Королева Динариума. Последняя надежда Застерии

Неокортекс – новые области коры головного мозга, отвечающие у человека за осознанное мышление, речь, сенсорное восприятие и выполнение моторных команд. (Википедия)

Лимбическая система – древняя кора, область мозга, отвечающая за вегетативные функции, эмоциональное, инстинктивное поведение, а также оказывающее влияние на смену фаз сна и бодрствования. (grandars.ru)

Альтер - вид человека, с развитым неокортексом, качественно и эффективно владеющий мозгом и способный контролировать лимбическую систему организма.

Ферокс – деградант, мозгом которого всецело управляет лимбическая система.

Извиноль – аналог алкоголя.

2230 год, Планета Застерия,

город Динариум.

В тесной комнате с единственным окном, которое выходит на окраину Динариума, где по небу шныряют дроны, в родовых муках корчилась женщина.

По лбу катятся капли, светлые волосы прилипли к вискам, а дыхание то замедляется, то учащается. Но женщина не издает ни звука, молчаливо вынося боль.

У ног сгорбилась акушерка, готовясь принять на свет младенца. Ее пришлось окольными путями искать вне города, потому что никто во всем Динариуме не согласился бы пойти против правил геномной комиссии. И только в далеком городке на острове Эйб нашлась женщина, готовая помочь.

В изголовье, держа женщину за руку застыл мужчина, напряженный и натянутый, как струна.

С каждой схваткой он вздрагивал и бросал нервный взгляд в окно.

- Нужно было ехать в клинику, - бормотал он. Зачем я согласился на природные роды…

Женщина в очередной раз скорчилась от боли, а когда спазм отпустил, проговорила, тяжело дыша:

- Нельзя в клинику. Сам знаешь. Мы зачали дитя без согласования с геномной комиссией… Они не захотят связываться с борцами против режима корпораций…

- К черту комиссию! – выдохнул мужчина в отчаянии. – Люди имеют право не отчитываться, когда хотят завести ребенка!

- Они так не считают, - отозвалась женщина, откинувшись на подушку. Ее лицо осунулось от усталости, кожа побледнела, но в глазах светилась решимость.

Мужчина тревожно покосился в окно. Даже отсюда, с окраины, окна небоскребов блестят, хищно и опасно. Они принадлежащих сильным мира сего – корпорациям.

- Нужно было ехать в клинику, - упрямо повторил он. – Заплатить, не знаю… Милая, почему ты меня не послушала…

Мужчина склонился над ней поцеловал в лоб. Женщина слабо улыбнулась и произнесла:

- Потому, что когда они возьмут кровь нашей малютки, то узнают, что ее зачатие не подтверждено геномной комиссией. Сам знаешь, что делают с такими детьми… Я не хочу, чтобы с нашей малюткой что-то случилось… Мы боролись, но проиграли…

Ее вновь согнуло пополам от боли, пальцы сжали ладонь мужчины так, что та побелела, но она вновь терпела, не издав ни звука.

- Не проиграли, - произнес мужчина, гладя ее по голове. – Наш ребенок может все изменить.

Он горько хмыкнул и покривился. Все думают, что Динариумом управляет мэрия. Глупцы! Всё давно сосредоточено в руках корпораций. У мэрии еще остались рычаги, но это не на долго.

Народ прогибается от налогов, планета задыхается без деревьев, а они, последний оплот борьбы против власти концернов и корпораций, терпят крах.

Но добраться до ребенка он не позволит никому. Ни геномной комиссии, ни концерну «Оксигени». Ни за что.

- Головка, - радостно сообщила акушерка. – Вижу головку!

Мужчина напряженно подался вперед. Спустя некоторое время в комнатке раздался тихий писк.

- Девочка, - улыбаясь прошептала акушерка и положила уже завернутое в термопростынь дитя на грудь матери. По щекам женщины потекли слезы, она обняла младенца, а мужчина встал рядом на колени.

- Какая маленькая… - проговорил он трепетно.

- Наша малышка, - отозвалась женщина, проводя пальцами по крошечной головке, увенчанной светлым пушком. – Чудесное дитя.

Мужчина осторожно, словно она самое хрупкое создание на Застерии, взял ребенка на руки.

- Как мы назовем ее? – спросил он, глядя в сонные глазки малышки, которая словно поняла, что не стоит шуметь и сразу успокоилась.

Мужчина смотрел в сморщенное личико дочери и сердце сжималось от нежности – ради этого крошечного создания он пойдет на все. Признается в чем угодно, бросит вызов корпорациям, кинется в огонь… В этой девочке все, что есть лучшего в нем и в жене. Он никому и никогда не позволит причинить ей вред. Чего бы ему это ни стоило.

- Кристиана, - произнесла женщина. – Кристиана Голденфаер.

- Факел надежды, -проговорил мужчина, передавая ребенка обратно матери. – Последней надежды.

В этот момент дверь резко втянулась в стену, в комнату влетел растрепанный парень. На щеке царапина, рубашка порвана, а на костяшках кулаков ссадины.

Он размазал кровь на щеке еще сильней и вытаращил ошалевшие глаза.

Мужчина и женщина испуганно переглянулись, мать в страхе прижала ребенка сильнее.

- Что случилось? – спросил мужчина. – Ты должен следить за небом.

- Я следил, - запыхиваясь и вытирая лоб произнес парень, его взгляд упал на крошечный сверток на груди женщины. – Там контрольная группа из геномной комиссии…

- Нашли все же…

- Три флайтера… - продолжил парень. - Здесь будут минут через пять. А на дороге смарткары… целая делегация…

Женщина совсем побледнела, мужчина сжал пальцы на ее плече.

- Мистер Голденфаер, вам надо бежать.

Молчавшая до этого акушерка встрепенулась и выдохнула:

- Мать не сможет никуда бежать! Всемогущее небо, да что же это творится….

Взгляд мужчины стал затравленным.

- Почему не сможет? – спросил он в раз осипшим голосом и сильней сжал плечо жены. - Что случилось?

Акушерка заломила руки и простонала:

- Роды, вот что случилось! Вы, Динариумцы! Слабые. Она еле родила сама. Не сможет она бежать. Ой, не сможет…

За окном зашелестели колеса смарткаров, мужчина выглянул и похолодел – делегация каров уже паркуется на стоянке под домом, а в небе стремительно увеличиваются три блестящие капсулы.

- Не дай им забрать нашу малышку! – взмолилась женщина, вцепившись ему в локоть. – Не дай им сделать это с ней! Она же совсем кроха!

Ее глаза расширились и засветились безумием матери, готовой на все ради ребенка.

- Они уже здесь! – в отчаянии выпалил мужчина и выругался так грязно, что водоотводные каналы Динариума показались горным ручьем.

Парень нервно покосился через плечо на темный провал выхода.

- Они хотели меня схватить, - сказал он. – Но я ушел берегом одного из каналов. Они ведут за город и к станции. Надо что-то решать, мистер Голденфаер, они уже близко…

Мужчина наклонился к жене.

- Милая попробуй встать…

Акушерка охнула, а женщина облокотилась на подушку и попыталась подняться, но так ослабла во время родов, что скорчилась и обессилено рухнула обратно.

- Я говорила, говорила, что динариумцы слабые… - запричитала акушерка.

Мать посмотрела очумевшими глазами, потом сунула мужу ребенка и горячо зашептала:

- Беги. Беги и спаси нашу дочь! Они не узнают, что она родилась! Подумают, что… что угодно… Но не дай им ее схватить! Ты же знаешь, что они с ней сделают! Она не тестирована… Они не позволят ей жить!

Мужчина простонал. Оставить жену в таком состоянии – последнее, на что можно решиться. К тому же, они оба в базе у геномной комиссии и Динариума. Куда ни побежит, его отследят, вычислят… Их дочь никогда не будет в безопасности рядом сними.

