КОРОЛЕВСТВО КРАСНОГО ДРАКОНА

Красные Пески. Пустынный питомник.

"Мне жаль, дорогая, но этого следовало ожидать. Надеюсь, это окончательно убедит тебя, что в столице тебе не место," — написала Джорджиана, приложив к очередной вырезке жалкую, скупую записку.

На первой странице Королевских хроник был магический портрет строгого наследника – герцога Реймонда Найта и его будущей невесты Селии Брит. 

Рей изменился, возмужал и теперь вполне соответствовал титулу и званию наследника великого рода. А Селия, кажется, выглядела счастливой. Она получила всё, чего желала. Как и все они. Они всегда получали то, чего хотели, даже если это чья-то разрушенная жизнь.

Кинув хронику в корзину отходов, я натянула серый платок. 

Прошло уже достаточно много времени, и, если боль от предательства и была, то она колола где-то слишком глубоко. 

Нам предстояла очередная охота, и оплакивать мечты Вайолет Ред попросту не было времени, как и самой Вайолет уже не было.

Спустя несколько лет воспоминания о столичной жизни казались каким-то сном, а скучная жизнь аристократки – ненастоящей. 

Зато жизнь в пустыне заставляла кровь бежать быстрее, и именно здесь я ощутила себя по-настоящему живой. Пустыня стала моим домом.

Пока охотники готовились к переходу, в моей голове эхом звенели воспоминания. 

Последние счастливые воспоминания юной Вайолет Ред. Последние, связанные с ее бывшим возлюбленным.

Больно было только вначале. Только первый год я молча оплакивала свою судьбу, пыталась все объяснить, понять и цеплялась за жизнь, которая так и осталась в воспоминаниях. 

***

Пятью годами ранее. Столица Кетании.

Посреди залитой солнцем поляны лежала молодая девушка. 

Солнце играло бликами в её огненных волосах, а серое форменное платье выдавало адептку Королевской академии магии. 

Огненно-рыжие волосы ореолом рассыпались по зеленой траве, отражая солнечный свет, словно вспыхивая от каждого порыва теплого ветра. 

Её серебристые глаза были закрыты, и только темные ресницы слегка подрагивали, когда мужская рука вырисовывала узоры на оголённом плече. 

— Ты не голодна, Ви? Мы можем наплевать на запреты и наведаться в таверну, — прошептали у самого уха, и девушка улыбнулась. 

— Нет, Рей, давай еще немного полежим. Скоро перерыв закончится. Мне нельзя опаздывать на оглашение, — довольно промурлыкала в ответ. 

Рядом с женихом было так уютно, спокойно и безопасно. И вскоре Вайолет не нужно будет никуда спешить, сбегать или скрывать их отношения. 

Довольно потянувшись, Ви распахнула глаза, встречая расслабленный взгляд своего жениха. Пока ещё тайного жениха, но вот-вот всё изменится.

Черноволосый молодой мужчина склонился над юной аристократкой, и горячие губы коснулись белоснежной кожи, даря невесомый поцелуй. 

— Как пожелаешь, моя Ви, — тихо прошептал молодой герцог и снова принялся водить пальцами по нежной коже возлюбленной. 

Одетый в форму королевского гвардейца, он неспешно водил краешком пальцев по руке девушки, внимательно наблюдая, как от каждого прикосновения грудь вздымается чаще, предательски выдавая её волнение и тайные желания. 

— Ты же дождешься меня, Рей? Я слышала, что герцогиня Найт уже обсуждала вашу с Селией помолвку, — внезапно спросила огненная красавица и села, обхватив колени. 

Её влюбленный взгляд наполнился печалью от воспоминаний о том, какие слухи наполнили столицу королевства Кетания. 

Рей улыбнулся и покачал головой, привлекая невесту в свои объятия. 

— Ви, не говори глупости. Ты же знаешь, что у меня есть невеста, и родителям это известно не хуже, чем нам. Это просто жалкие слухи. Король уже давно положил глаз на наши рубиновые рудники. Оттуда и вечные попытки женить меня на принцессе, — улыбаясь, заявил мужчина и повалил девушку на траву, нависая, — Но я-то знаю, что настоящая принцесса вовсе не та, что носит рубиновую корону, — едва слышно добавил, склонившись к губам невесты. 

Опасные слова прозвучали из уст Рея, и Вайолет замотала головой. 

— Я не принцесса, ты же знаешь, это жалкие сплетни из-за титула маркизы, который достался мне от матери. Родственники старой королевы до сих пор не могут смириться, — поспешила сказать привычное оправдание и тут же попыталась вернуть разговор в другое безопасное русло, — Если они желают вашей с Селией свадьбы, перечить воле короля не решится даже твой отец. Герцогство Найт – самое могущественное. Но вряд ли твои родители захотят впасть в немилость правителя, — не сдавалась юная маркиза.

Герцог прищурился, отчего его темные глаза стали почти чёрными. 

— Вайолет, ты моя принцесса и моя невеста. Правитель не настолько мелочен, чтобы мстить из-за моего отказа. Хотят союз – пусть ждут, пока подрастёт Ройс, — уверенно заявил мужчина и склонился ниже, словно вот-вот поцелует свою тайную невесту. 

Только вот так, вдалеке от лишних глаз, Рей мог называть Вайолет невестой. 

Для остальных же, их связь была не более чем романом богатого аристократа и бедной воспитанницы почти разорившегося виконта Герри Реда – опекуна и дяди Вайолет. 

И именно это Рей надеялся вскоре изменить. 

— Послезавтра, уже никто не посмеет оспорить мои намерения, Ви. Но сегодня я прошу лишь один поцелуй, — прошептал герцог, и, как и прежде, Вайолет не стала отталкивать возлюбленного. 

Горячие губы черноволосого мужчины обожгли её собственные, а по всему телу разлилась волна огня, такая привычная и волнующая. 

Каждый поцелуй Рея будил её магию и заставлял сердце биться быстрее. 

Прежде чем Вайолет успела сполна насладиться нежностью возлюбленного, в её кармане противно запищал связной артефакт, напоминая, что их время на исходе. 

— Увидимся после бала, моя принцесса, — заявил мужчина и поднялся, всё ещё тяжело дыша. 

— Жаль, что на вручение значков пускают только членов королевской семьи и адептов. На мне будет красивое платье, так хотелось, чтобы и ты его увидел, — расстроенно заявила Ви, протягивая своему магу руку. 

— Я что-нибудь придумаю, принцесса. Но раз ты так хочешь – обязательно проберусь в академию. Скорее всего, уже после церемонии на сам бал. Ты подаришь мне танец? — улыбаясь, спросил маг. 

— Всё, Рей! Ты же знаешь, всё они будут только твои, только приди, — воодушевленно заявила юная маркиза и снова оказалась в крепких объятиях жениха. 

— Непременно приду, Ви. Даже отряд гвардейцев не остановит меня от танца с моей прекрасной невестой, — Реймонд снова склонился к губам девушки и, оставив на них едва ощутимый поцелуй, отстранился.

***

Маркиза Вайолет Ред и герцог Реймонд Найт, об их романе знали все, но считали это не более чем коротким увлечением. 

Родители герцога наотрез отказались принять девушку в семью, как и опекуны Вайолет – дать разрешение на скоропалительный брак подопечной.

Уже несколько лет, после занятий в Академии, Вайолет сбегала на встречу к своему непокорному и своенравному герцогу. 

О том, насколько сложный и вспыльчивый характер у наследника Найта, ходили легенды. 

Черноволосый герцог – один из самых могущественных боевых магов королевства Красного Дракона (Кетании). Его огненная искра одарила старшего сына герцога Найта таким же огненным характером.

Но только вначале эти слухи отпугнули юную Вайолет. Когда высокомерный наследник начал оказывать знаки внимания юной маркизе, это пошатнуло её репутацию. Никто не верил в то, что их роман может закончиться помолвкой. 

Максимум, на что могла рассчитывать дочь погибшего виконта Реда, – стать любовницей Реймонда. И то – только после того, как она ещё подрастёт.

Наследник самого богатого рода во всём королевстве и дочь бастарда – их социальный статус был далёк, как звезды от солнца. 

Когда Вайолет только поступила на обучение, ей было всего пятнадцать, а двадцатилетний Реймонд уже заканчивал академию.

В течение года строгий и мрачный маг тенью следовал за юной девушкой, отпугивая кавалеров, но, тем не менее, оставаясь на расстоянии и незаметно оберегая неопытную адептку. Такое поведение немало пугало молодую маркизу, и она вздохнула с облегчением, когда маг получил свой значок и уехал служить на юг.

В непроходимых горах Кетании были гнезда диких драков, и задача гвардейцев – не позволить неразумным существам тревожить пещеру древних драконов. 

В то время, как молодой герцог Найт в составе отряда королевской гвардии активно расчищал горы Кетании, юная Вайолет взрослела, изучала приличия, магию и драков в академии. 

Обе семьи выдохнули с облегчением, решив, что с отъездом Реймонда странные отношения закончились. Но потом, Вайолет получила первое письмо из Горного питомника, куда отправился Реймонд. 

Каждый месяц молодой герцог писал письма своей Ви, рассказывая про бескрылых ящеров и темные горы. И на третье письмо Вайолет всё-таки ответила. Юная маркиза написала о лекциях, столичных слухах и засыпала мага вопросами о драках. 

Первое письмо юной Вайолет Ред стало началом двухлетнего общения с Реймондом Найтом. 

В письмах Рей не был угрюмым или страшным, как пугали слухи. С каждым новым рассказом строгого наследника, Вайолет всё меньше опасалась его неожиданного возвращения. 

А спустя год регулярной переписки – уже с нетерпением ждала визита. Неожиданно в строгом и страшном маге она сумела распознать умного и весьма образованного молодого мужчину, с которым, как ей казалось, у Вайолет завязались почти дружеские отношения.

Но у Реймонда были совсем иные намерения: юный герцог стремился не просто к дружеской симпатии юной маркизы. Сразу после возвращения в Столицу, уже следующим утром, он явился на порог виконта Реда с договором о помолвке с его воспитанницей.

Целеустремленность юного герцога недооценили. 

После многочисленных писем, Вайолет уже не боялась темноглазого мага и, вопреки ожиданиям семьи своего дяди, не стала отказывать. 

Помолвка маркизы и герцога была запланирована через два года. После того как юная Ви получит свой значок мага, они подпишут договор о помолвке и назначат дату свадьбы.

День выпускного бала. Королевская Академия Магии.

Еще никогда Вайолет Ред так не нервничала, как сегодня перед балом. Даже долгожданный значок так не волновал девушку, как вероятное присутствие жениха. 

Пока что тайного жениха, но уже завтра утром Реймонд снова пожалует в дом виконта, чтобы официально подписать договор о помолвке и назначить дату свадьбы. 

Долгие два года Вайолет ждала этого события. 

Вначале маг показался ей строгим и страшным, а его странная опека — чем-то пугающим и нездоровым. Но с каждым новым письмом, Ви всё меньше боялась герцога и всё больше желала узнать его лично, а не посредством переписки. 

И вот спустя два года возмужавший Рей появился на пороге особняка её дяди. И сердце Ви впервые забилось чаще не от страха. 

Как ни пытался дядя Герри отказать молодому герцогу, ничего не вышло. 

Через несколько часов тихих переговоров взволнованную Вайолет, маленькую Лисабет и Джорджиану пригласили в гостиную. Герри Ред сдался, и молодой герцог объявил о своих намерениях. 

После этого жизнь Вайолет превратилась в мечту любой юной девушки. 

Цветы, подарки, письма регулярно доставляли в особняк виконта. Даже строгая Джорджиана пала под напором наследника Найта и сменила гнев на милость. А сама Вайолет впервые влюбилась. 

Тот, о ком бродили городские слухи, и её Рей, казалось, были разными людьми. 

Только дядя Герри всё так же не одобрял союз племянницы и герцога. 

— Я поклялся твоему отцу, что не дам тебя в обиду, Ви, и я намерен исполнить обещание. Притормози, слишком напорист молодой наследник Найт. Ты совсем не знаешь, что скрывается под оболочкой приличий и привлекательной внешностью. Не просто так его считают одним из самых жестоких гвардейцев в отряде “Красного плаща”. Туда берут сильнейших и самых беспощадных, готовых выполнить для короля самую грязную работу, — напутствовал юную магичку дядя. 

Но Ви влюбилась, а потому принимала все слухи о жестокости и беспощадности Красных гвардейцев за пустые сплетни. 

Неопытная и юная маркиза считала, что знает о Рее то, чего не знает больше никто. 

Как только маг оставался со своей невестой наедине, он словно превращался в совсем другого мужчину: нежного, заботливого и внимательного. 

Вспоминая прошлые свидания с Реем, Вайолет довольно улыбнулась и покружилась перед зеркалом. 

Это платье, безусловно, шло юной адептке, и, представляя, как кружится в своем первом танце с таким же нарядным и красивым герцогом, Вайолет мечтательно сощурила глаза и, мурлыкая мотивы выпускного вальса, побрела в сторону лестницы. 

Внизу уже ждал экипаж, который доставит её на первый и прощальный бал в Королевскую Академию Магии. Бал, который навсегда изменит её жизнь. 

Темно-красное платье и огненные волосы маркизы, уложенные в аккуратную прическу, делали внешность Вайолет ещё более заметной и выделяли её среди остальных выпускников. 

Только у членов королевской семьи волосы были такими же яркими, свидетельствуя о исключительном даре и крови, избранных первым драконом. 

Магическая искра, которая горела внутри каждого мага, – подарок от древнего дракона Драйгоха. 

Только у потомков королевского рода она была серебристой, позволяя им использовать магию, доступную лекарям, бытовым магам, или простые атакующие заклинания. Но исключительность была в том, что потомки королей — единственные, кто сохранил способность обращаться к Красным драконам и без артефакта подчинять драков. 

И особенный дар, который из-за ярких волос не скрыть никакой магией, стал проклятьем семьи Вайолет. 

Все в королевстве знали, что её бабушка, виконтесса Мери Ред, была фавориткой короля и родила ему бастарда – Томаса Реда, отца Вайолет. 

Несмотря на то, что семья виконта это скрывала, магия отца и его внешняя схожесть с теперь уже почившим королем не оставляли места для домыслов. Все было более чем очевидно. И за этот проступок столичные аристократы недолюбливали семью Ред. 

Старый король не позволил потопить доброе имя семьи своего старшего сына, хоть он и был бастардом. Он сам женил Томаса на родственнице королевы – маркизе Эмме Браун – и выдал указ присвоить титул "маркиз" их наследнику. Тем самым старый король укрепил положение бастарда, косвенно связав его с королевской семьей. Но обитатели дворца не забыли уловку почившего короля и не простили... 

Вайолет была живым напоминанием о поступке короля Филиппа, из-за чего двери во многие дома аристократов были для нее закрыты. И это была еще одна причина, по которой дядя был против союза подопечной с молодым герцогом. 

Оскар Найт, отец Реймонда, был одним из приближенных короля Мортиуса Брита. Брак наследника с дочкой бастарда вряд ли обрадовал влиятельного аристократа. 

Герри Ред опасался гнева герцога и боялся попасть в немилость к самому королю. 

Но Вайолет была юна, влюблена в своего строгого мага и вполне счастлива. Ее привычный мир был лишен придворных интриг и козней аристократов. 

Только в начале учебы в Академии она испытала на себе бремя прошлого, но потом появился Реймонд, и никто не решался косо смотреть на его подопечную. Если пересуды и были, то звучали они слишком тихо и где-то за спиной у юной маркизы.

***

Королевская Академия Магии – здесь учились все потомки аристократов Кетании. 

Большое здание в самом сердце столицы располагалось неподалеку от Королевского дворца. Академию и территорию, где обитали правители Королевства Красного Дракона, разделял диковинный сад и огромное озеро. 

Из окон учебных аудиторий главного корпуса можно было любоваться одним из крыльев королевского дворца. И часто молодые аристократки мечтали о том, что, если долго смотреть, можно увидеть молодого принца Маркуса. 

Как и все потомки королей, наследный принц Маркус обучался во дворце и до официальной помолвки редко посещал общественные мероприятия. Как будущий правитель, он чаще наведывался в казармы, чем в учебные заведения. 

