Кукла LOLа. Сломать нельзя исправить

Конверт был без всяких опознавательных знаков. Может, ошиблись? Может, не в тот почтовый ящик положили?

Вскрыв аккуратно плотную бумагу, Лола нашла внутри фотографии. Не очень хорошего качества, видимо снимали издалека, но вполне узнаваемо.

Потому что она знала тех, кто был запечатлён. Хорошо знала...

Всего три карточки...

Но, посмотрев их, девушка поняла, что ничего уже не будет по-прежнему. Никогда...

Двумя месяцами ранее

В октябре Гордей совсем зачастил с командировками. Уезжал каждую неделю, а иногда и по два раза. 

Лола не понимала такого рвения к работе. Скучала. Нервничала.

И однажды ей в голову пришла мысль, что это могут быть никакие не командировки, а визиты к другой женщине. 

Мысль сначала показалась абсурдной, но потом всё крепче стала оседать в голове у девушки. Всё получалось очень логично. Сначала, тогда, после всех событий, мужчина испытывал чувство вины и пытался её искупить. Их секс был нежный, частый, но Лола понимала, что Гордею он может быстро наскучить. Он же еще при знакомстве сказал, что любит секс извращённый, продемонстрировав свои пристрастия в полном объёме. 

Теперь же, по прошествии нескольких месяцев, не стал трогать Лолу и снова склонять к тому, что было для неё тяжело. А просто нашёл другую...

Это объясняло и его плохое настроение при возвращении из поездок, и очень редкий секс в эти вечера. Видимо, мужчина просто отходил от "весело" проведённых накануне вечеров. Да и вряд ли его совсем не мучила совесть. 

Да, скорее всего так и было...

Лола позвонила Инне и рассказала о своих подозрениях. Понятно, что подруге было чуть-чуть не до Лолы, у неё начались другие заботы, связанные со скорым рождением малыша. И общаться девушки стали реже. То ли Инна щадила чувства Лолы, чтобы подруга не расстраивалась, видя растущий живот. То ли избегала общения, всё же помня о вечере, проведённом Лолой с отцом её ребёнка... 

Они не обсуждали. Всё это было слишком тяжело и неприятно. Всё это надо было просто выкинуть из головы, абстрагироваться, чтобы дальше жить. И дружить. Но пока получалось плохо. У обеих.

И всё же Лоле не к кому было обратиться за советом. Инна всегда смотрела на жизнь более трезво, без розовых соплей.

Вот и в этот раз девушка не стала рассеивать подозрения подруги. Да, она не верила Гордею с самого начала, и теперь подозрения усилились. Не может исправиться тот, кто привык к таким отношениям. Он может жить с Лолой и даже любить её по своему. Собственно, из-за этого щадить... Но всё равно, сколько волка не корми...

Всё это было объяснимо и логично. Непонятно только, что с этим делать. Вернуться к прежним отношениям, которые разрушили девушку изнутри? Или сделать вид, что ничего не происходит, разрушая теперь уже их брак и доверие друг к другу?

Если бы Лола набралась храбрости и решила поговорить с мужчиной откровенно, возможно, нашлось бы какое-то объяснение. Возможно, Гордей ответил бы честно на все вопросы, что засели в Лолиной голове.

Но смелости открыто поговорить не было. Что она ему скажет? "Мне кажется, у тебя другая"?

Или "Ты мне изменяешь"?

А если Гордей ответит "да"? Тогда что? Расставаться? Возвращатся опять в свою крошечную квартирку в спальном районе?

Или сделать вид, что ничего не происходит? Ну ходит муж налево, и пусть дальше ходит. Он же трахался прям в её присутствии с другой. Пережила же! Ещё и замуж потом вышла!

А может нужно попробовать снова эти эксперименты в сексе? Эти игры... То, что его заводит. Чтобы он не искал приключений на стороне.

Говорят же, что в изменах мужчин часто виноваты женщины, которые не смогли удовлетворить. Не смогли понять потребности. Не подстроились...

Только вот они уже через это проходили. Ведь Лола уже пыталась подстроиться. Честно прошла все круги ада. Да, тоже семь... 

Но тогда такие отношения привели к трагедии. Стоит ли их возобновлять теперь?..

***

Не смотря на конец октября в воздухе всё ещё ощущался пряный запах позднего бабьего лета. Лола шла по тихой улице. С виду обычная молодая привлекательная девушка с длинными русыми волосами. Вроде как уверенная в себе. 

И никто из прохожих не смог бы догадаться, что в душе у этой девушки практически погибла надежда на чудо. Да и просто на нормальные отношения.

А ведь ещё год назад Лола была жизнерадостной добродушной девчушкой. С верной подружкой Инкой и в крошечной квартирке. Но без тяжёлого груза, давящего на хрупкие девичьи плечи. 

Как всё поменялось меньше чем за год. С Инной они почти не виделись. Изредка перезванивались. Но не было уже той теплоты и доверия в отношениях. И квартирка сменилась на роскошные апартаменты. Только в них Лола почему-то чувствовала себя ещё более одиноко. 

Да, был Гордей. Нежный, внимательный, тоже сильно изменившийся с тех пор. Но в последнее время и с ним отношения вызывали массу вопросов. 

Был ещё кот Василий, который души не чаял в хозяйке. 

Но всё равно была и чёрная дыра внутри, заполнить которую уже вряд ли возможно.

Лола подошла к детской площадке и села на лавочку чуть поодаль. В будний осенний день здесь было почти пусто. Мамочка с новорождённым в коляске и ещё одной девочкой лет пяти. Девочка бегала к песочнице и обратно к маме, чтобы накормить ту песочной кашкой. Мама понарошку причмокивала губами и говорила, что очень вкусно и что дочка большая умница, умеет замечательно готовить. 

А еще был смешной карапуз с виду примерно двух лет, которого качала на качели пожилая женщина. Может бабушка, может няня...

Лола неотрывно смотрела на детей. И горькая обида на жизнь поднималась в её душé. 

Почему? Почему это произошло именно с ней? Неужели же она никогда в жизни не покатит так коляску? И не толкнёт качели, раскачивая пузатого малыша? И не причмокнет от удовольствия, пробуя игрушечную песочную кашу?

