Конец света для одной души

Практически не сплю четвёртую ночь, получая задолго до рассвета нежданный, безжалостный тумак и тормошение от негаданной тревоги. Сердечный молоточек в груди начинает резво подпрыгивать словно на батуте, намереваясь перевалиться к его краю и соскочить вниз, к пяткам. Смятение и болтанка неуправляемого, всполошного циклона не покидают меня даже днём. Споры тоски и неотвратимого ненастья засеяли эпителий и внедрившись в него, буквально снедают подчистую.
Я заполнена неприятными, навязчивыми ощущениями. Вобрала их предостаточно, однако излишек прорывающихся наружу минусовых флюидов стараюсь не излучать на окружающих. Искусно управляю ими, скрываю и не достаю всех скверным настроением. Никто не замечает, что мне совсем паршиво и дерьмово. Я редко разглашаю и озвучиваю дома и на работе полихромию путанных закорючек, не афиширую и триумфы с лавровыми овациями. Так лучше. Чем меньше очевидцев моих вознесений и нисходящих, винтообразных штопоров, тем меньше в близком окружении посторонне-нежелательных, злокачественных советчиков. Ну а родных, считаю, вообще незачем беспокоить понапрасну своими малопонятными томлениями и неврастеническими восстаниями.
Не знаю с чем связана внезапная нервотрёпка. Вроде в семье всё нормально. Все живы, здоровы, накрахмалены, умаслены и горячо залюблены. На службе ничего нового. Там всё, как всегда: либо нескончаемая, докучливая рутина, либо безудержная запарка и бешенная гонка за надлежащими цифрами. Объяснить себе не могу-по поводу чего началась трясучная нервозность и первостатейный кипиш. На сдвинутую копотню нет никаких очевидно-конкретных причин.
      
Вот и сегодня, легла довольно поздно, в первом часу, а подскочила уже в три часа одиннадцать минут. На этот раз приснилась какая-то готическая белиберда, гнетущая фантасмагория. Смутные жреческие персонажи. Калейдоскоп нелепых, абсурдных проявлений и смесь зыбких, размытых зарисовок на неопределённую тематику с расплывчатыми, уродливыми мужскими лицами. Отмеченные хари кто? Я в неведении. Ни одной путней. Одни Квазимодо. Враждебно и ненавистно актерствуют, наперебой соревнуясь в злобном кривлянии. Их так много. Крутятся подле и чуть ли не трутся об одежду. Скученно. Заденут ненароком. Извращенные рыночные смотрины устроили. Обступили со всех сторон. Гибельно. Трэш!
 
Я далека от авангарда, не поклонница сюрреализма и артхауса. Подобное направление в искусстве с нетрадиционной эстетикой и элементами безумного визуального обмана меня раньше никогда не привлекало и не вдохновляло.
Не скажу, что нынче был кошмар. Но и такие отталкивающие, бодяжные образы могут надолго зафиксироваться в оперативной памяти и кого угодно вывести из равновесия. Меня, довольно мнительную, впечатлительную и суеверную, уж точно.
Это что? Что происходит?
Уснуть, конечно, больше не смогла, осмысливала и расценивала увиденное, так и пролежала до утра. Вещие сны у меня крайне редки. Да и я не сомнолог и не Зигмунд Фрейд, чтобы истолковывать свои сновидения, обрабатывать их, вносить ясность в скрытую символизацию и делать соответствующие выводы. Опять не выспалась. Встала вялая, совершенно разбитая, с чувством невыносимой печали и безысходности.
Вот парафора чья-то насела и не слезает. Привязалась ведь, гадина несмываемая.
  
Со вторника нахожусь без нормального, полноценного отдыха, в тесной связи с дегенеративной группой захвата нейромедиаторов. И данный пунктик дал о себе знать. Ехала в автобусе на работу размягчённо-квёлая, застревая и буксуя в болезненной истоме. Горячие, воспалённые веки слипались. Свинцовые ресницы захлопывались и сцеплялись намертво. Они не хотели повиноваться и открываться, а мозг, вообще, дымил своей, отдельной жизнью. Он периодически спонтанно, скачкообразно отключался, чадил, утопически грезил голубыми альфа-волнами и почти галлюцинировал наяву. Внутри у меня всё дрожало, млело и обмирало от недосыпа.
Пробовала прикорнуть, но шейный отдел, забыв о своём призвании, держал самую верхнюю часть тела нестабильно. Она перевешивалась, кренилась и телепалась в разные стороны, точно голова новорождённого младенца. Даже на удивление, нынешний эластичный ход транспорта не обеспечил надёжность положения корпуса. Пару-тройку раз я припечаталась к спинке впередистоящего сиденья, тюкнувшись и боднув лбом металлический поручень. Надбровную область себе не расшибла, но создала расслабленной поклёвкой кое-какие неудобства: произвела некоторые дополнительные колебания чужого, чётко-сохранного кресла, помеченного непререкаемым, нагретым усестом. Восседавшая на нем дородная женщина сделала ряд неостроумных, едких замечаний насчет беспересадочной жареной ночи с безудержным, любвеобильным жокеем-наездником.
Серьезно? В каком месте ухохотаться, фрау синьора?
Её бородатый сосед весело хмыкал, прикрывая улыбающийся рот волосатым кулачищем, переглядывался с другими пассажирами, но не встревал и не втягивался. Он наверно ждал бурной сарафанной перебранки в автобусном брейн-ринге. И напрасно.
 
Вы не дождётесь боевых действий двух мамзелей неравного веса, обожатель табаско-хабанеро и уксусно-остреньких специй в столь раннее время. Милейший, пикировать я не собираюсь, сейчас не до речитативов. Мне крайне затруднительно разжать зацепеневшие, безучастные губы и придумать ответную простецкую реплику.
Я была не в том состоянии, чтобы перепираться и балагурить. Язык еле ворочался, а алфавитные согласные с гласными чохом застряли глубоко в трахее и выставляться на всеобщее обозрение не собирались.
 Вышла раньше, за три остановки. Необходимо было проветриться, прийти в себя, разогнать застоялые тромбоциты и эритроциты. Впереди трудный день. Надобно добить эпохальный отчет в вышестоящую инстанцию с сопроводительным, подробнейшим текстом-анализом. Немного обтесать его, а затем залакировав, довести, пусть не до совершенства, но до той, надлежащей конъюнктуры, чтобы сие творение, без критических комментариев, пришлось по вкусу и Нашим и Вашим. Министерство желает от нас немногого. Оно желает конгруэнтности всех показателей. Ждёт не дождётся презентабельно лощёные, но достоверные сведения. Или лучше так-достоверные и презентабельно лощёные. Равенство всех острых углов для меня соизмеримо, и я могу достичь натурализацию, путем гальваники с правдоподобностью. У меня жесткие сроки и дедлайн определён. Сегодня последний день.  
Завтра будет поздно.
Завтра суббота.
На улице свежо, прохладно. Напористый, пронизывающий ветер в безынициативный фронтон-то что надо закиснувшему организму. Двигалась умеренной побежкой. Сзади меня кто-то семенил и шаркал, пытаясь догнать. Я оглянулась-старенький дедушка. Идет след в след и обгонять не торопится. Не люблю, когда смотрят в спину и вплотную дышат в затылок. Убыстрилась, прибавила шаг-не отстает. Более того, поравнявшись со мной, пошел рядом, не обращая никакого внимания на моё тихое нерасположение ко всем и ко всему окружающему прочему.
 А дед ещё ничего. Довольно шустрый и резвый для своего почтенного возраста. Мельком взглянула-лицо у него приветливое и доброжелательное. Он был без шапки, с совершенно седой головой и нестриженными, в полном беспорядке волосами, по которым давно причитала парикмахерская. Одет в драповое, винтажное  двубортное полупальто с тёмным ворсистым воротником, на шее теплый шарф в желто-коричневую полоску. Всё очень скромно и чисто. Почти половину пути прошли молча.
Начал общение издалека. Понимаю-в отличие от меня, дедусе чрезмерно хочется с кем-нибудь поболтать и поделиться о житейских, земных вещах. Я создавала видимость, что внимательно слушаю и что мне дюже интересен его автореферат. Иногда заставляла себя приятельски улыбнуться. Время от времени кивала и взмахивала головой, подобно лошади в жару, отгонявшей липучих слепней с оводами. Всё делала невпопад и не вникала в обстоятельства дела. Мне совсем не хотелось поддерживать разговор. Я отмалчивалась и не проронила ни слова.
Он скоро говорил про что-то, про кого-то, зачем-то упоминал своих отца, жену, дочь и, по-моему, вовсе не ждал от меня отклика. Я тоже вела с ним беседу, только про себя. Мысленно спрашивала его и так же отвечала, правда не совсем учтиво и услужливо:
-Дедуль, Вам чего надобно? Почто мне Ваш батюшка, Ваша супруга, Ваше взрослое чадо и вся Ваша августейшая родословная? Я нисколько не сомневаюсь в Вашем анклаве, в Вашем нерасторжимом синдикате и необхватно-ветвистом генеалогическом древе. Но к чему оно мне? Мне это к чему? Ну что Вы прицепились? Деда, мне не до Вас. Отстаньте! Пожалуйста, давайте не сейчас и не со мной. Разве Вы не видите, какая я? У меня плохое самочувствие, отвратный, мерзкий настрой, на душе полный минор с упавшим скрипичным ключом и осыпавшимися бемолями. Моё тело и речевые слоги в стадии расстройства трофики. Слёзно прошу, отхлыньте. Идите, идите, идите уже своей прямой дорогой. И без меня. Настаиваю!
Я немного пробудилась и активизировалась, когда он дотронулся до моего локтя и сказал, что всё будет хорошо, что всё пройдет и что относиться ко всему надо просто и ординарно, желательно только так, а не иначе. Потом патриарх своего рода попрощался, приостановившись у киоска "Розпечать", затем быстро свернул в проулок и затерялся между домов. А я продолжила путь, пошла дальше, перемалывая и пережёвывая услышанное.
Ну что такого в его новелле? Экая новация. Но, как ни странно, она оказала на меня положительное воздействие, приободрила и возродила. 
Во-о-от, во-о-от, что-то сдвинулось с мертвой точки. Поползло вниз, поползло, поползло... 
И съехало!
 
Это как заземление, всё давишнее напряжение слилось и ушло отвесно наземь. Я воспрянула духом. Нарушенная осанка, воздав одобрительную хвалу неожиданному заступнику и вызволителю, выпрямила позвонковые сочленения, приподняла ослабевший подбородок, расправила сникшие плечи. На них уже никто и ничто не сидело и не придавливало своим громоздким весом. Неимоверно тяжкая поклажа со сложной гаммой хандры и разброда, которую я таскала столько времени, спала.
Здорово! Мне стало легко, удобно и благостно в промозглой сырости и слякоти, в серой утренней непогоде с грязным месивом остатков снега.
Успокоилась окончательно. Осадок от неприятного сна растворился, я избавилась от безнадёги и брожения ума, забыла про бессонные ночи и про беспочвенные волнения. Неожиданно подумалось: что такого может произойти, если не выполню задание вовремя? Да ничего сенсационного. Конечно, приложу максимум усилий, только уверена, что с работы наверняка за чуточное ротозейство окомелком не погонят. Местный скандальчик и выволочку, разумеется, устроят и премии лишить могут, но не навсегда. А всё остальное-вторично, грошовый мелочизм, на который не стоит расходовать свои жизненно-важные, здоровые красные и белые клеточки и очень нервные волокна. Это того не стоит.
 
Убеждена, до понедельника и в дальнейшем буду пребывать с хорошими жизнеощущениями везунка. Беззаботно и беспечно, с довольной физиономией, посапывать до рассвета, даже при таком раскладе срыва поручения.
    
С созидательным расположением духа и подсознательным позитивом зашла в свой кабинет, оптимизировала все имеющиеся рецепторы и приступила к исполнению задуманного: без спешки, фанатизма, штурмовщины и без тягостного, назойливого дурмана. По внутренней связи интересовалась моими результатами и тотально курировала весь процесс счисления непосредственно сама начальница. Это ещё ладно. Босс есть босс. Тут без вопросов. Данное единство всегда было интегрально и неразрывно.
Несколько раз ко мне подходила добровольно назначенная местная прислужница с ярлыком "сексотка"-неизменно пронырливая, пакостная спутница верховной главнокомандующей и других вышеиспеченных. У нас её ласково называют "милашка Ф.Л.Ю." Аббревиатура соотносительно инициалам и существительному "флюгерок".
 
Плодовитая, пресмыкающаяся шестерня, которая подтверждает значительность и весомость хозяев жизни во веки веков остаётся престижна. Без неё никак не обойтись. Отряд неутомимых, остро зрячих кротиков подрывателей, кордон из лизо-шептунов создан реальностью для прикрытия иногда слабого тыла властелина. Этакий неустойчивый пирамидальный чирлидинг, состоящий не из друзей, а из корыстолюбцев и перебежчиков. Стоит одному переметнутся на сторону и многогранный мавзолей сразу развалится.
 
Пофигу. Не возражаю и не ввязываюсь. Кому что надо в путано-петляющей, наваленной жизни. Их выбор. Я за них не в ответе. Пусть будут всякие разные. И понукающие управляющие и тягловые савраски с заезженными клячами и придворная челядь и независимый нейтралитетный люд. Цветочных лужаек с лафовыми шезлонгами всем хватит. 
Но...
Но только не в сей момент, не в минуту самонастройки и целенаправленного моего продуцирования.
Ф.Л.Юренция, отвяжись! Не комари над ухом!
 
Три раза забегала заместитель замещённого заместителя. Она вообще из другого отдела и к важному заданию не имела никакого отношения. Однако тоже помышляет иметь индивидуальное, одноместное теплое стойло с хорошей порцией привилегированного фуража и желает коноводить необузданным табуном.
 
Даже кабинетная сослуживица успевала вставить между чужими наущениями свои экономические знания и пожелания. 
Тебя то куда тянет, приспешная подлиза? Не надо трясти и переворачивать каждую девятую секунду стеклянный шарик дружественной уживчивости и сговорчивости со снежинками уравновешенности. Неужели не видно-вихревая метелица намечается. Она уже на подлёте. Ведь заметёт тебя по самые попсовые клипсы. Не откопаешься.
Слишком много на меня, мелкого клерка, администрации и придаточно-внебрачных субподрядчиков, которым непременно надо примерить и попробовать натянуть на голову, именно себе любимому, шапку Мономаха, символ самодержавия и монархии. Все принимают чересчур активное и назойливое участие. Спрашивают, наседают, надоедают, подгоняют и отслеживают каждое движение.
Мне надоело постоянно абстрагироваться попусту, рапортовать по стойке "смирно", докладывать под козырёк отечественному худсовету, прерывая отлаженный, заданный ритм. И когда кто-то из них в очередной раз открыл дверь и заглянул, я, не отвлекаясь от двух мониторов компьютера и клавиатуры, ровным голосом произнесла очередному надзирателю:
-Слышьте вы, эрудитные вундеркинды, сморчковые гимназисты-троечники, умойтесь все и слейтесь на полутонах в нашу оркестровую яму. Отвалите, статисты буферные. Займитесь, наконец, своей непосредственной повинностью и вымрите для меня ненадолго.
О, как загнула! Ну и шут с ними. Переживут.
Почему троечники? Почему не двоечники? Потому что, в отличии от последних, чьи запоминающиеся бестолковые ряхи останутся на всю жизнь в винчестере электронных носителей одиннадцатилетки, эта самая невзрачная и безымянная школярная прослойка. Сказала и сама опешила. По-моему, для рядовой подчиненной, я немного переборщила, нечаянно изловила дирижерскую палочку на возвышенном подножие сцены и перехватила директивную инициативу. Иерархия и субординация были нарушены, причем довольно саркастически и прямолинейно.
 
Что за день такой? Осадила, похулила и отфутболила всех куда подальше. Неизящные слова вырвались ненамеренно. Сточная болтология не мой стиль общения. Я не грубиянка и не нахалка, у меня нормальное воспитание без вредных привычек и природная скромность. Ещё мне зачем-то привили совестливость, бескорыстность и корректность. Всеми данными моральными качествами, врождёнными и приобретёнными не особо горжусь. Наоборот, нынче такой политес совсем не комильфо. Подобный мамонтизм с атавизмом, попахивающий нафталином и затхлостью, давно никем не приветствуется. От него все поспешно отбрехиваются еще в раннем возрасте. И правильно делают. Разумная дальновидность.
 Родительская вакцинация добропорядочной этики и обходительного этикета никогда не шли мне на пользу, только приносили тернистость в некоторых хитросплетённых моментах жизни. Сидишь вот так иногда, тихо сидишь, отзывчиво и гостеприимно повиливая всем радостным хвостиком. Линуешь себе в беловичок без помарок, шрифтуешь буковку к буковке. Никого не домогаешься, не канифолишь, ничего не клянчишь, челобитную не подаешь. А тебя "бац", туркнут всей пятернёй в правое предплечье, клякс с чернильными брызгами понаставят, вызывающе ржут в лицо, показывая пальцем на избранный спецобъект.
Глядите, вот умора! Мы, таки, отделали ещё одну дурёху без хитина, незащищённую!
Посмешище!
Сейчас через шредер её пропустим!  Будет уже наверняка.
Нет, чтобы сразу проучить супостата гранатой по вонючему ливеру-сидишь переписываешь, храня гордое достоинство и надеешься на бумеранг. Напрасно! Он лениво и бракодельно шабашит только сутки через пятеро с выходным по воскресеньям. Смотришь, а глиссада метательного орудия серповидной формы с автопилотом, сделав круг, опять направленно снижается прямёхонько на меня. Готовсь к очередному головняку, очаровашка!
 