Но этот год почему-то стал исключением. 

Молодой наследник Маркус Брит был приглашен на бал в честь выпуска адепток Королевской Академии, о чем гудели все учащиеся еще задолго до самого события. 

Да, этим вечером не только юную маркизу Ред волновал отнюдь не магический значок. Многие адептки были взволнованы визитом самого завидного жениха в королевстве. 

На этом балу наряды аристократок могли затмить любой прием во дворце. Никто не жалел золота на платья и украшения, ведь стать даже фавориткой юного принца было честью для любой из девушек. 

Если верить слухам, именно за будущей фавориткой и явился молодой Маркус Брит. 

Но к своему несчастью Вайолет не верила слухам. А потому получила свой значок, надела самое красивое платье и уверенно вошла в зал, который покинет уже совершенно другой. 

Уверенно шагая к однокурсницам, маркиза не подозревала, что каждый шаг неминуемо приближает ее к судьбе. 

***

Выпускной Бал.

Вайолет.

Ария, Линда и Лотти практически стали моей семьей на время обучения. 

Дочери баронов, они едва ли считались аристократками в окружении отпрысков графов и герцогов. Их семьи были не слишком богаты, и только яркая искра позволила девушкам попасть в престижную академию. 

— Говорят, он невероятно красив, — вздыхала Лотти, проталкиваясь ближе к возвышению, где лично сам принц должен был открывать бал. 

Девушка грезила, что высокомерный аристократ не сможет устоять перед ее красотой и снизойдет хотя бы до одного танца. 

Линда и Ария переглянулись и вздохнули, но не оставили подругу в беде, утянув меня ближе к помосту следом за мечтательной девушкой.

В начале вечера выступал ректор, а после его поздравлений из бокового входа явил свое великолепие сам Маркус Брит. 

Высокий и подтянутый, с легкой небритостью, молодой мужчина неспешно направлялся к ректору и молча кивнул в ответ на приветствие. 

Судя по откровенно скучающему лицу, принц явно охотнее наведался бы в казармы гвардейцев, чем читал скудную речь для выпускников.

Но мое внимание привлекло отнюдь не красивое лицо или мужественная фигура Маркуса. Я не могла отвести взгляд от его огненных волос и таких же серебристых глаз, которые видела в зеркале каждое утро. 

Все слухи и сплетни обрели более четкие очертания, ведь раньше членов королевской семьи удавалось увидеть только на маг-портретах в Королевских Хрониках. И, кажется, сходство заметила не только я.

Тишина, которая воцарилась, как только наследник вошел в бальный зал, разрушалась редким шепотом девушек, стоявших неподалеку. Только мои соседки, казалось, не обращали внимания на гул. Они уже давно привыкли к моей необычной внешности и стальным холодным глазам, которые Рей называл жидким серебром. 

Но привыкли только они. Остальные адептки продолжали шептаться, и я впервые пожалела, что поддалась уговорам и стою так близко к помосту.

— Держись от королевской семьи как можно дальше. Внимание коронованных особ не принесло ничего хорошего нашей семье и не принесет, Ви, — с самого детства внушал мне отец, и эти слова прочно осели в сознании. 

Впервые я понимала, как он был прав, и причину, по которой дядя Герри боится всего, что связано с королевским двором.

Гул нарастал. Я медленно пятилась назад, а наследный принц становился все злее. Сменив выражение скуки на мелькающую во взгляде злость, он безошибочно определил источник шума и посмотрел прямо на меня. 

Лишь на секунду на лице принца мелькнуло удивление. Конечно, в зале было достаточно светло, и уловить сходство было несложно. Наши взгляды встретились, а потом Маркус продолжил бубнить свою речь. 

Но и этого хватило. Холодные глаза принца пронзили меня льдом и обещанием всех возможных наказаний.

Что-то пискнув Линде, я направилась прямо к выходу и почти покинула зал, как где-то сбоку заметила фигуру Ройса. 

Младший брат Рея тоже обладал магией огня и был старше меня, но, поскольку учился на боевом факультете, обучался почти также долго, как целители.

Еще вчера Рей рассказал, что благодаря выпуску брата он проберется на наш бал. И раньше я бы обрадовалась тому, что Ройс в зале. Раньше – до того как нас представили. Выражение у юноши было такое, словно ему представляют болотного червя, не больше. 

Именно тогда пришло осознание, что легко в семье Найт мне не будет. Но Рей, как обычно, отогнал все тревожные мысли и укрыл от всех грез в своих горячих объятиях. И в следующие встречи Ройс был хмурым, но любезным. Только изредка он "кусал" меня исподтишка и шепотом, не рискуя идти на открытый конфликт со старшим братом.

Внутри все звенело от желания сбежать – не ждать подруг, ничего не объяснять. Покинуть стены Академии и бежать. 

Но спина Ройса напомнила мне о том, ради кого я так старательно собиралась, и отогнала страх. В объятиях своего тайного жениха я снова буду в безопасности. Представив объятия Рея, даже принц казался не таким опасным.

Глубоко вздохнув, я утешила себя тем, что бал вот-вот начнется, а значит, Рей вот-вот придет, и все будет хорошо. Я искренне в это верила, что с женихом мне ничего не будет угрожать, даже не подозревая, как глубоко ошибалась.

В надежде дождаться появления Реймонда и не пропустить момент, когда он войдет в зал, я скрылась за колонной у выхода. Если Рей не придет, пока начнется первый танец, я смогу незаметно сбежать и избежать даже случайной встречи с принцем.

Я явно недооценила принца и полностью проигнорировала наставления дяди и отца.

Маркус уже почти закончил бубнить речь. Широкая колонна, за которой я скрылась, казалась надежной защитой, а Рей вот-вот придет. Даже звенящая внутри тревога начала отступать. 

До того самого момента, как бархатный голос наследника, усилившийся магией, громко произнес мой приговор. 

— Первый танец я дарую маркизе Вайолет Ред, — прозвучал голос Маркуса, и в зале воцарилась тишина. 

Паника на грани истерики – это было не то, что я испытала. Тело замерло, и я ощутила животный ужас, как перед лицом необратимой гибели. 

Бежать, так быстро и так далеко, как только возможно. Инстинкты буквально вопили об опасности, но тут же утопали во что-то вязкое, не позволяя мне сдвинуться с места или хотя бы позвать на помощь. Закричать, что мне плохо, упасть в обморок – что угодно, лишь бы не идти к наследнику.

Опираясь руками на холодный камень, я замерла и, кажется, перестала дышать, тщетно пытаясь заставить себя двинуться в сторону выхода. Но ноги словно приросли к месту, и я не смогла ступить и шагу. Тем временем принц снова повторил свой приговор. 

Больше сопротивляться сил не осталось. Повинуясь невидимому приказу, я покинула ненадежное убежище и направилась навстречу своей гибели.

— Первый танец я дарую маркизе Вайолет Ред, — с ехидной улыбкой повторил Маркус, протягивая руку. 

Сквозь туман я наблюдала, как расступилась толпа выпускников, и, точно так же не осознавая, что делаю, вложила дрожащую ладонь в руку наследного принца. 

"Магия королевской семьи. Приказы не оспариваются," — эхом звучало в ушах, пока Маркус уверенно шагал в центр зала. 

Пока не заиграла музыка, вокруг нас царила тишина. Никто не понимал поступка принца, никто не догадывался, что именно дочь бастарда заставила молодого наследника посетить Академию. 

Никто не знал, что, натянув улыбку, внутри я все билась в агонии, сопротивляясь тому, что происходит. Но внешне все выглядело как обычный танец – наследного принца и выбранной им адептки. Мне все завидовали, и никто не посмел вмешаться. 

Холодная рука Маркуса с силой обхватила мою талию, и зазвучала мелодия, которую я радостно напевала весь день. 

Вместе с первым аккордом прощального вальса немного рассеялась магия наследника. 

— Попалась, — ехидно заявил принц, смерив меня совсем не дружелюбным взглядом. 

Под пристальными и жадными взглядами присутствующих аристократов наследник уверенно вел партнершу в танце, не обращая внимания на дрожащие руки и ошибки. 

Кажется, от испуга я несколько раз перепутала па и оттоптала Маркусу ноги. Но маг никак не выказал ни злости, ни удивления, все крепче удерживая рядом. В его руках я чувствовала себя не партнершей по танцу, а добычей сильного и опытного хищника. Но все так же наивно полагала, что это всего лишь из-за внешнего сходства, которое заметили адепты.

"Дыши. Всего один танец. Дыши," — мысленно повторяла, стараясь следовать музыке. 

Какое-то время это работало, но последние аккорды вальса отзвучали, а Маркус не собирался отпускать свою добычу. Только перевел руку на предплечье и, с силой сжав, куда-то потянул. 

— Кажется, вам дурно, маркиза. Тут душно, — объяснил свои действия принц. 

Дверь на балкон громко хлопнула за спиной, и дымка окончательно развеялась. Магия принца отступила, сменяясь леденящим душу страхом. 

Маркус засмеялся.

— А я уже боялся, что родовая магия на тебе не сработает, дочь бастарда, — заявил мужчина. 

Встряхнув головой и растрепав прическу, я вопросительно посмотрела на наследника. 

— Ваше Высочество, вас ждут другие адептки. Спасибо, мне уже лучше, я, пожалуй, пойду, — дрожащим голосом произнесла, пытаясь обойти мужчину и покинуть балкон. 

Если Рей еще не в зале, значит, у него не вышло, а после близкого знакомства с принцем я не могла дольше ждать. 

Хотелось домой, обо всем рассказать дяде. Возможно, мне стоит уехать на практику в Горный питомник сразу после подписания договора о помолвке. Объявление и прием родители Рея могут устроить без меня и, скорее всего, не особо расстроятся такому повороту. 

Но в этот вечер все шло как-то не так. Поймав меня у выхода, Маркус оттолкнул к перилам и, нависая, крепко зажал руками поручни, не позволяя шевельнуться. 

— Ты же не думаешь, что ради танцев я явился в эту богадельню? — зло заявил мужчина, прожигая меня такими похожими глазами. 

— Зачем? — ошарашенно спросила и, услышав шум со стороны входа, повернула голову. 

Казалось, кто-то открыл дверь, что давало слабую надежду, будто принц вот-вот отпустит и уйдет. Но спаситель так и не явился, а дверь за спиной Маркуса была все так же закрыта, скрывая все, что происходит на слишком тесном балконе. 

— За тобой, Вайолет. Мой безумный дед совершил достаточно ошибок, а ты привлекла слишком много внимания, — объяснил наследник. 

На это я по привычке отрицательно покачала головой. 

— Не понимаю, — прошептала, заглядывая в злые глаза Маркуса Брита. 

Я слишком хорошо понимала, но все еще надеялась вырваться и сбежать. Если принц решит, что я просто глупая девочка, возможно, он отступит. И на какое-то мгновение я всерьез поверила, что Маркус уступит. 

— Ну куда уж тебе, — оскалился мужчина, наконец ослабляя хватку. — Ты не задавалась вопросом, почему у других королей не было бастардов, Вайолет? Ни одного бастарда до твоего отца, — спросил Маркус, прохаживаясь передо мной с видом, будто объясняет очевидные вещи ребенку. 

В ответ я снова покачала головой. До моего отца у королей и правда не было бастардов, но мне не было никакого дела до того, что происходит за стенами дворца. 

Моя реакция принца не удивила, скорее, еще больше разозлила. Маркус зло засмеялся. 

— Конечно нет, — сказал он и вздохнул, доставая из сюртука какой-то флакон. — Вот благодаря этому чудо-зелью, дочь бастарда. Короли никогда не отличались верностью, но всем, кроме моего деда, хватило здравого ума хранить чистоту крови и магии. Но безумный король слишком любил свою любовницу и не стал поить ее зельем, когда узнал о бастарде. Хотя это ее все равно не спасло. Вторую ошибку совершила твоя мать, не пожелавшая принимать это зелье. И вот результат, — он указал на меня рукой и противно скривился. — Ты не должна была родиться, Вайолет, и мы не можем позволить бастарду запятнать королевскую кровь. Пей, — строго приказал принц, протягивая мне флакон. 

— Не буду, — прошептала и попыталась отойти. 

Но бежать было некуда, а глаза наследника зло блеснули серебром. 

Красивое лицо Маркуса исказила гримаса злости, делая черты острее, а взгляд – еще более жутким. 

Маленький шаг в сторону выхода, и в следующее мгновение я оказалась на каменном полу, прижатая телом мужчины.

— Помоги, Ройс, я уже достаточно времени потратил на это ничтожество. Держи руки, я волью зелье, — зло прорычал принц. 

В следующее мгновение, из тени вышел младший брат моего жениха. 

— Сначала доказательство для Рея. Он просто так не отступит, — возразил молодой маг, и от осознания того, что здесь происходит, мои глаза округлились от ужаса. 

Они все спланировали и загнали меня в ловушку. Никто не придет на помощь. Никто не спасет от наследного принца. 

— Рей, — пискнула я, пытаясь оттолкнуть наследника, склонившегося и больно сжимающего мои руки. 

В ответ Ройс противно засмеялся. 

— Его заняли на этот вечер, никто не придет, — ехидно оскалился младший Найт и, присев рядом, достал из кармана артефакт. 

Как бы я ни билась в руках принца, слушая гадкие смешки и комментарии Ройса, мужчина оказался сильнее. 

Выругавшись, Маркус резко дернул меня на себя, с силой прижимая к полу. Холодная ладонь принца зафиксировала затылок, а ледяные губы захватили мои, в плен жесткого и такого же ледяного поцелуя. 

— Готово! — довольно сказал младший Найт, и принц оттолкнул меня на каменный пол, как тряпичную куклу. 

Поднялся, демонстративно сплюнул и вытер рот. 

— Держи ее, — приказал Маркус. 

Прежде чем я успела пикнуть, Ройс потянул мои волосы, заставляя сесть и не давая сопротивляться. Горячие ладони предателя зафиксировали руки за спиной, а огромная рука принца закрыла мне нос, заставляя сделать вдох. 

Как бы я ни билась в руках двух взрослых мужчин, выбраться так и не удалось. Тело связала неведомая магия принца, а руки удерживал брат жениха. 

Вместо желанного воздуха в рот потекла горькая жидкость, которую Маркус заставил проглотить. 

— Вот и все, — выдохнул наследник, поднимаясь. — Счастливой жизни, Вайолет Ред. Не будь мы родственниками, я бы даже подумал о том, чтобы сделать тебя фавориткой. Слишком сладкая... Теперь понятно, почему Найт охранял тебя как сторожевой пес. От такой грелки непросто отказаться. Но увы, — довольно произнес Маркус. 

Уже направляясь к двери, принц напоследок приказал: 

— Иди домой, дочь бастарда. Покинь Академию немедленно и ни с кем не разговаривай до утра. Это приказ твоего будущего короля.

Как только младший Найт и наследник покинули балкон, меня снова окутал туман магии принца. 

Сквозь дымку я видела танцующие пары и преподавателей, но так и не смогла выдавить ни звука. Даже слезы застряли где-то внутри. Словно кукла, я двигалась к выходу, не проронив ни звука.

Непонятно, как мне удалось добраться домой, снять проклятое платье и даже забраться в постель. Все лица и слова расплывались в тумане, а проснулась я от громкого стука в дверь своей спальни. Еще не подозревая, что за ее пределами творится хаос.

Дом виконта Реда. Утро после бала.

Вайолет.

— Вайолет, оденься, мы ждём в гостиной. Быстро! — прозвучал строгий голос Джорджианы, и тон виконтессы заставил меня вскочить с кровати. 

Очень редко воспитанная и манерная леди позволяла себе подобные интонации. 

Что-то приключилось, и, судя по воспоминаниям вчерашнего вечера, я даже догадывалась, что вызвало недовольство родственников. 

Натянув прогулочное платье, приготовленное заранее, я заплела волосы в косу и побежала в гостиную, откуда доносились крики жены виконта. 

Джорджиана в ярости – такое на моей памяти случалось впервые. 

— Пустыня. Других вариантов у нас нет, Герри, — прозвучала фраза, прежде чем я успела войти в гостиную.