Снаружи донесся холодный компьютерный голос:

- Мистер Голденфаер, нам известно, что вы там. Немедленно покиньте здание с поднятыми руками. Вы обвиняетесь в нарушении генетического законодательства.

Мужчина затравленно оглянулся, взгляд остановился на акушерке. Неприметной женщине без имплатнов, около шестидесяти лет, причем и выглядит на столько. Значит не обновлялась, не вживляла ничего. Ее выследить не просто. Тем более, она не из Динариума.

Схватив дочь, он подскочил к акушерке и сунул ей в руки ребенка.

- Прошу, спасите нашу дочь, - горячо зашептал мужчина. - Бегите от Динариума как можно дальше, защитите ее, дайте свою фамилию… Я понимаю, что прошу о немыслимом, вы и так рисковали, когда приехали. Они… они… знаете, что они сделают, если найдут её?

Голос мужчины дрогнул, в глазах заблестела влага вперемешку с безумием родителя, идущего на отчаянный шаг ради ребенка.

Акушерка замешкалась, взгляд упал на мать, которая смотрит с такими же отчаянием и решимостью.

- Согласна, - коротко отозвалась она.

Взяв ребенка, акушерка быстрыми движениями привязала его к груди шарфом на манер слинга.

По щеке мужчины скатилась слеза, он произнес:

- Спасибо… вы… спасибо…

- Да поможет вам небо, - сказала акушерка и выскользнула в темноту дверей.

Мужчина и женщина переглянулись, на лицах отпечаталось обреченное спокойствие. Мистер Голденфаер с нежностью улыбнулся жене.

- Я дам им время, - сказал он. – Отвлеку.

Схватив кусок железной трубы с пола, мужчина выскочил во тьму. Парень метнулся за ним, оставив женщину молчаливо обливаться слезами по несбывшемуся материнству.

Пока глава семьи Голденфаеров отчаянно сражался с полицейским отрядом и агентами геномной комиссии, акушерка Лора Уильс, неслась по подворотнями и заброшенным гаражам, куда не залетают полицейские дроны в сторону железной дороги. А на груди мирно посапывала маленькая девочка.

2249 год,

Город Эйб.

В лицо ударила струя воздуха, поезд дернулся, и Кристин едва не свалилась с подножки.

В груди все ликовало - поезд тронулся. Несмотря на запрет, она едет в Динариум. Легендарный Динариум, где по улицам разъезжают смарткары, летают дроны, а небоскребы корпораций теряются в облаках.

- Кристин! – донеслось с убегающего перрона. – Кристин!

Она глянула в сторону и втянула голову в плечи – по перрону на сигвее несется мать, встревоженная и сердитая, как грозовая туча.

- Мам, не беспокойся за меня! – крикнула Кристин. – Я взрослая! Справлюсь!

Мать с опасной быстротой приближалась к дверям поезда, которые Кристин вообще-то без разрешения открыла, и которые будут задраены, едва покинут границы городка на острове Эйб.

Женщина размахивала красной коробочкой и шла на сближение, но до скорости смартпоезда бытовому сигвею далеко.

- Кристин! – снова крикнула она. – Немедленно вернись!

- Мам! Я же не могу остановить поезд! – со смехом отозвалась Кристин.

Она знала, что очень сильно разозлила мать, нарушив запрет, который навязывали ей с момента, когда стала что-то соображать. В Динариум нельзя. Всё. Почему? Потому, что это рассадник беззакония, шовинизма и бед. Какого именно беззакония и в чем заключаются беды, мать, Лора Уильс не уточняла.

- Кристин! Твои таблетки! – в отчаянии выкрикнула она.

По спине девушки прокатился холодок. Без таблеток голова начинала гореть и раскалываться, как яичная скорлупа под давлением. Купить их можно только по рецепту. Рецепт она взяла, а вот пачку забыла. И на первое время лучше иметь запас. Деньги надо экономить. К этому мать приучила с детства.

Поезд набирал скорость, на боковой панели зеленый сенсор сменился желтым, что значит, двери скоро автоматически закроются и будут заперты до самого Динариума.

- Мам! Бросай их мне! – крикнула Кристин, отплевываясь от светлых волос, которые с ветром лезут в рот. - Бросай!

- Не поймаешь!

- Поймаю!

В том, что поймает, Кристин уверена не была, но мысль, что придется изнывать от головной боли очень поднимала тонус.

Мать поднажала на ручки, колеса сигвея засветились, демонстрируя максимум скорости. Между ним и Кристин осталось около метра.

- Бросай!

- Кристин, ты меня изведешь! – выругалась мать и со всей силы швырнула дочери красную коробочку.

Та, словно в замедленном кадре, полетела, кувыркаясь в воздухе, Кристин вытянулась и свесилась со ступеньки, держась одной рукой за ручку. Так вполне можно вывалиться с поезда, который издает сигналы переключения скоростей и перехода на режим дальнего следования.

Но сейчас Кристин вся сконцентрировалась на коробочке, которая, вертится в воздухе. И облегчение наступило, лишь когда она с шорохом упала в ладонь.

Внезапно лицо матери, что все еще мчится рядом с поездом на сигвее, побледнело.

- Осторожно! Сзади! – выкрикнула она.

Кристин оглянулась и взвизгнула потому, что на нее несется столб с указателем. Точнее, несется на него она. Впрыгнуть в вагон успела в тот момент, когда указатель со свистом пронесся на месте ее головы.

- Фух… - выдохнула она, потирая взмокшие подмышки и спину.

Затем вновь подбежала к проему и помахала коробочкой матери.

- Все будет хорошо, мам! – прокричала она. – Не беспокойся!

- Кристин!

Но тут лампа сенсора на стене зажглась красным, двери перед носом Кристин сомкнулись.

Теперь всё. Теперь она точно едет в Динариум.

***

2251 год,

Город Динариум.

Блестящая в закатных лучах капсула флайтера несется над городом. На сенсорной панели горит огонек автопилота, а в кресле водителя раскинулся молодой мужчина в костюме цвета «бензино». Взгляд устремлен в окно.

С такой высоты, Динариум выглядит, как вечно не спящий муравейник. Огромный, шевелящийся.

Из динамика на сенсорной панели донесся голос виртуальной помощницы:

- Вы работали двадцать пять часов без перерыва. Рекомендую отдохнуть.

- Я не устал, - отозвался мужчина не отрываясь от окна, где под капсулой промчалась стайка полицейских дронов.

- Рекомендован сон.

- Еще рано.

Он альтер, что значит человек, от рождения с мощным умственным потенциалом. Из-за быстроты образования нейронов альтеры быстро регенерируют и мало устают.

Голосовая помощница настаивала.

- Пульс изменен на восемь показателей выше нормы. Эффективность бионического глаза упала на три процента.

- Нис, я не чувствую, усталости, - повторил альтер. – С глазом все в нормально.

Отец мужчины, едва тому исполнилось четырнадцать, приказал провести апгрейд тела. Мать была против, но глава компании «Динариум-корп» не слушал женщин.

Спустя пятнадцать часов сложнейших манипуляций в лаборатории Одо Октавуса, гениального профессора, сын Рональда Кита стал обладателем бионического глаза.

- Увеличить скорость, - скомандовал альтер.

- В черте города не рекомендовано превышать… - заговорила голосовая помощница, но альтер оборвал.

- Увеличить. Или возьму ручное управление. Нис, я не с тобой разговариваю, а с системой флайтера.

- Извините, мистер Кит.

Магнитные двигатели загудели, капсула рванулась вперед, а его, Гордона Кита, вжало в сидение.

Он любил быстрый полет, хотя это и не рационально.

Сделав несколько больших кругов вокруг центра Динариума, флайтер направился к одной из башен-небоскребов. Такие принадлежат только корпорациям, и Гордон наследник одной из них.

Капсула опустилась на платформу у окна сотого этажа. Дверца с тихим шорохом отодвинулась и альтер выпрыгнул на прозрачный пол.