Вопросы можно было задавать до бесконечности. Только непонятно было, кому их адресовать...

А вот винить в этой ситуации нужно только себя!

Она была полной дурой! Влюбилась без памяти, не думая выполняла всё, что требовал мужчина... А потом просто не смогла перетерпеть, когда он наказал.

Если бы она была сильной личностью, то не допустила бы ни подобного отношения к себе, ни наказания. Ну и тем более намотала бы сопли на кулак и не рыдала в приступе обиды после клуба. Не нервничала так. Может и обошлось всё тогда. Не прервалась бы беременность. 

А она думала только о себе. Обидно ей тогда было, видите ли. О малыше надо было думать. Вот дура и есть...

Теперь можно было сколько угодно кусать себе локти, но ничего уже было не вернуть.

Она никогда не сможет взять в руки кричащего малыша, не сможет подарить мужу сына или дочь. 

Что она за женщина теперь! Так, пустая коробка, которую и выкинуть не жалко.

Кстати, может Гордей скоро и выкинет... 

Ведь Лола так ничего и не выяснила. Снова продолжала плыть по течению...

Но мысль неотвязно засела в голове. Куда Гордей регулярно ездит? Действительно так усердно работает? Или с девицей какой развлекается? У которой от него могут быть дети...

***

- Привет, милая! - Гордей вернулся из командировки на удивление в хорошем настроении. 

- Привет, - Лола подошла и подставила губы для поцелуя.

- Как дела? Не скучала?

- Работала...

Лола действительно находила сейчас отдушину от грустных мыслей в работе. Там у неё наклюнулось продвижение в карьере. Со дня на день её должны были назначить су-шефом.

- Работала - это хорошо, - снова весело заявил муж.

- А ты что такой весёлый? Удачная командировка?

- Да, очень, - Гордей действительно посто сиял. - И я тебе больше того скажу: скоро я не буду так часто отлучаться. Проблемы, которые возникли, почти улажены!

Лола замерла. То есть как? А как же её подозрения? Значит всё напрасно? 

Значит, Гордей действительно работал. Решал проблемы, ездил на деловые встречи и на разработки программ...

Ну не стал бы он так радоваться разрыву отношений с любовницей. Или?...

- Лол, что есть на ужин? Проголодался - ужас как. В самолёте не могу есть при мысли о твоей домашней еде.

- Мой руки, переодевайся. Сейчас накормлю. Солянку будешь?

Но Гордей вдруг хитро посмотрел на девушку и подошёл ближе.

- Что-то я поспешил с едой... - сказал многозначительно и притянул Лолу к себе. 

А потом впился в её губы жадным поцелуем. Как будто они сто лет не виделись и вот только встретились. Руки так же нетерпеливо шарили по спине, в бедро упирался уже готовый к "употреблению" орган.

- Гордей, подожди...

Но мужчина как будто не слышал. Стащил с Лолы кофту через голову, расстегнул бюстгальтер. Наклонил голову и обхватил губами сосок. 

Лола застонала и выгнулась дугой навстречу мужу. 

А он продолжал гладить, ласкать. Расстегнул её джинсы, стащил сразу вместе с бельём, всё это время продолжая терзать соски.

Лола оказалась перед ним совершенно раздетая, но понимала это словно через туман. Туман возбуждения и удовольствия...

Гордей подтолкнул Лолу к тумбочке с зеркалом, развернул спиной к себе.

- Смотри в зеркало! - приказал властно. - Не отводи взгляд...

И, оставаясь полностью одетым, а только расстегнув брюки, вошел в Лолу глубоко и настойчиво. Но девушка давно уже была готова принять его в себя.

От этого первого контакта оба застонали. Так это было знакомо, но каждый раз ново. Так остро, но в то же время сладко. 

Лола смотрела в отражение, как жадные руки продолжают гладить её тело, а потом, обхватив грудь, сильнее притягивать к себе. Спустив руку, Гордей надавил девушке на живот, проникая максимально глубоко. Его ритмичные движения заставляли выгибаться навстречу, принимая каждый толчок как взрыв. Гордей начал двигаться быстрее, и Лола поняла, что скоро и она достигнет разрядки. И когда рука мужчины спустилась ей между ног и легонько сжала чувствительную горошину клитора, девушка взорвалась сотнями вспышек перед глазами и сладким спазмом внизу живота.

Гордей запустил руку Лоле в волосы и повернул голову девушки к себе. Почти прикоснулся губами к её губам, будто впитывая в себя сбившееся дыхание. Выпивая её до дна в тот момент, когда кончил сам.  

Почему-то этот секс после приезда мужа принёс Лоле душевный покой. 

Они вместе приняли душ. Гордей всё время подшучивал над Лолой, брызгался водой, щекотал её. Выйдя из душа, помог девушке промокнуть волосы. Было так приятно поддаться ухаживанию мужчины.

А потом наоборот, Лола ухаживала за мужем, подав на стол. И в этом тоже была какая-то забытая теплота в отношениях. 

Вечером после ужина они смотрели какой-то фильм. Но Лола плохо запомнила содержание, потому что всё время думала о том, что, возможно, и впрямь всё наладится.

Да, у них нет детей, но это же не конец жизни. Многие пары бездетны. Но это иногда наоборот сближает. 

Вечером, после ещё одного, теперь уже неспешного и нежного секса, они лежали в темноте, обнявшись.

- Давай сходим к врачу, - вдруг сказал мужчина. - Узнаем в конце концов, что у нас за проблема и каковы пути ее решения.

Это "у нас" было лучше любого бальзама, лучше любых объяснений и клятв в вечной любви. Это как будто делало их единым целым.

- Хорошо, - согласилась Лола.  

Она и сама уже была готова к подобному шагу. Поому что уже не было так выжигающе больно внутри при упоминании о выкидыше. Глаза уже не застилала белая пелена при слове "бесплодие".  

- Я договорюсь с Даниилом. Можем сходить к нему...

- Нет, - резко прервала мужа Лола. - Только не к нему. Я не смогу раздеться перед твоим другом...

