Косячь как попаданка

Возрастное ограничение строго 18+
Содержит нецензурную брань.
Все персонажи являются вымышленными, и любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно.

От автора
Все герои написанной мной книги совершеннолетние, они старше 18 лет.
Спасибо!

Вроде взрослая, ей же восемнадцать, а никак от нее не отделается! Вредная девчонка снова пробралась к нему в погреб. Брэн скрипнул зубами, на что Айна насмешливо приподняла бровь.

- Тебе еще намордник не надели?

Отвратительная наглая девчонка. Она так и не изрослась. Точнее, к восемнадцатилетию с формами у Приближенной всё оказалось в порядке, но не с головой.

- Я запретил тебе лезть в мое логово, - процедил Брэн сквозь зубы, не спуская с Айны настороженного взгляда. Связываться с Приближенной, тем более ему, не хотелось. Что она тут же и напомнила:

- Тебе ли запрещать, отщепенец!

Наглая выскочка подошла опасно близко к новому механизму, и Брэн невольно зарычал.

- Опять занимаешься запрещенными опытами? Интересно, что скажет Сиятельный, когда прознает об этом? - Брэну не понравилась ее ухмылка и легкомысленное покачивание на носочках изящных туфелек, которые он заметил из-за звонких металлических пластин на подошвах. Новая мода? Тогда крайне непрактичная...

Айна снова привлекла его внимание:

- Или что скажу я, когда стану избранницей Сиятельного?

Тут Брэн не выдержал и захохотал.

- Очнись, дурочка. Нынешний Сиятельный слишком стар для тебя, а его наследник еще не скоро решится на выбор. Тогда ты будешь стара для него, - зло выплюнул Брэн и успел увернуться, когда взбешенная Айна бросилась на него.

Имела ли она право приближаться к нему? Нет. Но когда это останавливало выскочку?

Айна задела и опрокинула кувшин с водой, от досады громко цокнув в разлившейся луже подкованной ножкой, чем вызвала хохот Брэна. Но желая досадить ему хоть в чем-то, протянула руку к проводам механизма, явно не понимая последствий.

Но Брэн понимал!

Сердце остановилось от дикого предчувствия, и он успел закричать:

- Нет-нет-нет! Убьет же!

А в следующую секунду Айна дернула провода и ее закоротило от проходящего сквозь нее тока, стоящей в воде в столь неподходящей обуви.

Брэн, застыв в двух шагах от бьющейся от ударов тока девушки, ничего не мог сделать. Запах гари от опаленной кожи и волос едко проникал в ноздри, подписывая ему смертный приговор.

Чёрт. Чёрт! Как же он ненавидел эту выскочку, но не до такой степени, чтобы желать ей смерти, и уж конечно не настолько, чтобы подписать на смерть еще и себя.

Сфера энергии иссякла, провода безжизненно обвисли, как и тело Приближенной. Она рухнула дымящейся тушкой на каменный пол в лужу. Брэн быстро подошел к ней и схватил запястье – пульс не прощупывался… Это конец.

Никакое зелье алхимиков, никакое приспособление механиков не заведет ее сердце обратно, не изменит его, Брэна, короткую ничтожную судьбу.

- Боги, если вы есть!.. Если слышите… Если можете – верните её.

Её – Айну или его жизнь? Он не задумывался, просто просил Богов дать ему шанс. Последний. Бездумно прижимал её безжизненную голову к себе и раскачивался, стеная внутри от безысходности.

Бежать? Бросить дом, покровительство и бежать в Пятую землю? Ни один корабль оттуда не возвращался, экспедиции дирижаблей терялись на подходе. Он может убежать, но подпишет себе тот же самый приговор.

А в других четырех землях его найдут ищейки. Найдут, загонят, как бешеного пса, и устроят показательную казнь на площади Часовщиков. И всё из-за дрянной девчонки, которая с завидным постоянством играла на его терпении.

А еще механизм и незаконное использование сферы энергии. То есть, Брэну грозило две смертные казни, одна за смерть Приближенной, вторая за скрещивание механизма с алхимией. Если про это прознают ищейки…

Но не просить же Богов сразу о двух невыполнимых желаниях? Чтобы и Айна ожила, и язык проглотила? Сказать не могла, чем Брэн в своем логове занимается. Это было бы смелое посягательство на милость Богов.

Если бы Брэн еще верил в Богов. Если бы…

Айна дёрнулась в его руках и закашлялась.

Брэн застыл, не в силах поверить… Она же только что была мертва!

- Какого хрена? Где я? Кто ты?

Брэн выгнул бровь:

- Ты не помнишь меня?

Неужели обе его молитвы услышаны?

День не задался. Полностью. Под дождем я все же промокла. Чувствовала сырой подол, липнущий к заднице. Неприятно и холодно. А еще мужчина, безумно шарящий по мне глазами и продолжающий удерживать в лежачем положении на своих коленях.

- Знать тебя не знаю! Пусти уже, - я вырвалась, чтобы тут же завыть от боли в теле и снова упасть к нему на колени. – Твою мать, больно-то как!

Значит, не приснилось, молния долбанула прямо в меня. Но я… выжила?

Ха. Я лежу на коленях шикарного мужчины, который хмурит брови, но точно не похож на доктора в своем странном черном балахоне. Нахожусь в каком-то старом темном подвале, чем могу утешиться, ведь это не больничные стены, выкрашенные в белый цвет. И не морг, его я вряд ли смогла разглядывать с таким воодушевлением!

Так, надо позвонить родителям, чтобы забрали меня, сама я не дойду.

Поспешно опустила руки и ощупала карманы… Которых не было.

- Я дам тебе эликсир выздоровления. Он поможет.

- Чего дашь? – сморщилась я от очередной попытки поднять голову и оглядеть себя и одежду.

- Эликсир. Лежи, не вставая.

Но я вцепилась в его балахон, предупреждая движение.

- Как лежи? В луже?

Мужчина поджал губы, резко вскинул меня, от чего я взвыла, уже не сдерживаясь.

- Ты дебил?!