- На пракинг, - отдал он приказ и через дверь в окне вошел в зал.

Закатные лучи отражаются на мраморном полу. На сотом этаже солнце редко скрывается тучами, и сейчас зал блестит, как монета из красного золота.

- Вывести последние сводки, - скомандовал Гордон, подходя к широкому столу и садясь.

На сенсорной поверхности тут же забегали голограммы, данные и изображения.

Пальцы заскользили по поверхности, быстро сменяя иконки. Взгляд сфокусировался – правый цвета виски, а в левом синеватые дорожки цифр. Темные волосы зачесаны назад, губы сомкнуты, на волевом лице сосредоточенность и внимание.

Он стал распределять финансы по проектам, выбирая наиболее важные и отвергая те, что не принесут прибыли. Его семья прославилась умением делать лучший продукт, лучших роботов, дронов и технику. И он, Гордон Кит, не собирался нарушать этой традиции.

Слева подкатился дрон с подносом, Нис сообщила компьютерным голосом:

- Рекомендую принять модатропилен, если желаете продолжать работать.

- Желаю, - отозвался альтер и цапнул небольшую бутылочку с прозрачной жидкостью.

Он опрокинул содержимое в рот, кровь по венам потекла быстрее, тело наполнилось бодростью.

- Порядок, - отозвался альтер и вновь уткнулся в панель.

Слева, где на стене с широким экраном сменяются картины морей и лесов, открылась дверь.

Гордон остался сосредоточен даже когда застучали каблуки, и в зал вошла высокая брюнетка с локонами по плечам в кричащем красном платье. На спине глубокий вырез до места, где она прекращает называться спиной.

Плавно покачивая бедрами, она прошла к столу прислонилась ягодицами.

- Гордон, хватит работать, - произнесла она обиженно. - Ты обещал, свозить меня в «Гранд-рояль», там сегодня выставка боди-имплантов. Я в интернете один присмотрела. Хочу приподнять вот здесь и здесь.

Она призывно обвела пальцами грудь и бедра, но мужчина проигнорировал, продолжая скользить взглядом по сенсорной поверхности стола.

Девушка надула губы.

- Гордон, мне скучно.

- Мелиса, мне некогда, - ответил мужчина, не поднимая головы.

Девушка возмущенно выдохнула:

- Во-первых, я Кларисса. А во-вторых, в последнее время тебе все время некогда. Как будто тебе больше со мной не интересно.

- Может и так.

- Что? – неверяще выдохнула девушка.

- Что ты хочешь от меня услышать? – снова проговорил мужчина, не отрываясь экрана, где данные все интересней.

- Я хочу услышать, что ты меня любишь! – выпалила она и топнула каблучком. – Или, как минимум, что помнишь, как меня зовут.

Он ответил, смахивая в сторону очередной файл:

- Это не правда. Кларисса, у меня много дел. На женщин времени нет.

Девицу это не остановило. Она обошла стол и, перекинув ногу ему через колени, уселась верхом.

- И даже на это нет времени? – прошептала она, выгибая спину и поднимая пышную грудь. – Я же знаю, как сделать тебе хорошо…

Гордону пришлось поднять на нее взгляд. Левый глаз сверкнул, как неоновая лампа, и девушка прикрылась ладонями.

- Просила же так не делать, - сказала она нервно и отшатнулась. – Я боюсь твоего глаза.

- Правильно делаешь, Мелиса.

- Кларисса.

- Не важно. Его мощи хватит, чтобы прожечь дыру в металле. Хотя потребуется время, чтобы восстановиться. Так что не раздражай меня.

- Зачем ты так говоришь? – встряхивая волосами спросила девушка и поерзала ягодицами, видимо, рассчитывая возбудить. – Хочешь меня напугать?

Он пожал плечами.

- Честно говоря, мне все равно. Мелиса, ты вроде неглупая… наверное. Должна понимать, когда следует уходить? Вас там этому учат? Или откуда ты там прислана?

Он бесстрастно снял с себя девицу – альтеры контролируют гормоны и лимбическую систему.

По её идеально вылепленным щекам и скулам пошли красные пятна, девушка скрипнула зубами.

Из агентств Гордону регулярно поставляют многопользовательских девушек для поддержания тонуса и физического здоровья, но только для здоровья. Большего быть не может.

Для него, сына основателя «Дианриум-корп» они на одно лицо, подтянутые и сделанные по стандарту, который, согласно статистике, является привлекательным для мужчин. Этой статистикой пользуются агентства при подборе девушек. И он не запоминал имен.

Менять девиц Гордон старался раз в неделю-две. Такого срока хватало, чтобы ему надоело, а ей – чтобы не влюбиться в него и его деньги.

- Гордон, - проговорила девица, плохо скрывая возмущение, - ты хочешь, чтобы я ушла?

На экране стола мелькнул файл, за который взгляд зацепился. Альтер мазнул пальцами, возвращая изображение.

- Так, а вот это интересно… - пробормотал он.

- Ты со мной говоришь? – переспросила девушка.

Наследник «Динариум-корп» углубился в изучение проекта, бионический глаз, засветился зеленоватым, помогая поглощать гигабайты и отправлять в облако, где Гордон держал самое важное.

- Гордон?

- Ты еще здесь? – спросил он, не отрываясь от занятия.

Девушка обиженно вскинула подбородок и отлепилась от стола, губы задрожали, в глазах мелькнуло оскорбление. Она выпрямила спину и демонстративно развернулась, наконец поняв, что эта кормушка для нее закрылась.

Оттопырив накачанный зад, направилась через весь зал к выходу, звонко цокая каблуками.

К моменту, когда дверь за девицей задвинулась, Гордон забыл о ее существовании. То, что прислали из секретной лаборатории, выглядело куда интригующей, чем девушки всех агентств вместе взятых.

Он мазнул по сенсору, в воздухе возникла голограмма с лысой, как колено, головой профессора. Тот склонился над микросхемами и вглядывается в них сквозь очки микроскопического зрения.

- Доктор Октавус?

Профессор поднял голову и огромными окулярами уставился на Гордона. Потребовалась пара секунд прежде, чем он понял, что происходит. Потом спохватился и произнес спешно чуть надтреснутым голосом:

- О, мистер Кит! Прошу прощения за мой внешний вид. Я пытаюсь понять, можно ли соединить вот эти контакты с синапсами…

- Я получил ваш проект, - оборвал его Гордон.

Профессор даже вздрогнул, сразу как-то вытянулся, словно стоит на параде.

- И что думаете? – осторожно спросил он.

- Думаю, это прорыв и сенсация. Если все действительно так, как показали в проекте. Можно перевернуть миропорядок.

Лицо профессора просветлело, он даже вскинул ладони, чтобы захлопать, но вовремя удержался – не по статусу. Потом проговорил чуть сбившимся от волнения голосом:

- Я так рад! Так рад, что вы оценили! И вас не смущает некоторая, гм… нелегальность предприятия?

- Легальность, не легальность, - отозвался Гордон сверкнув цифровым глазом, - дело условное. Когда мне бионировали зрение, общественность считала модифицирование злом. Мол, противоречит законам этики и доставляет страдания. А сейчас альтеров бионируют почти всех. Даже людей пытаются. Во всяком случае, одного точно. Не скажу, что процедура приятная, но…

- Издержки… - как бы извиняясь отозвался профессор.

- …но, доктор Октавус, - продолжил альтер, - не представляю, как бы обходился без девайса, который у меня в глазу. Благодаря вам.

- О, слышать такую похвалу, честь для меня, - скрипучим голосом отозвался профессор в голограмме.

Гордон продолжил:

- Поэтому поиск подходящей кандидатуры для проекта беру на себя. Вопросы с легальностью тоже оставьте мне.

Лицо доктора расплылось в улыбке легкого безумия человека, готового на все ради результатов.