Оба поняли, о чём шла речь. О том визите в клуб, когда Лола думала, что Даниил наблюдает их секс. Да и о вечере, когда Гордей заставил её пройти через секс втроем со своим партнёром. 

Поэтому интимные моменты с его знакомыми Лола твердо не хотела повторять. А Даниил гинеколог, в любом случае он станет проводить осмотр. 

- Давай сходим к любому другому врачу. Например к тому, что делал тогда мне операцию...

- Хорошо, малышка, конечно... - легко согласился мужчина.

Гордей позвонил Инне и попросил телефон врача, который лечил тогда Лолу. Инна, поворчав, дала. 

Павел Егорович ответил почти сразу.

- Слушаю, - в трубке прозвучал тронутый возрастом голос.

- Меня зовут Гордей. Моя жена лежала у вас на лечении. В начале года.

- Да. И? - подбодрили в трубке, так как Гордей не знал, что сказать дальше.

- После выкидыша и операции вы поставили диагноз бесплодие. Мы бы хотели...

- Лола? - спросил врач. - Ваша жена - Лола?

- Да..

- Нет. Такой вероятности нет, - доктор устало потер переносицу. - Ваша супруга действительно не сможет родить вам ребёнка. 

Павел Егорович пригласил Гордея к себе. Сказал, что сначала хочет поговорить только с ним, чтобы снова не ранить хрупкую психику девушки.

Гордей до конца не верил в то, что сейчас пытался до него донести пожилой врач.

- А если за границей? Я готов оплатить лучшие клиники, самые новые методики...

- Поймите, - доктор посмотрел на визитку, лежащую перед ним на столе, - Гордей Игоревич. У вашей супруги нет органа, в котором развивается плод. Тогда, при выкидыше, мы несколько часов боролись сначала с кровотечением, а потом - за её жизнь. Надвлагалищная ампутация матки была единственным шансом, что она останется жива. Показатели критические, она и операцию могла не пережить. Но выкарабкалась. Организм молодой...

Гордей потрясённо молчал. Ампутация матки... Господи, как страшно это звучит. Что будет с Лолой, когда она узнает... Нет! Нет! Тысячу раз нет!!!

- То есть совсем никаких шансов...

Скорее не спросил, а констатировал Гордей.

- Ну-у-у... - доктор протянул слово. - Вы можете... 

Гордей вскинул голову, как приговорённый к смертной казни, получивший последнюю надежду на спасение. 

- Расскажите!

Гордей слушал, не перебивая. 

-  Но это очень дорого... - закончил врач.

Мужчина понимал, что Лола вряд ли согласится на такой шаг. Но если есть возможность... 

Он будет уговаривать, умолять. В деньгах проблем нет, он найдёт любую сумму. Но зато сможет дать ей то, что наверняка станет смыслом её жизни. Их жизни...

***

Когда они отправились к врачу вместе, Гордей был уже во всеоружии. Он прочитал в интернете всё, что смог раскопать о методе, предложенном Павлом Егоровичем.

Хотел посоветоваться с Даниилом, но решил, что пока не стоит. Пусть Лола сначала выслушает врача и скажет своё мнение. И если вдруг всё же согласится, то тогда и нужно будет узнавать, где лучше это сделать. В каком городе, в какой клинике, в какой стране? 

- Проходите, - пожилой врач, только позавчера принимавший у себя Гордея, сделал вид, что видит его впервые. - Лола. Ты представишь меня своему супругу?

- Да, конечно, Павел Егоович. Это Гордей.

- Рад знакомству.

Мужчины обменялись рукопожатием.

- Взаимно, - ответил Гордей, а сам с замиранием сердца и с надеждой посмотрел на врача.

- Лола, ты хотела поговорить? - на правах старшего и более мудрого, доктор обращался к девушке на "ты". А может потому, что он действительно был не посторонний в её жизни человек.

- Да. Скажите, есть ли надежда, что у нас будет ребёнок? Пусть самая призрачная, пусть гипотетическая...

- Ну, понимаешь, надежда всегда есть. Например,  вы можете усыновить. Тысячи детей нуждаются в родителях...

- Павел Егорович... Вы же понимаете, что я не об этом...

- Да, понимаю. Но тут необходимо решить, что тебе важно в данной ситуации? Процесс беременности и родов или сам результат в виде ребёнка? Если сам результат, то усыновление новорождённого отказника - самый простой вариант. Ребенок будет ваш и только ваш.

- А если беременность?... Ну и чтобы ребёнок был нашим по генам?

- Лола. Хочу тебя сразу разочаровать. Но лучше прими это как данность, не тешь себя иллюзией. Ты не сможешь родить ребёнка. Физически...

Гордей увидел, как побелела жена, стиснув ладошки в кулачки. Как она пыталась справиться с собой, хотя в глазах стояли слёзы.

- Но вот воспитывать ребёнка с генотипом хотя бы одного из вас - вполне возможная реальность...

Лола продолжала сидеть, распрямив до упора плечи, хотя было понятно, что информация сгибает её в три погибели.

- Павел Егорович, я не понимаю...

- Да тут всё просто, Лола. Есть методы, позволяющие другой женщине выносить и родить ребенка, у которого будет генотип хотя бы одного из вас. А возможно, и двоих.

Гордей на секунду закрыл глаза. Представил Алину, которая должна была родить со дня на день. Вполне вероятно, такой ребенок, "с генотипом", скоро появится на свет. Только Лоле об этом знать точно не нужно... 

- Скажите, но как...

- Лола, это называется суррогатное материнство. Слышала?

Конечно, она слышала. Всё же она была не с другой планеты. Но никогда не думала, что это прозвучит в отношении лично её.

- Павел Егорович, объясните подробнее, - попросил Гордей. Хотя сам уже знал о процедуре и юридических тонкостях чуть ли не больше медиков.

- Ну смотрите. Мы берём у каждого из вас биоматериал. У Гордея, конечно, проще, - врач улыбнулся. - А тебе, Лола, придётся пройти процедуру стимулирования роста яйцеклеток, чтобы взять как можно больше клеток. Потом мы производим оплодотворение в пробирке. Здесь можно заказать даже пол ребёнка. А потом, если всё удалось, подсаживаем эмбрионы в матку другой женщины. Которая и выносит беременность.

