Король мертвых земель

Мертвые земли,

20 лет назад

Старуха шла тяжелой поступью, опираясь на кривую дубовую трость. Лунный свет, проникающий через открытые окна замка, отбрасывал устрашающие тени на стены. Казалось, что ее седые волосы превратились в змей, а из горба на спине кто-то пытался выбраться. Ее дыхание было затруднено, так она торопилась. Долгие годы у нее не было возможности встретиться с Повелителем, но сейчас она была преисполнена гордости, что несет ему важную весть.

Своей неуклюжей походкой она ловко преодолевала препятствия на пути, перешагивая через торчащие каменные плиты в полу. Уголки ее губ ползли вверх по морщинистому лицу, а в туманных глазах блестел лунный свет. Она была полна предвкушения. Старуха любила своего Повелителя, молилась ночами о его благополучии и просила всех злых духов помочь ему в его планах. Прошло много лет с тех пор, как брат Повелителя предал его, но она до сих пор помнила, какой гнев разразился в их доме, как горели леса, и земля страдала вместе с ними.

Он заперся от нее, своего верного друга, в стенах тронного зала. Она не знала, как сильно он изменился за годы затворничества, и лишь изредка слышала его голос, доносящийся сквозь стены. Старуха не сомневалась, что он обращался к своему другу, но тот больше не хотел являться ему. В такие моменты она вместе с ним оплакивала утрату.

Наконец, она дошла до дверей его обители. Огромные деревянные двери не хотели поддаваться слабой старухе, но она не сдавалась и продолжала попытки открыть их, пока не услышала скрип петель.

В помещении единственным источником света были блики луны, едва просачивающиеся сквозь рваные занавески на окнах. В тронном зале было намного холоднее, чем в остальной части замка, но это ее не пугало. В этом холоде она чувствовала тепло его присутствия.

– Мой Повелитель. – Произнесла она хриплым голосом, обращаясь к фигуре на троне. Она с трудом сделала несколько шагов в его сторону, волоча за собой правую ногу, которая отказывалась ей подчиняться после проделанного пути.

Старуха не могла рассмотреть лица мужчины, оно было скрыто в тени, но он повернулся в ее сторону. Из его рта вырвался небольшой клубок пара после тяжелого выдоха, будто до этого он совсем не дышал.

– Зачем ты явилась, Мерула? – Спросил он голосом, который одновременно казался родным и чужим. Старуха так давно его не слышала, что почувствовала, как его яд проник в ее сердца́.

Мерула грациозно, насколько это было возможно, опустилась на колени перед своим Повелителем, оставив трость рядом. Она склонила голову в знак уважения и преданности, чтобы напомнить ему, как служила ему все эти годы.

Мужчина увидел ее горбатую спину, за которой скрывалось лицо молодой девы, заключенной в теле увядающей старухи. Она улыбалась ему, обнажая свои белоснежные зубы, и на розовых щеках появились ямочки. Голос ее был едва слышен, но старуха могла разобрать каждое слово. Дева воспевала мужчину, о котором мечтала все это время, она желала его, как только стала частью тела пророчицы.

Прекрасной плененной деве было тесно в этом теле, она больше не чувствовала своих рук и ног, ей оставалось только мечтать о том, что когда-нибудь она освободится от чар. Но бедняжка не знала, жертвой какой магии она стала, ведь ей не подвластны мысли Мерулы, поэтому она не догадывается, что их сердца стали едины, если умрет один – умрет другой.

Ворона, выглядывающая из плеча Мерулы, громко каркнула, приветствуя своего хозяина. Вольная птица, как и две другие ее соседки, не могла взмахнуть крыльями и подняться ближе к небесным облакам. Ее братья давно покинули эти земли, уступив дорогу падальщикам. И только через глаза этих мерзких трупоедов ей удавалось вырваться наружу из четырех стен подземного саркофага Мерулы.

Сердца в теле старухи забились в унисон от радости встречи.

– Пошла прочь, грязная тварь! – Раздался громкий и грозный голос мужчины. Он встал со своего трона и с силой пнул старуху по плечу, не желая больше видеть ее уродства.

– Мой Повелитель, – чуть ли не плача, запричитала Мерула, так и не подняв своей головы. Плечо предательски заныло, но старуха держалась, чтобы не заскулить от боли. – Я бы не стала тревожить вас без причины, у меня есть важная новость.

В зале снова стало тихо, даже дыхания мужчины стало неслышно. Ворона замолчала и спрятала свою голову под рваное платье, а дева зажмурила глаза. Мерула осторожно подняла голову и посмотрела на него, тогда она и встретилась с его ярко-красными глазами.

