Королева трёх королевств

За окнами покоев королевы бушевала гроза. Ливень стеной хлестал по витражным окнам, прибитый порывами штормового ветра. Оглушительно ревели небеса, исполосованные в кровь яркими молниями.

– Тужься, тужься!

Аня металась по ложу, разрываемая болью. Волосы спутанные, губы в сухих корках, сердце било набатом, чёрные круги под глазами, безумный взгляд.

День для рождения сына был ожидаемым, и всё равно она оказалась не готовой к таким страданиям.

Дракоша рождался в ужасных муках. В этот раз он не мог ей помочь, сам испытывая боль.

– Вспоминайте что-то приятное, – настойчиво советовал маг. – Это поможет вам и ребёнку.

Коридор за спальней мерил шагами король Мхалии и Корвении, принц Альбента. Он стал супругом Анны всего три дня назад и теперь ждал известий, готовый действовать, если возникнет угроза жизни королеве. Приглашённая для обряда древняя знахарка дремала на стуле, сложив на высохшей груди испещрённые морщинами руки.

 Спроси кто-нибудь черноволосого красавца о его счастливом дне, он назвал бы первую встречу с невестой отосланной после рождения на Землю.

 Для Анны же примечательным днём был другой.

Она провалилась в воспоминания, слыша издалека слова повитухи и мага ответственного за первое живорождение дракона.

Более счастливой, чем в день регистрации брака с Бильютом, Анна себя не помнила. Странная свадьба с клятвами в Храме Предков Ийтории не шла ни в какое сравнение с шумным торжеством в загородном поместье Земли.

Проезжающие по пропускам гости с удивлением оглядывали ставший дворцом белоснежный особняк.

Бильют старался создать из торжества сказку для той, что рисковала ради него жизнью.

Он прошёл первый курс лечения и чувствовал себя намного лучше.

Два мага с медицинским образованием, постоянно присутствовали в клинике. Внедрённые в кадры волшебники подтирали, что не должен видеть человеческий глаз – изменение в генах короля из другого мира. Пока тот праздновал второе бракосочетание с одной и той же женщиной.

Блондину пришлось выкупать жену.

Отряд подруг не пропускал в левое крыло особняка, где с нетерпением ожидала невеста. Самым изощренным вымогателем оказался Алёша, встав худой грудью на защиту прохода в семейное счастье.

– Позолотите ручку.

Бильют смеялся, представляя, сколько отвалил бы золота, находись на Ийтории, а здесь:

– И много денег ты хочешь получить?

– Для начала пятьдесят тысяч!– Кричали за его неширокой спиной подруги, твёрдо усвоив наказ, что хозяину нельзя наливать спиртное и напрягать физически.

– Ничего не треснет?– торговался он, как учила Анна.- Пяти за глаза хватит!

– За скупердяя не отдадим, найдём того, кто не станет жмотиться!

 Вот эта фраза заставила раскошеливаться. Более щедрый деньгами, но не душой и так был в соперниках.

Выкуп обошёлся в три нарочито заунывные песни под стук пионерского барабана, выуженного из сундука на чердаке и сто пятьдесят тысяч рублей, к великому удовольствию подруг. Им не хватило настойчивости, состоятельный жених готов был отдать намного больше.

 Анна видела, каким счастьем светятся ярко-голубые глаза дракона, довольного, что новобрачная настояла на продолжение его жизни.

Дальше было всё, как положено в сказках: лимузины для гостей и собственная карета с запряжённой тройкой белых жеребцов для новобрачных. Коллекционное французское шампанское, подарки для регистратора, обручальные кольца обсыпанные бриллиантами. Она замерла, почувствовав тяжесть золотого ободка на безымянном пальце. Роспись в книге учёта брачующихся. Сердце билось в груди так сильно, что казалось ещё чуть-чуть и выскочит. Её неразборчивая и его, идеально отработанная за столетия с вензелями на последней букве.

