Королевство тайных троп. Охота на принцессу

(текст доступен бесплатно)

Мир Земля, Москва

— И где тебя носило всю ночь? — сердито заявила Гелена и уперла руки в бока.

Сестра выглядела невыспавшейся и дико злой. Из-за ее спины опасливо выглядывала Селина. Она предупреждающе прижимала палец к губам, страшно боясь, что разборка старших сестер разбудит малыша Рейнора, и тогда уже всем жизнь медом не покажется.

— Где надо, — огрызнулась Риана.

Она присела на краешек полки и принялась снимать обувь. Эйфория радости от концерта до сих пор не отпустила ее. И теперь ей уже было плевать и на грядущий скандал с сестрой, и вообще на все.

Она убедилась, что ее место тут.

Не в том смысле, тут, в квартире, а в этом мире, огромном и прекрасном. Равном для всех. В мире, в котором нет ни эльфов, ни драконов, ни магии. О, Риана только сейчас поняла, насколько же она это все ненавидит! Особенно магию, из-за недостатка которой все считали ее неполноценной.

От нее своротили нос спесивые эльфы и оборотни-дикари. На нее косо смотрели придворные, и даже статус старшей принцессы Хетапля не спасал от насмешливых взглядов. Ну конечно! Над такой, как она, не грех понасмешничать — некрасивая, нелюбимая родной матерью, да еще и не слишком одаренная магической силой. Темноволосая — уж не родилась ли она от бесстыдной связи на стороне? Отличная от других...

Недоразумение…

А в этом мире — она нормальная. Такая же, как все. Достойная дружбы, уважения и... любви.

Не хуже остальных.

— Я спрашиваю еще раз: где ты была?

В тот миг Гелена походила на мать особенно сильно. Тот же жесткий, если не сказать жестокий, взгляд. Та же вертикальная складка, пролегшая между бровей. То же позвякивание стали в спокойном, и оттого только более пугающем голосе.

— Гуляла с друзьями, — уперлась Риана.

Теперь она не собиралась отступать и пасовать перед напористой сестрой. Нет уж, хватит! Она будет бороться за себя и свой выбор.

— С простолюдинами? — На лице Гелены и мускул не дрогнул. — Я видела в окно, они тебя провожали до дома…

— Здесь нет ни простолюдинов, ни господ, — стала спорить Риана, но сестра перебила ее:

— Есть.

Спор, который они начали задолго до этого, снова разгорелся.

— Нет.

— Есть! — Гелена вдруг сорвалась и повысила голос. Совсем чуть-чуть, но не заметить было невозможно. — Есть люди из высших кругов, есть из низших. Твои… хм… друзья… относятся не к лучшим представителям…

— Очнись уже, мы сами здесь “не лучшие представители”, — с горечью парировала Риана. — Те, кого ты называешь местной знатью, живут не в этих многолюдных серых домах, а в красивых отдельных особняках или в других домах, тоже многоэтажных, но гораздо более обустроенных и дорогих. Мы — не они. Прими это уже. И хватит осуждать меня за все подряд. Тут другая жизнь, и нужно привыкать к ней. Я, между прочим, нашла свою первую работу благодаря друзьям.

— Твое жалованье ничтожно. Ты видела, сколько здесь нужно платить за воду и электричество? Твой так называемый “заработок” — это не повод ввязываться в плохие компании. — Гелена нахмурила брови. — Куда они тебя заведут?

— Но нам придется общаться с людьми, если мы хотим тут выжить. — Риана даже кулаки от возмущения сжала. Ногти больно вонзились в кожу. — Как ты не понимаешь?

Тут даже Селина не выдержала и в разговор вступила:

— Рина права, — встала она на сторону старшей сестры. — Александра Борисовна вот… Другие соседи… Марат… — последнее имя она выговорила совсем тихо, потупив при этом глаза. — Они все к нам хорошо отнеслись… Помогали.

Но Гелена не собиралась сдавать своих позиций.

— Этот мир опасен. Если нам повезло с парой случайных людей… — Она победно сверкнула глазами. — Да и тех — неслучайных, наверняка! Я уверена, что Кариус хорошенько проверил, нет ли здесь неблагонадежных типов, и специально отправил нас именно сюда.

Обстановка накалялась, голоса звучали все громче, и Рейнор, само собой, не заставил ждать. Сначала из спальни донеслось недовольное хныканье, а потом оттуда грянул оглушающий рев.

— Тише, девочки, — запоздало укорила сестер Селина и, тяжко вздохнув, нырнула в комнату, чтобы попытаться укачать малыша.

— В следующий раз, если будешь гулять ночами, я тебя в дом не пущу, — злым шепотом предупредила Гелена.

— В следующий раз, если будешь читать мне нотации, я вообще развернусь и уйду, — тихо огрызнулась на нее Риана.

Она впервые сопротивлялась сестре так рьяно и так успешно. И не думала, что получится вот так встать и сказать слово против. Заявить о себе. Настоять на своем мнении.

Гелена даже хладнокровие на миг потеряла, когда голос сильно повысила.

И все же где-то в глубине души Риане было неприятно и чуть-чуть стыдно. Не ради ссоры с сестрой она затевала свою позднюю вылазку на концерт. Ради другого… И ссора с Геленой теперь неприятно холодила сердце. Нельзя… Нельзя было ругаться! В чем-то ведь сестрица права — и они действительно теперь одни против целого мира. И нет у Рианы здесь никого роднее Гелены, Селины и Рейнора.

По внутренностям тут же разлилось жгучее чувство вины.

Она прошла на кухню и щелкнула кнопкой на чайнике. Его прозрачные бока подсветились синим. Внутри забулькала вода.

Принцесса потянулась за чашкой.

— И мне достань, пожалуйста, — раздался из-за спины голосок Селины. Она вошла в кухню и измученно опустилась на табурет, совершив подвиг, утихомирив малыша в рекордные сроки. — Не могу уснуть. Как местные матери вообще обходятся без нянек?

— У них же есть няньки. — Риана вспомнила недавнее недоразумение, случившееся во время злосчастного похода в клуб. — Хотя я теперь понимаю…

— Не у всех… И в Хетапле тоже… Бедные же не могут их себе позволить? — Она грустно посмотрела на город, залитый ранним солнцем. — Знаешь, ты права. Мы теперь не знатные. Обычные. Я вот думаю, это и хорошо, — заявила она неожиданно. — Хорошо, что поймем, как живут простолюдины на своей шкуре… Может, мы это все заслужили?

Селина всхлипнула и утерла нос рукавом серой, в пятнах толстовки.

— Заслужили? — в замешательстве повторила Риана.

…Когда принцессы оказались в этом чужом немагическом мире наедине с орущим наследником престола, то они все успокаивали себя, что это ненадолго. Мама не могла проиграть — просто что-то пошло не совсем так, но за ними вернутся, просто немного позднее. Обязательно вернутся, непременно, а что они скажут матери, если не сберегут маленького принца?

И каждый вечер, падая в постель от усталости, им хотелось верить, что завтра их разбудит Кариус, который заберет их назад. Или хотя бы приведет обещанных помощниц, и не надо будет морочиться с этой несчастной уборкой, бесконечной стиркой, надоевшей готовкой и набившей оскомину сменой подгузников!

Не говоря уже о непослушной технике и походах в местные лавки за провизией…

Гелена не раз с тоской вспоминала многочисленных служанок:

— Знаешь, Рина, — она настаивала, чтобы все называли друг друга по-местному, опасаясь разоблачения, ведь здесь их могли и за сумасшедших принять и упрятать в дом для умалишенных, отобрав младенца, — я ведь и не запоминала, как зовут наших служанок. Вообще не замечала их. А ведь они столько, оказывается, для нас делали… — говорила она, развешивая влажные детские костюмчики малыша Рейнора или неумело, но добросовестно отмывая посуду кисло пахнущей губкой. — И делали все без магии, как мы сейчас, — задумчиво добавляла она.

— Простолюдины все равно не справятся с магической силой, — возражала Риана, правда без особого пыла. Сейчас ей было все равно, права она или нет. Это была основа основ их мира. Магия — аристократам, труд — простым людям.

Селина молчала, боясь выдать себя.

Ведь она была настоящей преступницей — тайком учила справляться с магией одаренных простолюдинов, живущих в деревушке возле их летней резиденции. Их там оказалось очень много. Узнай кто об их магических талантах — им бы грозила тюрьма, а может, и казнь.

Но это были дети! Просто невинные дети, которым не повезло родиться с даром в Хетапле. Ведь, говорят, в далекой Санаризе детей учат магии независимо от происхождения. Но там и не люди живут, а оборотни, причем не волки, как на севере, в Лютании, а разные — и еноты, и собаки, и птицы…

У Селины душа болела за оставленных подопечных. Нужно вернуться. Спрятать их, защитить!

Но Рейнор сковывал их по рукам и ногам. Сестры часто жаловались, как много денег уходит на дорогие подгузники и смеси. Более дешевые не годились: он то не брал бутылочку, то потом мучился животом, а от подгузников на чувствительной коже возникали опрелости и сыпь.

Селина умирала от любви к крошечному братцу, гордилась, что он начал держать головку, улыбаться, учиться переворачиваться… Но ее огорчало, что других сестер все эти крошечные радости не делали немножко счастливее.

Да еще между сестрами словно черная птица пролетела. Селина ненавидела ссоры всей душой, но Риана, старшая, все чаще заявляла, что не хочет обратно. Гелена же строила планы по возвращению трона. Она подозревала, что бегством в этот мир они обязаны дядюшке Клавису, брату их отца, короля Хенрига. У Селины же в голове не умещалось, как это возможно. Родственники должны жить в мире — они же близкие люди, в них течет общая кровь…

Гелена переживала из-за денег. Они с Рианой поделили между собой обязанности прислуги, оставив на долю Селины большую часть ухода за младенцем, а сами ходили по местным лавкам, приносили не слишком вкусную еду (впрочем, Селина сейчас была рада любой), готовили, мыли посуду, убирали.

“Хорошо, что Кариус обеспечил нам возможность хотя бы полгода не думать о крыше над головой”, — думала Гелена, подсчитывая деньги.

Новый мир оказался не без добрых людей. Сердобольная соседка Александра Борисовна взяла бестолковых, как она думала, выпускниц детдома под крыло, помогая им с вещами для младенца, и с кормлением, купанием, и даже в поликлинику местную помогла записаться. И часто баловала их разными вкусностями.

Но они не ценили ее доброго отношения, принимали как должное ее помощь и требовали большего — словом, вели себя слишком надменно, словно они до сих пор были выше всех по положению в обществе. И вот добрая женщина на них обиделась, а потом уехала, оборвав связь.

Хорошо, что Гелена успела научиться у нее, как получать на молочной кухне продукты, как платить “коммуналку” — так здесь назывались специальные платежи за тепло, свет и воду, освоилась с местными волшебными аппаратами — смартфоном и компьютером. В интернете она узнала о местных магах — экстрасенсах, и была полна решимости заставить кого-то из них открыть Тропу в родной мир. Если Кариус мог это сделать, то найдется и кто-то еще.

О том, что кто-то еще может найтись и в родном мире и сослужить добрую службу заговорщикам, Гелена предпочитала не думать. Кариус и мама хранили все сведения о других мирах в строжайшем секрете. Именно поэтому они уже несколько месяцев живут здесь, и никто их не нашел. Лишь бы хватило денег. Уж магу она, когда вернется в родной мир, отплатит сполна, если найдется таковой.

Риана же, на правах старшей, нашла работу. Сначала ее пугала вообще мысль о труде, но работа оказалась даже в какой-то степени приятной: она раздавала у метро листовки с яркой рекламой магазина для неформалов, и пусть порой было ужасно жарко, шумно, а люди грубы и равнодушны, но там у нее появились настоящие друзья. И Эльдар, так похожий внешне на ее несостоявшегося эльфийского жениха, но при этом настолько отличающийся от того принца по характеру.

Селина мгновенно, едва ли не залпом, выпила свой чай, жадно сжевала конфету. Она всегда теперь ела так, словно боясь, что через минуту из детской послышится требовательный голосок маленького тирана, которого она несмотря ни на что обожала так, что Риане порой казалось: зря для них не сделали документы, что Рома-Рейнор — сын Селины. Хотя, конечно, это было бы глупо, ведь Селина по местным меркам только-только стала совершеннолетней. В этом мире, удивительное дело, выходить замуж в шестнадцать было редким исключением и часто осуждалось. Девушки выходили замуж и рожали первенцев, страшно подумать — в двадцать пять, а то и после тридцати. И говорили при этом, что надо сначала пожить для себя, попутешествовать, все попробовать…

Удивительный мир!

Как сестры не понимают, что здесь столько невероятных возможностей?

Селина подскочила к раковине, чтобы ополоснуть чашку. То же самое сделала и Риана. Вроде бы мелочь — посуду за собой помыть, и раньше это всегда казалось чем-то незначительным и простым. А теперь…

Наверное, Селина права. Они заслужили.

— Не торопись ты так… Света, — сказала Риана с участием. Сестру было жалко, все же она взяла на себя самую трудную работу. И пусть Селина уверяла, что она обожает малыша, Риана видела, как же ей трудно. Красота юной девушки поблекла, кругленькое личико осунулось, кожа стала какой-то землисто-серой, а вся местная немногочисленная косметика сиротливо лежала в красивой пластиковой сумочке, потому что у Селины не было сил и желания заниматься макияжем. Волосы она сворачивала в гульку, совсем позабыв о тех изысканных прическах, которые делали ей горничные. Да и откуда тут взяться горничной?

— Он плачет, — вздохнула Селина. — Зубки, наверное, полезли. Хоть бы температуры не было в этот раз!

Риана прислушалась к негромким всхлипам Рейнора, грозящим перерасти в истинно королевский ряв. Солнце вовсю светило из-за занавески, и успокоить мальчика теперь представлялось почти невыполнимой задачей. А значит, придется кормить, мыть, менять подгузник, качать…

При мысли о смене подгузников Риана скривилась: это была самая нелюбимая ей часть ухода за младенцем. 

Селина тяжко вздохнула, устало побрела в комнату. Ее понурый вид всколыхнул в душе старшей принцессы чувство вины. Она-то всю ночь развлекалась в хорошей компании, а бедняжка Селина…

— Я возьму братика, — сказала Риана сестре и вперед той поспешила к кроватке.

— Спасибо, — только и смогла выдохнуть Селина.

Риана забрала Рейнора и принялась возиться с ним. Из-за полученных впечатлений уснуть в ближайший час все равно не получилось бы, так уж пусть лучше сестра выспится, чем сама Риана потратит ценное время впустую: будет гонять в голове мысли и пялиться в потолок.

Или продолжит ругаться с Геленой.

Если укачивать Рейнора, то сестра точно не станет продолжать разборку.

Тем более подгузник, кажется, не грязный, а только мокрый — вот удача!

Селина попыталась помочь ей и подогрела смесь, но, вручив Риане бутылочку, прилегла на кровать. Закончив с переодеванием и кормлением, Риана увидела, что Селина уже спит без задних ног.

“Совсем вымоталась, бедная”, — пожалела ее старшая.

Она вышла в гостиную и стала прохаживаться по ней, потому что тогда малыш молчал. Правда, он уже не висел на плече безвольной запеленутой куклой, а активно вертел головенкой и выгибался, так что приходилось держать его очень крепко.

В голове Рианы бурной рекой проносились воспоминания о вчерашнем вечере, и, кажется, их уже накопилось на целую отдельную жизнь.

Лучшую жизнь, полную радости и предвкушения первой любви… 

И, пожалуй, это был лучший вечер в ее жизни!

Самый лучший из всех тех вечеров, что они провели здесь, в Москве. Пусть Марат водил их в местный элитный клуб, но куда той музыке и тем коктейлям до разухабистого панк-рока и пива с луковыми колечками! 

 И уж точно лучше любого из прошлой, королевской жизни. Там, в родном мире, Риана и помыслить о подобном времяпрепровождении не могла. О том, что рядом будет столько людей — не охранников, не фрейлин и даже не сестер, — а самых разных, молодых и не очень, незнакомцев, дружно орущих песни любимой группы, а потом так же дружно веселящихся за тесно набитыми столиками трактира, который здесь назывался баром. И все вели себя так, словно были членами какого-то неведомого братства, сплоченного крепкими теплыми узами.

В голове она раз за разом прогоняла их общение с Эльдаром. Как он невесомо коснулся ее пряди волос, выкрашенной в чудесный синий цвет. Как он смотрел на нее. Его глаза словно видели ее насквозь, как будто он понимал, что Риане он кажется самым дорогим, самым лучшим человеком в мире. Видел — и даже не думал насмехаться над ее чувствами.

Даже медлил, словно она все еще была королевской особой, а он — всего лишь менестрелем, который не должен и в мыслях позволять себе заглядываться на принцессу.. 

Его голос… Волшебный голос, поющий о том, что он готов пойти за своей любимой даже в другой мир, чуть хрипловатый — наверное, от курения.

Риана вспомнила его губы, плотно сжимавшие тлеющую сигарету, и на ум пришли совсем крамольные мысли. 

Ей вдруг представилось, что эти губы касаются ее. Захватывают и целуют, сводя с ума. А сильные руки, ловко умеющие обращаться с гитарой, обнимают ее так крепко и так нежно…

Смущенная собственной дерзкой фантазией, принцесса крепко зажмурила глаза от стыда и густо покраснела. Как хорошо, что никто не может прочитать ее мыслей!