Недоразумение? 
Да ну как же. 
Закономерность!
Сказала и сказала. Вроде совершенно тривиальное предложение. На мой взгляд, с простым, грамматически организованным соединением слов. Я сказала что хотела и что подумала в данный момент. Это был всплеск обычного рефлекса, реакция на внешний раздражитель. Но какова отдача! Какой получился коэффициент полезного действия! Какая недурственная процентовка рентабельности от моей смысловой интонационной семантики.
Дверь тотчас захлопнули. Причём довольно громко, с оглушительным треском. Даже потолочную плитку перекосило от прямодушного неженственного прошения и свет настольной лампы два раза торжествующе мигнул кому-то на прощание.
Скатертью-скатертью, посреднички национальной сборной!
Кто был по ту сторону преграды-не знаю. Но хамская и охальная пертурбация изменила орбиту планиды. Больше меня не беспокоили и не досаждали своим присутствием и надзором. А моя соседка, срочно сославшись на неотложное дело и прихватив утеплённую кожанку с беретиком, вообще, эмигрировала в конкретную ориентировку часа на четыре.
Будь, дорогая! Двигай, не мешай моему мозгоделу!
День прошел недурно, на подъеме. И по сравнению с предыдущими двумя, я бы сказала, что в высшей степени отменно. Всё получилось, как нельзя лучше. Информацию сдала и отстояла без особых усилий в первой половине дня. Вот что значит, когда тебя не прогинают и не крючат в дугу зазря.
Благодарности от руководства, даже в устной форме, не получила.
Знамо дело! Иначе и быть не может.
Дифирамбы, ордена с медалями у нас достаются всегда другим, практически одним и тем же, из числа приближенных ставленников и не зависимо от результатов уровня их трудовых достижений. Я не завистлива и не в претензии, толерантно отношусь к воле законодателя. Давно привыкла к классическому принципу справедливости и соразмерности. Для меня это норма.
Всё же после планерки, на аудиенции, расторопная церемониймейстерша решила вручить мне значок передовика и отличника производства. Она скинула ещё два дополнительных, ежемесячных и трудоёмких отчета, которыми раньше занималась бухгалтерия. И от которых, семь находчиво-сметливых счетоводов, вот уже полгода отнекивались и отделывались, стараясь спихнуть своё ломовое ярмо на чьи-нибудь легковесные закорки. Ликующий балласт обретет новую наложницу и взасос, подобно вантузу прильнет к её энергосистеме, то есть к моей. Брависсимо! Какая пикантная рокировка. Просто крейзи и необычайно креативненько! Как всегда.
 
Неужто я делегировала на все четыре стороны именно ЕЁ, фельдмаршала нашего гарнизона? 
Сделай быстренько книксен и телексуй колоратурным сопрано:
-Так точно! Слушаюсь и повинуюсь. Двумя больше, двумя меньше. Какой малюсенький пустячок. Бегу таперича, мчусь, несусь вприпрыжку на тонких каблучках. Сейчас же возьмусь за интереснейшую минизадачу!
 
Выдави дисциплинарную покорность и не ввергнешь себя в нагоняй с харакири. Изобрази кроткую безотказность, и твоя "дольче вита" обретёт очередной мораторий на неприкосновенность.
Поторопись! Ну!
Куда там! Зачем нам собственная, надежная неприкасаемость? Мы продвинемся ещё дальше в плавни, окончательно и ва-банк обрезаясь пилообразными зубцами осоки.
Достали!
Ключ зажигания. 
Взяла с места. 
Визг покрышек. 
Иду на обгон. 
Без тормозов.
Расступитесь!
В сторону! 
Я без тормозов!!!
Кто не успел,тот попал под раздачу. 
Получайте...
 
И всё-таки, чем я могу выразить свою признательность таким лукавым и "прелестным" раскладом? Только нахлынувшей задиристой дерзостью:
-Благодарствуйте, милостивая барыня. Долго веяли и доходили, матушка Вы наша незабвенная? Наедине с собой или нобелевский консилиум собирали из-за неимения творческого воображения? Вычуры у Вас ещё те упрощенческие. Что ещё возжелает правительница сего княжества со скудной фантазией? Какую стереотипную игру разума? Чего хотите тамошного откушать? Пожалуйте, сиятельство-любую ляжку на холодец! Лопайте, не поперхнитесь.
 
Слова же какие сумела подобрать, да так скоренько!
Ха, я упорно добиваюсь прилюдной экзекуции на родной кобыльей конюшне. И если данная переделка, в виде порки розгами по всем бюджетным и самообличительным статьям увенчается именно этим, виноватой буду я и только я.
Всемогущая сила, что бесстыжая ломака с воздушным поцелуем в конце своего разглагольствования сооружает в данный момент? Откровенную беспардонность и развязность я себе никогда не позволяла. Мою бестактно-жесткую шутку и три низких поклона с блокнотом в руке тоже не оценили, даже иронически ухмыльнулись. Их сочли почему-то не смешными.
Ещё бы. Борзотень ходячая! Добазарилась, довыпендривалась. Всё, тебе хана, неуступчивая комедиантка!
 
Соразмерную плату от Великой Немезиды нынче не выдали. Усекаю, что честно заработанное роялти вместе с лыбящейся ханой нарядно и грамотно преподнесут мне позже. Но незабываемый день в конце рабочей недели стоит картинно запечатлеть. Пометить жирной, красной галочкой. Трижды обвести кружочком такого же цвета. Занести в копилку гемисферы и бережно хранить новоявленный файл на постоянной основе. Буду доставать его из ёмкости черепного контейнера по мере необходимости и смаковать новизну небывалой курьёзной оказии.
Я правда выгляжу сейчас остолопкой и простофилькой? 
Поди нет. 
Балбесиной?
Не-а-а-а!
 
Сегодня я штурвалю на дирижабле, согласно не только закону Архимеда, а пропорционально с моей разблокировкой и разудалой перепрошивкой каталога модальности. Щеголяю пока на высоте верхних слоёв атмосферы цвета победоносной орхидеи, ловко управляя вертикальными и горизонтальными рулями и бойкотируя все заверения синоптиков о синей буре с геомагнитным возмущением. И такой стратостат с аэронавтикой меня, видать, устраивает. Очень устраивает.
Знатный денёк!
Дедок то оказался неплохим психологом, физиономистом, профайлером и менталистом. Четыре ассовских эксперта интерпретации в одном мастаке метафизической калибровки. Моя немота в союзе с парализованной мимикой предательски и спекулятивно смошенничали, выразительно проговорились и выдали досточтимому аксакалу всё, вывалив из шкафа купе скуксившиеся, незадачливые скелетики. Он стал моим макрофагом-абсорбентом, который поглотил и нейтрализовал все симптомы приступов перебудораженной душевной лихорадки.
На односторонне обсуждаемый анамнез, мои телепатическую диагностику с томографией мятущегося, раздрызганного биополя, терапию, полное и окончательное излечение у него ушло менее тринадцати минут.
Однако! 
Весьма наглядно, рекордно и всесторонне предельно!
Да Вы, старейшина своей династии, пожалуй, не просто лекарь внутренней субстанции. Вы, магистр чародейства, паяющий платы с микросхемами умонастроения и оголённые провода фибр человеческого существа. Нашим работникам Красного Креста до Вас, как до безраздельного признания Земного Голубого Шарика плоскодонным блюдцем стоящем на зверинце. 
Вот как надо кудесничать: дельно, дивергентно и, главное, задарма.
Эзотерикой никогда не увлекалась. Была совершенно несведущей практиканткой на таинственном поприще и не посвящённой в религиозные догмы адептов. Но теперь стоит чего-нибудь почитать, ознакомиться с её концепциями о познании своей сущности, личностных изменениях, оздоровлении и влиянии на окружающий мир.
Потом долго пыталась вспомнить, что ещё интересного дедуля говорил, однако безуспешно. Связность и соотнесённость его тирады к делу были утеряны. Только одно слово засело в моей голове-ординарно.
Почему ординарно? 
Для чего ординарно?  
Ничего не понимаю. И ещё-его ключевая фраза "только так, а не иначе". Именно на неё он сделал свой акцент.
Галиматья, ахинея какая-то. Может я что-то не разобрала, недопоняла из-за своего вегетативного зуда, пропустила мимо ушей что-то очень-очень важное и своевременно назревшее?
Скорей всего так. Именно так.

Когда только-только вошла в своё благовременное душетелесное состояние с драчливо-задиристым настроем и неограниченным, бойким красноречием  и на тебе, получай томительную трясучку по новой. Неожиданный рецидив. Как? Опять? Подправили дырявую, немощную ауру называется. Полный обвал только что детально вычищенного и заботливо подлеченного изнеможденного организма. Неужели ремиссия оказалась такой скоротечной и молниеносно нестойкой? Это чересчур, преувеличенный ремейк.
 
Дедуль с высшим сознанием и высокими вибрациями, Вы где? Явитесь! Срочно! У меня тут обратный круг с подозрительными свищами и проломами, через которые все моё полезное перемещается в чужие, сомнительные просторы. Нужна Ваша экстрасенсорика с заговорными манипуляциями и регулированием биоэнергетики. Выручайте! Прошу!
 
Я проснулась, но лежала с плотно закрытыми глазами. Прислушивалась к себе-мрачной и страдальческой. До чего же мне дурно и худо. Нет, данная ударная встряска не дежавю и не схоже с предыдущим случаем. Не тот метастазный гон, не нервяк. Это нечто соматика-физиологическое. Дедушка с чудодейственным, волшебным прикосновением отменяется. Таблетка, обычный спазмалитик-вот что необходимо в данный неважнецкий момент.
 
В висках отбойный молоток истово и усердно вколачивает жгучую боль, продавливая её вглубь хрупкой костяной коробки. Внутри ушей неисчислимые цикады своими раздирающе-навязчивыми пассажами стёсывают тонкими слоями стружку с коры моих больших полушарий. Горячие мочки опалили восприимчивые подушечки пальцев,  незащищенный затылок распирает от притока импульсильной  крови или наоборот, от её пассивного недостатка.
 
Однако какая я энергичная, прилежная трудяга, вдрызг, до последней капли своего здоровья  уработалась за прошлую декаду с чужой среднесписочной численностью, объемными договорами и крупными финансовыми суммами. Теперь приходиться вовсю расплачиваться по всей телесной, слабой форме.
Разомкнув с трудом непроницаемую зашоренность на глазницах, сразу пожалела о сделанном. Уж лучше было ажиотажно и лихорадочно таскаться несколько ночей по сумбурным просторам недавних сонно-оккультных, рунических бредней. Ментоловый холодок прильнул к разгоряченному телу и тут же с легким пшиком испарился. На меня в упор  смотрела Алиска, мамина душка-кисуля, её милый, сердечный дружочек.
Усатая неотразимость молча сидела на стуле около дивана, прижав уши и широко открыв зубастый рот. Никогда раньше не замечала в разинутой котюниной воронке такого остро заточенного инструмента для смачного поедания китикета и вискаса. В большущих глазах с черными суженными зрачками плескались ярко-красные всполохи разгоревшихся угольков. Ещё чуть и они заполыхают в полную силу. Первосортный, не скаченный через торрент леденящий кошачий дракулизм. Мне не мерещилось и тем более, совсем не радовало резко всколыхнувшийся и округлившийся взор.
Неплохая завязка для зловещего жанра хоррор с клыкастым нуаром. 
Зрелище ещё то! Настоящая зверовидная страшилка с безмездной доставкой на дом.
Ядрёные заморские ужастики с щекотанием взбудораженных нервишек смотрю выборочно. Интересуют только высокопробные, квалитативные, включающие в себя замысловатый сюжет без преобладания мясоразделки с паводком крови и  заковыристым, нажористым эпилогом.
Что теперь не так? 
Чьё это загадочное авторство и продюсирование? 
Чья прихоть с животрепещущей операторской бутафорией и антуражем? 
Данный зазубренный саспенс должен быть где-то там, очень далеко, за кадром, без моего непосредственного участия.
Внутренне сжалась. Вся кожа на голове стянулась к темечку в один тугой узелок, учащенное сердцебиение затихло и я замерла в гипнотическом, обалделом ступоре. Ночь, не ночь. Комната была  в насыщенном тёмно-бордовым цвете, с мебелью антрацитового оттенка. Контраст предметов сумеречно-нерезкий, плавный и определяемый.
Ли-с-а-а-а, ты чег-о-о-о? Кы-с-а-а-а, что слу-ч-и-и-и-л-о-о-ось-сь? М-а-а-а-м-м-м-м! М-а-а-а-м-м-м-м!
Голос совсем низкий, чужой, звучание глухое, трубное и слова растягиваются в длинную, фонетическую транскрипцию. Мама в другой комнате и на мой звательный падеж, мои артикуляцию с невнятной  дикцией,  мычание и логопатию не откликается. Она спит крепко.
 
Ну ты даешь, мамуля!
Тут такое показывается! Криптографическая, густая сгущёнка из светового поля со спектром поглощения нашей знакомой реалии.
Тишина необыкновенная, тяжелая, я  почти прикасаюсь к ней, ощущая её медово липкую и вязкую материальность-восковое повидло безшумности с нарушением пространства, разукрашенного кистью таинственного художника.
 
Как показалось, сразу после затяжных фраз я заснула, а может и отключилась-не ведаю. Через некоторое время очнулась опять в бордовой комнате. Обворожительная Алиса в неизменном положении и с такой же, располагающей к ужасу, позитурно-вурдалакской мордой упыря, направленной на мой очумелый анфас.
 
Что, ты так и посиживаешь, наркотизируя червлёными омутами и порабощая меня своей звериной воле? Неоплаченная гиперболическая жуть продолжается. Халявный иллюзорный ремейк бесовской анчутки в стадии назревания резкого взвинчивания интригующей фабулы.
Кисти рук разогнуть не могу, говорить нормально тоже не в состоянии. Лодыжки сильно опухли, подошвы ног жжет словно их намазали убийственной горчицей и отекли так, что широченные шлёпки не налезают. Я подошла к окну. Кругом странная бордовость переспелой вишни, чёрные силуэты домов и деревьев. 
Да что ж так нехорошо то.
 
Рассмотреть получше эффектно колоритную действительность не получилось. Подступила тошнота. Стенки гортани сокращались, вызывая предрвотные накаты. Сиреневые, фиолетовые, синие и черные точки вспыхивали перед глазами, создавая крышесносные, запредельные узоры. 
Сейчас въеду в вавилонскую сверкающую катавасию!
Решила, надо срочно принять горизонтальное положение, медленно, глубоко подышать и параллельно поделать глотательные движения. Возможно полегчает, может дьявольский триллер завершится и увенчается жизнерадрстной, оптимистической концовкой. Борясь с дурнотой и сдерживая пинг-понг подступающих конвульсивных позывов, доползла до дивана, упала и отсоединилась с внешним миром.
Вот так всё  и началось. 
Никогда не вела тайный дневник и не излагала свои явные и раскованные мысли на бумаге. Никогда не фиксировала  раскаленные откровения на камеру и не занималась блогерством. Писать сочинения на свободную тему тоже не любила. Попробую повествовать коротко, в конспективном порядке и только основные события, однако за свою лаконичность не ручаюсь. Буду строчить неровно, коряво обрисовывать, путая временность глаголов, повторяться, часто добавляя для обоснованности отрицательную частицу "не", перетасовывать настоящее с прошедшим и заниматься обиходной, любительской тавтологией.
 
Когда пробудилась, на часах высвечивалось восемь часов, тридцать пять минут. Странно,  мама по сию минуту не встревожила родную соню, не разболтала умаянную лежебоку. Я ведь её вчера предупреждала, что кое-кому, то есть мне, надо встать пораньше. Желательно заблаговременно выехать домой. В семейном благоустроенном шатре не всё детально доглажено, старательно доварено и умело допарено. Сегодня вечером, из двухнедельной командировки возвращается муж. Его надо подобающе встретить: тепло, радушно, нежно, хлебосольно. Обкормить вдоволь, приветить сполна, любовно поглотить целиком, полностью и надолго. А до хлопотно-радостных событий, необходимо забежать за сынулей  к кузине. Вытащить его из хватких объятий её вечно неспящих, бегуче-шарнирных детей с нескончаемым, горластым процессом геймплея.
В общем-то традиционное, будничное утро. Приветливое солнышко, как обычно, тепло лучится по ламинату и потолку комнаты, но то, что было ночью, помню прекрасно. Мне и сейчас  плоховато. Плоховато-неподходящее слово. Мне чудовищно скверно и совсем никудышно.
 Дома мамы нет. Алиса спокойно и невинно почивает прямо на её любимой подушке и на меня никак не реагирует. Ишь ты, какая паинька, какая елейная пусинька-мусинька! Помнится, совсем недавно, ты была другой, не грациозным херувимчиком и не мохеровой няшей. Несколько часов назад, я тебя срисовывала в неприглядном образе, с багряным зевом в виде глубокого адского котлована  и холодными кумачовыми глазюками. Меня так жахнуло, что чуть не усопла на месте и не стала мертвецким покойником от увиденного скримера. Только от одного воспоминания жуткой видеопугалки меня даже сейчас баламутит и подёргивает, словно погремушку с наполнителем из безумных вампирских наваждений.
 
Самое неприятное-отключили свет и воду. Я порадовалась, хорошо, что вчера сделала своей родительнице генеральную уборку, постирала шторы, помыла окна, пол и всё пропылесосила. Стационарный телефон молчит, сотовый  тоже не работает. Прямо стихийное бедствие. Такого еще никогда не было, чтобы пробой флангов бытового обслуживания по всем коммунальным фронтам.
 
Абсолютная тишина давит на барабанные перепонки и умозрительные довершения с разлетом здравых предположений. Киса спит, не шелохнётся и еду, как принято, не выпрашивает. На всякий случай положила свежий корм в миску. Воду доливать не стала, её предостаточно.
Слабость и адинамия у меня не прошли, и я вознамерилась немного поваляться и понежиться морским котиком, поджидая маму.
Алисик, не всё тебе забываться в десятом сне...
 
