Кто разбудит спящего принца?

Только в России драка в пьяной компании может начаться после того, как кто-то из спорящих произнес фразу: «Семантика этюдности в прозе Пришвина неоднозначна…». А Леха Зайцев скептически хмыкнет с видом знатока.

- А ты хоть знаешь, что слово «семантика» вообще означает? – агрессивно сжимая кулаки, завелся с пол-оборота Мишка Лебедев, одновременно отталкиваясь правой ногой. Затем резко развернулся корпусом и выкинул руку вперед. Его хук справа знали даже именитые соперники на ринге. А вот тот факт, что он умудрялся сочетать занятия таким мужским спортом с преподаванием на кафедре русской литературы в пединституте, был известен лишь близким друзьям.

Леха тоже был не лыком шит, прошел огонь, воду и пустыни Сирии. Но в филологии не разбирался. Даже в объеме школьной программы. И парни начали ставить ставки, кто же победит: «филологический бокс» или простой российский спецназ.

То, что Лебедеву, как и многим боксерам, нельзя много пить, Аленка Горбунова прекрасно знала. Отчасти поэтому и увязалась сегодня за ним следом на так называемый пикник. Мишка обещал, что он чисто поддержать компанию. Рюмочку, не больше. Только сдержать слово в очередной раз не получилось. Сначала было «душевно пошла», а затем появилась эта чертова «семантика».

Парни из Мишкиной компании давно прозвали девушку хвостиком, не обращали внимание на молчаливое присутствие лебедевской подруги и перестали ее совершенно стесняться. Она же последнее время стала подумывать, не расстаться ли с неуправляемым подшофе кавалером, пока отношения не зашли слишком далеко. Но никак не могла решиться оставить без присмотра этого большого ребенка. И сегодня лишний раз убедилась, что обещания так и остаются обещаниями, не более того. Точно, пора ставить точку.

Сейчас, сидя на бревне на пустыре за гаражами, ненадолго отвлеклась от спорящих и увидела странную картину: смутно знакомая девица, держа за ручку огромный чемодан, тянула его волоком прямо к Аленкиному бревну. Внешность девушки полностью подходила под звание стандартной «инстасамки». Накачанные пельмешки вместо губ, черный шелк прямых волос, ресницы, которые, казалось, росли в три ряда, да брови в палец толщиной, при этом еще зачесанные вверх.

Аленка всегда презрительно фыркала при виде таких девиц, но в глубине души им завидовала. Она тоже хотела бы губки попухлее, ресницы подлиннее и грудь чуть больше, чем ее уверенная двоечка. Но, во-первых, на все это банально не было денег. Она на маникюр-то еле-еле наскребала по полторы тысяче каждые три недели. А во-вторых, ее всегда что-то останавливало. При сильном желании двадцать-тридцать тысяч накопить и наколоть филеров вполне возможно. Только не хотела она быть искусственной, предпочитая натуральность.

И пока Горбунова отвлекалась на эти размышления, дамочка подошла к ним вплотную.

«Странно, что ей здесь нужно? – еще раз подумала Алена. – По грязи на высоченных шпильках и с чемоданом?»

Чемодан упорно не хотел ехать по мокрой глине, а шпильки проваливались почти до самого основания, благодаря чему широкие штанины модных брюк были испачканы в коричневой жиже почти до колена.

А та обвела взглядом их честную компанию, дерущихся Леху с Мишкой и неожиданно истошно заорала:

- Полиция! Убивают!

Парни мутузили друг друга, конечно, не по-детски. Но еще ни разу ничем серьезным такие драки не заканчивались, ограничиваясь обычно парой-тройкой синяков.

- Если Миша попадет в участок, то его карьере конец! – первая мысль, которая пронеслась в умненькой Аленкиной головке. – Как в спорте, так и в науке.

Остальные парни посмеивались и останавливать драку не собирались, лишь подбадривая не поделивших семантику соперников. Тут как нарочно раздался вой сирены, и на горизонте показались проблески мигалок. То ли услышали крик незнакомки, то ли просто проезжали мимо. Пустырь всегда считался криминогенной зоной. Алена решила попытаться разнять парней, чтобы к приезду следов побоища не было. И десять человек могли бы с полной уверенностью утверждать, что дамочка все неправильно поняла и драка ей только привиделась.

- Стой! Куда, сумасшедшая! Жить надоело! – это были последние слова, которые, кажется, крикнул ей Вовка Апраксин.

А дальше все было как в замедленной съемке. Её чем-то больно ударило по скуле, так что показалось, еще чуть-чуть и голова оторвется от шеи. Визг девицы почему-то перерос в бас, больше похожий на звуки иерихонской трубы, чем на женский голос. Ноги неожиданно оторвались от земли и взмыли выше головы. А вслед за ногами показалось, что тело летит прямиком в глубокую лужу, которая была недалеко от того места, где компания расположилась с закуской и выпивоном. Алена уже готовилась к тому, что сейчас в разные стороны полетит море ледяных брызг, а одежда станет мокрой и грязной, как шкурка порося.

Только сырости девушка не почувствовала. Ей показалось, что она прошла сквозь воду как сквозь бассейн с шариками в детской комнате. Затем все же больно обо что-то ударилась спиной и окончательно отключилась.

Утро было каким-то неласковым. Сильно болела голова. Совершенно не хотелось открывать глаза и выбираться из-под одеяла. Какое-то воспоминание постоянно ускользало из моей головы. Закутавшись плотнее, я решила, что нечего дергаться, а просто лежать и ждать сигнала будильника. Но его все не было и не было.

Однажды я уже так облажалась. Упорно ждала знакомую мелодию, и лишь потом выяснилось, что в телефоне села зарядка, поэтому звонить ему было совершенно нечем. О том, как я бежала на работу, на ходу надевая трусы и часы, можно рассказывать анекдоты. Поэтому все же решилась и подняла веки. И тут же резко захлопнула их обратно. Все дело было в том, что над головой был не мой потолок. И в квартире у Лебедева, где я, честно говоря, не любила оставаться, он тоже был не таким. Скорее всего, походил на потолок в каком-нибудь музее. Но что, простите, я там забыла? Почему спала в столь необычном месте?

