Кровь дракона. Пламя на двоих

Этот день должен был определить всю мою дальнейшую жизнь. Так и вышло.

— Вивиана Гарда, претендент, — мой голос почти не дрожал, хотя ладони вспотели от волнения, и я тайком вытерла их о юбку.

Лысоватый дядька в круглых очках равнодушно взмахнул рукой, указав на высокое кресло.

— С утра не ела?

— Нет.

Я отлично понимала важность события и подготовилась как следует: тщательно вымылась, оделась в белое, выпила стакан воды — все как учили.

Стоило мне положить руки на подлокотники кресла, как ремни оплели запястья. Щиколотки тоже стянуло — не больно, но туго, не пошевелиться.

— Процедура стандартная, — сказал лекарь. — Маленький укол — великие возможности.

Инъекция драконьей крови должна была пробудить во мне спящий дар или… убить.

— Какое родство с подтвержденным драконом?

— Отец, — ответила я.

— Гарда, Гарда, — задумчиво повторил лекарь мою фамилию. — Что-то не припомню…

— Он не был женат на моей матери, — с деланым равнодушием пояснила я.

Эта деталь биографии — все равно что ядовитая заноза, частенько отравляла мне жизнь.

— Ясно, — он пожевал тонкими губами и все же спросил: — Уверена в родстве?

— Да.

Мама не врала. Если пройду инициацию, то докажу это и остальным.

— Я должен предупредить о возможных последствиях, — скучным тоном произнес лекарь, делая пометки в бланке и не глядя мне в глаза. — Если драконья кровь в тебе не приживется, возможен летальный исход.

Такое случалось даже в древних родах. Взять хоть старшего принца. Он должен был занять престол следующим, однако неудачная инициация забрала у него и эту возможность, и жизнь. Я считала смерть принца большой потерей. Ведь теперь претендентом на трон стал его брат.

— Поставь вот тут подпись.

Лекарь поднес бумагу мне под ладонь, сунул ручку в пальцы, и я поставила закорючку.

— Славно.

Он достал шприц из жестянки, покрытой испариной, опустил иглу в крохотную склянку с густой черной жидкостью. Сердце застучало быстрее, но я заставила себя дышать ровно.

— Будет больно, — честно предупредил лекарь, постучав ногтем по шприцу.

Говорили, это все равно что проглотить ведро головешек. Драконья кровь жжет изнутри, и боль не унять. Зато потом она открывает двери, которые иначе навсегда остались бы запертыми. Я три года обучалась в академии искусств, и теперь драконья кровь покажет мне оттенки цвета, которые человеческий глаз не в силах увидеть, или подарит чувствительный слух, способный уловить малейший диссонанс, или умение творить прекрасное из камня, или…

— После инъекции я уйду, — сказал лекарь, склонившись надо мной. За круглыми стеклами очков обнаружились уставшие глаза с набрякшими веками. — Три года учебы должны были определить твой дар. Но во избежание случайностей необходимо спокойствие и минимум раздражителей. Постарайся отключить мысли, либо же думай о том, чего так желаешь.

— Поняла, — кивнула я, сглотнув ставшую вязкой слюну.

Холодное прикосновение влажной ваты, едва ощутимый укол иглы.

А потом по моим венам потек огонь.

Спину выгнуло судорогой, и я ударилась головой о спинку кресла. Рванулась, пытаясь освободиться, и ремни впились в кожу.

— Спокойно, Вивиана, — голос лекаря донесся будто издалека. — Дыши глубже. Теперь осталось лишь подождать.

Свет померк, дверь закрылась, и я осталась в темноте, наедине с пожаром в моем теле.

Не знаю, сколько это длилось — минуту или час. Кровь кипела, мышцы сжимались, огонь жег кончики пальцев, виски, пылал внизу живота. Поначалу я еще пыталась вызвать в сознании знаки искусств, один из которых должен был появиться на моей коже: символ живописца, похожий на глаз, или изгиб волны — знак танца. Но после лишь всхлипывала, извивалась в кресле и скулила от боли, желая одного — чтобы все это наконец закончилось.

Дверь скрипнула, отворившись, и свет ударил меня по глазам. Я поморгала, пытаясь разобрать, кто это. Расплывчатый силуэт превратился в мужскую фигуру, и я с ужасом поняла, что это вовсе не очкастый лекарь. Этот парень был гораздо моложе, и я хорошо его знала: светлые волосы, хитрые глаза, на щеках ямочки, которые подружки отчего-то считали красивыми.

— Приветик, — сказал Риан, подходя ближе и скалясь в ухмылке.

Его ладони опустились на мои колени и плавно потянули их в стороны.

— Отвали, — прошептала я.

— Да-да-да, — певуче произнес он. — Я слышал это от тебя все три года учебы, Вив. Немного обидно, знаешь ли. Все же я — принц, а ты… никто.

— Риан, пожалуйста, — взмолилась я.

— О, теперь ты научилась просить, — он провел языком по зубам. — Конечно, я тебе помогу. Тебе ведь так жарко, Вив, так горячо, я знаю. Я уйму твой пожар.

Он обхватил мои бедра и рывком подтянул ниже, ремни впились в запястья, сдирая кожу. Я зажмурилась, но свет пробивался даже сквозь веки. Это неправильно! Я должна была остаться одна, в темноте!

— Уходи, — попросила я снова. — Оставь меня, Риан!

— Не бойся, я быстро, — пообещал он. — А после... тебе все равно не поверят. Мало ли что приглючилось под драконьей кровью. Вдруг ты тайно обо мне мечтала, вот и привиделось.

Жгучие слезы брызнули по щекам, когда наглые руки жадно облапили грудь, а после нырнули под юбку, стягивая трусики. Риан Карратис, принц королевской крови и просто придурок, устроился между моих бедер и поучительно произнес:

— А не надо было строить из себя недотрогу, Вивиана. Могли бы сделать все по-хорошему.

Вот тогда-то кровь дракона вскипела во мне и взорвалась, отшвыривая Риана прочь, разбивая им шкаф и пробирки. Кто-то закричал, послышался топот… А я откинула голову на спинку кресла и утомленно прикрыла глаза. Мне больше не было больно. Вспышка погасла, пожар утих, кровь дракона нашла свое место, сворачиваясь в знак на бедре: кожу слегка щекотало, как будто по ней водили перышком.

— Вивиана! — кто-то похлопал меня по щеке, промокнул лоб влажным полотенцем.

— Риан подонок, — пробормотала я. — А я? Живописец?

— Боюсь, что нет.

Я открыла глаза и посмотрела на лекаря, который целомудренно вернул мои трусики на место и поправил юбку.

Ремни ослабли, отпуская меня, и я, забыв о стыде, задрала юбку и с ужасом посмотрела на свежий знак, проявившийся на моей коже. Не глаз, не волна, даже не скромный овал летописца.