Из сладких воспоминаний ее вырвало кряхтение братца, недовольного, что его “няня” остановилась. Риана встряхнулась и снова зашагала туда-сюда.

Но воспоминания снова захватили ее. 

Это она тут краснеет от мысли о поцелуе, а вообще там, в компании, очень свободные нравы. Паук на концерте весьма неприлично прижимался к какой-то девушке, одетой в откровенное платье — короткое и сильно декольтированное. Еще одна незнакомая парочка так непристойно тискалась на диване, не смущаясь шуточек приятелей и окликов вроде: “Ну вы там не увлекайтесь!”

В родном мире так говорили обычно о простолюдинах — они, мол, как животные, у них нет утонченности чувств, гордости и этикета. Вскакивают, как коты на кошку. Впрочем, Риана как-то видела, как ее кузен Стуриал, сильно пьяный, едва ли не валился на одну из служанок, а та покорно терпела его распускание рук. Риана тогда резко окликнула девушку, и та сразу вырвалась и убежала. Стуриал тогда грозился и ругал Риану на чем свет стоит — в основном, конечно, прошелся по ее якобы сомнительному происхождению, но, протрезвев, обо всем забыл.

Риана поймала себя на мысли, что всегда ненавидела пьяных, они ассоциировались у нее с кузеном и отчасти с дядюшкой Клависом. Но почему-то посетителям концерта она прощала их неумеренную любовь к спиртному.

Потом, когда Селина проснулась и забрала Рейнора, Риана взбодрила себя чашкой крепкого кофе и отправилась на работу. Она могла бы и не приходить сегодня, но ей хотелось снова увидеться с теми, с кем она делила радость концерта и прогулки после него. Еще раз услышать об Эльдаре, как его хвалят. А может быть, узнать хоть что-то о его тайне.

Салон открывался в десять. Утро выдалось по-летнему жарким, обещая в середине дня настоящий зной, когда асфальт раскалялся так, что возле метро было стоять невозможно, приходилось скрываться в прохладе перехода. 

Чтобы не заснуть, принцесса купила по пути банку энергетика. Этот странный напиток очень любила Агнесса, но принцессу он всегда немного пугал. Уж очень походил по запаху на одно хетапльское зелье. Его как-то подлили Риане в бокал — хотели выяснить, дочь ли она короля или, может быть, кого-то другого. Злые языки чаще всего намекали на Кариуса, потому что он появился при дворе непонятно откуда вскоре после  рождения Рианы. Проверка не получилась — принцессу вырвало после первого глотка…

Риана пересилила себя и глотнула местного “зелья”. Оказалось, не так уж и плохо на вкус. И действительно бодрило.

В салон Риана пришла первая. Пришлось ждать Банши, так как у принцессы не было ключей. Та явилась практически впритык к открытию, взглянула удивленно:

— Ты рано. И такая бодрая. А я еле встала… — зевнула Банши. — Девчонки сейчас подойдут. Посидишь за администратора немного?

— Да. — Риана с гордостью прошла за стойку и взобралась на кожаное высокое кресло. — А что делать надо?

— Отвечать на звонки, если будут.

— А что отвечать?

— Меня звать.

К счастью, позвонила только одна девушка и попросила перенести ее запись на другой день. Через четверть часа пришли Агнесса и Стелла. Потом явился Паук. Все принялись делиться впечатлениями о пятничном вечере.

— Концерт крутейший был! — Агнесса достала смартфон и принялась хвастаться фотографиями. — Паук, девчонки, вам скинуть?

Все закивали, зашумели, принялись обсуждать кто, где и как получился. Риана смотрела из-за плеча Банши и помалкивала, радуясь каждому фото, где было видно Эльдара.

Разговор естественным путем свернул на уход солистки.

— Это конец, похоже, — пессимистично заметила Агнесса. — Не представляю, чтобы Эльдар предложил кому-то заменить Джейн.

— А он уже предложение сделал, — хитро заметил Паук. — Риане. — И от полноты чувств хлопнул ту по плечу так, что принцесса чуть со стула не улетела. 

— Ого! Это правда? — Девушки разом повернулись к Риане и посмотрели на нее с уважением. — Это же круто! И ты молчала?

— Обязательно соглашайся! — хором объявили Агнесса и Стелла.

— Ты же сказала ему “да”? — Губы Банши растянулись в улыбке.

— Я… — растерялась Риана, но тут же взяла себя в руки. Ее ведь никто не осуждал. Наоборот, все поддерживали. — Я обязательно попробую…

Словно в подтверждение, что она все делает правильно, телефон пиликнул. Пришло сообщение от Эльдара.

Риана непонимающе уставилась на адрес. Следом прилетел скриншот карты с отметкой нужного места. И короткое “В воскресенье, в десять. Жду”.

— Ты ж там не бывала? — сказала Банши.

— Да. А где это? — спросила принцесса.

— В гараже у Паши, — сказал Паук. — Да ты не волнуйся, ты ж рядом с Эльдаром живешь, поедете вместе.

Вместе…

Риана улыбнулась. В этот момент дверь открылась, впустив незнакомую девушку.

— Я на покраску, — сказала она.

— Проходите, — улыбнулась Стелла.

После обеда Риану неумолимо заклонило в сон, и ее отпустили домой. Она даже нерозданные листовки не стала возвращать, унесла их с собой в сумке.

Спала до самого вечера.

А вот в ночь с субботы на воскресенье не удалось поспать никому из сестер. Та еще была ночка! Рейнор орал как резаный и, как звереныш, вгрызался разбухшими деснами в синюю игрушку из местного материала, который все тут называли силиконом. Селина убирала эту странную штучку в морозилку, чтобы жидкость, находящаяся внутри, замерзла и хоть немного охладила воспаленный ротик несчастного принца.

Гелена не разговаривала с сестрой. Риана делала вид, что ее это не волнует, хотя на самом деле, конечно, чувствовала себя виноватой. Особенно когда утром, проснувшись после полутора часов дремы, соврала, что идет на работу, а сама собиралась в эти таинственные гаражи. Что это вообще такое? Она еще не обзавелась привычкой, как Гелена, искать в смартфоне непонятные слова. Риана смутно помнила, что гараж — это что-то вроде конюшни для машин, но при чем тут тогда музыка?

— Ты только посмотри! — сказала Гелена, глядя в окно.

— А? — ответила Селина, отработанными движениями меняя подгузник. Глаза у нее при этом были закрыты и открылись, только когда старшая сестра произнесла: “Посмотри”.

— Я заметила, она накрасила глаза, — сказала Гелена. — Обычно, когда она идет в свой разбойничий притон, она так не делает. И сейчас она не идет к шоссе. Стоит и ждет.

— Хорошо… — невпопад сказала сонная Селина.

— Тебя это разве не волнует? — строго спросила у нее Гелена.

— Что, прости? — протянула в ответ Селина и зевнула, забыв прикрыть ладонью рот.

— О! И ты туда же, — отчитала ее за это сестра. — Вы с Риной с каждым днем все сильнее начинаете походить на местную чернь. И говорите похоже. Про манеры забыли.

— Прости, — жалобно произнесла Селина. 

Гелена смягчилась. В конце концов, Селина младшая из них, а на ней лежит такая ответственная работа — сберечь наследника хетапльского трона. Ведь жизнь младенца так хрупка, а Селина бдит своим неусыпным оком, и мальчик растет, крепнет…

— Да, пожалуй, я была резка. Прошу прощения. — Гелена поняла, что зря напала на сестру. Пришлось признать: — Ты права. Негоже королевской особе возиться с грудным младенцем. Это не может не сказаться на всем... Так мы долго тут не протянем. Надо спасать положение.

— Спасать?

Гелена вздохнула и собралась, чтобы не выдать очередную резкость. Ведь она уже не раз делилась с Селиной своими тревогами относительно Рианы. Вот вроде старшая, а ума — как у ребенка. Ну разве можно якшаться с простолюдинами, да еще и в чужом мире? Такие люди опасны. Во всех смыслах. Если не обидят напрямую, то втянут во что-нибудь. Им только еще одного младенца не хватало, тем более бастарда! А ее внешность? А манеры? Ей же еще замуж выходить, и желательно не за какого-нибудь захудалого барона. 

— Я пойду к местным магам, — сказала Гелена.

— Но тут же нет магии? — удивилась Селина.

— Есть. Кариус рассказал многого про этот мир. — Гелена понизила голос и наклонилась ближе к сестре. — Я все узнала. Здешние маги называются экстрасенсы. Среди них есть сильные и могущественные, их даже по телевидению показывают, значит, уважают и ценят. Я отыщу их и потребую открыть портал. Заплатим золотом, если все получится — переправим сюда из Хетапля.

— Ох… — только и смогла простонать Селина. — Не знаю даже... Мне кажется, нам лучше в это не ввязываться.

— Мы не можем рисковать, Светлана, — сказала Гелена жестко, даже в гневе не забыв местное обращение. — Рина может попасть в беду. О нет! 

Гелена ахнула.

Селина даже выглянула в окно. К Риане подошел мужчина с длинными светлыми волосами, с черным чехлом за плечами, и они вместе отправились куда-то между домов.

— У нее есть тайный поклонник, Светлана. — Гелена вздрогнула от предвкушения близкой беды. — Менестрель, бродяга… Ну вот что: оставайся с Рейнором, а я немедленно иду к экстрасенсу. Сию же минуту!

Мир Вайдерс, академия Визард-гейт

— Ну? Удалось? — вырвалось у Виктора, едва Алекс появился на пороге.

Но Алекс не ответил, а вбежал в комнату, захлопнул дверь, активируя защитное заклинание, и бросился к столу. Вытащил из-под него две бутылки, бросил Виктору.

— Выливай!

— Да в чем дело?

— Шмонать будут, — произнес он отрывисто. — Маги смерти объявились.

— Да-а? — У Виктора засверкали глаза. — Общий сбор? Выступаем?

Сильверстоун смерил его пренебрежительным взглядом:

— Вик, ты сбрендил? На подвиги потянуло? Ты думаешь, с ними заставят сражаться зеленых первокуров? Щас уже небось декан ваш сюда телепортируется. Но обыскивать комнаты будут — это факт, поэтому выливай компромат, пока я спрячу кое-что посерьезней.

Виктор хмыкнул и вылил содержимое бутылок в раковину, сами бутылки он потихоньку выбросил за окно, пролевитировав их подальше от корпуса артефакторов. Внешне оставаясь холодным, в глубине души он просто кипел от гнева: академии грозит опасность, а студентов-боевиков распихают по норам, словно этих недотеп с бытового факультета! Он, Виктор Берхарт, потомственный боевой маг, он с детства был обучен получше прочих и вполне мог бы быть полезен…

Каждый студент Визард-гейта знал: маги смерти — это вам не шутка! И пусть рядом с академией их уже давным-давно не видели, страх, подогретый рассказами опытных драконьих всадников, жил в сердцах студентов. Ведь там, у границ, скрывалось само зло. Те, кто пошел против самой природы и посмел замахнуться на неприкосновенное, можно сказать, на святое… 

От мыслей его отвлек звон стекла и ругательства: видимо, бутылки почему-то упали, и хорошо если не кому-нибудь на голову. Виктор схватился за преобразователь и скривился:

— Кристалл переключился в аварийный режим!

Неужели все настолько серьезно?

— Мой работает. — Сильверстоун тем временем спрятал что-то важное для себя и расслабленно плюхнулся в кресло. — У тебя-то ничего запрещенного не хранится? Сигареты, пиво, женское бельишко, нелегальные кристаллы? — осведомился Алекс, потянувшись за гребнем. Его длинные волосы изысканного светло-фиолетового оттенка растрепались, и он принялся приводить их в порядок. — Если так, то срочно беги к себе.

— Мне скрывать нечего, — гордо вскинул подбородок Виктор. — У меня, как у старосты, кристально чистая репутация.

— Ну нечего так нечего, — согласился Алекс, сражаясь с особо упорным колтуном. Он прикоснулся к кристаллу и зашипел: — А, проклятье! Представь себе, значит, всем блокировали эту академическую дрянь. — Он указал на кристалл. — Мой тоже только что  отключился.

— Значит, дело серьезное, — нахмурил светлые брови Берхарт. — Ты их там видел? Магов смерти?

— Нет, — мотнул головой Алекс, прочесав наконец-то волосы. — Значит, расскажу по порядку: я пошел в драконюшни ради того дельца, о котором мы с тобой договорились. 

— Успел?... — с надеждой спросил Берхарт, хотя уже знал ответ. — Эти проклятые маги помешали?

— Да какое там! Там оказались лишние свидетели.

— Кто? Преподы? Работнички? Тебя видели? — забросал приятеля вопросами Виктор.

— Обижаешь. Я был под чарами невидимости.

— Как ты их сделал? — изумленно присвистнул Виктор.

— Неважно. А кто… Там оказалась бытовичка, как ее там, фамилию не помню, такая, на булку похожа. Ее братец там в драконюшнях еще работает. И эта рыжая бестия, с которой тебя посадил наш старикан алхимик. 

— Доу?! Что там делала эта дрянь?

— Магия с тобой, Вик, зачем так говоришь об этой девчонке? — закатил глаза Алекс.

— Говорю как есть. — Взгляд Виктора сверкнул льдом.

— Уж не запал ли ты на нее?

— Я? На эту криворукую деревенщину? — Виктор скрестил руки на груди. — Не мели ерунды, Алекс.

— А мне показалось…

— Тебе — показалось, — отрезал Берхарт. 

На миг ему представился гневный, полыхающий огнем взгляд Меллии, стоящей с ним нос к носу, когда он впервые увидел ее и сестрицу, прибежав на взрыв в общежитии.

Смелая до безрассудства…

…опозорившая его на тренировке!

— Значит, показалось, — легко согласился Алекс, и Виктор напрягся. Это было непохоже на Сильверстоуна, тот так легко соглашался, лишь когда задумывал очередную авантюру. 

И на этот раз интуиция не обманула Виктора.

— Тогда я ее забираю себе, — сказал Алекс, стягивая блестящие волосы резинкой.

— Что значит — забираешь? — напрягся Берхарт.

— Я думал, что она тебе нравится, и, как честный человек, не мог ухлестывать за девушкой друга, но раз тебе на нее плевать, то я займусь ей. Мне нравится, что она такая безбашенная, как раз такая мне и нужна. Всегда нравились женщины с огоньком. Да и на внешность ничего такая.

— Ты вообще-то помолвлен, — сказал Виктор. 

Сердце почему-то дрогнуло и пропустило удар при словах Алекса о Меллии.

— Ну и что? Ты же знаешь, в таких родовитых семьях, как наши, помолвка заключается задолго до фактического заключения брака. Невеста моя в столице, а свадьба еще не скоро — лишь после выпуска… Так что самое время мне вкусить холостяцкой жизни. — Алекс смотрел на друга с усмешкой, словно уверенный, что Виктор начнет возражать и выдаст свои чувства.

Но Берхарт стоял с каменным выражением лица.

— Не забывай, я староста боевиков, Алекс. Доу и так в учебе не блещет, а если ты задуришь ей мозги, то у нашего факультета упадет средний балл.

— Средний балл! — захохотал Сильверстоун. — Никогда не слышал ничего смешнее. Ну ты и зануда, Вик. Что-то не верится мне, что ты только о чести своего факультета переживаешь. Хочешь пари?

— Пари? — поднял бровь Виктор.

— Именно. Спорим, что я приду с ней на Зимний бал? Как ее парень.

Виктор молчал.

— Боишься продуть? — подначивал Алекс. — Или все же сознаешься, что и сам к ней неравнодушен?

— Не мели ерунды. Меня интересует, на что именно мы спорим. — Виктор не спешил пожать протянутую руку.

— На… Хм, если я проиграю, то ты получишь от меня тот усилитель. Насовсем. 

— Твой усилитель — полный хлам, — сжал губы Виктор. — Сам знаешь, что он не сработал на тренировке…

— Да я уже разобрался, где был просчет. Будет работать как миленький. И ни одна живая душа не заподозрит, и никакие артефакты его не засекут. Я дам тебе еще раз его на испытание, идет?

— Идет, — нехотя согласился Виктор. — По рукам?

— Стой, стой! А если выиграю, то ты пригласишь на бал кого-нибудь из бытовичек. Кудрявенькую, например, что возле сестер Доу трется. 

— Джун Поттс? — Виктор отшатнулся. — Ты с ума сошел? Я — и эта… эта нищенка…

Сегодня почему-то Сильверстоун взбесил его как никогда раньше.

— Ну, так будет интереснее. А то вдруг тебе и впрямь плевать на то, что я закадрю рыженькую Доу. Принимаешь пари? Учти, если не примешь, то я все равно подкачу к нашей боевой красотке. И на объездку тоже, пожалуй, останешься без усилителя, — с коварной улыбкой произнес Алекс.

— Ладно… Принимаю, — решился Виктор и каким-то отчаянным жестом пожал руку приятеля. 