Полежала ни много, ни мало, почти полтора суток. Превзошла всех насквозь измотанных и вконец уставших. Данную впечатляющую новость выяснила по наручным часам с датой. Когда  проснулась, было светло, день в разгаре-тринадцать часов, десять минут. Мамули нет, котя до сих пор объята завидным сном, вокруг полное безмолвие. Чувствую себя уже получше.
 
Вода, свет и другая всяческая  связь с земляками не появились. А когда посмотрела из окна на улицу, то была крайне удивлена. На дороге отсутствовало движение. Все машины аккуратно припаркованы на обочине. Надо же, какое идеальное расположение. Ловко! Иллюзион! Всегда бы так конструктивно ставились! Только одно такси с разбитой фарой и мигая левым поворотником стояло на разделительной полосе проезжей части. Осколки желтого стекла тускло поблескивали на мокром асфальте. Единичный случай мягкого вписывания во что-то незримое. Непорядок для перфекциониста!
 
Людей не видно.
Нет скопления обезумевшей толпы, значит нет всеобщей массовой истерии и психоза, которые спровоцировали бы меня на панику. Испуг тоже безбурно ютился в отдаленной сторонке. На меня не накатило психопатическое умопомрачение и беспамятство. Я не взывала к небесам, не закатывала глаза, не бегала, размахивая руками, не всхлипывала, заливаясь слезами и не хваталась за голову. Спокойно, правда с недоумением пялилась на всё происходящее.
Почему у меня такой дофенизм? 
Поной что ли для приличия, похнычь, поскули, точно обиженная фифа. Ты же из девичьей, рёво-плачевной категории.
Мне-хоть бы что. Ничего не саднит.
Поразительная крайность восприятия!
 
Алиса мерно дышит, не умерла, она просто безмятежно дрыхнет, корм и вода не тронуты. Вещи были на своих местах и дверь запакована на все замки, вплоть до внутреннего. Осмотрела сначала всё с балкона, потом направилась в подъезд. Ходила несколько раз туда и обратно, словно бездумный, лунящийся полуночник.
 
Потом пришлось спуститься на улицу. Прошла сначала немного по двору и никого не встретив, завернула за угол дома, где располагался небольшой, универсальный магазинчик. Всё позакрыто и никого нет. Я последовала дальше, на центральную улицу. Там тоже самое. Людей нет, транспорт весь стоит, а самое непривычное-ни звука. Птиц не слышно, собак не видно. Похоже, что весь народ и живность саморастворились.
Какая нелепость! Мистицизм!
Розыгрыш? Не похоже.
 
Неспеша пересекла школьный стадион и добралась до дома своих родственников, к которым мой ребёнок на выходные отпросился погостить. Дверь была заперта и неприступна. Стучала, долбила, кричала-впустую. Далеко в город идти не решилась. В течение всего дня я не могла похвастаться разнообразием своего лексикона. В его запасниках и моём обиходе  значилось одно единственное слово-забавно. Иногда произносила его в тихой, сдержанной задумчивости, иногда с ненаигранной весёлостью и оживленностью. Ловко и складно жонглировала им, как вздумается, меняя в производно-однокоренных созвучиях только суффиксы и окончания. 
Забавно, забавность, забавенно, забавненько, забавуха...
  
Мысли, конечно, крутились разные и что только не приходило в голову: всемирный захват и пришельцы, перемещение в перекрестье с перпендикулярной вселенной и телепорт в просторы дальнего космоса. Вспоминала зачем-то и не могла припомнить теорию Большого взрыва. Причем тут взрыв? Да ещё Большой. Меня бы видоизменило и преобразовало в бесформенную, непривлекательную кучку паштета. А если быть точнее, от такого подрывного камуфлета и соскоб не берут. Не с кого.
 
С натугой выдирала познания из своего кругозора о параде планет, который грядет не скоро, земной оси и полярности, антивеществе, парсеках, экзопланетах, квазарах, разноцветных звездах-карликах и прочей галактической терминологии. 
Тот ещё  астроном со спектроскопическим анализом!
 
На десерт не бодренько закусывала европейским, кольцевым адронным коллайдером. Ускоритель наверно вытягивали, вытягивали, затем гнули-гнули, потом разогнали, как никогда, ища божественную частичку. Естественно не смогли с ним совладать, справиться своими силами и мы влетели в неразъяснимую хреновину с многомерностью миров.
 
Молодца! Хорошая редакция падения современной цивилизации. 
Ан нет! Не дотягивает до нужной, стандартной кондиции. Опровержение. Моя, слишком живучая и непотопляемая персона-главная помеха последовательно-выстраиваемого умозрения!
Потом пришли более реальные, качественные рассуждения: внезапная, массовая эпидемия и спешная эвакуация. Однако, сопоставив визуальную информацию, я отбросила необоснованные догадки. Имущество, документы, сбережения там, где им положено всегда быть. Да и меня бы подобрали любую, не оставили горемычную здесь мыкаться и дрейфовать со спущенными парусами среди плавающих обломков.
Значит, в величайшем, блистательном буме и всеобщем, сокрушающем бедламе замешана непосредственно я. 
Только Я.
 
Этакий личный постапокалипсис для одной выбранной, неприкаянной кандидатуры. И только две версии  подходят. Либо я гуглю по сейшенам глубокой комы, либо мой фазис просрочен, больше недействителен и данная личность, на которую указал перст неотвратимой судьбы, отошла в мир иной. Вроде бы то и другое существуют объективно, подтверждены, доказаны передовым человечеством и значит это научный факт. 
Или всё же не факт? 
Хотя...
Однозначного ответа нет, посмотрим что будет дальше. Пришлось вернуться в квартиру родителей. Требуется переждать, неотложно чем-нибудь подумать и возвестить истину. 
Взаправду? Щас! Разбежалась! Размечталась! 
Мои посредственные дедукция с индукцией топтались на месте, поигрывая  простецкими аксиомами. Они решительно отказывались комплексно и продуктивно двигаться вперёд и аргументировать чуждость широкомасштабного ребуса.

Немного о себе. Мне двадцать восемь лет. По гороскопу я рыба. По-моему, это самый наискучнейший, странноватый, маломощный и неприметный знак зодиака. Кого такая дистиллированная холодинка может по-крупному зацепить? Никого. Сама бы на себя не повелась. Непонятная непонятка. Пап, мам-угораздило ведь вас так удачно сгруппироваться в подходящий час с нужным, свободным местом для создания неописуемого, расчудесного чуда.
Не знаю, как живется, плавается и здравствуется другим водным позвоночным, только мне не ахти. Я самая пугливая рыбина одиночка, которая  редко заплывает на разноцветное мелководье неунывающе-озорного кораллового рифа, предпочитая в благорассудном уединении, с мыслью "мне и здесь очень даже справно", отстраненно пастись на глубине без опознавательных сигнальных знаков и с потушенной бортовой подсветкой.
  
Хочется иногда побыть зубастой барракудой или хитро-изворотливой муреной, но что не дано, то не дано. Однажды, вообразив себя  массивным мегалодоном-живоглотом, решила красиво снямкать без ядовитого продукта распада,  двух  наглючих лжеподруг и дать созвучно-зрелищный отпор трем настырным ухажерам-пиявкам. Назидательно и вкусно схамкать с проглатыванием досконально разжеванных едких останков никого не удалось и ловко подмять под себя прытких и развязных агрессоров тоже не вышло.
Увертливых, находчивых хищниц, чуть не подавившись, сразу отрыгнула без порчи их блистательной внешности, ценного личного приданого и новомодных побрякушек, получив напоследок крученый двойной пендель, от которого ещё долго летала сломанным  метеоспутником по орбите своей дикой изумленности и огорченной    растерянности.
 
Ай-яй-яяяй, кругом сплошная беспогодица, пронизанная молниями громовержца Юпитера!
Какое несовершенство мира!
А жестко-игривых василисков-аспидов с вредоносным, обильным бертолетовым слюноотделением пришлось  срочно выкашлять и отхаркать, пока совсем не захлебнулась, не задохнулась и не оплавилась изнутри. Они оказались малопитательными, несъедобными и непригодными для здорового образа мировосприятия.
У-у-у-у-у -биология! Физиология!
Да понимаю я, понимаю, парни. Ничего не поделаешь.
Биология! Физиология!
Один грубый повеса продолжительное время вызывал у меня слезоточивость и першение в разраженной глотке. Второй распущенный ловелас-несварение и томительную изжогу. Третий чванливый кавалер так забил дыхательные клапана сладкими, развеселыми речами, что его приторность и шаловливые, недвусмысленные телодвижения переросли в стойкий канцероген, обещая в дальнейшем бесконтрольное, разрушительное химическое отравление моей естественной установки.
Из всех шестерых царей матушки природы, участвующих в распределении победоносного авторитаризма, только я не подтвердила чин несравненного повелителя с полновластными государевыми лычками и шевронами. Получила лишь значительные проникающие ранения с болезненным иглоукалывнием во все области самосознания и длительную реабилитацию обожженных чувств. Остальные титулованные, чистенькие шкурки даже микротрещин у себя не обнаружили. Непробиваемые толстокожие бегемоты! Чего только не бывает в неразумной, школьной юности с вертлявыми веществами внутренней секреции.
Теперь все закадычные подружки-звездульки с моей односторонней привязанностью и верностью, а так же несносные поклонники в прошлом. Они резко отошли в забывчивую бесполезность. У меня нет друзей, они больше не нужны. 
Пошли они все к едрене фене.
Я занята. Железно. Прочно. У меня есть муж, у нас есть сын. И этого оказалось вполне достаточно для цельной, гармоничной и счастливо-благополучной жизни.
Как меня, совершенно несговорчивую, первую из робкого десятка, приручили словно полудикого, царапающегося котенка и вообще довели до брака? Да ещё так рано. Да за исключительно короткий срок. Страстный натиск с чувственным подчинением без перерыва и настойчиво-усиленный любовный напор наполовину холерика, наполовину сангвиника, обусловленный слабой полузащитой податливого меланхолика, выдержать было невозможно.
Сексуальный, искрометный, предприимчивый завоеватель, у которого всегда есть и будет безапелляционный ответ на любой поставленный вопрос-вот мой властный, незаурядный избранник. И хотя беспрекословного владычества не выношу, всё же враз стихла, полностью вверилась и покорилась без остатка. Редкостное явление для медленно крадущейся единичной особи в сутолоке шумливой толпы, которую уверенно выхватили из бурливого скопища человеческой расы и прижали к надежной груди с неугасимым сердцем.
Он технично, на высоком уровне справился, исключая грубое принуждение и заговорил меня на ответную любовь! 
Точно искусный фокусник! Выдающийся  и неоценимый чернокнижник!
И нас, таких разных, стремительно и надежно связало, потом устойчиво приковало и затащило в крепкую, нерушимую семью.
 
Но я так и осталась не очень уверенной в себе девчонкой, не душой беззаботной компании, не массовиком затейником. В меру стеснительная и застенчивая с детства, которая постоянно за всё беспокоится. Беспокоюсь за то, что происходило давным-давно и недавно, за то, что уже произошло и  за то, что может произойти или не произойти. Напрасно накручиваю себя, напридумываю себе всякое разное, утрируя каждый мелочный пустяк и мучительно терзаюсь потом втихомолку. Весь беспричинный мандраж и вздутая, деланная драматургия мне  сильно осложняет жизнь. 
Ещё как отягощает! Прямо житья не дает.
Говорят, если переживать без повода, то он обязательно появится. Это так, но ничего изменить не могу. Меня не переделать, такая индивидуализировалась в наше земное существование. Я трусиха. Боюсь того, что не могу объяснить, ещё боюсь темноты. Куда без неё, она в самом начале списка фобий, рачительно скрываемых от всех.
Я спокойная, длительно терпеливая и не меркантильная, презираю кляузы, инсинуацию в любом виде и закулисные интриги. Не умею участвовать в чебурахнутых разборках с тонкими расчетами, сразу теряюсь, волнуюсь и всячески избегаю ураганных ситуаций. Не героический типаж. Нет. Нежная мимоза без спецназовского бронежилета и военного снаряжения.
Однако, если происходит обманное негодяйство и мне ловко ставят вероломную подножку, стараюсь не давать себя в обиду. Иногда получается, а бывает, что нет. Падаю, встаю с разбитыми в кровь  коленками и не спекаюсь, потому как и тихой вредности с тупым ишачьем упрямством у меня предостаточно. Так молвит и уверяет мама. Она говорит, что хорошо знает свою дочу. Но лучше всех о невыгодном, плохо скрытом несовершенстве осведомлена, конечно, я, которая частенько применяет его на практике и постигла в идеале.
Неподатливая, упирающаяся человечина женского рода с ненужной строптивостью!
 
Хоть и расточаю иногда улыбки, но очень недоверчива и осторожна, тяжело схожусь с людьми. Не выясняю отношения с человеком, который меня предал и сильно разочаровал. Молча оставляю его вместе со всей его шарабарой и ненужным старьем.
 
Я не суюсь в чужие дела, не соперничаю за право первенства, тем более не бьюсь и не грызусь за мужское внимание.  
Ещё чего! Пусть другие между собой выразительно хлещутся,  фривольно возятся в дрязгах и квалифицированно роют подкопы друг другу. Полюбуюсь на дележную, активно-заводную приколюху со стороны. Выдирание с корнем чужого волосяного покрова и наращивание потом своих фолликулов-не моя водная стихия. Ледяные кристаллики  чешуек с просвечивающими, тонкими плавничками надо оберегать. Не всё оттяпанное и ампутированное поддается восстановлению.
Кому буду шибко нужна, всегда проложит ко мне тропинку, несмотря на препятствия в дремучем лесу с городьбой практикующих ворожбой ведьмочек. А там уже посмотрим, какой ты фруктовый, запретный плод. Может тебя и надкусывать не захочется, сразу, без пробы, откажусь от потайного гнилья.
В душу ни к кому не лезу и  в свою  больше не пускаю. Никого и никогда! Вломятся без разрешения, нагостятся столько, сколько себе намерили, сально натопчут, неприглядно намусорят, втихаря нагадят по углам, в удовольствие размалюют стены своими оскорбительными непотребностями. И ведь не выгонишь-бесполезно. Потом долго приходится отмывать гетерогенные, сомнительной нравственности  грязные следы бесцеремонных потребителей обретенной дармовщины.  
Мне вполне хватает общения с родными и с некоторыми сотрудниками.
Хорошо то как!!!
Я больше послушный слушатель, чем вдохновенный рассказчик, откровенность с публичной исповедальностью не для меня. Никто из моего рабочего коллектива толком и не знает-как, чем  и с кем я живу.
Это ещё лучше, чем "хорошо то как"!!!
Тружусь простым экономистом в государственном учреждении, добросовестно и ответственно исполняя свои служебные обязанности. Лапочка!
 
Я не глупа, но это лично моё мнение. Дурашка! Конечно же только твоё.
И ещё, я совсем не пробивная. Добиваться фаворитного расположения любыми путями и энергично топтаться по хрустким черепушкам, вырабатывая командный голос, не привыкла и поэтому инструктивным начальником мне точно не быть. А оно мне надо? Задолбишься работать за всех. Такое проходила и не раз. Лучше всё сделать по-быстрому самой, чем постоянно входить в чье-то сложное, языково-молебное положение, а затем безуспешно ждать интенсивной, пролетарской отдачи.
 
К совсем законченным, негативным  пессимистам и погруженным только в себя интровертам себя не отношу. Скорее реалист, с лёгким напылением романтики, лирической элегии, которая вгусть сдобрена каббалистической энигмой. Внутренней тайны женщины-вамп, которая бы пламенно, азартно и ошарашенно сводила мужа с ума, не давала расслабиться и постоянно ставила его в ошалело-сраженный тупик, у меня нет.
Я проста и открыта для него, как...
Досада!
И немного сложна для себя и окружающих. Впрочем нет, не немного, чуть больше.
Бывает...
 
Вот такие собирательные ингредиенты в моем типическом миксе. Моя жизнь-работа, дом, работа, дом. Летом-наша с мужем дача. Четыре года назад купили неподалеку от дома участок неплохой земли и нам глянулось проводить на природе время, копаясь в земле с перегноем. Растительный мир с огородными грядочками, теплицей и цветником поддел наш ботанический интерес и зеленое внимание к возделыванию почвы и овощным культурам. Ужасссь! Делать нам, таким молодым, больше нечего. Разумеется, бывают приятельские встречи в кафешках и компании с мангалом полным шашлыков, правда нечастые. Периодически ездим к родственникам на благодатно-цветущий юг. Ну и всё.
Не знаю, как законный супруг, а я всем вроде  удовлетворена. Я люблю, любима и довольна. Вполне довольна. Довольна? Безусловно!
Что за странный вопрос себе? Молчи уже! Живи и радуйся!
Я радуюсь.
.............
Радовалась.
Когда-то.

Чувство острого голода не испытывала, есть совсем не хотела, только пить, пить, прихлебывать, потягивать и опять жадно пить. У  мамы был совсем небольшой запас воды, большую половину которого я уже истратила на утоление жажды и на умывание, в виде размазывния две трети стакана нарзана по недовольному телу, которое досадливо вздыхало и требовало теплого ливневого продолжения, желательно с такими же целебными веществами и шипящими пузырьками.
 Как-нибудь в другой раз, персональная физическая структура с триллионами клеток! При удобном случае сбрызну! Если успешно смоюсь в иную фантастическую благоприятность.
 