- Но почему же нельзя подсадить эти эмбрионы мне? - не унималась девушка. - Почему я не могу выносить и родить?

Гордей и доктор растерянно посмотрели друг на друга. Как сказать Лоле, что некуда подсаживать? Что негде вынашивать и нечем рожать? 

 - Лола, видимо после выкидыша это невозможно. Я правильно понял, доктор?

- Да-да, совершенно верно, - пожилой мужчина с облегчением вздохнул. Ему было очень тяжело говорить диагнозы, которые обозначали приговор. 

- Но яйцеклетки у меня взять получится?

- Я очень надеюсь на это. Попытаться в любом случае стоит!

- А если я не захочу, чтобы нашего ребёнка вынашивала другая женщина, то остаётся только усыновление?

- Почему только? Это прекрасный способ иметь дома малыша. А может и не одного...

- Спасибо, - сказала Лола, поднимаясь. - Мы подумаем...

Ответила сразу за двоих. Видимо понимала, что Гордей примет и поддержит любое её решение...

***

Гордей всё же решил обсудить вопрос о суррогатном материнстве с другом. Наверняка Данил мог сказать и подсказать какие-то моменты, непонятные или пока неизвестные мужчине. Встретились они на нейтральной территории, в ресторане французской кухни. 

- Ты что будешь? - спросил Даниил? - Я уже заказал. Фондю. Хочешь присоединиться?

Он пришёл немного раньше, Гордей задержался в вечерних пробках. 

- Наверное да. Лола сегодня работает до поздна, поэтому лучше поем здесь.

Он подозвал официанта и сделал дозаказ.

Естественно, дома Гордея ждал ужин, который нужно было просто разогреть. Но дома без Лолы было пусто и уныло. Поэтому он решил ужинать с другом.

Бокал белого вина тоже будет кстати. А больше нельзя, он за рулём. Да и Лолу еще забирать с работы.

Когда вино было разлито в бокалы, Гордей решил сразу перейти к волнующему его вопросу.

- Скажи, что ты думаешь про суррогатное материнство? - спросил он у друга, который чуть не поперхнулся вином от неожиданности.

- Могу я узнать, откуда такой интерес? - ответил вопросом на вопрос Даниил.

- Оттуда, что у нас с Лолой не может быть детей. Я тебе не говорил. Но после того вечера, когда... Ну, когда тебя не было... У Лолы был выкидыш. С осложнениями. Короче, теперь без вариантов...

Даниил слушал, всё больше нахмуриваясь. Видно было, что он действительно глубоко переживает за друга и его семью.

- Так что? Скажи? Это реально вообще? Или так, выбивание денег?

Даниил продолжал молчать. Потом, словно очнувшись, вскинул голову и посмотрел в глаза другу.

- Лола согласна?

Теперь была очередь Гордея хмурится.

- Она узнала об этом методе пару дней назад. Пока переваривает информацию.

- А про усыновление вы не думали? - спросил мужчина. 

- Думали. Но я так понял, Лола теперь считает себя недостойной,  неполноценности. Не способной родить мне ребёнка. Хотя виноват во всём я!!! Понимаешь?!?

Мужчина почти перешёл на крик. На них стали оглядываться из-за соседних столиков. 

- Гор, я всё понимаю. Не шуми. Но это реально тяжело. Больше даже психологически...

- Но почему? Это же будет наш ребёнок! Мы - его родители!

- Видишь ли, в чём смысл. Ребёнок ваш, только получить его не так просто. Понятно, что всё возможно. И много примеров, ты сам знаешь.

Да, Гордей читал. Про примеры пар в шоу-бизнесе, среди политиков и актёров...

- Тут смотри какая штука. Ты - понятно. Посмотришь порнушку и кончишь в баночку. А вот Лолу будут стимулировать гормонами, чтобы выросли яйцеклетки. У нас в стране этого не говорят, но в Израиле, например, подписывается документ, что женщина понимает о многократно возрастающем риске развития рака головного мозга при таких вмешательствах. Особенно если процедур будет несколько. Ведь не факт, что с первого раза получат хорошие яйцеклетки, что они удачно оплодотворятся, а потом эмбрионы успешно приживутся в организме суррогатной матери.

Гордей слушал, пребывая чуть в трансе... Господи, рак мозга... Только этого ему ещё не хватало... Подвергать Лолу такой опасности...

- Понятно, что случаи осложнений крайне редки, но они есть. До бесконечности проводить процедуры нельзя.

Гордей продолжал молчать, сжимая и разжимая кулаки и уставившись в одну точку на скатерти.

- Ну и еще одно. Суррогатная мать, конечно, подписывает миллион разных бумаг. Но если она не захочет отдавать ребёнка - никто не сможет ей помешать. И вы не сможете на неё повлиять, потому что не будете знать, кто она и где находится. Это медицинская тайна, за разглашение которой грозит тюрьма.

Гордей впал в ещё более глубокое состояние шока.

- А теперь смотри. Вы прошли через все процедуры, всё получилось. Вы ждёте девять месяцев, а вам говорят - извините, не судьба. Лола справится?

Гордей молчал. Что можно было сказать на это? Энтузиазм, которым он заразился, узнав о возможности иметь совместного ребёнка, значительно поубавился. Практически сошёл на нет...

Какое-то время они молчали. Принесли их заказ, но беседа всё равно не клеилась.

- Гордей, узнай лучше, что нужно, чтобы усыновить. Ну там школу приёмных родителей пройти или что-то в этом роде...

Но мужчина продолжал молчать.

Когда ужин уже почти подошёл к концу, мужчины заказали кофе.

Гордей, наконец, вынырнул из своих мыслей.

- Я должен это ещё раз обдумать. И, наверное, сказать всё Лоле.

- Конечно скажи! - Даниил был однозначно за прозрачность отношений. - Обсудите с ней. Это должно быть очень взвешенное и в любом случае обоюдное решение...

Лола пребывала в растерянности. Её заедали мысли о невозможности самой забеременеть. И нужно было принять какое-то решение. Она видела, что Гордей ждёт. Что не вмешивается, не давит. Но ждёт.