– Продолжай, – уже спокойно сказал он, сделал шаг вперед и протянул ей свою руку. Когда она приняла его предложение и обхватила его пальцы своими, она заметила, что рука его стала больше похожа на руку скелета, обтянутую кожей.

– Сегодня, мой господин, на свет появился дракон. Я видела его рождение, слышала его крик, я почувствовала его силу, заключенную в этом маленьком теле.

Повелитель наклонился к лицу Мерулы и посмотрел прямо ей в глаза. Он не мог сомневаться в ее словах, она никогда не подводила его в своих видениях, но почувствовала его сомнения. Пока он всматривался в ее потускневшие глаза, она смотрела в его. Ее некогда прекрасный Хаас теперь походил на своих братьев. Щеки впали, скулы выпирали, как острые лезвия, линия десен буквально просвечивала сквозь тонкую кожу, под глазами появились темно-серые мешки. Сухие и потрескавшиеся губы растянулись в улыбке, выпуская кровяную росу из трещин. Он поверил ей.

– Моя прекрасная Мерула, – он нежно провел рукой по ее затылку. Сначала он прижался губами к ее лбу, оставляя капли крови, а затем прижался своим лбом к ее. – Как долго я ждал от тебя вестей.

Их сближение было недолгим, но этого хватило, чтобы она снова почувствовала жизнь в своем теле. Прекрасная дева на ее спине зашептала слова о любви, а ворона высунула свою голову и наблюдала за своим господином.

Хаас, преодолев расстояние до балкона в несколько шагов, раскрыл занавески и вышел на террасу. Он вытянул руки вперед, и все факелы во дворе загорелись. Теперь Мерула могла рассмотреть его. Он всегда был высоким, но с приобретенной худобой стал казаться еще выше. Он ничем не отличался от только что почившего мертвеца. Кожа приобрела сероватый оттенок, пальцы вытянулись, а каштановые волосы полностью поседели.

Совсем скоро ее повелитель обретет прежний стан, как только отправит на охоту своих братьев. Хаас слишком давно не питался, его душа голодала и пожирала собственное тело.

– Братья мои, – его голос разносился по всему острову, как глас бога, – пора просыпаться, нам предстоит много работы.

Мерула, хромая, подошла к Повелителю, чтобы своими глазами увидеть, как их дом снова оживает. Когда-то, очень давно, она была частью этого двора, помогала выращивать редкие растения, играла с пятью неугомонными мальчишками и успокаивала младшего из них по ночам после смерти матери.

Хаас стал для нее сыном, которого у нее никогда не было и никогда не могло быть. Мерула – верная соратница и любящая мать, которая ни при каких обстоятельствах не усомнится в решениях своего сына. Если однажды он ей скажет, что ей не хватает еще одной головы, то она согласится, потому что он всегда прав. Всегда.

Тем временем во дворе из зеленого пламени, вырывающегося из трещин сухой земли, появились трое мужчин в длинных мантиях. Глаза их были того же цвета, что и пламя, из которого они вышли. Они одновременно, как по команде, выровнялись и подняли свои головы на Повелителя.

– Рад снова вас видеть, дорогие мои, – Хаас наклонился к перилам балкона, чтобы лучше рассмотреть каждого из них. Со времен их последней встречи внешний вид сильно изменился: некоторые мантии были порваны и изношены, а в открывшихся прорехах виднелись разложения на их телах. – Думаю, нам пора устроить семейный ужин. Принесите мне парочку душ.

Ксандер

Ксандер почувствовал, как кто-то толкает его в плечо, и, вздрогнув, открыл глаза. Яркое солнце, которое светило из окна кареты, ослепило его, и он зажмурился. На ощупь рукой он закрыл занавеску на окне, погружая карету в темноту.

– Просыпайся, сынок, мы уже почти приехали! – Отец не стал церемониться и вновь открыл занавески на окнах с двух сторон. – Приведи себя в порядок и пересядь на коня.

– Я помню, отец, - ответил он, все еще не понимая, зачем нужно было устраивать такое представление перед королевской семьей, но спорить с решением отца было бесполезно.

Дорога до столицы Миллитории заняла у них много времени. Им пришлось пересечь десяток верст по воде, а для Ксандера любые морские путешествия были сродни пытке. Отец рассказывал, что у его матери была такая же морская болезнь, и она редко покидала остров. Принц надеялся, что после женитьбы на принцессе ему не придется часто пересекать воды лазурного моря. Однако с приближением назначенного дня он все больше осознавал, что этого не избежать.

Ближе к ночи, после того как корабль пришвартовался, все пассажиры с облегчением высадились на берег. Каждый из них чувствовал усталость после долгого путешествия и мечтал поскорее оказаться в постели и расслабиться. Недалеко от места высадки располагалось небольшое поселение, которое могло бы стать отличным местом для ночлега.