Наверное, это было красиво: золотистые чешуйки плотно прилегали друг к другу, оттенок слегка темнел от центра к краю, прямоугольный верх и остроконечное основание — это, несомненно, был щит.

И это значило, что моя жизнь изменилась. Но совсем не так, как я планировала.

— Щит, — подтвердил мои опасения доктор. — Боевое направление. Поздравляю, наверное...

***

— Нападение на принца королевской крови! — разорялся адвокат Риана.

Сам он сидел по другую сторону стола и не сводил с меня глаз. Скотина!

Риан Карратис испоганил самый ответственный момент моей жизни! Столкнул с любовно вымощенной дорожки, ведущей к прекрасному будущему, в вонючий бурлящий поток, несущийся прямо в пропасть.

— Он тайно проник в лекарское крыло, — напомнил ректор, который сидел рядом со мной, выступая в роли защитника. — Сбил тонкий процесс инициации.

— Это еще надо доказать, принц мог попасть туда по ошибке, — заявил адвокат, тряхнув густыми светлыми волосами, похожими на львиную гриву. — А вот травмы моего клиента налицо.

И на лицо, и на прочие части тела. Я неплохо так приложила Риана: скула отливает багрянцем, правая рука перемотана и покоится на повязке. Жаль, нос ему не сломала и не оторвала еще кое-что выступающее. Я попыталась позвать драконью кровь, но увы, после того всплеска силы она больше никак себя не проявляла.

— Я могу потребовать ее казни, — веско уронил адвокат. — Это покушение на королевскую семью, на устои нашего мира!

Я невольно ахнула, а Риан поднял здоровую руку, как примерный ученик, желающий выйти к доске.

— Позвольте сказать, — попросил он. — Я готов отозвать обвинения.

Да ладно!

— Но я жду извинений от тебя, Вивиана, — добавил Риан, прожигая меня взглядом. — Страстных, искренних, горячих. И если я останусь полностью удовлетворен... твоим раскаянием, то я тебя прощу.

Намек прозвучал так откровенно, что даже каменное лицо адвоката дрогнуло от неловкости.

— Пошел ты, Риан, в драконий зад! — вырвалось у меня.

— Это оскорбление принца! — взвился адвокат.

— Ну-ну, — встрял ректор, — все взволнованы, ситуация напряженная, но давайте попытаемся решить ее мирно.

— Вы предлагаете простить девушку, которая покусилась на наследника трона? — демонстративно ужаснулся адвокат, а Риан покачал головой.

— Во-первых, Тириан не наследник, — с неожиданной твердостью напомнил ректор, назвав принца полным именем. Тот побагровел от гнева, и даже фингал стал не так заметен. — Король пока не назвал его своим преемником.

— Ну, после смерти старшего принца Риана выбора у него нет, так что…

— А во-вторых, — перебил он адвоката, — если начнется публичное разбирательство, то это повредит репутации королевской семьи. Я, как верноподданный, этого не хочу. Может быть, вы хотите, чтобы в зале суда прозвучало обвинение в попытке изнасилования?

— Не докажете, — повторил адвокат, но без прежнего пыла.

— Взгляните на девушку повнимательней: эти рыжие кудри, невинные глаза… Ее слезы растопят сердца даже самых суровых присяжных. Вив, ты ведь заплачешь?

— Постараюсь, — кивнула я.

— Синяки пройдут, а вот судьба девушки определена навсегда, — напомнил ректор. — Журналисты не упустят возможности раздуть скандал.

— Да кто им позволит!

— Но сплетни пойдут.

— Если только она не исчезнет. Взаимовыгодное предложение.

— Что ж, сейчас Вивиана должна продолжить обучение, — задумался ректор и, достав из ящика стола бумаги, принялся перебирать бланки. — Есть несколько незакрытых заявок…

— Драхас, — произнес адвокат название крепости, и у меня сердце сжалось.

— Нет, так не пойдет… — попытался возразить ректор, но, кажется, все было уже решено.

— Еще как пойдет, — сказал адвокат. — У нее щит, боевой знак, а в Драхасе постоянно требуются новые люди.

— Там кто-то умер? — спросил ректор, как будто запнувшись.

— Там всегда кто-то умирает, — отрезал адвокат. — Это наше последнее предложение. Рекомендую согласиться. Вивиана уезжает, обе стороны отказываются от претензий, дело закрыто.

— Послушайте, так нельзя, — ректор не на шутку разволновался. — Да, у Вивианы проявился щит, но у нее отсутствует всякая боевая подготовка! Она отлично училась, но не тому. Она же попросту погибнет!

— Может, ей повезет, — процедил адвокат, собирая бумаги в папку.

— Давайте рассмотрим другие варианты! — не сдавался ректор.

— Я лично прослежу за отправкой, — пригрозил адвокат. — Так что не надейтесь спрятать ее в укромном местечке — не выйдет. Скрывая щит, боевую единицу королевской армии, вы совершаете преступление против трона.

— Я не согласна, — сказала я, но меня никто и не спрашивал.

---

Добро пожаловать в новинку!

Нас ждут драконьи горы, захватывающие приключения и, конечно же, страстная любовь))

Буду рада вашей поддержке и комментариям.

Присоединяйтесь!

Крепость Драхас лепилась к горе как птичье гнездо — издали не различишь в нагромождении скал. Но сейчас, в сумерках, в ней мерцали огни, стекая ручьями к подножию точно лава проснувшегося вулкана.

— Это что, какая-то шутка? — недоверчиво спросил здоровенный рыжий мужик, оглядев меня с головы до пят.

Мне и самой хотелось, чтобы все это оказалось розыгрышем или дурным сном, но увы, такова моя новая жизнь.

— Вивиана Гарда, — представилась я, протягивая документы великану. — Прибыла в Драхас для прохождения практики.

Мужик полистал бумаги, вздохнул. Послюнявил палец и потер печать на бланке, как будто кто-то в здравом уме захотел бы подделать документы и приехать в Драхас добровольно. Отсюда рукой подать до диких земель, в горах гнездятся драконы, а успешное прохождение практики означает, что студенту удалось выжить.

Не о таком я мечтала, но иногда судьбу определяет случайность. Или Риан Карратис, чтоб ему пусто было.

— Здесь какая-то ошибка, — с явным облегчением произнес мужик, тыча толстым пальцем в документы. — Тут перечень предметов, которые ты изучала: философия, искусствоведение…

— Инициация прошла не по плану, — вздохнула я.

— Значит, ты щит без всякой боевой подготовки? — уточнил он, пригладив рыжую бороду, в которой сверкнули разноцветные бусины.

— Именно так.

— И тебя отправили в Драхас. Не пойми меня неправильно, Вивиана. Но ты здесь не выживешь.

— На это и был расчет, — вырвалось у меня, и густые брови цвета ржавчины удивленно приподнялись.

— Кому же ты насолила? Такая лапушка…

Ответить я бы не смогла, даже если бы захотела. Перед самой отправкой на меня наложили печать молчания — кровную клятву, снять которую мог бы сам Риан или кто-то из королевской семьи.