На моё приветствие виконт впервые не ответил, а его жена демонстративно отвернулась к окну. 

Герри Ред молча положил на стол утренний выпуск Королевских хроник, где на главной странице красовался маг-снимок юной маркизы Вайолет Ред в объятиях наследного принца. 

Судя по картинке, и не скажешь, что Маркус целовал меня насильно. А заголовок подтвердил опасения и объяснил, о каких доказательствах говорил Ройс.

“Новая фаворитка принца. Маркиза Вайолет Ред соблазнила наследника прямо на выпускном балу Королевской Академии Магии. Любовное зелье или заманчивое предложение? Что заставило наследника обратить внимание на посредственную магичку?” — гласили отрывки статьи. 

Снимок с поцелуем дополнялся ещё несколькими весьма интересными картинками. Один сделали, когда принц читал речь, и мы встретились взглядом из-за шепота адепток. Несколько – во время танца, и ещё один – как наследник уводит меня на балкон.

— Я могу объяснить! Всё не так! — ошарашенно пискнула, переводя взгляд с почему-то виноватого дяди на злую виконтессу. 

— Ты немедленно покидаешь столицу, Вайолет. Молись известным тебе духам, чтобы скандал забылся, пока ты будешь на практике. Иначе в столицу ты не вернёшься. Устраивайся и привыкай. Ближайшие несколько лет ты проведешь в Пустыне. Герри написал письмо. Твои вещи и направление пришлют в корпус Пустынной академии. Портальный перенос мы заказали на полдень, — громко сказала Джорджиана, и дядя Герри опустил голову. 

— Так будет лучше, Ви. Мне жаль, — подтвердил он слова жены. 

— Но как же? Я ведь ничего не могла сделать! Странная магия принца… — попыталась оправдаться, и тут же в стену полетела любимая ваза тетки. 

— Молчи! Мы относились к тебе как к родной. Но то, что сейчас происходит, – предел, Ви. Не жаль нас – пожалей Лисабет. Ты желаешь, чтобы она, как и ты, и твой отец, была изгоем? Чтобы нас всех выслали или, того хуже, как твоих… — начала кричать Джорджиана, но дядя встал и громко ударил ладонью по столу.

— Тебе тоже следует молчать, Джорджи. Это лишнее, — строго сказал он жене.

Виконтесса прикрыла рот руками и со слезами выбежала из гостиной. 

Проследив взглядом за дядиной женой, я опустила голову, понимая, что решение принято и оправдания тут никому не нужны. Оставался только последний аргумент.

— Как же помолвка? Реймонд не поверит слухам. Он не откажется от меня, дядя. Я точно знаю, что не откажется, — всхлипывая, сказала, и строгий маг вздохнул, заключив свою невезучую родственницу в объятия. 

С самого рождения я была бельмом на глазу королевской семьи, и Герри с ужасом ждал этого момента, но помешать не мог. 

Как ни желал он защитить любимую племянницу, к несчастью родившуюся с кровью, избранной драконами, скрыть внешнее сходство и магию было невозможно. А королевская семья была безжалостной, если речь шла об их власти и избранности.

— Не думаю, что Реймонд пойдет против семьи. Возможно, позже, но точно не сейчас, Ви. Если он придёт, я подскажу, где тебя искать и как связаться. Поверь, твоему жениху тоже нужно время. Он герцог, и, не лишившись статуса, объявить о помолвке не сможет. Пока нет. А ты ведь не хочешь, чтобы твой Рей стал таким же изгоем и потерял всё, чего достиг? — задал правильный вопрос виконт. 

Слишком хорошо он меня знал. Никогда я не стану вредить своему герцогу, даже если ради этого придётся уехать.

— Ты передашь ему записку? Уверена, Рей приедет, но, возможно, позже, чем я уеду, — спросила с надеждой, заглядывая в глаза своему единственному родственнику. 

— Конечно, Ви. Беги, собери всё лёгкое, остальное я пришлю позже. Всё будет хорошо, всё наладится. Слухи забудутся, и ты вернешься раньше, чем сама думаешь, — попытался успокоить меня грустный виконт.

Я поверила заботливому родственнику, а потому практически убежала из комнаты собирать вещи. 

Спустя несколько часов грустная, растрепанная маркиза сидела в старой повозке, сжимая в руке дорожный чемодан. Только самое необходимое, как и сказал дядя. Записка для жениха отправилась в карман виконта, и он помахал на прощание рукой.

Экипаж тронулся, всё дальше увозя меня от привычной и безопасной жизни. 

Красные пески – суровая пустыня. Обычное место для изгнания особо неугодных короне аристократов. 

Это совсем не то место, куда я собиралась отправиться. Но, прежде чем погрузиться в свои мысли, я приказала извозчику притормозить и назвала новый адрес. 

Упрямая, наивная, я не собиралась бежать, не простившись.

***

Столичный особняк герцога Найта выделялся своей вычурностью даже на фоне других домов приближенных к королю аристократов. 

Красная крыша и белоснежные колонны напоминали, что тут живет непростой аристократ – самый богатый герцог в королевстве. Породниться с семьей Найт считали за честь даже члены королевской семьи, не говоря уже о простых аристократах. 

Владелец рубиновых рудников, герцог мог не переживать о будущем своих наследников. Бессмертные богатства скрывались в каждой из пещер, и их хватит ещё не на одну сотню лет.

Красные камни служили не только для дамских украшений. Бесценные рубины использовались в артефактах, позволяющих управлять драками. А вот бескрылые ящеры водились почти в каждой семье. 

Груз перевезти, повозку тянуть или на охоте загонять дичь. В зависимости от дрессировки, драки вполне могли заменить несколько видов менее стойких животных. Лошадей и собак в королевстве почти не осталось. Их успешно заменили одичалые потомки драконов. 

Чем больше становилось питомников, разводивших драков, тем больше золота лилось в сокровищницу герцога Найта.

Подходя к главному входу, я несмело постучала. 

Хоть глазком увидеть Реймонда – это всё, о чём можно было мечтать. 

Как всегда, приветливый дворецкий проводил меня в гостиную и предложил чай. Я ждала совсем другого приёма, а потому выдохнула с облегчением. 

Возможно, в доме герцога ещё не слышали о скандале, и мне удастся объясниться с женихом до того, как до него дойдут слухи.

Время неумолимо приближалось к полудню, а Рей всё не появлялся. 

Когда за дверью послышались глухие шаги, я вскочила с диванчика, вытирая о платье вмиг вспотевшие от волнения ладони. 

Времени на разговор не осталось, было желание нырнуть в объятия Рея и забыться хоть на несколько секунд. Но и этим мечтам сбыться было не суждено.

В гостиную вошёл Оскар Найт в сопровождении Ройса.

— Чем обязан, маркиза? — строго спросил герцог, и я прищурилась. 

Судя по довольному оскалу Ройса, сплетни герцог уже получил из первых рук.

— Я бы хотела увидеться с Реймондом, ваше сиятельство, — тихо сказала, переводя взгляд с герцога на его младшего сына. 

— К сожалению, это невозможно. Реймонд ещё вечером отбыл в родовое имение и вернётся не раньше чем через месяц. Что-то ещё? — строго сказал мужчина, и, судя по довольному оскалу Ройса, парень явно наслаждался моей реакцией.

Разочарование от услышанного скрыть не удалось. Рей уехал еще вчера, а потому не пришёл на бал. Если бы только он пришёл… 

Глубоко вздохнув, я опустила взгляд и поправила платье.

— Нет, это всё. Спасибо, — почти шёпотом ответила и направилась к выходу. 

До портального переноса ехать через половину столицы, и стоило торопиться. Да и задавать другие вопросы было некому, а просить передать Реймонду записку неловко, как и спрашивать, как с ним связаться.

Я почти успела покинуть гостиную, когда в спину прозвучал строгий голос герцога. 

— Постойте, Вайолет, — произнес Оскар Найт, заставляя замереть от подобного обращения.

Раньше герцог Найт никогда не нарушал приличий и всегда держался холодно и отстраненно. Слышать от него своё имя было непривычно и заставило насторожиться. 

Уловив мой вопросительный взгляд, герцог объяснил: 

— Я понимаю, что ты влюблена, девочка, но не стоит рушить жизнь моего старшего сына. Он молод, горяч, но чувства пройдут. Даже самые пылкие притупляются со временем. А вот разрушенная репутация никуда не денется. Маркус не отстанет. Раз уж тебя достали из чёрного ящика, то перемоют все кости, сама жить не захочешь. Просто покинь столицу и затеряйся среди простолюдинов. Так будет шанс прожить, по крайней мере, спокойную жизнь. Но без Реймонда. Оставь его, Вайолет, всё равно ничего не выйдет, — сказал герцог и, подойдя вплотную, сунул что-то в руку, быстро покинув гостиную.

— Удачи, дочь бастарда, — ехидно пропел Ройс, хвостиком семеня следом за отцом.

Раскрывать конверт времени не было, как и выяснять, что именно заставило герцога нарушить приличия. Спрятав листок, я поспешила в повозку. Я обязательно подумаю о словах герцога и о том, знает ли Рей о происшествии на балу, но не тут и не сейчас. 

Только в очереди, ожидая портального переноса, я развернула листок. 

Герцог сунул мне вексель на сто золотых монет. Целое состояние для воспитанницы виконта и всего лишь капля в море золота для герцога. 

Вздохнув, я вернула бумажку в карман. 

Меня дорого оценили, или это была плата за то, чтобы оставить Рея в покое? Что ж, сто золотых за наследника самого богатого рода – ничтожно малая сумма.

Уверена, Реймонд не раз вспомнит эту выходку своего отца. И он обязательно о ней узнает. 

С первым же письмом, я вышлю ему вексель. Слишком хорошо я знаю своего жениха, никакая ссылка нас не разлучит.

***

Юная маркиза верила в то, что любовь может преодолеть все преграды, а социальный статус не важен. 

А ещё, я искренне верила в то, что Реймонд не поверит абсурдным слухам и никогда от меня не откажется.

Когда, спустя месяц работы в Пустынном питомнике, я так и не получила ответного письма, уверенность немного треснула. И трещины расползлись паутинкой после того, как дядя Герри написал, что Рей не пришёл за запиской, хотя уже давно вернулся в столицу. 

Написав еще одно письмо в столичный особняк герцога, я снова стала ждать ответа.

Возможно, в родовой особняк письма просто не доходили или терялись среди других. В столичном особняке такого точно не случится. 

Но и на второе письмо ответа не было. Ни через неделю, ни через две. 

Рей упорно молчал, не прислав ни строчки. Вместо писем возлюбленного, кто-то регулярно отправлял мне газеты, где обсуждались слухи о том, что Маркус в очередной раз отправился в Лесной питомник к своей фаворитке. 

Королевские хроники всё никак не унимались, снова и снова вспоминая обо мне. Содержанка, фаворитка, любовница – с каждым новым выпуском мне присваивали новый титул. 

После каждого выхода грязного сборника сплетен, кто-то присылал свежий выпуск, словно намекая, что надежды вернуться в столицу все еще нет и мне стоит смириться и осваиваться. 

Нетрудно было догадаться, что это делает Джорджиана, чтобы напомнить о скандале, но доказательств не было. 

И даже тогда я не сдалась. Вместо одной записки раз в месяц, я начала писать Реймонду каждую неделю. 

Описывала Пустынную Академию, питомник и то, как сильно я скучаю. Рассказывала о новых сплетнях, надеясь, что однажды мы вместе над ними посмеемся. 

С каждой неделей количество отправленных писем становилось всё больше. За полгода я отправила столько, что ими можно было топить камин и согреть особняк герцога. Но ни одного ответа так и не получила. 

И только перед отправкой очередного письма поняла причину. 

Вместо отправки, маг-портальщик указал на несколько стопок связанных лентой конвертов. 

— Вернулись из столицы. Вот адрес и имя отправителя, — сказал мужчина, указав на листок, прикрепленный к связке. 

Без труда я узнала почерк своего несостоявшегося жениха. 

“Не пиши больше. Прощаю и прощай,” — было указано в записке. 

Как только я поняла смысл последних слов, в глазах потемнело, а пол качнулся. 

Реймонд не прочел ни одного письма. Даже не распечатав, он всё отправил обратно. 

Наследник герцога Найта поверил слухам и сплетням. Он отказался от меня. Вопреки всем своим клятвам и словам, он отказался. 

Предательство больно кольнуло внутри, а трещина, которая всё это время росла, наконец распалась осколками. Как разбитое зеркало, все надежды Вайолет Ред осыпалась на пол. 

Несколько недель я рыдала в комнате, оплакивая свою судьбу, мысленно бранила Маркуса, герцога и Королевские хроники, а потом впервые отправилась в лагерь Охотников. 

Никто не желал связываться с “дикарями”. 

Даже аристократы в ссылке считали ниже своего достоинства общаться с теми, кто выживал в Красных песках. Но я никогда не была склонна к предрассудкам.

Поэтому, когда один из загонщиков при Пустынной Академии обмолвился, что в рядах охотников появилось место и они ищут ученика, я оставила свою комнату, которая превратилась в склеп, и отправилась в лагерь “дикарей”. 

Пять лет спустя.
Красные пески. Пустынный питомник.

Солнце в пустыне было безжалостным.

Некогда светлая кожа маркизы Ред потемнела, как и у остальных работников Питомника. Волосы стали жёсткими, а руки больше не напоминали руки благородной аристократки.

Пять лет среди песков и жарких ветров не прошли бесследно.

Наивная и нежная Вайолет утонула и затерялась где-то среди Красных песков. Маркиза Ред погибла в пустыне, куда её отправили для укрощения драка.

— Найт, отдохни, дружок, — тихо проговорила Ви, похлопав по чёрной, как уголь, шкуре своего драка.

Их крепкая дружба выковалась не сразу, но теперь Найт был ей вернее любого союзника из прошлого.

Теперь Ви Ред была охотницей, одной из самых юных и одновременно сильнейшей в Пустынном питомнике.

Серое платье и спрятанные под платком волосы позволяли бывшей маркизе слиться с толпой неблагородных магов – изгнанников, поколениями выживавших лишь за счет добытых в пещерах яиц диких драков.

Ви привыкла к этому миру, где день раскаляет песок до предела, а ночь превращает его в ледяное стекло. Здесь не спасала ни магия, ни артефакты. 

Если охотник не успевал спрятаться до захода солнца, шансов выжить не оставалось. Песчаные бури превращали мелкий красный песок в оружие, способное убить незащищенного мага за считанные мгновения.

В столице аристократы заключали союзы, чтобы укрепить свое положение. В пустыне был только один союзник: драк. Без ящера охотнику в песках не выжить.

Жизнь в лагере “дикарей” была устроена весьма непривычно: вещи, пища и дома были общими, а правила, принятые в королевстве, здесь игнорировались, потому что не имели значения.

Вначале Вайолет не понимала, почему маги не стремятся иметь что-то личное. Но после года жизни среди “дикарей” и нескольких вылазок в Красные пески осознала, что другой уклад здесь не сработает.

Охотники уходили и не возвращались, а их вещи раздавали тем, кто выжил или только прибыл в пустыню из Большого мира.

“Большой мир” – так охотники называли всё, что лежало за пределами пустыни.

В Красных песках существовал свой закрытый мир, далекий от привычного уклада. Только тот, кто побывал глубоко в пустыне, мог понять, почему прожить ещё один день казалось важнее, чем фальшивые правила, придуманные аристократами. 

Лишь став охотницей и побывав на краю, Ви Ред поняла, что значит по-настоящему жить.

***

Вайолет.

Каменная комната бывшей маркизы была такой же, как у остальных охотников: жёсткая кровать, накрытая тонким пледом, защитный артефакт, не пропускающий холод, и небольшой стол со стулом. 

При Песчаной Академии были и более комфортные условия, но, став охотником, я сама перебралась в их лагерь. 

Другие маги просто не могли понять, как после десяти часов в пустыне грязная и пыльная, я могла упасть на жесткую койку и отключиться до утра. Как маркиза, привыкшая носить чопорные и красивые платья, могла натянуть на себя наряд, который едва скрывал её формы. 