В детстве я боялась вида крови, периодически хлопаясь в обмороки. И когда приходила в себя, часто не понимала, где я и что со мной. Но даже в те критические минуты через пару секунд память восстанавливалась. А сейчас молчала.

Неожиданно услышала голоса и шаги. Честное слово, испугалась. Проснуться в незнакомом месте еще тот квест. Поэтому не придумала ничего лучше, как спрятаться с головой под одеяло, словно это бы спасло меня от неудобного положения.

- А здесь у нас претендентка номер тринадцать из мира под названием Земля! – вещал бодрый женский голос.

Я, естественно, не выдержала и высунула нос из своего укрытия. Любопытство - мое второе я. Где эта самая претендентка? Минуту назад рядом со мной никого не было. Зато сейчас рядом с кроватью стояла целая делегация, состоящая из пяти мужчин и двух женщин, одетых в платья а-ля XIX век. Точно, музей! Только, почему я в нем сплю? Или это игры разума? Наконец-то вспомнился пустырь, драка, как я попала под чей-то кулак. У меня точно сотрясение мозга, вот отсюда и такие странные галлюцинации!

- Она прибыла совсем недавно, поэтому проходит акклиматизацию, - женщина с высокой прической по-своему объяснила мое странное поведение.

- Но все равно ведь знает, что с ней общаются высшие лица Бронштейра. Могла бы и побольше выказать почтения! – скривился плотный мужчина с двойным подбородком, который буквально воротником лежал у него на груди. – Как ее имя?

- Мария Петровна Вострикова! – отчиталась дама. А я вспомнила, почему та «инстасамка» показалась мне знакомой. Это была популярная в нашем городе блогерша Маша Острая, на которую я упрямо не подписывалась. Но которую мне с не меньшим упорством предлагали алгоритмы интернета.

Похоже, я оказалась в этом странном месте вместо нее. Но почему и как? Кривляться, трясти пятой точкой на камеру и петь песенки писклявым голосом я точно не умела. А вдруг у них тут серьезный проект? Я же все завалю. А потом с меня неустойку потребуют. А с деньгами и так было туго…

- Простите, но это ошибка! Я не Мария… - не успела я договорить, как этот с воротником из подбородка поперхнулся, вытаращил глаза и, некультурно показывая на меня пальцем, уточнил:

- А это что за чудо?

- Простите, светлейший! Разберемся! - запричитала дама. Дернула за рукав вторую женщину, которая была в этой странной компании. И они вдвоем ловко закрыли меня от посторонних глаз одеялом. Напоследок прошипев:

- Сиди и не дергайся! Придем – разберемся!

Все происходящее походило на фантасмагорию. Какая я претендентка номер тринадцать? А самое главное, на что претендую? То, что у меня ума больше, чем у Востриковой, я не сомневалась. Все же, как-никак, в двадцать три защитила диссертацию и была самым молодым кандидатом исторических наук и доцентом кафедры российской истории. А вот со всем остальным явно была проблема.

Мишка меня и такую любил.

- А любил ли? – тут же поинтересовался противный внутренний голос, который я в свое время прозвала Акакием Акакиевичем. И я в чем-то была с ним согласна. Когда любят, не ставят любимую в неудобные положения и не меняют постоянно на компанию парней. Я пыталась ему внушить, что спорт и выпивка несовместимы. А мне тут же в противовес приводились неприглядные случаи с футболистами нашей сборной. Но те хотя бы миллионы зарабатывают. А Мишка, при всей своей любви к литературе, диссертацию так и не защитил, и получал в итоге меньше меня. И в боксе остался на любительском уровне. Скорее всего, именно алкоголь был одной из причин его провалов.

Но сейчас проблема была в другом. Я была в незнакомом месте, это раз. И этот дядечка солидной наружности смотрел на меня как на чудо-юдо, это два. Поэтому я, превозмогая головную боль, все же выползла с кровати и стала оглядываться в поисках зеркала. И оно нашлось. Большое, на всю стену в золоченой раме.

- Мамочки, это кто? – только и смогла прошептать, прикрывая рот обеими ладошками. Незнакомка с фиолетовым фингалом под глазом, прической «я упала с сеновала, тормозила головой» и в перепачканных грязью джинсах и футболке сделала то же самое. Я с ужасом поняла, что чудовище за стеклом я и есть. То было уже три. Гад Акакий молчал. Похоже, даже у него закончились слова.

Следующим осознанием стал факт, что в этой грязной одежде я лежала под одеялом на роскошной кровати. Я же там все перепачкала! Но, к моему удивлению простыни белели первозданной чистотой. И я прямо увидела, как расправляются подушки, приобретая первоначальную форму. Мозг все еще отказывался принимать произошедшее. Я обессиленно села на кровать и потерла глаза рукой, готовая разреветься в три ручья.

Но продолжить мне не дали. В комнату вернулись уже три дамы. Две из них были мне знакомы по предыдущему посещению. А вот третью я видела впервые. Ее коричневое обтягивающее одеяние с металлическими шипами по рукавам и лодыжкам выглядело странным даже для галлюцинации. Туфли на высоченных каблуках также украшали шипы.

- Встать перед старшей по титулу! – скомандовала она, не здороваясь.

Я сначала растерянно оглянулась, соображая, кому адресованы ее слова. Потом поняла, что ко мне. Больше никого в комнате не было. Резво, как только позволяла больная голова, вскочила и вытянулась по струнке.

Дама удовлетворенно выгнула бровь и произнесла уже более мягким тоном, обращаясь к своим сопровождающим:

- Разумна, команды исполнять умеет! Готовьте! – после этого развернулась на своих каблучищах и с царственным видом вышла из комнаты.

- Фу-ух, - выдохнула та, которая первоначально меня представляла, - ликвидировать не приказала. А подготовить мы постараемся!

- Постараемся! – согласилась, молчавшая до сих пор вторая. А затем развернулась ко мне:

- А где, милочка, твои вещи? Или ты сразу решила поступить на полное содержание его высочества? Только ничего у тебя не выйдет. Наш принц авансов не раздает.