Я растолкала томную, бездеятельную Алиску. Больше она меня не пугала своим жутким, вампирским видом. Глаза у неё были обычные зелёные виноградинки, пылающий адский огонь в них потух. Кровожадный рот не открывала, вурдалакские зубы не показывала, но и не мяукала. Вообще голоса не подавала, была полуживая и меня решительно игнорировала. Вчерашняя звериная демонесса тоже много и взахлеб лакала жидкости и к еде пока что не притронулась.
Домой к себе не отправилась, не набралась смелости. Скоро вечер, а влачиться предстояло на другой конец города. Живу в отдаленном от центра районе. Поспешно замкнулась на все затворы, запоры и щеколду. Впритык к порогу пододвинула пуфик, поставила на него керамический напольный вазон, который повязала за узкое горлышко с ручкой входной двери. Немного поразмыслив, сверху конструкции молодецки водрузила еще стопку книг Мориса Дрюона и завершила эстетичную постройку полосатым нефритовым колокольчиком.
Определенно, моя головушка немного отъехала!
 
Конечно, возвышенное сооружение не датчики движения, однако лучше, чем ничего. Получилась кривенькая Пизанская башня.  Как и было задумано. Если все "Проклятые короли" не усидят на престоле, отрекутся от самих себя, покачнутся на высоте своего превосходства, то должно всё дружно завалиться и возможно разноголосо звякнуть оберегательным предостережением. Тогда услышу неурочный грохоток даже через шлемофон соснувшего астронавта.
Смотрела, как постепенно наступают сумерки, как смеркалось, темнело. Просто плавно чернело, без бордовых оттенков, цветных сполохов и других пестрых вспышек. Холодное, чистое небо, блистательные звёзды, которые вдруг резко и кучно обозначились без иллюминации уличных фонарей, божественно-обожаемый лик желтой луны-всё обычно. Все они на своём месте и так же за тридевять неизведанных, космических земель. Постоянно выходила на лоджию, усиленно нюхала и пригубляла свежий воздух, напрягала слух, всматривалась в отдалённые окна. Ничего такого, что вызывало  бы подозрение на опасность. Стояла долго, до посинения с дрожью, до сопливых дорожек под носом.
Тем не менее, ведь что-то стряслось и разразилось, причём глобальное, кардинальное!
Зависала всей тяжестью на узких подоконниках в разных комнатах. В городе никакого оживления и перемещения. Нигде нет света, нет даже намёка на отблеск ламп и  слабых лучиков свечей. Сплошная темень, и до сих пор стоит такая тишина, будто нахожусь в звуконепроницаемой колбе. Эгегейкнуть или залихватски гаркнуть озорное словцо с балкона, скажем, "полундра" или "свистать всех наверх", боязно и мужества не хватает. Не известно, кто ко мне может свистануть, взбежать или вскарабкаться наверх на соблазнительный, многообещающий ночлег. Отбивайся потом от возбужденных, прошенных посетителей с убойными мыслями и фантазиями.
А может стоит рискнуть, открыть рот и проблеять какую-нибудь глупость?
Хватило только на тихое полоскание одного длиннющего звука:
-Э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э...
 
Лучше ничего не придумав, я враз обесславила родной язык.
Но мне сейчас простительно всё!
Кисуня раздольно уместилась в просторном кресле, расстелилась на боку, откинув назад голову. Хвост и лапы с выпущенными крючковатыми когтями вытянулись в струнку, кончик языка торчит между зубов, один глаз открыт.
Испустила дух? 
Нет, только не это. 
Пожалуйста!
 
Я поводила свечой, потрясла рукой перед её зорким оком, оно было неактивно. Потрогала пальцем ввалившееся пузико, с прилипшей к нему, длинной безжизненной шерстью. Впалый животик мягкий и горячий, едва вздымается от дыхания. Значит она цела и невредима.
Лисёнок, даже если ты реинкарнация чупакабры-кровопийцы, не уходи в отставку. Не утекай от меня! Договорились? Приму тебя любую: ходящую на задних лапах, облезлую до безобразия, красно-лупоглазую, безусую, хищно-клыкастую. Любую. 
Только не уходи. 
Сделай одолжение! Как буду одна, без тебя? Не справлюсь!
Батареи ледяные и в квартире холодина. Ранняя весна. Пришлось  лечь в одежде и укрыться тремя одеялами. Я завела таймер на семь часов. Спала плохо, постоянно вздрагивала всем телом, поднимала голову, часто вставала. Алиска мерзлячка ко мне так и не приползла на дружеский теплообмен. Утром проснулась раньше будильника и когда открывала глаза, надеялась, что всё-таки это сон.
К великому сожалению...
Надо собираться. Кошка поела совсем немного, заторможенно умывается, на меня совершенно не реагирует. Может меня вообще здесь нет? Все есть, живут-поживают, продолжают фигурировать, присутствовать у себя, бытовать, мирно процветать в семейной согласованности  или проседать в лютой ненависти друг к другу. А я, в отличие от некоторых, вероятно фантом, невидимый, аннулированно-асоматический  сгусток непонятной, бестелесной субстанции.
Проверим. Сейчас тебя растормошу, мохнатая цигейка. Взяв трёхцветную зазнайку на руки, начала тискать и жулькать ломаку. Вырывается, морду воротит. А когда она буйно вцепилась в волосы и яростно укусила за плечо, поняла-нет, с нами обеими всё нормально. Это её обычное, озверелое отношение ко мне и к моим свойским,  любовным приставаниям, потому что ласково, сердечно и мурчательно она вздыхает только по маме и больше ни по кому. Другие человеческие создания для неё не существуют.
Строгое, усиленное исследование и доскональное распознавание мышечных отклонений с неаккуратным ощупыванием важных элементов организма лохматой, негодующей особи показали, что мы с Алиской заметны друг для друга, тельно осязаемы, весомы своими настоящими килограммами и восприимчивы симпатически, как и прежде.
 
Кусь...
Принцесса осатанелая, больно же! 
Ой! Захлопни пасть, пума недоделанная! Отвянь! Расцепись всеми остро-хваткими прищепками! Тест на распознавание иллюзорности и подлинной физичности завершен. Я больше не буду тебя донимать. Сегодня-точно! 
Кусь, кусь...
О-о-ой!
Плохо, что переноску для животинки не купили и что чемодан на колёсиках, который мама одолжила в поездку своему племяннику, не вернули. В обычной сумке из полиэстера Алисе слишком неудобно, она начала извиваться и выгибаться, отталкиваясь раскоряченными лапами.
Пушистая задница!
 
Так мне её не донести. На балконе взяла небольшую картонную  коробку, проделала в ней несколько дырок, обвязала шпагатом и скотчем. Теперь в самый раз. С собой забрала кошачий туалетный лоток, весь корм, миску, кое-какие продукты из холодильника, последнюю бутылку воды, спички, батарейки, один фонарик и пользительно-незаменимые часы с точным календарным временем.
Самого необходимого набралось достаточно, чтобы устать уже минут через десять спокойной ходьбы. Вся данная кладь крайне нужна. Если ничего не измениться, я просто не смогу так часто сюда приходить. Написала маме записку-у меня всё хорошо, уехала к себе домой вместе с Алисой, обязательно перезвоню.

Уехала. Ага! Хватанула! На чём? 
Перезвоню. Квасую на всю бобину! Чем? Телепатией?
 
То, что произошло, конечно, описывать не стала. Не поймет. Надеюсь, при встрече сама ей объясню небывалый вздор, если будет кому рассказывать и с кем беседовать.
 
Ну, пора отправляться, путь неблизкий.
Лиска, ты готова ступить из мирно-идиллического, люксового жилища в неведомо куда и на собственном, незначительном опыте проверить, как действует всепланетно-знаменитое "до" и "после"?
Молчание-знак согласия.
Подались!
И мы с безгласным кошаком шагнули за порог в ненадеванное нами житиё-бытиё, в наш обнуленный земной миллениум. Выйдя на улицу, в глубине души я ещё надеялась на какие-либо изменения в окружающей ведовской обстановке.
Увы...
Коллапс продолжается.
 
До моего дома километров шестнадцать, может немного меньше, возможно и больше. Кто когда достоверно высчитывал невостребованную дальность нынешнего расстояния? Выбрала, как мне кажется, более короткий по протяженности маршрут. На улицах тихо, спокойно, только очень неуютно и мрачно. Вещи и мусор не валяются точно при срочных отправке и вывозе смятенных горожан.
Нет никаких серо-зеленых энэлонавтов, нет бескровных зомбарей, нет пришлых, мифических многообразных тварей Стефана Койдля и трупов тоже нет. Уже плюсик! Но палку, больше похожую на дубину, всё-таки подобрала и несмотря на её приличный вес, волокла с собой. Собаки. Могут повстречаться слишком пытливые псины. Если бы только пытливо-любознательные.
Сильно пожалела, что лично у  меня нет машины. Автомобиль имеется, он стоит в гараже и муж, с царского плеча, дал начинающему извозчику несколько мудреных уроков вождения. Тогда у нас была старенькая иномарка. Я доблестно и зажигательно пошоферила немного по пыльной просёлочной дороге, сделав несколько энергичных кругов. Раза три, с удальством и бравадой, проехалась и по асфальту около одной деревни, пока нас не тормознул зеброидный, принципиальный жезл старшего лейтенанта, непонятно откуда здесь взявшийся, и не конфисковал  налом на свои, неотложные инспекторские нужды, несколько тыщёнок. А именно, пять непахнущих, бескомпромиссных штучек.
 
Вроде бы и желание было и получалось неплохо, но у мужа характер взрывной, нетерпимый, без романтических, кабриолетных сантиментов. Ненавижу и не выношу, когда повышают голос или кричат, усомнившись в моей четырехколесной дееспособности. На этом автотранспортная учёба закончилась, по обоюдному желанию. Роль пассивного, пристегнутого пассажира оказалась ближе, доступнее, да и рулевой ответственности меньше. 
Тоже нормально!
Шла часов шесть. По пути сидела на разных лавочках, даже укладывалась на них, вытянувшись во весь рост, и неотрывно разглядывала необычное, сказочное небо. Наверху, в воздушном пространстве, разыгрывалось настоящее, небывалое представление.
Непривычные, причудливой формы светонепроницаемые облака чёрно-серого цвета, с синими и розовыми прожилками, стояли на одном месте. Они колыхались, тихо вспучивались, мерно, однотонно перекатывались и набегали друг на друга. Заторможенный, непроворный, флегматично-бушующий океан во время застопоренного, инертного шторма.
Дьявольский асператус во всей красе! Крутяяяк! Изумительно!
Откуда он взялся в наших краях, в родной долготе  и широте? Первый раз вижу редкостное, несравненное явление. С какого меридианного королевства прибыл? И что бы это значило?
Никакой острастки для себя не почувствовала, только восхищение данной всеобъемлющей фееричной кинетикой, разработанной и изготовленной невесть какой безличной силой. Ещё ощутила, что все деревянные седалища были слабо-теплые, такие же и стволы деревьев. Остальные уличные предметы обычной погодной температуры.
Как интересненько и познавательно! Включен минимальный режим здешней, климатической духовки. Неторопливая подготовка к запеканию наших костлявых окорочков в собственном соку. К кому на званый обед в качестве второго, основного блюда мы будем поданы? Надеюсь мои эксцентричные мысли не материализуются в ближайшее время.
Вставать не хотелось, так бы лежала-лежала на приятно разогретых новой природой, местах телесного сосредоточения. Насильно заставляла себя подняться и планомерно отмерять дальше полусонные шаги. Казалось, что ноги в кандалах и  они тянут за собой тяжеленные гири за которые ещё уцепились два сорванца моей двоюродной сестры. Полагаю, после внезапного бордового налета с массированной атакой я не совсем пришла в себя.
На обочине, за две остановки от своего дома, удачно сыскала почти новый, дамский велосипед с корзиной. Он стоял доверчиво прислонившись к фонарному столбу. Нашла транспортное средство слишком поздно. Педали крутить, конечно, не смогла. Сил уже совсем не было. Выдохлась. А вот сумки успешно сложила в плетеную кошелку и коробку с кисой добротно закрепила на широкое сиденье. Катить-не тащить.
Рикша рикшей, однако мне позарез нужна машина!
Весь путь я вела себя словно охотничий пес. Всё время оглядывалась, часто останавливалась, напряженно всматривалась, прислушивалась, продолжала пробовать на вкус кислород. За время многочасового шествия никого не встретила  ни двуногих сограждан, ни крылато-пернатых, ни зверьков разновидных форматов. Машин и самолётов  не слышала. И опять, ничего угрожающего вокруг не обнаружила. Алиса вела себя, на удивление, пацифично. Бесхлопотная кыса ни разу не ворохнулась в своём неблагоустроенном каземате,  не мявкнула и не фыркнула.
Ты моя милая послушница!
Наконец добралась до дома. Устала кошмарно. Минут десять лежала безучастным свертком   на скамейке перед подъездом. Ноги дрожали как студень, стонала и нюнила спина, а мне подниматься на пятнадцатый этаж. Последний рывок и с остановками, периодически протирая ступени пятой точкой опоры, я дотащилась до цели. Темнотища, но световые таблички на этажах с оповещением "ВЫХОД" отчего-то ещё брезжили, с натугой выполняя свои главные обязательства. Ну, а затем и вовсе погасли.
Это был конец всему. Прощальный мне привет от развитого прогресса, инноваций, новаторства, апгрейда и новых технологий.
Всё! Тумблер урбанизации с демографией вырубили окончательно. 
Хитромудрый Шах и молчаливый Мат!
Трындец!!!
 
Виват подкинутыми банковскими карточками новоявленной эре и новоиспечённому этапу эволюции с полной деградацией! Количественные изменения уже произошли, будем ждать качественные, с теперешней, новоприбывшей экологией.
Дома тишина, мужа нет, его походной сумки не видно. Он не приезжал. Я отсутствовала, наверное, дня четыре. Крыска Федор был живой. Живой, только заморенный, нахохленный и приунывший. Он нехотя слез из своего удобного гамачка, искоса и боязливо поглядывая на меня блестящими, чёрными стразиками.
Федюнь, карапузик-умнишонок, не лорнируй так! Не пугай. Ну, ты что, мыша моя пухленькая, серенький пончик-пуговка? Не признал? Это же я, твоя самая дражайшая собеседница и любимая участница всех твоих веселых развлечений!
Услышав моё знакомое чириканье и приветливое щебетание, "дохлик" ожил, резво пустился в  забавный пляс. Счастливо засуетился, бодро забегал по клетке, вставал на задние лапки, чудно подпрыгивал на месте, игриво и уморительно тряс усатой мордуленцией.
Фу-у-уххх, отлегло от сердца! Вспомнил!
 
Корма у него, такого обжорки, было много, наверно тоже ничего не ел все это время. А вот вода уже заканчивалась, чуть-чуть прикрывая донышко поилки.
Взяв крысенка на руки, опустила на плечо. Он радостно начал облизывать мне шею, ухо и щеку. Самое нежное, ласковое, добрейшее существо. Всеобщий наш любимец.
В квартире настоящий осенний листоотпад. Все растения разом сбросили свой покров. Остались только голые прутья и тонкие стебли. Потрогала землю, она не совсем сухая. Не с чего хиреть и отмирать. Облетевшие листочки были не пожелтевшие, не полинявшие и сохраняли  прежний, насыщенно травяной цвет.
Да, тряхануло и звездануло не только меня и Алиску с Федором. Думаю, что в повальном вымирании замешаны калориферные тучи. Это они окурили всё вокруг своими тепловыми цунами. Сначала я хотела составить горшки в одну комнату, но увидела на ветках новые завязи, побеги и почки. Корневую систему не своротило магнитудой солнечного ветра и обдувом опахала южно-тропической респирации. Жизнь не зачахла, не увяла, она снова пробивается и начала прокладывать себе дорогу. Армагеддон зелёных многолетников был приостановлен. 
Посмертный гербарий объявляю недействительным.
Я сморщилась, приготовилась. Надлежит как следует горестно всхлипнуть, жалостливо похлюпать курносой нюхалкой и  прореветься взахлеб ущипнутой белугой.  Должно полегчать. Нет, не получается. Никак! Проклятье, даже махонькую слезинку выдавить и выпихнуть из себя так и не смогла. 
Надо думать, щипанули слабо!
 
И в дальнейшем, больше почти не плакала. Объяснить  данную констатацию не могу. Никогда не была  бесчувственной. Наоборот, обида, боль, переживания всегда сопровождались неумеренными солеными осадками с продолжительной горькой капелью из внутренних, рыдальных желёзок глаз и носа.
Может потому что кто-то или что-то слишком резко изменили мою жизнь и я стала совсем-совсем другая?
И  как теперь мне,  такой другой,  жить дальше в таком другом моём мире?
Или всё же в чужом?
Хороший вопрос!

Больше недели не выходила из дома. Простецкая еда в наличии была, её я вытащила из неработающего холодильника за балконную дверь, разнообразного питья тоже предостаточно. Провела полную инвентаризацию всего имеющегося полезного и применимого для стабильного динамизма изгнанника, вышвырнутого странной неизбежностью с прежней обстановки. Обстоятельная и углубленная ревизия показала неплохие результаты.
Две объемистые фляги  воды всегда стоят у нас в кладовке на крайнюю нужду. 
И, о будничное, повседневное таинственное событие! Надобность, видать, наступила.
 
Есть три упаковки газированной минералки, упаковка лимонада-всё на дачу. Пригодилось таки орошаемое малоземелье! Нашла четыре тетрапака  томатного сока, пять апельсиновых и два яблочных. Ещё у меня много цветов, для них стоит вода в бутылках по комнатам. Имеются неплохой запас свечей, спичек, батареек, несколько фонариков и большая светодиодная лампа с полным, неиспользованным зарядом.
Практично укомплектовались!
 