Только король драконьих угодий не разделял этого желания, поэтому после недолгих сборов, они запрягли лошадей и отправились в путь.

Ксандер не имел права жаловаться на свои условия. Ему, в отличие от остальных, удалось поспать. Правда, шея и ноги затекли от неудобного положения. Ему приходилось спать в худших условиях во времена обучения в боевой школе. Только сейчас, сравнив удобства узкой кареты, предназначенной для людей меньшего роста, сон на сырой земле или в пещере на холодном камне казались идеальными.

– Как долго еще ехать до столицы? – спросил Ксандер, который впервые в жизни покинул родной остров и поэтому не знал этих земель. Он взглянул в окно и заметил, что земли его невесты сильно отличаются от его родины. Если дома, кроме горных озер, карнизов, пиков, водопадов и хребтов, больше не было природной красоты, то здесь все было покрыто зеленью, и глаза резало от такой яркости цветов.

– Час, не больше, – ответил отец. – Если ты приглядишься, – он указал пальцем в окно со своей стороны, – то можешь увидеть купол в небе.

Ксандер придвинулся ближе к отцу и посмотрел в ту сторону, куда он указывал. Он был прав, за густыми кронами деревьев, чуть дальше, виднелся знаменитый купол, которым королевская семья Миллитории защищала свои земли от незваных гостей и врагов. Лучи солнца частично отражались от его стенок, из-за чего создавалось впечатление, что это огромный мыльный пузырь.

– Со стороны и не скажешь, что он непроходим! – Ксандер усмехнулся. – Кто-нибудь пробовал лопнуть его большой иглой?

– Какими только иглами не пытались его разрушить, – поддержал его отец. – Не просто так о защите столицы ходят легенды. С тех времен, как на трон сел светлый маг – далекий предок нынешнего короля, столица ни разу не была захвачена или разрушена.

– Хочешь сказать, что все это работа Райлана?

– Нет, – засмеялся отец, – слишком большая честь для Его Величества. Теперь защитой города занимаются другие маги. Про Райлана никогда не скажут, что он настоящий потомок Идриса Корпирфлейта.

– Получается, если изнутри купола появится шпион, предатель Столицы, которому удастся уничтожить магов, то мыльный пузырь лопнет? – Задумался Ксандер. – Почему-то я сомневаюсь, что все эти магические чудики начнут обороняться, когда столкнутся с врагом лицом к лицу.

– Не стоит их недооценивать, – поправил его отец. – Они такие же войны, которых обучают сражаться. Может, их подготовка не так строга, как наша, но при этом набеги на наш остров совершали именно они. Наши главные союзники в борьбе, сын?

– Горы, сила и голова, – быстро ответил принц, понимая, что своим легкомыслием вновь отключил своего отца и вернул на законное место короля Орвальда.

Дальше разговор у них не клеился, поэтому Ксандер начал собираться. Он сменил свою обычную одежду на традиционную: узкие брюки, черную рубашку и камзол, украшением которого была чешуя дракона на плечах. Ксандеру нравилось проводить пальцами по этим чешуйкам, казалось, что в них еще оставалось тепло. Деревянным гребнем он причесал свои волосы, уложив их назад, чтобы были видны выбритые виски. Достал из шкатулки семейный перстень с янтарным камнем, который был добыт в их родных горах, и надел его на безымянный палец руки.

– Увидимся у ворот? – уточнил молодой принц у отца.

– Да-да, – король явно был погружен в свои мысли, поскольку его ответ больше походил на то, что он стремился поскорее избавиться от посторонних факторов, которые могли бы нарушить его спокойствие.

Ксандер постучал в стенку кареты, и в ту же минуту она остановилась, позволяя ему выйти наружу. Принц вытянулся в полный рост и казалось, что ничего лучшего за сегодняшний день ему не стоит ожидать. Он осмотрелся по сторонам и понял, что они находятся на возвышении и в радиусе нескольких верст не было видно ни одного поселения. Территория Миллитории поражала своими размерами.

Возле принца спешился его верный друг и боевой товарищ Филипп. Если Ксандер был долговязым, то его друг был коренастым и ниже его на две головы, но это ни в коем случае не сказывалось на его боевых навыках. Он был одним из лучших в школе и не раз одерживал победу над принцем в спаррингах. Просить матч-реванш Ксандер так и не решился, потому что Филипп все еще продолжал тренировки, а он наслаждался прелестями монаршей жизни.

– Не вижу на вашем лице радости и счастья от предстоящей встречи, принц! – Филипп передал поводья вороно-чалого коня принцу – Надеюсь, что у вашей невесты лицо будет повеселее. – Заключил он и сел на своего коня, продолжая путь вместе с принцем.

