Кукла для майора

***
 - Сколько берешь за приват? Только ты и я. 
- Вы ошиблись! – рявкаю наглецу. – Я не танцую приватно!
Незнакомец отказ не принимает. Не мешкая, запрыгивает на подиум, хватает меня за талию и наклонившись к уху, многообещающе шепчет:
- Я не трону тебя. Я буду только смотреть. 
 - Пустите! – от страха дрожу, и со всей силы пытаюсь оттолкнуть от себя мужчину. 
Но ладони упираются в теплый монолит его груди. 
 - Я не твой фальшивый ловец ракушек, - победно смеется мне в лицо. – Если поймал – отпускать не собираюсь.

Глава 1. 

- Рената…, - окликает меня брат и я поднимаю взгляд от тарелки. Мнется, прежде чем продолжить и я настораживаюсь, но замерши, жду что дальше скажет. – Сестренка, мне нужны деньги, - горестно выдыхает.  

Деньги…

 Х-м, как я сразу не догадалась по его заискивающей интонации.

- На что? – рявкаю и тут же мысленно ругаю себя за резкий тон.

Что я сразу о плохом думаю? И отвечаю себе же: да потому что ничего хорошего жизнь не подкидывает в последнее время.

Роман морщится и признается:

- Я задолжал небольшую сумму одному типу.

- В смысле задолжал? Ты берешь деньги в долг? Тебе, что, не хватает тех денег, что ты зарабатываешь в доставке еды?

- На это не хватает! – выпаливает со злостью. А потом признается: - Я их проиграл!

- Как?! Ты снова играл, Рома?! – я стону от безысходности и резко закрываю лицо ладонями и часто дышу. Дышу. Открываю вновь и рявкаю: – Что ты наделал, идиот?! Мало того что я за тебя курсовые делаю и в деканат бегаю закрыть твои хвосты, ты еще и играешь!

- Не ори на меня! Я хотел выиграть для нас! Но что-то пошло не так! – окусывается братец, а мне так и хочется отвесить придурку оплеуху, как в детстве. Чтобы слушался, гаденыш!

- Ты всегда так говоришь, когда проигрываешь! А проигрываешь регулярно! Боже, когда ты одумаешься и поймешь, что быстрых денег не бывает?! Что тот, кто сидит на против тебе тоже хочет денег?! Или программа заточена на то, чтобы надувать вас - доверчивых лохов!

Брат, насупившись, угрюмо смотрит на меня.

Тупица.

Ничему не учит его жизнь. Ведь за каждым мелким выигрышем стоит крупный провал, откатывая назад, набирая долг. 

Я оседаю на стул и устало прикрываю глаза.

Десять часов на ногах провела, отрабатывая с девушками номер для выступления по случаю дня города. Полуголодная и вымотанная в хлам. А теперь в придачу неприятный сюрприз от непутевого братца.

Ну за что мне это наказание?

- Ренат, ну что тебе стоит одолжить мне сотню косарей? Я с трех зарплат тебе отдам.

Сотню?! Я не ослышалась?

Уставилась на Рому в неверии.

- Ты что думаешь, я до хера зарабатываю в студии?! Или от того, что даю частные уроки мажоркам, то стала такой же как они - обеспеченной? – ругаюсь и в удивлении мотаю головой.

Брат и правда идиота изображает или настолько наивный?

- Ну и не за оклад же ты работаешь допоздна и без выходных, - буркает Рома и он прав.

Я все время на подработках, иначе мы бы не выжили на тот оклад что мне платит ДЮЦ.

Смотрю на него в накатывающем ужасе и тихо спрашиваю:

- Сотню?! Это тысяч? Надеюсь рублей, а не евро…

Холодный пот прошиб изнутри и липкий страх расползся по коже. С него станется играть и на евро.

- Угу. Тысяч, - поникшим голосом отвечает братец. – Не, рублей…я же не совсем тупой, чтоб на валюту играть, - и делает обиженное лицо.