От боли зуб на зуб не попадали, когда он небрежно шмякнул меня на скамейку, и я сразу же привалилась к стене и закрыла глаза. Вот это треш. Мне так дико больно, что пожалуй лучше сначала вызвать «Скорую», а уже из больницы позвонить родителям.

- Пей.

А дальше он просто надавил мне на подбородок, сунул узкое горлышка пузырька в рот и запрокинул мне голову.

Теперь и по языку разлилась вязкая, терпко-сладковатая жидкость, вызывая сначала онемение языка, потом и гортани. Я чувствовала, как эта гадость медленно стекала по пищеводу, замораживая все на своем пути и притупляя чувствительность.

Обезболивающее, что ли?

Но спросить не могла, я даже постанывать не могла – голосовые связки тоже оказались парализованы.

- Люблю побочный эффект эликсира, - явно удовлетворенно пробормотал мужчина, отступая от меня и аккуратно убирающий пузырек странной формы в глиняный таз.

Мозг заволакивала странная сонная апатия. Я следила за движениями мужчины, как он убирает лужу с каменного (какого?) пола, цокает языком и качает головой над обрывками толстых проводов, торчащих из какого-то металлолома, потом накрывает всю эту кучу железа огромным куском брезента и садиться на табурет напротив меня.

- Айна, если хоть одно разумное существо узнает о том, что произошло здесь, и что ты видела, придется лично показать, почему меня преследует жуткая репутация. Ты меня поняла, Приближенная?

Я попробовала откашляться, и у меня получилось! Более того, боль притупилась, спазм отпустил горло и тело моментально ожило.

- Чего ты мне влил?

Мужчина спокойно смотрел за моей суетой и молчал.

- Чего уставился? Что это было? Мне нужна «Скорая»…

И вот теперь я смогла оглядеть свою опаленную одежду, точнее не свою… Увидеть свой маникюр, точнее не свой. Даже пальцы, руки были не мои. А еще свисающие блондинистые волосы.

- Что… Как? Что?..

Он так странно говорил, какая-то приближенная Айя, какой-то эликсир. Сюрр какой-то.

- Ты поняла меня, Айна?

Вот! Айна. Это он мне?

- Я не Айна.

Теперь я возвышалась над ним, но он ни капельки не смущаясь, дернул меня за подол, что я снова трюкнулась на скамью и прошипел в лицо:

- Мне плевать на твои игры, приближенная дрянь. Но если ты разнесешь лживые слухи про мои опыты – поплатишься.

Я отпрянула, а он встал с табурета, и отвернулся от меня:

- Уходи.

Два раза меня упрашивать не надо. Я сама как-то додумалась, что с маньяками мне не по пути.

И только выбравшись на поверхности по крутой каменной лестнице, я вздохнула полной грудью и поперхнулась, обозрев окрестности.

Передо мной возвышались башни старинного замка, утопающего в цветущих садах.

Я точно не в центре столицы. А где?

***

- Где я?

- Дьявольская грязь! – выругался мужчина в балахоне, выронив из рук пузырек и разбив его об каменный пол. - Снова ты?

Я плотно прикрыла за собой деревянную, окованную железными скобами, дверь, наверное, до конца не веря, что со мной это происходит.

- Привет. Снова. Это я.

Мужчина в черном балахоне посмотрел на меня так, что я почувствовала себя полной дурой.

- Ладно, оставим сантименты. Где я и кто я?

Он склонил набок голову и задумчиво пробормотал:

- Помутнение разума? Хм… Возможно вторая порция эликсира…

- Нет-нет-нет, - замахала я руками, подходя к скамейке, на которой уже сидела. – Я совершенно точно в своем уме и памяти. Но в моей памяти нет всего, - тут я обвела руками пространство и собеседника, - всего… этого. Я москвичка, мне двадцать два года, зовут Людмилой. Можно Милой. Учусь в академии гуманитарных наук на журналиста.

Все то время, пока я рассказывала о себе, родителях, сестре и ее муже-красавце, про свою букашку-матиза и планы на стажировку в редакции модного глянцевого журнала, мужчина молчал.

Потом резко приблизился и снова насильно влил тягучую гадость в рот. Пока я как замороженная рыба отходила от побочного эффекта, мужчина сжал мне горло и зашипел сквозь зубы:

- Ты – Айна О`Рейли. Приближенная третьего колена. Ученица Академии Алхимии. Претендентка в отбор к Сиятельному. Твои родители с Третьей земли, но переехали на Первую ради твоей учёбы и шанса возвыситься до трона. Ты надменная восемнадцатилетняя дрянь, посчитавшая себя выше и достойнее других. Вот и оставайся дальше наглой выскочкой. Не разыгрывай пришелицу. И держись от меня подальше. Я для тебя табу! Если в Академии узнают, что ты подходишь ко мне, тебя опустят, Сиятельный никогда не посмотрит в твою сторону. А я…

Тут онемение стало проходить, и я мотнула головой, пытаясь освободиться от его хватки, но мужчина продолжал удерживать:

- А я тебя убью, если еще раз увижу здесь.

Ну вот с меня и хватит. Любопытство полностью удовлетворено, чего уж. Осталось найти спокойное местечко, отсидеться и дождаться, когда я очнусь от этого дикого сна.

Когда я выходила повторно из подземелья сумасшедшего, меня немного покачивало, как будто я не эликсир выпила, а бутылку Алазанской долины. В голове кружилось, накатывала эйфория и лопались воображаемые пузырьки шампанского.

Так что я решила не отсиживаться, а пользоваться уже наработанной репутацией наглой выскочки и поизучать забавный пригрезившийся мир.

Первое что меня впечатлило – приземляющийся в центре цветущего кустарного лабиринта огромный воздушный шар. Охнув от восторга, я по инерции поискала карман, чтобы достать телефон и сделать селфи, и застонала от разочарования.

К моменту, как я добежала до места приземления, из корзины уже вышли забавно разодетые люди. Девушки и женщины были одеты ярко и пышно, мужчины сдержано и как-то по стариковски. Ну как в исторических романах.