Иногда он просто внимательно и как бы вопросительно смотрел ей в глаза. Или наоборот, прерывался в самой середине разговора и будто прислушивался, погрузившись в себя.

Лола понимала, что их решение будет зависеть от того, чего захочет она. Но ей, как слабой духом личности, было очень трудно на что-то решиться.

Если она сейчас согласится на усыновление, не будет ли потом упрекать себя, что даже не попробовала подарить Гордею наследника. А если согласится на процедуру с суррогатной матерью, не станет ли это началом конца? Признанием себя недееспособной. Захочет ли Гордей быть с ней и дальше?

Лола не боялась не полюбить малыша, рождённого другой женщиной. Конечно она его полюбит. Или её. Всё равно это будет её, Лолы, вернее их с Гордеем малыш. Хоть суррогатный, хоть усыновленный. 

Но она не знала, сможет ли прикипеть сердцем к ребёнку её муж. Ведь при усыновлении это будет не их, а как бы чужой кроха. Как сказал доктор, "генетически" чужой. 

В любом малыше мама, папа и все окружающие ищут черты кого-то из родителей. "Смотрите, копия мамы, только мальчик". Или "Очень на папу похожа. Значит счастливая будет..."

А если усыновить, тогда как? На кого будет похож ребёнок?

Лола решила обсудить это с Гордеем. Как-нибудь вечером.

А пока ей нужно было собираться на ужин к родителям мужа. У свекрови был день рождения. 

Лола совершенно не хотела ехать. Она постаралась свести общение с родственниками до минимума. Но видела, как тоскует Гордей. Он же был очень близок с отцом. А они даже не позвали родителей на свадьбу.

Лола понимала, что этим только усугубила своё положение ненавистной невестки, но тогда она была просто не в состоянии вынести общение с матерью мужа. 

Сейчас же, немного окрепнув и морально, и физически, Лола согласилась на этот вечер. Только ради Гордея. Было бы совсем неуместно, если бы он поехал один. А не поехать он тоже не мог, всё же Гордей действительно сильно любил мать и отца.

У Лолы был в этот день выходной, поэтому она позволила себе пойти в парикмахерскую, к косметологу и маникюрше, чтобы выглядеть достойной своего мужа. Да и костюм был куплен заранее. Красивого бледно-розового цвета. В нём Лола выглядела ещё более юной и свежей.

Гордей заехал за ней после работы. Он был уставший, но явно в хорошем расположении духа. На заднем сидении лежал огромный букет алых роз. Просто на всё сиденье. В руках же мужчина держал букет ромашек. Непонятно, где он их взял в конце октября, но с уверенностью протянул цветы Лоле.

Это были первые цветы, не считая свадебного букета, которые мужчина подарил жене. Конечно в памяти обоих всё ещё был бледно-розовый букет, ставший причиной их личного ада. Поэтому, видимо, Гордей решил сменить и цве, и вид цветов, но не оставить жену без внимания.

- Это тебе, - сказал просто и притянул, целуя в губы. А потом подмигнул. - Погадаешь на меня?

Лола рассмеялась. 

- А есть вариант, что не любишь?

Гордей тоже улыбнулся. Но потом улыбка сползла с его лица.

- Нет, без вариантов, - сказал серьёзно. И поцеловал, теперь уже властно, чувственно, словно заклеймил.

В доме у родителей Гордея был настоящий прием. Точнее, это был не дом, а особняк.

Лола впервые приехала сюда и не ожидала увидеть подобную роскошь. Очень напоминало усадьбы миллионеров из американских фильмов про богатых. С подъездной аллеей, обсаженной живой изгородью, с широкими ступенями лестницы, выстлаными ковровой дорожкой, с прислугой...

И она здесь, как Золушка. Хорошо хоть Гордей рядом, сама бы она в такую обстановку ни за что не сунулась.

Зайдя по лестнице во входную дверь, они попали сначала в комнату по типу гардеробной. Со швейцаром, который помог им раздеться. Интересно, швейцар тут у них штатный или нанят по случаю приёма?

Затем последовала огромная гостинная. Скорее даже зал. Слева был накрыт шведский стол с разнообразными закусками. Справа несколько французских дверей вели на веранду. Однако лишь несколько человек вышли на свежий воздух, остальные гости, коих было не менее сорока человек, разместились внутри. Кто-то сидел в креслах и на элегантных диванчиках, кто-то потягивал напитки или подкреплялся, несколько пар танцевали в дальнем конце зала. 

Гордей сразу повёл Лолу к виновнице торжества, стоящей рядом с супругом. Она сверкала фарфоровой улыбкой и затмевала всех присутствующих бриллиантовыми украшениями.  

Лола почувствовала себя скромной кухаркой по сравнению с потомственной аристократкой, но отступать было некуда. Пришлось расправить плечи и пройти вместе с мужем "на поклон".

На удивление, свекровь сменила гнев на милость и достаточно приветливо улыбалась паре. Или это просто искусная игра на публику? Но всё же Лола предпочла думать, что худой мир лучше доброй ссоры. 

Когда все приветственные слова и пожелания, уместные случаю, были сказаны и соответствующие благодарности получены, Гордей решил познакомить Лолу с некоторыми присутствующими. Так она узнала его двоюродную тётку Викторию, которая, не смотря на явную разницу в возрасте, попросила называть её Вика и на "ты". Еще познакомилась с крестным Гордея и его супругой, очень приятными, на первый взгляд, людьми. Потом были деловые партнёры, имена которых запомнились с трудом. 

В довершение был старый друг отца Федор Николаевич Панов с дочерью Анастасией. Лола сразу почувствовала какую-то неприязнь, идущую от обоих, но продолжала улыбаться и обмениваться банальностями. 

Была в гостях и Ксюша, та красотка, что присутствовала в ресторане, когда Гордей сделал Лоле предложение. На удивление, девушка очень радушно поздоровалась с обоими супругами. Даже поцеловала Лолу в щеку как старую подругу. Ну, как поцеловала, чмокнула где-то возле уха, не коснувшись. Но, видимо, это было так модно и так положено. "Ладно, мы и это стерпим" - подумала Лола, снова улыбаясь в ответ. 