— Там, в папке, есть письмо и для вас, — сказала я, поднимая чемодан и заваливаясь на бок под его весом. — Дорога была утомительной.

Уловив намек, рыжий великан захлопнул папку с документами, отобрал чемодан, и мне пришлось ускорить шаг, чтобы не отстать.

— Я — капитан Освальд Муро, — сообщил он, размеренно шагая по крутым ступеням. — Командую Драхасом, хотя Хильда со мной не согласится. Она наша экономка и явно считает командиром себя. У нас тут все по-простому. Народу не много, все как одна большая семья. Может, закатить праздничный ужин в честь твоего приезда, как считаешь?

— Можно обойтись и без ужина, — заверила я.

Сперва я тряслась в экипаже по дороге в порт, затем качалась в каюте корабля, потом опять тряслась… Хотелось лишь упасть в постель, которая бы подо мной не шевелилась.

Капитан Освальд вошел в крепко сбитую деревянную коробку, и когда я неуверенно ступила за ним, опустил тяжелый рычаг. Деревянный пол под ногами дрогнул и стал медленно подниматься. Ну вот, теперь еще и лечу…

— Конечно, мы ждали кого-то покрепче, — капитан покосился на меня и тяжко вздохнул. — Определю тебя в гнездо к Элаю. Надо учиться у лучших, так?

Видимо, гнездами они называют отряды или что-то вроде того. Я покивала, думая о своем. Ничего, надо лишь продержаться и получить запись об успешном окончании учебы. Затем мне отдадут диплом, а вместе с ним и свободу. А потом… Потом я буду как-то жить, желательно подальше от королевской семейки.

Солнце закатилось за гору, и вдруг стало совсем темно, как будто кто-то задернул шторы. Кабина поднялась на каменную площадку перед Драхасом, и я, зажмурившись, перепрыгнула узкую полоску пропасти между кабиной и твердой поверхностью. Припорошенное звездами небо раскинулось над головой, и я невольно порадовалась, что взяла с собой краски. Горные пики тянулись до горизонта, а по другую сторону виднелась полоска моря, посеребренная луной. Огни городка, через который я проезжала, остались внизу, мерцая как светляки.

— Не отставай, — поторопил капитан, и я поспешила следом.

Мы поднялись по крутым ступенькам к распахнутым воротам, вошли в холл с расщелинами коридоров, похожий на просторную пещеру. По серым каменным стенам тянулись две дорожки факелов, а вдали виднелась широкая лестница, разветвляющаяся на три.

— Гнездо Элая по центру, — сказал Освальд, перехватывая чемодан другой рукой. — Хильда уже приготовила комнату.

— Оттуда видно море?

Капитан, смерив меня очередным жалостливым взглядом, лишь пожал плечами.

А потом позади что-то захлопало, будто парус на ветру, огни факелов затрепетали, а тени в панике заметались по стенам. Я обернулась и инстинктивно шарахнулась к капитану.

Черный дракон влетел прямо в холл, загнутые когти на сгибах крыльев уцепились за потолочную балку. Длинный хвост чиркнул по полу, высекая искры, и ящер, повернув сплюснутую башку, оскалил кривые клыки.

Я видела драконов и раньше: на торжественных церемониях, у дворцов родовитых семей. Все они сидели на цепях, обвивающих и крылья, и зубастые морды. Этот же ящер будто только спустился с неба, а тонкий ремешок, охватывающий шею, казался насмешкой.

— О, Элай! Ты мне как раз и нужен! — Капитан Муро радостно помахал рукой, а я слегка выдохнула. Видимо, в драконе, влетающем в крепость, нет ничего необычного.

За драконьими крыльями я не сразу разглядела всадника, но теперь он съехал по чешуйчатому боку, ловко спрыгнул на пол и похлопал чудовище по ляжке.

— Принимай, — сказал капитан, подтолкнув меня вперед. — Вивиана Гарда, щит.

Всадник обернулся, и на миг мне померещилось нечто знакомое. Но когда он подошел ближе, я отчетливо поняла, что не видела его раньше. Такое лицо раз увидишь — не забудешь: твердые скулы, жесткая линия подбородка, а в глубине темных глаз прячется свет — будто золото в драконьей пещере.

— Издеваешься? — хмуро спросил он, лишь мельком на меня глянув. — С нее щит как с чайного ситечка.

Все очарование первой встречи слетело как обертка с подарка, который оказался пустым.

— Элай, — представил его капитан Муро. — Слушайся его во всем и, может быть, не умрешь.

Забрав папку, Элай зубами стянул кожаную перчатку с руки, полистал документы и едко прокомментировал:

— Высший балл по искусствоведению? Это очень нам пригодится. А единственная физическая подготовка — танцы. Освальд, отправь ее назад и пусть пришлют кого-то нормального!

— Я была бы только рада, — заявила я, и Элай посмотрел на меня удивленно, будто только заметив. — Но мне не оставили выбора.

— Пойдем, Вивиана, — со вздохом произнес капитан, вновь поднимая мой чемодан. — Посмотрим, видно ли море из твоих окон.

Я кивнула и последовала за ним, ощущая между лопаток пристальный взгляд.

— А можно мне в другое гнездо? — попросила я, и мой голос жалобно дрогнул.

— Вы поладите, — коротко заверил меня капитан.

Вот только я в этом сильно сомневалась.

***

Узкие коридоры извивались как ходы муравейника, и я мигом бы заблудилась, если бы не широкая спина капитана, маячившая впереди.

— Ребята из гнезда Элая сегодня в городе, — произнес он. — Раз в неделю свободное время. Завтра со всеми познакомишься. А пока обживайся.

Он распахнул передо мной узкую дверь, и я с опаской шагнула вперед. Воображение уже успело нарисовать каменную клетушку, выбитую в скале, но комната оказалась просторной и довольно уютной. На полу раскинулся пушистый цветастый ковер, на стенах моргнули и вспыхнули газовые лампы. А кровать у стены так и манила на нее упасть. За окном даже обнаружился небольшой балкончик, а еще одна дверь вела в туалет с крохотным умывальником.

— Душевые на первом этаже, — сказала женщина, чьим заботам перепоручил меня капитан перед тем, как удалиться. — Там же кухня. Ужин уже закончился, но я принесла тебе перекусить.

На столе ждал поднос с нехитрым угощением: чай, бутерброды, красное яблочко.

— Меня зовут Хильда, — представилась она. — Форму я тебе завтра выдам. Придется ушивать. Ты не особо похожа на обычного студента Драхаса.

— Вообще-то в вас тоже сложно угадать экономку, — заметила я.