Разглядывая утонченных элегантных дам, я сама как-то подтянула, попыталась отряхнуть подол и разгладить складочки. Но куда там – платье было безнадежно испорчено.

- Айна! – вдруг девушка в лиловом взвизгнула и побежала ко мне.

А, точно, я же здесь Айна.

- Привет.

- Ты прибежала встретить меня? Я та-ак по тебе скучала! У меня столько сплетней для тебя – ты обалдеешь!.. Ой, а Нейл уже прибыл?

- Нейл? Н-не знаю. Не видела.

- Надеюсь, что еще нет. Нам стоит переодеться, чтобы выглядеть наилучшим образом. Особенно тебе, - тут же поджала губы девушка в лиловом.

Ух, сколько у меня сразу возникло вопросов. В геометрической прогрессии! Забавный сон. Все загадочней и загадочней.

- Пойдем же в комнату, - потянула меня только что обретенная подруга в сторону замка.

- В твою или в мою? – осторожно уточнила я.

- В нашу. Нас же не пересилили?

- Вряд ли.

- Отлично! Побежали!

И мы побежали. Потому что с обретением здесь ничего не подозревающего союзника, я могла побольше разузнать и про Сиятельного и про опасного парня из подвала. И про его угрозу. Он же не серьезно? Вряд ли даже в этом сказочном мире радужных пони можно убивать просто так потенциальную невесту третьего колена!

***

Оказывается «я» уже распаковалась и даже заняла правую комнату с балкончиком над кустовым лабиринтом. Ничего не скажешь, наблюдать отсюда за всеми прилетающими и отлетающими было удобно. А еще отлично просматривался вход в низкое каменное сооружение, откуда я появилась.

Соседка по комнате без стука вломилась ко мне и не прекращая щебетать о каких-то непонятных мне людях, местах и событиях, распахнула гардероб и вытянула светло-лимонное платье.

- Надевай его и пойдем прогуляемся с зонтиками под окнами мальчиков.

- Зачем? – не поняла я.

- Нейл же!

Запутавшись в платье, я не выдержала и выругалась, стаскивая его через голову обратно.

- Айна, что ты делаешь? – ахнула подруга, театрально прижимая ладони к щекам.

- Пытаюсь напялить на себя это… Слушай, а попроще ничего нет в шкафу?

- Ты после Магического солнцестояния странная какая-то.

Я отмахнулась. Вряд ли задержусь здесь настолько, чтобы придумывать своему необычному поведению алиби.

- Ладно, давай помогу.

И вот ей хватило пяти минут, чтобы облачить меня в это лимонное пирожное, и прикрыть сверху зонтиком.

- Окропим зельем отображения при подходе, - и сунула мне в руки пузырек.

- Пить будем? – сморщилась я, вспоминая гадский эликсир.

- Голову потеряла? – всплеснула руками подруга и прищурив глаза отобрала пузырек обратно. – Идем.

Зачем нам понадобилось зелье отображения я поняла позже, когда она обрызгала внутреннюю сторону раскрытого зонтика жидкостью и зонт словно растворился, позволяя видеть сквозь него.

Чем собственно подруга и занималась, задрав голову и разглядывая окна и балконы над нами.

Замок был большой и протяженный, я не знала, что прогуливаться мы будем только под окнами северной стены, взад-вперед, взад-вперед. Где-то на третьем развороте мне надоело.

- Знаешь, хочешь увидеть Нейла, гуляй сама. Мне скучно.

Я попыталась передать ей прозрачный зонт, но она запшикала, подхватывая меня под локоть и возвращая на проторенную дорожку.

- Ты что? Нельзя! На мне сразу же поставят позорное клеймо. Надо делать вид что мы прогуливаемся и ведем беседу.

- Тогда веди её, а то ты только вверх смотришь и молчишь.

- Да я все тебе уже рассказала. Лучше ты расскажи, как провела праздники в семье.

- Никак. Раз не хочешь беседовать…

- Хочу, но о чем?

Тут я почувствовала, что вот он шанс, порасспрашивать ее об этом мире.

- Давай я вопросы задавать буду, а ты отвечай.

Она кивнула.

- Вон там, в низком каменном доме со спуском вниз, кто живет?

Она резко остановилась, потеряв интерес к окнам сверху.

- Зачем ты спрашиваешь о нем?

- Нам же надо сделать вид, что мы беседуем? – я даже топнула ногой, чувствуя, что именно этот жест сейчас крайне необходим. И тут же скривилась от звука цокота металла по камню. Ох уж эти мне подкованные копытца!

- А. И мне надо ответить? Про Отверженного? Чтобы поддержать разговор?

- Отверженный – это титул? – задала я следующий закономерный вопрос. Ну, вот он же называл меня Приближенной? Значит, Отверженный – это что-то вроде титула.

- Что ты! Он – проклятый.

Я подняла брови и округлила рот. Никогда так не делала, поэтому очень удивилась не свойственной мне мимике и захлопнула рот.

- И?

- Что? – не поняла подруга, снова взялась за зонтик и задрала вверх лицо.

- Это заразно?

- Нет, конечно! – фыркнула она. – Это убийственно.

- Он может убить? – остановилась я, иначе оценивая его угрозу.

- Он единственный может всё, и ничего ему за это не сделают. Он уже проклят. Ну чего встала? Прогуливаемся дальше.

- А тебе не кажется, что это глупо, ходить с прозрачным зонтиком и заглядывать в окна к парням?

Подруга из этого странного сна вдруг остановилась, оглядела меня с головы до носков странных, но удобных ботинок, и заключила:

- Зонт только с внутренней стороны прозрачный, сверху им не видно, что мы делаем под зонтом.

- Да ты что?! – и снова брови поползли вверх, а рот… рот я сразу захлопнула. Странно я себя как-то веду.

- С тобой точно что-то не так, Айна. Может, сходишь к лекарю? Выпьешь эликсир?

- Два раза уже пила. Фу-у, такая гадость!

- И не говори… Ой, зелье испаряется. Нейла так и нет, - расстроилась подруга.

- Приедет. Пойдем в комнату. Покажешь, какие сериалы здесь перед сном крутят.