– Пожалуйста, не начинай снова, – Ксандер поспешил последовать примеру своего друга и оседлать своего коня. – Я стараюсь не думать о том, что меня ожидает.

– Я думаю, ты слишком преувеличиваешь, – его друг решил продолжить разговор с принцем о предстоящей помолвке. В прошлый раз Ксандер бросил в Филиппа камень, чтобы закончить этот разговор. – Все прекрасно понимали, что твой отец не позволит тебе жениться на девушке из простой семьи, но тебе подобрали отличную партию – настоящую и единственную наследницу огромного состояния. – Молодой человек, театрально округлив глаза, огляделся по сторонам. – Только представь, что когда-нибудь вы вместе будете управлять этими землями.

Ксандер решил не продолжать разговор, а спросил о том, что его беспокоило:

– Ты разговаривал с Эделин?

– Конечно, – ответил Филипп, как будто это было очевидно. – Она была очень расстроена, я думал, что она не сможет контролировать свои эмоции и сделает что-то необдуманное. Но она быстро успокоилась и взяла себя в руки. В отличие от тебя, она девушка с мозгами и понимает, что ничего серьезного не может произойти между вами.

Ксандер сжал зубы от злости, не зная, на кого больше злиться – на себя или на отца. Он решил продолжить путь в тишине.

Ему потребовалось много времени, чтобы набраться смелости и рассказать Эделин о решении отца. Нельзя было сказать, что они с ней строили какие-то планы на совместное будущее, их отношения даже нельзя было назвать идеальными, но при этом они были верны друг другу на протяжении последнего года. Когда он пришел в казармы, где жила девушка, то не успел даже начать разговор, как она ударила его ногой в пах на глазах у остальных и пожелала ему прекрасной семейной жизни.

Больше всего принца удивило, что Эделин вписала свое имя в список сопровождающих и теперь ехала где-то в конце всей колонны. Она больше не разговаривала с ним и при встречах даже не смотрела в его сторону, делая вид, что Ксандера не существует. Но почему-то его не отпускает чувство, что она задумала что-то из рук вон выходящее. Главное, чтобы это никак не отразилось на ней или на плане Орвальда.

Ксандер знал, что заключение договора между государствами – необходимая мера, иначе их народу в скором времени станет совсем тяжело без еды. Их земли не были плодородными, а поля, способные взрастить хоть какие-то плоды, не могли прокормить всех. Безусловно, их спасала рыба, которую добывали рыбаки с прибрежного городка и мясо, которое поставляли местные фермы. Но все эти источники могут иссякнуть в любой момент и необходимо быть подготовленными к ситуациям, предсказать которые невозможно.

Земли Миллитории, благодаря магии, приносили много урожая, поэтому драконий народ нуждался в поставках. Взамен на провизию Райлан Корпирфлейт запросил драгориус – камень, который добывают в горах острова Алендорн, согласно легендам, из этого камня делали оружие, способное уничтожить драконов. И брак между наследниками Миллитории и Алендорна стал бы подтверждением дружественных намерений двух сторон.

Будущий правитель драконьих угодий не мог позволить себе отвлечься на чувства из прошлой жизни, какими бы сильными они ни были. Долг перед народом был для него превыше всего, и он не мог подвести своих подданных только потому, что его сердце было отдано одной-единственной девушке. Каждую ночь Ксандер думал об этом и все-таки пришел к выводу, что Эделин не была его истинной любовью. Просто в тот момент они нуждались друг в друге и оказались рядом, но их отношения не были основаны на чем-то большем, чем просто сексуальное притяжение.

– Мой принц, – голос Филиппа вывел принца из размышлений. – Только посмотрите.

Ксандер взглянул вперед и с трудом сдержал свое удивление. Перед ним открылось нечто невероятное. Он слышал о том, что миллиторианцы возводили дворцы с помощью своей магии, но даже представить себе не мог, что увидит что-то подобное.

Дворец Корпирфлейтов поражал своей красотой и величием. Его стены изящно устремлялись вверх и растворялись в спокойной небесной синеве. Фасад дворца был украшен сложными резными фигурами, изображающими животных. Отражение солнечных лучей придавало фасаду особый блеск и игру цветов, словно камни оживали и начинали рассказывать свои таинственные истории.

Окна дворца были настоящим произведением искусства: изящные изогнутые формы арок, массивные рамы и стекла, расписанные великолепными витражами, которые пронизывали пространство яркими регенбовыми лучами.

Дворец, окруженный парком с горами, лиственными деревьями и озерами, искусно вписывался в окружающую природу, словно являясь ее продолжением.

