Ковёр из хризантем

Рассказ был написан для конкурса по заданной картинке

***
Она сидела на скамейке, болтая ногами в красных башмачках. Белые гольфы, бежевый сарафан поверх белоснежной кофты с длинным рукавом. Короткие темные волосы вились непокорно и бестолково… Ничего нового.
Этот сон снился мне почти каждую ночь вот уже двадцать шесть лет.
Заброшенный парк, поросший сорной травой. Ржавая громада колеса обозрения, ставшая опорой дикому винограду, разбитые горки, проигравшие борьбу со временем. Небо. Закатное, живое, чуть тронутое перьями лиловых облаков. И отдаленный шум дождя. Здесь почему-то всегда слышен дождь, несмотря на чистое небо… Так тихо. Неестественно, потусторонне, будто весь мир сгинул, оставив после себя хрупкую тень былой жизни. И все уцелевшее сосредоточилось вокруг скамьи, на которой задумалась, негромко мурлыча себе под нос, девчушка десяти лет в красных башмачках. 
Я знаю каждый штрих, каждый шорох моего личного города-призрака с единственным обитателем. Кроме одного – ее лица. И в этом главный ужас моего сна. Размытое пятно с ползающими тенями–червями вместо детских черт. Знаю же, что не увижу ничего нового, но все равно зачем-то вглядываюсь, пытаясь вспомнить или выискать что-то очень важное.
Окликнуть ее? Бессмысленно. Я здесь никто. Безмолвный наблюдатель, не смеющий что-либо изменить, заключенный в одно мгновение, растянутое до бесконечности. 
Ее глаза. Это все, что мне нужно увидеть. Пусть в них отразится злость, ненависть, смерть. Что угодно лучше проклятой неизвестности. Ну же, взгляни на меня, с укоризной, безразличием. Вини меня, казни – не важно, только знай, что я приду за тобой, что не оставлю, Риса…
***
Резко открыл глаза под стрекот будильника. Провел руками по лицу, то ли стирая сон, то ли впечатывая его.
С добрым утром, Риса…
Это давно уже больше, чем имя. Молитва. Шепот. Заклинание… Ри-са. Звучит, как «го-речь». Да что там! Звучит, как моя жизнь.
— Офицер Араи-сан…
— Араи-сан, — девушка в полицейской форме решительно нависла над моим столом. Поднял на нее глаза. Заплетенные в косу волосы, румянец на щеках, прямой взгляд. — Я знаю, что вы не любите шумную компанию. Но завтра выходной, и у меня день рождения. Будут ребята из нашего кобана. ^Кобан – участковое отделение полиции в Японии. - Прим. автора^ Приходите и вы, Араи-сан. Мне… мне было бы очень приятно.
Несмелая улыбка, волнительно закушенная губа.
— Благодарю, Фукуда-сан. И прошу извинить, я не смогу прийти.
Вернулся к отчету, полагая разговор оконченным. Жаль отказывать в такой малости, но чем раньше Фукуда примет мое равнодушие к ней, тем лучше для нее.
— Вы будете заняты? — негромко уточняет она.
— Мне предстоит поездка, которую не могу пропустить.
— Что ж, — быстро скрывает она свои эмоции за натянутой улыбкой. — Тогда, прошу, не откажитесь попробовать онигири. Я очень старалась, Араи-сан, честное слово. 
Я уже расстроил девушку своим отказом. Не хотелось обижать еще и так. Принял протянутое бэнто, чуть склонив голову.
— Вы очень добры, Фукуда-сан.
На короткий миг в ее глазах ожила легкая, озорная улыбка. Совсем ведь девчонка еще, лишь немного за двадцать. И что нашла в угрюмом, поросшем сорокалетним мхом, пне вроде меня?