После обмена приветствиями еще с несколькими гостями, имена которых Лола уже была не в состоянии запомнить, Гордей повел жену к столу. Набрав всяких вкусностей, супруги устроились за высокий столик, присоединившись к крёстному Гордея. 

Разговор шел непринуждённо и легко, пока вдруг не коснулся темы детей. Супруга крестного, Александра Ивановна, сказала, что они сегодня не смогут задержаться долго, потому что им привезут на выходные внуков. 

- Гордей, вы бы тоже с наследниками не тянули, - невинно посоветовал Сергей Сергеевич. - Да и мать твоя наверняка о внуках давно мечтает.

Это было... это было... было...

... словно перекрыли кислород. Словно погрузили на глубину и не давали всплыть на поверхность.

- Да, конечно, дядь Серёж. Мы активно работаем в этом направлении, - перевёл всё в шутку Гордей. И подмигнул крёстному, одновременно сжимая враз похолодевшие пальцы Лолы в своей ладони. 

- Ну и правильно! - обрадовался мужчина. - Дело-то молодое...

И подмигнул в ответ...

- Я хочу уйти, - сказала Лола севшим голосом.

- Милая, потерпи немножко. Если мы сейчас уйдём, мать обидится. Ты же знаешь, какой она сложный человек. Думаю, лучше её не расстраивать...

Лола всё понимала, только ничего не могла с собой поделать. Ей было очень неприятно. И больно.

Почему чужие люди, которых она видит в первый раз в жизни, считают, что имеют право вмешиваться в вопросы планирования их семьи? Это по меньшей мере неэтично. А в принципе ещё и грубо. Это как пройти кирзовым сапогом по кровоточащей ране.

Конечно, краем сознания Лола понимала, что она просто накрутила сама себя, но от этого не становилось легче. Ведь это только начало. Они женаты всего три месяца. А что же будет, если пройдет пару лет и у них не появится ребенок? Вопросы будут ото всюду? Как это выдержать, как стерпеть?

Почему-то именно в этот момент Лола поняла, что она пойдёт на всё, лишь бы у них был ребенок, и больше не было таких ситуаций. Суррогатное материнство - да! Не получится - усыновление! С сохранением тайны. Она будет имитировать беременность,подкладывать подушку и ходить в развалочку. Но она сделает это! Иначе просто не выжить...

***

Гордей предупредил, что отойдёт на пару минут, и Лола осталась одна. Решила, что лучше всего выйти на веранду. И воздух свежий, и общаться не придётся. А то подойдёт супруга какого-нибудь партнёра, а Лола имя не запомнила. Неудобно...

Или хуже того, опять разговор о детях пойдёт!..

На улице было свежо без верхней одежды, но это было даже приятно. Остужало. Отрезвляло.

И чего она так разнервничалась из-за слов Сергея Сергеевича? Ну спросил мужчина. Так он ведь ничего плохого не имел в виду, просто пошутил. Ладно, надо выкинуть дурное из головы, решение уже всё равно принято.

Вдруг Лола услышала звук открываемой двери. На секунду в тишину веранды, смотрящей в тёмный сад, ворвались звуки веселья. Но почти мгновенно всё стихло. А за спиной Лола услышала знакомый голос.

- Не постеснялась, значит, приехать, да? 

Лола молчала. А что она могла сказать?

- Как нас с отцом на роспись - так не пригласили. А как сама - так приехала! 

И тут Лолу взяла злость.

- Не пригласили, - сказала она, поворачиваясь к свекрови лицом, - потому что вы не хотели нашего брака. И скандалы в тот день были бы совершенно ни к чему!

- Я и сейчас не хочу! - выплюнула ей в лицо женщина. - Ты еще пожалеешь, что встала у меня на пути!

Лола понимала, что спор это бесполезный, но промолчать всё равно не смогла.

- Я никуда не становилась. И сегодня приехала, потому что так хотел Гордей. 

Сказала твёрдо и хотела отвернуться, чтобы прервать общение, но свекровь была явно настроена не менее решительно.

- Так вот, ты пожалеешь! Я разлучу вас любой ценой! Тем более, что у Гордея остался очень хороший вариант. Настенька Потапова. Они были бы уже женаты, если бы не ты!

И тут Лола вспомнила, что когда-то рассказывала ей в клубе Марина. Про несостоявшуюся невесту Гордея, которая потом резала вены в наркотическом припадке.  

- Это которая наркоманка? - решила и тут не молчать девушка. - Да, достойная пара...

- Зато она из богатой и уважаемой семьи. Не то что ты, голодранка. Повариха...

Лола смотрела на мать мужа и действительно недоумевала. То есть она, не гулящая, трудолюбивая и верная - неподходящая партия. А вот наркоманка с хорошей родословной - самое оно.

- Тем более Настенька давно уже вылечилась. И может по праву занять место в нашей семье!..

- А, вот вы где! - раздался за их спинами голос Гордея. - А я тебя ищу,  - сказал он, обращаясь к Лоле. И, подойдя, обнял её сзади за талию. - Не замёрзла?

Мать с ненавистью посмотрела на избранницу сына. 

- Надеюсь, ты меня услышала! - сказала надменно и удалилась.

Лола теснее прижалась спиной к Гордею. Ей было очень приятно, что в этот момент он поддержал именно её, пойдя наперекор даже своей матери.

- Давай уедем, - попросила девушка. - Пожалуйста. 

- Ну, если ты настаиваешь, то давай...

А на следующий день у них сотоялся разговор. Они долго обсуждали, что им делать и как быть. Было решено всё же попытаться найти суррогатную мать и получить совместного, генетически родного ребёнка.

Гордей, конечно, рассказал Лоле всё, что ему поведал Даниил. Но Лолу это не испугало. Казалось, девушка больше не хочет слушать никакие аргументы против такого метода.

- Гордей, давай один раз всё же попробуем. Если не получится - обещаю, больше я не буду повторять попыток. Ну хотя бы один раз...

Мужчина, понимая, что именно он - виновник всей этой ситуации, всей Лолиной беды, скрепя сердце согласился. 