Магией договор скреплять не стали — учебные преобразователи работали в аварийном режиме, да если бы и нет, только полный идиот будет им пользоваться для заключения пари. Только выволочки от деканов не хватало…

— Ты меня отвлек своими глупостями, — сказал Виктор. — Наверное, я и правда к себе пойду. Неспокойно как-то. Мало ли чего в нашей общаге вытворят, а тут проверка…

— Поздно, — ответил Алекс. — Не выпустят, раз наши кристаллы в аварийном режиме. Сиди здесь. Давай по кофейку пока. 

И пока Алекс вызывал прислугу с кофе, Виктор стоял, уставившись в окно.

Проклятый Сильверстоун был прав — его волновала не только честь факультета…

Он терпеть не мог Меллию Доу, но почему-то страстно желал, чтобы она устояла перед очарованием Алекса.

Впрочем, может, Алекс зря так самоуверен? Ведь его помолвка с леди Николь Бримстон-Холивуд ни для кого не секрет. Девчонки обожают сплетничать о предстоящих свадьбах, а эта Доу — та еще гордячка, хоть и деревенщина. Даже странно, с чего бы ей так нос драть. Подумаешь, принцесса нашлась!

Они не успели допить кофе, как к ним нагрянула проверка во главе с деканом факультета артефакторов. Мисс Кристина Грейн лично магически поверила комнату, после чего Виктор вежливо обратился к ней:

— Разрешите мне вернуться в корпус боевиков? Видите ли, тревога застала меня в гостях у друга. Я, как староста, должен быть рядом со своими сокурсниками. Вдруг кому-то нужна помощь, или натворят что-то в панике…

— Похвальное стремление, студент… — декан факультета артефакторов наморщила лоб, припоминая, — Берхарт, правильно?

Виктор кивнул.

— Вы похожи на своего отца. — На этих словах Виктор слегка помрачнел. — Что ж, вы можете отправиться, но только в сопровождении.

— Я не нуждаюсь в сопровождении. — Виктор скрестил руки на груди.

— А я не нуждаюсь в неприятностях. Маги смерти — это не нашествие клопов или бродячая собака на территории. Это реальная, серьезная опасность. Пока я отвечаю за вашу сохранность. Вы еще пригодитесь миру, студент Берхарт, когда окончите курс наук. — Кристина сдержанно улыбнулась.

Виктор был недоволен, но все же дисциплинированно дошел до своего общежития в сопровождении двух охранников академии. Это были боевые маги средней руки, но имевшие дело с опасными ситуациями.

Берхарт прошел по коридору в свои апартаменты, но чуть замедлил шаг под дверью, где жили эти злополучные Доу. Из-под двери выбивалась полоска света, а внутри слышались приглушенные рыдания. 

Секунду Виктор боролся с искушением подслушать, но напомнил себе, что такое поведение недостойно потомственного боевого мага, и прошел к себе. Он был напряжен, словно пружина, ожидая, что если не маги смерти совершат какую-нибудь пакость, то эти безродные сестрицы устроят очередной переполох.

Сестры тем временем приходили в себя после нервного потрясения.

Весь путь до общежития Ланию колотил озноб.

Они бежали бегом. Меллия больно тянула за руку, вцепившись в запястье сестры пальцами так, что у Лании кожа там посинела.

Внимания на двух неизвестно откуда бегущих студенток никто пока не обращал. И без них суматохи хватало. По двору академии метались люди: преподаватели, старшекурсники, персонал. И со всех сторон упорно неслось уже знакомое:

— Маги смерти! Маги смерти напали…

Лания была так ошеломлена, что сразу даже и не связала разрушение защитного кристалла и атаку этих самых магов. Мел затащила ее за кусты, где, бледная как смерть, пряталась Камилла.

— Девочки, сюда! Давайте скорее… — Она указала на узкую тропинку, петляющую меж розовых кустов. Прижала палец к губам. Пояснила: — Нужно остаться незамеченными.

— Я не собираюсь прятаться от каких-то там магов смерти! — попыталась возмутиться Мелия.

— Да не от них, — испуганно зашептала Камилла. — Сейчас боевики и охрана начнут проверять всех. У них наверняка возникнут вопросы, почему две первокурсницы ходят ночью по территории одни. Вон, боевики уже перед входом своих студентов осматривают.

Меллия нахмурилась. Там действительно стояла пара боевых магов из охраны, а перед ними с виноватым видом застыла сладкая парочка со старших курсов — парень-боевик и девушка с артефакторного, судя по цвету и длине мантий. Не задалось, похоже, их ночное свидание…

— Понятно, — смирилась принцесса. — Не будем подставляться.

Бытовичка провела их каким-то секретным путем. Остановилась у стены общежития боевиков. Позвала тихо:

— Мисс Риббит…

В стене, там где на первый взгляд была плотная каменная кладка, вдруг прорезалась незаметная дверь. Из-за нее выглянула огромная жаба в нарядном переднике. Она была раза в два больше тех волшебных лягушек, что приходили вместе со старшей горничной.

Жаба сердито квакнула и указала тройным бородавчатым подбородком на сестер Доу.

— Они со мной. Пропустите нас, пожалуйста, по служебному ходу, — принялась умолять ее Камилла. — Очень прошу.

— Нет, — пробулькала жаба весьма неразборчиво. — Нет-нет.

— Ну, миленькая мисс Риббит, ну я вас прошу! — Камилла сложила вместе ладони. — Ну, будьте милосердны! Спасите этих заблудших студенток. Они ничего плохого не сделали. А я вам ваших любимых пирожков с комарами испеку и суфле со взбитой ряской сделаю. Хорошо? Вы же добрая, мисс Риббит!

— Да-да, — подключилась к уговорам Меллия. — И очень красивая.

Лания на секунду испугалась, что мисс Риббит сейчас рассердится и хлопнет дверью, но, к ее удивлению, эта неприкрытая лесть возымела результат: жаба пропустила их.

Служебный ход вывел под лестницу, там они с Камиллой и простились.

— Ох, девочки… — Бытовичка зажмурилась и крепко обняла сестер.

— Мы тебя не выдадим, — успокоила ее Меллия. — Пусть меня хоть пытают!

— Я не за себя беспокоюсь, а за вас, — сказала Камилла, перед тем, как уйти. — Слышали, у входа говорили — ваш декан вернулся. Проверять будет! А он у вас такой строгий! Берегите себя…

На лестнице зазвучали голоса, и девушка быстро исчезла в тайном проходе.

Сестры пулей забежали к себе. И вовремя: в начале коридора раздались шаги проверяющих, постукивания в двери и голоса. Пока обойдут те комнаты, еще есть время отдышаться.

Лания не выдержала и разрыдалась, обреченно плюхнувшись на ближайший стул.

— Тихо! — зашипела на нее Меллия и прислушалась. — Кажется, за дверью кто-то есть… — Она прижала палец к губам, потом выдохнула: — Нет, наверное, просто кто-то мимо шел в свою комнату… Ты чего ревешь, Лани?

— Это все я… — прошептала упавшим голосом Лания. — Это все из-за меня… Чуть не случилась катастрофа…

— Эй, ты о чем? Что из-за тебя? — Меллия принялась трясти ее за плечи. — Приди в себя скорее. У тебя шок, да?

— Я виновата, — повторила Лания, буравя пустым взглядом дверь. — Я чуть не погубила всех. Тебя, Герберта, драконов…

— Да о чем ты вообще? — Меллия кинулась к графину с водой. Наполнила стакан. — Это вылазка — вообще-то моя идея. Уж если кого и накажут — так это меня. 

— Я снова колдовала, Мел, — призналась Лания. — Без кристалла. Думала, в этот раз получится, потому что я учла прошлые ошибки… Помнишь, какой был взрыв в прошлый раз?

Сестра сунула ей под нос стакан.

— Выпей и успокойся. Ты тут вообще ни при чем. Какой еще прошлый раз? Это маги смерти виноваты! Ты что, не слышала, из-за чего все вокруг всполошились?

— Да нет! — принялась спорить Лания, все еще всхлипывая и давясь глотками. — Это я… Я! Снова ошиблась и чуть не погубила нас всех!

— Не ты, — сердито приструнила ее Меллия. — Это не ты, — повторила мягче. — Там все преподы на ушах стоят. Думаешь, они не смогли бы тебя вычислить в два счета? Да они бы твою незаконную магию сразу распознали, как в тот, первый раз, когда не то что препод, а этот слабак староста раскусил, в чем дело. Но они все там озабочены какими-то магами смерти. Думаю, все просто так совпало. Случайно.

— Думаешь? — В глазах Лании мелькнула надежда.

— Конечно! — пообещала ей Меллия. — Маги смерти напали в тот миг, когда ты решила попробовать свое колдовство. Вот и все. Обычная случайность!

— Ну, я не знаю… — Лания отвернулась и потупила взгляд. — Мое колдовство было довольно сильным. И успешным…

— Тебе показалось, — помотала головой сестра. — Ох! Главное сейчас, чтобы Герберту и Камилле из-за моей выдумки не досталось.

— Надеюсь, он не пострадал, — забеспокоилась о драконюхе Лания. — Он ведь там остался…

— Сейчас нас проверят, и я попробую выбраться из общаги, чтобы все разузнать, — решила Меллия.

Ее тоже беспокоила судьба бытовички — удалось ли ей благополучно добежать до своего корпуса? — и ее брата, но еще больше принцессе хотелось разузнать про этих самых магов смерти. Отчего их все так боятся? Чем они так страшны? Как хоть выглядят-то? А если быть совсем честной, то Меллия уже представляла, как ринется в бой с ними и покажет всем этим заносчивым боевикам, кто тут настоящая воительница. Эх, скорее бы оседлать дракона! Желательно самого могучего и грозного…

— Нет, — оторвала ее от мыслей сестра. — Не нужно никуда пробираться. Особенно на ночь глядя! Нам и так проблем хватает. Не стоит привлекать к себе лишнего внимания. И так нас Камилла выручила.

— Ла-а-адно, — хмуро согласилась младшая, а Лания посмотрела на нее пристально, как бы оценивая, насколько та искренне говорит. В конце концов, с Меллии станется искренне пообещать, а потом поддаться соблазну отправиться на поиски новых приключений…

Послышались шаги. Совсем близко. Мужские.

— Проверка, — шепнула Лания тихо.

В ее душе поднималась волна паники, и нехорошие предчувствия заставляли сердце биться быстрее.

— Ну да, — отозвалась Меллия без особого волнения. — Да не трусь, это для галочки. Они ж ко всем заходят. Не разрыдайся только. Ты же раньше такая серьезная была, а тут раскисла, в какую-то плаксу превратилась!

Лания усилием воли прогнала подступившие слезы. Сестра права: ведь во дворце Ланию всегда хвалили за холодную голову, ум и расчетливость и прочили блестящее будущее в магических занятиях. Иначе ей нипочем не овладеть местной магией, и противный Дерек Грей будет смеяться над ней! Почему же здесь она не может сдержаться?

Лания сняла очки и принялась тереть глаза платочком.

Раздался громкий, уверенный стук в дверь.

— Доу, откройте, — потребовал властный голос.

Сам Дерек Грей! Лания была готова под кровать спрятаться, но лишь сжалась в комочек. А Меллия, бросив на сестру предупреждающий взгляд, кинулась открывать.

— Добрый вечер, профессор Грей, — произнесла она приветствие, пытаясь замаскировать неприязнь к нему суховатой учтивостью, но получалось не очень. — Вы на Лани не обращайте внимания. Она очень магов смерти боится, вот и плачет. А так у нас все в порядке.

— Я сам способен посмотреть, в порядке у вас все или нет, — отрывисто бросил декан.

Он прикоснулся к своему кристаллу и обвел комнату внимательным взглядом. Задержался на Лании, медленно ощупывая ее глазами. Заплаканное лицо, острые ключицы, выглядывающие из-под помятого расстегнутого воротничка, руки, нервно протирающие очки платочком.

— Пройдемте со мной, — сказал Грей резко.

— Что? — в страхе пискнула Лания.

— Зачем? Мы ничего не сделали! Сидели тут, никаких магов смерти не видели! — начала возмущаться Меллия, но декан резко одернул ее:

— Помолчите, Доу, пока я на вас не наложил “маску молчания”!

— Но…

— Я сказал — молчать! Сидите спокойно. Не съем я вашу драгоценную сестрицу. А вы давайте, побыстрее!

Он вывел Ланию в коридор. Проверка на их этаже уже закончилась, все перешли на другой. Меллия приоткрыла дверь и смотрела, как сестра, понурившись, плелась за вышагивающим впереди Дереком Греем. Переведя взгляд вправо на какой-то шорох, с изумлением увидела, что из другой комнаты вслед удаляющейся парочке озадаченно смотрит староста Берхарт.

Мир Осмира, королевство Хетапль

В Ночь истины под величественными сводами храма Пяти пророков творилась история. На краткое мгновение приоткрывалась завеса, скрывающая будущее, и опускалась вновь.

Лишь избранным дозволялось заглянуть туда и узреть то, что предначертали небеса правителям — а вместе с тем и их подданным, от знатного вельможи до самого последнего нищего.

Избранными были жрецы. Магам, при всем их могуществе, не был доступен дар прорицания, и даже старейшины гильдии порой обращались к служителям храма за помощью. 

Не всегда небеса снисходили к смертным, но в Ночь истины — это было непреложным законом мироздания.

Жрец сидел, облаченный в чистую парадную рясу, готовясь к Ночи истины. Прислужницы уже благоговейно омыли его в семи водах, с добавленными в каждую ритуальными благовониями или экстрактами растений. Все они очищали разум и укрепляли дух, делали ясной память, чтобы ни малейшая деталь сна не была упущена.

Одна из прислужниц, тихо ступая, вошла. Почтительно склонившись, поставила у ног жреца ритуальный хлебец и напиток.

Служитель храма медленно, сотворив краткую молитву, поднес к устам чашу и отпил, отломил пальцами хлебец и положил в рот.

Закончив с ритуальным подношением, он встал и проследовал в ту келью, где ему предстояло провести ночь.

Прислужница тем временем хитро посмотрела ему вслед, вытащила из-под юбки тряпочку, тщательно обтерла ей чашу и только после этого унесла поднос.

Во время ритуала жрец особенно не волновался.

Во-первых, потому что это делать было нельзя. Во-вторых, потому что его собственный опыт и опыт предыдущих служителей культа подтверждал, что высшие, превосходящие по мощи даже саму магию, силы обычно посылали довольно четкие видения. Там даже расшифровывать почти ничего не нужно или разгадывать, практически все символы были записаны и разгаданы поколениями служителей до него…

В записях, оставшихся в храме, хранились свидетельства предыдущих ритуалов и предсказаний. Все они были похожие. Подробно описывалось восхождение нового правителя на трон. Предупреждения об опасности, если таковые случались, приписывались по низу отдельной заметкой. Иногда они были прямыми: “Во второй половине правления государя такого-то в праздник урожая за колонной главного зала, вероятно, будет прятаться убийца”. Или образные: “Черный ворон, клюющий золото, был виден во второй половине правления — как предупреждение о возможной крупной краже из казны”.

Что он видел в прошлый раз, когда восходил на престол король Хенриг?

Как ни странно, святые пророки не показали тогда ему безвременной кончины короля. Его сон был безмятежен и тих, обещая долгое спокойное правление… лишь под конец сна появились эти крысы… Да, вот запись, сделанная его рукой много лет назад: “Черная и белая крысы-близнецы поменялись местами. Возможен подлог в государственных документах”…

Жрец кивнул сам себе и ухмыльнулся. Не в документах, похоже, было дело, а в предательстве королевы. Поменяла мужа на полюбовника, вот что эти крысы-близнецы тогда означали… Но кто бы мог ожидать такой вопиющей безнравственности от девушки, воспитанной в безусловно порядочной знатной семье?

Что же будет в этот раз?

Ведь камень в короне зажегся не сразу, что было само по себе дурным предзнаменованием…

Он помотал головой. В конце концов, это не его дело. Пусть толкователи разбираются! Его дело — узреть судьбоносное видение и точно пересказать его новому королю.

В келье все было приготовлено к таинству.

Большая удобная кровать — не на жестком же полу совершать столь важное для страны действо — была принесена, установлена и застелена душистым бельем. Приятный запах лаванды и роз витал в душном воздухе.

Улегшись на мягкую перину, жрец блаженно закрыл глаза, вдохнул полной грудью, прошептал ритуальную фразу и…

…провалился в сон.

Если бы он знал, что увидит подобное, он бы отказался. Он бы оставил свой пост! Сбежал! Но сон было не предугадать заранее и не прервать сознательно, поэтому пришлось досмотреть кошмарное действо до конца.

Сначала предсказатель увидел какой-то зал.

Это был не просторный и светлый праздничный зал дворца, а какое-то тесное и не особо большое помещение, ярко и аляповато украшенное, забитое под завязку людьми в уродливых и пошлых одеждах. Кошмарная музыка, ужасно громкая, чудовищная, как стук по кастрюлям пополам с кошачьими воплями по весне, невыносимо резала слух. Во главе длинного, уставленного непонятными блюдами и стеклянными бутылками пиршественного стола восседала какая-то парочка в непривычных облачениях.

На низком помосте кривлялся мужчина в странном блестящем костюме. Он держал в руках толстую железную штуку, похожую не то на маленький скипетр или жезл, не то на языческий символ плодородия, и кощунственно орал в нее душераздирающе громким голосом:

— Иван Васильевич! Дорогой вы наш дядя невесты… О-о-о! Да в этой короне из “Бургер-графа” вы просто как настоящий король! А, друзья? Как вам наш монарх? Одобряете?