После нескольких осуждающих взглядов от недавно прибывших в Академию профессоров, я собрала немногие вещи и оставила прошлую жизнь пылиться в хранилище.

Все платья и приличные наряды были заперты на складе при Академии – на случай, если однажды всё же придётся навестить Большой мир. 

В чём я уже сомневалась. 

Даже спустя годы, в Королевских хрониках периодически всплывали сплетни о какой-то рыжей любовнице Маркуса, и, конечно же, имя Вайолет Ред не уставали связывать с незнакомой девушкой. 

Дядя Герри наверняка знал, что я не покидала пределов пустыни, в то время как Маркуса и его якобы похожую фаворитку видели в другой части королевства. Но всё так же настоятельно, виконт рекомендовал не привлекать внимания и даже не думать о том, чтобы вернуться.

Первое время слухи злили, но потом я перестала читать письма от дяди и Королевские хроники, которые слала Джорджиана. 

Перестала после того, как к бумажному портрету виконтесса приложила записку. 

“Мне жаль, дорогая, но этого следовало ожидать. Надеюсь, это окончательно убедит тебя, что в столице тебе не место,” — написала Джорджиана.

На первой странице Королевских хроник, был магический портрет строгого наследника – герцога Реймонда Найта – и его будущей невесты Селии Брит. 

Кинув хронику в корзину для отходов, я молча натянула серый платок.

Прошло уже достаточно много времени, и, если боль от предательства и осталась, она колола где-то слишком глубоко. 

Нам с Дэмианом предстояла очередная охота, и оплакивать мечты Вайолет Ред попросту не было времени. Как, впрочем, не было и самой Вайолет.

Спустя несколько лет воспоминания о столичной жизни казались каким-то сном, а скучная жизнь аристократки – ненастоящей. 

Зато жизнь в пустыне заставляла кровь бежать быстрее, и именно здесь я умерла, чтобы, наконец, ощутить себя по-настоящему живой. 

Пустыня стала домом, чужие маги – семьей, а я стала охотницей. 

После очередной охоты, сдав добычу, я направилась к портальщику. 

Короткая записка, воткнутая в дверь “пещеры”, сообщала, что пришло внеочередное письмо, и в этот раз придётся его распечатать.

— Виред, вам не только хроники, ещё письмо, — прозвучал голос мага-портальщика. 

Кивнув, я забрала напоминание о прошлой жизни и направилась в свою комнату.

Под тусклым светом артефакта я вскрыла конверт, игнорируя Королевский сборник сплетен. Если бы не красная отметка, обозначающая, что послание срочное и важное, конверт отправился бы в стопку к остальным.

За пять лет таких писем от дяди скопилось немало. Он писал почти каждый месяц: извинялся, рассказывал сплетни и слухи, а также обязательно просил не возвращаться. 

После помолвки Реймонда и принцессы Селии, о которой любезно сообщила Джорджиана, я перестала читать письма. Складывала все конверты в стопку и отправляла на склад к остальным напоминаниям о теперь уже чужой жизни.

Ровный почерк Джорджианы на новом конверте заставил напрячься. 

В отличие от виконта, его жена не писала мне ни разу, за исключением нескольких скупых записок со слухами о молодом герцоге. 

Не знаю, наказывала она меня или просто пыталась убедить не возвращаться. Но портрет счастливой Селии и нарядного хмурого Реймонда, стал последней каплей. 

Отогнав мелькнувшую перед глазами картинку, я взломала печать, прочла содержимое конверта и подняла с пола небрежно брошенный сборник сплетен. 

На обложке, впервые на моей памяти, красовался не представитель королевской семьи. Магический портрет показывал Герри Реда в антимагических браслетах – громкое дело, погрузившее столицу в траур.

Прикрыв глаза, я собралась с мыслями и, отгоняя накатившую усталость, направилась в омывальню. 

Дэмиану не понравятся новости, но без позволения старшего, охотник не может покинуть лагерь.

Портальный переход откроется только в полдень следующего дня, так что у меня есть время утрясти всё с главным охотником и наведаться в хранилище. 

Непонятно, как я могу помочь Джорджиане и Герри, но виконтесса слёзно молила срочно вернуться в столицу. 

***

Особняк виконта Реда.

Вайолет.

— Возможно, он послушает тебя, Вайолет. Всё же вы не чужие. Со мной они даже встречаться отказались, но на твое имя, как ни странно, пришло приглашение. Бал в честь помолвки младшего герцога. Прошу, Ви, ты же как родная для Герри. Он не выживет в темнице, — молящим тоном причитала Джорджиана, пока маленький Алек вертелся на её руках.

Оказалось, я пропустила весьма приятные новости: у меня появился ещё один маленький кузен. 

А ещё, дядю угораздило связаться с Найтами. Вместо магической защиты для новых домов, он взялся укреплять рудники герцога Найта. И всё шло как нельзя лучше, пока несколько дней назад не случился обвал.

Конечно же, крайним в гибели магов, которых завалило в пещере, признали виконта Реда. Ещё вчера отряд гвардейцев увёз его в городскую темницу.

— У меня даже платья нет. Вы правда считаете, что после всего, меня пустят на порог особняка герцога? — решила уточнить, всё так же безразлично глядя в окно, как когда-то делала сама виконтесса.

Нет, я не злилась на жену Герри, просто ощущала себя сторонним наблюдателем в этом мире фальши и притворства.

— Платье можешь взять у Лисабет. Мы готовили её к бальному сезону. Теперь наряды ей не нужны, а ты совсем высохла, будет в пору, — тихо сказала Джорджиана, успокаивая маленького сына.

Понимая, что женщина настроена серьезно, я обреченно вздохнула. 

В одном тётка не ошиблась: Герри мне не чужой, а потому я не стала отказывать.

— Приготовьте платье и косметику. Я сделаю всё, что смогу. И как я могу увидеть дядю Герри? — спросила у почти рыдающей от облегчения тётки, и та лихорадочно закивала.

— Да, конечно! — дрожащей рукой Джорджиана написала адрес, где удерживают виконта.

Протянув листок, она продолжала оправдываться, что боится посещать темницу, чтобы не заразиться лихорадкой и не оставить детей без единственного родителя.

Хмыкнув, я забрала бумагу. За пять лет она совсем не изменилась – всё такая же чопорная. Теперь это казалось невероятно глупым.

Осматривая старую комнату, я пыталась понять, были ли моя тётка и кузина всегда такими неженками или изменились за время, пока я была в ссылке. 

Перебирая прежние вещи, припавшие толстым слоем пыли, пришла к выводу, что мир вокруг остался прежним. Изменилась я, и не могу сказать, что к худшему. Все эти платья, заботы о моде и балах казались пустыми и скучными.

Вернувшись в столицу и окунувшись в фальшь и напускное благородство, я остро захотела обратно в пустыню. 

Маги Красных песков были открытыми и настоящими. В моём новом мире не было места притворству и лжи, на это попросту не хватало ни времени, ни сил.

Дикие драки, которых выслеживают и приручают охотники, не оценят манерности. Ведомые инстинктами, они понимают только язык силы и подчинения.

Когда последние следы пустыни утекли вместе с проточной водой, я осмотрела своё уставшее отражение.

Мало чем Вайолет напоминала ту маркизу, которая пять лет назад покинула столицу. Немного внешне, но и внешность изменилась.

Горячие ветра и обжигающее солнце сделали волосы еще ярче, а кожу – золотистой. Некогда длинные волосы теперь едва спускались ниже плеч. Только глаза остались прежними – холодными, наполненными жидким серебром. Правда, следов наивности в них больше не было.

Я не просто повзрослела. Я стала совершенно другой.

— Войди, — тихо сказала, когда в дверь постучали.

— Ви, я принесла платья. Твои уже вышли из моды. Одно прогулочное, а другое – для приёма, — тихо прошептала Лисабет.

За пять лет девочка выросла и превратилась в юную невесту. Ещё немного, и Лиса начнет принимать кавалеров. Если, конечно, случай на рудниках окончательно не похоронит репутацию виконта.

— Спасибо, Лисабет. Надеюсь, они мне подойдут, — холодно ответила и, ещё раз осмотрев свою кожу, добавила: — Ты не поделишься со мной пудрой? Или чем-то ещё… Нужно хоть как-то скрыть этот ужас. Вечером, среди знати, я больше буду похожа на служанку, нацепившую платье госпожи.

Девушка покраснела и кивнула. Через несколько минут Лисабет внесла в комнату огромную шкатулку с косметикой.

Спустя час в зеркале отразилось подобие прежней Вайолет Ред, но только внешне. Картинка, способная обмануть аристократов.

— Ви, не злись на отца. Он всё это время сильно переживал, корил себя и даже пытался договориться для тебя о месте в Горном питомнике. Поэтому и пошёл на службу к герцогу Найту. Питомник, как и Горная Академия, находятся на его земле, — тихо сказала Лиса, уже направляясь к двери.

— О чём ты, Лиса? — удивлённо спросила, надевая накидку на любезно предоставленный кузиной наряд.

— Уже несколько лет он думает, как вытащить тебя из того ужасного места. Но Королевские хроники будто нарочно подогревали интерес к слухам о тебе и принце. Отцу отказывали все – и Столичный питомник, и Лесной. Герцог Найт обещал подумать, если отец отслужит на рудниках год. Но он не успел, просто не успел, — со слезами на глазах сказала Лисабет и осела на пол, пряча лицо в руках. — Помоги отцу, Ви, прошу, помоги. Он не выживет в темнице. Вы с наследником Найтом хорошо знакомы, он не откажет тебе. Должен хотя бы выслушать. Иначе зачем прислал приглашение?

Вздохнув, я присела рядом с девушкой и погладила её по голове. 

Жестоко винить её за наивность – я сама была такой же. Верила, что всё можно уладить, что всё можно решить. А ещё верила молодому герцогу.

— Я сделаю всё возможное, Лиса, всё, что потребуется, — тихо пообещала кузине и, поднявшись, направилась к выходу.

Время для встречи с виконтом поджимало.

Прежде чем обращаться к Реймонду, следовало узнать, что именно произошло на рудниках Найта.

Дядя Герри был опытным магом и не мог ошибиться с защитой. Только он мог объяснить, за что на самом деле попал в темницу королевской гвардии.

***

Городская темница.

Вайолет.

Здание отдела столичных гвардейцев находилось на окраине города. 

Тёмное и оплетенное тяжёлой магической защитой, оно вызывало дрожь одним своим видом. 

Несколько каменных этажей с витражными окнами служили кабинетами для гвардейцев, а нижние помещения уходили на несколько уровней под землю. Именно туда мне предстояло спуститься.

Для многих заключенных казнь становилась облегчением. После долгого пребывания в каменной клетке, куда не проникали ни свежий воздух, ни солнечный свет.

Темницу следовало бы назвать пыточной, поскольку заключенных содержали в ужасных условиях. Сырое, тёмное помещение, где день и ночь сливались воедино. Только по стражам, которые обходили камеры, можно было определить примерное время суток.

Гвардеец на входе недовольно смерил меня темными глазами. 

Боевой маг, как и все гвардейцы, он обладал взглядом, напоминающим потухший уголь: чёрным, пронзительным и холодным.

Коротко объяснив, к кому я пришла, ощутила, как всё тело оплела магия.

— Руки, — пробасил маг, призывая подчиниться.

Без антимагических браслетов вход в темницу был запрещён. В памяти всплыл магический портрет из Хроник: точно такие же браслеты были на Герри.

Молодой страж направился вниз, и с каждым новым этажом дышать становилось всё сложнее. 

Чем глубже мы спускались, тем сильнее ощущалось, что все, кто оказался в этих стенах, словно погребены заживо. Жизнью нахождение в темнице назвать было нельзя.

Остановившись у очередной решётки, маг указал рукой на углубление в сырой земле. На нижнем ярусе, куда поместили виконта, даже стены не были выложены камнем. Всё это больше напоминало наскоро вырытую нору.

— Пять минут, — сказал страж и отошёл, создавая видимость приватности.

Хотя каждый вздох в этом месте наверняка был ему слышен. Даже здесь всё пропитано притворными приличиями.

— Герри, — тихо позвала я, но голос эхом разнесся по коридору, больше напоминая крик.

В слабом свете артефакта, оставленного стражем, показалась худая, изможденная фигура Герри Реда.

— Ви, ты вернулась в столицу? Я просил Джорджи не писать… Просил. Тебе не следует тут быть. Это могила. Тебе не следует… — едва слышно прошептал виконт.

— У нас нет времени, дядя. Я уже здесь. Вместо напутствий объясни, что случилось. Почему обвалился рудник? — холодно спросила, изучая фигуру заметно постаревшего и осунувшегося мага.

Герри надрывно закашлялся и, приблизившись, поманил меня рукой, чтобы стражу сложнее было разобрать его хриплый шепот.

— Защита была надежной, Вайолет. Мы с твоим отцом испытывали этот способ не раз. Она не могла рухнуть сама. Кто-то взломал заклинание. Кто-то сильный. Я не ошибся. Не ошибся. Я уверен, что не ошибся, — повторял виконт.

Я достала спрятанный в юбке освещающий артефакт. 

Стражник не обратил на него внимания – такие артефакты встречались только у охотников Красных песков. Мне же необходимо было понять, в каком состоянии находится узник.

Всегда жизнерадостный Герри Ред не мог так быстро лишиться рассудка, даже в этом жутком месте. 

Как только артефакт вспыхнул, освещая пространство, мне пришлось прикрыть лицо руками, чтобы не закричать. 

На виконте не было живого места. Казалось, что завалило не магов в руднике, а самого Герри. Одежда была разорвана, а всё тело покрывали порезы и кровавые разводы.

— Что они сделали, дядя? Зачем? Ещё даже не было разбирательства. Тебя ведь не признали виновным, — тихо тараторила я, услышав шаги.

Стражнику явно не понравилась моя самодеятельность.

— Его не будет, Ви, никакого суда или разбирательства. Я до него не дотяну. Передай моей семье, что мне жаль. И ещё: им лучше покинуть столицу. Как только со мной будет всё кончено, им следует уехать. И тебе – не возвращайся больше. Прощай, малышка Ви. Прости, что не сдержал слово. Я пытался, пытался, — едва различимо бормотал узник, прикрыв глаза. 

Затем он направился вглубь своей норы, скрываясь от света артефакта.

— Не сдавайся, Герри. Ты не можешь. Ради Лисы и Алека, не смей сдаваться! Даю слово, что попытаюсь вытянуть тебя из этого могильника, только не сдавайся, — приникнув к решётке, я пыталась разглядеть родственника.

Пыталась подарить ему надежду, что всё наладится. Но Герри был не глуп, и в ответ на мои слова раздался тихий, хриплый смех, донёсшийся из дальнего конца камеры.

— Вся в отца, такая же боевая. Иди, Вайолет. Уезжай из столицы и забери моих девочек и сына – этого достаточно, — прохрипел Герри.

Я хотела ещё попытаться привести дядю в чувство, понять, безумен ли он или окончательно отчаялся. Но рука стража потушила артефакт, погружая пространство в сумерки. 

— Не положено. Время вышло, — строго сказал гвардеец и указал в сторону выхода.

Спорить с ним было бесполезно, и на ватных ногах я побрела в сторону лестницы.

Герри пытали. Жестоко пытали. И в словах дяди я не сомневалась. Если такое сотворили за два дня, до суда и разбирательства, виконт просто не доживет.

Но сдаться было бы слишком просто и совершенно мне не свойственно. 

Вместо того чтобы отправиться в особняк, я направилась к начальнику стражи.

Тучный маг неохотно показал обвинительный акт, составленный против Герри и утверждённый Оскаром Найтом. На мой вопрос, почему виконта кинули в темницу для простолюдинов, начальник отвел глаза и пробормотал что-то невнятное о приказе какого-то из королевских гвардейцев, сопровождавших герцога. 

Время, потраченное на беседу со старшим, оказалось пустой тратой слов, если бы не небольшая приписка к акту, о которой он случайно проговорился.

— Стандартный залог за узника третьего уровня – тысяча золотых в казну короля, — сказал начальник и тут же покраснел.

Уловив его оговорку, я подняла взгляд и отложила акт в сторону, потеряв надежду отыскать там что-то новое.