Я бы ее нарисовала, обязательно акварелью, легкими воздушными мазками, чтобы поймать тонкую красоту. Хильда улыбнулась, сверкнув белыми зубками. В моем представлении экономка захудалой крепости была бойкой словоохотливой теткой, полноватой, любопытной, нахальной. Хильда же вполне могла сойти за светскую даму самого высшего круга, которую глупой шуткой богов занесло в Драхас. Казалось, она пришла на бал, а не принесла бутерброды: льняные волосы забраны в высокую прическу, ясные голубые глаза слегка подведены карандашом. А на плече у нее сидел крупный белый попугай с розовым хохолком — неожиданный аксессуар, но эффектный.

— Это Арчи, — сказала Хильда, погладив пальцем белые перышки на шейке, и попугай прикрыл глаза от удовольствия точно кот. — Еще один залетный гость Драхаса.

— Др-рахас! — Громко сказал попугай. — Дыр-ра!

— Что есть, то есть, — вздохнула Хильда, а после, вынув из кармана платья портняжную ленту, быстро сняла с меня мерки. — Завтра будет готово, — пообещала она. — А пока отдыхай.

Хильда ушла, а я с неожиданно разыгравшимся аппетитом умяла бутерброды и легла спать.

Все не так уж плохо. Да, мне здесь не место, но раз я уже тут, то как-нибудь приспособлюсь. Капитан кажется добродушным, Хильда прелестна, вот только Элай… Его бы я нарисовала углем: темные волосы, падающие на высокий лоб, сведенные брови, надменный изгиб губ… Мне мерещились голоса, чей-то грубый смех, а потом что-то захлопало, будто простыни на ветру, но я уже провалилась в глубокий сон.

***

Почту доставили вслед за новенькой, и Элай с отвращением посмотрел на письмо, лежащее на столе. Поморщившись, взял плотный конверт, сломал печать с оттиском крыльев — он отлично знал перстень, который его оставил. Впрочем, крылья — еще не корона. Значит, отец пока не назвал Тириана преемником. Вынув тонкий белый лист, украшенный вензелями, развернул.

«Дорогой Эл», — начиналось письмо, и одно обращение было как укус ядовитой змеи. Они отобрали у него все — жизнь, будущее, даже имя.

«Шлю небольшой подарок, который скрасит твое пребывание вдали от семьи».

Семьи у него тоже нет. Его вышвырнули прочь как больную шавку.

«Она мне уже надоела, но я подумал — вдруг тебе сгодится».

Значит, новенькая — одна из потаскушек Тириана. Что ж, у него хороший вкус, этого не отнять. Рыжие кудри, кожа светлая и гладкая, точно шелк. Видимо, стала назойливой, и Тириан решил отослать ее прочь. А может, она лишь способ в очередной раз подразнить старшего брата.

«Надеюсь, она доставит тебе много удовольствия. Риан».

Мелкий говнюк подписался его первым именем.

«P.S. Там она тоже рыжая».

Элай смял письмо в кулаке и швырнул в пустой камин.

Отец так и не написал ни строчки. Для него старший сын умер. Или нет? Иначе Тириан тоже оставил бы брата в покое. Но вместо этого он прислал хорошенькую девчонку, чтобы старший наконец-то сорвался и поставил точку в затянувшемся вопросе наследования.

А значит, лучше не искушать ни судьбу, ни себя, и выставить Вивиану вон. Это будет легко. Она сама сбежит. Забросит свой здоровенный чемодан в первый же экипаж и укатит туда, откуда явилась.

Будто в насмешку, капитан отвел ей комнату прямо под ним. Элай слышал, как она болтает с Хильдой, после скрипнула дверь на балкон и закрылась.

Интересно, брат ввел Вивиану в курс дела? Рассказал, в чем ее роль? Вряд ли девушка знает, что ее выбрали в качестве жертвы дракону.

Полоса света, падающая из окна, перечеркивала комнату пополам. Вот так и роковая инициация разделила мою жизнь на до и после. Я лениво поморгала, потянулась в постели.

— Новенькая, подъем!

Дверь громыхнула о стену, и я быстро села, в панике прижав одеяло к груди.

— Надо же, Элайджа не врал, — хмыкнула девушка. — Ты и правда…

Она неопределенно покрутила рукой в воздухе.

— И что это значит? — с вызовом переспросила я, тоже покрутив кистью.

Сама гостья была высокой, крепкой и быстрой как ртуть, с коротко остриженными черными волосами, длинными ногами, бесстыдно обтянутыми кожаными брюками. Резкие черты, пронзительно синие глаза, на щеке россыпь мелких серых чешуек — такое бывает, когда инициация проходит не очень хорошо. Вроде бы это значит, что кровь дракона не подчиняется человеку полностью.

Девушка прошлась по моей комнате, подхватила яблоко, которое я вчера оставила нетронутым, и вгрызлась в него крепкими зубами.

— Это значит, что ты вылетишь отсюда максимум через две недели, — промычала она, хрустя яблоком. — Вот уже на завтрак опаздываешь, куда это годится?

Она исчезла за дверью так же неожиданно, как появилась, и до меня донесся ее резкий голос.

— Туч, представляешь, она спит в кружавчиках!

— Я лично не возражаю, — ответили басом.

— А ты, Ингрид, в чем спишь? — поинтересовался третий голос, тягучий и вальяжный. — Готов поспорить, что совсем голенькая...

Я вскочила с постели, подперла дверь стулом, быстро стянула сорочку и переоделась в форму, которую захватила с собой. Волосы заплела в косу, умылась. А когда вышла, меня приветствовали свистом.

— Какая цыпочка, — лениво протянул крепкий блондин, развалившийся в кресле. Он закинул одну ногу на подлокотник, и штанина задралась, обнажая загорелую икру, покрытую белыми волосами точно инеем.

— Меня зовут Туч, — пробасил другой, с бритой налысо головой и широкий как шкаф.

— Ты в этом собралась заниматься? — поинтересовался третий, с мягкими каштановыми локонами, спадающими до плеч.

Я думала, что форма академии искусств вполне универсальная: пышная синяя юбка, белая блузка с широким кружевным воротничком, туфельки на небольшом каблуке.

— Пошли уже на завтрак, — заканючила девушка. — Я Ингрид, если что. Но вряд ли тебе так уж надо запоминать наши имена. Все равно ты здесь ненадолго.

Они собрались в большой гостиной, куда стекались все коридоры, а вверху было небо со стремительным бегом облаков. Интересное архитектурное решение — оставить в потолке дыру.

— Это Вивиана Гарда, — представил меня Элай, спускаясь по лестнице, которая закручивалась выше. Остановившись, окинул меня взглядом и едва заметно поморщился.

— Хильда даст мне форму после завтрака, — поспешила я объяснить.

Он равнодушно пожал плечами и пошел прочь.

— Ладно, давай введу тебя в курс дела, — предложил парень с локонами. — Я Рони, тоже недавно приехал, как и ты. И еще Иней новенький.