- Принц? Вещи? – вначале их вопрос показался странным, но потом я вспомнила огромный чемодан Марии Петровны и очень неподходящее одеяние для прогулок по грязному пустырю. Зато на свидание к принцу вполне можно было именно так нарядиться. Я, конечно, подразумеваю современных принцев, а не тех, кто жил пару веков назад. – Мне не нужны авансы от вашего принца. Верните меня, пожалуйста туда, откуда взяли. А там Вострикову заберите. Она, наверное, сидит на бревнышке и плачет горючими слезами! Произошла чудовищная ошибка!

- Что ошибка, мы и сам видим! – усмехнулась более говорливая дама. – Но боюсь, что-то сделать не сможем. Мистресс одобрила вашу кандидатуру. И мы лишь в состоянии просто помочь подготовиться вам для конкурса. Не более того.

- А почему ее не было, когда вы привели сюда тех джентльменов, когда меня показывали? – уточнила на всякий случай. Слово «мистресс» в принципе было мне понятно, особенно в сочетании со словом «конкурс». Скорее всего, распорядительница или режиссер. А я оказалась в каком-то закрытом государстве, где собираются из толпы в 13 девушек выбирать наиболее подходящую кандидатуру. Я попала в телешоу?

- Джентльменов? – по высоко вскинутым бровям моих собеседниц, поняла, что такого определения здесь, похоже, не употребляют.

- Мужчин, которые с вами приходили!

- А-а-а, - протянула первая. – Это не мужчины, это наша политическая элита!

Ага, нашей бы политической элите кто-то такое сказал!

- Мистресс обсуждала условия представления невест ее величеству и дальнейший ход отбора. Поэтому опоздавших участниц пришлось показывать нам с Джиллой.

- Простите, а вас как зовут? – уточнила я у нее.

- Сттрилла! – представилась она и тут же уточнила:

- А как называть вас, раз вы утверждаете, что не являетесь госпожой Востриковой?

Джилла, Стрилла… странные имена. Я в силу своей работы знала хорошо историю не только России, но и мировую в целом. Не было у нас таких имен. Но не философствовать же здесь на эту тему? Про семантику этюдности вон уже дофилософствовались. Подумала, как лучше представиться и решила, что представлюсь обычным полным именем:

- Елена Борисовна Горбунова.

- Отлично, - кивнула Стрилла. – А теперь расскажите, как вы здесь оказались вместо Марии Петровны.

- Как я попала, подробного рассказать не могу, так как, похоже, потеряла сознание и ничего не помню. В памяти последнее, что сохранилось, это падение в лужу, - и коротко поведала, что произошло со мной в тот миг.

- В лужу? – женщины переглянулись и неожиданно заливисто захохотали. То, что мне прилетело кулаком от кого-то из дерущихся, не вызвало ни волнения, ни осуждения. – Господин регент еще тот шутник!

Я склонила голову набок, разглядывая женщин, и подождала, пока они замолчат. Дамы вытерли слезы тыльной стороной руки, сделали серьезные лица и дружно извинились:

- Простите, сиятельная, мы просто не смогли сдержаться от смеха над причудами его императорского величества. Портал в луже! Это надо же было до такого додуматься!

В аристократической иерархии я хорошо разбиралась. И вследствие этого пришла к следующим выводам:

В наличие имеется принц.Регент – неизвестное лицо, управляющее государством. Портал в луже. И через эту злосчастную лужу я попала в неизвестно какое измерение и какой мир.

Простите, а я точно на Земле? Мой отшибленный мозг все больше и больше склонялся к мысли, что сейчас мое тело лежит где-то, может, и в луже, а душа умудрилась улететь в неведомые дали. Интересно, это ад или рай? Других предположений не возникло.

Хотя изображение в зеркале показало именно мою изрядно потрепанную физиономию с фингалом. Души, подозреваю, синяками покрываться не могут. Эти мысли с бешеной скоростью пронеслись в голове. А вслух я лишь сказала:

- Поэтому у меня нет с собой вещей. И я не подписывала никаких договоров и не представляю, как сюда попала, а главное, зачем.

Женщины переглянулись.

- Раздобыть одежду, думаю, проблемой не будет. Пошарим на чердаке. Благо, туда стаскивают ненужные наряды всех времен и поколений. А вы же не местная. Может у вас мода именно такая? – Джилла потерла рукой подбородок.

- Согласна, - вздохнула Стрилла. – А как быть с договором? Без договора нельзя.

- Я думаю, что с такими данными светлейшая вылетит на первом же туре. А договор нужен лишь при оформлении брачного контракта, - резюмировала ее коллега. – Поэтому отмоем, причешем, на первый тур подготовим. А там уж куда двуликий пошлет.

Остаток дня Джилла и Стрилла занимались лишь моей персоной, объяснив, что остальные конкурсантки прибыли со своими личными горничными и сундуками с нарядами. И лишь участница из мира под номером тринадцать ничего такого не имела. Это стало решающим аргументом для мистресс. Женщины же старались как могли.

Для начала они принесли пахнущую ментолом ядовито зеленую жидкость. Нечто подобное продается в наших аптеках как разновидность хлорофилла. Зеленой жижей смазали синяк под глазом, Обещая, что к завтрашнему утро отек спадет, а гематома рассосется. Я в это верила мало. Но других предложений у меня не было. Будем верить в лучшее. На бедный глаз наложили марлевую повязку, сделав похожей меня как минимум на капитана Флинта.

Затем была очередь трех сундуков с нарядами.

- Принесите наследие Эллы Варгорн, Мийи Петцель и Ралгории Сибиотирум! – в приказном тоне Джилла отдала распоряжение двум амбалам, которые скромно топтались за дверью моей комнаты.

- Это бывшие Бронштейрские королевы. Они более или менее подходят вам по своим параметрам, - объяснила мне Стрилла. – Моды в вашем мире никто не знает, поэтому постараемся представить, что ходят у вас именно в таком платье. Поверьте, миры вселенной очень и очень разнообразны.

В разнообразие я поверила. Выбора мне не оставили. Поэтому терпеливо стала дожидаться раритетных сундуков. А они оказались деревянными коробами, обитыми позолоченными пластинами на манер бабушкиного сундука.