Но с условием, что и про усыновление они тоже начнут узнавать. А может быть и собирать документы...

Оказалось, что это действительно легче делать параллельно.  Потому что и перед экстракорпоральной процедурой, и перед усыновлением, нужно пройти медицинское обследование. Получилось, что они просто заполняли сразу оба бланка. 

Врач, что до этого вёл Лолу, посоветовал им клинику и врача-репродуктолога, к которому рекомендовал обратиться. Ожидая полторы недели перед первичной консультацией, Лола узнала, где в их городе можно пройти школу приёмных родителей. Именно с неё и медицинской части им посоветовали начать органы опеки.

Гордей с энтузиазмом поддерживал все дела, вечером они много обсуждали тему приемных детей. Была куплена литература по тонкостям усыновления. Особенно близки Лоле стали книги Людмилы Петрановской, детского психолога, специализировавшейся именно на теме приёмства.

Такой объем обрушившейся информации требовал времени на обдумывание. Оказалось, что в усыновлении, так же как и в репродуктивных методиках, всё далеко не гладко. Что есть психотравма, от  которой ребенок может так и не отойти. И тут не достаточно просто любить и заботиться, нужно ещё очень много знать. 

Поразила Лолу теория привязанности. Она почему-то никогда не думала, что это на самом деле так. Что ребёнок привязан к маме или другому главному взрослому, и что это - основа его здоровья, развития и роста. Иными словами если ребёнку есть для кого жить - он живёт. Растёт, развивается, радует папу и маму. Если нет... Вот тут Лоле реально становилось плохо при мысли о детях в детдоме, у которых нет этого главного взрослого. И, не смотря на мощнейшую реорганизацию, проведённую за последние годы в этой сфере, всё равно сотни тысяч детишек оставались без родителей.

Ей было до слёз жалко этих мальчиков и девочек. Но она специально не заходила на сайты Министерства социальной политики,  чтобы не резать душу фотографиями малышей.

В указанный день они с Гордеем отправились в клинику, занимающуюся бесплодием. Врач, Людмила Ивановна, женщина в возрасте, устало посмотрела на пару поверх очков. 

- Павел Егорович сказал, что вы хотите суррогатное материнство.

Лола и Гордей утвердительно кивнули. 

- Хорошо. Нужно будет сдать анализы. И потом мы встретимся опять для планирования проведения процедуры.

Пара опять кивнула.

- Лола, вы будете принимать препараты для того, чтобы вырастить несколько яйцеклеток. Потом мы попытаемся их оплодотворить. И, если не найдём сразу суррогатную мать, получившиеся эмбрионы будут криоконсервированы до того момента, пока подходящая женщина не будет найдена и подготовлена. Всё, что я сказала, прописано в договоре. Вот его образец, ознакомьтесь дома.

Гордей взял протянутые листочки.

- И, кстати, у вас есть заключения специалистов?

Лола достала из красной папки обходные листы.

- Отлично, что вы уже подготовились. А теперь пойдёмте в лабораторию...

Гордей уехал в командировку. Сказал, что скорее всего на целую неделю, но обещал, что эта поездка - одна из последних.

А Лола начала получать уколы препаратов. Вроде бы переносила она их неплохо. 

Гордей еще и поэтому торопился, ему хотелось быть рядом с женой. Он даже в какой-то момент заявил, что не поедет.

Но Лола уговорила. Дела есть дела, и они сами себя не сделают. Лучше уж пусть уладит их сейчас, а не потом, когда будет ожидание успеха или провала процедуры. Тогда он точно нужен ей будет рядом. Потому что Лола понимала, что именно тогда и начнётся самое трудное. Ждать, надеяться, прислушиваться, а не звонит ли телефон, но при этом сидеть сложа руки, не в силах повлиять на исход.

Им сказали, что нашлась подходящая женщина. И что если оплодотворение получится, скорее всего эмбрионы замораживать не придётся. От этой новости Лола почему-то поверила, что всё будет хорошо. 

Поэтому достаточно спокойно отпустила мужа. Сейчас же ничего не происходило, она просто ездила каждый день в клинику, чтобы получить новую долю манипуляций. А дома пила ещё таблетки.

Гордей,  уезжая, всё не мог распрощаться. Целовал, обнимал. И снова целовал. А потом тискал. Пока Лола сама не выставила его за дверь.

Он обещал звонить. И обещал подарок. А ещё - вернуться как можно скорее.

- Привет, соседка! - сказал парень лет двадцати пяти. - Я вот недавно переехал, решил вот прийти познакомиться. А то неудобно как-то получается. Будем жить рядом, а не знакомы.

- Ну да... - Лола не знала, что на это ответить. - Будем знакомы. Я - Лола.

- А я - Виктор! - с восторгом сказал молодой человек. - Чаем напоишь?

- Извините, но муж скоро вернётся. Надо ужин готовить.

Никакой муж сегодня вернуться не должен был, но этому так называемому соседу знать об этом не нужно.

- Ну так мы и поужинаем вместе! И с мужем твоим познакомимся!

Лола не знала, как повежлевее отказать. 

- Давай, соглашайся! А пока можем просто чай. Я вот пирожных купил!

Лола, как воспитанная девушка, не нашлась, что сказать. Только молча отступила в сторону, давая пройти.

- Ну что, хозяйка, ставь чайник! 

Лола поставила чайник, достала пачку чая. Разложила в вазочку принесённые эклеры. 

- А я этажом выше живу теперь! Только у меня квартира поменьше, - парень осмотрелся. - Ну и обстановка не такая уютная. Сразу видно, что ты хозяйка хорошая.

Лола заварила чай, поставила чашки на стол. 

В кухню важно вплыл Василий. За это время он превратился в наглого толстого увальня. Кот понюхал гостя, фыркнул и запрыгнул на своё место на подоконнике.

Но только девушка присела на стул, раздался звонок домофона.

- Извините, - Лола пошла к входной двери.

- Пиццу заказывали? - сказал из динамика грубый мужской голос.

- Нет, извините, вы ошиблись, - сказала Лола и хотела отключиться. Она беспокоилась, что оставила гостя одного.

- Как не заказывали? - снова послышался голос. - А кто же тогда заказывал, я что ли?