Он сказал:

- Сегодня поистине великий день, мистер Кит. Если все получится, альтернативный источник энергии будет наш! Никто не думал, сколько мощи может производить человеческий организм. Мы соберем энергию и поместим в аккумулирующие кристаллы. Но нужна изначальная матрица. Идеальная.

- Я понял.

- Вы понимаете, мистер Кит? Мы сможем создать безотходный источник! Это будет прорыв! Конечно, такого прежде никто не делал, но если все получится…

Профессор принялся рассказывать о перспективах в случае успеха. Гордон и сам понимал, что такой источник энергии перевернет представления о развитии планеты.

Застерия давно превратилась в высохший шар, обросла городами, настолько, что мировому содружеству пришлось открывать фирмы по очищению и производству воздуха, вроде концерна «Оксигени». Или «Ботаник-сити», которые выращивают растения.

Это привело к появлению огромного налога на воздух, повысило стоимость топлива для смарткаров. Мир продолжает пользоваться нексус-топливом из недр Застерии, а его больше не становится.

Но если они научатся собирать и концентрировать энергию из людей…

- Вы же понимаете, - продолжал вещать доктор Октавус, - это удивительно! Можно будет заряжать смартвотчи, кары, а может что и побольше. Вы представляете, как изменится мир…

Гордон представлял. Эпоха нексус-топлива кончится. Компаниям, связанным с ним, это не понравится. Особенно концерну «Оксигени».

- Доктор Октавус, - проговорил он, прерывая пламенное вещание профессора. – Могу я просить никому не распространяться об этом проекте?

Тот вытаращился сквозь окуляры, словно его прилюдно оскорбили.

- О чем речь, мистер Кит? Разумеется, я сохраню эксперимент в тайне. Мне не хочется попасть в немилость мэрии.

- Тогда занимайтесь подготовкой, -произнес Гордон. - А я озабочусь поиском идеального кандидата для извлечения матрицы. По поводу финансирования не беспокойтесь. Пока мы говорили, я открыл спец-счет. Номер уже у вас в смартвотчах.

Доктор Октавус снова расплылся в улыбке, обнажая керамические зубы усиленного состава, которыми можно жевать камни.

- Вы так добры, мистер Кит. Уверен, наш эксперимент совершит прорыв.

- Начинайте, - сказал Гордон и мазнул по сенсору, выключая голограмму.

То, что предлагает Одо Октавус, небывалое и беспрецедентное явление.Аккумулировать энергию прямо из человеческих тел – решение сотен вопросов. Экология, кислород, налоги, топливо, финансы… Все станет иным. А он встанет у вершины нового мира.

Нужно удвоить секретность. Будет катастрофа, если о проекте преждевременно узнают общественность, мэрия или другие компаний. Первым не понравятся эксперименты на человечестве, а остальные побоятся потерять власть.

Гордон потер идеально вылепленный подбородок. В качестве добровольца подойдет нуждающийся в деньгах, а он пообещает соблазнительную компенсацию. И лучше, поменьше родственников и друзей. Мало ли, что пойдет не так.

Он запустил базу переписи населения Динариума за последний месяц, бионический глаз насобирал семьсот кандидатов.

- Мда… - протянул Гордон. – Многовато.

Он сузил критерии. Количество сократилось до четырех сот. Потом поставил еще несколько фильтров и, наконец, в выборке осталось тридцать человек.

Для удобства, вывел их на монитор стола и увеличил. Затем запустил программу максимального соответствия, лица замигали, по экрану побежали цифры.

В этот момент дверь с шумом отъехала и в зал буквально влетел парень, примерно двадцати пяти лет. С растрепанными белыми, как снег, волосами.

Голубые глаза блестят, как у дикого кота, на губах улыбка, под майкой видно, как двигается бионическое плечо.

- Гордон, какого черта на первом этаже не пропускали? – выпалил он, оттягивая ворот майки, и по залу прокатилось гулкое эхо. – Фу, жара у тебя. Кондиционеры сломались?

- И тебе здравствуй, Тайлер, - сказал наследник корпорации. – Не пропускали? Может из-за драной футболки?

- Я всегда в ней заходил, - отмахнулся парень, почти бегом сокращая расстояние между ними. – Никогда проблем не было.

- Видимо, новый швейцар, - пожимая плечами отозвался наследник.

- Вот, - произнес Тайлер, остановившись и опершись ладонями на край стола, - вообще не понимаю. Что за блажь? Зачем тебе швейцар?

- Честно?

- Да.

- Понятия не имею, - отозвался Гордон и вновь обратил взгляд к выборке на экране стола. – Ты вообще зачем пришел?

Широкая бровь Тайлера приподнялась, он повел бионическим плечом и проговорил вдохновенно:

- Ну как же? Спасти тебя от трудовой рутины. Ты совсем протух, дружище, я тебе скажу.

Наследник корпорации сдержано улыбнулся, откидываясь на высокую спинку стула и произнес:

- Положение обязывает. Я вообще-то серьезными делами занимаюсь.

С Тайлером Шано они вместе с детства. С тех пор, как семья Шано переехала в их элитный квартал.

Поместья там занимают пару гектаров, в гости ходить далеко и друзей заводить сложно. На приеме, который давала семья Шано по случаю новоселья, мальчишки и познакомились, дружба завязалась крепкая и надолго.

Родители не слишком общались, работа отнимала массу времени, но к детям семьи относились, как к родным. Когда Тайлер попал в аварию на сигвее и едва не остался без руки, отец Гордона оплатил замену сустава. Мальчишка не был альтером, и едва не помер во время операции. Но профессор Одо Октавус действительно гений.

- Положение так обязывает, что ты корни в стул пустил, - отозвался Тайлер, заглядывая в монитор стола. – Пойдем? В «Олеандре» сегодня таких девочек обещают.

Его лицо стало мечтательным, взгляд устремился к бесконечно далекому потолку, где сверкают неоновые лампы, он невольно облизнулся.

Гордон хмыкнул с усмешкой.

- Они все не то что на лицо, на задницы одинаковые. Чего я там не видел?

- Ну, - протянул Тайлер, - от тебя вышла вполне себе ого-го девочка.

- Забирай, - с небрежным жестом отозвался наследник корпорации. - Вовремя её отправил. Начала в отношения набиваться. Если нужна девушка на постоянной основе…

Тайлер замахал руками, в трубочках бионической руки засветилась жидкость, он проговорил спешно:

- Что я тебе сделал? Ну и неделька. Друг забаррикадировался в небоскребе, обзывается. Какая-то дура въехала в зад моего смарткара. Прикинь, на ручном авто?

- Серьезно?

- Да сам в шоке. Где она его выкопала… Ничего, выплатила все до фунта. Кредит при мне через смартвотчи оформила.

Гордон достал из-под стола бутылку с водой и, откупорив, сделал несколько глотков.

- Какой строгий, - усмехнулся он. – Зачем тебе ее кредит? Не можешь заплатить за ремонт? Могу подкинуть.

- Нет, - качая головой сказал Тайлер, - таких надо учить уму-разуму.

Гордон хотел сказать, что уму-разуму иногда самое время учить его, но раздался сигнал с экрана на столе. Программа соответствия закончила расчеты, теперь на мониторе светится лишь одно лицо.

Оно принадлежит блондинке с голубыми глазами. Ничего особенного, но милая. Под изображением светится имя: «Кристин Уильс», девятнадцать лет. Живет с подругой на десятом этаже, значит излишеств себе не позволяет. То, что нужно.

Правда работает лаборанткой в «Ботаник-сити». Это чуть усложняет процедуру. В идеале кандидат не должен быть связан обязательствами. Впрочем, его компания снабжает «Ботаник» всем оборудованием.

- Тайлер, мне нужно сделать звонок, - сказал он, свернув окно с изображением девушки, затем поднялся и отошел к окну, где его не услышат.