– Нравится? – Раздался знакомый голос по другую сторону от Филиппа.

– Я думал, что ты со мной больше не разговариваешь, – не поворачивая головы, сказал Ксандер.

– Ха! – Язвительно усмехнулась Эделин. – Вот уж не дождешься! Неужели ты думаешь, что я даже не посмотрю на будущую правительницу? – Она аккуратно объехала Филиппа на своём коне и остановилась рядом с принцем.

– Ты решила выяснить отношения сейчас? – Не скрывая своего раздражения, он ответил и посмотрел в янтарные глаза девушки, в которых, казалось, загорелось яростное пламя.

– У нас есть несколько минут до того, как мы пересечем купол и встретимся с твоей невестой. И если я сейчас тебя не спрошу, то буду винить себя всю оставшуюся жизнь, – последние слова она произнесла шепотом, чтобы и без того смущенный Филипп не слышал ее откровений. – Ты действительно готов так легко отказаться от меня?

– Эделин, – только и смог сказать Ксандер и отвел свой взгляд вперед.

– Я не прошу тебя не жениться на ней, даже у твоего отца всегда были любовницы…

– Не унижайся, Эделин, ты выше этого, – после слов девушки ему стало ее жаль, ведь он никогда не хотел причинять ей такую боль, но продолжать этот разговор сейчас было не время, поэтому он пришпорил коня и поехал вперед, оставляя девушку позади.

Айрис

Принцесса, сидя перед зеркалом, глубоко вздохнула, чувствуя, как ее сердце забилось быстрее. Она старалась скрыть свои эмоции, не желая показывать своей слабости перед встречей. Она смотрела на себя и думала о том, как ей справиться с непредсказуемой судьбой, которая скоро должна была решиться.

Айрис считала себя эгоисткой, когда в ее голове проносилась мысль о том, что, если бы ее сестра была жива, то такая участь выпала бы на ее долю. Однако, если бы не события двухлетней давности, она никогда бы не узнала о прелестях ночной и тайной жизни.

Отец отказывался объяснять ей, почему не ищет убийцу сестры, ссылаясь на то, что такие проблемы должны решать мужчины. Все, что он требовал от дочери – быть истинной леди, достойной носить королевский статус.

Но Айрис не хотела быть просто принцессой. Она хотела чувствовать себя свободной и независимой, несмотря на свой статус.

– Айрис, немедленно перестань хмуриться, – Орти щелкнула принцессу по носу, – иначе на лице появятся морщины, а мы ведь не хотим, чтобы принц испугался твоей суровости.

– Вот скажи мне, – подхватила ее вторая служанка, которая пыталась распутать колтуны в волосах принцессы. – Зачем нам нужен принц, который испугается каких-то морщинок? Не нужен нам тогда такой принц.

– То-то я и погляжу, как за тобой толпа кавалеров бегает с твоими-то нравами.

Айрис всегда забавляли ссоры двух подруг. За все годы, что они провели с принцессой, ни один их спор не заканчивался на мирной ноте, но при этом они всегда держались вместе.

– Не вижу ничего плохого в том, что я разборчива в мужчинах, – Юрен определенно обиделась, – я не стану бросаться на первого встречного, лишь бы не остаться одинокой.

На последних словах она дернула волосы Айрис так, что та даже вскрикнула от неожиданности. Принцесса не хотела просить ее быть поаккуратнее, потому что Юрен могла начать задавать вопросы, а обманывать женщин ей не хотелось

– И такой же судьбы желаешь Айрис? Его Величество подобрал нашей красавице лучшую партию.

– А ты чего молчишь, а? – Обратилась вторая к принцессе, взмахнув расческой возле ее головы. – Ты с ней согласна?

– Правильно, девочка, – сразу же ответила за принцессу Орти, – когда ты молчишь, то вполне можешь сойти за умную.

– Ты совсем обезумела, – взревела от гнева Юрен, – дурная ты голова, говоришь такие вещи принцессе. Прости ее, Айрис! – Уже спокойно попросила она, положив руку на плечо девушки.

– Все в порядке, я не злюсь. – Айрис положила свою ладонь поверх руки служанки, чтобы успокоить ее. Она знала, что ни Орти, ни Юрен не желали ей зла.

Дальше сборы продолжились в тишине.

Орти аккуратно массировала ее лицо специальными кремами и сыворотками, чтобы придать ему сияние и скрыть темные круги под глазами после бессонной ночи. Юрен старательно причесала ее волосы и уложила их в строгую прическу, чтобы подчеркнуть возвышенность и гордость принцессы. И в отражении на Айрис уже смотрела настоящая Корпирфлейт.