— Одобряем! — заорали из-за стола пьяные мужские голоса.

Какая-то женщина — о, ужас! — остриженная, с оголенными до бедер, загорелыми почти до черноты ногами и в одной лишь коротенькой блестящей тунике, открывающей и руки, и необъятную грудь, выбежала вперед и замахала руками:

— Давайте поддержим нашего Ивана Васильевича! Он такой молодец! Настоящий мужчина! Сейчас всем нам покажет класс!

Тем временем мужчина в бумажной короне поднялся на помост и развернулся к зрителям задом, словно балаганный шут на деревенских ярмарках, где порой разыгрывались такие непристойные представления на потеху черни. Бесстыжая женщина принесла откуда-то веревку с привязанной на конце деревянной палочкой. Она обвязала веревку вокруг пояса Ивана Васильевича, поставила рядом с ним на пол пустую бутылку…

— Давай! Давай! Наш король! — заорали зрители, а мужчина…

…мужчина нелепо раскорячился над бутылкой и, неприлично крутя задом, стал пытаться засунуть в нее привязанную к веревке палку…

О боги! Такого постыдного зрелища жрец выдержать не смог.

Он проснулся в холодном поту и сел на кровати. Сердце выскакивало из груди. Что все это значит? Что?..

И главное — что сказать королю? Что записать в священной книге?..

Впервые перед церемонией у жреца дрожали руки. Что за ужасное испытание для его старого сердца на склоне жизни!

Как можно сказать государю правду? Такую правду примут за издевательство и велят бросить его в темницу!

Прислужницы уже стояли, готовые облачить его в парадные одежды. Жрец рассеянно, не попадая руками в рукава, позволил обрядить себя и на неверных ногах вышел к новому королю.

Клавис ожидал его, бледный как смерть. Он выглядел как человек, не спавший ночь, а проведший ее за обильными возлияниями. 

Так и было. Клавис всю ночь потягивал вино, чтобы успокоить напряженные нервы, и лишь под утро ненадолго забылся сном. От одного прикосновения Гадвуса он вскочил и, как был, полетел бы в храм, навстречу судьбе, но верный советник предусмотрительно распорядился, чтобы слуги немного привели в порядок костюм и лицо монарха.

— Не опасайтесь, ваше величество, — шепнул Гадвус, приободряя своего короля. — Этот пройдоха Авалис обещал, что все устроит. На кону его жизнь, и в его интересах помочь вам укрепить свое влияние.

Поэтому Клавис стоял сейчас в храме безупречно одетый и припудренный, и лишь глаза выдавали его страх и отчаяние.

Жрец величественно поклонился, и Клавис не заметил, в каком смятении тот пребывает.

“Ну, не молчи! Говори же, не томи! Что ты жилы из меня тянешь своими торжественными паузами?” — мысленно вопил король.

Жрец издевательски медленно разверз уста, словно обдумывая фразу, и изрек наконец уже потному от волнения Клавису:

— Я видел пиршественный зал, и все пировавшие громко славили нового короля. Я слышал их крики: “Одобряю”. Народ будет обожать вас, ваше величество, и ваше правление останется в веках образцом славного, доброго времени.

Клавис едва с ног не повалился. Неужели так повезло?.. Ай да Авалис, не соврал! Смог, шельмец!

Предсказатель стоял, торжественный и величавый, думая о том, что все же он не осквернил уста ложью. Просто немного умолчал о несущественных подробностях.

После того, как официальная часть жреческого откровения была закончена, король отправился во дворец. Гадвус сопровождал его и нашептывал по пути:

— Поздравляю с победой, ваше величество. Вы и впрямь несказанно удачливы.

Клавис, на котором начало сказываться нервное напряжение последнего времени, не мог погасить извечную тревогу.

— Ты думаешь, все хорошо идет? — сомневался он. — Этот маг… Я что-то не доверяю ему. Уж больно физиономия у него хитрая. Сущий проходимец!

— Не переживайте, ваше величество, — успокаивал его верный советник. — На всякого лиса найдется свой охотник. Пока я рядом, ни одному хитрецу не удастся вам навредить. Тем более этот Авалис явно старается заручиться вашим расположением. Он не обманывать вас пришел, а служить.

— Зачем ему это? Почему он не пошел в гильдию к своим дружкам… магам? — наивно поинтересовался король, даже не попытавшись сложить один факт с другим.

— Думаю, потому что у него имеются с ними некие проблемы, — прищурил глаза Гадвус. — Я почти уверен, что к гильдии этот человек отношения не имеет. Скорее всего, поэтому и пришел к вам. Не только за службой, но и за защитой. Так что будет он вам верен, не беспокойтесь. Это в его же интересах.

— Ну раз ты так говоришь… — Клавис устало вздохнул. — Думаю, так и есть на самом деле. В любом случае разузнай о нем побольше — что, кто, откуда. Настоящее ли это его имя. Денег посули, но в руки пока не давай. И смотри в оба, чтобы не сбежал при случае. Теперь я буду держать его при себе… Раз уж он ухитрился жрецу голову заморочить…

В душе у Клависа возник суеверный трепет перед новым союзником — ведь тот, получается, изменил будущее? Сумел обмануть даже святых пророков, насылающих вещие сны? С ним надо держать ухо востро!

Впрочем, если верный Гадвус спокоен, то пока по этому вопросу волноваться не о чем. Гадвус ужом пролезет в любую щель и разузнает об этом проходимце всю его подноготную!

Надо сказать, что Авалис, благополучно выскользнувший незамеченным из храма и теперь покорно ожидавший все это время в отдельных покоях — с обильной едой и превосходным вином, в тепле и уюте, но под стражей, — вовсе не собирался убегать. Как не собирался он и довольствоваться разовой подачкой.

От непривычно обильной трапезы и хорошего вина клонило в сон. Все же ему пришлось провести ночь в храме, прикинувшись прислужницей. Та, бедняжка, всю ночь сопела в две дырки, вдохнув сонного зелья (Авалис подкараулил ее в глухом месте, набросив на нос и рот смоченный зельем платок и держал, пока та не обмякла в его руках, а уж дальше было дело пустячное). Утром проснется и ничего не вспомнит.

Интересно, что все-таки привиделось старому хрычу после напитка с добавкой другого, не предусмотренного ритуалом, снадобья. Авалис сам изобрел его в бытность помощником аптекаря. Ну и жуть же ему снилась тогда: какие-то женщины в невероятно развратных одеждах, оголявших почти полностью ноги и руки; большая меховая курица, расхаживающая с важным видом по улице города и сующая в руки прохожим яркие бумажки; жуткие подземные дворцы, где с громом и рычанием выползали из нор блестящие металлическими боками черви и поглощали людей многочисленными механическими ртами… 

Словом, повидавший всякое маг больше всего на свете желал получить место в свите короля. Постоянное и надежное. Обещающее защиту, достаток и относительно спокойную сытую жизнь. Правда, пока он добирался до столицы, на троне оказался уже другой король, но судьба вообще девка непостоянная, обещает одно, а дает совсем другое. Авалис привык приспосабливаться к любым обстоятельствам, чтобы сберечь свою шкуру.

Да, чутье Гадвуса не подвело — Авалис действительно имел проблемы с гильдией магов. И очень большие проблемы! Именно поэтому место при королевском дворе — в ближайшем окружении самого короля — было для него жизненно важным в прямом смысле. Король не подчиняется гильдии, хотя та имеет немалый политический вес. А прятаться лучше на самом видном месте. Немного маскарада, немного магии, и, главное, никто из гильдейских не заподозрит, что Авалису достало наглости обвести их вокруг пальца, разгуливая перед самым их носом.

Свою нужность он сегодня доказал, но что будет дальше? Авалис нервничал не меньше, чем Клавис. Он уже понял, что у нового короля имеются некоторые проблемы с правом на трон, поэтому и рискнул — сначала с кристаллом, потом со сном жреца.

Но что будет дальше?

Вдруг король решит, что “чудес” достаточно, и просто прикажет убить его, как лишнего свидетеля? Надо как можно лучше убедить его в собственной незаменимости. А лучше даже не его, а эту скользкую гадюку Гадвуса: у советника явно мозгов побольше, чем у его короля, с ним можно будет договориться…

С другой стороны, не пойди Авалис на эту опасную авантюру, он, скорее всего, уже бы был брошен в допросный подвал. Ищейки плотно сели ему на хвост, желая растерзать его. Конечно, переходя дорожку самой гильдии, Авалис понимал, что сильно рискует, но уж слишком сильным было искушение. А если сейчас еще и получится оставить треклятых гильдейцев и особенно их заносчивого главу с носом…

Мир Земля, Москва

“Этого совершенно нельзя стерпеть! Это невозможно! Недопустимо! — думала Гелена, сердито дергая курсором мышки по экрану компьютера. — Как Риана только смеет так пренебрегать долгом и старшей сестры, и первой принцессы Хетапля!”

Сию же минуту отправиться к местному магу-экстрасенсу не получилось.

Их было слишком много. Но часть из них не отвечали на письменные запросы, а телефонные номера, заботливо переписанные Геленой, не отзывались, лишь холодный сухой голос раз за разом повторял: “Абонент недоступен”, “абонент заблокирован”...

Гелена уже не в первый раз искала экстрасенсов и поняла, что здесь колдуны-экстрасенсы хоть и имеются, но очень уж много вокруг них расплодилось всяких обманщиков-шарлатанов. По поисковым запросам на одно и то же имя выдавалось как “единственный настоящий маг”, так и “обманщик, тюрьма по нему плачет!”

“И ведь не борется с ними никто!” — возмущалась принцесса. Как будто местным правителям нет до них особого дела. Похоже, так называемая “наука” тут действительно настолько сильно превзошла магию, что о последней все почти забыли…

Естественно, Гелена была уверена, что уж она-то легко отличит настоящего мага от мошенника. Даже здесь, где она не могла пользоваться своим несильным, но все же настоящим магическим даром. Ведь волшебство окружало ее с рождения, и она знала о колдовстве куда больше любого жителя этого дикого мира.

И во время таких поисков ее и осенило: должна же быть у них какая-то гильдия, какой-то союз…

Поначалу находились какие-то странные гильдии. Гелена удивилась, узнав, что в этом мире существуют интернет-представительства различных рас вроде эльфов и орков, но, посмотрев фотографии, принцесса поняла, что это всего лишь ряженые люди с размалеванными лицами и сделанными непонятно из чего ушами.

И все же это давало надежду. Если люди знают об орках, эльфах, оборотнях и прочих нелюдях, то кто-то из них явно контактировал с Осмирой.

Наконец нужная гильдия все же нашлась. Здесь такая организация носила название “Центральный магический союз”.

И сейчас, когда вздорная сестрица изволила сбежать неведомо куда с безродным менестрелем, Гелена быстро открыла этот сайт.

— Ага! — вслух обрадовалась Гелена, но, услыхав недовольное кряхтение Рейнора из соседней комнаты и неразборчивое бормотание Селины, умолкла, укоряя себя. Ее манеры тоже становятся хуже. Какой позор для хетапльской принцессы!

Она быстро пробежалась взглядом по главной страничке с пламенными речами о том, что здесь — именно и только здесь! — можно найти настоящих, умелых и даже дипломированных магов, которые уж точно вас не подведут. Говорилось, что они не придумывают себе дурацких имен и не скрывают лиц, потому как пользуются большим успехом.

И записаться к ним очередь стоит.

Гелена открыла список столичных экстрасенсов и принялась придирчиво выбирать. К ее большому разочарованию, большая часть кандидатов на ее королевское внимание выглядела не впечатляюще. Право слово, эти люди больше походили на дворцовую прислугу, нежели на родовитых потомственных магов. Некоторые еще и при этом жили далеко, этак просто не доберешься.

Один все же ей приглянулся. Потустороннего вида мужчина с подведенными сурьмой глазами, совершенно лысый, одетый в черную мантию со звездами, выглядел приличнее остальных.

“Этот хотя бы отдаленно на мага похож“, — решила Гелена и внесла в память телефона прилагающийся к картинке номер.

Мага звали благородно и необычно — Акакий. И был он, в общем-то, не маг и даже не экстрасенс, а “контактер с космосом“. Это звучало даже лучше. Про космос и его исследования Гелена слышала в серьезных и заумных передачах, которые пыталась пару раз посмотреть в качестве общего развития кругозора. Нельзя сказать, чтобы она много чего там поняла, но на экране один другим возникали какие-то люди с умными и проникновенными лицами. Они рассказывали о небесных светилах и “кораблях”, что к ним летают. Этих людей здесь слушали с уважением и превозносили.

“Человек, связанный с космосом, не может быть мошенником. Здесь с такими вещами не шутят, — сделала вывод принцесса. — И потом, космос — это тоже поиск других миров на других небесных телах”.

— Мне нужно срочно встретиться с господином Акакием, — произнесла Гелена жестко, едва услышав фамильярное местное “алло”.

— Ой, обычно у Акакия Аристарховича все занято, но раз вам очень срочно, то можно даже сегодня. Подъедете, скажем, в три часа? — вежливо осведомилась помощница мага.

Гелена довольно улыбнулась: видно, это девушка почувствовала, что с ней говорит знатная особа по серьезному вопросу. Не собирается она очереди ждать.

— Прием стоит десять тысяч рублей. Наличными или переводом.

Гелена нахмурилась. Десять тысяч — сумма большая в их положении. Можно купить подгузников на полтора месяца. 

Но на кону стоит возвращение в родной мир, где есть не призрачный шанс побороться за трон с самозванцем. А здесь они с младенцем по миру пойдут. Работа Рианы, которой та так дорожит и гордится, ее одну не прокормит, не то что троих и младенца, которого тут содержать неимоверно трудно и дорого. Дома, по крайней мере, можно укрыться у тетушек. Там будут хотя бы слуги и няни для законного наследника трона.

И магия! Гелена ощутила острую тоску по своему дару. Пусть он не шел ни в какое сравнение с талантом Лании, но все же магические способности могут здорово помочь…

— Я согласна, — величественно произнесла она. Потом, по просьбе девушки, продиктовала свой номер, куда та пообещала сбросить карту дороги.

Чтобы выглядеть влиятельной и солидной клиенткой, Гелена решила надеть строгое платье, подаренное Александрой Борисовной. Она заколола волосы элегантной заколкой, купленной на ближайшей барахолке за сто рублей. Заколка имитировала жемчужную вязь и была неплохо исполнена в этом местном пластике. 

Селина, заметив, что Гелена куда-то собирается, заволновалась.

— Куда ты? — поинтересовалась она робко.

— Я решу нашу проблему, — прозвучал туманный ответ.

— О чем ты? — еще больше разволновалась Селина. — О деньгах?

— Нет… — Гелена приблизилась к сестре и прижала палец к губам, будто кто-то мог их подслушать. — Речь идет о нашем спасении. Мы вернемся в свой мир!

— В свой мир? — Селина прижала руки к груди.

Ее сердце заколотилось быстро-быстро. Неужели она вскоре увидит маму, отца и своих подопечных? Какое счастье! Какое облегчение! Селина ужасно боялась за родителей и все же ей хотелось верить в лучшее — что все живы, и Кариус жив, просто попасть к ним не могут. 

— Ты меня понимаешь, — сказала одобрительно Гелена. — Приятно, что мы с тобой еще не утратили разум в этом диком мире. 

Селина обернулась на мирно спящего в кроватке Рейнора. Наверное, сестра была права… Дома с мамой ему будет лучше.

Им всем будет лучше…

И все же она сомневалась:

— Ты правда думаешь, что тут найдутся маги, способные сравниться в мастерстве с нашим Кариусом?

— Здесь есть маги, — с уверенностью произнесла Гелена. — Я уже нашла одного. Вот и проверю сейчас, чего он стоит. Жди меня. Надеюсь, я вернусь с хорошими новостями.

Путь к магу оказался тернистым.

Сначала Гелене пришлось проехать несколько остановок на метро к концу ветки. Дальше следовало воспользоваться маршруткой — пренеприятнейший, как оказалось, вид транспорта. Внутри было тесно и душно, пахло потом, пивом и дешевыми, режущими обоняние духами. Все толкались, и невозможно было присесть на сиденье. Гелена приметила одно, свободное, но ворвавшаяся внутрь оголтелая толпа простолюдинов оттерла ее в самый конец салона. Пришлось держаться за спинку грязного, засаленного кресла. 

Принцесса еле стерпела эту пытку.

Когда она доехала, наконец, до нужной остановки, не слишком свежий воздух промзоны показался ей величайшим благом.

Гелена даже глаза прикрыла. О том, что придется возвращаться тем же путем, думать не хотелось. И лишь одна мысль грела ее сердце: раз этот маг вынужден скрываться в такой глуши, возможно, он действительно обладает каким-то тайным знанием. Возможно, он скрывается от неких “санитаров”, которые, как узнала Гелена, вроде бы были местными помощниками лекарей, но при этом могли отправлять магов в дома для умалишенных. 

Принцесса шагнула в сторону гаражного кооператива, заставленного множеством неказистых, но все же кирпичных, а не деревянных сараюшек, в которых местная чернь содержала свои авто.

В сердце родилось неприятное чувство. Здесь даже безродные работяги часто имеют свои машины, а ей, принцессе Хетапля, приходится пользоваться этим ужасным общественным транспортом.