- А я думаю уже…ты такой стал. Как отец…, весь в долгах, - запинаюсь, потому что начинает душить горло спазм от пережитой боли и родительской утраты.

Он опускает взгляд на сплетенные пальцы и сопит. Я же, продышавшись, приказываю себе успокоится и уточняю:

- А твои друзья? Не одолжат разве?

Пытаюсь соскочить с сестринской ответственности и найти выход не за мой счет.

- П-ф, они уже мне не дают в долг, - отводит стыдливый взгляд и сопит.

- Ясно. Другого я и не ожидала. Знаешь, что тебя спасет?

Мне вдруг приходит в голову спасительная идея. Правда Роме она очень не понравится.

- Что? – вскидывается брат и в глазах его играет надежда.

- Армия. Армия тебя спасет.

- Армия? – кривится он и трясет лохматой башкой. – Не хочу я в казарме жить! – а потом вдруг смотрит на меня ошалело и цедит: - А, я понял, ты хочешь от меня избавиться? Я после службы подпишу контракт и не вернусь домой, а ты хатку заграбастаешь.

Его глаза полны разочарования и обиды. Но я не отступаю. Иначе мне не выжить в этом суровом мире и продолжаю давить.

- А я думаю как раз тебя спасет. Потому что ты и не учишься толком, не работаешь, а живешь за мой счет! Мало того набираешь долги у сомнительных личностей, за которые расплачиваться почему-то должна я!

 Меня такая злость охватывает, что хочется придушить гаденыша.

- У меня отсрочка от армии вообще то! – приводит доводы, но я ничего об этом не хочу слышать. Устала.

 - Я значит работаю, как пчела, по десять часов в сутки, плюс выходные, а ты последние деньги проигрываешь! Скоро вещи из дома понесешь на барахолку? Сколько раз в неделю ты работаешь в доставке?

- Ну, - тянет, пряча взгляд и мямлит: - раза три в неделю. Ты же знаешь у меня занятия, а там платят мало…

- Мало?! А мне значит много!? Знаешь, что это в последний раз! – я вскакиваю со стула и нависаю над братом.

Он моргает недоуменно.

Что, не видел меня такой разъяренной? А вот любуйся! Ты меня достал!

- Что? Что ты сделаешь? – начинает нервничать.

- Я пойду в военкомат и подам заявление чтобы тебя забрали досрочно! А в техникуме напишу заявление на академ. Глядишь просветлятся мозги – вернешься, доучишься! Но из-за твоих игр я не собираюсь упахиваться до потери пульса. Продавать квартиру, Боже сохрани, или себя! Ясно?

Рома вскакивает и со злостью выкрикивает мне в лицо:

- Ты реально, хочешь меня сбагрить на казенные харчи? Меня, родного брата?!

- Представь себе, как ты меня достал! – не сдаюсь, упрямо задрав подбородок.

Я мелкая от природы. На голову меньше Ромы, но это не значит, что боюсь его.

- Ну ты и сука! Вся в мать пошла! Это она виновата, что отец влез в долги и начал пить, пока его не посадили. А потом взяла и сама сдохла, как бешенная псина!

Моя рука самопроизвольно вскидывается и звук оплеухи разрезает воздух.

Боже, я ударила брата по лицу?! Докатилась.

Он таращится на меня удивленно. Медленно поднимает руку, и я отшатываюсь. Но брат не бьет в ответ, а потирает ушибленную щеку и отупело пялится.

- Если ударишь в ответ, я напишу заявление в полицию, - чеканю, а сама потихоньку отодвигаюсь от него на безопасное расстояние. Все внутри трусит – наступил откат. Если брат ударит в ответ, то у меня будет сотрясение. И работать тогда я точно не смогу долгое время.

Я никогда не била человека по лицу. Родного брата – тем более. Но упоминание мамы в таком ключе не позволю. Мать – это святое. Даже если она была далеко не святой.