- Начнем с малышки Эллы. Она жила пару тысяч лет назад. Но еще в те далекие времена ходили легенды о ее элегантности и изысканном вкусе, – сообщили мне мои помощницы и откинули крышку первого короба. Я даже на секунду зажмурилась от того блеска, который шел от содержимого. Первым было впечатление, что сундуки перепутали и вместо одежды принесли шкатулку с драгоценностями. Джилла тем временем достала верхний наряд. Это оказались прозрачные шаровары и короткий топик. Лишь в стратегических местах были мозаичные вышивки из камушков. Наверное, красиво. Только сверкать голой попой меня совсем не прельщало. И попа у них стратегическим местом по всей видимости не считалась.

Мои помощницы пришли в полнейший восторг от нарядов и были готовы сходу меня обрядить в них.

- Елена Борисовна, вы только представьте, как принц вас увидит, так сразу сойдет с ума от вашей красоты!

И вот тут я насторожилась. Все разговоры про конкурс проходили мимо меня. И только сейчас я в полной мере осознала, что здесь есть реальный мужчина, за чье внимание мы, тринадцать конкурсанток, будем сражаться. А вдруг он мне не понравится? То, что не понравлюсь я, пока меня не волновало. В конце концов, на весь Бронштейр принц же не единственный мужчина? И уж если я умудрилась полюбить интеллектуального алкаша и боксера Мишку Лебедева, все остальное уже было не страшно.

Но для начала меня заставили мерить это прозрачное безобразие. Я, естественно стала натягивать шаровары на собственные трусы, на что дамы зашипели на меня:

- Елена Борисовна, это носят на голое тело!

- На голое тело надевают как минимум чистую одежду, а не пылившуюся в сундуках тысячу лет, - нашла я веские аргументы. Дамам пришлось со мной согласится. И к моему великому счастью Элла Варгор оказалась ниже меня ростом и на пару размеров худее. С одной стороны, было жаль. Уж очень красивыми оказались наряды. Но выходить в них на люди? Увольте. Если только этого самого принца тет-а-тет соблазнять.

Мийя Петцель при жизни любила парчовые сарафаны, расшитые жемчугом. Жемчуга было так много, что любое платье было очень тяжелым. Я даже не представляла, как буду в нем двигаться. И эта неизвестная мне королева была по меньшей мере родственницей Геркулеса. Сарафаны оказались очень длинными и широкими. Хотя и обещали схожесть наших размеров.

- Можно, конечно, ушить! – Джилла снова потерла подбородок рукой. Похоже, это был ее характерный жест.

- Но времени на это у нас нет! – покачала головой ее компаньонка. – давайте проверим еще наряды Ралгории Сибиотирум. И если и они не подойдут, будем думать дальше.

Имя мне ее не понравилось. Зубодробительное слишком. А вот наряды оказались очень даже неплохими. Я бы даже сказала, отличными. Они, скорее всего были зачарованы какой-то магией. Я уже совершенно спокойно стала относиться к ее наличию в моей жизни. Особенно после того, как плотное темно синее платье с белым воротничком вдруг ожило на мне и зашевелилось. Я бы закричала громко и надрывно. Но страх так парализовал мой язык, что я не смогла вымолвить ни звука, застыв, растопырив руки в стороны. Зато через минуту поняла, что оно просто подстраивается под мои параметры, плотно облегая фигуру, утягивая ее в необходимых местах и поднимая то, что лучше смотрится в приподнятом состоянии. Через пять минут из большого зеркала на меня смотрела вполне симпатичная девушка, если не считать повязку на глазу, в платье гувернантки начала прошлого века. Туфли на небольшом каблучке легко преобразовались под мои ноги, а волосы дамы заплели в тугую косу. Причем после пары взмахов специальными гребнями они стали чистыми, более плотными и густыми. Я поняла, что магия начинает мне нравится.

Повертелась перед зеркалом и осталась вполне довольна увиденным. Мои компаньонки синхронно закивали головами в знак одобрения.

- Отлично! – резюмировала Стрилла. – Будем считать, что к завтрашнему дню вы готовы.

- Нет! – я призывно подняла руку. – Острая Маша подписывала с вами договор и знала, куда идет и зачем. Я думаю, что основные моменты вы обязаны мне сообщить.

- Острая Маша? – женщины синхронно недоуменно открыли рты.

- Мария Петровна Вострикова, - махнув рукой, пояснила в ответ.

- Понимаете, - дамы дружно опустили глазки и покрылись смущенным румянцем, - девушки, подписавшие договор, дают клятву о неразглашении узнанного. А вы от такой клятвы свободны, поэтому мы не можем сообщить конфиденциальных сведений.

- Так давайте подпишу! – незаметно для себя я вошла в раж и уже была готова ринуться в бой за неизвестного мне принца. По крайней мере это отличный повод забыть Лебедева со всеми его причудами и проблемами. Да и на родной земле принцы мне точно не светили. Возможно, все к лучшему, как бы странно это не звучало. Мишка, конечно, мужик красивый и брутальный. Но принц же не хуже должен быть? Знакомые мне по интернету Гарри и Уильям были очень даже ничего.

Женщины переглянулись и замялись. Синхронно пожали плечами. Первой заговорила на этот раз Джилла:

- Госпожа, договор готовим не мы, а распорядитель конкурса. Мы ему сообщим вашу просьбу. И если он решит, что это стоит сделать, мы обязательно принесем бумаги на подпись.

Уже что-то. После этого дамы удалились, оставив меня одну. Я перемерила наряды, имеющиеся в сундуке. Кроме платьев там была шубка из густого темного меха, сапожки на толстом каблучке и очень неприличное белье. Носить последнее после кого-то совсем не хотелось. Но другого выхода у меня попросту не было. Я собрала его в охапку и пошла в ванную стирать.

Когда все закончила и поела то, что принесли все те же два амбала, поняла, что делать совершенно нечего. Проскучав примерно с полчаса, решила поискать библиотеку. Я прекрасно понимала окружающих меня людей, они понимали меня. Поэтому оставалась надежда, что читать тоже смогу. Меня в комнате не запирали и сидеть безвылазно не приказывали. И я отправилась в мое первое маленькое путешествие по замку правителей Бронштейра. Нас ведь в нем разместили? Или я не права? Акакий лишь весело хмыкнул.

Выглянув за двери, обнаружила длинный полутемный коридор. С одной стороны помещения был ряд дверей. Причем, они были расположены вплотную друг к другу. И если верить глазам, то моя комната должна быть шириной один метр. Но такого не наблюдалась. Она была просторной, квадратной и включала в себя подсобные помещения.

