чьим-то подопечным или «тем самым мальчишкой без дара».

Я засунул руки в карманы мундира и шагал, глядя по сторонам, но мысли упорно возвращались к одному.

К желанию.

В Сарадии магия была главным ресурсом. Можно быть умным, сильным, полезным — но без магии потолок всегда ниже. Обычные люди существовали, да. Даже служили государству. Но вверх по лестнице поднимались редко.

У меня, в отличие от большинства, всё было… хорошо.

Титул — есть. Волею императора, я уже месяц князь!

Деньги — есть.

Будущее — расписано.

Летом — поступление в Академию. Не магическую, конечно. После которой престижная работа. Мне подобрали место в Тайной канцелярии Эллатриума: эксперт-аналитик, работа с массивами данных, прогнозирование, стратегические выкладки. Стен лично настоял — сказал, что у меня голова работает лучше, чем у половины его генералов.

Я тренировался с особой стражей императорского дворца. Сражался на равных. Терпел, падал, вставал. Часто Стен сам выходил против меня — чёрный нефритовый дракон, император, один из сильнейших. И никаких поблажек.  Ещё и Артём[2] учил меня армейскому рукопашному бою. Они делали из мальчишки воина.

У меня было всё.

Кроме магии.

Я как раз думал об этом, когда взгляд зацепился за вывеску.

«Сладкие прихоти»

Я остановился.

Название было… подозрительным. Двусмысленным. Из тех, что либо продают мечты, либо неприятности.

Под вывеской висела табличка «Закрыто», но лавка была ярко освещена, украшена венками и лентами. И в окне я увидел её.

Фею.

Волосы цвета звезд, пушистым ореолом обрамляли её личико, а два смешных пучка, были похожи на ушки котёнка. Огромные голубые глаза, пухлый ротик, острый носик, розовые щечки, полупрозрачные крылышки, трепещущие за спиной.

Она стояла на лесенке и пыталась повесить омелу, явно переоценивая свои способности. Лента путалась, венок перекосился, она сосредоточенно пыталась это исправить, даже закусила нижнюю губку от усердия.

У меня чуть челюсть не упала на каменную мостовую. Какая потрясная.

Резко захотелось познакомится поближе.

Думаю, нужно ей помочь и подстраховать.

Когда дверь дёрнулась, и она полетела вниз, я поймал её чисто на инстинктах. Тёплую, лёгкую, пахнущую сладостями и праздником.

Руки сами собой, непроизвольно, скользнули по её телу. Такому точёному и хрупкому. И всё же — в нужных местах приятно округлому.

— Простите! Вы… вы что себе позволяете?!

Она уперлась ладонями мне в грудь. От её прикосновения у меня отозвалось в паху. Её запылавшие щечки и малиновые ушки были очаровательны. Захотелось прикусить мочку или острый кончик.

Но её глаза блестели решительностью и возмущением. И в тот момент, я понял: если скажу правду — она меня выставит.

Без вариантов.

Решение пришло мгновенно.

Я — будущий государственный служащий. Мундир настоящий. Выправка настоящая. Половина сказанного — правда. Почему бы не добавить остальное?

— А я не посетитель. Я инспектор, — представился спокойно и уверенно.

Она явно сомневалась.

Но, похоже, мундир сыграл свою роль. Люди редко сомневаются в том, кто выглядит так, будто привык отдавать приказы. А я привык. Меня учили.

Я уже представлял, как заставлю крошку пойти со мной на свидание, но всё пошло по одному месту. Я покинул кондитерскую слишком быстро и совершенно не так, как планировал. Меня выставили через сарай. Гордость была задета, мужским самолюбием подтерли пол, а княжеское эго, которое недавно начало просыпаться, было в шоке. Но внутри росло странное, глупое тепло.

— Вот мелкая зараза, — усмехнулся себе под нос. — И всё равно… очаровательная.

Всю дорогу до дома думал про фею. И только у самых ворот заметил слежку. Стен же обещал… Твою мать. У моего унижения еще и свидетели были. Будет очередной повод меня пообсуждать. Конечно, открыто никто бы не посмел надо мной подтрунивать, но за спиной шептались.