Она как раз складывала зонтик и снова застыла:

- Чего?

Я топнула ногой, и топнула еще раз, теперь уже злясь от того, что топнула в первый. Не хотела, но машинально.

- Ну а что у вас тут на развлечение? Тарелочка с наливным яблочком? Идем уже.

Я устала, запарилась, удовольствия не получила и уже хотела проснуться у себя. А быстрый способ проснуться – это поскорее заснуть.

***

Проснулась от ломящей боли. Мышцы сводило, болела каждая косточка в теле, голова трещала, словно с похмелья. Я пыталась провалиться обратно в сон, но даже поворот на другой бок давался с трудом.

Я протянула руку к тумбочке с настольной лампой и со стоном промахнулась, ударившись обо что-то другое. Еще пять минут пыталась открыть глаза и привыкнуть к темноте, а потом взвыла, дёрнув ногой, и заныла от болевого спазма из-за бесячего жеста.

Я все еще спала в странном сне, где была Айной.

С трудом встав и обувшись, поковыляла к проклятому мужчине в балахоне за его гадской настойкой. И мне было пофигу, что время не подходящее. У меня от спазмов в теле сводило челюсти, а на лбу проступала испарина. Но ничего, я доковыляю.

С трудом преодолев лабиринт из кустов, в занимающемся рассвете я вышла к низкой каменной постройке и толкнула дверь. Та тихо без скрипа отворилась.

Не закрывается. Бесстрашный, потому что по доброй воле к нему никто и не полезет? В моем случае воля недобрая. И чем ближе я оказывалась к цели, тем сильнее меня трясло.

Не от страха. Сейчас я сама была бесстрашная, пока не получу эликсир и не смогу наконец-то обдумать ситуацию.

Внизу что-то пыхтело и гремело. Даже если бы я дверь распахнула с ноги, меня за лязгом железа, шумом выпускаемого пара и льющейся воды, все равно бы не заметили. Так что я ввалилась в полутемный погреб, обхватывая себя руками, чтобы унять дрожь, и сразу осела на пол, прислоняясь к стене.

В полутьме, разгоняемой парой странных свечей, которые вроде бы похожи на электрические, но мигали и дрожали как настоящие, молодой мужчина, насвистывая незнакомую мелодию под нос, вышел из-за пузатого лязгающего агрегата, тщательно вытирая сырую голову полотенцем, а потом и ниже: грудь, накаченный живот и…

- Здрасте, - выдавила я, с трудом поднимая на него взгляд. – Я умираю...

Хорошо, что он продолжал удерживать полотенце внизу живота, потому что, как бы мне не было стрёмно от его крадущегося приближения, слабость от боли все же оказалась сильнее.

А он без слов, как заботливая бабушка, потрогал мне лоб, проклял кого-то себе под нос и повернулся ко мне задом.

Полотенце так и осталось у него в руках спереди. А зад… Хороший зад, накаченный, спортивный. И я закрыла глаза, чтобы потом не оправдываться, за то, что видела лишнее, вторгнувшись в чужое жильё.

Знакомый властный жест, надавливающий на подбородок, и я уже сама открываю рот и жадно ловлю губами горлышко, чтобы проглотить противную вязкую жидкость. И тут же млею, впадая в приятное оцепенение. Тело перестает трясти, спазмы стихают, и я могу протянуть расслабить ноги, до этого неестественно вывернутые из-за судорог.

А парень все еще стоит надо мной, и я до жути боюсь поднять глаза выше его голых колен, но и встать, чтобы смотреть ему в лицо еще не могу.

- Ты вернулась, совершенно не боясь, что убью? – над головой раздался его голос.

- Я думала, что уже коньки отбрасываю. А теперь – ты же не стал бы лечить меня, если собирался прибить?

Он хмыкнул и отошел. А я не удержалась и все же посмотрела ему в спину. Гибкий, загорелый, мускулистый. И всю эту красоту прячет под балахоном. Вот наши парни рисуются перед девчонками голыми торсами, новомодными майками в сеточку. А этот прячет.

Потому что Отверженный?

Снова он появился уже одетый в широкие бесформенные штаны и белую свободную рубашку на завязках.

- Если тебе лучше – уходи. Возьми запасной пузырек с собой и не возвращайся. Я не шучу!

Пузырек я взяла и перехватила парня за запястье.

- Подожди. Я не могу вернуться. Помоги мне попасть домой, пожалуйста?

Он отодвинулся.

- Ты не можешь остаться.

- Да, да, точно. Не могу. Тебя как звать?

- Ты не можешь остаться, не можешь находиться рядом со мной, не должна просить меня и не должна знать по имени. Я для тебя отщепенец. А теперь ползи к себе и забудь дорогу сюда.

Теперь, когда озноб и судороги отступили, он стал меня раздражать. Как же, уползу! Пока не получу то, что нужно, я отсюда не уйду.

- Я не просила провожать меня до общаги! Верни меня в МОЙ МИР!

И парень застыл со странным выражением лица. Потом повертел в руках пустой пузырек из-под эликсира и покачал головой.

- Я не могу проснуться. Думала, что сплю, а утром все будет как обычно. Но вот утро, меня колбасит, и я не дома. А началось всё с тебя, с твоей норы. И будь так любезен, верни меня обратно.

- Айна…

- Я НЕ Айна! И не надо больше эликсира, - закончила фразу более спокойно, - я уже могу встать.

- Брэн.

- Что?

- Моё имя Брэн. Но даже если ты не Айна – это дело не изменит. Тебе нельзя находиться здесь, Приближенная, нельзя называть меня по имени. Лучше вообще не контактировать со мной.

Я осторожно по стенке поднялась и отряхнулась. Чувствовала себя намного лучше. Брэн, похоже, решил мне помочь, приглашающе махнул рукой к столу, большому, деревянному, очень добротному. И только когда мы сели друг напротив друга, заговорил:

- У нас ходят слухи о пришелицах, но их сразу отлавливают и казнят…

- Что?

- Тсс! Это я к тому, что тебе не стоит распространяться об этом.