С другой стороны коридора тянулась вереница высоких, почти до потолка окон в золоченых рамах.

- Не зря музей примерещился! – мысль скользнула в моем мозгу. Что-то подобное я видела в Екатерининском дворце. Это про окна, но не про двери. С этим феноменом еще предстояло разобраться.

Коридор вывел меня к мраморной лестнице, ведущей на верхние этажи с двух сторон. Так как внизу я ничего интересного не обнаружила, решила подняться наверх по правой лестнице. Не зря же говорят, что те, кто заблудились, шагают шире правой ногой. Только в этот раз выводка дверей не было. Проход был длинным, полутемным и со сплошной стеной, на которой висели портреты мужчин и женщин в старинных нарядах. В этот самый момент я даже немного возгордилась, что по образованию историк. Я точно знала, что так может выглядеть фамильная галерея членов семьи, которые когда-то проживали в этом доме. И если мы прибыли на отбор, то делаем вывод, что со стены на меня смотрят предки претендента в мои мужья? Нужно присмотреться и решить, а оно мне вообще нужно?

Неудобно было то, что свет реагировал на движение. И когда я застывала на месте, лампочки выключались, мешая рассмотреть полотна. Где-то, конечно, должен быть рубильник, включающий свет стационарно. Но не настолько я обнаглела, чтобы шарить по незнакомым стенам. Поэтому я ничего другого не придумала, как махать руками перед понравившимся портретом. Тогда свет не гас, позволяя рассмотреть все в деталях. А смотреть там было на что!

Все без исключения портреты были выполнены в одном стиле, словно их писал один автор. Есть у нас глубокоуважаемый и почитаемый, несколько одиозный Никас Степанович Сафронов. И если бы я не знала, что попала в другой мир, была бы уверена, что гуляю по выставке работ мастера.

Лица на портретах навскидку можно было разделить на два лагеря: брутальных брюнетов с темными, как ночь глазами и золотоволосых, голубоглазых блондинов. Только синева в глазах не походила на летнее небо, а скорее напоминала холодные льды Арктики.

Читать у меня, слава богу получилось. К сожалению, порядок летоисчисления не совпадал. Но если верить увеличивающимся цифрам, я все ближе и ближе подбиралась к современности. Надпись на самой последней картине гласила:

«Наследники престола Златан Аран и Дарко Аранум».

И кто из них мой возможный жених? Я застыла, с любопытством вглядываясь в лица и пытаясь хоть что-то разглядеть интересное. Мужчины оба были приятной наружности. Смущало то, что льдистые газа Златана совершенно не соответствовали его теплому имени, смотрели на мир с пренебрежением и даже презрением. А черный искристый взгляд Дарко был взглядом прожженного ловеласа. Что-то ни один из них меня не прельщал.

А еще в глаза бросилась странность: руки последнего принца были затянуты в черные кожаные перчатки. И зачем это? Хотя, моего мнения никто спрашивать не собирался.

- Что вы здесь делаете? Это личные покои и посторонним здесь находится запрещено! – голос был холодным и высокомерным. И я, кажется, знала, кто ко мне обращается. Потому что заморозить голосом мог только человек со льдом в глазах.

Ощутимо вздрогнув, развернулась и уперлась взглядом в золотой медальон на толстой цепи с изображением совы, выполненной из бриллианта, если только камни такой величины могут существовать на свете. Осторожно подняла глаза и поняла, что не ошиблась. Передо мной стоял никто иной как сам принц Златан, если я ничего не путаю.

Представляете, если бы вы случайно гуляли и неведомыми тропами забрели в кабинет к Путину? Ваши чувства и эмоции?

- Простите, я заблудилась, ваше… высочество? – смотрю на него, затаив дыхание. Наверное, положено присесть в реверансе. Но я реверанс делала один раз в жизни в шестом классе в школьном драмкружке. Опыт был крайне неудачным. Растянулась прямо на сцене. Поэтому повторять не рискнула.

- Императорское величество, - поправляет он меня, болезненно морщась. И в этот же миг до моего носа доносится запах кислой капусты. Я потрясла головой, не веря в произошедшее. Он же не?.. Вдохнула еще раз. Похоже, ошиблась. Аромат отдавал жасмином. Привидится или почудится же такое! Даже не знаю, каким словом это определить.

Мужчина же с любопытством смотрел, как я пытаюсь учуять только мне понятный запах.

- Что вы носом водите, словно охотничий пес? – вот еще не хватало императорское величество оскорбить.

- Простите, я больше не буду! – все же попыталась изобразить кривенький книксен. Сава богу, была уже в платье, а не в джинсах. Иначе это был бы точно смертельный номер.

- Конечно, не будете! Сейчас же велю мистресс провести с вами воспитательную беседу, где можно ходить, а где нет, - он развернулся на каблуках и удалился, поигрывая палкой в руках. Спина его была выпрямлена так, словно к ней была привязана еще одна жердь.

Я спешно развернулась и практически побежала назад. Неизвестно, чем закончится для меня эта встреча.

До комнаты добралась без приключений. И лишь успела перешагнуть через порог, как со всех сторон раздался противный звон. Тут же выглянула обратно в коридор, чтобы понять, что это такое и почему звенит. Двери соседних с моими покоев тут же распахнулись и из них показались женские головы в количестве двенадцати штук. Я вспомнила, что меня назвали невестой под номером тринадцать.

Расчет бы прост: все выглянут на звук, и тогда не нужно обходить каждую комнату и стучаться, приглашая на общий сбор. В конце коридора появилась фигура дамы, затянутая в коричневый комбинезон с шипами. И она громким голосом объявила:

- Леди! Прошу всех собраться в рекреации.

Дверизахлопали, и конкурсантки стали ручейком стекаться к фойе, в котором стояли четыре белоснежных дивана и одно кресло. Девушки тут же расселись по три человека, переговариваясь между собой. Видимо, они уже успели перезнакомится. Я же не придумала ничего лучше, чем усесться в кресло. Обзор с этого ракурса был интересным. Все участницы были как на ладони. И я стала с интересом их разглядывать.

Одна смотрела на нас с таким видом, словно мы были грязью под ее ногами. Она сидела как раз напротив меня. Две другие, севшие по бокам от нее, были типичными подпевалами.