Хотя, конечно, сама идея общественного транспорта ей нравилась. Она даже подумывала рассказать о нем маме и подать идею создать нечто подобное в родном королевстве. Для простолюдинов, конечно. Междугородние кареты, например… Для купцов и ремесленников, чтобы везли товары в столицу.

Она сверилась с картой. Нужно было миновать эти самые гаражи.

Гелена пошла по грязной, размытой дождем дороге. Под ноги попадались то глубокие ямы, то куски асфальта, то посыпка из щебня и какого-то строительного мусора. Ее светлые туфли быстро перепачкались.

Справа и слева тянулись железные ворота, за которыми прятались автомобильные стойла.

Пару раз принцесса сталкивалась нос к носу с выезжающими из гаражного лабиринта машинами, и тогда ей приходилось уступать дорогу, прижимаясь спиной то к ржавым дверям, то к кирпичной кладке.

На одной из улочек она встретилась с жутковатой компанией подвыпивших мужчин в грязной, неопрятной одежде. Они сидели внутри гаража, распахнув его двери. Машины внутри, похоже, никогда не было. Гараж служил местом для сборищ и распития хмельных напитков.

— Эй, красавица! — заорал пьяным голосом один из незнакомцев. — Твоей маме зять не нужен?

Его дружки мерзко расхохотались.

— Иди к нам! Водоньки тебе нальем! — крикнул второй.

Гелена внутри вскипела от гнева. На ее родине ни один забулдыга не рискнул бы возомнить себе такое — породниться с королевской семьей. Телохранители бы, не дожидаясь команды, одним магическим пассом обездвижили бы и сделали немыми за одну лишь попытку плотоядно улыбнуться в сторону принцессы…

Но, сознавая, что здесь она не может защитить себя, Гелена сделала вид, что ее это гнусные вопли не касаются. Она гордо вскинула голову и царственно прошествовала мимо.

— Ишь, гламурная какая! Ну и пошла ты! — разочарованно бросили мужики принцессе вслед и продолжили пить. — Одна останешься, такая разборчивая, будешь с кошками жить! — посулили они ей что-то вроде местного проклятия на безбрачие.

Гелена выдохнула. Опасное все же место! Какое счастье, что эти отвратительные дикари не полезли к ней. Дойти бы до мага живой…

Но мысль о грядущих опасностях почему-то преисполнила ее сил. Она не боится трудностей. Она справится! Это ее долг перед короной, перед матерью, перед собой и сестрами, в конце концов.

За гаражами находились ангары и неприметного вида трехэтажные здания, в одно из которых и привела ее карта.

Перед подъездом пестрели вывески обитателей загадочного строения. В основном это было какие-то “ООО” и “ИП”, а еще “Парикмахерская”, “Оптовый склад техники”, “Секонд-хенд”, “Взрослые игрушки”, “Быстрые займы” и “Салон тайского массажа”.

Вывески с именем мага среди них не нашлось.

“Он точно держит свой дар в большой тайне”, — удовлетворенно кивнула сама себе Гелена и вошла внутрь.

Приемные покои мага находились на втором этаже. Пришлось подняться пешком по прокуренной лестнице и пройти за перегородку в виде стальной узорчатой решетки, разделяющую этаж пополам.

В самом конце принцессу ждала неприметная дверь, на которой просто значилась цифра “29”. На карте так и было указано.

Она пришла.

Сначала в крошечной прихожей ее встретила девушка. Судя по голосу, та самая, с которой Гелена созванивалась.

— Я пришла, — объявила принцесса о своем визите, стараясь держаться величественно и строго.

— А, да… — Помощница мага принялась рыться в телефоне. — Галина… Алина…

— Елена, — поправила ее Гелена, сурово нахмурившись. 

— Все… Вижу… Сеанс будет стоить десять тысяч, помните? 

Девица явно намекала на оплату, но Гелена смерила ее презрительным взглядом и рявкнула строго:

— После приема.

— Но Акакий Аристархович так не работает…

— Я сказала — после приема! — отчеканила Гелена, глядя на захлопавшую глазами помощницу ледяным взглядом. 

— Хорошо… Тогда потом… — испугалась девушка. — Проходите. Акакий Аристархович вас ждет.

Великий волшебник отыскался в соседнем помещении. Он восседал на покосившемся кресле, довольно засаленном, но Гелена решила, что бедность убранства его покоев — это вынужденная мера для гения магии в изгнании.

В конце концов, ее и сестер ждет то же самое — нищета и убогость, — если они не найдут способ вернуться.

Сам “контактер” выглядел тоже не так впечатляюще, как на картинке из интернета. Он был невысок и сер лицом. Расшитая звездами мантия была сшита из местного дешевого бархата. Звезды на ней оказались намалеваны краской, довольно небрежно и криво.

— Здравствуй, землянка! — поприветствовал он Гелену. — Итак, рассказывай, что привело тебя к величайшему мастеру межгалактических ментальных переходов?

Неплохо прозвучало, пусть и фамильярно. Манеры у этого мага были местные, совершенно простецкие. Но переходы — это уже что-то.

— Я хочу попасть в другой мир, — начала принцесса с места в карьер. Надежда шевельнулась внутри. Неужели…

— Понимаю. — Маг сцепил перед собой длинные пальцы. Указал на потертый глобус, стоящий на столе. — Наша планета — это не единственное обитаемое место во Вселенной. Хорошо, что ты, землянка, это осознала. Итак, с какой звездной системой ты хочешь связаться?

— С Осмирой. В частности — с королевством Хетапль, — обрадовалась Гелена.

Надо же! Этого мага вообще не удивил ее запрос. Он отнесся к нему, как к чему-то нормальному, обыденному, а значит, она пришла по нужному адресу.

— Хетапль… Хетапль… — забормотал контактер с иными мирами. — Аванс Галочке заплатили?

— Вот еще, — строго прищурилась Гелена. — Откроешь мне путь — получишь втрое. Золотом. Понял?

Акакий открыл один глаз и, встретившись с властным и непреклонным взглядом Гелены, принял ее требование.

— Хорошо. Ладно… — Он снова зажмурился. — Хетапль… Это в какой у нас системе?

— Системе? — не поняла принцесса. — Это королевство, вообще-то. Находится в Осмире.

— Так бы сразу и сказали, — убедительно произнес экстрасенс, словно он не услышал эти слова сегодня впервые. — Сейчас-сейчас… — продолжил он тянуть время.

Он завис на пару минут, выжидая чего-то. Гелена стала вся внимание. Она искренне надеялась уловить в воздухе хоть какой-нибудь намек на магический импульс.

Хоть слабенький…

Может, она их не чувствует, потому что здесь лишена возможности колдовать?

— Ну? И что там? — поторопила она, не особо пока понимая, что именно контактер должен сделать.

— Сейчас-сейчас… — снова повторил он, но уже как-то не так уверенно. — А. Вот. Лечу… Уже лечу в систему Осмира. О-о-о-о… Вокруг столько звезд. Та-а-а-ак, покидаю Млечный Путь и двигаюсь мимо созвездия Козерога…

— Какого еще “козерога”? — не выдержала Гелена.

Ей вдруг стало совершенно понятно, что надежда оказалась ложной, а контактер просто сидел с закрытыми глазами и изображал полет… куда-то, непонятно куда. Придумывал, видимо, на ходу.

Стало больно, словно ее ударили под дых. Сердце сжалось, но вслед за болью в душе яростной волной поднимался гнев. Как, она шла по этим грязным трущобам, полным отребья, — и все зря?

Быть не может!

Но Гелена не была бы собой, если бы сейчас расплакалась или как-то выдала то, что творилось у нее на душе. Пока что она не знала, что делать дальше.

Акакий тем временем открыл глаза, протянул в сторону клиентки раскрытые ладони, помахал на нее:

— Шлю вам лучи добра из системы Осмиры! — Он замахал на Гелену еще интенсивнее. — Вот так! Осеняю вас удачей и светом королевства Хетапль! Скоро в вашей жизни все пойдет на лад, вы обретете счастье… С вас десять тысяч!

Гелена вскочила со стула.

— Да что ты себе позволяешь, жалкий шарлатан! — заорала на него во весь голос. — Решил насмехаться надо мной? Еще и за мои же деньги?

Она стукнула кулаком по столу так сильно, что Акакию пришлось шарахнуться в сторону. Он свалился с кресла и ползком попятился к выходу, на ходу причитая:

— Галочка, помоги мне скорее!

— Никто тебе тут не поможет, мерзкий лгун! — по-змеиному зашипела на него Гелена, замахнувшись на Акакия схваченным со стола глобусом. В тот момент она выглядела как ведьма, жаждущая возмездия. Белые волосы разметались по плечам, а глаза горели ледяной яростью. — Как ты посмел шутить с такими вещами?

— Я не шучу, — заскулил Акакий. Ему удалось дотянуться до ручки двери, но Гелена оказалась быстрее. Она захлопнула ее и приперла спиной. Лжемаг на всякий случай прикрылся, опасаясь получить грязной туфелькой по физиономии. — Я правда связался с этим вашим… Как его там…

— В этом моем “как его там” тебе бы голову с плеч сняли за подобную выходку! — Гелена склонилась над несчастным магом. — Жаль, здесь так нельзя. Но я вот сейчас в полицию позвоню. Мошенников и в этом мире никто не любит…

— Не надо полицию, — испугался контактер. — Я честный человек. Просто у меня фантазия буйная. Космос люблю. Я прошу вас… — Он попытался неуклюже поймать руку Гелены и поцеловать ее. — Госпожа моя, простите… И глобус не разбейте — он заговоренный!

— Нет тебе прощения! — Гелена вырвала руку из цепких пальцев Акакия. — Я никому не позволю насмехаться надо мной.

— Не вызывайте полицию, уважаемая, прошу, — снова залебезил фальшивый маг. — И не говорите никому. У меня же бизнес! А я… А я вам денег за это заплачу. Разойдемся миром?

— Я подумаю, — царственно кивнула ему Гелена. 

Ярость отступала. Да, здесь она вытянула пустышку. Но если Кариус открыл Тропу в этот мир и смог вернуться обратно, то должен быть способ! Миров без магии не бывает, это… это против самой природы!

В конце концов, ей плевать на этого мерзкого слизняка и его отношения с законом. Главная задача — вернуться домой. Избавить сестер и брата от жуткой участи прозябать в нищете, в изгнании. Ради этого она готова рисковать снова и снова.

Спустя минуту Галочка с перепуганным лицом отсчитала ей сумму, равную сумме приема. А еще вызвала такси.

После того, как жуткая клиентка уехала, Акакий с гордым видом объявил своей помощнице:

— Так, Галочка: поднимай цену вдвое и говори новым клиентам, что помимо космоса я и с параллельными мирами теперь контактирую…

Он не сомневался, что сегодня в его кабинете побывала настоящая иномирянка. Конечно, в деньгах пришлось немножко потерять, но это он наверстает. Он все-таки прикоснулся к настоящему чуду!..

…Оставшись наедине с Рейнором, Селина ухитрилась полчаса подремать, пока он спал, но потом малыш проснулся от какого-то резкого звука на улице — кажется, такие долгие, противно пищащие звуки издавали с перепугу местные машины, и это называлось “сигнализация”.

Малыш отчаянно ревел и никак не желал успокаиваться. Селина со вздохом выглянула за окно. Погода хорошая. Выход был один — уложить его в коляску и пойти на прогулку в парк. Что же она будет делать, когда наступит осень и непогода?

Намотав несколько кругов по знакомым дорожкам, принцесса услышала за спиной знакомый голос:

— Привет, Светик! Чего такая кислая?

Это был Марат. Он улыбался ей во всю ширь. Глаза его, как всегда, живо блестели.

— Устала немного, — позволила себе пожаловаться Селина и натянула на губы улыбку.

Она так и не присела с утра. Не перекусила даже, а конфета, съеденная ночью, никак не могла заменить полноценный завтрак, поэтому в животе предательски заурчало.

— О! Да ты голодная, что ли? Пойдем в кафешку? — предложил Марат и потянулся к ручке коляски. — Обедом тебя угощу…

— Спасибо, но нет, — вежливо отказалась Селина. — Ромочка расплачется в помещении. Неудобно. Придется уйти.

— Сестры ждут, да? По-о-онял, — разочарованно протянул сосед.

— Да нет. Они ушли как раз… — зачем-то сообщила ему Селина.

— И Ленка ушла? — уточнил Марат на всякий случай. — А надолго?

— Не знаю… — растерялась принцесса.

Сосед оживился, голос его зазвучал радостнее прежнего.

— У меня идея! Пойдем ко мне, а? Закажем пиццу, кино посмотрим… — заметив испуганный взгляд Селины, он пояснил: — Не-не! Ничего такого, ты не думай… Просто на тебе лица нет. Ты вообще спишь? В общем… Просто хочу тебя порадовать чем-нибудь и с Ромиком твоим помочь. Пойдем, а?

Селина представила сердитое лицо Гелены. Но она так устала постоянно возиться с братиком практически в одиночку. А тут…

В конце концов, сестры явно не скоро вернутся — может быть, до самого вечера. Значит, можно и заскочить к Марату в гости. Он, конечно, странный иногда бывает и так ее напугал своими поцелуями в их первую встречу, но опасности в соседе она уже давно не чувствовала. Может, здесь все так воспитаны, что поцелуи с девушкой ничего серьезного не значат. Гелена видела что-то такое в интернете — Селина даже глаза от смущения закрыла.

И все же с ним можно поговорить, как со взрослым человеком, а то она, кажется, уже давно только сюсюкает и воркует с малышом. Селина чувствовала себя ужасно одинокой — старшие сестры редко разговаривали между собой так, чтобы это не переходило в ссору, а Селина разрывалась между близкими ей людьми, не зная, как поддержать обеих и уладить конфликт.

Конечно, Марат не производил впечатления человека, знающего, как пеленать или укачивать младенца, но Селина подумала, что справится сама. Но хотя бы чуть-чуть обстановку сменит. И поест.

Тем более от Марата тянуло веселой беззаботностью, которая навсегда осталась в прошлой жизни, в утраченном детстве…

— Ладно. Только ненадолго, — решилась она.

Конечно, Гелена потом выскажется, что нельзя приходить домой к посторонним мужчинам без компаньонки, это неприлично и даже опасно. И в чем-то она была права, если вспомнить, как “познакомился” с ней Марат. Но сейчас он не был пьян, да и в клубе вел себя достойно, так что предложение звучало заманчиво. Отдохнуть и поесть!

О, сила магическая, как же хочется всего лишь поесть и отдохнуть! 

— Тогда вперед! — Марат вытянул у нее коляску и быстро зашагал по дорожке парка, изображая, будто рулит машиной. — Вперед-вперед! Поехали, у нас тут тачка самая крутая! На… — Он сунул ей в руки свой смартфон. Ткнул на какой-то значок. — Выбери там в приложении пиццу и еще чего-нибудь… Что хочешь. Мне собу еще возьми. И пеперони. Себе там, что любишь. А Ромке… А ему не надо!

Весело расхохотавшись, он покатил коляску к подъезду. Оглянулся на спутницу, неуверенно держащую смартфон. Марат решил, что Селина стесняется заказать что-нибудь дорогое, как это бывает с девчонками, у которых с деньгами туговато, и, одной рукой маневрируя коляской, заказал всякой вкуснятины. Он даже представить себе не мог, что девушка не только не умеет пользоваться приложением, но и понятия не имеет, что такое эта самая “соба” или “пеперони”.

— Готово! — весело сказал он, убирая смартфон, закатил коляску по пандусу, и они вместе поднялись на лифте на нужный этаж.

Когда они зашли в его квартиру, Марат бесцеремонно вытащил наследника Хетапльского престола из коляски, причем мальчик, периодически оравший на руках у родных сестер, на этот раз почему-то благосклонно пошел на руки к чужому дяде. Марат подхватил его, подражая Селине, и уложил на плечо, но ребенок завертелся.

— Скучно-о? — спросил Марат. — Ну давай покажу тебе все. А ты, Свет, руки мой иди — вон ванная.

Селину слегка успокоило то, что малыш не плачет, оказавшись на руках не у “мамы”, и она зашла в ванную. Ей давно безумно хотелось в туалет. Недостатком долгих прогулок на свежем воздухе было именно то, что мест, где можно было справить нужду, не нарушая приличий, в крошечном парке не водилось.

Ремонт в ванной Марата был дизайнерским, но цвета показались Селине кричащими, она не способна была оценить дороговизну материалов и сантехники, разве что не сразу поняла, как пустить воду из крана — здесь, оказывается, она текла сама, как по волшебству, безо всяких поворотов рычажков.

Когда она вышла, увидела, что Марат носит Рейнора по комнатам, развернув лицом от себя и рассказывая ему обо всем.

— Тут у дяди Марата тренажо-о-ор, — смешно тянул он. — Вот вырастешь, тоже на таком тренироваться будешь, чтобы стать сильным. А тут домашний кинотеатр — знаешь, какой звук громкий? Свет, может, мультики ему включить, а? — спросил Марат у вернувшейся из ванной Селины.

— Думаешь, он что-то поймет? — усомнилась принцесса.

— Поймет, конечно. Про свинью вон ему включим. Там смешно. Я сам пару раз смотрел — ржал.