- Ты отправь меня на место и я слова никому не скажу!

- Не могу.

- Что?!

Он не шутил, не язвил, и вообще, выглядел очень серьезным.

- Процесс… переселения не изучен, спонтанен. И нет информации о возвращении пришелиц. Зато ведут строгий учет казней.

Я застонала:

- Пипе-ец… Но как-то же я попала сюда? Ты что-то сделал с ней, с Айной?

Брэн замялся.

- Её закоротило от электричества, - неохотно выдавил он.

- Вот! А в меня в моем мире ударила молния! И ведь я была уверена, что проскачу…

Мы понимающе посмотрели друг на друга.

- Слушай… А если меня еще раз ударить током? – предложила я лежащее на поверхности предложение.

- Исключено. Нет. Ты просто умрешь.

- Так ты же сам хотел меня убить, Брэн! А тут такая возможность!

- Я не могу.

- Что значит, не можешь?

- Мне запрещено касаться Приближенной. Если ты умрешь от моей руки – меня казнят.

- Так ты тупо пугал? – протянула я.

- Потому что и тебе нельзя приближаться к Отверженному. Такие правила. Если тебя заметят в моем обществе – ты потеряешь шанс на отбор к Сиятельному. Как отнесется твоя семья к потере такого шанса, скажи?

- Откуда я знаю? Это не моя семья! Я не Айна.

- А вот об этом забудь. Теперь ты Айна. Привыкай к новой жизни. И… держись от меня подальше, если не хочешь закончить ее в скором времени на площади Часовщиков, - ухмыльнулся Брэн, встал, подал мне руку и выпроводил за дверь, все же накинув на меня свой плащ. - Там уже собираются на завтрак. Не показывайся в таком виде.

Вот тебе и убийца, который боится дотронуться до меня.

И на проклятого как-то мало похож. Я видела его с головы до… ног. Без одежды. Обычный, местами даже симпатичный мужчина. Но помочь мне не захотел.

Зато теперь мне известно, что во всем виновато электричество! Вставить два пальца в розетку я и сама смогу, перенесусь в свое тело без особых усилий.

***

- То есть, как нет электричества?!

Моя подруга Ула, имя я узнала по чистой случайности, всплеснула руками и похлопала себя по голове:

- Ты точно потеряла голову.

- Не потеряла, но ударилась. Очень ударилась, и некоторые вещи вышибло начисто.

- Тогда тебе срочно нужно обратиться к лекарю.

- Обратилась, но эликсир помог заживить только шишку.

Мы помолчали, она, наверное, в попытке найти к кому бы меня еще отправить с такими отклонениями, а я в досаде, что единственный к кому я могу пойти за ответами на вопросы – это Брэн, который не желает меня видеть и знать.

- Думаю, с началом лекций всё у тебя наладится.

- А когда они начинаются?

Ула горестно помотала головой.

- У тебя расписание на столе, вместе с фолиантами по алхимии. Сегодня вечером первое занятие.

- Вечером?

- Ну а как, если мы проходим свойства ингредиентов ночных созданий?

О, сколько из меня рвалось вопросов! Но я усилием воли сжала зубы, чтобы не задавать их каждую секунду.

Оставив Улу в общей комнате, я вернулась в свою, чтобы посмотреть на фолианты.

«Основы алхимии».

«Ингредиенты доступные на четырех континентах».

«Ингредиенты ночных созданий и редкие».

«Ингредиенты запретные и ответственность за их использование».

«Безопасность и охранные эликсиры».

«Вводный курс по механике».

«Основы политической и экономической системы Энерен».

Рядом лежали еще цветные брошюрки с частными назиданиями и рекламами туров на праздники и затяжные выходные.

Так. Затяжные выходные? Каникулы? Я впервые поймала себя на том, что пользуюсь памятью и знаниями Айны. Даже мышечной памятью, если вспомнить, как топаю ножкой и закатываю глаза.

Значит, у меня не будет проблем с пониманием, написанием, как нет языкового барьера. Уже хорошо. Плохо, что помнится не все, а то что узнаётся, слишком поверхностно. С этим что-то надо делать.

- Айна, темнеет. Нам пора!

Я взяла фолиант по ночным и редким, захватила толстый блокнот и карандаш, вздохнула, вдруг осознавая, что учёба моя не закончилась, а только начинается, и пошла за Улой, надеясь только, что учиться алхимии в Академии будет в разы интереснее, чем журналистике в академии.

***

Лектор Линч расставил на столе разной формы и размеров пузырьки и постучал палочкой по краю стола, привлекая наше внимание.

В полутемной классной комнате, освещаемой газовыми лампами, учеников было не так уж много, человек двенадцать. И внимание практически всех сосредоточилось не на пузатом преподавателе, а на высоком красивом парне.

- Не-е-ейл, - мечтательно вздохнула Ула, чем заставила пристальнее вглядеться в этого самого нарушителя спокойствия подруги.

Ну, красив, пожалуй всё. Я отвернулась, поддав локтем Улу, чтобы захлопнула рот и повернулась наконец-то к учителю лицом. Та неохотно, но села ровнее, ежеминутно дергаясь и оглядываясь на «Не-е-ейла».

- Уважаемые великородные! Рад вашему возвращению с затяжных выходных, но давайте сосредоточимся на теме. Благодарю. Благодарю! Итак, открываем записи и начинаем тему изучения сосудов. Перед вами на столе представлены некоторые формы…

- Алхимия? Серьезно? – проворчала я, чтобы слышала меня только Ула.

- Ой, не привередничай. Хочешь чтобы нам механику преподавали?

- А что в механике такого?

Ула вытаращила на меня глаза, и я поняла, что ступила на зыбкую почву. Ага, значит здесь с физикой проблемы, зато в антинаучную алхимию и херомантию верят.

- Ула, но у нас же есть фолиант по механике?

- Это просто обзорные лекции по черновой работе, чтобы мы в целом понимали как работают механизмы. Только и всего.

- А! – я понятливо кивнула, чувствуя, что курс введения в мироустройство мне потребуется более глубокий. – Ула, а религия у вас есть? – она меня не понимала. – Церкви, храмы? Вы молитесь богам?