— Тысяча золотых? — переспросила, и начальник неуверенно кивнул.

— Это условия для всех. По виконту особых распоряжений не поступало, — попытался выкрутиться страж, но я уже не слушала его оправданий.

Это был шанс вытащить Герри из сырой ямы, и я намеревалась его использовать.

Спешно простившись со старшим стражем, я буквально летела обратно в городской особняк.

***

Вайолет.

— Вайолет, прошу, смени платье, — недовольно скривилась Джорджиана, едва я переступила порог.

Проигнорировав причитания жены виконта о том, что после темницы от меня несёт, я уверенно направилась в ванную. 

Не похоже было, чтобы дядина супруга беспокоилась о избитом и почти безумном муже. Виконтессу куда больше волновало то, что её родственница ехала через всю столицу с явным запахом отхожего места после посещения отдела гвардейцев. 

Но я предпочла закрыть глаза и на это. 

Не ради Джорджианы я собиралась вытаскивать Герри, а ради его детей. С таким воспитанием, как у виконтессы, оставалось только надеяться, что Лисабет вырастет более достойной девушкой.

Спустя час, отмывшись от вони подземелья, я наконец спустилась в гостиную, где собралась оставшаяся семья Герри. 

Лиса комкала подол платья и едва не вскочила в ожидании новостей об отце, а сама горе-супруга только пристально осматривала нелюбимую, но полезную племянницу.

— Что с Герри? Мы волнуемся, — наконец задала она вопрос, понимая, что делиться впечатлениями я не спешу.

— Ему плохо, и он не доживет до разбирательства, если мы в ближайшее время не заплатим залог, — коротко ответила.

При юной Лисе не хотелось вдаваться в подробности и описывать, насколько печальное состояние её отца.

— О, залог, — задумалась супруга виконта и, нехотя, всё же уточнила: — О какой сумме идёт речь?

— Тысяча золотых, — уверенно озвучила я нужную сумму, и глаза Джорджианы округлились, а Лисабет принялась тихо рыдать.

— Но у нас нет таких денег! Даже если оформить ссуду на дом, всё равно этого не хватит! — выпалила она, разводя руками. — Ни у кого нет таких денег, кроме самого короля и герцога Найта, — добавила Джорджиана и, прищурившись, осмотрела меня, словно увидела вексель, нарисованный прямо на лбу.

Намёк виконтессы был прозрачным, но я не знала, что ответить тётке. 

Приём через несколько часов, но просить герцога выкупить собственного преступника – это будет глупо.

Внутри теплилась слабая надежда, что удастся уговорить Оскара уменьшить сумму или потребовать другой залог. Но, учитывая условия и состояние дяди, на поблажки герцог, скорее всего, не пойдёт.

Я знала, что можно предпринять. Оставалось надеяться, что мой хрупкий план не обернется для семьи Ред еще большим позором.

— Ты же поговоришь с герцогом, пойдешь на прием? — с надеждой спросила Лисабет. 

Наивная девочка, она и представить не могла, насколько это будет невыносимо. Проглотив горечь во рту, я кивнула.

— Пойду, Лиса, и постараюсь вытащить твоего отца. Но ты должна мне помочь. Найди красное платье, — строго уточнила, и Лиса тут же метнулась наверх. 

Чтобы сыграть на старых воспоминаниях, выделенное Лисабет голубое платье никак не подходило.

Такой наряд подошёл бы самой Лисе – молодой, мечтательной и чистой.

Вайолет Ред – падшей женщине, содержанке и любовнице, как писали в газетах, – нужно что-то более темное и возрастное. Что-то, соответствующее развратным слухам, которые распространяли Ройс и Маркус.

Особняк Найтов.

Вайолет.

Особняк герцога Найта казался ещё больше, чем я помнила. 

Подав руку встречающему гостей лакею, я вздохнула, очередной раз напоминая себе, что больше не та наивная, влюблённая девушка, пришедшая сюда в надежде на милость и честь богатого герцога.

“Виред,” — повторяла я, вручая приглашение дежурившему у входа дворецкому. 

То же самое твердила, входя в шумный зал. 

Похоже, все приглашённые гости уже вовсю наслаждались приёмом. 

Замирая в дверях, я поправила тёмно-бордовое платье с неприлично глубоким декольте. Непонятно, по какому поводу его сшила Джорджиана. Но Лисе подобный наряд вряд ли когда-либо пригодится.

В отличие от присутствующих дам в светлых нарядах и обвешанных украшениями, я не надела ничего. Ничего, кроме вульгарного темного платья и красивой заколки, которую Лиса вплела в прическу. 

И, очевидно, с нарядом не прогадала.

Стоявшие ближе к входу гости замирали, ошарашенно разглядывая скандальную гостью, а после надевали маску презрения и провожали меня отнюдь не тихим шёпотом. 

Вайолет от такой встречи смутилась бы, но Виред было всё равно. Именно такой реакции я и добивалась. 

Привлекая внимание гостей, я рассчитывала продержаться достаточно долго, чтобы добиться от Реймонда приватного разговора.

Оскар Найт не стал бы публично выгонять гостью, чтобы новый скандал не испортил великолепный приём, к которому они так долго готовились. И в этом я не ошиблась.

Согласно установленным правилам, я уверенно прошла сквозь ошарашенную толпу гостей и поприветствовала герцога.

— Неожиданно. Не припомню, чтобы ваше имя было в списке, — недовольно ответил Оскар, переводя взгляд на Ройса и вопросительно приподнимая бровь.

Именно помолвка младшего герцога стала поводом для бала. И я прекрасно понимала, что не наследник и не хозяин внесли моё имя в список. 

Молодой и подлый маг специально отправил приглашение, ожидая повеселиться за счет униженной девушки, которая придёт, чтобы просить за виконта.

Но подлеца ждал сюрприз: я не собираюсь унижаться перед его отцом и требовать аудиенции. 

Ройс никогда не отличался ни особым умом, ни остроумием, а потому сразу подтвердил мои предположения.

— Прости, отец, наверное, я перепутал список, — ехидно улыбаясь, заявил младший герцог. 

Оскар прищурился, но ожидаемо не стал устраивать сцену. 

— Что ж, с возвращением, маркиза Ред. Хорошего вечера, — процедил сквозь зубы герцог и демонстративно отвернулся к недовольной жене.

Как же, им всем не по душе скандальная любовница принца! Если бы в комнату ввели грязного драка, они кривились бы меньше.

Но на этом моё общение с хозяевами не закончилось. 

Младший Найт не для того подменил списки, чтобы так просто упустить момент и не насладиться моим унижением. 

— Да-да, развлекайтесь, маркиза. Или вы пришли сюда по другому поводу? — не утерпел Ройс, заставляя своего отца снова обернуться.

Пока наглец ухмылялся в ожидании представления, к хозяину подоспел тот, кого я надеялась встретить.

Реймонд Найт в сопровождении своей невесты, Селии Брит, вальяжно направился к отцу и брату.

— Что тут происходит? — пробасил раскатистый голос наследника.

Пришлось смотреть на Оскара, чтобы не таращиться на своего несостоявшегося жениха. 

Даже нескольких мгновений хватило, чтобы заметить, как возмужал Реймонд. Его и без того широкие плечи казались ещё шире, отросшие черные волосы и легкая щетина добавляли мужественности. А взгляд угольных глаз остался таким же колючим и пронзительным, каким его когда-то описывали. На свою Ви он никогда так не смотрел. Никогда – до этого вечера. 

Воспоминания лишь на мгновение мелькнули в голове, но и этого хватило.

Ройс, явно ожидавший подобной встречи, оскалился и тихо захихикал.

— О, маркиза Ред! Почтила нас своим присутствием. Леди Вайолет, вы ведь знакомы с моим старшим братом Реймондом и его прелестной невестой, принцессой Селией? — елейным тоном произнёс подлец.

“Виред”, — тихо прошептала я, напоминая себе, кто я и почему нахожусь в этом отхожем месте. 

Натянув кривую улыбку, я поприветствовала наследника Найта и принцессу Брит, старательно выдавливая каждую фразу.

Селия в ответ на мое приветствие только скривилась, даже не удостоив дочь бастарда кивка. 

Конечно, она знала, кто я. Принцесса предпочла бы увидеть мой маг-портрет с некрологом, а не развратное красное платье, на которое с явным неодобрением смотрел Реймонд. Как и все остальные.

— Реймонд, зачем ты привёл меня сюда? Я не в настроении слушать истерики изгоев. Пойдем танцевать, — потянула Селия своего жениха за руку, но Рей продолжал неотрывно изучать свою бывшую невесту.

Сегодня мне довелось понять, что означает фраза “холодный и пронзительный взгляд”. Именно так можно было описать то, как смотрел на меня бывший возлюбленный.

— Что тут происходит? — уже строже спросил Реймонд, переводя взгляд с отца на младшего брата.

— О, ничего особенного. Я перепутал список, и маркиза по ошибке получила приглашение. Как раз собиралась объяснить причины своего визита, — самодовольно заявил Ройс, и все взгляды снова обратились ко мне.

Но, затевая опасную игру с Найтами, я была к этому готова. 

Воспоминания рассеялись, и я подняла голову, натянув фальшивую улыбку.

— Разве мои причины должны отличаться от тех, зачем сюда пришли остальные? — спросила, наклонив голову и хлопая ресницами, изображая наивную дурочку. — Не часто в дом дяди присылают приглашение на помолвку одного из самых завидных холостяков. После пустыни Красных Песков мне стало любопытно, — продолжила, оставаясь в образе недалекой женщины.

Ройс округлил глаза, заметно растерявшись. Его планируемое развлечение ускользало прямо из рук, и он даже не пытался это скрыть.

— Любопытно? — переспросил Ройс с недоумением. — Ваш дядя сидит в темнице, а вам любопытно посмотреть на бал? — почти взвизгнул он, но Оскар Найт не дал сыну закатить истерику.

На плечо младшего герцога легла тяжелая рука отца, и парень вздрогнул.

— Что ж, у вас есть возможность окунуться в мир высших аристократов, маркиза. Развлекайтесь, — строго заявил Оскар, уводя взбешенного сына подальше.

Нужные слова прозвучали, Ройса отправили успокаиваться, а мне позволили остаться. Спешно откланявшись, я попыталась затеряться в толпе. 

Как и когда-то, на помощь пришла большая каменная колонна, такая же, как стояли в академии. 

***

Вайолет.

Опираясь рукой на камень, я лихорадочно прокручивала в голове возможные варианты, как добиться от Реймонда приватного разговора, избежав скандала и сплетен.

Но наследник не был глуп, а ещё, как и его младший брат, не отличался особым терпением.

Пока я пыталась не впасть в истерику, Рей сам избавился от невесты и нашёл свою бывшую возлюбленную.

— Зачем ты пришла, Вайолет? Если не ради разговора с отцом, тогда зачем? — прозвучал холодный голос у самого уха, и я резко развернулась, столкнувшись взглядом с черными глазами Реймонда. 

— Поговорить с тобой, — не стала юлить или лгать. 

Рей тут же отступил, вопросительно вздернув темную бровь.

Я понимала, что его первые мысли точно не касались дяди Герри, и поспешила развеять подозрения. Наследник явно считал, что я пришла копаться в прошлом. И он ошибся лишь отчасти.

— Джорджиане герцог отказал. Я была у Герри и знаю, что случилось на руднике. Просто выслушай меня, Реймонд, всего несколько минут, — тихо объяснила, осматриваясь по сторонам.

Слишком много гостей, чтобы обсуждать судьбу Герри прямо здесь. Рей тоже это понимал и потому криво улыбнулся.

— Нет, маркиза, вы зря потратили своё время. Обсуждать судьбу виконта мы не будем. И, в отличие от отца, я всё же скажу, — холодно произнес Реймонд, наклонившись к самому уху.

Горячее дыхание герцога обожгло кожу не меньше, чем знойные ветра пустыни.

— Тебе тут не рады, Вайолет Ред. Иди домой, — прошептал бывший возлюбленный и, как ни в чём не бывало, отстранился и уверенно ушёл.

В ушах зазвенело. Натянув искусственную улыбку, я медленно направилась к выходу в коридор. 

Впервые за пять лет хотелось зарыдать от осознания, что план провалился, а других вариантов не было.

Оставить Герри в той яме, куда его упрятал герцог Найт? 

Идти к королю? 

Искать тысячу золотых? 

Каждый новый вариант был хуже предыдущего.

Покинув шумный зал, я скрылась в тени пустого коридора. 

Опираясь рукой на холодный камень, я глубоко дышала и как мантру повторяла свою спасительную фразу: “Виред.”

Оставаться в особняке герцога причин не осталось. Более того, здравый смысл подсказывал, что стоит уносить ноги, пока Ройс не придумал очередную возможность развлечься за мой счёт.

Не было сомнений в том, что он так просто не отказался от идеи снова опозорить ненавистную дочь бастарда. В отличие от Реймонда, Ройс всегда был жестоким и высокомерным. 

Он невзлюбил меня с первого же взгляда. Если раньше младший Найт опасался гнева Реймонда, то теперь уж точно не упустит возможности отыграться на беззащитной и униженной аристократке. Дочери бастарда, которая посмела возомнить себя равной.

Глубоко вздохнув, я развернулась, планируя незаметно покинуть особняк, и едва не упала от удивления.

Прислонившись к стене напротив, стоял Реймонд Найт. Наследник сложил руки на груди и внимательно наблюдал.

***

Вайолет.

Реймонд стоял и молча наблюдал за моими метаниями у окна, словно пытался решить, заговорить ли или так же бесшумно исчезнуть. 

— Помоги мне, Рей, — прошептала, понимая, что другого шанса поговорить не будет. 

Слегка склонив голову на бок, строгий маг прищурился. 

— С чего бы? — холодно спросил он. 

Реймонд слушал – и это всё, что мне было нужно. 

Отчаяние, терзавшее изнутри, заставило инстинкты и гордость отключиться. От одного воспоминания о том, в каком состоянии Герри и в каких условиях проводит эту ночь, по спине ползли холодные волны ужаса. 

Сама не понимая зачем, я сделала несколько шагов к бывшему жениху и упала на колени, наплевав на возможных свидетелей и сплетни. 

— Потому что только ты сможешь. Я была в темнице, он не выдержит. Дядю пытали, он почти безумен. Прошу, помоги! Поговори с отцом! Сумма залога – тысяча золотых, нам никак не достать столько, — почти шептала, стоя на коленях и прижимая руки к груди. 

— Его защита пала, погибло двадцать магов, — холодно возразил Реймонд, но всё-таки отошёл от стены, подходя ближе. 

— Не могла пасть, Рей, её придумал отец, его заклинания устойчивы, в них невозможно ошибиться. Оно бы просто не сработало. Герри не мог этого не понять, я точно уверена, просто не мог. Всё странно, и его пытали. Зачем его пытали? Прошу, Рей, помоги. Ты знаешь, как дорог мне Герри, просто поговори с отцом, — молила строгого мага, всё ещё стоя на коленях. 

И, кажется, это сработало.

Подойдя впритык, Реймонд наклонился, и я тут же обхватила его руку. Скорее инстинктивно, чем осознанно, он накрыл мою руку своей, мягко поглаживая.

— Ты слишком любишь своего дядю, Вайолет. Но на что ты готова пойти ради него? Что получу я? — уже шепотом спросил Рей, заставляя на мгновение застыть. 

Мне нечего предложить этому влиятельному аристократу, но Рей и сам это знал. Как я знала, какого ответа он ждал, но не смогла сразу решиться. И, возможно, не решилась бы, если бы вдалеке не прозвучали глухие шаги. 

Времени торговаться не было, и потому я посмотрела в темные глаза мага, которого когда-то любила, и, отпуская гордость, выдавила: 

— Всё, что хочешь, Рей. Я готова на всё, только помоги, — едва слышно прошептала. 

Холодная маска Реймонда сменилась ехидной улыбкой. Точно такой, как у его младшего брата, от чего мое сердце забилось чаще, а по телу прошелся холодный озноб. 

Ледяной ветер ночной пустыни казался более ласковым, чем угольные бесчувственные глаза Реймонда Найта, в которых я прочла свой приговор. 