Необходимости выходить  на улицу пока не было. Но не в этом суть. Не могла я себя заставить отправиться в бывшую социальную среду. Это не страх. Чего теперь бояться, если я и так, наверное, умерла. Просто хотела прийти в себя, обдумать сложившуюся мистическую ситуацию.
Я немного удручена. В голове, напоминающей сейчас осоловелый, жужжащий улей, роятся только дрябло-смурные, панихидные и регрессивные мысли. Они практически ничего не выжужжали, ничего путёвого и дельного. К увенчанию моей понурой медитации о насущном, треснуло ещё стекло на трёх, из восьми средних рамах балкона. Именно там, в охлаждающей и безмолвной высоте, вплоть до наступления густых потёмок, утопаю в объемном коричневом бинбэге.
 
Ломаная линия, одна, продолжение другой, появилась на пятую ночь моего прибытия. Я не захотела вставать с кровати, когда услышала звонкое пощёлкивание снаружи и зафиксировала росчерк зигзага в виде графической диаграммы только ранним утром. Схема расчетных показателей на распределение невероятного везения и сплошных неудач? Поздновато сделано, поздновато. Вся замысловатая оконная рисовальня уже не имеет никакого значения. Надо было заблаговременно стращать и провиденциальные знаки подавать, до кучи, вместе с тем, параноическим сном. Сейчас и так ясно, что я наступила в объёмистую, свежайшую коровью лепёшку обеими ногами и продолжаю в ней стоять, переминая, с чавкающим звуком, башмаками.
Не понимая, каким стихийным эшелоном и в какие знакомо-причудливые края меня доставило, где все и где я, размышляла-как меня угораздило помереть, да ещё вместе с Лиской и Фёдором. В какой первоначальной общей точке мы соприкоснулись и сбились в неразлучную, ошалелую троицу? Какую недозволительную клавишу пульта кликнула и вдавила, что она так витиевато запала?
Как же так?  
Мне всего-то ничего. Могла бы ещё бравурно потоптаться, реализовано пофункционировать и успешно потягать бурлацкую лямку жизни. Каким таким образом я умудрилась навозно вляпаться  и угодить в сверхъестественную передрягу, в непоправимо-обреченное, безвозвратное мероприятие?
А если я в непробудной коме, то в какой больнице нахожусь или в чьем цветущем палисаднике околачиваюсь и тунеядствую колодой, как долго продлится патологическое, беспросыпное состояние и как из него побыстрее выйти? Или может мне пора заняться грустным некрологом, организовать заупокойную, печальную мессу с реквием по самой себе. Больше же некому. И закончить её восхваляющей тризной с воспевающими почестями. Ну, либо без них, без культового нарциссизма и возвеличения.
Дальше то что? Продолжение намечается? Со мной будет кто-нибудь взаимодействовать?
Вот она я, готовая мишень самонаведения, вся перед вами, в непосредственной близости, на полном обозрении в стеклянном аквариуме, у всех на виду. За кем и куда  теперь мне проворно направиться и вжав педаль в пол, прибавить газу? Я единичный ваш клиент  в шорт-листе на переброску, высылку и прилагаемым поэтапным трансфертом с препровождением? Неужели ещё кого-то последовательно и выдержано ждём на перепутье значимой развилки?
Моя многословно-взывающая и вопросительная телепатическая телеграмма спасительной мессии осталась невостребованной. Глухо! Вероятно о моём бесконтрольном заезде на временный постой никто не уведомлён. Впрочем, какая теперь разница, где и как я так внезапно убилась и в какой непотребной позе лежу. И  правда, никакой разницы. Всё равно. В любом случае придется принять то, как оно есть.
Всегда тяжело  привыкала к разного рода изменениям в личной жизни, а тут ничего, довольно быстро мирюсь с превратностями судьбы и таким оригинальным положением вещей.
Может совсем и не плохо, когда всё хорошее вдруг заканчивается?
Алису познакомила с Фёдором. Вытащив серого грызуна из клетки, опустила на пол рядом с кошкой. Федор стоял не шевелясь, ждя условного сигнала  к нашим обычным играм, забавным догонялкам и увлекательным пряткам в лабиринтах пустых коробок. Алису заинтересовал его неподвижный хвост и она сразу, по-хозяйски наложила свою хваткую лапу на протёртый до основания вытянутый шнурок. Крысенок-лизун с веселым озорством развернулся, смочил и ласково обмусолил её ошарашенную мордаху. Чмоки-чмоки тебе, неизвестное, милое существо!
 
Ба, на, на!  Крику то, сколько крику. Только и остается прикинуть-кисоньку неслабо зашибли массивной киянкой. Я и не думала, что безголосая Алиса может рыкать львицей, тявкать, как собака и скакать невменяемым, вопящим сайгаком. Недоуменный и озадаченный Федюся молча наблюдал за сольным ором мурки с её бесовскими сальто-мортале. Тоже мне, уже и поцеловать нельзя! Пришлось развести мелкое зверье по разным местам. Ничего, ничего, привыкнут, приспособятся. Деваться всё равно всем нам некуда. Терпение, кыса, терпение!
 
Всё это время было довольно холодно, ветрено, иногда пробрасывал снег. Дома дубак, греемся разными примитивными способами. Деревянные изделия перестали быть тёплыми через два дня, после того, как  исчезли загадочные, черно-серые облака. Что там было за ними? Какой небесный радиатор обогревал непродолжительное время предметы из одного материала? Создание новой, жаркой Аравии завершилось на стартовой температурной обработке. И ладненько! Своё, северо-восточное, привычнее.
Обошла все квартиры в подъезде. Прошлёпала шестнадцать этажей. Двери заперты, на стук  никто не открыл. Стучала очень громко, изо всех сил лупила и лягала ногами. Домашних животных тоже не слышу. А должна была. Над нами каждодневно негромко подлаивают в разных углах, чередуя с перфорацией, меняющей герцы в зависимости от настроя владельца доброкачественного инструмента.
Чего он там прибыльно и эффективно буром буровит два с половиной года? Какие уникальные залежи месторождений ищет? Трудолюбивый горнорабочий с навыками геолога, пошуми, побетонируй стены. Сейчас я совсем не против твоих молотобойных подвигов.
 
Прошло ещё несколько дней. Наконец-то увидела птиц, их немного, очень редко вижу собак.  Многолюдное человечество не объявилось.
Прозрачная витрина с сидящим, неподвижным манекеном в вязанной ушанке с помпоном, в мужских пуховике-аляска и унтах никого не завлекла и не заарканила. Вербовка  на продолжение спецрейса в офшор душевного упокоения не состоялась. За мной никто так и не пожаловал. Очевидно данная территория  не промежуточно-сортировочный перегон узкоколейки. Пустынная область  и есть конечная станция.
Что ж, надо выходить из самочинного затворничества.
Нечего упражняться в бездействии, высматривать, шаря взглядом, сподвижника и надеяться, что кто-нибудь произнесет:
-Не понравилось? Мы вернем вам деньги.
Судя по всему, мне никто не собирается ничего возвращать.

Мне нужна машина! 
Прости меня, муж мой, если я приведу в абсолютную негодность твою любимую, движимую вещицу. Специфичный ключ от нашего гаража  выявила, ключа от машины не нашла. Облазила и обыскала всю квартиру. Нет важного изделия. Пошла в гараж, машина на месте, закрыта, главнейшая святыня легковушки отсутствует.
Что ж, роднуля, тебе неописуемо повезло! Ни одна импортная деталька скоростного мустанга не падёт и не пострадает. Ему не грозят сколы на лобовом стекле, кузовные щербинки, вмятины, разломы и сквозные отверстия.
 
Сохраняй отличное настроение с довольной улыбкой, мой хороший, мой живой и такой далёкий муж! 
Ты хоть обо мне скорбишь? Ну иногда? А?
Глупый, никчемный ход начавшегося заунывного рассуждения. В голову лезет всякая...
Завязывай с монотонно-квашеными воспоминаниями. Смирись с всесильным фатумом и двусмысленными, маловразумительными законами действующей кармы. Споро забей на устаревшее прошлое геркулесовскую сваю и решительно перемещайся уже в нужную мерность. Продолжай методично осваивать бадражную ниву волшебно образованного пространства.
 
Во дворе разнообразного транспорта много, но тоже под замком. Обошла почти все соседние дома и там никого нет. В квартиры мне не попасть. Обратила внимание, что на многих автомобилях активно мигают лампочки-индикаторы. Преднамеренно попинала дорогостоящий агрегат солидных габаритов и подергала дверь. Тотчас сработала тревожная сигнализация. Владельца машины видела несколько раз. Неряшливый мужичок в резиновых сапогах зимой и летом, неопределенного возраста, неказистый, зато с большим гонором и амбициозной заносчивостью. Он здесь не живет, наведывается изредка, возможно навещает кого-то и всегда нагружен сумками и пакетами с продовольствием.
 
Его престижная, экстра класса чёрная машина тоже постоянно немытая, либо вся покрыта тонким слоем зеленовато-серой пыли. Видно, что это новьё, замызганное транспортное новьё. Будь у меня такая элитная, респектабельная тачка, я бы наводила лоск и еженедельный поход в салон для прохождения водных и косметических процедур с лучшими средствами по уходу, для неё был бы обеспечен и обязателен.
Я сильно пожалела о произведенных резких действиях. Потревоженный кубоподобный, европейский внедорожник начал звонко и оскорбленно гудеть. Ему сходно вторила не менее дорогая малявка, стоящая на тротуаре и подхватившая истошный призыв. Я тебя не трогала, несдержанная позерка! Еще одна их соратница, с неровной надписью на заднем стекле "Спасибо, любимая, за дочек!", хоть не трубила и не издавала похожие трели, но молча семафорила, перемигивалась всеми фарами и даже своей контурной красной подсветкой в панели приборов.
 
Сколько же у тебя получилось в итоговой сумме девчонок, криворукий папаша? 
Уж слишком ты веселился и праздновал.
К моей радости, цепная реакция фурора и переполоха электроники, в честь цеховой, возмущенной солидарности, на другие машины не распространилась.
 
Спаянный дуэт клаксонил укоризненные серенады по стабильной очередности, одна заканчивала песнопение, другая с воодушевлением начинала по-новой. Тянули своё тягомотное, нудное пиликание слаженно, переговаривались на одной аудивизуальной волне почти четверо суток. Они исполняли по моей заявке концентрированное, пронзительное SОS, старательно оповещая всех старожилов и квартиросъемщиков-арендаторов об срочной, общей сходке.
Одно дело, слышать выдающийся репертуар в сочетании с городским шумом, гамом и гвалтом негодующих аборигенов. Другое, в полном затишье. Мои окна выходили на сторону неунывающего ансамбля и я вынуждена была наслаждаться филармоническими руладами, пока у них, наконец, что-то не переклинило. Ума не приложу, почему двухголосая визгливость продолжалась так долго? Неужели аккумулятор способен на подобные выверты?
Раскурочить капоты и напрочь вырвать исправно вкалывающие провода не посмела и не пыталась. Ждала, что хотя бы один  хозяин, если он поблизости, обязательно примчится с тяжелым ломиком к своему очень недешевому механизму.
Налетайте, заступники! Усмиряйте и утешайте ваше вздернутое хулиганьё!
Всегда думала, что охранная система не способна работать столь длительный срок. Зато поняла, что действительно осталась одна. За все время никто из жильцов не вышел. Конструктивно-вызывающих попыток больше не предпринимала. Слишком много зычноголосия и неприятных звуков для обостренно-восприимчивых слуховых каналов.
Мне надо искать открытые машины с ключами, что маловероятно или идти в частный сектор. Терять нечего-приспичило. Ещё как приспичило. На сегодняшней злодейской повестке дня-дерзкая интервенция, разбойная диверсия, бесстыдное посягательство и насильственное экспроприирование. Придется бесцеремонно вломиться на чью-нибудь запустелую фазенду и стать обычным, предосудительным  крадуном, изъятчиком и расхитителем нажитого чужого добра. Прочную дверь отжать едва ли смогу, но познать и опробовать все авантюрные прелести преступного промысла  домушника-форточника можно. И нынче, особо нужно.
Решила сначала обследовать район наших дач. Это совсем недалеко от дома, минут семь быстрым шагом. Данный надел выделен для участков под индивидуально жилищное строительство, соответственно многие здесь уже понастроились и живут постоянно. Рядом неплохое, картинное озеро с ладным и симпатичным пейзажиком. Бродячим собакам тоже понравился новоизбранный населенный пункт, они его сразу дружно облюбовали и бесплатно заняли часть заманчивой территории. Агрессивных нападений не было, но с электрошокером не расставалась, однако сейчас он разряжен. Теперь, вместо поражающего переносного прибора, у меня другое средство обороны-весомый железный прут. Ещё прихватила столярный молоток, туристический топорик, набор отверток и термос.
Дерзай!
Не скажи.
У первого дома, стоящего около дороги, забор подходящий, не очень высокий. Сплошное двухметровое полотно из гофрированного профлиста, щелей в нем нет. Но знаю достоверно, там должен быть синий автомобиль, должна быть и немецкая овчарка. Владельцы собственности-доброжелательная супружеская пара среднего возраста. Всегда с ними приветливо здоровалась, когда проходила мимо. Иногда приятельски разговаривали, в основном об их хозяйстве с шибутными, говорливыми гусиками. Ворота и калитка были заперты на ночь. Естественно! Перелезать через ограждение помог разросшийся куст сирени. Подтянувшись и сломав несколько веток, я спрыгнула на большущую, сделанную из толстого бруса, резную собачью сторожку, предварительно помолотив по ней палкой. Пустая.
Сэм-лапа отсутствовал на своей вахтерской позиции. Всем бы так жить, как этот общительный, человеколюбивый пёс. Машина стояла около крыльца. Хозяев, конечно, нет, для приличия я постучала и покричала. Входная металлическая дверь закрыта, окна тоже. Пришлось одно разбить. 
Дерзать сложно!
 
Энергично залезла в дом, ключи нашла в коридоре на обувнице. Автомобиль открыла без особых проблем, однако завести мотор не смогла. Долгоусваемая пища для размышлений. Одним словом-искусный и опытный технический мастак, заслуженный ветеран только по использованию годных пылесосов, утюгов, кухонных комбайнов и фенов.
Как бы сказал мой незабвенный спутник жизни по данному поводу: "Тяжело быть асфальтом, а иногда и больно". 
Бугага! Скалозуб! Поддевало! Умеет заботливо ободрить и образцово приголубить! Пожалуй, соглашусь с ним. Соответствует моменту, уместно и в самую незащищенную серёдку. Сейчас я именно такая. Почти наполовину закатана под гудрон. И если меня продолжат уплотнять переработанным нефтепродуктом-будет не совсем лайтово.
Дерзать затруднительно!
Ещё три машины одиноко стояли на соседних участках. По принципиальному убеждению "за правое дело иду на любую залепуху" втесалась во второй и третий  дома. Четвёртый был открыт, но ключей от машин не обнаружила. Я жутко устала заниматься уголовным альпинизмом, утомилась громить, нелегально проникать в жилища, вымоталась и намучалась физически, а больше психически. Мне нелегко перечеркнуть правопослушные государственные узаконения. А что делать? Приходится разрабатывать и мастачить запретный произвол.
Дерзать рискованно!
 
Зашла на свои земельные угодья в десять соток. Там у нас стоит добротный сарайчик с двумя комнатками, если клетушки с лопатами, граблями и вилами  можно так назвать. Но главное, в одной из каморок есть небольшая железная печка и закопченный чайник. Это намного лучше, чем держать стальную кружку над свечой и ждать медленного подогрева. Я, наконец-то, напилась вволю горячего кофе с какао и налила с собой кипятка в термос. Завтра надо сюда принести каких-нибудь продуктов и сварить еду нормальную, как раньше. Надоело давиться сухомятиной.
Всё, на сегодня хватит насыщенно дерзать, скоро вечер, пора возвращаться. Собак и кошек не видела, птиц очень мало. Пернатые вели себя совершенно обыкновенно, в кровожадных птеродактилей не превратились, сверху на меня стаей не налетели, не атаковали и не заклевали.
На следующий день нашла у мужа в прикроватной тумбочке старое, древнего года, руководство по ремонту и эксплуатации энной машины. Эврика!  Полистав данную архаику, осознала, что мне понятно не всё. Вернее, ничего не понятно.
  
Раньше, раньше надо было живенько недогадливыми мозгами шевелить и впитывать в себя  нужные для беспомощной жизни полезные сведения. А сейчас-одна неслыханная мудистика. Если не хуже. Восклицательная эврика мгновенно поутихла и упраздняется до лучших времен.
Опять пошла в дачный поселок. Пока без результатов. Вареную пищу себе так и не приготовила, не хотела тратить драгоценное время, да и желания не было. Я и мои животины едим плохо и мало, зато воду употребляем литрами. Устрою лучше банный день. Благостно отмокну, попробую размагнитить мышечные зажимы и заблокировать упадок сил. Образно говоря, почищу все доступные ответвления и коммуникации. Натаскала воды с озера, у себя на участке её нагрела, расслабленно помылась, умиротворенно полежала и отдохнула. 
Упоение! Словила энтомологию с бабочками!
     
Примитивно и аморально криминалила я не долго. Всё-таки, нашла подходящий вариант-не старая на вид иномарка, автоматическая коробка передач, имеется ключ. Машина завелась с ходу. Спасибо  мужу  и немного заумной книжке.
Теперь у меня есть транспорт и я могу передвигаться на длительные расстояния. Уже значительно полегчало. Я не знаю всех характеристик и тонкостей вождения, не узнаю теперь, как и за счёт чего крутятся различные шестеренки, поршни,  коленвалы и другая резьбовая, крепежная шняга.
Нечистая сила! Почему идет дым из-под капота? Какие пси-явления там постоянно настукивают точки с тире, рвутся наружу и сигнализируя в открытую, усиливают мою эмотивность? Сейчас сама нагреюсь, подобно вольфрамовой нити в лампочке, освещая всё вокруг своей тёмностью.
 