Если бы ее отец узнал, чем его дочь занимается после смерти старшей сестры, то, без сомнения, выпорол бы ее на центральной площади. Показательные порки у них не приветствуются, но Райлан Корпирфлейт не побоялся бы осуждения своего народа, лишь бы поставить свою неугомонную дочь на место.

Орти принесла роскошное платье, которое накануне доделала дворцовая модистка. Платье было безупречным, Айрис не могла этого отрицать, но оно никак не отражало ее внутреннего состояния. Она провела пальцами по изысканным тканям, таким как шелк и органза, которые добавляли платью мягкости и блеска. Расшитые драгоценными камнями детали на корсете и юбке добавляли платью неповторимости и блеска.

– На сегодня у меня немного иные планы. – Слегка пожав плечами, Айрис отошла от Орти и направилась к купальне, где спрятала платье, в котором хотела встретить короля Орвальда и его сына Ксандера. Когда она вынесла платье в комнату, женщины были удивлены. Орти с тяжелым вздохом присела на кровать.

– За что ты с нами так, девочка? – Орти была расстроена решением принцессы, но понимала, что не могла принудить ее к другому выбору. Айрис осознавала, что гнев отца может обрушиться и на них, но надеялась на его благоразумие, ведь показать себя в не лучшем свете перед гостями – плохая затея.

– Я не понимаю, почему ты так нервничаешь, Орти. – Спокойно ответила ей принцесса, подошла к зеркалу, чтобы аккуратно надеть свое платье. Оно было простым, но его крой подчеркивал ее изящные очертания. – Мой отец просто не понимает меня, и таким образом, я надеюсь, мне удастся ему объяснить ему свою позицию.

– Но, принцесса, вы же должны быть послушной дочерью и следовать традициям! – Не уступала Орти.

– Иногда традиции могут быть устаревшими и несправедливыми, – поддержала Юрен принцессу и помогла застегнуть пуговицы на спине. – Принцесса Айрис имеет право на свое мнение и свободу.

– Спасибо, Юрен.

Когда в дверь комнаты постучали и сообщили о прибытии короля Орвальда, Юрен начала искать что-то среди шкатулок на столе. Орти, все еще потрясенная дерзким поведением принцессы, аккуратно разложила платье на кровати и молча вышла из комнаты. Айрис было стыдно перед Орти за свое непослушание, которое могло повлиять на нее как на старшую. Однако, если бы Айрис начала подчиняться каждому приказу своего отца, от ее личности ничего не осталось бы.

– Думаю, сапфир будет идеально сочетаться с твоим образом, – широкая улыбка Юрен успокаивала принцессу и вселяла в нее надежду. Служанка закрепила золотой браслет с драгоценным камнем на запястье девушки. Сделав шаг назад, она оценила созданный образ.

Айрис обладала утонченными чертами лица, которые придавали ей особую привлекательность. Ее лицо украшали выразительные темные брови, под которыми блестели искрящиеся зеленые глаза, словно две изумрудные капли. Девушка обладала изящной фигурой с женственными изгибами, несмотря на невысокий рост. Благодаря этим данным она выглядела грациозной и элегантной в любой одежде, даже в черном байковом платье, которое скрывало тонкие запястья и щиколотки.

– Спасибо, – снова сказала Айрис и заключила служанку в свои объятия.

Юрен была на семь лет старше принцессы, но разница в возрасте не чувствовалась, потому что служанка всегда была на ее стороне, поддерживала ее игры и веселый нрав, объясняя это тем, что юная Айрис растет и такое поведение естественно для ребенка. Мелкие рыжие кудри, которые небрежно выбивались из прически, идеально подходили ее характеру: в силу своих возможностей Юрен была бунтаркой.

– Не могла бы ты ненадолго оставить меня, я скоро спущусь к вам? – Спросила принцесса, Юрен кивнула и быстро ушла, оставляя принцессу одну.

Айрис снова повернулась к зеркалу и посмотрела на себя. Сегодня она выглядела не как невеста, а как вдова, которая оплакивает свою свободу. С самого детства девушка понимала, что другой судьбы ей не предначертано, и она была готова посвятить себя семейной жизни и заботе о будущем муже и детях. Она посещала светские мероприятия, входила в клубы по вышивке и рисованию, где дамы из благородных семей давали ей советы, как вести себя с мужем и как не следует. И Айрис никогда не жаловалась, ей нравилось общение с этими дамами, в такие моменты она чувствовала себя умнее и взрослее.

После смерти Анники все изменилось.

Она терпеть не могла этих высокомерных и пустоголовых женщин, предназначение которых прислуживать мужчинам. И сейчас она больше всего боялась, что ее заключат в клетку на том проклятом острове. Она никогда не встречалась с алендорцами – бывшими драконьими наездниками, но торговцы, прибывающие с острова Алендорн, рассказывали, что народ на тех землях свободный. Женщины спокойно ходят в штанах и с оружием наперевес, ругаются похлеще мужчин, – «рот бы им дегтем помыть», сказал торговец однажды.