Еще мне бросилась в глаза девушка с белыми как лен волосами, фиалковыми глазами в обрамлении черных ресниц и пухлыми губами. Я бы без всякого конкурса отдала ей первое место и выдала замуж за принца.

Остальные конкурсантки ничем особым не выделялись. Все были достаточно симпатичными, молодыми и хорошо одетыми. Маша Острая органично бы смотрелась в такой вот компании. А свое место мне было достаточно сложно оценить.

Тем временем дама в коричневом комбинезоне, которую нам представили как мистресс, решительным шагом направилась к моему креслу. В последний момент она поняла, что кресло уже занято, недовольно сморщилась и недобро так на меня посмотрела, но вслух ничего не сказала. Видимо, предполагалось, что на один из диванов уместятся четыре конкурсантки. И там, где сидела «пуп земли», как я ее окрестила, было место на четверых. Но никто не рискнул присоединиться к той компании.

– Вот ты, Ленка, и влипла! – ворчливо сообщил мне Акакакий Акакиевич. Только я отмахнулась от собственного внутреннего голоса. И без него тошно: попала неизвестно куда, неизвестно зачем. Успела познакомиться в не самой благоприятной обстановке с его императорским величеством и заняла место распорядительницы конкурса.

А она тем временем еще раз пересчитала нас по головам, чему-то сама себе кивнула и сообщила:

- Все в сборе! Отлично. Прошу слушать меня внимательно. Повторять ни для кого не буду.

Мы дружно закивали, выражая свою готовность слушать инструкции и правила поведения.

- Вам выпала честь присутствовать на отборе невесты для его высочества принца Дарко Аранума. Конкурсные задания простыми не будут. Но, надеюсь, вам окажутся по силам, так как организаторы подготовили для вас ряд задний, которые помогут освоится в империи Бронштейра. В вашем распоряжении будут библиотека императора, столовая, тренировочные и бальные залы. Перемещение по дворцу свободное с семи утра до одиннадцати вечера. Остальное время вы обязаны находиться в комнатах и не высовывать свои любопытные носики.

- Но почему? Даже к соседкам нельзя сходить в гости? – поинтересовалась бойкая румяная девица.

-Нет, - отрезала мистресс. – Будущая императрица должна уметь соблюдать режим дня и полноценно спать восемь часов, чтобы иметь свежий цвет лица и радовать им мужа и подданных. И еще…

Она задумчиво посмотрела в мою сторону и опять нахмурилась.

- Невзлюбила она тебя! – ехидно сообщил Акакий. Как будто я без него не догадывалась.

- Правое крыло замка для посещений закрыто. Это личные покои императорской семьи. На втором этаже расположена галерея портретов правителей. Если мы получим разрешение высочайших особ, я свожу вас на экскурсию. А с третьего по пятый этаж их личные покои. Доступ туда получит только та, кто удостоится чести стать женой его высочества. Вопросы есть?

- Это же элементарно! – сообщила от лица всех высокомерная дамочка. – Надо быть полной глупышкой, чтобы не понять таких простых правил!

- О, Линда, я с вами полностью согласна! – заулыбалась ей мистресс. Вот и первые фаворитки выявились.

Дама же продолжила свою речь:

- Завтрак завтра в восемь. У вас будет час после подъема, чтобы к нему подготовиться. Прошу не опаздывать. После завтрака я раздам вам план дворца, чтобы вы знали, что где искать. А сейчас прошу разойтись по комнатам и подготовиться ко сну. Поздний ужин вам доставят в комнаты.

Девушки все встали и потянулись к своим комнатам. И лишь Линда пошла не одна, а вместе с подругами.

- Линда, я же сказала, чтобы все шли по комнатам! – возмутилась дама.

- Мистресс, простите! Но мое платье рассчитано на горничных. И я самостоятельно его снять не смогу! Кто-то очень глупый отправил наших помощниц по домам!– отреагировала девица с приторной улыбкой.

Распорядительница поморщилась, но все же разрешила:

- Хорошо, сегодня разрешу в виде исключения. Но завтра вам придется одеваться и раздеваться самостоятельно. Поэтому подбирайте соответствующую одежду. Это было распоряжение его императорского величества. Так что оспорить приказ можно лишь в личной беседе с ним.

Вот и прошел мой первый день в странном мире под названием Бронштейр. В течение дня мне было не до переживаний. Все крутилось и вертелось, словно карусель с лошадками, которых я так любила в детстве. Эмоции и мысли в моей голове также крутились, создавая настоящий водоворот. И лишь зайдя в комнату и обессиленно рухнув на кровать, даже не раздеваясь, я смогла затормозить и переосмыслить собственное попаданство.

Что имеем по факту? Я не знаю, как сюда собиралась и что говорила знаменитая инстасамка. Я даже пожалела, что не подписана на нее. Но кто же предполагал, что в постах с надутыми губками и откляченными пятыми точками может оказаться что-то полезное?

На Земле за меня могли волноваться лишь два человека: это моя тетка, двоюродная сестра матери, и Лебедев. Я не сомневалась, что вернусь обратно. Вот и посмотрим, что произойдет за время моего отсутствия. Стоит ли чего его любовь или нет? Я же уже задумывалась о расставании. Возможно, сами высшие силы подтолкнули вот таким причудливым образом к этому решительному шагу. А тете Марине я звоню пару раз за год. И если ближайшие пару месяцев не сделаю этого, она волноваться не будет. А к тому времени конкурс завершится, и я благополучно вернусь обратно. В этом я даже не сомневалась. С работы вот только точно уволят. Обидно, но не смертельно. Может получится найти какой-нибудь липовый больничный, что я, например, попала в аварию и в беспамятстве провалялась на больничной койке где-нибудь за пределами нашей области?

Будем решать задачи по мере их поступления. И сейчас точно не это было первоочередной проблемой. Здесь мне предоставляли жилье, еду и даже одежду. Так что нужно попытаться не вылететь с первого тура. А то просто будет обидно.

Не успела я закончить анализ ситуации, как в двери коротко постучали и не дождавшись ответа вошла девушка в форме горничной. Она несла тяжелый поднос, заставленный блюдами под клошами. Ловко расставила их на столе, изобразила легкий книксен и откланялась.