Шиномонтаж, гидравлика, рессора, развал схождения, карданный вал, подвеска, муфта- понятия сродни с мехатроникой, трибологией и сопроматом. Бензин, масло залить и с домкратом колёса поменять я ещё смогу. Видела все ручные действия и даже иногда содействовала благоверному в шассийной имплантации. Но остальное-средневековая латынь с папуасской тарабарщиной. И даже читка технической публицистики не даст прозрения и не прибавит учёности.
Обнадёживает только, что машин много. Найти и выбрать из всего количества подходящую можно, да и топливо имеется. Правда органон моего индивидуума  один и им надо очень дорожить, запасных частей и ответственных доноров не предвидится. Здесь латать меня, сращивать кости и штопать раны некому. Надо быть предельно внимательной и благоразумной.  Несмотря на пустые дороги, ездила всегда медленно и аккуратно, но машина часто глохла. Я делала что-то не так, нажимала не на те кнопки, дергала не те рычаги, только подсказать было некому.
 
Прошло несколько дней. Колесила в город каждый день. В отдаленные  уголки  ещё не заглядывала, пока объезжаю только ближайших родственников и знакомых. Никого нет, все квартиры заперты. Заезжала к маме, там  так, как я оставила, записка лежала на столе. Из холодильника выбросила  продуктовое наследие, задернула шторы. Из розеток всё повыдергивала, на случай внезапного включения света, возможного перепада  и сбоя в электрической сети. Сколько вольт соизволят пустить по проводам после долговременного перерыва? Лучше  безубыточно подстраховаться.
На улицах безлюдно. Редко встречались собаки и кошки, от меня держались на расстоянии. Я вызывала у них интерес, но враждебность не проявляли, голоса не подавали и близко ко мне не подходили. Насекомые ещё не появились, холодновато.  Вообще животных, мне кажется, стало намного меньше. Может и к лучшему, для меня в первую очередь.  Скверы, деревья, здания и другие постройки-всё привычно и узнаваемо, ничего не изменилось в конфигурации внешнего вида. За время покатушек я не увидела ни одного пожара. Ладно нет электричества, но есть ещё газ, который может привести к возгоранию чего-либо, ярко полыхнуть и распространиться детонационным скоростным приливом, однако пока не случилось ничего подобного.
Единственный раз при мне упал башенный кран, стоящий чуть ли, не на самом краю высокого обрыва. Задев и подцепив своей рабочей стрелой, такой же механический конструктор, бездействовавший рядом, снесли за пару минут почти возведенную макушку архитектурной асимметричной инсталляции, обломки которой сползая посыпались в реку. За ними соскользнули в оползень и подъёмники. Кто этот руководящий молодчага, что строит на склонах эрозийных плывунов, ведь берег может подмыть, а рядом уже возведен целый строй высоток. Теперь сомнительные площадки объезжаю стороной и у меня больше не возникает взбалмошная мысль, как позавчера-совершить восхождение на высокогорный местный Олимп и полюбопытствовать, окинув взглядом город с высоты птичьего полета.
А на колесо обозрения центрального парка залезла без проблем. Бессмысленная затея. Ничего не рассмотреть из-за мощных деревьев. Лестница только до половины механического аттракциона, дальше топай вверх, перепрыгивай с  кабинки на кабинку, с риском для здоровья цепляясь за перекладины, как шимпанзе. Ну уж нет! Вертикальный руфер мне не подвластен.
Проверяла магазины и павильоны, все заперто, в одном ларьке было открыто маленькое окошко, достала что смогла и куда дотянулась. Пока ничего крупное не взламываю. Потом нашла  круглосуточный универсам, автоматические двери нараспашку.
Продразвёрстка началась!  
Жить можно! 
Корм  для животных и скоропортящиеся продукты разбрасывала в разных местах. Раскассирование с раструской надо делать  регулярно, пока съестные припасы совсем не протухли и не пропали. Насчет воды не беспокоюсь, река близко.
В городе открыто все то, что работало ночью. Обвешанная вся фонарями, подобно рождественской ёлке, и светодиодными лампами прилипалами, я зашла в ночной клуб. Там остатки разбитной бразильской фиесты. Типичный выходной разгуляй. Люди  колоритно и темпераментно отдыхали, на столах бокалы с напитками и грязные тарелки. Около пилона стринги, два одинаковых бюстгальтера темно-красного цвета и ещё один черный без лямок, индейский головной убор с вырванными длинными перьями, мужские брюки, стильная пряжка от ремня, несколько коричневых пуговиц и большой огнетушитель.
Обворожительные куколки неземной красы, совершенно обнаженные, кого-то возбужденно и пламенно раздевали и дербанили. И эти кто-то были совсем не против разоблачиться до семейных трусов. Приват был не в ходу, приветствовалась только сплошная коммуна. Пьяно-плотская, сочная "клубничка" с противопожарной пенкой в зените.  Хотела бы я посмотреть битву трёх голых девиц.
 
За кого они так яростно сражались, показательно надсаживались и дразняще крутились?
За кого-за деньги! Вот они, символы достатка разных достоинств. Раскиданы, разметены и смяты заведенно-распаленными посижанцами. Какие богатые и тороватые мужички! Наличка набросалась довольно приличная, честно и открыто заработанная в драчливо-страстном соревновании. С таким привлекательным вознаграждением, да без уплаты налогов, одна из девчуль могла месяца на два сделать передышку, забыть о мордобитии, грубой свалке и отчалить в цветущую индустрию превосходного отдыха со знойными методами релаксации, дыхательной гимнастикой и согревающими физиотерапевтическими процедурами. Удачно оттянуться, специалистка!
 
Один стол с мягким диваном перевернуты, витражная разноцветная лампа разбита. Рядом лежала  мужская кроссовка со стянутым оранжевым носком и  персиково-бежевая подушка-валик с рифленым отпечатком чьей-то обуви. Гулять, так с небывалым размахом и с групповой потасовкой. Повальный симпозиум-выпивончик в кульминационном расцвете. На полу широким веером разбросаны деловито-серьезные визитки Андреева Андрея Андреевича. Достойный жест для очередной клюквы. Видать  взыскательный, тройственный Андрюша с интригой и шиком приглашал всех присутствующих соискателей к себе на высокооплаченную работу подсобными стропальщиками.  В понедельник он очень удивился, увидев длиннющую очередь из желающих стройотрядников, которые заявились кривыми ножками на трезвое собеседование. Представляю его лицо с негативом. Конфуз без самоконтроля! Придётся теперь пристраивать страждущую клиентуру. Сами напросились. С веселеньким и длительным вас геморроем, коммандос! Готовьтесь-он так быстро не проходит.
   
Нашла три борсетки с отмыкалками для машин. В одной из них лежал паспорт и связка ключей от квартиры. Воспользуюсь с удовольствием. Верхняя одежда тоже подлежит обследованию. Надобно помотаться по развлекательным заведениям, пособирать. Пригодится на бесформенное будущее. Что-то подсказывает, что легко, гладко и банально не будет. Мой внутренний бубенчик меня частенько подводил, но не в этот раз. На сей раз он всё же тренькнул. Тихонько так, однако я услышала и приняла к важному сведению.
Заглянула и в зоопарк. Когда подъезжала, боялась увидеть кучу беспомощных, оголодавших зверей или того хуже, но неприятное, смертоносное зрелище меня миновало. В одном открытом вольере приметила тройку парнокопытных разного вида. Двое спокойно и равнодушно дожевывали остатки еды и ко мне даже не подошли, а третья козерожка разбежавшись, ломанулась прямо на изгородь. Она с силой стукнулась в заграждение и со скрежетом прошлась об него витыми рогами. В её большущих глазах гнев и возмущение. Я отошла на несколько шагов назад-и тебе сердечное "здравия желаю".
Ты чего, неуравновешенная  вегетарианка, белены с волчьей ягодой объелась? Или дурман-травой желудок набила? Ты же, потупив очи, должна робкой и стыдливой ланью хаживать. Точно траванулась!
 
В другом загоне мельком увидела заднюю часть полосатого хищника, длинный хвост которого хаотично ударял с силой по его собственным бокам. По характерному звуку из тёплого домика, поняла, что мне здесь тоже совсем не рады и настроены  крайне недружелюбно. Свою сердитую морду он так и не высунул.
Поди утром не с тех лап встал. Надо было с правых подниматься. Общепринятых примет не соблюдаешь. А я тут при чем?
В следующем выгуле палево-дымчатая рысь носилась словно скаженная. Я не успевала ее толком рассмотреть. Ты Линда или Адамас? И где твоя вторая половинка?
Хватит уже толочься, усатая паникерша. Присядь куда-нибудь. В глазах  от тебя рябит.
 
Белый медведь Норд  разорвал в сердцах свой голубой мяч и зафиндилил в мою сторону пустой раздавленный бочонок, демонстрируя неимоверную силищу. 
Никак с цепи сорвался, блондинистый крепыш!
Орлан-белохвост с  желтым загнутым клювом, седьмой уцелевший из братавьёв наших меньших, как и все остальные, кочевряжился, издавая короткие скрипучие крики и хлопая могучими крыльями.
И ты, птиц, туда же!
В других местах было пусто и тихо. Удивительное дело.
Биологические виды, чего бухтим и бычимся? Что за нервно-психический бзик? Чего истерически флэшмобим и на дыбы встаём? Людей что ли никогда не видели? Или я сегодня как-то не так выгляжу, как-то по особенному? Молочные панты у меня на голове еще не прорезались и не закустились и хобот пока не хочет вырисовываться.
 
Что-что? Теряюсь в догадках! 
Я и сама от всего не в экзальтации, так же как вы дуроломлю и баранею. Но нам, отвергнутым и бортанутым из привычно-былой повседневности, перепало держаться вместе. Пресекайте свой базарный галдёж и лихорадочную стукатню, давайте завязывать знакомство и смыкать наши прореженные ряды. Мы сейчас в одинаковом положении. 
Прозреваете?
В о-д-и-н-а-к-о-в-о-м!!!
Пищи ни у кого не было и мне пришлось срочно заняться поиском жратвы. Жвачных, пятнистую рыську и ястребообразного можно потом выпустить. Здесь заповедник и они спокойно улепетнут в лес. А тигрицу и умку-забияку придется теперь постоянно кормить, не выпускать же их на широкое приволье. Принимать участие в охотничьем сезоне, выступая в качестве теплой, жертвенной говядины, не хочется.
Ничего не попишешь, выпало волонтёрить. Только как кормить  дальневосточную, амурскую Джинджер и северного мишутку, ума не приложу. У одной загородка двойная, мелкоклеточная, что-то большое туда не пролезет, у другого стекло с бетоном. Придумаем.
Поставленный около мотеля и работающий до сих пор авторефрижератор с замороженной индюшатиной посчитала за пещеру Али-Бабы с самородками платины и слитками калифорния-252. Вот это дело! Вам привалило, как никогда. Манна небесная на месяц. Будете у меня теперь корпулентными, с лоснящимися рыльцами целых тридцать дней, если я правильно подсчитала. А там поглядим, кто для кого станет комбикормом.
Шучу! 
Или нет.
Когда на следующий день приехала попроведать своих подшефных травоядных, двух диких рассерженных кошаков, белобрысого топтыгина и когтистого пернатого, то их не  обнаружила. Всё пропитание, которое им разбросала, осталось не тронутым. Надо же, а равноценностью здесь и не пахло. Положения то наши были несхожими. Они разнились и разнились значительно. Вас всех разом оприходовали с дальнейшим применением, а меня нет. Меня  оставили на закусон кому-то. Значит, как и предполагала, умнут в любом виде, даже сыром, в подходящее для них время и без моего согласия.
Это уже попадалово!
 
Наведывалась я в зверинец несколько раз, но никто там больше не появился. С цирком такая же история. Наматывала круги вокруг, да около в поисках возможных невольников. Признаков жизни нигде не определила. Вздохнула с облегчением-одной заботой и морокой меньше. Тем более, что автомобильная морозильня с мясом не выдержав испытаний потекла, несмотря на заводной механизм и на мой бензиновый долив. Может тебе дизель по нутру? Вот чего не хватало машинюге? Чего-чего, вероятно она привыкла к качественному горючему с девяносто восьмым октановым числом. А не жирно будет втягивать изыски?  
Хорошо, беру всю вину на себя. Заслужила подзатыльника. Запорола фуру.
 
Ещё ездила на железнодорожный вокзал. Никаких стоп-кранов. Поезда стоят, столкновений и нагромождений не обнаружила. Много товарняков и цистерн с топливом. Мне хотелось полазить под составами более тщательно, но отложила на потом.
Теперь следует подумать о нормальном жилище, всё-таки пятнадцатый этаж, отсутствие воды и света. Типовой верхолазный термитник без обслуживания коммунальных служб-малоприемлемый бивак. 
Надо срочно спускаться на землю.

По сию пору не бывала за городом и решила обследовать ближайшие деревушки с поселками. Пора выбираться на обширные просторы и подыскивать пригодную крышу над головой. Ну ничего, неплохие строения попадаются, снаружи вполне добротные и внушительные. Следует рассматривать варианты, их набралось уже достаточное количество.
 Обнаружила двух черно-белых, упитанных  коровушек в разных подворьях. Я просто открыла буренкам двери, выпустив удивленных пятнистых на подножный корм. Сочная трава бурно начала пробиваться, скоро спасительное лето, выживут и сами себя прокормят. Чего застыли и растерянно изумляемся? Выходим, выходим по одной!
 
В тихом, темном курятнике всего три хохлатые наседки. Больше никогошеньки. И кут куда вы подевали звонкого, золотого петушка с остальным кудахтающим стадом?
Да-с-с-с! Маловато нас таких, новопавших.
Пестрых, равнодушных квочек тоже раскрепостила. Шасть отсюда! Побыстрей! Там  многочисленный коллектив протеиновых беспозвоночных вас заждался. Молотите! Пять крупных яиц кремового цвета перераспределила в свою, львиную долю. Надо делиться. Се-ля-ви! Но я рано потирала охочие ручонки. Сельхозпродукт животноводства был контрафактный-яйца пустые, одна скорлупа. Не муляж, нет. Они были просто пустые и с очень крепким кальцитом, который не могла раскокошить даже с шестого раза. Сказочка о Курочке Рябе осуществилась в реальности. Била, била, еле разбила.
   
На въезде одного населенного пункта до меня долетели рычание и визг. Все звериные ноты вместе смешались в призывный, протяжный вой, и басовитый скулёж был не страшный, вой молодой собаки. 
Ого! Какая приятная распевочка! Наконец-то! 
Давненько ничего подобного не слышала. Долгое время меня обносила леность звуков. Ни гласа, ни воздыхания, полнейший застой. А тут, прямо настоящий, жизнеутверждающий, оптимистический концерт.
Домишко небольшой, снаружи весь обшарпанный, неухоженный. Подошла-минутный угомон. Заглянула сначала в грязное окно. И правда кутенок. Сидит на привязи, хмуро глядит исподлобья, меня увидел и сердито заворчал. Дверь была не заперта, но разбухшая, перекошенная, я не сразу открыла задрипанный, охранный заслон. Когда вошла, такое амбре, хоть нос зажимай. Если сейчас достану из багажника противогаз и натяну его на свою кисло-сморщенную физиономию, то шокированную собачью дитятку придется откачивать искусственным дыханием "рот в пасть" и экстренно делать интенсивный массаж перепуганному щенячьему сердечку.
 
Антисанитария полная, набрела на беспризорный бомжатник. Немытая посуда, тряпки валяются, на полу несколько новых веников, бамбуковая удочка, около стола в беспорядке лежали рыбацкие снасти. Тут же погнутая лопата без черенка, мусор кругом, под ногами  неприятно хрумкает непонятно что.
В сельской лачуге имеются кровать с диваном, холодильник,  телевизор, два ноутбука, на стене висит ружье. В середине комнаты, зачем-то, стоит большая эмалированная ванна с водой, налитой до самых краев. Заглянула в хранилище жидкости, а там, из последних сил, и едва шевеля красными плавниками, полусонно плавают кверху брюшками шесть крапчатых рыб. Вроде на форель похожи, однако полной уверенности нет.
Серьезный малец не спрятался за ванной, принял оборонительную стойку. Ничего не скажешь, активный  и отважный боевичок. По перекошенной и разъяренной  от злобы морде сразу не разобрать, умный кобелек или нет. Но точно, не милая обаяшка и не душка с  беби фейсом. Меня совсем не боится, гневно скалит зубы, стращает, пробует наступательно защищаться.
У сурового собакина маленькие округлые уши, мощная, непропорционально-большая челюсть и очень короткий хвост, совсем обрубок, наверно обрезан. Все части его тела, по отдельности, совершенно обыкновенные, а в общем, производят неизгладимое впечатление. Нескладный, несуразный детёныш. Презабавную породу не знаю и вижу впервые. Он, длинным металлическим тросом, прикреплен к ржавой, литой ножке кровати,  рядом был разбросан собачий корм. Стандартный поводок брошен около входной двери.
Трогательное "бубусик-гугусик" и прочие ласковые усюсюканья с мимимишностью не прокатили. Более агрессивного создания в таком юном возрасте не встречала, недаром два намордника  на гвозде висят. Решила взять Зверюгина Пса Зверевича с собой. Меня же он сразу учуял, с ним будет спокойнее и со временем, надеюсь, подружимся. Животных я люблю, всегда к ним хорошо относилась.
Времени на мягкие уговоры и уламывание храброго песика не было, скоро  начнет темнеть, наступает комендантский час. Ночью на улицу не выхожу и на машине не езжу. Боюсь всех и всего.
Сначала пришлось накинуть на голосистую личность рыболовную сеть, что было совсем кстати, потому как в мой садок попал настоящий бедовый малёк острозубой акулки. Затем я сняла с него  металлический ремешок, закатала  в рогожку, можно сказать скрутила, надела намордник. Другой взяла с собой. Прихватила корм, еще один ошейник и поводок не забыла. Запихала строптивца в автомобиль на заднее сидение. Сопение и бурчание с возней не прекращались всю дорогу.
За ружьём приеду завтра. Как сказывает практичный муж-в хозяйстве всё пригодится. Потом тащилась с воинственным и сварливым головастиком в своё пятнадцатиэтажное поднебесье. Он пытался деятельно кляцкать зубами прямо мне в лицо. В квартире  привязала его плетежок к ножке дивана в маленькой комнате. Пусть пока привыкает. Постелила старую флисовую толстовку и  высвободив недовольную мордаху из узкого заточения, поставила перед ней воду с едой. Угощайся, привозная шпана! Дверь закрыла.
 