- Зачем нам боги, если у нас есть Вечный?

- Ого. Вечный – бог?

- Вечный Владыка. Отстань и пиши, он мягкий, пока до проверки дело не доходит – там сдирает три шкуры.

Я повернулась к лектору, всерьез собираясь записывать ту ересь, что он надиктовывал.

- По форме сосуда ёмкости делятся на следующие виды: амфора, треугольная колба, сферическая колба, мензурка, пробирка, флакон, квадратная банка, круглая банка, бутылочка, пузырек, бутылка, граненая бутылка, фигурный флакон, фляжка. Запишем объем и особенности, которые придает сосуд зельям…

Я опять отвлеклась, записывая вопросы, которые задам Брэну при следующей встрече, краем уха слушая отличия применения для разлива зелья бутылочки и бутылки.

- По материалу ёмкости бывают: стеклянные, каменные, глиняные, костяные, кожаные, фарфоровые, жестяные, металлические, древесные и подручные.

- Это как? – машинально спросила я, как будто вообще верила во все сейчас происходящее.

- Это, Приближенная Айна, когда у вас под рукой нет подходящего сосуда и вы используете подручный материал: высушенную и выскобленную оболочку тыквы, промытые кишки животного…

- Фу-у, - протянула девушка с соседней парты.

- Фу или нет, но знания, какие подручные материалы для каких зелий подойдут, не раз спасали жизнь величайшим алхимикам Энерена! Продолжаем…

А я добавила вопросы: Энерен – мир? Континент? Страна? Регион? Вечный - ?!

- Ула, где здесь можно посмотреть другие фолианты?

- Тебе зачем?

- Да так, парочка вопросов нарисовалась.

- На стеллажах храма. Завтра с утра на проповедь пойдем, заодно и посмотришь нужные.

Я кивнула.

- Разберем материалы крышек и закупорок для сосудов. Пробковые, каучуковые, восковые, металлические, из ветоши, сургучовые, кожаные, лоскутные, с винтовой крышкой. Давайте составим взаимосвязь между сосудом, зельем и способом его закупорки…

- Мастер Линч, вы еще один способ закупорки забыли, - от низкого глубоко голоса, раздавшегося с задней парты, у меня по спине разбежались мурашки, я даже вздрогнула от странного завораживающего эффекта.

- Неужели, Посвященный приближенный Нейл?

Не-е-ейл?

- Магическую печать!

Я не удержалась и оглянулась. Нейл. Теперь парень выглядел для меня иначе. Более привлекательно, что ли.

- Это слишком редкая печать и вам пользоваться ею не придется, вы же знаете, Посвященный.

- Знаю, но разве на лекции в части теории допустимо опускать такую важную составляющую?

Ула хлопнула меня по коленке, заставляя оторваться от созерцания жестких губ Нейла и обернуться лицом к раздумывающему лектору Линчу.

- Да, вы правы, Посвященный. Высокородные, запишите еще один вид закупорки сосудов: магическая печать. И пометьте, что такой пользуется исключительно Вечный и Главный Алхимик!

Вот теперь до меня дошел смысл слов преподавателя.

- Магическая? – переспросила я Улу, та утвердительно кивнула, старательно выводя слова в блокноте.

Магическая?! Что?

***

- Открывай! Брэн!

Дверь распахнулась, он схватил меня за шиворот и втянул внутрь. Я оступилась и буквально повисла на его руке, задыхаясь от хватки.

- Тсс! Тише, - рявкнул он, швырнул меня к стене и придавил ладонью, одновременно плотно закрывая дверь и защелкивая засов. – У тебя проблемы с пониманием, Приближенная?

- У меня проблемы с выживанием. Пусти!

Брэн убрал руку, смерил меня взглядом и обреченно кивнул вниз, сам уже начиная спускаться. А я, глядя ему в спину, на свободную холщовую рубаху, подумала, что был бы Брэн таким же красивым как Нейл, его затворничеству пришел бы быстрый конец.

Все же не зря парней с отвратительным характером лишают красивой внешности.

Хозяин подвала уже прошел к кочегарке и подкинул туда ведро угля. Я тяжко вздохнула, наблюдая за этим варварством и доставая блокнот с заготовленными вопросами.

- Сейчас ночь, у тебя нет привычки спать по ночам? – начал разговор Брэн, обходя большой стол и усаживаясь напротив меня. – Или у тебя акклиматизация не закончилась?

Я рассматривала его лицо, с прямым острым носом, резкими скулами, прикрытый черными длинными волосами лоб. Ничего отталкивающего в чертах лица не было, если бы не глаза. Даже не глаза, а взгляд черных бездонных зрачков без перехода в радужку.

Страшно, но я это переживу.

- Ты должен мне помочь.

- Я ничего тебе не должен.

Вот и поговорили. Минуту я сидела неподвижно, уставившись в блокнот, и выискивала аргументы, чтобы разговорить Брэна, чтобы он захотел сотрудничать со мной.

- Помоги? Мне некому задать эти вопросы, чтобы не оказаться раскрытой. А если меня схватят и отведут на казнь… Кстати, а как у вас казнят пришельцев?

- Пришелиц, - поправил меня Брэн. – Сжигают на костре.

Вот тут я вскинулась. Ну ничего себе! Как ведьм!

- Вот черт… Если меня схватят, мне придется сказать, что это ты перенес меня сюда. Понимаешь?

Парень напрягся, а я поняла, что нащупала верное направление, чтобы он захотел помочь мне.

- Тебя будут спрашивать, где настоящая Айна и что она делала у тебя, хотя не должна была приближаться, - мне нравилась реакция Брэна на слова. – Но если меня не поймают, если я смогу убедить всех, что я та самая Айна, то уже не смогу раскрыть тебя. Ведь ты всегда сможешь воспользоваться тем, что знаешь кто я.

Брэн медленно кивнул, потом вздохнул и растер лицо ладонями. Отошел от стола и поставил чайник на газовую горелку.

- Спрашивай.

Пришлось отвернуться от него, чтобы спрятать довольную улыбку.

