Конкурент в моём номере. Второй шанс

Я ненавижу конференции.

Я ненавижу очереди на конференциях.

И особенно я ненавижу дорогие отели, в которых половина города внезапно решает стать бизнес-лидерами и стратегами.

Я делаю шаг вперёд в очереди, почти врезаясь в широкую мужскую спину в тёмном пиджаке. Он пахнет чем-то дорогим и слишком знакомым - нотки древесины, перца и воспоминаний, которые я предпочла бы стереть.

Пожалуйста, только не он.

Мужчина слегка поворачивает голову, и я вижу профиль: чёткая линия челюсти, тёмные волосы и этот микроскопический шрам над бровью, который появился ещё в школе, когда Бенджамин решил, что может без последствий спрыгнуть с крыши гаража.

Конечно.

Конечно, это он.

- Алексия? - его голос звучит ровно, но в глазах уже пляшет веселье. - Или теперь тебя нужно называть “мисс успешная карьера”?

Я медленно поднимаю взгляд.

- Бенджи.

Он морщится.

- Мы же договорились, что ты перерастёшь это имя.

- А ты должен был перерасти самоуверенность. Видимо, никто из нас не выполнил план.

Уголок его губ приподнимается.

Чёрт.

Эта улыбка до сих пор действует на меня, как запрещённая подписка, которую я обещала отменить, но продолжаю оплачивать.

Очередь двигается, и мы одновременно подходим к стойке.

- Добрый вечер, - вежливо улыбается администратор. - Фамилия?

- Харрисон, - говорит он.

Девушка что-то печатает, а затем достаёт ключ и подаёт его Бенджамину со словами:

- Мистер Харрисон, ваш люкс готов.

Конечно, люкс. Я едва не закатываю глаза.

Девушка поворачивается ко мне, и я не дожидаюсь вопроса:

- Морган.

Бенджамин делает шаг в сторону и останавливается, чего-то ожидая.

Улыбка администратора медленно тускнеет.

- Простите… произошла небольшая техническая ошибка.

- Насколько небольшая? - спрашиваю я.

Она сглатывает.

- Система объединила ваши бронирования. Для вас оформлен один номер… - она кидает робкий взгляд на Харрисона.

Пауза.

Я моргаю.

- Простите?

Но администратор не отвечает, лишь виновато поджимает губы. Я поворачиваюсь к Бенджамину - он смотрит на меня так, будто вселенная только что сделала ему подарок.

- Ты подстроил это?

- Лексус, если бы я что-то подстраивал, это выглядело бы гораздо эффектнее.

Я сужаю глаза.

- Не называй меня так.

- Почему? Тебе шло.

- Мне было шестнадцать.

- А мне нравилось, как ты злишься.

Администратор нервно вмешивается:

- К сожалению, свободных номеров нет. Конференция заняла весь отель. Но у вас люкс, он просторный…

- Нет, - говорю я.

- Да, - говорит он.

Мы смотрим друг на друга.

- Я приезжала с коллегой, - продолжаю я, игнорируя Бенджамина. - Она не смогла вылететь, номер должен был освободиться.

Девушка проверяет, быстро тыкая на кнопки.

- Его уже заселили.

Конечно.

Конечно, заселили.

Я медленно выдыхаю.

- Это два дня, - спокойно произносит Бенджамин, так, словно я устраиваю трагедию из ничего. - Мы переживём.

- Мы? - я поворачиваюсь к нему.

Он наклоняется ближе. Слишком близко.

- Ты боишься делить со мной пространство, Лексус?

Я чувствую, как раздражение начинает кипеть где-то глубоко внутри. И, что хуже всего, под этим раздражением - что-то тёплое.

- Я боюсь только того, что тебе покажется, будто это свидание.

- Поверь, если бы это было свидание, ты бы уже знала.

Наши пальцы одновременно тянутся к карточке-ключу. Его ладонь касается моей, и… он не убирает руку сразу.

- Ты специально, - шиплю я.

- Что именно?

- Существуешь.

Он тихо смеётся.

- Это взаимно, Лексус.

Администратор натянуто улыбается, чувствуя себя неловко:

- Приятного пребывания.

Я хватаю карточку.

- Это будет самая длинная конференция в моей жизни.

Бенджамин берёт мой чемодан, будто это что-то само собой разумеющееся, и тихо произносит:

- О, я сделаю всё, чтобы она запомнилась.

И в этой интонации слишком много обещаний.