Если бы можно было обвенчаться…

Бильют, с замиранием сердца, выносил ослепительно красивую жену в белоснежном платье из ЗАГСа. Драгоценная ноша в переставших дрожать руках. Невыносимо острое счастье.

Его новая жизнь в поместье, переходившем из поколения в поколение Тенихиных.

Анна купалась в любви его слов, нежных взглядов, жестов, поступков.

Он пригласил несколько рок-групп, чтоб угодить невесте.

Изобилие угощений, дорогие вина, шампанское. Фейерверки добрые полчаса терзавшие ночное небо под восторженные крики гостей.

Король создал для друзей жены незабываемый праздник.

А потом была ночь, которую она никогда не забудет.

Впервые они занимались любовью паря в невесомости под яркими звёздами, заменившими потолок. Анна поняла это, когда заметила рядом с собой капельки пота. Невообразимо острая эйфория сгорающих в пожаре страсти любовников и яркое, сводящее с ума блаженство, длившееся невыносимо долго…

Боль, молотом ударил в виски. Грохот за окном, но вовсе не от цветных петард. Душераздирающий крик не от восторга. Анна потеряла сознание, провалившись в совсем непраздничное видение.

Она сидела на покрытой красным мхом поляне посреди тёмного леса. Жаркое солнце било в лицо, принося неудобство. Руки сжимали шевелящийся в кульке из ткани комочек. Анна заглянула внутрь и отшатнулась. Кровавые куски живого мяса, а в центре лицо старухи с глазами дракона. Знакомые до боли вертикальные полоски посередине яркой зелени. Глаза её не рождённого сына…

Сердце сдавила невыносимая тоска. Королева взвыла от накрывшей с головой безысходности и разомкнула веки.

Сморщенная старуха нависла над ходящим ходуном животом с осколком тонкого артефакта в руке. Беззубый рот шептал древнее заклинание. Ведьма явно собиралась резать её живот.

Анна рыкнула так, что задрожал потолок. Карга отлетела впечатавшись в стену рядом с бледным как смерть Матисом.

– Не лезь ко мне с магией!

Струя огня ударила рядом с обезумевшей от страха ягой.

– Приблизишься ещё раз – сожгу!

Старуха бегом рванула за двери, оставив супругов вдвоём.

Королева перевела взгляд на мужа.

– Я предупреждала: не смей трогать моего сына!

Матис чуть наклонил голову, рявкнув в ответ:

– Он и мой сын!

Ярость перекрывала очередной приступ боли. Она продолжала рычать.

– Тем более не смей!

Взгляды драконов встретились. Чёрный горел решительным огнём. Анна поняла, что муж не отступит.

Он рубанул воздух рукой, заявив, что обязательно выполнит:

– Я не дам тебе умереть!

Едва забрезжил рассвет, раскрашивая горизонт в самые немыслимые цвета, и показались первые лучи Инора и Мльянты, Анна с замиранием сердца входила в Храм.

Предки приняли обман при лжепохоронах Бельюта, но как сейчас отнесутся к мальчику, выдаваемому за наследника покойного, хотя настоящий отец идёт на шаг позже.

Король с королевой заходили первыми, остальным разрешено появиться не ранее чем через десять минут.

Бамвель почти сразу заплакал, отбиваясь от невидимых любопытных ручками. Анна прижала сына к груди, грозным рыком показав, что не позволит обидеть сына.

«Говорящая» с предками крутила головой, со всех сторон одолеваемая вопросами.

Барельефы на стене стали двигаться, образуя группы. Предков явно что-то настораживало или пугало.

Матис зашипел, обратившись в одну из сторон.

Анна, каждой клеткой тела ощущала присутствие потустороннего холода. Она гордо вскинула голову, потребовав, обращаясь сразу ко всем:

– Вы примете моего сына, как наследника и будущего правителя Корвение. Взамен обещаю – дочь Бильюта, что растёт в моём чреве получит в наследство Фливерию!

Удар холодного ветра в живот и дракоша откликнулась шевелением, доказывая, что растёт и скоро появится на свет. Барельефы замерли, прислушиваясь и принюхиваясь к тому, что стало происходить рядом с ними. Пустые глазницы сузились, брови ушли вверх, а беззубые рты приоткрылись.