Я стала с любопытством поднимать колпаки, понимая, что семь порций мне точно не съесть.

На первых двух тарелках были салаты. Но в таких минимальных количествах, что следом возникло сомнение, а наемся ли я вообще? Несколько раз читала статьи про аристократок в интернете. Там всегда показывали, что они едят мало, но очень медленно. И такой режим им помогает сохранять стройность. На лишний вес я и так не жаловалась, как и на отсутствие аппетита. А если учесть сегодняшние треволнения, то хотелось просто жрать.

Постаралась сдержаться, чтобы не заглотить как удав эти пару листочков сиреневого цвета и фиолетовую помидорину. Вдруг там положено столько же? Я же до утра не доживу. Нужно будет себя притормозить для медленного поедания пищи. Под третьим клошем оказалась нормальная порция супа. В нашей столовой она равнялась примерно половинке, которую я обычно брала. Еще на трех было разных видов мясо с овощным гарниром. А вот на последней тарелке лежала брошюра. Она явно не была съедобной.

Покончив с едой, я взяла книжицу и устроилась на кресле, стоящем в углу комнаты. Это оказалась краткая история о правящей династии империи Бронштейр. Я медленно листала страницы, вглядываясь в породистые лица правящей династии Аранумов. Пристально разглядела последних императора и императрицу. Как было написано, они были в полном здравии, но ушли на покой, оставив власть на своих сыновей. Голубоглазый Златан был правящим принцем- регентом. А вот брюнет Дарко оказался просто наследным принцем. Очень странный порядок престолонаследия! В этой же книжице говорилось, что все младшие отпрыски династии имеют голубые глаза, а старшие – черноглазы. Тогда почему правит младший брат?

Вопросов стало больше, чем до моего незаконного путешествия по галерее. Надеюсь, что по мере прохождения конкурсов все же получу на них ответы.

Утро началось опять с противного звонка. Мы снова дружно выглянули из своих комнат. Я встала примерно на полчаса раньше и была причесана, умыта и почти одета. Осталось лишь зашнуровать корсет на платье. Благо шнуровка находилась спереди. Но некоторые сложности все же возникли. Девушки же были в разной степени готовности. И если судить по лохматой прическе Линды, она встала последней и пока не успела привести себя в порядок.

- Леди! Через пятнадцать минут ждем вас в столовой на завтрак! – жизнерадостно сообщила нам сегодня Стрилла. - Столовая находится на втором этаже левого крыла. Прошу не опаздывать!

- Мадам, мне нужна помощь в одевании! Мое платье нельзя надеть самостоятельно, - подала голос «пуп земли». – Вы не могли бы мне помочь или хотя бы выделить горничную из конкурсанток?

Мы все дружно переглянулись и замерли в ожидании ответа.

- Чего застыли? – фыркнула предполагаемая фаворитка отбора. – Всем же понятно, что я буду следующей императрицей. И вы будете драться за честь стать моей компаньонкой. Почему бы не воспользоваться этим шансом сейчас?!

- Линда, вы ошибаетесь! С победительницей еще совсем не ясно. И выбирать ее будет магия, а не люди, - неожиданно жестко перебила девушку Стрилла, нахмурив гневно брови. Но Линда, казалось, не заметила нахмуренных бровей и продолжила в том же тоне:

- Магией? – вскинула она изящные бровки. – Вот и отлично! Магия точно меня выберет. В этом я даже не сомневаюсь. Ей коррупция не ведома. Так я не поняла, есть желающие быть моей подругой?

Две вчерашние девицы зашевелились и дернулись навстречу будущей императрице.

- Стоять! – почти грубо одернула их Стрилла. – Никто ни к кому не пойдет. Это условия конкурса. До завтрака осталось пять минут. И если вы, леди Линда, опоздаете на него или придете в неподобающем виде, вам будут начислены штрафные очки.

Затем она окинула всех оставшихся строим взглядом и добавила:

- Для нарушивших запрет появления в чужих комнатах тоже будут штрафы! – и удалилась с видом королевы, словно это она будущая жена правителя.

Мы же все вздрогнули как по команде и ринулись завершать утренний туалет. Я по натуре была всегда отличницей и штрафы получать не хотела, даже если победа в конкурсе была не нужна. И хорошо, что при этих разборках не присутствовала мистресс. Мне почему-то кажется, что она встала бы на сторону своей фаворитки.

Ровно через пять минут я была в столовой. Еще вчера придумала перевернуть корсет шнуровкой вперед. На мое счастье, он был пошит таким образом, что никаких особых вытачек на нем не было. И такие рокировки вполне его устраивали.

Девушки были в сборе, кроме Линды. Но и она появилась за пару секунд до окончания указанного времени. Первая красавица перевернуть корсет не догадалась или не захотела. И он был плохо затянут, но все же был, придавая хоть какую-то форму бесформенному платью под ним. Мы молча встали в очередь с подносами. Две расторопные женщины-повара накладывали конкурсанткам кашу, выдавали по чашке кофе и круассану. Хорошо, что еда в этот раз была привычной, а не то безобразие, которое давали вчера на ужин в виде ложки фиолетового салата на огромном блюде. Такую разницу объяснила Стрилла, которая появилась к тому моменту, когда мы заканчивали трапезу.

- Прошу всех внимания! – громким голосом объявила она, хотя столовая не была уж такой большой. В нее умещались лишь тринадцать конкурсанток. – Сейчас мы проведем с вами очередной инструктаж.

Девушки зашушукались и стали разворачиваться таким образом, чтобы видеть нашу помощницу-надзирательницу. Лично мне они обе с Джиллой ничего плохого не сделали, а только помогали пока. В отличие от мистресс, женщин я слушала с интересом.

- Вчера вечером вам подали традиционный королевский ужин и дали возможность понять все сложности настоящей императорской трапезы. И для этого каждая из вас ужинала в одиночестве, чтобы не ощущать дискомфорта.