— Как ни странно, я всё ещё хочу тебя, Ви, — прошептал герцог, слегка подавшись вперед, заставляя меня ошарашенно отшатнуться. 

Я не могла поверить в то, что только что услышала. После всего, что случилось, я не могла поверить, что он произнес именно это. 

— Не понимаю, — хрипло сказала Реймонду, и он вздернул бровь, словно я точно должна была понять, что значит эта фраза. 

— Одна ночь, и я сделаю так, чтобы до суда твой родственник провёл время дома и в комфорте. Большего обещать не могу, погибли маги, отец зол, — довольно заявил Рей, внимательно изучая реакцию на непозволительно неприличное условие. 

— Ты хочешь, чтобы я стала твоей любовницей? Но как же Селия, вы помолвлены, — прошептала, осмотревшись, не слышит ли кто этот странный разговор. 

Реймонд тихо хмыкнул и покачал головой, а потом снова зло прищурился.

— Ты не невинная девочка, Ви. Не стоит изображать оскорбленное достоинство. И мне не нужна любовница. Точно не та, которую пользовал Маркус. Просто, как ты сегодня сказала, – любопытно. Одна ночь со мной, завтра – это мое условие, — холодно сказал Реймонд и встал, отняв свою ладонь, которую я все еще сжимала, не веря собственным ушам. 

Пока герцог поправлял свой костюм, я пыталась не зарыдать и не высказать этому наглецу все, что о нем думаю. 

Раньше юная маркиза наградила бы наглого мужчину пощечиной и, вздернув подбородок, покинула бы особняк. 

Но маркизы Вайолет Ред больше нет, а для Виред одна ночь была не такой уж большой платой за возможность спасти жизнь. Спасти жизнь последнему близкому человеку, который, пусть и по-своему, но обо мне заботился.

В лагере охотников я провела достаточно времени, чтобы понимать, что не книги читают мужчина и женщина, оказавшись в одной пещере. А звуки, доносившиеся из комнаты главного охотника, давали понять, что не так уж все страшно и неприятно. 

— Одна ночь. Но дядя должен вернуться домой живым, пусть и только до суда, — тихо согласилась, подняв взгляд на все еще ждущего Реймонда. 

Лишь на мгновение красивое лицо молодого герцога исказила злобная улыбка. Он знал, что своим предложением загнал меня в угол. Знал и наслаждался унижением, которое мне пришлось стерпеть ради родственника. 

Но это было всего лишь мгновение, спустя которое лицо Реймонда снова стало таким же хмурым и безразличным. 

— Нет необходимости стоять на коленях, маркиза, — как ни в чем не бывало произнес герцог, поправил без того идеальный костюм и протянул мне руку. 

Что ж, не зря он был лучшим на своем факультете. Умению Рея менять маски позавидовал бы самый искусный лжец. Вздохнув, я приняла мужскую руку. 

— Спасибо, герцог, — ответила таким же холодным тоном. 

Непонятно, какой реакции ждал от меня Реймонд в ответ, но, еще раз осмотрев мой наряд, он хмыкнул и направился к двери. 

— Я пришлю экипаж на закате. Надень красное платье, то самое с выпускного бала. Интересно взглянуть, на что именно соблазнился принц, — процедил наследник Найт и вошел в зал, оставляя меня одну.

***

Вайолет.

Дорога до дома виконта пролетела как в тумане. 

Весь путь я пыталась понять, почему именно когда-то влюбилась в этого холодного и расчетливого мужчину. 

Вывод был один – я никогда не знала настоящего Рея. 

Влюблённая и неопытная маркиза Ред поверила в сказки, которыми так щедро одаривал её Реймонд Найт, не желая замечать его гнилое и жестокое нутро. 

Но в итоге, пусть и испытав унижение от высокомерных снобов, я всё-таки добилась своего – подарила Герри шанс дожить до суда, и это было больше, чем мы оба могли надеяться ещё этим утром.

Игнорируя все вопросы Джорджианы, я направилась в комнату и попыталась смыть с себя всё, что случилось. 

Оказалось, избавиться от привкуса горечи после бала аристократов сложнее, чем от вони подземной тюрьмы. Кожа покраснела от того, насколько усердно я пыталась оттереть от себя прикосновения Рея, но и это не помогло. 

Вполне ожидаемо, утром виконтесса продолжила свой неудачный допрос, но не смогла вытянуть ничего больше, чем слабый отголосок надежды.

— Возможно, нам удастся вытащить дядю из темницы, но только до суда. Надеюсь, золото на лекаря у вас найдется. Он Герри не помешает, — это всё, что я смогла выдавить в ответ.

До самых сумерек я заперлась в комнате, игнорируя настырных родственниц. Не было сил любезничать даже с Лизабет. 

Нужно было собраться, вспомнить, кто я, и загнать юную маркизу в тень, в которой она скрывалась столько лет. Но чёрные глаза Рея всё время всплывали в памяти, и от их холода всё внутри звенело тревогой. 

Не так я представляла себе эту ночь и точно не с таким мужчиной.

Вспомнив требование Рея, я распахнула шкаф в поисках похожего наряда. Но и тут наткнулась на очередное испытание. 

Как назло, красное платье с того злополучного вечера всё так же висело в чехле. Слуги даже почистили его и запечатали магией. Хотя я с удовольствием сожгла бы этот проклятый наряд.

— Ты больше не Вайолет. Её нет, погибла в красных песках. Ты Виред, — повторила вслух свою мантру.

Красный атлас, нетронутый временем, переливался при слабом свете артефактов, словно наряд только что привезли от швеи. Солнце опускалось всё ниже, и, разложив платье, я отогнала воспоминания и принялась скрывать следы от нескольких лет, проведенных в пустыне. 

К моменту, когда за горизонтом скрылись последние лучи уходящего солнца, я была готова. Но явно поторопилась, ведь экипажа, обещанного Реймондом, всё ещё не было.

Спустя ещё час, я принялась мерить комнату шагами, отгоняя растущее беспокойство. Если молодой герцог отказался от своей идеи, значит, вытянуть Герри не выйдет. 

От осознания, что план, скорее всего, провалился и Рею не удалось уговорить отца, руки начали мелко подрагивать. Всё оказалось зря.

Время неумолимо приближалось к полуночи, и, окончательно убедившись, что никто не приедет, я распустила волосы и спустилась в гостиную. 

Джорджиана уже спала, наслушавшись криков и капризов маленького Алека, а Лизабет заперлась в комнате.

Тишина только подогревала накатывающее отчаяние. 

Если вытащить дядю не удалось даже наследнику Найту, Герри обречён. Даже без разбирательства его приговор очевиден, как и незавидная участь – мучиться в сырой норе, не имея возможности проститься с родными. 

Очередной раз обойдя дом, я уже собиралась подняться к себе, когда за дверью послышался гул подъезжающего экипажа, затем тихие шаги, и, наконец, в дверь постучали. 

— Экипаж для маркизы, — поклонился извозчик.

Выдохнув, я без раздумий захватила накидку и последовала за мужчиной. Страх и гнев сменились облегчением: Рей сдержал слово, и пришло время платить по счетам.

Уже отъехав от дома виконта, экипаж неожиданно притормозил. Но прежде чем я успела спросить, что случилось, к воротам подъехала повозка стражей. 

Двое гвардейцев под руки вывели Герри Реда. Подавляя желание броситься к дяде и убедиться, что всё в порядке, я молча наблюдала, как открылась входная дверь.

Сначала от радости запищала юная Лизабет. Спустя минуту, послышалась недовольная ругань Джорджианы, сменившаяся громкими рыданиями. Радостные всхлипы виконтессы и её дочери эхом прокатились по тёмной и пустой улице, прежде чем за виконтом закрылась входная дверь его дома.

Стоило пустой повозке с гвардейцами скрыться за поворотом, как тронулся и экипаж герцога. 

Реймонд приказал извозчику дождаться, пока Герри Ред войдёт в дом и воссоединится с семьей.

Теперь отказаться от платы за бесценную услугу не выйдет.

Вайолет.

Чем ближе к особняку герцога подъезжал экипаж, тем ощутимее дрожали мои руки.

Я и сама не понимала, чего именно боялась. Проклятое платье словно окунуло в прошлое, вытаскивая наружу те страхи и волнения, которые были погребены под красными песками пустыни.

Стоило извозчику притормозить, как дверь резко распахнулась.

— Что ж, рад, что вы держите слово, маркиза. Так же, как и я своё, — холодно сказал наследник, протягивая руку.

В темноте его мощная фигура выглядела зловеще, а строгий и холодный голос пробирал до костей. 

Особняк герцога уже спал, чтобы никто не узнал о визите ночной гостьи.

Молча Реймонд повёл свою должницу на второй этаж.

Никогда раньше я не заходила дальше гостиной, но осматриваться не было желания. Да и кромешная тьма лишила такой возможности. 

Наверное, стоило благодарить мага за то, что рискнул привести меня в дом. Вряд ли Селии понравилось бы то, что собирался сделать Реймонд. А ведь он вполне мог снять комнату на постоялом дворе или придумать что-то еще более унизительное. Чтобы подчеркнуть, как низко пала его несостоявшаяся невеста. 

Но почему-то не стал. И только эта мысль заставила меня выдохнуть и собраться. Могло быть хуже, намного хуже.

Покои наследника, как и весь особняк, были окутаны тьмой, от чего моя рука начала еще больше дрожать.

— Дрожишь, как в первый раз. Платье навеяло воспоминания? — зло процедил Реймонд, практически вталкивая свою гостью в спальню.

В отличие от дома виконта, герцог мог позволить себе более просторные комнаты, а у Рея их было целых две.

Дверь за спиной мага захлопнулась, отрезая пути к бегству. И я замерла, пытаясь понять, что именно написано на лице молодого герцога. Но, кроме тёмной тени, так и не смогла ничего разобрать.

— Тебе идёт это платье, — нарушил тишину Рей, всё так же опираясь спиной на дверь.

Если бы не его холодный тон, я решила бы, что герцог опасается того, что гостья сбежит.

— Спасибо, — тихо ответила, поправляя пышную юбку.

Что делать и как себя следует вести, я не знала, а потому так и замерла в центре спальни. Рей не собирался мне помогать и подсказывать, только наблюдал, скрываясь в тени, словно хищник, загнавший добычу.

— Сними его, — прозвучал внезапный приказ.

Таким же тоном, охотники отдают команды дракам во время обучения. И в этой комнате, я ощутила себя именно подопытным зверем, загнанным в угол. 

Не женщиной и даже не любовницей. Зверушкой, которую изучают, провоцируют и наблюдают.

Но бежать было некуда, а отказываться поздно, поэтому я набрала побольше воздуха, затолкала гордость подальше и дрожащими руками распустила корсет. А потом, всё ещё придерживая платье, вопросительно посмотрела на мага, который по-прежнему не сдвинулся с места.

— Снимай, Вайолет. Стеснение тебе не по статусу. Или Маркус делал это сам? Если ты ждёшь помощи, то её не будет. Я не твой любовник и не стану ублажать тебя или играть в соблазнение, — зло процедил Реймонд.

Сжав похолодевшие от страха и неловкости пальцы, я отпустила корсет. С тихим шуршанием красный атлас упал к ногам, оставляя меня беззащитной перед строгим ледяным взглядом герцога. Обхватив себя руками, я снова подняла взгляд, всматриваясь в темную тень около входа.

— Хорошая фигура. Покажи, что под бельём, — тихо рассмеявшись, приказал Рей.

Его голос бил больнее кнута, но я снова подчинилась. Закрыла глаза и принялась расшнуровывать нижнее бельё.

— Снимай быстрее, маркиза! Так мы и до утра не справимся. Я планирую сегодня ещё поспать. Хватит играть в недотрогу, — с издевкой произнес Реймонд и, наконец, отошёл от двери.

Лучше бы он и дальше продолжал скрываться в тени.

Герцог обходил свою жертву по кругу, внимательно наблюдая, как белая ткань падает к моим ногам. 

Я дрожала, как ни пыталась, а контролировать реакцию тела не могла. Все силы уходили на то, чтобы не зарыдать и не броситься прочь.

Стоило обхватить себя руками, чтобы хоть как-то прикрыться, Реймонд снова зло засмеялся. 

Вид у наследника был почти безумный: красивое лицо исказила гримаса злости и пренебрежения, а руки были сжаты в кулаки.

Я хорошо знала, что не так выглядит желание, и не понимала, зачем Рей затеял весь этот спектакль, если ему настолько противно. А ещё его постоянные колкости про принца…

С трудом удавалось держаться, чтобы не плюнуть ядом в ответ.

Бессмысленно что-либо говорить – всё равно Рей не поверит. Тот, кто поверил всем этим глупым слухам спустя четыре года общения, не стоит оправданий.

Любые слова он обратит в ножи, обвинив меня во лжи. А потому я молчала. Выполняла команды своего мучителя и молчала, стараясь не смотреть в его страшные тёмные глаза и выражение презрения, которые герцог даже не пытался скрыть.

— На кровать. Стань на колени и обопрись на согнутые руки, — прозвучал новый приказ мучителя.

Вздрогнув от очередного удара ледяным кнутом, я подчинилась. 

Потом Рей приказал развернуться лицом к изголовью, и я снова не стала спорить. Ужасная поза: неприличная, неправильная и слишком унизительная. Но и в ней я нашла свой плюс.

Слёзы. Теперь можно было не сдерживать слёзы. Реймонд не мог видеть моего лица, а потому слёзы медленно катились по щекам, капая на свежие простыни.

За спиной тихо шуршала мужская одежда. Зазвенели металлические пуговицы, когда герцог скинул свой пиджак. Потом матрас рядом прогнулся, и я часто задышала, ожидая того, что последует.

Я знала, что будет больно. Я была готова. Никакая физическая боль не могла заглушить ту бурю, которая царила внутри. Эмоции смешались в один смертоносный вихрь, и оставалось надеяться, что Реймонд возьмёт своё прежде, чем они вырвутся наружу.

Но Рей, как назло, не спешил. 

Наслаждаясь унижением своей гостьи, он медленно водил кончиками пальцев вдоль моего позвоночника.

— Раньше твоя кожа была шелковистой. Твой любовник плохо заботится о тебе, Ви, — прокомментировал он свои действия, от чего я медленно вдохнула, подавляя очередной поток оскорблений, который рвался наружу.

Только когда рука Реймонда достигла ягодиц и продолжила движение, наружу прорвался мой громкий всхлип.

— Хм, тебе не нравится эта поза? Надо же, я считал, что она твоя любимая, — саркастически заявил Рей и рывком опрокинул меня на матрас, нависая сверху.

Не желая видеть лицо чужого мага, которого когда-то считала достойным, я крепко зажмурилась и вцепилась руками в простынь. То, что ощущалось между бёдер, не оставляло шансов гадать, зачем именно Рей изменил позу.

— Никаких поцелуев, Ви, — тихо сказал он, наклонившись к самому уху, а потом обхватил мою ногу, запрокидывая её на своё бедро.

Новый всхлип подавить не удалось, как и дрожь, пробиравшую всё тело.

— Посмотри на меня. Я хочу видеть твои глаза, — отстранившись, сказал Реймонд и неожиданно сильно стиснул пальцы на бедре, резко подаваясь вперёд.

Подавить рвущийся наружу звук в этот раз не удалось.

— А-а-а... — неожиданно даже для себя, я громко закричала от резкой боли, пронзающей все тело.

Сдерживать слёзы, подавлять напряжение и терпеть боль одновременно оказалось сложнее, чем казалось вначале. Эмоции вырвались наружу, а резкая боль совсем лишила остатков контроля.

В этот момент не помогало ни новое имя, ни попытки напомнить себе, ради чего я терплю все эти унижения. 

Было наплевать на сделку и последствия такого поведения. 

Всё, что я ощущала, – это как тело пронзило острым ножом, и боль даже не думала стихать.

Если Реймонд хотел меня за что-то наказать, у него получилось. Но играть в холодную покорность сил не осталось. 

Я не оттолкнула герцога и не пыталась выползти из-под всё ещё прижимающего к кровати мужского тела. Прикрыла руками лицо и тихо рыдала, пытаясь не скулить, как раненый, загнанный в угол зверек.