Королева, наклонив голову, стала повторять на древнеийторианском вслед за матерью, пытающейся достучаться до самых старых представителей королей–драконов.

Перемещения ускорились. В какой-то момент Анне казалось, что их с Матисом пытаются затянуть в водоворот каменных тел.

Брюнет встал перед женой, прикрывая своим телом. Грозный рык, как призыв сразиться с ним, но не трогать семью.

Ворчание пронеслось по залу. Издавал его кто-то невидимый, а не «говорящая с предками», застывшая в центре зала с низко опушенной головой.

Анна почувствовала, как вокруг неё сжимается воздушное пространство. Злость заполнила сердце, вытесняя тревогу и чувство страха. Ноздри выгнуты, кожа полностью покрылась чешуёй, глаза полыхали ярой зеленью. Она не позволит древнему тлену вершить судьбу её сына.

Выход королева уже знала. Драконы не бояться огня, они решили проверить это на малыше?

Она с усмешкой изрыгнула столб пламени, обводя грозным взглядом стены, бросая вызов их обитателям. Цилиндр распределил его по всему храму, исключая центральный пятак с «говорящей».

Матис закрыл глаза.

Жаркий язык коснулся живородящей с первым потомком на руках и взмыл вверх под купол. Малыш прекратил плакать, уставившись перед собой, но не на отца, а чуть в сторону, словно не находился в центре сгустка огня всего секунду назад.

Вздох облегчения, в ворчание уходящей назад, под защиту металла плазмы. Несколько барельефов покрылись сажей.

Бамвель улыбался, обнажив беззубые как у предков дёсны, явно довольный тем, что сейчас видел.

Жрица вскинула голову, произнеся достаточно громко, чтоб слышали те, кто пока не вошёл.

– Наследник принят!– Глухое эхо отразилось от стен, устремляясь к дубовым створкам, обитым золотыми пластинами.

Огромные двери распахнулись, впуская вельмож. Второй возглас был обращён именно к ним.

– Да здравствует принц Бамвель!

Дружный хор торжествующих голосов приветствовал того, кто займёт место королевы в случае её смерти.

Анна выдохнула с облегчением. Всё позади, опасность миновала. Необходимые формальности соблюдены. Можно подумать, как показать малыша Бильюту.

Она с благодарностью сжала руку Матиса, прошептав одними губами.

– Спасибо огромное!– каменное лицо выражало высокомерное спокойствие.

Он смотрел с недоумением, как будто могло быть по-другому. За семью он готов отдать жизнь и уже не раз доказал это поступками. Неужели у блондинки до сих пор оставалось сомнение в его верности?

 – Ты показала Бамвеля подданным, предкам, но только не тому, кто ждёт его с нетерпением!

– Отец будет сегодня днём. – Подумала она о своём. – Я разрешила пролёт над королевством. Кортеж с вельможами прибудет через три дня. Они уже в пути.

Брюнет усмехнулся. Жена начисто отметала вторую половину родни.

– Я о Локсете третьем, о моём отце. – Он сверлил чёрным взглядом враз побледневшее лицо. – Драконе, который живёт из последних сил в ожидание внука.

Анна нахмурилась. Как она могла забыть, что сын не только её и Матиса? Он, пока, единственный внук старого короля Альбента.

– Завтра…

Матис перебил.

– Сегодня! Мне очень тревожно, отец зовёт вторые сутки.

– Почему молчал?– она судорожно соображала, как можно оказаться в Гальте, столице королевства принца Матиса за короткое время.

– Вчера было не до этого, как ты помнишь.

Анна кивнула.

– Такое вряд ли забудешь. Не знаю, как рожу дочь…

Она перевела взгляд на колыбель сына, не заметив, как сжал губы Матис.

– Мы полетим, а как быть с ним?

Он пожал плечами, не понимая вопроса.

–Заберём с собой.

