Короткий путь Евы

На дворе был неизвестно какой век, неизвестно какой год, неизвестно какой день. Точно могу сказать, что завтра не пришло ни в каком виде и сегодня опять сегодня. Только это в жизни никак не поменялось. То, что казалось раньше чем-то зверским и диким, в этот непонятный год можно посчитать чем-то ещё нормальным. если, конечно, сравнивать наше время и это.
Погода в этом месте всегда депрессивная. Точно сказать, что это за место, сказать проблематично. По земле стелился лёгкий, но при этом вечный туман. Небо практически всегда было затянуто тёмными, почти чёрными тучами, из которых частенько сыпал мелкий моросящий дождь. Солнце было таким же редким явлением, как психически здоровые люди для нас. Кстати о людях. Те, кто по закону числился как "человек" всегда были измождёнными и уставшими. Народ походил на смесь биомассы и крысятника. Люди боятся говорить друг с другом даже на простые темы, а о власти тем более никто не говорит. Вдруг скажешь что-то не то и всё - донос. А это значит, что твоя жизнь закончилась.
Почему я употребила "Те кто по закону числился как "человек"? Разве кто-то не может быть по закону "человеком"? А тут уже интересно выходит. Хотя, смотря кому интересно. потому что для других то, что будет сказано сейчас, может показаться весьма острым и даже низким, бесчеловечным, жестоким, кровожадным. и так дальше. Перечислять можно хоть до усрачки.
На протяжении многих столетий учёные и медики искали способы улучшить методы трансплантации органов. Несмотря на все достижения в области медицины, один факт оставался неизменным: человек являлся лучшим донором органов. Человека легко заставить делать всё необходимое, Просто нужно поставить его в позу, чтобы он не мог сопротивляться. Особенно если у него нет никаких документов. С животным такого не выйдет, потому что оно не понимает, что от него хотят. Чтобы иметь человеческую массу, нужно её воспроизвести, а значит, заставить людей размножаться. Для этого и был создан закон о "Рождаемости" но его название можно перевести как "Один из трёх". В этом законе прописывается, что каждый человек репродуктивного возраста обязан создать семью и родить трёх детей. За не выполнение данного закона государство имеет полное право задержать нарушителя и использовать его составные части на блага государству.
Закон называется "Один из трёх" не просто так, потому что только один из трёх рождённых детей имеет право на нормальную жизнь. Хотя, что тут нормального? Первый ребенок отдаётся государству. Его предназначение - быть либо донором, либо подопытным. Выбора у него нет, документов тоже. Максимум, до скольки они могут прожить - это до лет шестнадцати, и то мало вероятно. Живут они в специальных заведениях и работают там те, кто не может физически иметь детей. Второй рождается на органы. Родителям, потому что государство по закону не полагается операция по замене органов за счёт государства. Родители должны себе сами вырастить донора. Лишь в этом различается второй ребёнок от первого. Третий уже имеет такие же права, как и у родителей. Если говорить точнее, он и является "Человеком".
Если бы я родилась в такое время, то до своих лет бы я не дожила, так как являюсь первым ребёнком. Надеюсь, что в будущем, в котором ни я, ни ты, мой читатель, не доживём, не будет подобных вещей. Хотя, кто знает. Я предсказывать будущее не умею.

На улице N в заведении No586 жила девочка лет шести под именем Ева. В этом заведении всех девочек так звали, потому что нет смысла давать отдельное имя каждому, так как закончат они все одинаково. Носила она, как и все, белое платье из рогожки. Девочка была совершенно обычной внешности и особо ничем не выделялась. Да и не любила она привлекать к себе внимание. Ей нравилось быть не заметной.
Однажды, сидя в комнате на своей кровати, Ева смотрела в окно. Сегодня по расписанию у них должна была быть прогулка, но её отменили из-за планового медосмотра. Девочка прошла его одной из первых, по этому ей сказали вернуться в комнату, чтобы дождаться остальных и пойти потом все вместе в столовую. Сегодня должны давать на десерт хурму. Ева очень любит хурму. 
Вдруг её внимание привлекло что-то маленькое, прилетевшее на забор, возле которого росло дерево. Встав с кровати и подойдя к окну чуть бы не в притык, девочка поняла, что это птичка. Редко сюда прилетают птицы.
- Я только в книжке такую видела…  - прошептала Ева не спуская взгляд с птицы.
На этом чудеса для девочки не закончились. К дереву прилетела ещё одна птица, в клюве которой была то ли веточка, то ли соломинка. Поскакав на заборе ещё минутку, птицы залетели в тусклую крону дерева.
Еве очень захотелось рассмотреть, где сейчас птички. но для этого нужно было забраться на подоконник, что делать было нельзя. Но сейчас никого в комнате нет, по этому никто не скажет, что она сидела на подоконнике.
Придвинув к окну стул, девочка забралась на подоконник. Птичек всё равно не было видно.
- Наверное, улетели. Эх, жалко. - В пол голоса сказала сама себе Ева. Как только она захотела слезть с подоконника, из кроны дерева показались птички, которые полетели по своим птичьим делам. Они возвращались с веточками и соломинками ещё раз десять, а может чуть больше.
***
На следующий день во время прогулки Ева захотела поближе рассмотреть и разузнать, для чего птицы тащили всякие палочки на дерево. Подойти близко не дал забор, но встать в левый угол и задрать свою голову на столько, на сколько возможно, то можно было хоть что-то разглядеть.
На расхождении ветви на две находилось гнездо. К сожалению, Ева видела только его низ, но примерно догадывалась, что там может быть. У девочки не появились вопросы, почему в таком тёмном и депрессивном месте поселились птицы. У неё возник другой вопрос, на который она ответ не знала: "Почему у птичек есть папа и мама, а у меня нет? "