— Ну… Я не знаю… — Селина протянула руки, привычно забирая младенца к себе.

— Ты такая красивая, — не удержался Марат. — Давай я тебя сфоткаю? О! Погоди! — Он взял с полки черные очки и надел на ничего не понимающего наследника. Те немедленно перекосились, не будучи рассчитаны на такую маленькую головку. — И кепку еще. Будет как крутой пацан! Во!

Марат напялил на Рейнора темно-синюю брендовую кепку, поправил козырек, чтоб она не закрывала ему лицо полностью, и скомандовал:

— Ну-ка, улыбаемся!

Сфотографировал сначала Селину с ребенком, а потом подскочил к ним сам, приобнял девушку одной рукой и щелкнул себя вместе с ними.

— Во, сейчас в сторис выложу, — разулыбался он. — Народ офигеет!

Он гыгыкнул, что-то там делая в телефоне.

— Щас тебе перекину. Смотри, какой Ромик сурьезный получился!

— Да у меня телефон дома… — сказала Селина, не очень хорошо представляя, как работает пересылка сообщений.

— Забыла? Ну хочешь, сходи возьми, а то сестры потеряют. — Марат, в свою очередь, плохо себе представлял, как можно не брать с собой смартфон. — А хочешь, иди в ванной отмокай, пока пицца приедет. У меня там гидромассаж — видала?

Селина качнула головой. Раздеваться в чужом доме ей претило, снова вспомнилась их злополучная первая встреча с Маратом. Тот еще и присоединится, нисколько не стесняясь находиться с ней рядом в одном исподнем, которое здесь еще и было намного откровеннее, чем в Хетапле. Такой уж он бесстыжий сам по себе, хоть и добрый. Возня с ребенком ему даже шла, он сам выглядел как большой мальчишка, с удовольствием играющий с маленьким.

— Ну, давай тогда мультики смотреть, — сказал Марат, включая огромный экран. — Ромик, давай сейчас посадим тебя…

— Он еще не сидит, — с легким беспокойством в голосе ответила Селина.

— А мы научим. — Марат слегка обложил принца подушками. Про “сидеть” он явно преувеличил, малыш, скорее, лежал. — Во, пускай смотрит, только поп-корна не хватает.

Селина по жестикуляции Марата поняла, что речь идет о какой-то еде, и сказала:

— В коляске грызунок есть.

— Покатит, — одобрил Марат. — Неси сюда.

Вручив принцу любимый грызунок, Марат плюхнулся на диван и похлопал по нему. 

— Падай, Светик. Посидим, мульты позырим, пока курьер не пришел. Можем пивка пока выпить, или ты всегда с алкоголя отключаешься? — хохотнул он.

Марат пощелкал по каналам, но вместо обещанной “свиньи” включил на большом телевизоре какой-то фильм. Там были драконы и воины в доспехах — самые настоящие. Селина удивилась: все выглядело слишком реалистично. Она даже хотела спросить, не настоящее ли все это? Но в то же время она помнила, что местные “технологии” позволяют создавать иллюзии такого уровня, что не всякому хетапльскому магу под силу, поэтому предусмотрительно промолчала.

Внезапно раздался резкий звонок в дверь, и Селина даже побледнела: ей подумалось, что вернулась Гелена и будет ее отчитывать — и за то, что ушла одна к чужому мужчине, и за то, что, как обычно, не отвечает на звонки и сообщения. Сестра всегда говорила, что Селина должна научиться пользоваться местной техникой для связи и для того, чтобы не отличаться от местных разительно, поскольку здесь даже беднота пользовалась телефонами, практически не выпуская их из рук. 

А Селина даже телефон с собой не брала — зачем он ей? Она никуда, кроме парка возле станции, и не ходила, ее легко было найти там. Вечно сонная и замученная, она никак не могла освоиться с иномирскими технологиями, даже алфавит выучила с горем пополам и искренне считала себя дурочкой. Гелена же может. И Риана постепенно справляется. Селина забывала о том, что сестрам приходится немного легче, напротив, она полагала, что тем куда труднее — они так много делают по дому: и убирают, и готовят, и по лавкам ходят, а Риана еще и работает!

Но это была вовсе не Гелена, а низенький чернявый мужчина, который принес им большие коробки, источающие вкусный запах. Селина почувствовала, что еще немного — и в голодный обморок упадет.

Марат принес коробки в комнату и продолжил возиться с малышом. Он показывал ему что-то на экране.

— Светик, сгоняй за стаканами на кухню, а? — попросил он, старательно отвлекая Рейнора, которому надоел грызунок. Наследный принц куксился, угрожая испортить взрослым трапезу. — Поляну накрывай, короче.

Селина отправилась на кухню, сверкавшую белизной и хромом. Небольшой беспорядок, конечно, там был, но Марат упоминал, что к ним приходит кли… кле… в общем, наемная прислужница, как поняла Селина.

Стаканы нашлись на барной стойке.

— Колы нам нальешь? — добавил Марат, когда Селина вернулась с посудой. Он вышагивал по комнате с малышом на руках. На столике, подвинутом к дивану, стояли небольшие квадратные коробочки и лежали деревянные палочки и пластиковые вилки.

Принцесса послушно взяла пузатую коричневую бутылку, с усилием крутанула крышку, и на нее тут же вылился настоящий фонтан. Селина взвизгнула, а Марат со смехом перехватил у нее бутылку, отставил в сторону.

— Ох ты ж, е-мое! — выругался он. — Сейчас за шваброй сбегаю… Извини, Светик! Надо было мне самому открыть, а не тебя просить…

— Что с ней случилось? — опасливо поинтересовалась принцесса, перехватывая брата и косясь на все еще шипящую жидкость.

Эти напитки в ярких бутылках с нарядными этикетками, стоящие длинными пестрыми рядами в супермаркетах, всегда ее пугали. И привлекали… немножко. Риана как-то хотела купить попробовать, но Гелена запретила тратить деньги на неизвестные продукты.

И вот теперь…

Селина смотрела, как по светлым спортивным штанам и белой футболке — всю эту одежду ей принесла добрая Александра Борисовна, сказав, что это ненужные вещи ее дочерей, — расползаются бурые пятна…

— Да что там случилось — курьер растряс по дороге, — виноватым тоном пояснил причину произошедшего Марат. — Вот блин… Слушай, Свет… — предложил он, глядя на расширившиеся глаза гостьи. — Давай я пока тебе другую одежду дам, а твою в стиралку закину.

Он принес Селине трикотажные шорты и широкую футболку. Все это было ей великовато, но что поделать — пришлось впервые в жизни, краснея от смущения, переодеваться в мужскую одежду под вопли Рейнора. Гелена бы точно на такое не согласилась! Пошла бы за своей…

Но Селине не хотелось идти и искать что-то чистое и приличное, тем более что у них самих давно скопилась куча стирки. Здесь так призывно пахло, что рот сам по себе наполнялся слюной.

— Спасибо… — робко пробормотала принцесса.

— Да не дрейфь ты так, — успокоил ее Марат, вернувшийся из ванной. — У меня сушилка мощная! Фильм досмотрим, и как новенькие твои вещи будут! Жуй пока и не переживай так!

Он пододвинул к ней коробку с пиццей, а сам взялся за маленькую упаковку, в которой оказалась коричневая длинная лапша в соусе. Ловко подцепив палочками немного, Марат закинул ее себе в рот. 

Пицца, оказавшаяся открытым пирогом с сыром, мясом и овощами, показалась ей самой вкусной вещью на свете. Такую, наверное, трудно самим приготовить!

Селина взяла сначала один кусок, потом еще один. Чувство сытости пришло быстро, а за ним нагрянула такая сонливость, что Селина, минут пять честно поборовшись со сном, в итоге вырубилась там, где сидела…

Заметив это, Марат сходил в соседнюю комнату, принес оттуда плед и, накрыв ее, снова принялся развлекать Рейнора. 

— Ладно, давай с тобой по-мужски поболтаем, — весело балагурил он. — Во-о, видишь, дядя Марат колу пьет, а тебе еще рано!

Малыш какое-то время вел себя спокойно, но потом вдруг принялся недовольно кряхтеть и хныкать.

По комнате пополз характерный запашок.

— Ну, чувак, это ты не вовремя, — пробормотал Марат растерянно, понимая, что решать возникшую проблему придется ему.

Будить измученную гостью было жалко. Он и не стал этого делать, а пошел в прихожую и там заглянул в сумку, притороченную к ручке коляски. Повезло — у Селины было припасено три чистых подгузника и пачка детских влажных салфеток.

Вздохнув поглубже и собрав всю свою силу воли, Марат принялся менять подгузник принцу.

В конце концов, не должно же это быть так уж сложно! Не высшая математика, так сказать…

— Фу, — скривился Марат, разлепив липучки и увидев жидкое содержимое. — Блин, щас весь диван изгваздаю, надо ж тебя куда-то положить… Или подложить…

Не придумав ничего лучше, он положил малыша на кухонную столешницу — стол все ж проще будет протереть, чем диван. Подавляя тошноту, кое-как вытер все испачканное салфетками и отступил к мусорному ведру, чтобы выбросить все. Малыш тем временем сделал довольно успешную попытку перевернуться на живот.

— Э, ты тут погоди уползать-то, — испуганно вскрикнул Марат, беспокоясь, что ребенок свалится со стола и что-нибудь себе сломает.

Салфетки, брошенные в спешке, не все долетели до ведра, но Марат уже стоял возле малыша и пытался нацепить подгузник. 

 — Где тут перед, где зад-то? — почесал он в голове. Он попытался надеть подгузник лежащему на животе принцу, но ему это не удалось. — Извини, чувак, полежи вот так… — Марат перевернул ребенка на спинку, подсунул под попу подгузник. — А-ай, бли-ин! Пипец… — констатировал он, глядя, как стремительный фонтанчик, забрызгав его футболку и шорты, поливает стол и чистый подгузник, приготовленный на смену. — Блин, еще и обоссал меня всего…

Досада у Марата смешалась с желанием расхохотаться от комичности ситуации. Кто ж знал, что дети так умеют!

— Блин, ты и себе весь твой этот… футболку, короче, уделал, — сказал Марат, глядя на детский бодик. — Фига ты акробат. Чемпион по художественному описыванию… Чего теперь, мамку твою будить прикажешь?

Малыш весело сучил ножками на столике, не испытывая ни малейших неудобств.

— Ладно, щас как-нибудь тебя обезвредим, — вздохнул Марат, радуясь, что один из чистых подгузников не замочило. — Фу, блин! Теперь воняю весь… Эх, Ромка-Ромка! В душ теперь надо. И как это с тобой сделать?..

Тем временем Гелена вернулась домой. Там было непривычно тихо. Только легкий шум улицы слышался из открытого окна.

Сестер не было — и понятно. Риана сбежала со своим бродягой, а Селина… Селина явно гуляет с ребенком в парке — где ж ей еще быть?

Гелена скинула с ног туфли, все еще покрытые грязью улочек гаражного кооператива. Прошла на кухню, желая попить воды и немного успокоиться. Все прошло не так, как она планировала. С другой стороны, кто сказал, что ей повезет с первого раза? Сдаваться принцесса не собиралась. Деньги, полученные от мага — с паршивого волка хоть шерсти клок — она собиралась убрать в шкаф. Пригодятся.

Конечно, на родине от нее бы такой пройдоха деньгами не откупился. Никакими! Бросили бы его в темницу — и дело с концом. Но здесь приходится на время задвинуть гордость подальше. 

На столе в комнате лежал телефон Селины. На экране светилось уведомление о принятом сообщении.

“Опять она не берет с собой смартфон, — нахмурившись, подумала Гелена. — Я же просила!”

Сколько раз она говорила сестрам, что нужно всегда быть на связи, а то мало ли что… Риана хотя бы в этом слушалась, правда, теперь сестру беспокоило, что та будет вести переписку со всяким местным сбродом. 

И тут в ее голове щелкнуло: а с кем тогда переписывается Селина? Она же никак буквы-то не может выучить и читает кое-как…

Гелена решительно взяла в руки гаджет и открыла мессенджер. Там на нее сразу буквально вывалились дикие фото, на которых были Селина и… Марат. В обнимку! Наследника, разряженного хуже, чем иной королевский шут, она вообще не сразу узнала.

Минуту спустя Гелена уже колотила кулаком в дверь Марата.

— А ну открывай! Живо! — крикнула, услышав звуки отпираемого замка.

Из темного коридора на нее пахнуло вонью. Зажегся свет, и она носом к носу столкнулась с Маратом, под мышкой у которого извивался наследник в испачканном бодике с расстегнутой перемычкой и криво сидящем подгузнике. 

В глаза неприятно ударило видом полуголого тела. Марат был одет исключительно в трусы с мокрыми пятнами, наспех натянутыми на влажное еще тело.

Заметив, куда с недоумением смотрит Гелена, Марат принялся оправдываться:

— Это не я, это Ромик… Ты не подумай! — Он устало выдохнул. — Не знал, что поменять подгузник — это такая трудная работа…

— Где Селина? — ледяным тоном поинтересовалась Гелена, забирая Рейнора себе. Сбивчивые объяснения соседа относительно непристойного вида мало что проясняли. 

Почему он возится с младенцем?

— Тише, не кричи. — Марат прижал палец к губам. — А Светка спит там, вот мне и пришлось…

— Спит?! — Гелена побледнела и, резко отстранив его, быстро прошествовала в комнату.

Там она увидела мирно сопящую на диване Селину. Плед, прикрывавший ее, съехал на пол, и стал видно, что на сестре чужая одежда…

Мужская.

Одежда Марата.

— Не буди ее только, она так умаялась… — попытался вступиться хозяин квартиры, но Гелена буквально прожгла его взглядом:

— Что ты с ней сделал?

— Ничего. — Марат примиряюще развел руками. Догадался: — Ты про одежду? Да она просто колой облилась случайно, вот я и дал ей… Ну, Лен! Ну чего ты опять злишься? Все ж хорошо…

— Молчи! Вечно от тебя одни проблемы! — припечатала его Гелена и принялась расталкивать ничего не понимающую сонную сестрицу. Будь у нее руки не заняты Рейнором, она бы еще и Марату пощечину залепила. — А ну вставай! И живо домой!

Мир Вайдерс, академия Визард-гейт

Едва маг и Лания скрылись из глаз, Виктор подошел к Меллии, все еще стоящей в дверях.

— Что вы опять натворили? — сурово сдвинув брови, обратился к студентке староста. 

Обычно все смущались, когда он говорил таким тоном. В его голосе звучал лед, и голубые глаза тоже были похожи на льдинки.

Меллия же снова прожгла его своим янтарным взором. Она казалась живым огнем. Ее рыжие волосы были растрепаны, напоминая языки пламени. По крайней мере Виктору пришли на ум старые вайдерские сказки про огненных дев — флейми.

— А тебе-то что за дело? — возразила она ему, как обычно, грубо и с гордо поднятой головой.

— А ты хоть раз в жизни можешь не хамить, нахалка? — вскинулся Берхарт. — Я староста группы, и все ваши проделки меня касаются. Я отвечаю за порядок и в общежитии, и на факультете.

— А ты? — не осталась в долгу Меллия. — Ты сам можешь хоть раз нормально спросить, а не со своей высокомерной ухмылочкой? Я тебе не прислуга, я тоже на боевом факультете и уж точно не ниже тебя!

Виктор даже усмехнулся: ничего себе самомнение у этой Доу. Это ее-то захудалый род — ровня ему, потомственным боевикам? Да его предок был среди основателей академии…

— Ладно, тогда по-хорошему спрашиваю: что такого натворила твоя сестрица, что ее увел с собой декан Грей? — не желая ссориться, произнес парень. — Особенно сейчас, когда кругом рыщут эти паршивцы, маги смерти…

— А мы сидим здесь, как мыши в норе, — подхватила Меллия. — Почему нас не берут помочь с ними расправиться?

Берхарт опешил, услышав свои собственные мысли из уст той, кого он считал деревенской дурочкой.

— Думаешь, ты справилась бы? — спросил он, чувствуя странное любопытство.

Сейчас она скажет, что да, и он снисходительно объяснит ей, что это слишком опасно — как ему всегда объясняли, сотни раз… 

И каждый раз его это бесило до невозможности.

Но ответ Меллии его удивил:

— Совсем за дуру считаешь, да? — сказала она со вздохом. — Я ведь понимаю, что мы еще ничего не умеем, даже драконов не оседлали. Но ведь наверняка есть какие-то возможности, на подхвате быть… В конце концов, это глупо — запирать тех, кто должны учиться, как сражаться и побеждать!

Берхарт стоял, совсем растерявшись. Всей душой он был согласен с Меллией, но гордость не позволяла ему высказать свое горячее одобрение. Еще что она там себе подумает…

Поэтому он сказал кисло:

— Наверное, там, в администрации академии, знают, как лучше.

— А ты бы, будь ты ректором, разве не отменил бы эти правила? — спросила Меллия прямо, словно под дых ударила.

— Я не ректор, — попробовал уклониться Берхарт.

— Ты зануда, — проворчала Меллия. — Что, корона упадет признать, что ты тоже недоволен этой “заботой” о нашей безопасности? Думаешь, я все по твоему лицу не вижу?