- Начнем. Линч сказал про магическую печать…

- Мастер Линч – при обращении, и Лектор Линч – при упоминании. Это касается всех преподавателей без титула.

Я сделала отметки в блокноте и добавила еще вопрос по титулам и обращениям.

- Так вот, магическая печать, алхимия… Что, серьезно? Тут есть магия?

- Уже нет. Утрачена. Остались остаточные магические всплески. Их не хватает, из-за источников растет преступность, экономику лихорадит из-за черных рынков. Алхимики последнее связующее звено между людьми и магией. Пока…

Брэн замолчал, и я поняла, что большего он не скажет. Но пока и этого достаточно.

- А если я не обладаю магией, разве я смогу стать алхимиком?

Он усмехнулся:

- Айна, здесь никто не обладает магией! Алхимии учат только высокородных.

- Это тоже титул?

- Нет, общее обращение к тем, кто носит титул или рожден в титульной семье.

- Энерен – что это? Планета, континент, страна?

- Наш мир.

- А страны у вас есть? Или как тут всё поделено и управляется?

- У нас пять земель с исторически сложившимися на них расами и экосистемами. Из-за изолированности, до открытия механики, только маги с Пятой земли могли перемещаться между землями, но с гибелью всех магов и утерей магии, изолированные земли перестали надеяться на чудо и на помощь пришли паровые механизмы: пароходы, паровозы, дирижабли. Мир снова стал един, и расы смешались. Но континентальное разделение осталось. Маленькие люди предпочитают жить на Четвертой земле, оборотни на Третьей, полуэльфы на Второй.

- Ну приехали! Я полуэльф?

Брэн кивнул:

- Лесной. Еще здесь много земных переселенцев, а вот водные предпочли остаться на родине.

- Ладно, а какая раса населяет Первую землю?

- Сейчас здесь живут представители всех рас, но изначально населяли люди.

- Так Сиятельный – человек?

Напряженный кивок.

- Он что-то типа местного политика?

- Что?

- Ну, президента, правителя, короля?

- Он наместник. Представитель от расы. Это наследуемый титул.

Ага, значит, местный король.

- А Вечный тогда кто?

- Ты и про него услышала? Вечный – это Вечный. Он – душа Энерена.

- Он человек?

Брэн пожал плечами.

- Не человек?

Он снова неопределенно пожал плечами. Ладно, зайду с другой стороны:

- А на какой земле он живет?

- Он душа Энерена. Он может жить на любой земле. Может находиться в любом месте Энерена.

- Даже на Пятой земле?

- Пятой земли больше нет – она погибла.

***

Под утро я осторожно вышла из логова Брэна, понимая, что вопросов стало только больше. Но я вряд ли смогла бы все узнать за одну ночь – голова пухла. Надо сначала уложить по полочкам то, что получила.

И тут вдалеке прогремел гром. Сердце в груди резко подскочило и с сверканием молнии, я не мешкая, развернулась и помчалась обратно.

- Электричество! Где ты взял электричество?

- Ты так похожа на Айну, что иногда я думаю, что ты Айна и держишь меня за дурака! – откуда-то сбоку прорычал Брэн.

А глубоко спрятанное подсознательное удержало меня у двери, не давая ринуться за ширму и вытрясти из него ответ. Что-то остаточное от Айны подсказало мне, что за ширмой туалет.

Или может прерванное журчание мне это подсказало?

Брэн выглядел уставшим и недовольным, стал передо мной и скрестил руки на груди.

- Последний вопрос! – взмолилась я, и тут же добавила: - На сегодня.

- Ну?

- Откуда у тебя электричество и провода? Здесь же все работает на угле и газе! Я не нашла ни одной розетки во всем чертовом замке!

- Розетки? – нахмурился Брэн.

- Это те, в которые втыкают вилки.

- В Энерене вилки втыкают в еду.

- Ха. Ха. Смешно, да. Электричество. Где? Как?

Парень протяжно вздохнул:

- Алхимия.

- Ну как же, - не поверила я. – Алхимия есть у каждого, а электричество – только у тебя.

Брэн закусил губу, явно не желая отвечать мне.

- Скоро все проснуться и тебя заметят. Иди.

- Брэн, ты не можешь… Мы же договорились!

- Иди, тебе нужно уйти.

- Но завтра я вернусь! – предупредила, наставив на него указательный палец.

Он усмехнулся:

- Теперь я на ночь буду закрывать двери.

- Не поможет.

- Иди же! Заметят, отдадут отцу, тот запрет тебя в доме и догадается, что ты подложная дочь. Тогда казнь. Тебе нельзя быть со мной. Уходи.

И тут возражений у меня не было. Я подхватила юбки длинного в пол платья, топнула ногой, взвыла от собственной несвойственной мне несдержанности и ушла в грозу.

Что-то не так с этим электричеством, и с тем, что Айна, которая не имела права спускаться к Отверженному, находилась у него. Брэн скрывает что-то, прячет свои делишки с полуэльфийкой, и мне придется в этом покопаться.

***

Утром Ула, как и обещала, повела меня в храм.

- Жаль, что наш ректор является еще и Посвященным.

- Почему жаль? – не поняла я, с жадностью выхватывая взглядом стеллажи книг от пола до потолка по всему периметру храма. Бесконечная библиотека, о которой можно только мечтать!

Ула притормозила у входа, а я машинально сделала еще два шага вперед, пока она не окликнула.

- Айна! Вечная вода!

Что она имеет в виду? Какая еще вечная вода?

Но тут же сообразила, увидев как Ула окропила свои лоб и губы водой из чаши на подставке. Не глядя в чашу и стараясь не думать, сколько грязных рук опускаются в нее, и насколько чистая вода, которой я смачиваю губы, озиралась по сторонам, пока не увидела входящего Нейла. Вот тут пришлось отскочить и оттащить Улу подальше для расспросов.

- Так почему жаль-то?

- Потому что он очень-очень красивый мужчина. Но из-за посвящения никто не может навязать ему избранницу, он единственный может решить кого выбрать.