Я с ней мысленно согласилась. Вчера была ресторанная подача, причем на уровне мишленовских звезд. А сегодня был завтрак в студенческой столовке. Разве что блюда были не в пример вкуснее. И лишь Линда презрительно фыркнула, давая понять окружающим, что для нее такая подача блюд не проблема. Она питалась таким образом с детства. Стрилла же продолжила рассказывать дальше:

- Обед у нас будет в том же формате, что и завтрак. А вот ужин повторим. Только сегодня мы вам дадим инструктаж, как это делать правильно. И в одиночестве вы сможете хорошенько отрепетировать правила. А завтра у нас пройдет обед с высшими лицами государства Бронштейр. Его императорское величество регент Златан пожелал познакомится с вами лично.

- В прошлый раз он не удостаивал невест таким почтением, - тихонько прошептала белокурая девушка, которую я окрестила Барби.

Все внимательно слушали слова наставницы, и тишина стояла гробовая. Поэтому слова нимфы прозвучали как гром среди ясного неба. Девушки даже не нашли что сказать и замерли вместе с ней,

- Барбара, я не помню, чтобы вы были на прошлых отборах! – Стрилла вопросительно выгнула бровь, повернувшись к испугавшейся девице, которая никак не рассчитывала на такой эффект. А ее, оказывается, точно Барби зовут!

- А я и не была. Там участвовали мои старшие сестры, - чуть слышно пискнула она.

- Хм, странно! – женщина недоверчиво покачала головой. – Но претенденток выбирают по тому принципу, что они являются единственным ребенком в семье. Про каких сестер вы говорите?

Девушка покраснела, затем побледнела и снова ударилась в краску. А затем все также тихо, чуть слышно объяснила:

- В семье Вайнеров я единственный ребенок. Но у моей матушки есть две дочери от прежних мужей. И они обе и Ника, и Рита принимали участие в последних двух отборах. У них фамилии другие.

Стрилла нахмурилась, никак не комментируя услышанное. А лишь быстро достала из кармана блокнот и что-то там быстро записала.

Я поняла, что не факт, что и этот отбор завершиться чьей-то победой. Дама делала заметки на будущее.

- Э… м-м-м, - многозначительно протянула Стрилла, собираясь с мыслями. – Видите ли, его высочество тоже человек. И он хочет жениться по любви. Поэтому в прошлые отборы ему никто не понравился настолько сильно, чтобы связать с ней жизнь.

- Но… - начала было все так же тихо Барби. Но получила тяжелый взгляд Стриллы и тут же закрыла рот, словно ничего и не собиралась говорить.

Я поняла, что чувствую себя среди этих разговоров очень неуютно. У девушек хотя бы договоры были, и они имели хоть какое-то представление о намечающемся событии. Я же была полным профаном. Нужно срочно с кем-то подружиться и получить хоть какую-то информацию.

- А сегодня у нас с вами следующее расписание занятий! – оповестила дама нас. – Сейчас мы с вами поговорим об основах общего этикета, затем будет урок танцев и пластики. А перед ужином мы вам дадим правила этикета, как я и обещала, для обеда с его императорским величеством регентом Златаном.

После этих слов она нажала какой-то рычажок, и стена столовой плавно отъехала в сторону, обнажая перед любопытными взорами учебный класс с партами на одну персону из золотистого дерева. На парте лежала брошюра, с которой девушки успели познакомится вчера и еще одна книжица. Я подумала, что это такая расточительность, выдавать по два одинаковых явно дорогостоящих издания! Чего только стоила мелованная бумага и цветная печать высокого качества. Но открыв обложку, с удивлением обнаружила заложку из куска ленты, которую я соорудила накануне вечером. Нет, расточительством здесь и не пахло. Только получается, что кто-то шарился в моих вещах?

- Книги зачарованы особым образом и перемещаются в то место, куда получают приказ! – заметив недовольство на наших лицах, объяснила Стрилла. - Не волнуйтесь, в ваши комнаты никто не заходил.

Все тут же облегченно выдохнули и с улыбками закивали в ответ. И лишь Линда громко выдала возмущенное «Пф!».

Вторая брошюрка содержала в себе основные положения этикета. В конце часть листов были без теста, просто разлинованы. Показав их нам, дама сообщила, что данной книгой мы можем пользоваться в качестве блокнотов для записей. Затем она сообщила, что основные пункты все-таки озвучит, чтобы мы точно ничего не пропустили:

- Уважаемые гостьи, сейчас я пройдусь по самым главным правилам этикета империи, чтобы вы не опозорились, если даже не соизволите прочитать выданные инструкции. Как вы поняли, Бронштейр является мощной и самой крупной империей мира под названием Марис. Соответственно правитель страны - император, но в виду того, что принц Дарко пока еще не женат, фактическое управление страной принадлежит регенту Златану, чьими персональными гостьями вы являетесь. Если у вас возникнут к нему вопросы, вы должны обращаться не иначе как Ваше императорское величество. Такие нормы обращения к правителям империй приняты во всех государствах Мариса. Обращение по имени или каким-то другим способом считаются недопустимыми.

Разговаривать во время выступления высочайших особ считается неприемлемым. Вы должны выслушать речь регента в полном молчании. Вопросы можно задавать только с высочайшего позволения. В знак благодарности девушки должны присесть в реверансе и слегка склонить голову.

Во время обеда, на который вы будете приглашены, соблюдаются обычные протокольные правила.

Во время бала вы должны будете танцевать со всеми мужчинами, которые будут вас приглашать. Отказываться считается плохим тоном. Самим приглашать кавалеров, танцевать с одним и тем же мужчиной два танца нельзя. Вопросы есть?

Мы все переглянулись между собой. От такой информации, честно, пухла голова. И, похоже, не только у меня.

- Скажите, а регент Златан женат? – неожиданно задала вопрос бойкая девица, которая вчера пыталась выяснить, почему нельзя ходить к соседкам в гости. Остальные девушки тоже оживились и зашушукались. Регент Златан не подлавливал их в темном коридоре и не делал внушения.

- Если бы вы дождались уроков по истории Бронштейра, то узнали бы, что младшие сыновья императорских семей с рождения готовятся к постригу и семей не заводят.

Постригу? Эта снулая селедка монах? Туда ему и дорога. Ни одна нормальная девушка не посмотрит в его сторону, несмотря на титулы и богатства. Хотя мировая история знаетнемало иных примеров. Но они все заканчивались плохо, за редким исключением. И, оказывается, у нас будет полноценная учебная программа. Что ж, неплохо. Учится я любила всегда.