Для Айрис подобные рассказы были в диковинку. Штаны ей позволялось надевать только для верховой езды в утренние часы, пока дворец спал. Самым опасным для нее оружием должны стать столовые приборы и шпажки для закусок. Из нее пытались воспитать безвольную личность, которая тряслась бы как осиновый лист при виде любой опасности. 

Айрис подошла к кровати и отодвинула тумбочку – на полу уже образовалась борозда от ножки. За тумбой была ровная каменная стена без единого шва, но в самом низу был небольшой тайник, скрывающийся в стене. Она аккуратно нажала на него, и крышка отпала. Из тайника она достала маленький кинжал. На первый взгляд он выглядит вполне обычным, но если присмотреться, то основание ножа имеет сквозной пропил от самого острия.

Принцесса задрала юбку платья и прикрепила маленький кинжал к подвязкам от чулок. Затем пригладила ткань и сделала несколько шагов в сторону, чтобы убедиться, что нож не упадет в самый неподходящий момент. Она закрыла тайник и открыла ящик в той же тумбе. Из него она достала черный платок, который был сделан из той же ткани, что и ее платье. Она обмотала им свою голову, скрывая волосы и шею. Этот платок был для нее символом ее противостояния отцу.

Принцесса ничего не знала о семье Орвальда, кроме слухов, которые ей рассказывал отец. Поэтому она не имела ничего против его семьи, но он с сыном невольно стали ее оружием в борьбе с отцом.

Когда Айрис спустилась вниз, она увидела, как многие девушки столпились у окон, чтобы посмотреть на прибытие принца и его свиты. Король запретил обслуге появляться на улице, поэтому они наблюдали со стороны. Каждому было любопытно взглянуть на заморских жителей острова Алендорн.

Однажды отец рассказывал Айрис и Аннике о своей дружбе с королем Орвальдом. Еще до рождения дочерей он гостил на острове. Тогда Орвальд только перенял правление от своего отца. Он показывал Райлану местные горные красоты, которые Айрис до сих пор не могла представить в своей голове. Тогда-то отец и увидел драгориус. По дружбе Орвальд подарил ему камень, но не догадывался, что это станет причиной их раздора и многолетней вражды.

Драгориус, как оказалось, представляет собой не просто уникальную породу, которая когда-то помогала людям бороться с драконами, но и является источником огромной магической силы огнедышащих существ.

При рождении драконы не могли контролировать свои силы, поэтому матери запирали их в пещерах. Стены пещер, подвергавшиеся воздействию пламени из пасти дракона, впитывали в себя магию этих величественных существ.

Для Миллитории – страны, где каждый куст взращен с помощью магии, такой источник был просто необходим.

Айрис вышла во двор. Советники отца обернулись на звук приближающихся шагов и были удивлены. Они ожидали, что принцесса присоединится к ним в роскошном платье, легком как зефир, постукивая каблучками.

Шах и мат по их репутации!

Андрий тут же начал что-то нашептывать королю, даже со спины Айрис видела, как побагровели его лицо и уши. Отец медленно, как хищный зверь, обернулся к дочери и неодобрительно покачал головой.

– Какую глупую игру ты затеяла, – прошипел отец, как гремучая змея.

– Не я ее начала, – не смотря ему в глаза, она встала рядом с ним по правую сторону, отталкивая Андрия. – Если бы ты меня послушал, все было бы…

– Вздор, – он дернул ее за руку и заставил посмотреть на него. – Я больше не желаю ничего слышать об Аннике, а если ты посмеешь расстроить помолвку, – грозная пауза, – то вини только себя.

Когда отец отпустил ее, она отвернулась и опустила голову. Глаза наполнились предательскими слезами, но она не хотела плакать, только не сейчас. Она часто заморгала, чтобы эти несчастные капли упали на землю.

Протест девушки начался не спроста, когда она устала биться об закрытые двери отца, она обратилась к тем, кто мог ей помочь. Конечно, принцесса понимала, что рискует своей жизнью, обращаясь к таким опасным людям, но в ее ситуации только гильдия ассасинов могла ей помочь.

Найти их было непросто, не зря на них так долго охотилась местная армия. Каждую ночь она тайком выбиралась из замка и направлялась в деревню, которая находилась ниже по склону, прямо за лесом. За любую информацию, которую она получала, приходилось платить своими драгоценностями.