Эту ночь Алиса-бука спала со мной, юркнув в пододеяльник. Последующие, кыса провела на книжной полке под потолком, решив, что человеческий бок укрытие не совсем надежное. Она больше довольно не мурчит. Понимаю, сладко радоваться нечему.
Вопящий новосёл не смутил только Федора, не загнал серого крысенка в уныние и оторопь. Перепады неблагозвучия грызуна не огорошили и не взволновали. Наш крохотный манюня самый непоколебимый и мужественный из нас. Но клетку все же решила поместить повыше, на бельевой шкаф.
Если бы соседи сейчас оказались дома, у меня были бы серьёзные неприятности и возможно, настоящая война интересов. Они обязательно скомпилировали бы нашему участковому душещипательное эссе и всеми смежными домами подписали жалобную петицию. Полюбовным, товарищеским порицанием и  сорока восьми часовой отсидкой в кутузке я бы не открестилась. Держу пари-жилищный трибунал по всем параграфам присудил бы мне долгий штрафной батальон с исправительными работами в подъезде и без амнистии за примерный социум.
Говорят, злым не рождаются, им становятся. Что такого, ускоренно-уничтожающего надо  сделать, чтобы добиться быстрого, гибельного  результата?
 
Я назвала его Томом. Уже засыпая под непрерывные жуткие завывания и ужасное шкрябанье, подумала-моим бы он очень понравился. Быть может...
Что он там делает? 
Шкряб, шкряб, шкр-я-я-я-я-я-б! 
Сифонит! Колбасится!
 
Пусть усиленно буянит и отжигает. Меня, весь его резвый процесс творческого познания, почему-то теперь не изводит до белого каления. Почему-то, почему-то... 
Появилось много всяких "почему-то". Ладно, что не делается, то... 
Не делается... 
Что? Это я о чём?
Том, Томас, Томми, Томик, Томуся а я ведь  уже давно сплю. Сплю даже под твой антиобщественный шумок. Сплю-ю-ю-ю...
Привязь он перегрыз, по-моему, сразу и очень легко, и дверь с текстурой шпона под венге ловко "отдекорировал" своими разрушительными когтями. Теперь она инкрустирована качественными, чёткими бороздами.
 Ух, ты!
 
Такие же поминальные эпитафии были на всех стеллажах и на одной стене. А это что за почавканные мятки? А это обсосанные и изжамканные фигурки оригами крабика, пингвина и ракеты, когда-то сложенные сыном. Другой бумажный ширпотреб и многоцветная, всевозможная полиграфия пришлись крушителю имущества не по вкусу.
"Желторотый" архаровец располосовал свою подстилку и накидку с кресла, обильно сбрызнув их духовитой мочой и припорошил всё имеющейся канцелярией. У него своя доказательная тенденция на предметное видение фэн-шуя. 
Мда-а-а! Ссыкун!
Массивный дырокол и стальная напольная подставка для цветов разобраны на мелкие рваные части. 
Как???  Из чего состоят твои белые зубешки?
 
Ариведерчи, недавней свеже-косметической реставрации с маляркой. Бай-бай, всей нашей новой меблировке. Не распекать же его, бесхвостого кутёнка-лопушка, хорошую взбучку надо делать мне. Привезла собачушку-терпеливо возделывай, последовательно учительствуй и благодушно нянькайся. На данное время, я зачислила дитёнка-вандалиста в наш квартирный ордер и это его конура со своим законным койко-местом. Точнее, наша общая конура, потому как от былого людского жилья и порядка здесь мало что осталось.
И стишок Вадима Шефнера из "Счастливого неудачника", продекламированный мною перед входом с неукротимым салажонком в вместительную трёшку: "Мы гостям хорошим рады, смело в дом входите. Вытирайте ноги, гады, чистоту блюдите"-был беспардонно просаботирован.
Мелкий, тебе не угодило обращение "гады"? А мне-это убойно. И сын бы тоже подтвердил:
-Мама права. Это швепс, найдёныш.
На следующий день, всё основательно взвесив, я надумала забрать себе всех усмотренных ранее флегматичных курей. С крупнорогатыми полорогими мне не управиться, но может молока удастся как-нибудь надоить. Уже представляла: поджаренный пышный омлет на сковородке, нежный зернистый творожок, свежайшая сладковатая сметанка, кофе со сливками.
Так потрясно! Завтрак франтового лорда.
Приехав на место, меня ждало глубокое разочарование. Вся скотоводческая и птицеводческая живность разных подсемейств рассредоточилась по незнамым делянкам и пастбищам. Сама выпустила! Даже упрашивала и словесно подгоняла к вольной самостоятельности. Немного послонявшись по природным долинам с низинами и никого не найдя, вспомнила, что есть ещё жабродышащее порождение ихтиологии. Наваристая уха-тоже лепо. Но в ванне был уже массовый падёж. Все рыбёшки преставились, и я предала их выгребной яме. Аминь!
Как и хотела, забрала громоздкий огнестрел, сперла все патроны которые нашла и необычный, гибкий тросик. Странно, но перемять, простой на вид крепеж, Том не может. Первое время только его цепляла  к ошейнику во время прогулки.  
Своеобразный, диковатый собачонок мне нужен безмерно, не хочу чтобы он вырвался и сбежал.
     

Далеко от города удаляться не хочу. Здесь пока еще цивильно, несчетные магазины и масса всевозможного пропитания. Какой дурень откажется от бесценно-доступной кормушки под самым носом. Тем более, когда еще меня подберут. Заберут ли? Может доставленный товар изрядно бракованный и весьма брыкованный попался и Они сосредоточенно размышляют-оплачивать и пользоваться или отказаться и вернуть назад? Они, Она, Он? Либо среднего рода. Они среднего, бесполого, бесчеловечного рода.
 
Поиздевайся над переразвитыми скрывашками и над собой, поиздевайся! Поддень корочку недавней ссадины, расковыряй поджившую ранку. Иногда полезно. В себя быстрей приходишь, начинаешь по-деловому и рационально мыслить во всех нужных направлениях.
 
Я нашла себе жильё, оно находится в районе наших дач. Ничего грубо вламывать не пришлось. Было приоткрыто окно спальни, и я без затруднений влезла во внутрь. С переездом тянуть не стала,  привезла  необходимые для меня вещи. Цветы пока оставила, буду раз в неделю ездить поливать, а дальше, как получится. Самое главное, что прямо в доме есть скважина с ручной механической колонкой. Своя миниатюрная, насосная водонапорная башенка. Несколько посильных нажатий на рычаг и потекла вода-прозрачная и чистая. Сейчас конец весны, однако зимой, в стужу может всё и перемерзнуть. 
Нечего загадывать торжественную процедуру бедственного краха. Удобства вполне подходящие и на том зажиточное спасибочко.
Кроме всего имеется прокопчённый камин сомнительного вида, который сразу задымил в комнату после попытки его растопить. Попробовала прочистить злополучный дымоход, но ничего положительного из умнейшего замысла не вышло. Заветная тяга не появилась, вдобавок сверху свалился раздробленный на две части кирпич, который чуть не расщепил мою зачаточную головёшку, щедро смазав её жирной сажей. 
Трубочист нерадивый!
 
Придется отложить на неопределенное время затею с приручением комнатного костерка. Я прикрыла задвижку и больше не пыталась воспламенить семейный очаг. Камином пользоваться не суждено, зато в кухне есть  обыкновенная печка,  уже проверенная  мною и плита на четыре конфорки с газовым баллоном.
Порадовал так же вместительный подвал и много сухих берёзовых дров под навесом. Кто бы знал, что меня неимоверно будут радовать выкопанное подполье и не совсем ровно уложенная поленница  наколотой древесины. По площади дом небольшой, одноэтажный, не нравится только, что плохое ограждение. Редкий штакетник, причём с большим проломом. Вероятно начали менять забор и не успели в одном месте его доделать. Сысканное пристанище на первое время, найду что-нибудь получше, сразу съеду.
У меня  другая машина. Третья по счету, что и следовало ожидать. Теперь могу себе позволить  форсить и барствовать. Меняю их не потому что вошла в азартный раж и дорвалась до бесплатного жора. Я никудышный водитель-самоучка, у которого всегда что-то внезапно ломается и выходит из строя. А моя основная задача состоит в том, чтобы не разбиться, не пораниться и не развалиться на сложные дольки, которые будет не собрать в прежнюю гармоничную нераздельность.
 
Сколько ещё движимой техники мне предстоит разнообразно запороть, чтобы я более-менее освоила данный вид транспорта? Сколько должно пройти часов и мясяцев?
Найти пригодный автомобиль с ключами оказалось не просто, как думала сначала. Прям проблематично. Надо основательно поднапрячься и потрудиться чтобы добыть надлежащее средство перемещения. Определение "много всего колесного" не всегда действенно. Каждый день начинается с пунктуального квеста: отыскиваю, отмечаю, подробно записываю месторасположение нужного безхозного объекта. Я старательно веду учет, реестр  подходящих машин пополняется, но не быстро, как хотелось бы. 
Да почему так то?
  
Оставила у себя на пятнадцатом этаже и на даче записки с адресом настоящего своего расположения. Животины привыкают к новому местопребыванию. Алиску на улицу не выпускаю, но трехцветная домоседка сама в таинственную природу не стремится и не рвется. Однажды трепетная недотрога робко подошла к открытому проёму двери. Минут пять кротко просидела вблизи развернутого, подозрительного пространства с расширенными, круглыми глазами, чрезмерно распушившейся шкуркой и растопыренными, дрожащими усами, на кончиках которых покачивались фосфоресцирующие бисеринки. Моя ошеломленная мурлыка  успела наловить и нанизать на себя нечто загадочно-красочное в ионизированной тропосфере. Я обалдело таращилась на  небывалую трансформацию. 
Кошка из сказочной страны! 
Фантастика!
 
Вскоре избыточно-мохнатый, шерстяной колобок, пахнущий озоном и крапая редкими желтыми искорками, вкатился обратно в комнату и сокрылся в своем потайном гнёздышке, приняв позднее,  обычную кошачью форму. Больше кыса никогда не интересовалась миром извне, к двери не подходила и даже на подоконники почти не запрыгивала. На её месте, я бы тоже так поступила.
Прячься! И пошустрее!
 
Но я не на её пугливом, трясучем месте. Я буду любым способом выслеживать неведомую секретку, отлавливать молчаливую незримость, бесшумно и осторожно подкручивая рыболовную катушку с прочной леской, вскрывать алогичность и неясность, словно беспристрастный патологоанатом, понемногу изучать противоречивую, путаную реальность, неощутимо химичить и крапать любыми, безвестными огоньками, если понадобится.
Том всегда со мной. На свой широкий кожаный ремень закрепляю его металлический поводок и устремляюсь в новоявленную наружную обстановку. Короткохвостый не вырывается, ходит всегда рядом, под ногами не путается. Ко мне привык быстро, только особой симпатии не испытывает, временами самоуверенно рыпается, нагло рявкает, иногда  сердито бунтует и не слушается.
 Непримерный!
 
Бывает, что зубами грозно щелкнет, но цапнуть не решается. За дерзкие выпады я его не ругаю, не подавляю, ни к чему не принуждаю, перевоспитывать и очеловечивать не пробую. То, что приемыш не собака-улыбака и не милота, сообразила давно. Сейчас сама такая же, не лучше. Конечно, я не рыкаю, не восстую и не противодействую, как Том, даже излишне спокойна, только вот какая непонятность-таинственный круговот событий леденяще обветрил мою энергоустановку для подачи благодушного свечения. Излучатель ярко-приятного жизнеощущения забарахлил и заметно переменился, вбрасывая теперь в окужающую среду только неровную, мрачную люминесценцию. 
Непримерная!
 
Что за темная, беспощадная сила меня так обжигающе-холодно шарахнула и чувствительно шибанула? Куда  подевались былая воздушная легкость мотылька, сентиментальная мягкость и веселая отрадность?
Мы-непримерные образцы сложившейся судьбоносной расстановки!
 
Пробовала обучить своего хмурого собакина чему-нибудь полезному. Как же! Всё-таки пёськин мальчонка очень вредный и сверх упрямый недоросль-дичок. Вымуштровать так и не смогла, он даже лапу не подает за вознаграждение. Откликается на своё имя и из основных одиннадцать команд, охотно исполняет только одно-"гулять". Вышколил для себя самое любимое и желанное. Возможно, я просто плохой зоопсихолог, завалящий кинолог-педагог и туфтовый дрессировщик. 
Упертый сэр, Вы моя первая собака! Не обессудьте! Могу, как умею.
Между собой животины не ладят, друг друга терпят с большим трудом. Фёдор бы и рад тесно сдружиться и сердечно примкнуть к кому-нибудь ворсистому, биологически родному, теплому. Мой крысенок-существо социальное, общительное, притом лояльное и беззлобное. Горячо обцеловал и жарко зализал бы всех до одури, однако нынешняя температурная компания для него не очень подходящая. Разрозненная парочка надменно-стылых четвероногих его не принимает. 
Стервецы!
 
На улице сезонная развлекаловка. Посадила в огороде  всего понемногу, кроме помидор, сладкого перца и капусты. Печально сникшую до неузнаваемости в подвале картошку вкопала у себя на даче, здесь больше земли. Закинула её в сомнении на успешный вырост и плодовитое формирование клубней. Посмотрим и похохочем осенью.
 
Овощи и фрукты в магазинах  уже неликвид, но они не гниют и не плесневеют. Растительный прошлогодний урожай тихо увядает, уменьшаясь в размерах и постепенно подсыхает, словно из него медленно вытягивают всю жидкость. 
Из меня бы ничего нужного и полезного не вытянулось!
 
Другие сырые продукты завяливают таким же позитивным образом. Долго не портятся только переработанные и консервированные изделия. Отвратительного смрада и дурного запаха разложения нет. Надеюсь, что подцепить опасную инфекцию не удастся. Интересно будет потом посмотреть на модернистский натюрморт  из засушенных огурцов, апельсинов и кочанов капусты с  пергаментными листьями.
Регулярно выезжаем с Томом в город, беспрепятственно пополняем запасы и производим обзорную разведку. Он всегда сидит не переднем сидении, важный, дико недоступный. На меня и по сторонам не смотрит, гордо взирает только вперёд. Вовсю меломанит, вернее, хорошо переносит музыку, даже громкую. Этот странный пёс  всегда насторожен, при малейшем шуме реагирует быстро и своеобразно. Резко подрос, взрослеет на глазах, мускулистый, морда сильно вытянулась. Будущий аллигатор!
 Том ужасно  серьёзный, с бездонными, без зрачков, графитовыми глазами, обведенными чёрными кругами вокруг них. Его независимую породу с культом величественной личности так и не определила. Помесь неукротимого якобинца, крайне правых и ультрановых левых. У него крепкие, высокие ноги с шестипалыми, широкими лапами. Авторитетно-расставленной распальцованности со специфическими подушечками лавандового цвета и  папиллярным рисунком на каждой не предаю никакого значение. Данная оригинальная броскость меня мало занимает. Провела дактилоскопию каждой конечности. Все выпуклости с отпечатками виньеток, дуг, эллипсов,  штрихов и другой геометрии  неповторимы. Теперь я располагаю идентификационным портфолио на неслыханную, волевую зверушку. Подобным образом подписала папку с его документацией-"Зверюгин Том Зверевич-недарвинский и аномально лапистый". 
Кто ж ты такой???
 
Моя собача имеет густую, короткую  шерсть светло-коричневой одноцветной масти, чёрное нёбо и иссиня-чёрный язык. Ярко выраженная устрашающая пигментация с боевым макияжем. Он совсем не гавкает и не лает, как положено нормальным собакам. Том ещё подросток, однако никогда не резвится и не проказничает, подобно шаловливой малышне, не ластится, на игру меня не вызывает. Исключительность и чудачества продолжаются.
Как насчет счастливого детства, здоровяк? 
Что, не останавливаясь, стремительно проходит мимо?
Сердяга мой! 
Нет? Не сердяга? Не обижайся, это я так, к слову пришлось.
Всяческие цельнолитые мячики, плетеные канаты, байковые и фланелевые финтифлюшки, латексные пищалки его совсем не интересуют. Любимое занятие-затачивать зубы. На кого будем энергично охотиться в скором времени? Дырявит и грызет всё подряд, не разбирая значимость предметов. Как бобр, обстругал и подпортил в доме и что можно и что нельзя. Пуллеры, сухожильные прессованные косточки, мосолыги и другая жевательная мясная закусь ему на один бивень.
Я теперь специально приношу разные палки и сучья. Выбираю потолще, покрепче и не успеваю выметать и выносить щепу. Принесла намедни три бейсбольных биты. Источил до размера карандаша. Воду пьёт только из большой, десятилитровой посудины, от других, которые меньше, отказывается. Правда в машине не привередничает и не капризничает, попросту лакает из термоса с широким горлышком. 
Уник, он и есть уник.
Однажды к нашему обиталищу прибилась собака, крупная, подобно мастино наполетано, не истощенная, не агрессивная. Пробовала  подзывать её, подманивала, но ко мне она  не шла, держалась поодаль. Оставляла ей корм и воду во дворе, подальше от дома, иначе она не подходила, боялась. Внушительная псина, ползком на брюхе, трусливо поджавши хвост и мордой, уткнувшейся почти в землю, подбиралась к своей чашке с едой. Давясь, очень быстро заглатывала пищу и таким же жалким образом, ползком, возвращалась обратно к пролому в заборе.
 