– Это понятно, – Анна свела брови, – но как сделать полёт безопасным для младенца?

Он притянул обеспокоенную гордячку за плечи и поцеловал в лоб.

– Сразу видно, что ты до неприличия молода. Если прожила хотя бы сто лет, знала, что младенцы прекрасно чувствуют себя в корзине для путешествия.

Она усмехнулась.

– Мог сказать не выпендриваясь. – Снисходительность она могла принять от Бильюта, но не от самовлюблённого гордеца.

Два характера никак не желающих уступить друг другу первенство.

Матис словно видел себя со стороны. Кто-то должен проявить мудрость и сделать первый шаг. Он встал перед Анной на колени, понимая насколько трудно той вернуться в места, где была предана.

 – Прошу! Мы будем в Альбенте за пару часов или меньше того. Столько же лететь назад. – Глаза дракона блестели влагой. – Сейчас раннее утро. Пусть он его увидит.

– Ты с ума сошёл?– Она наклонилась, пытаясь его поднять, а вместо этого… Крепкие руки обняли колени, черноволосая голова уткнулись в ещё не плоский, мягкий живот.

– Прости за всё, что натворил.– Голос мужа дрожал.– Любил настолько, что отказался. Что не поверил тебе. Я так виноват…

Большие плечи дрожали. Матис с трудом сдерживал слёзы.

– Ильта права, я не созрел быть мужем, но очень хочу этого.

Упоминание о главной фрейлине наполнило встревоженную душу блондинки противоречивыми чувствами. Она хотела увидеть глаза подруги матери, с величайшей нежностью относящейся к ней и боялась одновременно.

Маг, почти равный по силе Льяне, сможешь воздействовать на душу матери в голове, просчитывая поступки.

Как объяснить, что Анна не может быть только женой Матиса, а связана двойными узами брака?

Что сделает колдунья, чтоб облегчить жизнь любимого мальчика? Становиться врагом мага, когда-то спасшего её жизнь, не хотелось. Но, если придётся выбирать между Бильютом и Ильтой Анна выберет земного мужа.

 Она не знала, что ответить Матису? Пустить в сердце прямо сейчас и сделать вид, что не было унижения и презрения от его вельмож? Забыть, что ни один из них не пришёл на помощь матери, когда та умирала во внутреннем дворике дворца правителя? Старик не приказал подданным быть человечными.

 Сейчас имя Минторы наводит на них ужас. Напыщенным снобам повезло, что мама не злопамятна.

Анна ничего не могла ничего с собой поделать. Терзающие мозг мысли не сопутствовали проявлению ожидаемых им чувств. Она отодвинула голову, предавшего когда-то любимого, приняв решение.

– Я уже говорила, мне нужно время, чтоб всё забыть. Согласна дать деду возможность увидеть внука, но не хочу общаться со знатью Альбента. – Она выгнула ноздри, с презрением процедив.– Не позволю им даже дышать рядом с моим сыном!

Матис кивнул, понимая, что спорить не о чем. Анна права.

– Согласен.

 Она начала переодеваться, договаривая на ходу:

– Тогда летим не откладывая. Пусть народ празднует. Надеюсь, успеем вернуться до появления Тоилока. Прикажу приготовить ему одежду.

 Вскоре в безоблачном небе Немпа, взмахивая огромными крыльями, появились два дракона. Они сделали круг над городом к величайшему восторгу жителей.

Зелёная мама держала в когтях корзину с драгоценной ношей, ревностно охраняемая летящим чуть выше чёрным драконом.

  Матис в гневе сорвал плащ с отвернувшегося от края башни стражника. Он кричал, осыпая проклятиями первую фрейлину, укутывая голую жену в грубое сукно. Холодный ветер бил в широкую спину.

Ильта понуро прятала взгляд в булыжный пол круглой площадки.

–Что из приказа приготовить одежду для королевы ты не поняла?– Желваки гуляли по широким скулам.– Для кого приготовлен кукольный наряд?

Колдунья развела руки, с тревогой вглядываясь в затянувшееся тучами небо. Погода менялась на глазах.