— Но я уже все отлично умею, — подмигнул белобрысый. — Как же нам повезло! В одном гнезде сразу две девчонки. В левом ни одной, в правом Берта. Ты ее видел, она ростом с Туча. Уж на что я смелый парень, а все равно как-то боязно… Давай лучше я тебе расскажу самое главное, Вивиана. Вон там моя комната, выходишь из спальни, и третья дверь налево, запомнила?

— Ингрид и Туч уже второй год здесь, — продолжил Рони, не обращая внимания на болтовню белобрысого. — Вовсю объезжают драконов и числятся в патруле.

— А зачем патруль? — спросила я. — Мы от кого-то защищаемся?

 Иней хмыкнул и приобнял меня за плечи.

— Малышка Вив, — промурлыкал он, — держись ко мне ближе, и я укрою тебя от бед.

Я скинула его руку и пытливо посмотрела на Рони. Он как-то больше располагал к себе, чем назойливый Иней — таких наглецов я уже повидала. А вот с Рони мы могли бы подружиться. Немного щекастый, с обгоревшим носом, теплыми ореховыми глазами — он тоже, как и я, не особо походил на боевика. Его бы в библиотеку, к древним фолиантам.

— Тут дикие земли — рукой подать, — ответил Рони. — Красноперые шастают регулярно.

— Варвары, которые тоже наловчились объезжать драконов, — пояснил Иней. — Но не переживай, их драконы мельче, мы их раскатываем как детей.

— Мы? — переспросила я. — Я лично не собираюсь никого раскатывать. Я хочу закончить учебу и получить диплом.

— Вот именно, — покивал Иней.

— Что — именно? — начала я сердиться.

— Это наш дипломный проект! — с воодушевлением ответил Рони.

Его глаза вспыхнули фанатичным блеском, и я поняла, что поспешила, определяя парня в библиотекари. Но все же хотелось бы уточнить…

— Ты должна обучить дракона, — сказал Иней. — Вырастить его, объездить, приручить, чтобы он внимал каждому твоему слову, ел из твоих рук и летал под седлом. Вот твой дипломный проект, Вивиана. Предлагаю начать с более дружелюбного экземпляра с капелькой драконьей крови — с меня. Я куда отзывчивее, готов принимать ласку и совсем не против, если ты будешь сверху и…

Я не слушала, что он там дальше нес.

Мой дипломный проект — дракон? Я должна приручить дракона?! Ездить на нем верхом?!

— Ты в порядке? — заботливо спросил Рони. — Будто бы побледнела. Не переживай, Вивиана, мы возьмем совсем маленького, даже не дракона, а яйцо. Правда, сперва надо будет его украсть.

— Ну, это ерунда, — добродушно отмахнулся Иней. — Я уже приглядел одну скалу с удобным подъемом. Там кладок пять, не меньше.

— Мамочка, — прошептала я.

За разговором мы успели спуститься в столовую, и на меня устремились любопытные взгляды. В большом помещении с узкими щелями окон царил гвалт, звенела посуда, пахло кашей и молоком.

— Элай, вот везунчик!

— Давай махнемся: ты мне рыжулю, я тебе двух толстяков!

— Кудряшка, садись к нам!

Я на деревянных ногах дошла до длинного стола, за которым сидели уже знакомые мне Туч и Ингрид, и рухнула на лавку.

— Я принесу тебе завтрак, — сказал Иней, погладив меня по плечу. — Будьте с ней понежнее. Малышка Вив, кажется, только начала понимать, куда ее занесло.

— Драконы, — вновь повторила я. — Нам правда надо ездить на драконах?

— Ага, — сказал Туч, осклабившись в довольной ухмылке. — Круто, скажи?

Я, конечно, знала, что есть драконьи всадники — опора нашей страны, боевая мощь, непобедимое крылатое войско и все такое. Но я не думала, что этому учат так сразу! Тем более меня!

За другой конец стола сел Элай, мазнул равнодушным взглядом, и мне вновь померещился золотой отблеск в темных глазах.

— Элай, — обратилась я к нему, — можно вопрос?

— Можно, — коротко разрешил он.

— А вот драконы — это обязательно? — спросила я. — Есть ли другой вариант закончить обучение? Допустим, изучить какие-то теоретические выкладки, или заняться бытовым обеспечением крепости, я могла бы помогать Хильде, или…

— Нет, — так же лаконично ответил он.

Я немного подождала. Нет? И это все? За нашим столом стало тише, и на мне скрестились возмущенные взгляды. Как будто я сказала что-то непозволительное.

— А зачем ты вообще сюда приперлась? — поинтересовалась Ингрид. — Могла отправиться в военную академию в столице, там бы тебя научили красиво маршировать.

Я открыла рот, но не смогла выдавить ни слова — клятва неразглашения, чтоб Риану пусто было!

— Приперлась — и молодец, — похвалил меня Иней, усаживаясь рядом и придвигая ко мне поднос с кашей и булочкой. — Будешь скрашивать мои суровые будни.

— Ты просто пока не пробовала, — добродушно проворчал Туч. — Раз сядешь на дракона — и потом тебя оттуда силой не стащишь.

— Хотя в других академиях и правда дают выбор, — задумчиво произнес Рони. — Пусть боевое направление, но факультеты бывают разные: стратегия и тактика, алхимия боевых средств…

— Если тебя что-то не устраивает — уезжай, — отрезал Элай. — Никаких поблажек не будет.

И уткнулся в тарелку, явно давая понять, что разговор окончен. Странный он все же — вроде со всеми, а сам по себе. Остальные ребята подтрунивали друг над другом, толкались локтями, Элая же словно отгораживала невидимая стена, за которой он ел кашу с таким изяществом, словно сидел не в столовке, а на званом приеме. Я так поняла, он кто-то вроде куратора, ответственного за группу студентов. Хотя сам старше лет на пять.

Я перехватила внимательный взгляд Ингрид и, отчего-то смутившись, принялась за кашу. Было вкусно и сытно, а после завтрака меня увела Хильда. Хозяйственный блок умещался в задней части крепости, но я толком не запоминала дорогу, заблудившись в собственных мыслях. Да, я надеялась, что удастся отсидеться. Выучить пару боевых приемов, написать несколько курсовых. Вытянуть хоть на троечку, получить диплом…

— Ты ведь не добровольно сюда приехала? — спросила Хильда, перебирая рубашки.

Комната была расчерчена длинными стойками для одежды, заботливо укрытой чехлами, а в высоких шкафах шеренгами выстроилась обувь. За окном зеленели горы, попугай сидел на большом подвесном кольце, склонив голову набок и прислушиваясь к разговору. Его хохолок в утреннем свете розовел как рассвет.

Я беззвучно зашевелила губами, но потом лишь мотнула головой. Рассказать о Риане не получилось.

— Понятно, — протянула Хильда, бросив на меня испытующий взгляд.

— Я хотела стать художником, — сказала я. — Или, может быть, скульптором. Но все пошло не по плану.

— Откуда ты знаешь, в чем был высший план? — улыбнулась она, указав глазами куда-то наверх, на побеленный потолок. — Может, как раз это и есть твоя судьба.