Что ж ты так елозишь по пластунски, пришибленный гигантино? Пашешь и взрыхляешь вовсю чернозем, оставляя после себя глубокие борозды. Тебе ли меня страшиться, неохватный гренадёр? Ты вон какой вымахал. Одним взмахом весомой лапищи пол черепа запросто снесешь и нас легко разбросаешь во все стороны света.
  
Думала, что собака  травмирована, покалечена или больна, но далеко за пределами ограды она ходила и вела себя вполне обыкновенно. Отдыхала тоже в отдалении, за четыре дома от нашего строения. Том наблюдал за ней из окна молча, неподвижно, не меняя позы, только шерсть на холке дыбором стояла и нос нервно подергивался. Так продолжалось три дня, затем могучий, приблудный кобелек ушел и больше не появлялся. Мой суровый крокодильчик ещё сутки стоял на страже, внимательно смотрел, напряженно выжидал. Больше животных из семейства псовых поблизости не появлялось. Никогда.
В городе всё по-прежнему. Несколько раз ездила на железнодорожный вокзал. Облазила там все безлюдные перроны. Чего искала, сама не знаю. Залезала в вагоны, забиралась наверх, ползала внизу по грязным шпалам, осматривала цистерны, электрички. Заходила в помещение вокзала, проверяла каждый закуток. Я ничего не нашла, никаких путей торопливого отхода и спешного бегства человечества.
В аэропортах то же самое. Но ведь должно было хоть что-то бабахнуть, надлежало что-то плюхнуться и шлёпнуться сверху, низвергнуться, рвануть и взлететь на воздух. Я даже побывала на всех кладбищах. Долго прохаживалась между тихими могилами и оградками. Кресты, памятники на месте и ничего такого, что  меня бы заинтересовало или насторожило. 
Сплошная загадка!

Ближе к обеду набежали легкие тучи, немного покапало из атмосферной облачной пелены, потом вдруг солнечно распогодилось. Ясное, девственное небо и полный, безмятежный штиль. Алиска стремительно проскользнула из кухни в комнату, юрко стреканула за штору, потом забилась под кровать и прикинулась забытой, мягкой игрушкой в самом дальнем углу. Фёдор околдованно замер в покорной стойке на задних лапах, передними хватко вцепился в дверцу любимого жилища. Зафиксировался основательно и несокрушимо. Только заинтригованные глазёнки восторженно и шелковисто взблёскивают черными ониксами. Что за переизбыток начищенных эмоций? Откуда столько колебательных микроволн? Один Том вел себя сдержанно и нейтрально.
Вышла во двор-выразительная, красноречивая глушина и всё в наглядном, демонстративном  полушёпоте. Вернувшись в дом, проверила входную дверь и окна на прочность закрытия, задернула тяжелые портьеры. Я ждала значимого момента, очень ждала. Метаться в поисках укрытия не собираюсь и  панически носиться бешенным вихрем не намерена. 
С той самой бордовой ночи прошло полтора месяца.
Клетку с Фёдором сняла с холодильника, поставила на тумбочку и накрыла халатом. Безучастную, затаившуюся Лиску вытаскивать не стала, только опустила плотное покрывало до пола. Невозмутимый, позевывавший Том зашёл в комнату, равнодушно лёг около стола, положив голову на скрещенные лапы. Глаза закрыты, вроде уснул.
 
Так просто? Бесстрастные реснички захлопнул и ничего тебе не занимательно? Короткохвостый, составь хоть ненадолго дружескую компанию. Отказываешься? Оправдываю твое мозговитое решение. Умиротворенный отдых дороже, чем всякая там затевающая суетня и столпотворение.
Я принесла круглый тазик, большую, открытую бутылку воды, солнцезащитные очки зачем-то,  гвоздодер и рядом пристроила незаряженное ружьё. Необычный набор предметов для встречи неизвестного события, закодированного со всех сторон высшими силами. Из одноствольного  стрелять не умею и не пробовала. Надобности не было. Подтащила к окну кресло, разулась, сняла носки и села, приоткрыв занавесь. Полная готовность.
Начинайте!
 
Ветер совсем стих. В природе утихомирилось и смолкло всё, что только возможно, без исключения. Вот это я понимаю! Претворение трансформации! Страха нет. Отлично! Мне надо прочувствовать и запомнить поворотный момент до самых крохотных мелочей. Сгущаются подневольные сумерки. Кто же вам приказал обозначиться в неурочное время? На сером небе появились нежно-розовые переливающиеся полосы. Невиданно красивое сияние, необычно прекрасное. Цвет бордо получился не сразу. Сначала он был розовым, потом голубым, синим, фиолетовым, синим, голубым, розовым опять и только потом начал постепенно наливаться, свертываться в  и переходить в насыщенно бордовый.
Колоритно! Экспрессивно!
Огляделась вокруг, всё как в ту ночь: в тёмно-вишнёвом свете чёрные силуэты мебели без отражений. Довлеющая тишь, собака спит глубоким сном, других шерстяных тоже не слышно. Я приподнялась, ходить могу, головой и руками шевелить могу.
Икота, как она некстати. Таких толчкообразных сокращений диафрагмы никогда не было. Мои отрывистые, иерихонские звуки обещают вернуть жизненный тонус Моаи с острова Пасхи и даже терракотовой армии с конницей из гробницы китайского императора. Ничего себе! Какие я  вопли издаю. Яростные выкрики буйно помешанного.
 
Звонкий щелбан по носопыркам всех недавно усыплённых, убаюканных и вовсю храпевших. Рота, подъё-ё-ём!!! 
Друзья, я не виновата. Подъё-ё-ём!!!
Извините, любимые коты, собаки и крыски. Подъё-ё-ём!!!
Затухаемся, забываемся. Продолжаем дружно давить чуткие ушки. Подъё-ё-ём!!!
Вот вам в утешение милая колыбельная. Подъё-ё-ём!!!
Народные средства, такие, как задержка дыхания и высовывание языка не помогли. Заклинательные слова "и-кк-ота, и-кк-ота перейди на Федота, и-к-к" подвергла в непонятку не только Фёдора, который, услышав что-то до боли знакомое, начал приподнимать тряпочку: "Ты меня звала, ненаглядная моя любушка, ласточка весенняя, солнышко свет ясное, сладкое зернышко моё кукурузное?"-но и разбуженного, недовольного Тома. Сейчас он люто ненавидит меня всей собачьей селезенкой. И она, с максимальной интенсивностью, неудержимо клокочет и свирепо пузырится в ответ на судорожные  возгласы нарушителя общей просветленности.
 
-Ты что, забурела вконец, женщина? Или как там тебя? Я твоего погоняла даже не знаю. 
-Засохни, тупиковая ветвь человечества с зачатками разума! 
-Не возникай! Заткни уже чем-нибудь свою неугомонную лаялку, исчезающая форма жизни!
Походу пёсель прав. Он действительно не ведает, как меня звать. Алиса с Федором всегда реагировали на моё имя, воспринимали его, мгновенно врубались в звучание исходившее от домашних. А для собакина, я забуревшая, исчезающая форма жизни без определенной клички. Скоро кошка с мышкой тоже забудут мой настоящий позывной, данный при рождении. И я незаметно истаю и выветрюсь здесь в обезличивании с безымянностью.
Кстати, как меня зовут? Рисуюсь! Конечно помню, память еще не отшибло. Если что, паспорт с разными документальными свидетельствами имеются. 
Острячка на взлетной полосе с отрывом от бетонки. Подъё-ё-ём!!!
Да что б меня, горластую такую. Подъё-ё-ём!!!
Ну это уже ни в какие ворота, калитки, двери и форточки. Подъё-ё-ём!!!
Надо пройти на кухню и хлебнуть воды. Иначе меня разметает на неровные ошметки. Стало неладно секунд через десять после нескольких мелких глоточков. Я зажмурилась и приложила пальцы к переносице-что-то, как-то отвратно. Не успев прикинуть, отчего же мне  стало так отвратно, понеслось...
Слабая дамба не сдюжила, ее пробило нутротрясением, шлюз снесло и хлынула сель. До туалета не добежала и ведром воспользоваться не успела. Меня жутко рвало и выворачивало наизнанку. Опустившись на колени, выплескивала и изрыгала из себя то, что употребила сейчас и накануне.
Выкручивало долго, муторно. Освобождало всё до горькой желчи, потом  пошла белая кипень с хлопьями. А как только она закончилась и блевать было уже нечем, мои нестерпимые потуги добрались до поджелудочной с печенкой. Они решили закатить  сейсмологическую тектонику и сдвинуть с кронштейнов важные железы. Замыслили отымание, того что хорошо припрятано в депозитарии потрохов. Прислонившись к табурету, я еле-еле обуздала и устаканила непередаваемый гастроэнтерологический путч.
Необъяснимо! Нелепо! Это же была вода, просто вода, а не какой-то стрихнин разбавленный в крепком настое из мухоморных грибочков с поганками.
Когда немного оклемалась, закрыла кухню, доползла до кровати и упала ничком поперек матраса, успев повернуть лицо так, чтобы не задохнуться. Одно утешило-безудержное, громовое икание загасилось и больше не возобновлялось.
Очнулась опять в бордовой комнате. Том лежит бестревожно, сладко посапывая. Усмотрев вокруг себя покойную, идиллическую картину, тотчас срубилась в той же фигурации. Через некоторое время открыла глаза. Ещё бордо. Кисти рук сжало и скрючило. Опираясь на локти, собралась и встала. Мне обязательно нужно обозреть местность снаружи. Непременно.
 
Я залезла между штор, прислонилась почти вплотную к окну, уловила движение  и это не люди, вернее не совсем люди. 
Поразительно! 
Больше похожи на высокие  тени-приведения. Идут прямо, очень медленно, словно сомнамбулы, не останавливаясь. Около препятствий они растворялись в них, а пройдя сквозь, появлялись снова.
Их немного. Впереди два силуэта,  вдвое меньше, эти ступают парой, согнувшись. Мне кажется, что групп несколько, подробнее разглядеть не получилось. Стены дома и пол слегка вибрировали. Я стояла во весь рост, расставив для равновесия и устойчивости ноги на ширину плеч и опираясь костяшками пальцев в стекло. Не пряталась, наблюдала за коллективным шествием минут десять. Они прошли и на меня не отреагировали.
В помещении  тяжёлый, давящий воздух, который было сложно вбирать. Процеживала его сквозь зубы, проталкивала в себя, боясь больше не услышать своего дыхания. Бутылка с водой бухнула в таз и единичный, одинокий звук точным попаданием снаряда чуть не разорвал колотившееся сердце.
Мне позарез надо куда-нибудь приткнуться, экстренно улечься, сложиться калачиком в позе эмбриона,  укрыться с головой, отстраниться и отмежеваться от всего непередаваемо-нездешнего. 
И срочно!
Проснулась днем, все питомцы были живы. Мы всё там же. Нас, похищенных и утянутых в диковинное пространство, не отвоевали, не выхватили из остросюжетного, загибонистого инферно и не вернули родной отчизне. Смурной Том почетно сидит около стола, Лиска вылезла из своего убежища, увлеченно лакает воду в тазике. Благодушный Фёдор весело шебуршится в древесных опилках, халата на клетке уже нет, настойчиво стянул его, соскучившись по нам. Из всех беззаботно возящихся, только я бодро не копошусь и не трепыхаюсь. Нет сил, измученно лежу без движения, неспешно перерабатываю недавно отсканированное неземное пришествие расплывчатых ходоков.
Уже не удивлена. Ну что ж, вполне предсказуемо. Всё, что происходит со мной и так не поддается никакой рациональности. Не скажу, что мне спокойно. Конечно, вреда и урона странные посетители нынче нам не причинили. Это пока, на сегодняшнюю дату. Бордовая ночь продолжалась двое суток. Надо убрать после себя на кухне, но подняться смогла только через семь часов. Опять пришла в полное изнеможение  с вялостью. Сморило мгновенно и надолго.
 
У меня упало зрение, совсем немного. Огорчительная пилюля! Неприятная очевидность, дефект под названием дальнозоркость. Вдаль вижу, по-прежнему, хорошо и отчетливо. Я подобрала очки, они самые слабые, вполне подходят. Надеваю по необходимости, когда требуется что-то рассмотреть вблизи.
 
Всегда пыталась быть предельно внимательной, старалась не пораниться. Здоровье надо беречь. Я как в джунглях, смазываю и заживляю каждую свежую царапку, чтобы не загноилась. Нечаянно резанула палец на левой руке, рана глубокая, расстроилась, но не по поводу кожного повреждения. Кровь  вытекала слишком медленно и быстро свернулась. Раньше таким не страдала, чем сейчас мне грозит откровенно-сигналящая информация, представить в общих чертах могу. Это уже трабл!
 
Нашла в аптечке  аспирин, принимаю для разжижения крови. Необходимо найти и ознакомиться с медицинской литературой, а лучше поездить по больницам, в гематологических отделениях изыщу подходяще-незаменимое средство. Все-таки бордовые ночи оказали на организм негативное  воздействие слабого излучения. От мощного я бы, наверное, сразу загнулась. Надлежит понаблюдать, отражается ли загадочное явление на животных.
Не отражается! Им всё равно: что ночь, что день, что бордо, что другие краски вселенной.
 
На преисподнюю данное место совсем не похоже. В мировой литературе и всенародном кинематографе подземелье грешников преподносят иным образом. В адской бездне должно быть неимоверно зловонно, с удушающими испарениями сероводорода, неумолчно-голосисто, крайне не кондиционерно, без климат-контроля и погано-дерьмово. Должно быть безумно ужасно, нестерпимо, избыточно больно, донельзя страшно и безгранично жестоко. Вроде ничего не упустила. Да, ещё разные зверские, невыносимые, бесконечно-чудовищные пытки. 
Должно быть? 
Кто сказал? 
Тот, кто оттуда вернулся?
Дак кто возвратился? Никого не припомню.
 
Здесь же слишком тихо, непомерно чинно, преувеличенно смиренно и эргономично для чистилища. Но для себя сделала субъективное заключение: допустимо, что это обсервация, карантинно-перевалочная зона, пересыльный спецприёмник. Некий предбанник в жаровню тандыра или обратное-преддверье в  благословенные кущи цветущего эдема. И отбрасывать единственное, пока,  суждение не стоит. Других сейчас не имеется.
 
Длительно, придирчиво разглядывала себя в зеркале, и лицо и тело. Может потихоньку начинаю неэстетично мутировать, подобно одной семейке в произведении Говарда Лавкрафта "Цвет из иных миров"? Явных и существенных отклонений не выявила. Правда, лицо бледное, резко осунулось, под глазами тёмные круги. Ничего, пойдет, третий сорт не брак. Кому здесь нужен мой тусклый лик, притомленный неведомой энергией? Он и раньше был неидеальный.
Не стала долго откладывать посещения медицинских учреждений, куда смогла вломилась и залезла. В разных отделениях стационаров, набрала соответствующих препаратов, шприцов и других всяческих материалов. Инструкции изучу, если что, уколы ставить умею.  Я папе иногда инъекции делала, когда он заболел. И Алиска тоже не избежала лечебной участи, поэтому, до сих пор от меня эпизодически шугается.
Наткнулась на автоматический портативный дефибриллятор. Теперь он мой. Что с ним буду  делать, уже другой вопрос. Лично мне, приборчик для оказания первой помощи, ни к чему. Запустить самой себе отказное, здающее сердце и воскресить себя с помощью электроимпульсной терапии вряд ли сумею. Только смогу запулить мгновенную эвтаназию, однако всё равно взяла. Хозяюшка!
 
Разжилась толстенным справочником лекарственных средств, анатомической энциклопедией и ещё несколькими медицинскими талмудами. Получилась целая библиотека на три полки. Посмотрю и полистаю на досуге докторские книженции. Что, где и как расположено, как правильно называется, чем всё это залечивать, припудривать, шпаклевать, оверложивать и загипсовывать. Авось, поверхностные врачевальные знания когда-нибудь и пригодятся.
Вот только хитроумная стоматология на "авось", наверняка, не поведётся. Ну как пломба раскрошится, пульпит отечно взнузданёт, жвалы забюллетенят? У меня еще не все зубы мудрости прорезались. А если флюс решит нарушить красоту подчелюстной и подглазничной области и тройничный нерв начнет лягаться? Тут гиблое дело, туши свечи. Это не заноза, которую можно подцепить острой иголкой и без помех вытащить  щипчиками  маникюрного набора.
И умереть не умрёшь, но боль калёной моросью будет долго канючить и докучать, тихоходно изливаться из нервных пучков зубных канальцев, ввинчивая дрелью саморезы в мозжечок. Что же тогда может спасти меня от непрестанной долбёжки? Да ничто, кроме компресса и микстуры из цианистого калия. Может стоит его поискать. На всякий случай. Кто его знает.
На плакаты и баннеры  осклабленных ртов с белоснежным частоколом из тридцати двух здоровых, бескариесных столбиков, стараюсь не засматриваться. Подмога от дантистов и протезистов не предвидится. Она даже не маячит близ окоёма, и с ней надо уже распрощаться напожизненно.
Рандеву с трансцендентным состоялось, однако мне совершенно не хочется размышлять на бордовую тему и ломать голову. 
Новость так новость! Не хочется. А придется. Пусть не завтра, пусть даже не через неделю. Но придется.