Люди кормили ее отборной ложью и байками, потому что видели перед собой наивную дурочку, готовую заплатить. В один из дней на нее вышли сами ассасины, когда узнали, что уже несколько недель их разыскивает девушка, которая разбрасывается золотом. Когда на голову ей надели холщовый мешок, связали руки за спиной и затолкнули в темное, сырое помещение, она попрощалась с жизнью.

В тот день она изменилась.

Когда до ушей Айрис донесся шум копыт и грохот колес, она подняла голову. К ним приближалась целая колонна, которую возглавлял мужчина. За ним ехали еще двое, и среди них была девушка в красивом кожаном костюме. За ее спиной виднелась рукоять меча, а густые черные волосы развивались на ветру. Она выглядела так прекрасно, что сердце Айрис забилось быстрее. В этот момент она поверила, что люди на острове драконов действительно свободны, как и говорили торговцы.

Может быть, брак с принцем не такое уж плохое предложение?

Недалеко от королевской семьи спешился высокий молодой человек с густыми черными волосами, которые контрастировали с его бледным лицом. Он был одет в элегантный черный камзол, что придавало ему притягательный вид и подчеркивало его стройную фигуру.

Айрис поняла, что перед ней Ксандер Орвальд Ашабейн.

Несмотря на привлекательность и изящество принца, его прибытие не произвело на принцессу особого впечатления. По крайней мере, она старалась выглядеть непринужденно и незаинтересованно. Но ее внутренние переживания и наблюдения оставались тайной для присутствующих, и никто не мог догадаться, что сейчас она смотрела на мужчину, который мог бы подарить ей свободу.

Ксандер подошел к Айрис и ее отцу и поклонился, чтобы выразить свое почтение.

– Сразу видно, сын своего отца, – от прежнего сурового мужчины не осталось и следа. Райлан похлопал Ксандера по плечу и спустился со ступеньки. – Рад встрече.

– Ваше Величество, благодарю вас за приглашение, – почтительно ответил юноша. – Я тоже рад нашей встрече.

Айрис, не отрывая глаз, наблюдала за ним. Он сильно отличался от местных мужчин. Миллиторианцы в основном были светловолосыми, с более мягкими чертами лица и носили более традиционные одежды. И сейчас для местных женщин, Айрис не сомневалась, гости столицы были как невиданные существа - смотреть можно, а трогать нельзя.

– Где же ваш отец?

– Сэр, – Ксандер указал в сторону кареты, откуда выпрыгнул мужчина, – вот и мой отец.

По рассказам, которые слышала принцесса, ее отец и Орвальд были почти одного возраста. Если посмотреть на них со стороны, то это было бы трудно представить. Райлан был невысокого роста даже для местных жителей, с большим животом. Его волосы давно потеряли свой блеск и теперь были белыми от седины. Орвальд же был высоким, широкоплечим мужчиной с черными волосами, в которых была лишь легкая седина. Они с Ксандером были удивительно похожи друг на друга. Когда король Алендорна подошел к Райлану, они крепко пожали друг другу руки.

Они проявляли дипломатичность и вежливость в общении друг с другом. Прошло много лет с их последней встречи, и сейчас они были похожи на политиков, чьи приоритеты – интересы королевств, а не личные отношения.

– Рад встретиться, принцесса Айрис, – неожиданно близко прозвучал голос Ксандера. Айрис посмотрела на принца исподлобья и протянула ему свою руку. – А, – секундное замешательство принца, – даже так. – Он не стал целовать руку принцессы, а лишь пожал ее.

– Я ошибался, – широко улыбаясь, появился второй всадник рядом с ними, обращаясь к принцу, – беру свои слова обратно.

Девушка понимала, что они говорили о чем-то своем, но ее крайне раздражали их переглядывания – тайные языки она тоже знает, так и хотелось наступить одному из них на ногу.

– Вы, должно быть, устали в пути, – принцесса Айрис взяла инициативу продолжить разговор, – Андрий, – позвала девушка отцовского советника, – проводит вас до ваших покоев.

Айрис почувствовала, как кто-то буквально прожигает ее взглядом, и обернулась. Поодаль от них, в толпе остальных сопровождающих, стояла девушка, которая ехала рядом с принцем. Взгляд ее был вызывающим, а скрещенные на груди руки показывали ее недовольство. Обычно Айрис никого так быстро не раздражала, это был ее личный рекорд.

– Были бы очень признательны, Андрий, – ответил коротышка.

Больше принц не обращался к Айрис и даже не смотрел в ее сторону, а отошел к толпе, где стояла черноволосая девушка. Принцесса стала чувствовать себя неуютно от того, что осталась здесь одна – служанкам сюда нельзя, если уйдет без разрешения, то наберется еще больше проблем от отца. Ничего не оставалось, как стоять и наблюдать.