***

Реймонд.

Когда Вайолет завыла, словно раненый зверёк, Рей замер. 

Он не стал отстраняться, будто боялся пошевелиться, не понимая, что именно вызвало истерику у его бывшей возлюбленной.

Но слёзы маркизы всё не прекращались, и Реймонд осознал, что расплата не удалась, а от мести ему вовсе не стало легче. Сложно чувствовать себя победителем, когда под тобой задыхается от рыданий когда-то любимая женщина.

Убрав руку с бедра девушки, Рей медленно отстранился, от чего Вайолет снова всхлипнула, бормоча что-то о духах.

— Неужели я тебе так противен, Ви? — хрипло спросил он, снова замирая.

Казалось, каждое его движение только усиливало истерику девушки.

В ответ, Вайолет лишь тихо заскулила, а герцог грустно улыбнулся и сел рядом.

Она продолжала рыдать, и маг поднялся, чтобы приказать ей убраться из комнаты. Но когда потянулся за своим бельём, взгляд упал на кровавые разводы. Рей даже не заметил, как ранил Вайолет.

Натянув брюки, он вернулся к кровати и посмотрел на то, что сотворил. Простыня и ноги Вайолет были в крови.

— Глупая, ты почему ревешь? Нужно было сказать, что больно, — прорычал герцог, но в ответ услышал лишь жалкий писк. — Я вызову лекаря, слишком много крови.

Похоже, это заявление привело маркизу в чувства.

— НЕТ! — громко пискнула Вайолет и резко села, морщась от боли.

Конечно, узнай Маркус о "подвигах" своей любовницы, она быстро познает гнев принца. Семье виконта и без этого хватает проблем.

Удивительно, что Вайолет обратилась к нему, а не к своему принцу. Или Маркус просто не захотел втягивать королевскую семью в сомнительное дело, гремевшее на всю столицу. 

Судьба родственников его "игрушки" не слишком беспокоила принца, как и всё, что происходило с Вайолет за пределами его постели.

Ещё раз вспомнив отчёты из Лесного Питомника, Рей подавил в себе неуместное чувство жалости. Она сама выбрала такую судьбу и заплатила за это сполна.

— Иди смой кровь, а потом уходи. Я ничего не скажу Маркусу. К лекарю обратишься сама. Причину, как это объяснить, придумай, — холодно сказал герцог, не глядя на заплаканную Вайолет.

Как бы он ни злился и ни мечтал наказать её за предательство, видеть её слёзы было тяжело. Внутри слабым отголоском звенело желание обнять, утешить, защитить. Но тут же он давил эти блики прошлого, заменяя их на гнев и презрение.

Вместо тихой благодарности Вайолет буквально зарычала:

— Как же ты надоел со своим Маркусом! Как можно быть таким непроходимым глупцом?! — причитала она, сгребая окровавленную простыню.

Её тон мог бы быть угрожающим, если бы не отголосок истерики, из-за которых Вайолет всхлипывала через слово. 

С видом обиженного и заплаканного ребёнка она попыталась добраться до ванной, шагая совсем в другом направлении. Но не сумела добраться даже до входа в гостиную.

Маркиза, как и следовало ожидать, запуталась в простыне и рухнула на каменный пол. Очередной поток слез вызвал у Рея желание застонать.

Казалось, только вчера она так же ревела из-за того, что один из профессоров обозвал её неучем. Точно так же свернувшись клубочком на его пиджаке. Но тогда Ви была его. Теперь утешает её другой.

Поднявшись с кровати, Реймонд подошел к рыдающей девушке и поднял её на руки. Вода хотя бы немного погасит истерику. 

Направляясь в ванную, герцог сам едва не запутался в большой простыне.

— На кой лист ты её стянула? Я успел рассмотреть достаточно, Ви. Ты ведёшь себя как девственница в первую брачную ночь, — попытался подколоть её герцог.

Девушка неожиданно притихла. Совсем притихла. Подозрительно притихла.

Рей добрался до ванны и, погрузив все еще всхлипывающую, но теперь подозрительно тихую Вайолет в воду, облокотился на бортик.

Скрутившись в калачик, маркиза подтянула колени к груди и опустила на них голову. 

Рей уже собирался уйти, лишь мельком окинув взглядом её фигуру, но вдруг замер, не дойдя до двери.

Не зря кожа на спине показалась ему странной. В полумраке комнаты он не мог разглядеть то, что стало очевидным в освещённой купальне.

— У тебя шрам. Почти на всю спину. Откуда? — холодно спросил герцог, подходя ближе.

— Не твоё дело, — тихо буркнула девушка, заставляя Реймонда вернуться и присесть рядом.

Дерзость только что рыдавшей любовницы принца будила едва утихший гнев.

— Маркиза, когда я говорил про ночь, я имел в виду совсем не истерику в моей кровати. Или ты отвечаешь, или мы продолжим, — слишком мягко произнес герцог, натянув фальшивую злобную улыбку.

Вайолет заметно вздрогнула, подняла голову и с испугом посмотрела прямо ему в глаза. Судя по тому, как она сглотнула и задышала чаще, отвечать на вопросы оказалось всё же предпочтительнее.

— Итак, Ви, шрам, — напомнил Рей.

— Когти драка. Несколько лет назад. В пустыне без драка не выжить. Приручить дикого зверя оказалось просто только в книжках. В жизни они не слишком горят желанием подчиняться, — строго выдала Вайолет, проводя рукой по ноге, будто желая скрыть следы того, что едва не произошло.

— Как ты оказалась в пустыне? Зачем? В Лесном Питомнике достаточно прирученных драков, маги их только обучают, — задал вопрос герцог, прищурившись.

Косметика смылась, и теперь, осматривая её тело, он заметил следы влияния сложного, сухого климата. Но Рей не понимал, зачем Вайолет отправилась в Красные Пески, покинув Лесной Питомник.

И когда? Шрам от такой раны заживает долго и болезненно, а судя по его цвету – рана давняя. 

В голове герцога не складывалась картина.

Сам того не желая, он наблюдал за девушкой на расстоянии. Как сообщали его источники, все пять лет Вайолет Ред провела в Лесном Питомнике. Это же подтверждали Королевские Хроники, публикуя очередной скандальный рассказ о принце и его любовнице, приправленный магическими портретами, чтобы ни у кого не возникло сомнений.

В ответ на его вопросы Вайолет грустно улыбнулась.

— Я никогда не была в Лесном Питомнике, Реймонд, — холодно возразила маркиза. — Если бы ты читал мои письма, а не городские сплетни, то знал бы, где провела все пять лет изгнанная и опозоренная маркиза. А теперь уйди, мне нужно смыть кровь, — добавила она излишне спокойно.

Отгоняя отголоски сомнений, Рей почти покинул ванную. Но тихое "ой" заставило его вернуться.

— Что происходит, Ви? Я не мог так сильно навредить. Откуда кровь? — маг снова не смог проигнорировать писк бывшей возлюбленной.

— Тебе назвать точное место, Реймонд, или ты не совсем бесстыжий дурак? Ой... — Вайолет согнулась и тяжело дышала, вцепившись рукой в бортик ванной.

Даже с размазанной косметикой её лицо стало бледнее простыни, и внутри герцога заворочалось беспокойство.

В порыве гнева и желания доказать самому себе, что его Ви всегда была лишь хорошей лгуньей, он, возможно, действительно навредил ей. А значит, без лекаря не обойтись.

— Драконий зад, — ругнулся Реймонд, вытаскивая девушку из ванны. — Лекарь. Срочно, — строго сообщил он, видя, как маркиза мелко вздрагивает от каждого шага.

Меньше чем через четверть часа в покои молодого герцога постучали.

***

Вайолет.

Я лежала в кровати почти женатого мужчины и старалась не смотреть на то, как водил руками пожилой лекарь.

Если бы не фатин, которым Рей благоразумно скрыл мое лицо, оба мужчины смогли бы увидеть, как оно побагровело от стыда.

Но никто не заметил. 

Лекарь с удивлением переводил взгляд с меня на сосредоточенного герцога и, наконец, вздохнув, спрятал инструменты в саквояж.

— Насколько сильно я навредил девушке? — спросил Рей, потирая отросшую щетину.

— О, ну что вы, ваше сиятельство. Каким бы внимательным ни был мужчина, без боли не обойтись. Дайте леди восстановиться несколько дней, а потом всё как у всех, — улыбаясь, сказал лекарь, и маг прищурился.

Мне хотелось вмешаться в разговор и объяснить, что ничего страшного мужчина не сделал, но герцог строго-настрого запретил подавать голос. 

Если принцесса узнает о том, кто посещал покои её будущего мужа ночью, казнят не только меня, но и всех, кто носит фамилию Ред.

Глубоко вздохнув, я подавила порыв избавиться от старого лекаря и переключила внимание на молодого мага.

Реймонд о чём-то думал. Слишком долго думал.

— Ваша гостья была невинна, герцог. Кровь впервые – это нормально. Похоже, вас забыли предупредить. Но настойку от боли всё же оставлю, — почти шёпотом сказал лекарь, оставляя на тумбочке пузырёк с зельем.

Не скрывая ехидной улыбки, старик направился к двери, откровенно потешаясь над тем, как опростоволосился молодой наследник, а за ним последовал всё ещё злой герцог. 

Реймонд вернулся спустя несколько минут, по-прежнему раздраженный и озадаченный услышанным. Версия о невинности любовницы Маркуса явно заставила его задуматься. 

— Почему ты не сказала? — тихо прошипел он, сдёргивая накидку, скрывающую мое лицо. 

— Ты не спрашивал, — невозмутимо ответила, села и посмотрела предателю в чёрные глаза, пылающие гневом. 

Чувство удовлетворения от того, что наследник опозорился, смешивалось с злостью и желанием сбежать.

— Вайолет! Как вообще? Я видел маг-портреты, документы, отчёты... И Ройс, он всё видел и слышал… — начал Реймонд, но запнулся, услышав мой громкий смех, полный горечи и злости.

Почему-то в голосе снова зазвучали отголоски прошлой обиды.

— Ройс не только слышал, но и активно участвовал. Даже руки держал, пока Маркус вливал в меня зелье. И сам настоял на снимке, чтобы доказательства братику предъявить. Не удивлюсь, что сценарий дальнейших легенд о любовнице-призраке он тоже подсказал. Даже на помолвку пригласил, мелкий ублюдок, — почти шепотом выдавила я, подавляя слёзы.

Реймонд замер, внимательно наблюдая за текущими слезами. Казалось, он боялся пошевелиться и даже редко глубоко дышал. Непонятно, опасался ли он новой истерики или осмысливал полученную информацию.

Но мне были безразличны метания герцога. 

Влив в себя настойку от боли, я вернулась в ванну. Пока до наследника доходило услышанное, я успела совершить водные процедуры и одеться. 

— Уже слишком поздно. Это ничего не меняет, — словно сам себе произнес Реймонд, когда я помахала рукой прямо у его лица, чтобы вывести из ступора. 

— А похоже, что я собираюсь броситься в твои объятия, Рей? Увы, — развела руками, — Та влюбленная в герцога Реймонда Найта девочка погибла в красных песках. Она не пережила предательство единственного, кому верила безоговорочно. Прими мои соболезнования, — холодно добавила, похлопав герцога по плечу.

Но Рей проигнорировал прозвучавшие слова и поймал мою руку прежде, чем я успела её убрать. 

— Какое зелье дал тебе Маркус? — спросил Реймонд странным тоном – хриплым, низким, почти сожалеющим. 

Улыбнувшись, я подняла подбородок, рассматривая высокий потолок. 

— Ты сам знаешь о заветах Драйгоха. Тот, кто причинил вред носителю избранной крови, заплатит магией. Именно поэтому твоя дорогая невеста Селия – жалкая пустышка. Её мать убила моих родителей. Не сама, но всё же заплатила за это магией своей дочки. Родители Маркуса решили поступить умнее: они позволили мне жить, но лишили возможности иметь детей. А помолвка с герцогом – это прямая угроза появления ребёнка, не находишь? Ну и как следствие, зачем роду Найт пустышка? — тихо сказала я, опуская взгляд на руку Рея, удерживающую мою. — Это всё, герцог? Я планировала сегодня ещё поспать, — кинула ему его же фразой, сказанной в начале.

С груди словно убрали огромный камень. 

Даже если Реймонд не поверит, мне стало легче от того, что открыла всю правду и добавила к ней то, что узнала от охотников. 

Но судя по ошарашенному взгляду молодого герцога, он всё же задумался. 

Ведь никто в королевстве не задавался вопросом, как так вышло, что дочь прямого потомка короля оказалась без магии. Да и внешне она совсем не похожа на мать.

Селия была типичной блондинкой: миловидной, капризной и со слабой искрой. Но, кажется, никого это не смущало. Никого, кроме охотников. 

В лагере ценили силу и не признавали слабость, а ещё организовывали путь правителя к древнему дракону. А потому отлично знали, что происходит за высокой стеной королевского замка.

Вначале, я не поверила басням Дэмиана. Но, покопавшись в библиотеке и откинув эмоции, я признала, что дикие драки не могли просто так появиться на окраинах столицы. Именно эту версию предоставили гвардейцы: нападение диких драков.

Возможно, я всегда знала, что в гибели отца скрывается какая-то тайна, поэтому так увлеклась изучением этих бескрылых драконов и вопросом о том, как их приручить.

— Накинь фатин, визит лекаря навёл шороху. И прикрой платье, — тихо, но всё так же холодно сказал Реймонд и повёл свою тайную любовницу прочь из покоев.

Герцог не ошибся. Внизу молодого мага уже встречало всё семейство. 

— Реймонд, ты помолвлен! Что скажет Селия? Как ты мог? Кто эта девка? Кого ты привёл в дом? — запричитала герцогиня, но Рей даже не притормозил, не удостоив мать взгляда. 

— Я мужчина. Кто ночует в моей постели, касается только меня и моей гостьи. Если Селию что-то не устраивает, пусть откажутся от рудника и расторгнут помолвку, — громко заявил Рей, проходя мимо родственников. 

— Он вызвал лекаря не для себя, видимо, перестарался. Иди спать, Саманта, — прозвучал такой же холодный голос Оскара.

Остальные беседы велись за закрытой дверью. 

Быстро и не проронив ни слова, мы с герцогом покинули ненавистный мне особняк. После этой ночи его роскошные стены еще долго будут сниться мне в кошмарах.

Забравшись в экипаж, я почти выдохнула от облегчения. До того самого момента, пока Рей не устроился рядом и не отдал приказ трогать, назвав адрес моего дяди. 

Это заставило напрячься. 

— Что ты делаешь? — растерянно спросила мага. 

— Им нужно остыть, а мне – побыть в тишине. Не бойся, допрос окончен, Ви. Я просто проедусь рядом, — хмуро сказал Реймонд, демонстративно отворачиваясь к окну.

Всю дорогу до особняка виконта герцог не произнёс ни слова и даже дышал через раз. 

Но вот экипаж остановился, и я решилась задать тот самый вопрос, который боялась произносить вслух. 

— Что будет с Герри? Наш договор? — тихо спросила своего попутчика.

Впервые за время поездки Рей оторвался от окна. Смерив меня холодным взглядом, он устало вздохнул. 

— Ты ничего не должна мне, Вайолет. Золото вернут, если Герри не сбежит. По поводу расследования… Я подключил некоторых надёжных людей. Это и в наших интересах – выяснить причину обвала, — заверил меня молодой герцог. 

— Надеюсь, не таких же надежных, как те, которые видели мой призрак в Лесном питомнике, — не удержалась от колкости.

И тут же застыла, осознав, насколько безрассудно бросать вызов человеку, от которого зависит судьба дяди. 

Внутри всё сжалось, когда мой взгляд упал на его сжатые в гневе кулаки.

Но Реймонд не стал ни спорить, ни угрожать, ни отрицать.

— Иди спать, маркиза, — устало сказал он и, не двинувшись с места, снова отвернулся к окну.

Оставив на сиденье экипажа фатин и накидку, я устало побрела к дому. 

Свет уже не горел – значит, родственники спят. 

Как объяснить свои ночные прогулки, я не знала, но была уверена, что им не следует знать, где и с кем я провела эту ночь. 