— Слабо верится, — вздохнула я.

— Признаюсь честно, я сунула нос в твои бумаги, — сказала Хильда. — Ты незаконнорожденная, Вивиана Гарда. Ты изначально рисковала сильней, чем дети, рожденные в семьях с драконьей кровью. Ты могла не идти на инициацию и жить обычной жизнью. Мало ли что…

— Мой отец из драконьего рода, что бы там ни говорили про маму, — мгновенно вспыхнула я.

— Ты ее защищаешь, — заметила женщина.

— А как иначе?

— Выходит, ты пошла на инициацию, чтобы защитить свою мать. Чтобы обелить ее имя, заткнуть рты сплетникам… Понимаешь, к чему я? Драконья кровь не ошибается. Сейчас ты злишься и думаешь, что жизнь свернула не туда, но что если щит и есть твое призвание?

Я покачала головой. Я не могла рассказать, что поворот не туда произошел из-за Риана. Он просто взял и сломал всю мою жизнь, и какое счастье, что ему не удалось завершить задуманное! Страшно представить, как бы я чувствовала себя: обесчещенная, униженная, использованная…

— К тому же, какой у тебя выбор? — задумчиво произнесла Хильда. — Допустим, ты сдашься и уйдешь. Куда отправишься дальше? Тебя примут в другую академию?

— Точно нет, — вздохнула я.

Риан костьми ляжет, чтобы закрыть мне дорогу в любое учебное заведение. Я останусь без диплома и образования, зато с бесполезной чешуей на бедре. И что дальше? Ходить задирать юбку и показывать всем любопытным, что мой блудливый папаша — дракон? Устроиться в гончарную мастерскую или рисовать портреты на улице? Мама верила, что я способна на большее.

— Значит, ты не можешь отступить, — подытожила Хильда.

— Нет дор-роги! — выкрикнул Арчи, расправив белоснежные крылья, и хохолок вспыхнул воинственно алым.

Дороги назад нет. В этом они правы. Неужели я позволю королевскому говнюку испортить мне жизнь? Риан думает, я сдамся? Приползу на коленях? Уступлю? Да я лучше объезжу самого зубастого дракона! Научусь давать сдачи! Чтобы никогда больше не чувствовать себя такой беспомощной, как тогда, в кресле. Аж зубы заныли, стоило вспомнить, как я лежала перед Рианом распластанная точно лягушка.

А если я однажды прилечу в родной городок на драконе… О-о-о… Это точно заткнуло бы рты! Жаль, мама уже не увидит…

— То-то же, — улыбнулась Хильда, протягивая мне стопку одежды. — Примерь.

Все село отлично: и простая рубашка из белого хлопка, и черные штаны из ткани, которая тянулась, позволяя свободно двигаться и задирать колени. Мягкие ботинки на рифленой подошве, туфли, кожаные брюки — в таких щеголяла Ингрид, куртка на прохладную погоду, кепка, рюкзак с широкими лямками и даже белье — Хильда выдала мне полный комплект.

— Все новое, — сказала она. — Удачи, Вив.

Я поблагодарила ее и направилась к выходу, воодушевленная и полная боевого задора, но у двери обернулась.

— А куда идти? — спросила я.

— Великие короли древности умели обращаться в драконов.

Профессор Чарльз Денфорд был высок, угрюм и носат. Он стремительно прохаживался между рядами, заложив руки за спину, и длинные полы черного сюртука вздымались как плащ.

— Бесконечные войны истощили и земли, и кровь, — вещал он. — Королевский род измельчал. Сила дракона использовалась для наживы, издевательств над слабыми, утоления порочных страстей…

— Кстати о порочных страстях, — прошептал Иней, склонившись ко мне. — Как насчет отпраздновать твой приезд? Возьмем бутылочку вина…

Я покачала головой, внимательно слушая профессора, пусть пока что он говорил прописные истины.

— Драконья кровь уснула в потомках великих королей. Она спала бы и дальше. Иногда я сомневаюсь — верно ли мы поступаем, проводя инициацию.

В аудитории зашептались. За такие слова в столице можно было пойти под суд! Но здесь, в Драхасе, царили свои порядки.

— Но без силы драконов нам не выстоять против врагов, — вздохнул профессор. — Увы, больше никто не летает на собственных крыльях. Мы седлаем диких тварей — что за насмешка над величием прошлого!

В аудитории собрались новички из трех гнезд, и пока профессор Денфорд страдал о былом, я решила рассмотреть однокурсников. Среди них оказалась только одна девушка помимо меня, но если бы не короткий жеребячий хвостик, то я легко приняла бы ее за парня. Плечистая, здоровенная, Берта пожала мне руку при знакомстве, и ладонь до сих пор болела.

Были и два толстяка, которых предлагали Элаю. Они едва умещались за партой, подпирая друг друга складчатыми боками. Остальные же парни собрались крепкие, решительные и нахальные. Иней пристал ко мне как банный лист, но в итоге я была даже рада. Потому что он держал остальных на расстоянии, не скупясь ни на ругань, ни на тычки. Рони сел по другую сторону от меня, и это слегка забавляло — я сама щит, но меня защищают. 

— Наша задача — удержать равновесие, — продолжал профессор Денфорд. — Драконья кровь подарила вам способности, но взяла высокую плату, хоть вы пока этого и не понимаете. Эмоции, страсти, желания — кровь дракона поддается соблазнам куда быстрей, чем человеческая. Уступить им — значит, отдать дракону верх, а он утянет вас вниз, на самое дно.

— Слышал? — прошептала я в сторону Инея. — Никаких соблазнов.

— Ты, — сказал профессор, посмотрев на меня. — Новенькая.

Я встала, чувствуя себя неловко под прицелом десятков глаз. Еще эта новая форма — раньше я штаны вообще не носила.

— Какой знак? — спросил профессор.

— Щит.

— Покажи, — потребовал он.

— Сейчас? — ошарашенно пробормотала я.

— А когда? — сказал он, раздражаясь. — В чем проблема?

— Давай, Вив, тут все свои, — поддакнул Иней.

Я положила руки на ремень брюк, сжала дрожащие пальцы.

— Я не стану, — упрямо ответила, вздернув подбородок. — Мой щит на таком месте, что ваше требование звучит оскорбительно.

Аудитория взорвалась смехом, и даже на тонких губах профессора промелькнула улыбка.

— Запущенный случай, — вздохнул он. — Я не требую показать чешую!

— А где она, кстати? — заинтересовался Иней, отсмеявшись.

— На заднице? — предположили басом с последних рядов.

— Выстави щит, — пояснил профессор. — Я хочу посмотреть на уровень твоей силы.

— Я… не умею, — смутилась я. — У меня только раз получилось.

Профессор покачал головой, а после подошел к доске и взял мел. Я же села на место, сгорая от стыда.

— Щит — знак, относящийся к физическому типу, подвид боевой, — написал он. — Как Вивиана может развить способность, полученную при инициации?