- Ладно-ладно, - проговорил тот. – Я не подслушиваю. Можешь музыку включить.

- Включу, - сказал альтер. – Нис, запусти инструментальную подборку.

Раздался женский компьютерный голос:

- Нет ничего проще.

По помещению растеклась мелодия, а Гордон подошел к окну, за которым раскинулся Динариум, и мазнул по смартвотчам.

Пошел гудок, затем раздался голос, принадлежащий мужчине за пятьдесят:

- Мистер Кит? Приветствую. Чем обязан в такую рань?

- Доброго утра, мистер Залман, - глухо проговорил альтер, старательно выверяя громкость интонации, чтобы Тайлер не стал случайным свидетелем диалога. – Как бизнес? Процветает?

- Спасибо, работаем, - отозвались из динамика. – У вас, надеюсь, тоже все хорошо? По поводу следующей партии гидравлических насосов для влаголюбивых растений…

- Да, - прервал его альтер. – Я получал запрос сдвинуть сроки пораньше. Думаю, мы сможем это сделать.

-С вами приятно иметь дело, мистер Кит, - проговорил глава «Ботаник-сити». – Может я могу в чем-то посодействовать? Не люблю быть должником.

- Не думаю, что сдвиг графика слишком большая услуга. Впрочем, мы постоянно работаем над совершенствованием систем. Новая партия полностью модернизирована. Теперь можно экономить на кадрах, младшем персонале и лаборантах.

В динамике послышался смешок, глава «Ботаник-сити» проговорил:

- Удивительный вы человек, мистер Кит. Вроде понимаю, что имеете с этой поставки выгоду, но ощущение, что вам теперь должен два раза я.

Гордон произнес, стирая со стекла пятно от воды:

- Потому, что я альтер. Но не беспокойтесь, вы мне ничего не должны, кроме своевременной оплаты за партию. Наши специалисты всё установят. Начнете пользоваться, почистите кадры. Никому не хочется переплачивать за ненужных сотрудников. Согласны?

- Абсолютно.

- Люблю, когда всё оптимизировано, - добавил альтер.

- Что ж, мистер Кит, - проговорил мистер Залман, - с нетерпением ждем партии вашей гидравлики. Если она действительно так великолепна, я сам спущу приказ о ревизии сотрудников. Об этом можно было не говорить.

- Я не пытался оскорбить ваш ум, - сказал наследник. – Мои извинения, если заставил так думать.

- Принимается. Всего доброго, Гордон Кит.

- И вам.

Альтер смахнул вызов. В работе он любил четкость, стратегию, и подобные манипуляции были ее частью. Куда выгодней подтолкнуть человека к решению, сделать так, чтобы он сам к нему пришел, создать иллюзию выбора, чем пытаться давить грубой силой. Он альтер, от рождения более совершенный, с сильным превосходством лобных долей над мозгом динозавра, и пользоваться разумом – его прямая привилегия.

Что ж, спираль закрутилась. Осталось лишь ждать и делать последовательные шаги.

Он вернулся к столу, где блондинистый друг на сматрвотчах листает голограммы девушек. Глаза блестят, губы растянуты в довольной улыбке.

- Тайлер, не уподобляйся фероксам, - предупредил он. – А то мозг в штаны стечет.

- Не стечет, - бросил тот, но голограмму выключил.

Гордон вновь развернул окно с изображением кандидатки. Взгляд скользнул по имени, затем отдалил 3D модель, снова приблизил.

На вид действительно необычная. Слишком… натуральная. Непривычно. Однако, за что-то взгляд цепляется, хотя даже его альтеровский ум до сих пор не оцифровал.

- Что ты там разглядываешь? – спросил Тайлер и наклонился вперед, заглядывая на стол.

Его глаза расширились, брови всползли на лоб.

- О, так это она, - сказал он изумленно.

- Кто? – переспросил наследник.

Тайлер пояснил спешно:

- Ну та дура, которая въехала в тачку.

Кристин стояла и смотрела на бригадиршу круглыми глазами и не могла понять, ослышалась или нет. В голове эхом отдавались ее слова, но Кристин не могла поверить.

– То есть как? – спросила она, пытаясь осознать услышанное.

Бригадирша положила на стол холеные пальцы и мотнула головой, каштановая грива колыхнулась. Кристин всегда казалось, что эти волосы не настоящие и даже подумывала украдкой дернуть, чтобы проверить. Но, похоже, это откладывается на неопределенный срок.

- Ну вот так, - сказала бригадирша, - лаборатория больше не нуждается в ваших услугах, мисс Уильс.

Кристин растерянно захлопала ресницами.

- Но я же у вас целый год работаю, - проговорила она запинаясь. - У меня прекрасные показатели. Я лучше всех определяю годность семян… Я даже не опаздывала никогда.

- Это верно, - согласилась бригадирша, которая теперь напомнила Кристин довольную тигрицу, загнавшую антилопу в угол. – Но у нас новое оборудование, оно снимает с лаборантов обязанности. Так что…

Бригадирша развела руками, мол, извини, так вышло. Кристин только и смогла вымолвить:

- Но… Как же я же... Я же… И мне нужно платить за комнату… Я же хороший сотрудник…

- Простите, мисс Уильс, – с елейной улыбкой произнесла бригадирша, - Но это уже не мои проблемы, как понимаете. Вы не ученый и даже не младший ботаник. Вы лаборантка. Или что-то около того.

- Вы не можете меня вот так уволить… - попыталась возразить Кристин.

Но бригадирша, остролицая и всем видом напоминающая лису, прервала ее:

- Мисс Уильс, уверена, вы переживете. Вам всего девятнадцать. В вашем возрасте я и мечтать не думала попасть в «Ботаник-сити».

«В моем возрасте тебе вообще было не чем думать», - подумала Кристин и зачем-то покосилась на зеркало, где собственное отражение показалось каким-то грустным. И даже красивые светлые волосы до пояса, убранные в хвост, не делали его радостней.

- Не расстраивайтесь. Все мечтают о «Ботаник-сити», «Динариум-корп». Это похвально. Какой солдат не мечтает стать генералом, - начала с неприятной любезностью вещать бригадирша. – Но тут как повезет. Отдел кадров оформит ваше увольнение и начислит оплату…

Кристин слушала в пол уха. Эта редкостная лицемерка счастлива, выпроваживая ее с места лаборантки. Даже несмотря на то, что пренебрежительно относится к этой должности.

Ну конечно. У этой дамочки есть дочь, тупая, как пробка. Но все равно жаждет пристроить ее в теплое место.

Кристин вздохнула. Куда там, «Динариум-корп».

Об этом она даже не думала. Чтобы работать в компании, которая производит всех роботов в стране, нужен совсем другой уровень…

Но хуже всего, теперь будет нечем платить за кредит, который срочно пришлось взять. По глупости арендовала машину, самую обычную, с ручным управлением, и въехала в смартркар какого-то воротилы…

«И почему я не дочь владельца «Ботаник-сити», - подумала Кристин тоскливо. Ей нравилось здесь. Работа непыльная – следить за растениями, вовремя включать подпитки, проверять, чтобы работали программы, сортировать семена. Это получалось лучше всего.

Основное делают роботы, а ей нужно лишь следить. Но платили достойно. Конечно, это же «Ботаник-сити», корпорация, которая обеспечивает растениями и весь Динариум, город, который давно утонул бы в смоге, если бы не «Ботаник-сити» и концерн «Оксигени».

Пришлось проучиться полгода на курсах естественной аналитики, чтобы попасть в «Ботаник».

Она радовалась, что, наконец, смогла зацепиться в мегаполисе, начать зарабатывать, и даже не расстраивалась, что не получила корпоративного жилья, снимая комнату с подругой.

А потом въехала в зад дорогущего смарткара.

Но оставалась уверенность, что она выплатит кредит. И вот теперь её увольняют, сокращают и лишают возможности выбраться из долгов.