Виктора снова обожгло пламенем ее злости и досады. Он старался иметь всегда непроницаемый вид, чтобы никто не мог догадаться об его истинных эмоциях. Он хотел казаться ледяной скалой, а тут какая-то не блещущая умом и талантами деревенщина раскусывает его за несколько минут.

— Так ты скажешь, что натворила твоя сестрица? — напомнил он тему разговора.

— А что сразу “натворила”? — ощетинилась Меллия. — Этот ваш декан…

— И твой тоже, — вставил Виктор, но его собеседница продолжила, отмахнувшись:

— Явился, ввалился, не объяснил ничего, смотрит на всех, как на липкую кучку, — сказала она сердито, — вот как ты всегда. Вы с ним случайно не родня? Оба законченные снобы!

Берхарт от такого предположения даже закашлялся.

— Так, значит, — сказал он, стараясь добавить теплоты в тон, но с непривычки получалось плохо, — вы просто сидели и разговаривали, не колдовали без преобразователя, не пытались перевести его из аварийного режима в рабочий, не распивали спиртное…

Меллия прыснула.

— Не-а. Я же говорю, пришел, губищи скривил и забрал Лани куда-то.

— Ну, раз она ни в чем не виновата, то скоро вернется обратно, — попытался закончить диалог на миролюбивой ноте Виктор.

И тут он вспомнил еще о кое-чем важном.

— Ты знаешь, что Алекс Сильверстоун помолвлен? С леди Николь Бримстон-Холивуд, — сказал Берхарт своим обычным жестким тоном.

Меллия вытаращилась на него, совсем забыв об остатках хороших манер:

— Чего?

— Я спрашиваю, ты слышала о помолвке Сильверстоуна?

— Да мне дела нет до его помолвки, — фыркнула она, в очередной раз отмахнувшись. — Ну и что? При чем здесь это вообще?

— Я бы настоятельно рекомендовал тебе держаться от него подальше, — заявил Виктор.

— Это в смысле, что такому высокому аристократу нечего водиться с деревенщиной? — последнее слово принцесса произнесла, передразнивая тон старосты. — И что тут ты мне указываешь? Думаешь, я мечтаю быть на месте той леди Холистон… Как ее там? Я вообще замуж не собираюсь! Я хочу стать настоящим воином. Сражаться с врагами… А ты тут со своими глупостями! — Она зло сверкнула глазами.

Виктор чувствовал, что он сделал что-то не так, но гнев захватил его: он тут помочь пытается этой гордой дуре, а та еще хамит.

— Я тебя предупредил, — сказал он, легонько кивнув на прощанье и собираясь уходить.

— Иди ты отсюда, предупредительный такой! — зло выплюнула вслед Меллия. — С кем хочу, с тем и вожусь! Зануда! Сноб противный! Разговаривать с тобой больше не хочу!

“Придется, — осознал Виктор, подходя к своим комнатам. — Ведь этот старый сумасброд, профессор Пруф, посадил нас вместе для занятий алхимией, чтоб ему пусто было с его жребием! И Гримму с его паленой задницей!..”

Лания тем временем уныло плелась по коридору, стараясь не отставать от бодро шагающего декана, и гадала, что ее ждет. Страх стискивал сердце: неужели Дерек Грей что-то видел? Почувствовал след ее магии и догадался обо всем? Конечно, хотелось бы верить сестре, утверждавшей, что во всем виноваты эти загадочно-жуткие маги смерти, но в вопросах, связанных с волшебством, Лания Меллии не слишком доверяла. Уж очень сильно ее сестра-двойняшка уступала ей в магических талантах. Как будто Лании его досталось за обеих, и в детстве Лания даже чувствовала себя немного виноватой перед сестрой. Впрочем, младшая из-за своих посредственных магических способностей как будто ничуть не расстраивалась.

Дерек Грей провел принцессу тайным ходом. Лания на секунду увидела, как из стены показывается и тут же скрывается жабья физиономия мисс Риббит.

Затем, оказавшись на улице, декан притянул студентку к себе, накрыв полой плаща, и сжал свой кулон.

— Ни звука, — шепнул он.

Лания нерешительно прижалась к его теплому боку. Пахнуло мужским парфюмом — резковатым, как сам Дерек Грей.

Странность ситуации мешала привычно анализировать магические потоки, которые здесь буквально собирались в преобразователь, а потом выходили оттуда упорядоченным заклинанием.

Так они прошли буквально до угла, а потом декан снова взялся за свой артефакт, и перед ними открылся еще один проход — на сей раз под землю.

— Сюда, — позвал он принцессу, освобождая ее от своего плаща.

Еще одно заклинание — и кристалл на его груди зажегся, как фонарь. Лания это отметила и едва удержалась от вопроса: как это делается? Любопытство на миг пересилило волнение. 

“Нельзя задавать вопросы, — напомнила себе Лания. — Наверняка тут все что-то подобное умеют. Я и так привлекла к себе внимания предостаточно. Вдруг он догадается, почему я так потрясающе невежественна для студентки, вошедшей в тройку лучших по силе дара на вступительных испытаниях?”

Они спустились по каменной лестнице. Катакомбы, обнаружившиеся под зданием академии, совсем не удивили принцессу, ведь примерно такие же были и дома, в хетапльском дворце. Правда, ходить по ним особо было незачем. 

Хотя спустя минуту Лания поняла, что у них катакомбы все-таки были другие… Ведь из стен на нее глянули жуткими пустыми глазами человеческие черепа. 

— Что это? — не удержавшись, испуганно шепнула принцесса.

— Крипта, — холодно ответил декан. — Не знали о ней? 

— Нет, — честно призналась Лания.

— Теперь знайте, — в голосе спутника будто прозвучала легкая издевка. — Студенты моего факультета не должны бояться каких-то там старых костей. 

— А я и не боюсь! — тут же парировала принцесса, заставив себя отбросить мысль о страхе. У нее получилось. Любопытство, как часто с ней бывало, пересилило все остальные эмоции. — Я бы просто хотела узнать, что это за кости и почему они тут? 

— Догадайтесь, — хмыкнул Дерек Грей. — Вы же умная студентка, не так ли?

Он в очередной раз пытался ее поддеть. Но Лания не поддалась. Она прикинула одно к другому и выдала, в общем-то, очевидный ответ:

— Маги смерти виноваты, верно? 

— Верно, — подтвердил декан, глядя на Ланию со смесью досады и интереса. Похоже, ему понравилось, что Лания не спасовала, и слегка задело то, что не удалось лишний раз щелкнуть ее по носу. Первокурсникам полезно — те вечно считают, что они тут самые умные пришли, а до них никто ничего не мог нормально сделать не мог, и только с их приходом в магии начнется череда новых открытий и прорывов… — Вопрос был риторический.

Жутковатый подземный ход вскоре вывел их в жилые покои. Прямо в чью-то спальню. 

Там стояла громоздкая мебель из темного дерева, огромная кровать с чернильно-лиловым балдахином. Окна были занавешены тяжелыми плотными гардинами. Лания почувствовала, как воздух здесь буквально напитан различными заклинаниями…

Перехватив ее взгляд, Дерек Грей сказал:

— Мой предшественник обожал роскошь. А мне некогда заниматься обстановкой.

— Ваш… кто? — Сконфузившись, Лания отпрянула от декана подальше. — Куда вы меня привели?

— К себе, — ответил он. — Разве непонятно?

— Зачем вы привели меня к себе… в спальню? — нахмурилась Лания.

Дерек Грей закатил глаза.

— Потому что в кабинетах сейчас полно народу, а я бы не хотел, чтобы нас видели. У меня к вам крайне конфиденциальная беседа. А прохода, ведущего в более приличную часть моего дома, к сожалению, нет. К тому же в гостиную может зайти не в меру любопытная горничная, а я не желаю сплетен, якобы я завожу интрижки с первокурсницами. — Последнее слово он произнес с нескрываемым пренебрежением.

— Я ничего не делала… такого… — на всякий случай начала заранее отпираться Лания. Она сомневалась, что декан пригласил ее прогуляться по катакомбам просто так, ради приятной компании.

Да и вообще, разве он когда-нибудь может вести себя нормально? Вечно смотрит свысока, как будто все перед ним — ничтожества и глупцы. По крайней мере, Лания перед ним всегда ощущала себя такой, недалекой неумехой. Будто мало ей того, что она в одночасье из талантливой магички, надежды хетапльского двора, превратилась в начинающую, худшую на факультете. Нет, даже во всей академии! Тут не то что любая студентка с бытового ее на голову выше, но и последний уборщик лучше разбирается в магии — хотя бы потому, что он тут вырос и учился с детства пользоваться этими преобразователями.

Дерек Грей насмешливо улыбнулся и закатил глаза, словно был сыт по горло оправданиями.

— А вот мы сейчас и проверим, чего вы там делали или не делали, студентка Доу.

Лания едва смогла унять дрожь.

“Догадался… отследил? Он наверняка был в драконюшнях, когда маги смерти напали, и видел меня…” — пронеслось у нее в голове. 

В нападение магов смерти, о которых все говорят, Лания уже поверила, но вот причину сбоя огромного “драконьего” кристалла подозревала другую. Возможно, все действительно совпало. Только было наоборот! Она повредила драконюшенный артефакт в тот же миг, когда маги смерти атаковали.

Или они только и ожидали, когда кто-нибудь сломает драгоценный кристалл? Может, драконов хотели украсть или выпустить, чтобы те озверели и всю академию разнесли?

И теперь Дерек Грей, который, скорее всего, все понял… Даже страшно подумать, что он сделает с ней теперь! Наверное, в тот миг принцесса предпочла бы лично с магом смерти наедине остаться, чем с деканом боевого факультета.

Нет, она будет отпираться до последнего! Иначе может пострадать и Герберт, и Камилла, а уж их Лания меньше всего хотела подставить…

А если ее вообще исключат? Куда она пойдет в этом чужом мире? Здесь хотя бы общежитие, обучение, подруги… А что там за пределами академии — это все словно в тумане… 

“Видеть меня он не мог, — попыталась рассуждать логически Лания. — Говорили же, что он был где-то на границе. А вот отследить мою магию впоследствии? Знать бы, как долго сохраняется след от колдовства и как здесь его отслеживают, тогда было бы все ясно…”

Дерек Грей, прищурившись, смотрел на перепуганную студентку. Невооруженным глазом было видно, что она боится, но чего именно? Перед ним трепетали все студенты, такая уж грозная была у него репутация. Даже те влюбленные дурочки, что бегали за ним, все равно смущались, краснели и порой заикались, когда он спрашивал у них теорию…

Впрочем, может, эта Доу опять что-то натворила. Девчонка при всей своей неловкости все же смогла удивить его своими теоретическими познаниями. Как ловко она рассчитала силу импульса для чар обездвиживания. Не пользуясь кристаллом, что вообще было за гранью его понимания. Ладно бы перед ним был старый опытный зануда, поднаторевший в теоретических изысканиях, вроде Брича или Пруфа, но ведь это была всего лишь сопливая девчонка из захудалого рода Доу, где сильных магов, которые бы потянули учебу в Визард-гейт выше лекарского факультета, не рождалось уже лет пятьдесят.

И вообще, как она могла продержаться столько времени без магии? Так не бывает! 

Дерек Грей вспомнил то унизительное ощущение беспомощности, когда ему во время его собственной учебы за одну из провинностей заблокировали преобразователь. И то было всего на сутки. А эта странная Доу живет без него с церемонии вручения…

Как пить дать, она как-то ухитрилась его обмануть! Но как? Ведь он сам, лично, проверял ее на запрещенные артефакты и сейчас в комнате все тщательнейшим образом проверил. Там даже банальной бутылочки с подпольно сваренным зельем от прыщей не было припрятано, как это бывает у девушек. А на серьезный артефакт у сестриц банально бы не хватило денег и связей на черном рынке.

— Вы колдовали без преобразователя? — с нажимом спросил декан, и Лания вздрогнула.

“Ни за что не сознаюсь, ведь, кроме того единственного случая, я действительно ничего не делала…” — подумала она, а вслух произнесла, запнувшись:

— Н-нет.

— Не врать мне! — прикрикнул Дерек Грей.

— Я и не вру, — голос Лании дрожал.

— Говорите правду, студентка! Вы пользовались сломанным артефактом? Может, пытались починить его своими силами? Вы же, как я погляжу, любите сложные задачи.

— Люблю, — произнесла та, как будто с вызовом. Или на самом деле признавалась в любви… к науке. — Но я не чинила его. Мне, к сожалению, это пока не под силу.

Декан хотел было еще немного поднажать, хотя уже и сам понял, что запугал несчастную Доу достаточно, чтобы та созналась в чем угодно, но взгляд его упал на массивные деревянные часы, украшенные искусной резьбой в виде медвежьей морды.

 Времени не было совсем. Да и, в конце концов, он и привел ее сюда, чтобы наконец выдать ей артефакт на замену, а не выпытывать ее маленькие тайны. Натворит что-нибудь — вряд ли сумеет замести следы.

— Ладно, — сказал он. — Убедили. 

Он отошел к стене, коснулся ладонью темной панели из дерева и прошептал заклинание, тронув висевший на шее кристалл. Открылся тайник, из которого выехала резная полочка с какими-то склянками и коробками. Дерек Грей порылся в одной из них, достал новый целый артефакт и подал принцессе.

— Держите. Пользуйтесь. Он в аварийном режиме. И упаси вас небо разбить его. Или, например, начать самостоятельно переключать из аварийного режима в рабочий. 

Лания нерешительно протянула руку за кристаллом, словно боясь, что тот сейчас издевательски отдернет руку.

Но ничего такого не происходило.

— Ну, что же вы медлите? — насмешливо изогнув уголок тонких губ, произнес Дерек Грей. — Или мне вам надеть его лично? Сожалею, но эту честь вы упустили на вручении артефактов.

Лания насупилась. Воспоминание о ее позоре на церемонии снова окрасило щеки румянцем.

— С-спасибо, — буркнула она, отвернувшись.

— Разбитый занесете Элизе, — добавил он. — И больше не разбивайте. Вещь хрупкая.

— Вы уже говорили, — ответила Лания, глядя в сторону.

— А вы, значит, все понимаете с первого раза? — усмехнулся декан. — Знали бы вы, мисс Доу, как часто мне говорят это мои студенты, а потом творят глупости… Ладно, не кукситесь тут. Сейчас я верну вас обратно, да смотрите не болтайте. Я и так оказал вам услугу, избавив от объяснительных о замене кристалла и беседы с завхозом. Если проболтаетесь, назначу вам в знак наказания протереть от пыли те черепушки, что мы сейчас снова увидим. Давайте, надевайте ваш преобразователь, и пошли.

Декан, проводив Ланию, уже совершенно открыто отправился в учебный корпус — предстояло очень важное экстренное совещание, на которое он уже опаздывал, но все же собирался успеть вовремя. 

Мир Осмира, королевство Хетапль, столица Дефос

Тиана вела очень уединенный образ жизни. Домик, предусмотрительно купленный Кариусом, находился в не самой густонаселенной части Дефоса, и защитных заклинаний на него было навешано не меньше, чем на лабораторию придворного мага. Если бы кто-то попытался выследить Тиану, то еще не доходя до проулка непременно сбился бы с пути. 

Девушка ежедневно ждала Кариуса или весточки от другой помощницы, Астины, но пока никто не выходил на связь. Астина, скорее всего, не имела возможности незаметно выбраться из дворца. А вот что случилось с Кариусом, было загадкой.

Еда и деньги у Тианы были, и даже в доме имелся небольшой кабинет для магических занятий. Она каждый день занималась, чтобы не сходить с ума от безделья и бессилия помочь тем, кому бы она хотела.

Тиана была дочерью мелкопоместного дворянина, в роду которого давно не рождалось сильных магов, но имение у них было неподалеку от Дефоса, и с помощью старых связей отец пристроил ее во дворец одной из многочисленных фрейлин. Он надеялся, что его невзрачная дочь найдет себе там хоть какого-нибудь женишка, но, немного пробыв в свите принцессы Лании, Тиана попалась на глаза Кариусу, который часто занимался с принцессой, потому что ее высочество, в отличие от сестры-двойняшки, оказалась невероятно магически одаренной. Кариус разглядел и в Тиане неплохие магические способности и взял ее к себе в помощницы.

Юная Тиана обожала своего наставника: тот был всегда вежлив и терпелив, когда обучал ее, и никогда не ругал, если у нее не получалось. А к какой невероятной магии ей было дозволено приобщиться! Открытие Троп… Тиана девочкой читала старые легенды о том, как маги древнего Хетапля с легкостью путешествовали в невероятные миры и привозили оттуда всяческие диковины, но потом через одну из Троп в Осмиру проникли ужасные чудовища, пожиравшие всех на своем пути, перед которыми бессильны были даже маги. Святые послали с небес легендарных героев Ланиуса и Меллина, которые победили зло и закрыли Тропы — навсегда. В память о былом остались лишь врата на гербе Хетапля…

Однако Кариус открыл целых две новых Тропы, и никаких чудовищ оттуда не проникло… Он узнал о мире, где магия подчиняется иным законам. Туда планировалось отправить младших принцесс, чтобы спрятать их, если завистливый злодей Клавис все же решится на заговор…

И брат короля решился! Тиане до сих пор было больно вспоминать тот день, когда это случилось…

…Астина тогда прислушалась и тревожно посмотрела на Тиану.