Рони вытянул руку и сказал:

— Вив нужно подбирать обстоятельства, в которых она будет максимально уязвима.

Что ж, в Драхасе для этого созданы все условия.

— Да, Берта, — разрешил профессор, когда девушка подняла руку.

— Я вот не поняла, — пробасила она. — Вы говорите, что внутреннего дракона надо держать под контролем, но тут же советуете развивать его дар. Я вижу в этом некое противоречие.

Профессор покивал.

— Хороший вопрос, — сказал он. — Самый простой вариант взаимодействия с драконом, если, конечно, не брать в расчет вариант держаться на максимальном расстоянии, — это запереть его в клетку, связать ему крылья, сковать морду железными прутьями, как делают во дворцах. Но это не наш метод. Сильный дракон, сильный человек — вот к чему мы стремимся. Да, мы сажаем дракона на цепь, но делаем ее подлиннее. Улавливаешь метафору?

— Вполне, — подтвердила Берта.

— Вы должны чувствовать грань, — сказал профессор Денфорд. — Точку равновесия. У каждого она своя. Может, для Вив будет лучше довольствоваться минимальным щитом, который проявляется в экстремальных ситуациях. С вами ведь так было? — он посмотрел на меня, и я кивнула. — Классический случай. Итак, запишем. Три типа знаков: физические, ментальные, творческие, — мел заскрипел по доске. — В академии Драхас обучаются в основном носители физического типа, боевого направления. Однако деление довольно условно. Тот же щит можно использовать для защиты от врагов, а можно укрыть им поле от града.

Я вздохнула — вот они, мои перспективы: от живописца — к зонтику. Но это при условии, что я сложу руки и не стану развивать полученный дар. А я стану! Что там сказал Рони? Надо попадать в сложные ситуации? Что ж, это моя суперспособность, которая появилась задолго до инициации.

— Давайте каждый назовет свой знак и определит его тип, — предложил профессор Денфорд. — По порядку от Вивианы. Вот ты, сосед справа…

— Лед, — сказал Иней. — Термомагия. Физический тип, направление боевое. Но чисто теоретически мной можно заморозить небольшую деревню. А потом отогреть, — он многозначительно ухмыльнулся.

— Наши великие предки дышали огнем, и некоторые их потомки унаследовали способность управлять температурой пространства, — прокомментировал профессор. — Следующий.

— Коготь, — сказал парень, сидящий после Инея, и побарабанил ногтями по парте.

— Имущество не порти, будь любезен, — попросил профессор. — Хильда нам спасибо не скажет. А подробнее?

— Трансформационная магия, боевое направление. Куда мне еще свои когти девать?

— Было бы желание, — хмыкнул профессор. — И когти, и шипы, и даже хвост можно использовать в мирных целях.

— Искра, — подала голос Берта. — Термомагия.

— Вы прямо пара с Инеем, — присвистнул когтистый парень и повернулся к нему. — Может, пойдешь к невесте, да освободишь место рядом с кудряшкой. Уж я найду брешь в ее обороне.

— Так, тихо, — строго приказал профессор. — Следующий.

Толстяки оказались носителями знака дыхания дракона, и их способность выделять вонючий и ядовитый газ жестоко обсмеяли. Большинство парней носили знаки атаки вроде меча или стрелы, которые повышали силу и скорость. Был еще глас дракона, позволяющий очень громко орать, а один парень назвал хвост и наотрез отказался демонстрировать свои способности к трансформации.

— Потом опять штаны зашивать, — проворчал он.

— Иллюзия, — ответил Рони последним.

— Довольно редкий знак, — заметил профессор Денфорд. — На стыке ментального и творческого, но никак не физический. Как вы здесь оказались?

— Повезло, — скромно ответил он.

Повезло? Рони считает Драхас везением?!

— Интересно, очень интересно, — пробормотал профессор.

— А у вас какой знак? — полюбопытствовала Берта.

— Сердце, — после паузы ответил он, и все охнули.

— И вы говорите, что иллюзия — редкий знак? — не сдержался Рони. — Сердце — это же один из трех легендарных арканов! Чешуя, крылья, сердце — великая тройка настоящего дракона!

— У меня лишь один из трех, так что не надо восторгов, — попытался унять его Денфорд.

— Этот знак появляется только при истинной любви, — с придыханием добавила Берта. — Как романтично… Кто она?

— Берем двойные листочки! — рявкнул профессор, и все дружно заныли. — Сочинение на тему — как я могу применять свой знак в различных сферах жизни.

— Это издевательство, а не тема, — буркнул парень с гласом дракона. — Что мне еще своими воплями делать? Рыбу глушить? Боевой знак он и есть боевой!

— Включите фантазию, — посоветовал профессор, садясь за кафедру.

Все стихли, и я уставилась на чистый лист, который взяла в ящике под партой вместе с огрызком карандаша. Здесь, в Драхасе, к обеспечению студентов относились куда проще, чем в моей академии. Нам даже не раздали учебники. А расписание, которое я нашла у лестницы, было весьма скудным. По сути у нас было только два предмета — теория драконьей крови и практика с куратором группы. Ингрид и Туч, как старшекурсники, вовсе посещали лекции профессора Денфорда раз в неделю — видимо, чтобы не забыли, как держать в руках карандаш.

Я написала в уголке свое имя, затем по центру — тему сочинения, задумчиво постучала кончиком карандаша по зубам. Итак, я щит. Но все не так уж плохо. По крайней мере, мне не досталось вонючее дыхание дракона или хвост. Но что я буду со щитом делать — вот в чем вопрос. Защищать грядки от непогоды? Или найду ему лучшее применение?

А после урока мое подсознание, видимо, решило помочь в прокачке щита, потому что ситуация, в которую я влипла, очень к этому располагала.

Все как-то быстро случилось. Мы вышли во внутренний дворик, узкий точно колодец. А там она, ворона, маленькая и перепуганная. И два высоких блондина, швыряющих в птицу камни. Она истошно вопила и металась в прозрачной сфере, похожей на сувенирный стеклянный шар. Только вместо снега в нем летали черные перья, похожие на хлопья сажи.

— Куда?! — услышала я вопль позади, но и не подумала остановиться.

Я сломала сферу, которая оказалась неожиданно хрупкой, оттолкнула парня, поймала падающего вороненка и прижала к себе. Маленькое сердечко испуганно колотилось, но птица как-то сразу притихла и даже не стала вырываться.

— Сдурела? — воскликнул один из парней. Колючие голубые глаза, волосы светлые, не такие белые, как у Инея, а с желтизной, черты вроде правильные, но рисовать его я бы не стала.

— А если б камнем в тебя? — подхватил второй, той же желтой масти, но сероглазый.

— А если в тебя, придурок? — рявкнула я. — Что эта птица тебе сделала?!

— Это наша ворона, — сказал первый.

— Теперь моя!