- Мисс Уильс, вы меня слышите? Вы в порядке? – с деланной заботой поинтересовалась бригадирша.

Кристин вздрогнула и подняла на нее не растерянный взгляд. Хотелось плакать, но она не могла позволить этой химере насладиться ее провалом.

- Да, все хорошо, - сказала Кристин, разглаживая невидимые складки на халате. – Мне прямо сейчас освободить рабочее место?

Бригадирша, теперь уже бывшая, всплеснула руками.

- Ой, ну что за спешка. Не обязательно так торопиться. Сходи, выпей кофе напоследок. А через часик можешь забирать.

Кристин кисло улыбнулась. Надо же, какая щедрость, выделили целый час чтобы убраться подальше, освободить стол для раскормленной дочери этой тетки. Они никогда не поймут, как тяжело пробиваться одной в чужом городе, когда некому поддержать, никто не придет на помощь.

Кристин переехала в Динариум, в поисках лучшей жизни, следом за мечтой стать успешной. Правда мечта осуществляться не спешила. Сперва пришлось работать судомойкой в забегаловке, где на кухне воняло тряпками. Потом, видимо, кто-то из посетителей съел волос, а может таракан в супе попался - нагрянула санэпидемстанция и лавочку прикрыли.

Но Кристин была полна решимости. И, когда увидела объявление о вакансии лаборанта в «Ботаник-сити», поняла – вот он, шанс. Пусть это пока не должность на девяносто пятом этаже в элитной оранжерее, но с чего-то надо начинать.

Теперь из-за модернизации ее сократили. Нужно срочно что-то делать, искать работу. Стоимость ее комнаты хоть и не высокая, но платить надо регулярно. Ей ведь не выдали корпоративное жилье. А хозяйка квартиры, мисс Смитт женщина требовательная и, если честно, не слишком приятная. Но комната чистая, светлая, а хозяйка хоть дерет дорого, но сверх того не требует.

Вздохнув, Кристин оставила халат на вешалке в раздевалке и с тяжелыми мыслями вышла на платформу лифта.

- Назовите этаж, - попросила голосовая система.

- Первый… - со вздохом отозвалась Кристин.

Лифт поплыл вниз. Стены стеклянные, видно, как площадь в центре «Ботаник-сити» постепенно приближается. Сверкающая и белая, с алебастровым фонтаном в середине и вазонами с зеленью.

Она задрала голову и с тоской посмотрела на верхние этажи небоскребов – туда она еще ни разу не поднималась. Еще бы, кто разрешит простой лаборантке оказаться в кислородном центре Динариума.

Виски обожгло болью, Кристин поморщилась, система наблюдения лифта произнесла:

- Пассажир, у вас повысилось давление. Примите меры.

- Принимаю…

Она сунула пальцы в карман и достала пластинку таблеток. Быстро отправив одну в рот, проглотила. Боль быстро отступила.

В пластине оставалось три штуки. Но хронический недуг сейчас интересовал мало. Кристин изо всех сил старалась не плакать, и все же в глазах защипало.

Она шмыгнула носом, глядя как в отражении небесно-голубые глаза заволакивает слезами. Затем сморгнула и посмотрела на внутреннюю сторону кисти, где носит не самые модные, но все же смартвотчи.

Что-то надо срочно придумать, понять, где доставать деньги. Квартплата, кредит за ударенную машину…

Очень хотелось сочувствия и понимания.

Кристин нажала на сенсор, выбрала контакт, пошел гудок. Через некоторое время, раздался веселый голос:

- Кристин? Ты чего так рано?

Подруга Люси работала официанткой и очень гордилась, что дружит с Кристин, рассказывая всем, что Кристин работает в «Ботаник-сити», правда, что лаборанткой, умалчивала.

- Люси, я… у меня… – начала она, но слова как-то застряли в горле.

- У тебя все в порядке? – встревоженно отозвалось в динамике.

- Не очень, - наконец смогла выдавить Кристин. – Тут… Короче, меня уволили.

В динамике шумно выдохнули.

- Что? То есть как уволили? За что?

- Ни за что, - отозвалась Кристин, еле сдерживая слезы гнева и обиды. – Под сокращение попала.

- Вот гады! – выдохнула подруга. – Ты же такая классная! Ты же просто ну замечательная! Наверняка своих-то приберегли. А страдают, как всегда слабые.

Сравнение со слабыми Кристин не понравилось, но она промолчала - технически сейчас так и есть.

- И что будешь делать? – спросила Люси.

- Не знаю, если честно, - ответила Кристин. – Пока не поняла.

- Не верится, что тебя уволили…

- Мне тоже. Зато бригадирша счастлива.

- Вот грымза, - сочувственно отозвалась Люси. – Слушай, приезжай ко мне в кафе. У меня перерыв через пол часа. Посидим, подумаем, куда тебя пристроить. Я спрошу у шефа, может он подскажет. Ничего, Кристин, не пропадем.

- Спасибо, - отозвалась Кристин, - я приеду.

Когда выключила смартвотчи, лифт спустился на первый этаж. В раскрывшиеся двери хлынул поток людей, жаждущих подняться на верхние ярусы, и Кристин с трудом протиснулась между ними, выбираясь наружу.

С Люси познакомились в день прибытия в Динариум на вокзале. Кристин крутила головой посреди зала прибытия и глазела на дроны, которые сканировали лица приехавших.

Она так бы и стояла до вечера посреди огромного помещения, чистого и белого, с огромными экранами и голографическими рекламами ЗD. Но Люси налетела на нее, как ураган, свалив сумку с вещами. А после взвинченных и веселых извинений уже вела Кристин по адресу, где можно снять жилье.

Благодаря Люси, Кристин смогла ориентироваться в мегаполисе. Она впервые видела дронов, которые носятся по воздуху, как огромные жуки, сияющие вывески, интерактивные билборды и смарт-карты прямо на улицах. Прокатные сигвеи разных размеров и форматов, некоторые на магнитных подушках…

Ко всему этому Кристин успела привыкнуть за пару лет в Динариуме. И даже стала обзаводиться мелкими, но очень полезными девайсами, как, например, смартвотч – по нему удобно звонить, через него же расплачиваться в магазинах, оплачивать доставку.

Правда, если она вскоре не найдет хорошо оплачиваемую работу, придется продать и смартвотч, и еще много чего.

- Мисс Уильс, - раздался приветливый голос справа.

Кристин повернулась. За стойкой информации, скорее, как дань традиции, чем действительно для дела, улыбчивый швейцар приподнял кепку.

- Как поживаете, мисс Уильс? – спросил он дружелюбно.

- Спасибо, - отозвалась Кристин, натягивая дежурную улыбку. – Потихоньку.

- Завтра будет фуршет по случаю открытия филиала «Ботаник-сити», - сказал он любезно. - Обещают шикарный стол и программу.

- Ну класс, - отозвалась Кристин и внутри стало еще гаже.

Завтра вход в «Ботаник-сити» ей будет закрыт. От этого Кристин чувствовала себя униженной и недостойной топтать пол этого чудесного института.

- Всего хорошего, - радостно пропел швейцар.

Кристин кивнула ему и вышла из стеклянных дверей на улицу. В теплом летнем воздухе витает запах сирени – перед «Ботаник-сити» специально распыляют.

Швейцару хорошо, он, по какой-то неведомой причине под сокращение не попал. А ведь он бутафория. Ну кому нежен швейцар в здании, где даже кофе подают дроны? Причем платят ему почти как лаборанту. Но нет, уволили именно ее, Кристин Уильс, умную, подающую надежды лаборантку, готовую трудиться двадцать четыре часа в сутки.

Ситуация так огорошила, что даже не верилось. Казалось, сейчас бригадирша позвонит и извинится. Скажет, что произошла ошибка, и завтра Кристин может приходить, как обычно.