– Сейчас всё поправлю. Не знала, что её величество так поправилась.

Принц обрубил.

– Никакой магии!– он сверлил взглядом любимого мага. – Как она могла стать прежней на второй день после родов? Ты забыла, как это бывает с женщинами?

Та, что никогда не сможет стать матерью всхлипнула, пряча глаза, полные слёз.

Анне пришлось вмешаться. Ещё немного и хлынет дождь. Ийтория реагировала на её настроение. Она придержала мужа за руку.

– Успокойся, я найду что надеть, если из моих покоев не выкинуты вещи. Там хватало просторных платьев.

– Я приказал запечатать комнаты, чтоб никто не смел в них входить. Все наряды остались на месте.

Она пообещала:

– За час буду готова к встрече с королём Корвении. Это не официальный визит, а значит никаких высших лиц и торжеств!– Повторила блондинка выдвинутые ранее условия.

Ильта сделала глубокий реверанс и отошла в сторону, проговорив всё так же, не поднимая глаз.

– Сейчас же прикажу приготовить горячую ванну, и пришлю фрейлин. Они помогут помыться и одеться.– Она умолчала, что отстранит ту, что давно влюблена в сына правителя.

Отёкшие ноги королевы не влезли в слишком узкие туфли. Матис отшвырнул их ногой и подхватил жену с сыном в корзине на руки, прорычав магу:

– Не хочу тебя видеть!

Анна молчала, не вмешиваясь в выволочку колдуньи, заменившей когда-то принцу мать. Будь на её месте другой не сносить бы ему головы.

Он ворчал, извиняясь сразу за всех людей страны, так и не ставшей для блондинки приютом.

– Ильта никогда не была беременной и не знает, как меняется женщина в это время, прости её.

Блондинка, уверенная, что маг приняла на себя чужую вину, усмехалась.

То, что принц нес её, завёрнутой в плащ солдата, унижало, прежде всего, его самого.

– Теперь понимаешь, что в Альбенте мне нечего делать? Все против меня.

– Ты утрируешь.

Она чуть отклонилась, чтоб заглянуть в перекошенное злобой лицо.

– Это ты сейчас без одежды? Можешь обижаться сколько угодно, но я ненавижу Гальт и мечтаю поскорее оказаться дома.

Он насупился, сверкая чёрными с красным глазами, способными осветить бесконечно длинный каменный коридор.

– Совсем скоро ты станешь женой его короля.

– Не имеет значение принцесса я здесь иль королева. Знать никогда не будет считать меня ровней тебе. Смазливые фрейлины ненавидят, что я лишила их твоего общества. Но есть та, что сможет поставить всех на место. – Анна выгнула ноздри. Зелёные глаза искрились смехом. – Я призвала Минтору посетить Альбент и она уже на пути сюда.

Он остановился, вперив взгляд в бледное лицо жены. Портреты на стенах смотрели на гостью с грустью.

– Это месть?

Она усмехнулась, разглядывая изображения недовольных Предков.

– Это честь! Пусть готовят поле для встречи «древнего».

Бамвель молчал всю дорогу, и сейчас с остервенением посасывая кулачок.

– Малыш хочет кушать.– Увела Анна разговор в сторону.– Пусть воду сделают погорячей.– Она передёрнула худенькими плечами.– Мне зябко.– И всё-таки не удержалась съязвив: – Твоим любовницам выпала большая честь наблюдать за первым показом сына принца защитнику Ийтории.

Он прятал улыбку, поняв одну из причин недовольства гордячки.

– Можешь не распаляться. Я давно забыл дорогу в их спальни, а Гальт сумеет принять редкого гостя на высочайшем уровне.

Глаза блондинки полыхнули огнём.

– Слава Предкам, Вайрелю не нужно искать одежду!

  Анна вглядывалась в лица девушек, что помогали принять ванну. Одна из красоток выбрала самые маленькие размеры одежды и обуви.

Хотелось узнать она до сих пор в связях с черноволосым красавчиком королевской крови или мстит потому, что брошена?