***

Реймонд.

Сидевший в экипаже молодой герцог подождал, пока за его бывшей возлюбленной закроется дверь, и лишь тогда отправился колесить по городу.

Остановив экипаж у борделя, он приказал кучеру вернуться на рассвете. 

Единственное, что помогало затолкать прошлое куда-то поглубже, – это много выпивки и быстрая разрядка. А после того, что он услышал сегодня, Реймонду не хватит нескольких часов, чтобы заглушить голос Вайолет. 

Её слёзы и те слова, которые он собирался проверить, хотя нутром чуял: маркиза не врёт.

Хуже всего было то, что в этом замешаны отец и брат. 

По поводу Ройса, Рей давно ничему не удивлялся: в отличие от него и отца, младший Найт всегда был недальновидным и подлым. 

Но отец – совсем другое дело. Он был единственным, кому Рей верил почти безоговорочно. 

Оскар Найт никогда не утверждал того, в чём не был уверен. А по поводу Вайолет отец всегда был категоричен: слишком мутная у виконта семейка, слишком жаждут улучшить свое положение и не постоят за ценой.

Реймонд был не согласен. Его Вайолет никогда не была расчетливой. Или не была такой, пока он не начал засыпать её и её родственников подарками. 

Тогда Рею казалось, что так он показывает серьезность своих намерений. Сейчас, спустя долгие годы и узнав, как устроено женское сердце, он понимал, что совершил глупость.

Стоило дождаться хотя бы помолвки, а лучше свадьбы, и баловать свою Ви, когда они покинут столицу и уедут подальше от ее сомнительных родственников.

Но, как сказал Реймонд маркизе, уже поздно, и сегодняшний вечер ничего не меняет. Ни для него, ни для Вайолет. 

Ничего, кроме одного: теперь Реймонду предстоит проверить не только слова маркизы, но и то, насколько глубоко увяз в этой лжи его отец. 

Но сначала – прочистить голову и отключить эмоции. 

Сегодня гордый и высокомерный герцог будет загонять внутрь не только воспоминания о своей невинной Ви, но ещё и чувство, которое ненавидел больше всего. 

Чувство, что его провели как сопливого подростка, оставили в дураках, пять лет водя за нос и пичкая отборным враньем. 

Заведение, как всегда, встречало постоянного клиента с распростертыми объятиями, горячими соблазнительницами и горячительными напитками. Но Рею хотелось лишь одного – стереть из памяти рыдающую под ним Вайолет. 

Вайолет.

Уже утром, после странной ночи с Реймондом, мне устроили допрос. 

Пришлось соврать дяде о том, что молодой наследник подсуетился в обмен на редкое яйцо черного драка. 

На чёрном рынке такое стоило целое состояние, и подобная отговорка выглядела вполне правдоподобной. 

Высшие аристократы ценили всё редкое и эксклюзивное. И ни в одном питомнике прирученного чёрного драка не было. Ни в одном, кроме Пустынного. Именно редкий ящер оставил на моей спине тот самый шрам. 

Упрямая и молодая охотница, я ослушалась Дэмиана, переоценила свои шансы и получила ранение. Но ни о чём не жалею – ведь вместе со шрамом, обрела верного и преданного друга. 

Найт был единственным чёрным драконом в питомнике и принадлежал Виред. Бескрылый дракон отказался подчиняться под воздействием артефакта, который использовали все охотники. Зато он услышал зов королевской крови, спас меня, донес до лагеря, а потом, по непонятной причине, так и не вернулся в пустыню. 

Дэмиан полагал, что это из-за моей магии. Сама того не заметив, я смогла подчинить редкого своенравного драка, а он признал меня своей. С того самого дня, Найт тщательно оберегал меня и не раз спасал.

Но прежде чем вернуться к своему Найту в пустыню, стоило разобраться с тем, что происходит в столице.

Герри вернулся домой. Жизнь семейства Ред почти стала нормальной. 

Дома, под чутким присмотром неожиданно заботливой Джорджианы, за несколько дней виконт окончательно пришёл в себя. 

Он же поведал, что стражи по непонятной причине не просто доставили его к дому, но и вызвали лекаря. Старичок почти сутки поил узника какими-то настойками и обрабатывал раны. 

Тот, кто приказал пытать мага, не мог допустить, чтобы он появился в городе в плачевном состоянии. По крайней мере, так считал сам Герри. 

Только я точно знала, что лекаря прислали отнюдь не гвардейцы. Это сделал Реймонд. А магом был тот самый старичок, который осматривал меня в ту ночь в особняке герцога. 

Но развеивать иллюзию дяди я не стала. Пусть считает, что аристократы пытались скрыть следы неподобающего содержания "невинного узника".

Но невинного ли? 

Расследование обвала ещё не завершилось, и маг, который ставил защиту на своды пещеры, был единственным, кого обвиняли в трагедии.

Когда Герри немного пришёл в себя, я проигнорировала все причитания Джорджианы и настояла, чтобы он нарисовал схему того, как именно накладывал защиту на своды. Все три рубиновых рудника были защищены по одинаковой схеме и с помощью одного и того же заклинания, однако обрушение произошло лишь в одном из них.

План главной пещеры, где случился обвал, заклинание, защитная сетка, которую выстроил виконт... 

Спустя неделю, после возвращения виконта, вся гостиная была усеяна схемами рудников, чертежами и заклинаниями. 

Но несмотря на все наши с Герри старания, так и не удалось выяснить, что именно могло пойти не так. 

При резком обвале, когда сетка была сплошной, рушился весь свод. Но Герри Ред укреплял пещеру не связанными элементами, привязывая каждую новую сеть к опорным камням. 

Это давало магам, работавшим в руднике, достаточно времени, чтобы покинуть пещеру, даже если одна из секций была разрушена.

— Не разрушив опорные камни, спровоцировать внезапный обвал невозможно, Ви. Именно поэтому схема твоего отца считается надежной, а заклинание знали только я и он, — в очередной раз повторял Герри, указывая на чертежи защиты.

— Камни основания, — повторила я за виконтом, обводя пером три больших валуна, вокруг которых строилась защита рудника.

— Да, вот эти три камня. Они выступают из породы. При любом обвале они остаются нерушимыми – это правило постройки всех рудников, не только этих. Именно поэтому я основывал схему защиты на этом принципе, привязывая каждую секцию к одному из камней, — объяснял дядя Герри, с каждым словом подтверждая мою догадку.

Зачеркнув один из камней, я посмотрела на него.

— А если кто-то разрушил не твою защитную сеть, а непосредственно камень? Один или несколько?

Потирая подбородок, виконт прищурился.

— Камень пал, а следом за ним посыпались привязанные секции, — тихо пробормотал он, но тут же покачал головой, не соглашаясь с собственными выводами, — Незаметно разрушить один из камней невозможно. Это требует слишком много магии. Без магического следа такое сделать нельзя.

— Но можно ли верить тому, кто осматривал место обвала? — не согласилась с родственником, — В любом случае мы ничего не докажем. Со временем след станет едва ощутимым. Не зная, что именно искать, мы ничего не найдём, — тихо добавила я, подперев голову рукой.

Версия с разрушением опорного камня была единственной, которая могла объяснить внезапный обвал на руднике герцога Найта. Но прошло уже больше недели. Если следы и были, их давно подчистили.

Как и несколько предыдущих дней, игнорируя обед, мы с Герри сидели над бумагами. 

Лишь необычно любезный голос Джорджианы заставил виконта подняться и направиться к двери. 

Виконтесса рассыпалась в любезностях перед незваным гостем, и Герри был обязан выйти, чтобы поприветствовать того, кто пришёл в дом Редов в обеденное время.

Как только входная дверь хлопнула, я встала с кресла, в котором провела большую часть дня.

— Виконт, вы единственный узник, за которого пришлось вносить залог дважды. Как минимум, я заслужил гостеприимства и горячего чая, — прозвучал холодный, но до боли знакомый голос.

Кажется, я узнала бы его среди сотни других. 

Особенно после той ночи, когда Реймонд точно таким же тоном приказывал мне раздеться и лечь в постель.

Ничего хорошего в словах наследника не было. Сложив все бумаги в аккуратную стопку, я направилась в столовую.

Не просто так явился Реймонд: брошенная фраза про повторный залог заставила насторожиться.

Хмурый и напряженный Герри сидел напротив гостя, потирая руки о домашние брюки, то и дело сжимая их в кулаки.

— Рад, что вы ещё не покинули столицу, маркиза. Долг растёт, — холодно бросил Реймонд, как только я вошла в столовую.

Непонятно зачем, но он заговорил про долг при свидетелях, явно намеренно. 

Изобразив приветливую улыбку, я не позволила гвардейцу продолжить: 

— Не переживайте, ваше сиятельство, я помню, что задолжала вам яйцо черного драка, — нарочно громко произнесла, заглядывая в строгие глаза своего мучителя.

Реймонд прищурился, явно обдумывая, стоит ли играть по моим правилам. Затем, поправив волосы, нехотя кивнул. 

— Что ж, значит, за второй залог вы должны мне ещё одно редкое яйцо. Условия примерно те же. Но так уж и быть, свою часть я исполнил заранее, маркиза. Как только получил известие об обвале на втором руднике, сразу догадался, кого именно в этом обвинят, и отправился в отдел, — строго произнес он.

— Обвал второго рудника? — переспросил побледневший виконт, получив ещё один небрежный кивок молодого герцога. 

— Второй рубиновый рудник, Герри Ред. И на его сводах стояла ваша защита, — повторил Реймонд, переводя взгляд на меня, — Вопреки вашей убежденности, маркиза, первый обвал был не досадной случайностью. Второе происшествие точь-в-точь повторяет картину первого, — произнес он с ледяной строгостью, — Не знаю, какие проблемы с вашим заклинанием, виконт. Но от гибели магов спасло лишь то, что рудник рухнул ночью. К третьему руднику король прислал личного мага, чтобы наложить надежную защиту. По вашей милости, мой отец понес колоссальные убытки! — молодой герцог смерил нас с Герри убийственным взглядом, будто был готов казнить прямо на месте.

Я проигнорировала как слова, так и намёки Рея, сосредоточившись на бледном виконте. Судя по его виду, дядя уже и сам начал сомневаться в своей невиновности. В отличие от меня.

Я слишком хорошо знала дотошного Герри Реда. Он был таким же, как отец: порядочным и добросердечным. Если Герри брался за работу, то выполнял её на совесть, особенно когда от его заклинания зависели жизни других магов. 

Поэтому я не обратила внимания ни на виноватый вид дяди, ни на прожигающий взгляд Реймонда.

— Кто ведет проверку и собирает доказательства для разбирательства? — уверенно спросила у герцога.

Кажется, строгий гвардеец ожидал совсем другой реакции: слёз, мольбы или всхлипов, которые так старательно сдерживала дрожащая неподалёку Джорджиана. 

Услышав совсем не то, на что рассчитывал, герцог удивленно приподнял бровь. 

— Второй случай расследуют мои гвардейцы. Отчёт для разбирательства буду составлять тоже я, — холодно заявил Реймонд.

Я облегченно вздохнула, понимая, что это, возможно, упростит задачу. 

Скрыть свое явное облегчение не удалось: Реймонд тут же расплылся в оскале. 

— Не благодарите. Я буду строг и беспристрастен, маркиза, — ехидно заявил маг.

Фыркнув в ответ на неприятную улыбку Рея, я села на своё место, понимая, что обеденный стол только что превратился в стол переговоров. 

Нанятая служанка подавала обед, Джорджиана вздыхала, охала и ахала, пытаясь разжалобить молодого герцога разговорами о детях. Я же, тем временем, продумывала план, как попасть к заваленному руднику и проверить опорные камни. 

Если мы с Герри правы, след еще мог остаться, но времени оставалось мало.

Когда причитания виконтессы утомили Реймонда, и он уже собирался покинуть дом обвиняемого, пришлось рискнуть. 

— У нас с Герри есть теория, как можно было организовать обвал, не разрушив защиту. Мне нужно ко второму руднику, и срочно, — уверенно заявила я, даже со стула привстала для убедительности.

На несколько мгновений в комнате воцарилась тишина.

Реймонд замер у самой двери, Джорджиана забыла о своих рыданиях, а Герри запустил руку в волосы и обреченно покачал головой.

Оцепенение гвардейца прошло так же внезапно, как и наступило. 

Сначала молодой герцог развернулся и осмотрел меня, словно подозревая, что ослышался. Затем прищурился, встретив мой полный решимости взгляд, а после звонко рассмеялся.

— Маркиза, вы правда считаете, что я позволю родственнице обвиняемого отправиться на место преступления? — холодно и зло спросил Рей.

Примерно такой реакции я и ждала, а потому заранее продумала, как буду убеждать гвардейца пустить меня к руднику. 

— Под вашим чутким присмотром, ваше сиятельство. Если вы хотите понять причину обвала, то без этого не обойтись, — уверенно встретила холодный взгляд Реймонда. 

— Исключено! Скажите, что следует искать, и мои люди проверят вашу догадку, — строго заявил Реймонд.

Именно таких слов я и ожидала. Поэтому улыбнулась, обхватила себя руками, будто домашнее платье вот-вот упадёт, и слегка наклонила голову. 

— Ваши люди, милорд? — тихо переспросила, игнорируя тихое покашливание дяди, — Вы уверены, что они найдут доказательства, а не подчистят следы? Виновного уже нашли, и очень удобно обвинить того, кто не может прикрыться статусом и деньгами. Помнится, не всем источникам можно доверять. — многозначительно посмотрела на герцога, намекая на наш недавний разговор.

Как ни странно, это сработало.

Реймонд задумался, тихо выругался себе под нос, а затем выдохнул и кивнул. 

— Под моим присмотром, маркиза. Я пришлю экипаж на закате, — недовольно сказал герцог. 

Ещё раз осмотрев комнату, он уверенно направился к двери.

Стоило экипажу наследника скрыться за поворотом, мои родственники тут же очнулись. 

— Ты вела себя вызывающе! — фыркнула недовольная Джорджиана. 

— Что ты задумала, Вайолет? — спросил всё ещё бледный Герри. 

— Проверить камень основания. Если ты прав, кто-то намеренно нарушил его, зная, что защитная сетка падёт, — ответила и не дожидаясь очередной лекции от виконтессы, направилась в свою комнату.

Подобрать подходящий наряд оказалось несложно: платье с пышной юбкой совершенно не годилось для визита на рудники. Именно для такого случая, я приберегла один из своих нарядов, привычных для работы в пустынном питомнике.

Простое серое платье никак не подходило для маркизы, но вполне сгодилось для Виред.

***

Вайолет.

Как и обещал наследник Найт, с первыми сумерками к дому Герри Реда подъехал экипаж.

Должна заметить, такое решение Реймонда оказалось как нельзя кстати. Ведь бродить по городу в выбранном мной наряде – лакомая тема для очередного потока слухов о маркизе. 

— Ты отобрала наряд у служанки? — прищурившись, спросил Реймонд, едва я села рядом. 

— Не поверите, Ваше Сиятельство, но в Пустынном питомнике не в моде пышные юбки и дорогие ткани. Да и не на бал мы с вами направляемся. Вряд ли кто-то будет разглядывать мой наряд среди камней и скал, — спокойно ответила, чуть выше вздернув подбородок. 

Когда-то я считала, что Рей не настолько мелочен, чтобы обращать внимание на соответствие наряда статусу. Но, видимо, в очередной раз столкнулась с настоящим Реймондом, а не тем, которого знала раньше.

Внимательный прищур и недовольное лицо герцога, с которым он изучал свою попутчицу, только подтверждали мои выводы.

Весь путь до портального перехода прошел в напряженном молчании. 

Я обдумывала план: как Найти камень основания и проверить, есть ли на нём следы чужой магии. А молодой герцог прожигал меня чёрными глазами, но тоже не издал больше ни звука.

Наконец, наш транспорт остановился у площадки. Быстро выскочив из кабинки, Рей замер у дверей, протягивая руку. 

— Портальный переход выведет нас недалеко от рудника, так туда попадали рабочие, — объяснил герцог, крепко сжав мою ладонь и увлекая в направлении большой металлической арки, с мерцающими красными камнями.