Но бригадирша не звонила. И с каждой минутой осознание реальности наступало все больше. Кристин шла по шумной улице, мимо неслись сигвеи, самоуправляемые машины, в воздухе шныряли дроны и передвижные камеры. Но Кристин это все не интересовало.

Один дрон-камера особо дотошно фотографировал ее. Кристин даже попробовала отмахнуться, как от назойливой мухи, но тот все равно зависал перед лицом, нисколько не стесняясь, что его прогоняют. Даже, когда села в автобус, продолжал фотографировать через стекло. Не смутило его и появление на стекле голографической рекламы. Отстал лишь на светофоре.

- Чокнутые машины, - бросила Кристин, косясь через плечо на удаляющегося дрона.

Женщина с кукольным лицом, что значит, сделала столько подтяжек, что теперь не понять, что сколько ей лет, охотно закивала.

- Да не говорите. Даже в ванной подсматривают.

Сказала она это таким тоном, словно эти подсматривания ей очень нравятся, потому что так может демонстрировать свое прекрасно отрихтованное тело.

Женщина замолчала, словно ожидает комплимента, но Кристин сейчас не до бесед.

К счастью кафе, где работает Люси, всего в нескольких кварталах от теперь уже бывшей работы.

Кафе небольшое, но в центре, и посещаемость высокая. Народ приходит на бизнес-завтраки, обеды и ужины. Поэтому Люси, поджарая и подстриженная под чернявого мальчика, прямо сейчас носится между столиков с любезной улыбкой и разносит заказы.

Здесь, в отличие от большинства кафе, предпочитают личный контакт с посетителями, поэтому заказывают на экране стола, но блюда приносят не дроны, а люди.

Люси заметила Кристин и помахала, пожимая плечами, мол, погоди, ты рано, я еще занята. Кристин закивала, давая понять, что не торопится.

Выбрав место в углу, она села за столик под фикусом и уставилась в окно. Некоторое время глазела, мысленно досадуя на все, что сегодня приключилось. Но потом странное чувство заставило обернуться.

Тайлер шел рядом с Гордоном к лифту, сопя, как недовольный кот, механизмы на бионическом плече тихо пищат, качая питательную жидкость, которая преобразуется в лимфу, когда проходит границу с кровотоком.

- Нет, не понимаю, - бросил он в который раз, пока пересекали фойе на сотом этаже по пути к лифту, - зачем тебе самому туда переться? Нельзя отправить агента?

Гордон не стал посвящать друга в подробности нового проекта, который сулит мировой переворот. Но тот видел выборку, пришлось сказать, что кандидат нужен для особой работы.

Тайлера такой ответ не удовлетворил, они были слишком давно знакомы, и тот выпучил глаза, когда наследник «Динариум-корп» собрался «вниз».

- Тебе делать нечего? - продолжил возмущаться Тайлер, когда вошли в скоростной лифт. - Отправь дронов, пусть нащелкают фоток, подтвердят геолокацию, окружение, и пусть агенты занимаются. Зачем самому ездить? Вниз! Гордон, вниз!

- Тут особое дело, - уклончиво отозвался Гордон.

- Значит, когда я предлагаю ехать лапать девок, он носом вертит, -возмутился друг, - а как какую-то дуру на работу нанять, так он сам? Нет, вы слышали? Сам, едет! Я не узнаю тебя, Гордон Кит. Ты, вообще как, в порядке?

Для убедительности Тайлер внимательно заглянул ему в лицо. Наследник сдержанно улыбнулся, давая понять, что пререкаться и дискутировать не намерен.

Тайлер поморщился и отвернулся к прозрачной стене лифта, откуда с головокружительной высоты открывается весь Динариум – величественный и необъятный.

Отец воспитывал в Гордоне самообладание и выдержку, он говорил, что для владельца «Динариум-корп» крайне важно принимать решения холодным и трезвым умом. То, что он родился альтером лишь на руку. В нем сосредоточены ресурсы, чтобы добиться очень и очень многого. Сейчас Гордон чувствовал это, как никогда.

Когда достигли первого этажа, Тайлер принялся зевать – от быстрого спуска у него заложило уши, но Гордон этого не ощущал. Организм альтера не реагировал на такие мелочи.

- Прилетай хотя бы после своей этой дурацкой вылазки, - попросил друг. – Менеджеры «Олеандра» прям растекаются в лужу, когда ты появляешься.

- Я редко там бываю, - сказал Гордон кивая швейцару за стойкой, когда проходили к выходу на парковку.

Тайлер послал швейцару грозный взгляд, тому самому, который устроил допрос и не желал пропускать на сотый этаж.

- Конечно, редко, - бросил он недовольно. – Даже, когда лучший друг приглашает.

Наследник корпорации прищурил левый глаз, тот сверкнул радужным светом, и на стоянке пиликнула сигнализация смарткара. Большинство водителей заводят кары через смартвотчи, но в его бионическом глазу на этот случай датчик.

- Не обижайся, - сказал он, подходя к кару. – Мне действительно нужно посмотреть на кандидата лично.

Тайлер вздохнул и окинул смарткар оценивающим взглядом. Тот блестит, свежей полировкой. Низкий, предназначенный для быстрой езды, но с удобными сиденьями, окно от капота тянется через всю крышу, но станет затемненным, если потребует владелец.

- Новый? – спросил он.

Гордон кивнул, дверца отползла в сторону.

- Ассистентка настояла, - сказал он садясь в кар. – Сказала, в моем статусе не прилично больше полугода ездить на одном каре. Мне плевать. Но она следит за имиджем наследника «Динариум-корп».

- Это та, с вот такими? – спросил Тайлер, показывая, где на груди должны располагаться «вот такие».

Гордон поморщился на одну сторону и пожал плечами.

- Наверное. Я их уже не отличаю. На лицо. Ассистентка хотя бы головой думает. Но ты имей ввиду, ей шестьдесят четыре, если что.

Челюсть Тайлера отвисла, он подобрал ее и проговорил, проведя ладонью по крыше смарткара:

- Вот блин, бьюти-инженерия… Теперь и не поймешь, кому сколько. Ладно, ваше динариумство, шуруйте на это непонятное собеседование. Надеюсь, в «Олеандр» все же заскочишь.

Через несколько минут Гордон Кит несся по выделенной магистрали в сторону «Ботаник-сити», куда ведет геолокация.

Он успел прочитать досье, оно удовлетворило. Особенно тем, что ее только что уволили.

Гордон моргнул левым глазом, тот блеснул, на лобовом стекле появилось изображение девушки, которое сделал дрон секунду назад.

Вот она садится в автобус. Белокурая, но не крашеная, что редкость. Как и то, что у нее нет ни одного имплатна, кроме пломбы в зубе. Зубы, если верить досье, тоже натуральные. И вообще, вся она – сборище натуральности, чего Гордон не видел давно. Значит, средства ее ограничены, а сейчас, когда лишилась работы, это на руку. Ему не хочется преступать закон и похищать кандидатку. Куда лучше, если сама придет в «Динариум-корп».

Дрон продолжал присылать фотографии, смарткар получал данные о ее геолокации.

Девушка все еще ехала в автобусе, когда он припарковался в переулке и зашел в кафе, куда, по всей видимости она направляется – социальная выборка сообщила, что здесь работает подруга.

Он сел возле окна и достал смартфон, чтобы не выделяться в таком месте. Хотя в костюме от «Кавачи» цвета «бензино», бионическим глазом и спортивной фигурой это не просто.

Когда девушка вошла, он принялся рассматривать ее со всей внимательностью, на какую способен его альтеровский ум. Стройная, без единого намека на силикон, имплатны и бионику. Как умудрилась избежать боди-модернизации, только небу известно.

Девушка села у окна дожидаться подругу. Она смотрела в окно, но прежде, чем его сознание успело понять, что происходит, бионический глаз сообщил, что блондинка сейчас поднимет на него взгляд.