Такой мысли ни разу не пришло в голову во дворце Бильюта. Там все выражали полное почтение. Значит, мудрый король умел поставить бывших любовниц на место.

Почему в Гальте не так? Вывод напрашивался сам собой. Матис вёл беспорядочную половую жизнь с фаворитками на пару недель или на ночь. Любая из них может быть опасной не только для её жизни, но и Бамвеля. Сердце сжал холод, помноженный на тревожную ярость.

Анна поднялась из воды, возвысившись над фрейлинами из серебряной ванны. Кожа моментально покрылась чешуйками. Она обвела взглядом опущенные головы девиц, потребовав:

– Смотреть мне в глаза!– Драконша гипнотизировала испуганные лица помощниц, с угрозой в голосе предупредив:– Если ещё раз кто-то доставит мне неудобства, или посмеет косо взглянуть на моего сына, я сожгу не только всех вас, но и ваши семьи! – Она проговорила, чеканя каждое слово. – Успеть донести на задумавшую зло, отныне в ваших интересах!

Королева изрыгнула пламя в остывшую воду для большего устрашения и вышла из моментально покрывшейся пузырями и паром влаги. Ужас в глазах дочерей знатных жителей Гальта, уверил, что о случившемся скоро будут знать все.

Жене принца Альбента не нужно обращаться в дракона, чтоб придать врага огню, от которого нет спасения!

 День предстоял насыщенный. Не было лишней минуты. Анна стояла напротив сильно сдавшего Локсета третьего, развалившегося на мягком троне.

Отец Матиса плакал, расцеловывая малыша, вцепившегося пальчиками в седую густую бородку деда. Бамвель не плакал, услышав знакомый запах старого дракона.

Брюнет с трудом сдерживал слёзы, чтоб не присоединиться, к давно переставшему стесняться проявления чувств, старику.

Мечта короля Альбента исполнилась, он увидел ребёнка сына. От той, что была им отвергнута. Насмешка судьбы, вернувшей во дворец жену королеву, что должна была стать принцессой.

Подслеповатые глаза, не мигая, смотрели в лицо снохи.

– Прошу, роди наследника для Альбента!

Слова Локсета прозвучали словно пощёчина, от которой нельзя увернуться. Он повторял одно из кабальных условий, ради которого Бильюта отпустили лечиться на Землю.

– Когда-нибудь.– Громкий голос отражался от белоснежных стен просторного тронного зала. Анна чувствовала сверлящий взгляд мужа, добавив назло обоим мужчинам.– Мне придётся сделать это!

Матис усмехнулся, совершенно уверенный, что это случиться в ближайшее время. Стоит лишь добраться до тела блондинки, на котором он умеет играть в совершенстве.

Принц не заметил, что за ним следят краем глаза.

Она протянула руки к сыну.

– Нам пора, Вайрель приближается к королевству. Я обещала маме, встретить их лично.

Аня смерила взглядом кажущегося бессильным старика.

– Вы с нами?

– Конечно.– Он с кряхтеньем поднялся, тяжело опираясь на трость с золотым набалдашником.

 Анна в душе ликовала. Альбент будет знать, что его король кланялся в глубоком почтении бывшей дуэнье. Великой матери дракона, которой они когда-то не хотели подать руки!

– Когда ты стала такой?

Шипение Матиса вызвало ухмылку на пухлых губах.

– Всегда была, не думай, что успел изучить. Я не прощаю унижений дорогих мне людей!

Она обернулась к красавцу мужу, вогнав того в ступор словами:

– Напрасно считаешь себя неотразимым в постели. Опыт Бильюта перекрывает неутомимость молодости. Он дарит не только экстаз, но и величайшую нежность, уверенность, что ты лучшая женщина в обоих мирах.

Анна уверенной поступью шла вперёд, по мраморным плитам. Она не станет больше рвать сердце на пустых людей. Пусть меняются к лучшему или вычеркнет навсегда из сердца.

На худых руках уютно посапывал новый смысл её жизни.