Она мне, конечно, сто лет не нужна, но отдавать ее садистам я не собиралась.

— Как ты прошла через щит? — полюбопытствовал второй, словно ощупывая меня холодными серыми глазами.

— Она сама щит, — пояснил Рони, подойдя следом. — Видимо, посильнее, чем ты.

— Отвалили от Вивианы оба, — добавил Иней и потрепал меня по плечу. — Если моя девочка что-то хочет, она это получает. Не беспокойся, малышка, я все улажу.

— Пусть заплатит, — предложил сероглазый.

— Не деньгами, — подхватил другой, скаля зубы. — Так что, огонечек, заглянешь к нам в гнездо вечерком?

— Она не станет спать с вами за дохлую ворону! — искренне возмутился Рони.

— Она не дохлая, — заметила я. — Но ты прав. Вы два живодера, и в гнездо ваше я не приду. А птицу забираю.

Развернувшись, я быстро пошла прочь, надеясь, что догонять меня не станут.

— Эй, рыжая! — донеслось вслед. — Я могу тебе столько ворон наловить… Только скажи!

Вороненок в моих руках слегка успокоился, и, отойдя подальше, я подбросила его вверх. Но он не взлетел, а жалко плюхнулся назад мне в ладони и юркнул под мышку точно котенок. Может, перепугался, или эти злобные дурни успели его покалечить.

Ничего, оклемается. Поживет у меня немного. Можно попросить у Хильды клетку, зерна, или что там едят вороны…

— Все будет хорошо, — пообещала я птичке, погладив мягкие перышки.

***

Вивиана ушла, но ситуация лишь накалилась. Янис и Йоргас обступили Инея с двух сторон. Рони они оттолкнули как незаслуживающую внимания помеху, и Элай решил вмешаться.

— Слышь, снежок, на кого морозишь? — разобрал он, подойдя ближе.

— Проблемы? — поинтересовался Элай.

— Сам разберусь, — буркнул Иней, стряхнув руку Йоргаса. — Просто смирись, что она тебе не достанется.

— Элайджа, — Янис старательно улыбался, демонстрируя дружелюбие, но серые глаза оставались холодными. — А может, перекинешь рыжульку к нам? Бери любого моего парня, отдам без вопросов. И с капитаном все утрясем.

В принципе, ему бы так проще: с глаз долой…

— Нет, — отказался Элай.

— Да что ты жадничаешь? — набычился Йоргас. — Тебе-то она все равно без надобности. А уж мы бы нашли ей применение, со всех сторон…

Вот и как с таким разговаривать? Кулак будто сам впечатался в челюсть, другая рука — под дых, уклониться от удара справа — Янис и соображает получше, чем кузен, и дерется ловчее. Иней тоже полез и, сцепившись с Йоргасом, они покатились по неровной брусчатке, наминая друг другу бока. Янис наотмашь ударил щитом, хотя применять силу дракона в банальной драке ой как неправильно! Элай покачнулся, а после шагнул вперед, кроша невидимую защиту. Кровь кипела восторгом, во рту пересохло, затрещина Янису вышла хлесткой и очень обидной — ухо будет болеть пару дней. Сразу трое из левого гнезда кинулись на подмогу, и Элай крутанулся, сшибая с ног первого, отбрасывая второго и встречая третьего ударом ладони. Тот тоненько завопил, опрокинувшись на спину и потирая ушибленную грудь, будто пытаясь стряхнуть невидимое пламя. Сам нарвался. Туч уже бежал на помощь, склонив лысую башку точно таран, но вдруг раздался вопль, от которого заложило уши, а птицы взмыли с крыш, торопливо уносясь подальше.

— Прррекрати-и-и-ить!

Поморщившись и заткнув уши, капитан пихнул пацана плечом — и глас дракона захлопнул рот и сконфуженно улыбнулся.

— Элайджа! — укоризненно выкрикнул капитан. — Вот уж от кого не ожидал!

Он и сам от себя не ожидал. Только недавно думал, как бы сплавить кудрявый подарок братца подальше, и вот вместо этого уже отстаивает ее честь. Но никакой вины Элай за собой не чувствовал — поступи он иначе, и Вивиану зажмут в первом же темном углу. Элай поднялся по ступенькам к капитану, повернулся к парням, которые вставали и отряхивались после драки.

— Вивиана Гарда теперь в моем гнезде, — сказал он, и его голос подхватило эхо, разнося по дворику безо всякого гласа дракона. — Она член моей стаи и заслуживает уважения.

— Разве ж член, — ляпнул Йоргас, осторожно ощупывая заплывающий глаз. — Совсем наоборот…

Янис сам влепил ему подзатыльник и задвинул себе за спину.

— Можно ведь объяснить словами, — пожурил капитан. — Считаешь такие воспитательные методы правильными?

— Увы, до некоторых только так и можно достучаться, — усмехнулся Элай.

— Капитан Муро! — влез Янис. — У нас с Элайджей вышло недопонимание. Я всего лишь хотел поменяться. Мне — Вивиану, ему — да хоть Йоргаса. В каждом гнезде будет по девушке, это справедливо, я ведь даже готов ослабить стаю перед играми…

Йоргас насупился и злобно покосился на кузена, который так легко его продавал.

— А не факт, что она слабее, — подал голос Туч. — Вив смяла твою хваленую сферу и даже не заметила. Прошла как нож через масло.

— Я сказал нет, — добавил Элай. — Но если до кого-то еще не дошло, повторяю: Вивиана — под моей защитой. Обидите ее — будете иметь дело со мной.

В ответ донеслось неразборчивое ворчание, но спорить никто не стал. Капитан покачал головой, потеребил бусины в бороде и, махнув рукой, ушел. А Элай, склонившись, поднял черное перышко.

Едва приехала, а уже поставила на уши крепость. С самого утра он только и слышал, что разговоры о новенькой. Косноязыкие боевики находили неожиданно изящные обороты: волосы как языки пламени, кожа как сливки, грудь… тут слова заканчивались, и дальше объяснялись жестами. Слишком нежная, слишком хрупкая, она сломя голову понеслась спасать вороненка, не испугавшись здоровенных парней. 

За такой глаз да глаз. Что бы ни произошло между ней и Рианом — это не повод измываться над девушкой и бросать ее парням точно кость голодной своре.

Так что Элай вовсе не жалел о том, что устроил драку, пусть даже кровь дракона теперь жглась изнутри и требовала продолжения.

— Ты как? — спросил Туч. Помешкав, положил руку ему на плечо. Раз, два, три… Отдернул ладонь и едва заметно выдохнул. Но Элай был благодарен и за это короткое прикосновение, позволяющее ему не чувствовать себя совсем уж изгоем.

— Нормально, — ответил он.

— Провести вместо тебя тренировку?

Элай покачал головой.

— Справлюсь.

Он покрутил перышко, разжал пальцы, и оно плавно спланировало на землю.

Но на кой Вивиане ворона?!