Гордон спешно уткнулся в смартфон.

***

Взгляд Кристин почему-то приковался к мужчине на другой стороне зала.

Высокий, широкоплечий, сидит правым боком к ней, в темном костюме. Нога перекинута на ногу, острый лакированный носок смотрит в сторону выхода. Волосы аккуратно зачесаны назад, но лицо рассмотреть не смогла из-за того, что повернут боком и смотрит в смартфон. Но даже в профиль красив. Как-то жутковато красив. В кино такими обычно бывают антигерои, к которым почему-то испытываешь симпатию.

И Кристин готова была поспорить – секунду назад он рассматривал ее.

Она тоже стала украдкой разглядывать мужчину. На его месте уже давно оглянулась бы, но мужчина словно находится не здесь – уткнулся в смартфон и не шевелится. На секунду даже подумала, это вообще манекен, которого посадили для привлечения посетителей.

Она не засекла времени, но, когда рядом раздался звонкий голос Люси, вздрогнула.

- Фух, - выдохнула подруга, опускаясь на сидение против Кристин. – Сегодня ажиотаж. Вроде четверг, а народа набежало…

- Говорят, в четверг тусоваться моднее, чем в пятницу, - проговорила Кристин задумчиво.

- Да? - удивилась подруга. - Тогда надо смен на четверги набрать. Мне же платят за столики. Так… Ну ладно. Со мной понятно. Ты-то как?

Кристин потерла пальцами лоб, к горлу подступила истерика. В глазах защипало, она всхлипнула и уронила лицо в ладони.

Люси растерянно охнула и прямо через стол обняла ее.

- Ой, Крис, ну не плачь. Ну ты чего? Это же просто работа. Найдем мы тебе место.

- Деньги… - в нос ныла Кристин. – Деньги, Люси… ты понимаешь? Где мне будут столько платить? Мне кредит платить нечем…

- Да будет чем! - неумело утешала ее Люси. – Ну сколько этих работ? Другую найдешь. Я, вон, с неба звезд не хватаю, но ничего, живу. А ты вроде не глупая, работать умеешь, найдешь место.

- Ты меня слышишь? Мне нужно платить долг за смарткар, - проревела Кристин.

- Ну да, - протянула подруга участливо. – Это проблема. Но какие-то деньги лучше, чем никаких.

Кристин подняла голову и вытерла нос всхлипывая.

- Деньги… - повторила она. - И «Ботаник-сити» один. Другого такого нет.

Люси, наконец, отпустила ее и села обратно на стул.

- Ты будто по любимому страдаешь. Эй, Крис, очнись. На этом жизнь не заканчивается. Тебе должны выплатить за увольнение? Должны. На первое врем хватит. А мы тебя пристроим. Я уже спросила у шефа, у нас на раздаче не хватает рук. Туда только женщин берут. Работа не ахти какая, особенно после «Ботаник-сити». Но это лучше, чем ничего.

Кристин не хотелось работать на раздаче. Но выбора особо нет, особенно когда надо платить по кредиту.

Тем более Люси старается для нее. И вообще во всем Динариуме для нее больше никто не постарается.

Кристин сказала:

- Спасибо, Люси. Чтоб я делала без тебя...

Та откинулась на спинку стула и засмеялась.

- До сих пор стояла бы посреди вокзала.

Кристин усмехнулась в ответ, скомкав салфетку.

- Да уж.

- Зато ты брехню видишь. И мужики тебя любят.

- Ой, ладно, - отмахнулась Кристин. – Не сильно они меня любят. Был один, и то сплыл.

- Потому, что остальных отшиваешь.

- Ну, видать, со мной что-то не то, -усмехнулась Кристин.

- Ой, только не надо самокопания, - отозвалась Люси. – Лучше скажи, согласна на раздачу становиться или как? Что мне шефу передать? А то он ждет.

От части Люси права – Кристин отшила с дюжину парней, пока живет в Динариуме. Вроде симпатичные, с работой, но… все не то. А распыляться не хотелось. С одним попробовала, чтоб совсем белой вороной не быть, но вообще не сложилось.

Но отделять одно от другого она умела. Правда если забывала выпить таблетки, раскалывалась голова, а мысли становились похожи на мозаики. Она могла забыть позавтракать, повернуть не на ту улицу, а потом пол часа выбираться из незнакомого района. Люси для нее вроде доброго спутника, который направляет и всегда насыплет хлопьев на завтрак.

Кристин хотела расспросить, что в конце концов, за раздача, как все обстоит, но ощущение, что за ней наблюдают вновь возникло.

Она наклонилась, выглядывая из-за Люси. Мужчина все еще неподвижно сидит в дальнем конце зала и смотрит в смартфон.

- Люси, это ваш постоянный посетитель? – спросила Кристин, возвращаясь на место. Этот субъект вызвал смесь любопытства и тревоги, какие бывают, когда собираешься скатиться с ледяной горки в необорудованном месте.

Подруга зачем-то выпрямилась, затем обернулась.

- Ты о ком?

- Да вон, в углу сидит, - сказала Кристин и снова выглянула из-за подруги. Но к изумлению обнаружила, что столик опустел.

Люси вновь повернулась к подруге, взгляд стал сочувствующим, она хлопнула ее по плечу и сказала:

- Тебе от нервов дурь в голову лезет. Давай так, сегодня день, когда мы не будем думать ни о какой работе. Шефу скажу, что ответ дашь завтра. А сегодня пойдем и оторвемся, как следует. Идет?

- Люси, - начала Кристин, - мне сейчас только тусоваться… Экономить надо. Я не могу себе этого позво…

Но Люси приложила палей ей к губам и заявила решительно:

- Возражения не принимаются. Я заплачу за все. Подруги мы или как?

- Люси я не… - попыталась запротестовать Кристин, но та замотала головой.

- Слышать ничего не желаю. Идем в клуб и точка. Тебе надо развеяться. Ты вообще когда в последний раз тусовалась?

Кристин слабо улыбнулась. В действительности она не помнила, когда в была в клубе, танцевала, знакомилась с парнями и кутила до утра. Все время занимала работа, возвращалась поздно, вставала рано, а на работе крутить отношения запрещено. Вплоть до увольнения. В прочем, её и без отношений уволили. Кристин горько хмыкнула – надо было на последок выкинуть что-то вроде романа с младшим ботаником из корпуса орхидей. Бригадирша визжала бы громче всех, ей этот ботаник чем-то приглянулся.

Кристин вздохнула. Нет, она бы не смогла так. Она не такая. Парней у нее было всего – один в школе, ходили заручку, целовались после уроков. А второй уже в колледже Эйба. Но там было как-то непонятно. Она испытывала к нему какую-то дурную тягу, а он хотел затащить в постель. И затащил. А после этого вся любовь у обоих быстро угасла. Первый раз оказался быстрым, неприятным и вообще, от процесса осталось противоречивое мнение – все столько об этом говорят, а на деле...

- Ладно, - согласилась она. – Пойдем в клуб.

Люси взвизгнула от радости и вскинула руки.

- Да-а! – выкрикнула она счастливо. – Держись Динариум, красотки идут тусить!

- Да не ори ты так, - оглядываясь на соседние столики, проговорила Кристин. – Люди услышат.

- Да пускай слышат, - отозвалась подруга, хотя все же чуть тише. – В общем так. Сейчас ты идешь домой, ешь, приводишь себя в порядок и не думаешь о «Ботаник-сити». Я заеду за тобой в восемь.

Кристин вытаращилась на нее.

- Ты что же, прямо с работы? Без отдыха?

Люси посмотрела на нее, как на неразумное дитя.

- Деточка, после тройных смен, я могу двое суток скакать, как коза. Мне вот это вот, - проговорила она, обводя взглядом кафе, - как песочница. Та что все, давай, не куксись. Дуй домой, жди восьми и надень что-нибудь, ну… клубное.