Мысль сразу перескочила на другой объект.

- Ула, так Нейл ведь тоже Посвященный, - вспомнила я обращение к молодому красивому парню в классе.

- Ну да. Поэтому все из кожи лезут, чтобы понравиться ему и быть выбранной. Эх… Если бы не его посвящение, я могла бы упросить отца включить меня в списки потенциальных избранных Нейла…

Я хмыкнула, теперь иначе расценивая противовес сил и ценность усилий.

Мы с подругой прошли вдоль двух рядов скамеек в третий ряд. Нейл сидел в первом перед нами. Значит, место выбранное Улой не случайно. Я оглянулась, разглядывая кто еще пришел на утреннюю проповедь. Но все эти люди мне были незнакомы и даже остаточная память Айны никак не откликалась, а глаза искали… Брэна.

Из глубины огромного зала раздались странные звуки, что-то вроде глубоких трубных, на подсознании пришло узнавание храмной музыки. Ула встала, я поднялась за ней. На возвышение поднимался зрелый уже мужчина, темноволосый, с суровым взглядом, притягивающий к себе взгляды каждого в этом большом зале.

- Присаживайтесь, высокородные и простонародные. От имени Вечного проповедаю я…

- Это ректор? – я не удержалась от вопроса и наклонилась к Уле.

Та молча кивнула и скосила на меня взгляд. Черт, надо что-то будет придумать с легендой, шишка уже не прокатывает на потерю памяти.

- Не Вечный разделил нас, а сам мир повелел разделиться и хранить историю наших предков и приумножать знания. Как высокородным важно перенимать и сохранять знания по алхимии, так простонародным созидать и продвигать знания по механике. Наш мир может выжить только в равновесии и балансе сил. Нельзя оживить бездушный кусок железа, но и магическим зельем гору не сдвинуть. Так и нам велено – применять алхимию в делах живых, а механику – в трудах будних.

- Ну и зануда, - прошептала я под нос, - если бы проповедовал Нейл – я согласилась бы слушать такую ахинею.

Ула усмехнулась и так же тихо ответила:

- Нейл после окончания обязательно будет проповедовать. А от Посвященного Олана Кларка глаз не отвести, согласись?

Да, тут не возразишь – подставив ухо Уле, глаза я продолжала косить на ректора Олана Кларка. Он притягивал, как магнит – своими жестами, мимикой, сдержанным взглядом.

- А где будет проповедовать Нейл? – не успела я договорить, как парень повернул голову и в упор посмотрел на меня. Неужели слышал, что мы его обсуждаем? Да вряд ли… Но вот он улыбнулся и подмигнул.

Мне.

Ула тоже это заметила.

- Ты в ответ то не улыбайся! – тут же ткнула меня в бок. – Ты в списке Сиятельного и пока он тебя не отсеет, не надо раздавать авансы другим.

Я скорчила гримаску и снова залипла на ректоре. Вот расстреляйте меня, если я за свои двадцать три года встречала хоть кого-то такого же прекрасного!

- О чем он говорит, я не понимаю.

- Да как всегда. Что алхимия только для нас, а механика для отребьев. И чтобы они были счастливы тому, что могут быть полезны миру и Вечному.

Я прислушалась к высокопарным речам ректора, и уловила призанятную вещь. Оказывается простонародью запрещено касаться алхимических ингредиентов и использовать зелья, порошки и средства. А Высокородные презирают занятие механикой, запах масла и знание первичной физики.

Не сдержавшись, я присвистнула, клянусь — тихонечко! Но острый взгляд ректора Олана моментально выхватил меня среди сидящих и пришпилил к спинке скамейки.

- И напоследок, уповаю на ваше крепкое здоровье и красоту! Берегите свой храм души, избегайте увечий, не наносите уродства умышлено. Отпускаю вас с благом от Вечного.

Снова зазвучала музыка, никто не торопился вскакивать со скамеек и мчаться к выходу. Я тоже сидела и ждала как все, пока Посвященный Олан уходил в глубину храма к истокам трубной музыки. И только когда она затихла, присутствующие зашевелились и степенно направились к выходу.

- Я могу остаться?

- Зачем? – не поняла Ула. – Вонючее простонародье уже покинули храм, пока играл гимн. Теперь мы можем выйти свободно.

Ах вон из-за чего неспешность. Но я то хотела остаться по другой причине.

- Мне нужно подобрать пару фолиантов.

- Каких? Все что нужно на ближайший курс нам уже выдали.

Я кивнула, начиная нервничать, замечая лишнее внимание к нашей паре.

- Хочу взять книги по истории и механике.

Ула забеспокоилась.

- Зачем тебе изучать механизмы?

- Интересно.

- Это не интересно! Это не поощряется.

- Ректор Кларк ничего такого не говорил.

- Не говорил при простом народе. Но на лекциях еще скажет. Айна, тем кто работает с алхимией запрещено касаться и изучать механизмы. Это строго отслеживает Ищейками. Оставь неблагое дело черни. Нам нельзя так рисковать.

- Ладно, - согласилась я, несколько озадаченная новыми подробностями. – Ты все равно иди, я посмотрю, что тут полезное есть к истории.

Ула недовольно дернула плечом и убежала вслед за остальными. А я медленно пошла к книжным стеллажам, разглядывая надписи над полочками.

Фолианты по истории обнаружила быстро. Но не смогла устоять и взяла три. По мироустройству, легенды про Вечного и титулярный советник. А вот на пути к стеллажам по механике меня перехватил ректор, презрительно смерил взглядом красивейших глаз, и выцелив мой маршрут, развернул к выходу.

- Вам стоит тщательно изучать поощряемые науки, Приближенная третьего колена, - он вышел из храма, видимо рассчитывая на мою совесть.

Это он зря. Я чувствовала нутром, что к своей бессовестности унаследовала еще и от Айны. Застыв над чашей с вечной водой, я дожидалась, когда затихнут шаги ректора, когда разглядела на дне утопленное кем-то кольцо с большим изумрудом в центре.

Хмыкнув, опустила руку в воду и подцепила перстень.

Наконец-то… Призванная!