Во дворце было шумно. Я поднялся в наше крыло и хотел проскользнуть в комнату незамеченным.

— Макс! Это ты? Иди сюда. — голос Алёны[1] донёсся из малой гостиной. — Только не смей смеяться!

Я шагнул в дверной проём — и сразу понял, что надо спасаться. И смеяться!

Мой племянник, двухлетний дракон с едва заметным синим отливом чешуи на висках, стоял посреди зала, широко расставив ножки, и с восторгом хлопал в ладоши. С каждым хлопком из воздуха вырывался поток воды.

— Буль! — радостно заявил он.

Вода хлынула вперёд.

— Осторожно! — закричал один из слуг, поскользнулся и с грохотом сел прямо в образовавшуюся лужу.

Поток, будто живой, понёсся в мою сторону.

— Нер, остановись! Это небезопасно. — взмолилась Алёна, хотя по её лицу было видно: она еле сдерживает смех.

Слуги бросились кто куда, пытаясь увернуться от стихии. Вода вырвалась из гостиной и ринулась вниз по лестнице. Я успел отскочить в сторону. Рефлексы за три года отточил на отлично.

А вот служанке, поднимавшейся по лестнице с подносом, на котором были тарелки, чашки, десерты, аккуратно разложенные фрукты, не хватило сноровки, несмотря на то, что она была двуликой.

Волна свалила её с ног.

Она вскрикнула. перевернулась

И поехала на попе вниз вместе с подносом.

Тарелки взлетели в воздух. Одна разбилась о перила, другая — о стену, третья угодила кому-то прямо на голову. Крем, соусы и куски пирога разлетелись по залу, превратив его в кулинарное поле боя.

— Ну вот, пообедали… — сказал я, сдерживая улыбку.

— Буль-буль! — племянник захохотал и хлопнул ещё раз.

Вода подпрыгнула фонтаном.

— Всё, хватит! — Алёна наконец подхватила сына на руки. — Маленький хулиган!

Малыш недовольно засопел и выпустил последний брызг, попавший мне прямо в лицо.

Я вытер воду с щеки и рассмеялся.

— Он опасен, — сказал я. — Определённо пойдёт по стопам отца.

Несмотря на подмоченную обстановку и платье, Алёна сияла. Глаза у неё светились так, будто она смотрела на самое большое чудо в мире.

— Ты видел? — с гордостью сказала она. — В два года!

— Будущий император, — сказал с улыбкой. Я выхватил Нера из рук сестры и подбросил. Он завизжал от удовольствия. По её лицу скользнула едва заметная тень — и тут же исчезла.

— Молодец! Подрастешь, научу поднимать девчонок на другие волны.

Я щёлкнул его по носу.

— Пошляк. Не учи племянника плохому. — Фыркнула сестра и забрала сына.

Малыш довольно хмыкнул и устроился у неё на плече. Алёна смотрела на Нера с такой гордостью.

Я смотрел на них — и улыбался.

А внутри что-то тянуло.

Мне тоже хотелось, чтобы мной так гордились.

Она вырастила меня. Не была обязана. Не должна была. Но стала мне матерью, сестрой, опорой. Забрала с собой в другой мир несмотря на то, что я даже ей не родной.

А я…

Я был просто Максимом. Обузой без магии.

— Всё в порядке? — тихо спросила она.

— Конечно, — соврал я. — Просто устал.

Она посмотрела внимательно, но не стала настаивать.

— Ты хороший, Макс, — сказала она тихо. — Я люблю тебя. Не забывай это.

Я кивнул.

Но той ночью, лёжа в своей комнате, я не мог уснуть. Снова видел перед глазами вывеску «Сладкие прихоти». Фею. Взгляд её голубых глаз… от которого сердце билось быстрее, а мысли упрямо вращались вокруг одного.

Решено.

Пойду в кондитерскую, куплю самое дорогое желание. Самое сильное.

И пусть мир решит, достоин я магии или нет.

А ещё…

Мне очень хотелось снова увидеть голубоглазую крошку.

[1] История Стена и Алёны —

[2] История Артёма —

Максим