— Что-то не так, — произнесла она шепотом. — Господин Кариус уже должен был вернуться. Значит, действуем, как он велел нам, если что-то пойдет не так…

— Слышишь? Скорей! — прошептала Тиана.

В тот же миг по коридору прогрохотали сапогами вооруженные воины в полной броне. Обе магессы, молодая и постарше, спешно спрятались в потайной комнатке, укрытой чарами от посторонних глаз.

— Я узнаю, что там. — Юная Тиана прижалась щекой к стене и, прикрыв глаза, запустила мощный магический импульс сквозь каменную стену. И тут же переменилась в лице, побледнела как смерть. — О, сила магическая! Кажется… — Она захлебнулась воздухом. — Заговорщикам удалось схватить ее величество…

— А господин Кариус? Ты его слышишь? — заволновалась Астина. — Принцессы успели перенестись?

Тиана стала вся внимание, сомкнула веки еще плотнее. Гладкий камень, к которому прижималось ее ухо, заискрился. Магия подсветила бледные силовые жилы…

— Их нет, — сказала она наконец. — Открытие Тропы точно состоялось. Думаю, успели. 

— С его высочеством Рейнором? — уточнила Астина с надеждой.

Тиана подтвердила:

— Да. Вместе с ним.

Обе помощницы Кариуса переглянулись с тревогой. Они уже поняли, что все пошло не по плану. Случилось страшное — коварные бунтовщики сумели провернуть все раньше, чем предполагалось. Злодеи достигли своей цели и теперь обшаривали замок, расправляясь с людьми, верными свергнутому королю и особенно королеве…

После Тиана узнала, что убили главнокомандующего стражи и нескольких боевых магов. Но это потом, а тогда, когда по коридору протащили упирающихся придворных, обе магессы, казалось, перестали дышать. Они могли наблюдать за происходящим через секретное зачарованное окошко, которое выглядело со стороны коридора, как пасторальный пейзаж в тяжелой раме.

— Если нас найдут — убьют, — произнесла Тиана без особых сомнений. Ее руки тряслись, а под густыми кудрями, скрывающими бледный лоб, выступили капельки пота. — Нет… — Она закусила губу. — Нас будут пытать, чтобы мы рассказали…

— Не найдут, — успокоила ее Астина.

— Бедные… — прошептала Тиана, имея в виду остальных помощников Кариуса. Он всегда держал около себя несколько магов, но не допускал их ни до чего особенного. Это были обычные телепортисты, которые помогали королеве перемещаться к главам других государств. Магия переносов на большие расстояния была довольно сложной и задействовала импульсы на полную мощность. Обычно телепорт обеспечивали несколько человек. Иногда свиту приходилось посылать обычным путем заранее, а телепорт беречь для короля с королевой.

Астина и Тиана числились в секретаршах, и поэтому им необходимо было избежать допроса. Любой ценой сберечь тайну Троп!

— Они нас не найдут.

В словах Астины была надежда, подкрепленная тем, что истинные занятия Астины и Тианы были известны лишь главному магу и самой королеве. Для остальных они были рангом чуть повыше горничных, нянек или кухарок, неприметных, как домовые мыши. Кем-то вроде подручных для настоящих магов.

Когда шум немного утих, помощницы выбрались из своего укрытия и поспешили на кухню для прислуги, где их уже ждали поварихи, верные королеве Ранелии. Они быстро и молча переодели магесс в одежду стряпух и, ни о чем не расспрашивая, отправили в одну из комнатушек для служанок.

Тиане и Астине повезло. Когда стражники по приказу узурпатора заявились на черную кухню, никому и в голову не пришло, что кудрявая замарашка с веснушками на курносом носу и полноватая женщина с заметной проседью в волосах могут обладать мощной магией. Пришлось постоять, опустив глаза долу, и подождать. Это было не так страшно — если перевешать всех кухарок и горничных, то кто будет обеспечивать во дворце порядок, чистить одежду, готовить? 

Как и ожидалось, захватчики убрались прочь, прихватив с собой несколько ящиков любимого вина короля и большой окорок…

После этого Тиана вновь припала к стене, пытаясь расслышать хоть что-то обнадеживающее, но хороших новостей было мало: король погиб, королева была пленена, а Кариус… Тиана почувствовала на миг его присутствие, после чего произошла сильнейшая магическая вспышка, и маг вновь пропал.

— Ай! — Она отшатнулась от стены и болезненно прижала ладонь к уху.

— Что случилось? — Астина взволнованно посмотрела на нее.

— Учитель… — выдохнула Тиана. — Это он! Похоже, он переместился обратно во дворец, а потом… На него напали, и он… перенесся куда-то еще.

— С помощью Тропы? — Старшая магесса заволновалась еще сильнее. — В мир, где спрятали наследника престола?

Если так, то это было очень плохой новостью. Враги не должны были знать о Тропах, и тем более наблюдать переход по ним в другие миры. Пусть не посвященные в тайну маги не смогут открыть Тропу, но проблемы все равно возникнут.

— Нет, — успокоила ее младшая магесса. — Это был обычный телепорт. Но какой-то… — Тут она поняла нечто ужасное. — Его ведь ранили, Астина! И скорее всего, бросили боевое заклинание, а оно сбивает перенос… А он все равно рискнул. 

— То есть его могло выбросить где угодно, — произнесла Астина и пожевала губы. — Это все осложняет.

— Ужасно… — Впечатлительная Тиана сжала кулаки. — Это ужасно, Астина! И самое страшное, что мы сидим тут и не можем ничего сделать. Совсем никак не помогаем!

— Мы не должны действовать сгоряча, — покачала головой ее рассудительная собеседница. — Господин Кариус не раз говорил с нами, как поступить, если он будет вынужден остаться в мире, где спрячут старших принцесс с младенцем. Конечно, это не то же самое, но давай-ка рассудим, что мы вообще можем предпринять сейчас.

— Надо отыскать Кариуса и помочь ему. — Глаза Тианы оживленно сверкнули. — Кроме него, никто не сумеет открыть Тропу!

Это было правдой. Опасаясь провала, Кариус не открывал никому самого главного секрета. Это было рискованно, но слишком ценным было это знание...

— Бедняжки их высочества, — вздохнула Астина. — И невинный младенец…

Тиана вздрогнула. Младенец, наследник! Кариус собирался привести кормилицу и служанок. Двух служанок — Даллу и Саю — он даже несколько раз водил в тот удивительный мир, обучая, как лучше прикинуться местными. Те не могли ничего рассказать здесь, связанные сильнейшими чарами молчания. Живы ли они сейчас? Их тоже надо найти… Переправить к принцессам немедленно, но как?

— Неужели его высочество обречен? Ее величество Ранелия так рисковала, чтобы родить наследника. Своей магической силой… жизнью… — У Тианы едва слезы на глазах не выступили. Принцессы сроду себе платьев не шнуровали, а тут — новорожденный младенец, за которым нужен постоянны присмотр. И чужой мир, где магией не воспользуешься… Даже Тиана плохо могла себе представить, как обходиться совсем без прислуги и без магии одновременно.

— Шансы очень малы, — сказала Астина. — Тем более малы, что время в том мире течет быстрее, чем в нашем. До наследника без Кариуса мы не доберемся, но ведь и люди проклятого Клависа не смогут. Необходимо сохранить тайну Троп, — продолжила Астина. — Они, конечно, будут обшаривать лабораторию, но мы-то с тобой знаем, где на самом деле Кариус хранил свои записи.

Тиана кивнула. Кариус оставил множество тайников. Его покои в императорском дворце были лишь местом, где он спал. В кабинете при них не было ничего, кроме стандартных книг и артефактов. В городе у него было, по крайней мере, два дома, купленные через подставных лиц. Как хороший телепортист, Кариус мог бывать там по нескольку раз в день, заперевшись для виду в лаборатории, но никогда не переносился напрямую: перемещения подобного рода легко отслеживались гильдией, равно как и простые сигналы магической связи. У гильдии был целый отдел магов, которые, сменяя друг друга, отслеживали магические сигналы и сообщали главе о подозрительных.

— Значит, нам надо разыскать Даллу и Саю, — сказала Астина, размышляя, куда могли деться те, кого Кариус готовил для жизни в мире без магии. 

— И учителя, — решительно заявила Тиана.

Астина кивнула. 

— Тогда, похоже, нам с тобой придется разделиться, — сказала старшая с тяжелым вздохом. 

Тиана посмотрела на свою сообщницу, ожидая ее дальнейших слов. Астина зря не скажет.

— Ты отправляешься в город. Прежде всего проверь оба адреса: господин Кариус мог перенестись туда, чтобы подлечить раны. Если его там нет, поищи там Даллу и Саю. Возможно, Кариус их спрятал там, чтобы перебросить вместе с кормилицей и другими няньками. А может, они, как и мы, спрятались во дворце, и тогда я быстро об этом узнаю. 

— А ты?

— Я останусь здесь.

— Но… это слишком опасно! — воскликнула Тиана.

— Для тебя — да. Ты еще молода и хороша собой, что бы ни говорил тебе твой отец. А сейчас здесь будут победу праздновать… Заметила, как наши союзницы спрятали подальше самых молоденьких и хорошеньких? Я же вышла из возраста, когда на женщину обращают внимание, — чуть заметно улыбнулась Астина. — Что, скажешь, не похожа я на кухарку? — спросила, оправляя руками простое серое платье.

— И все же я не могу тебя тут бросить…

— Можешь и должна, — сурово сказала Астина. — Ты что, забыла, что Тропы можно открывать только из Хрустального зала? Если господин Кариус жив, что весьма вероятно, то кто сможет обеспечить ему доступ туда? Я остаюсь, Тиана. Здесь ее величество, вдруг я смогу быть ей полезна? Она очень сильна и умна, вдруг сможет как-то обхитрить заговорщиков? А ты бойкая, смелая. Ускользнешь из дворца — и сможешь отыскать господина Кариуса. Только не рискуй с обычными сигналами. Помни о гильдии!

— Помню, конечно. — Тиана стояла, принимая решение.

Да, разумеется, Астина права. Кто-то должен обеспечить проход в Хрустальный зал. Иначе бедный ребенок погибнет в чужом мире, а престол навсегда займет подлый убийца. На младших принцесс надежды мало. Да, ее высочество Лания талантлива, как никто другой, но ей еще предстоят годы обучения. И что она сможет сделать без поддержки против мерзавца-дядюшки?

В самом деле, лучше как можно скорее заняться поисками учителя.

— Тогда я должна отправиться прямо сейчас, — решилась Тиана. — Пока все еще царит суматоха. Только как это лучше сделать?

— Через конюшни. Запряги в повозку с молочными кувшинами лошадь получше и прикрой мороком, направив импульс, как я тебе показывала. Верхом из замка не выезжай — это вызовет подозрения, — заботливо посоветовала Астина. — А там, в особнячке, найдется все, что нужно.

Тиана обняла свою соратницу.

— А как ты тут будешь? — В ее глазах темнела тревога. — Если они все-таки решат перепроверить тут всех?

— Пусть заподозрят сначала, — хмыкнула Астина с легкой усмешкой. — Ну, удачи тебе! Жду добрых вестей. Будем передавать новости через наших кухарок, как условлено было.

Тиане удалось покинуть дворец, и она благополучно поселилась в одном из особняков, купленных Кариусом. Денег там было оставлено достаточно. Во второй она попасть не смогла, поскольку магический ключ у нее был только от одного тайного дома. Однако, подежурив несколько дней около другого, она поняла, что Кариуса там тоже не было, равно как Даллы и Саи или хоть кого-нибудь из многочисленных помощников мага, которые были посвящены хоть как-то в его настоящие занятия. Посетив еще несколько мест, где у них с наставником происходили встречи, посвященные тайному плану спасения принцесс и маленького принца, Тиана было пала духом. Где же искать его?

Ей пришлось познать на себе, что такое жить без прислуги. С одной стороны, было трудно, но девушка сразу обзавелась нарядами для простолюдинок, а еду приносила из местных лавочек или перекусывала в трактирах поприличней, благо денег хватало. С другой — никто не мешал ей допоздна просиживать в кабинете и даже порой выплакаться от бессилия.

И в один из вечеров, когда Тиана рассеянно бродила по кабинету Кариуса, ее осенило. На следующее утро она уже вышла из дома, привычно наложив на лицо обычный грим — опасно использовать чары, когда выдаешь себя за женщину из простонародья. С ее внешностью было нетрудно измениться. Неприметные черты лица и белую кожу пришлось лишь чуть-чуть изменить и затемнить — и вот тебе обычный облик загорелой женщины-простолюдинки, которая работает с утра до ночи. Светлые волосы легко поддавались краске. Даже учитель, пожалуй, сейчас узнал бы ее лишь при помощи магии.

Когда в неприметную лавчонку в одном из трущобных кварталов зашла молодая женщина с усталым лицом, владелец поднял глаза от прилавка и, прищурившись, посмотрел на вошедшую.

— Чего изволите? — сказал он.

— Мне нужен женихальник, — произнесла она немного смущенно просторечное название популярного несложного артефакта, который изготовляли маги средней руки. 

— Суженого искать? — понимающе усмехнулся хозяин лавчонки, оценивающе глядя на покупательницу. 

Не юна уже. Наверное, и впрямь последняя надежда замуж выскочить. 

— Нет, мне который ищет того, кто далече, — уточнила посетительница.

— Так я вам скажу, — степенно произнес хозяин лавки, — если жених ваш уехал куда, его обратно не притянет. Приворотного бы вам добавить…

— Не нужно приворотного, — отказалась девушка и строго взглянула на продавца.

— Купили у кого-то зелье? — попробовал догадаться тот. — Если в лавке на углу, то я бы не советовал. Разбавленное или на вкус противное, жениха не напоишь. А у меня…

— Мне нужен только женихальник, — сказала незнакомка решительно. — Суженый меня и так любит, — добавила в надежде, что ушлый хозяин отстанет.

Хозяин расхохотался скрипучим старческим смехом.

— Эх, милочка, все так думают! Ты меня послушай, я уже жизнь прожил. — Он перешел на заговорщицкий шепот: — Обольстил и бросил, да? Да ты ли не избавляться от ребеночка задумала? А то ведь…

— Ничего подобного! — возмутилась покупательница. — Так вы мне продадите или нет? — И потянулась к подвешенному к поясу кошелю: весьма увесистому, надо сказать.

— Ну как скажешь. Я б цену сбавил. Держи свой женихальник. Два хета за него.

Но привередливая дурочка осмотрела артефакт и пренебрежительно отложила на прилавок.

— Вы уж мне получше какой дайте.

— Этот чем тебе плох? — подбоченился торговец и попытался припугнуть незнакомку. — А ты не ведьма ли, девка, часом? Раз так разбираешься. А то я ведь и могу…

— Дешев слишком, — оборвала его та. — Этот деревенщине какой давай, а мне бы очень нужно жениха поскорее найти, могу и дороже заплатить, так что вы уж мне самый лучший предоставьте, что есть.

Мужчина поскреб в затылке и кхекнул понимающе. Ну и правда, видать ребеночка носит, вот и торопится. А жених, верно, богатый, выгодный, раз та не скупится, упустить не хочет…

— Есть и подороже, не для всяких… — Торговец неопределенно повел рукой. — Для публики с разбором, да. Но и цена такая, соответственная…

— Сколько?

— Семь хетов, — ответил он, готовый сбавить цену, если вдруг покупательница развернется и уйдет, возмущенная такой наглостью.

Та сурово сжала губы, раздумывая. И когда торговец уже раскрыл было рот, чтобы сказать, что согласен на шесть с четвертью, произнесла:

— Товар сначала покажи.

— Ладно, обожди чуток… — ответил мужчина, радуясь, что не успел предложить сбавку цены. — Сейчас приду.

Тиана ждала с полчаса. То, что хозяин заподозрил в ней ведьму, нелегально практикующую магию, ее не волновало. Пока это касалось женских дел вроде поиска суженых или помощи роженицам, большинство закрывало глаза на такие мелочи. Хотя, конечно, недоброжелатели могли легко донести страже, а та с равным усердием бросала в темницу и практикующих магию, и обычных мошенников, наживающихся на желании доверчивых людей устроить личную жизнь, разбогатеть или избавиться от хвори. Даже гадателей хватало, хотя маги никогда не обладали подобным даром. А жрецы святых пророков не снисходили обычно до нужд бедных просителей.

Хозяин вернулся с женихальником. Осмотрев его, Тиана медленно кивнула.

— Ладно, беру, хоть и дерешь три шкуры.

— А вот зелья приворотного могу дать за полцены, — попытался увеличить прибыль торговец, пряча под прилавок щедрую плату. 

— Нет уж, — отказалась самоуверенная покупательница.

— Да один-то женихальник только ищет, жениться-то он не заставит, — попытался вразумить глупую гордячку торговец.

— А это уж мое дело.

Тиана покинула лавочку с артефактом, заботливо спрятанным в поясную торбу, привешенную под верхней юбкой. Оказавшись дома и наскоро перекусив рыбным пирогом из лавочки, она расположилась в кабинете Кариуса. Всего ничего-то подправить в таком артефакте, и он будет искать человека, независимо от любовного интереса. А уж на такие сигналы гильдия внимания точно не обратит — на подобную ерунду еще от дел важных отвлекаться!