- Я не заказывала пиццу! - Лола  начала нервничать, но старалась этого не показывать.

- Ну как же, дом десять, квартира двадцать три...

- У меня квартира тридцать два. Вы ошиблись номером квартиры!

В домофон помолчали.

- А, ладно. Извините.

Когда девушка вернулась на кухню, новый сосед уже выпил почти пол чашки чая.

- Лол, садись, чаю попьём, да я пойду. А то и впрямь неудобно получается, отвлекаю тебя...

Лола снова присела за стол, отхлебнула из чашки. Странный привкус у этого нового чая, с горчинкой что ли. И запах непонятный. 

- Да ты бери пирожные, я что, зря покупал!

Пришлось взять одно и, откусив, запить чаем. 

- Скажи, а ты кем работаешь? - не унимался сосед. А Лоле сейчас хотелось только одного - чтобы он ушёл и оставил её в покое.

- Поваром!

- А, ну тогда понятно...

- Что вам понятно? - Лола постаралась скрыть раздражение, снова откусив пирожное. Вкусно...

- Ну, что ты мужу ужины наготавливаешь... А у меня вот нет жены-повара. Да и вообще жены нет. Некому для меня ужин готовить...

Парень явно загрустил.

- Ну так женитесь... - посоветовала Лола.

Разговор начал её утомлять. 

- Так где ж её взять!

- Кого? - не поняла девушка.

- Ну, жену-повара. Сейчас все модные, хотят по ресторанам питаться. А так, чтобы дома, по семейному...

Всё с ним ясно. Хочет найти бесплатную домашнюю рабсилу. 

- Что-то я устала сегодня, - Лола и впрямь почувствовала себя нехорошо. - Пойду лягу. Извините, Виктор. Вам, наверное, пора.

Лола хотела встать, но ноги не держали. И голова стала совсем тяжёлой. 

Неужели это из-за гормональных препаратов, которые она начала принимать? Раньше такого не было...

***

Проснулась она совсем разбитой. Получается, отключилась. Она была в одном белье, одежда лежала, небрежно брошенная на кресло. 

Значит, она всё таки смогла дойти до кровати и раздеться. Лола надеялась, что нежданный и названный гость Виктор захлопнул за собой дверь...

С тяжёлой головой поднялась с кровати и пошла проверять. Хорошо, что сегодня на работе выходной, можно будет еще поспать.

А, нет, ей же ехать в клинику к двенадцати часам. Ладно, время ещё есть.

Дверь оказалась захлопнута. Значит, всё нормально. 

Лола приняла душ, сделав воду потеплее. Почему-то её немного знобило, как с похмелья. Это препараты на неё так действуют, что ли... 

Или заболела? Нет, только не это! Ей сейчас нельзя!!!

Позвонила Гордею. Он обещал вернуться уже очень скоро, возможно даже завтра. 

Но это и так было понятно, через три дня у них планировалась процедура. Он в любом случае тоже должен был присутствовать...

Вернулся Гордей действительно на следующий день. Лола чувствовала себя намного лучше, только голова болела, да кожа на голове странно тянула. Как будто кто-то пытался выдернуть у неё волосы, но не смог.

Гордей с порога полез с поцелуями, нежностями и в итоге всё это перешло в быстрый секс на диване гостинной. Ну, собственно, спасибо, что туда добрались. В прошлый раз вообще во входном коридоре...

- Я приготовил тебе подарок. Не знаю, как ты отнесешься, но я бы хотел... 

С этими словами Гордей вынул из кармана ключи от машины и вложил их Лоле в руку. 

- ...хотел бы, чтобы ты научилась водить машину. 

Лола сначала непонимающе смотрела на мужа, потом растерянно улыбнулась.

- Но я никогда не думала...

- Ну вот на досуге и подумаешь. А пока пойдём посмотрим твой подарок.

Они спустились на подземный паркинг. Там радовала взгляд серебристая новенькая красавица. Лола не очень разбиралась в марках машин, и такого значка, как на этой, не знала.

- А как она называется? - осторожно спросила, проведя нежно пальчиком по лакированному боку.

- Мазда, - ответил Гордей. - Ну что, нравится? Будете дружить?

Лола, которая до сегодняшнего дня и не думала "дружить" ни с какой машиной, неуверенно кивнула. 

Машинка и впрямь была очень хороша. А при мысли, что она принадлежит Лоле на душе становилось как-то тепло. Словно и впрямь новая верная подруга появилась.

- Спасибо большое...

Лола еще раз обошла автомобиль, не зная, с какого бока подойти. Но когда вернулась со стороны родительской дверцы, Гордей распахнул эту самую дверцу перед ней.

- Садись внутрь.

Лола неуверенно села. Положила руки на руль.

Неужели она сможет? Научится водить и будет ездить на этом серебристом чуде?

Гордей обошёл с другой стороны и сел на пассажирское сиденье. Взял ключ и вставил в зажигание. 

- Заводи, - скомандовал.

- Но я не...

- Не бойся. Просто проверни ключ.

Лола сделала, как ей велели, и машина тихонько заурчала. Она слушается! Лола повернула ключ - и машина её послушалась!

Почему-то это простое действие навсегда сдружило Лолу с новым автомобилем.

- Я записал тебя в школу вождения. Занятия начнутся с этого понедельника. Как раз развлечешься во время ожидания.

Оба они понимали, что наступает самое тяжёлое время во всей их затее. Поэтому такая забота, что сейчас проявил Гордей, была очень приятна Лоле, она действительно сможет немного отвлечься.

- И вот тебе правила дорожного движения. Можешь начать изучать на досуге.

Лола потянулась к мужу и стала сначала нежно, потом всё более настойчиво целовать его.

А вечером, словно переступив какую-то черту, стала на колени и начала расстегивать брюки мужчины. От таких действий жены Гордей возбудился мгновенно. Но, не смотря на сильное желание, не сделал ни одного грубого или принуждающего движения. Всё было именно для удовольствия. Двоих. Её - что может так возбудить и удовлетворить мужа, его... Ну, тут и так всё понятно...

Через два дня настало время Х. 

Лоле ввели внутривенный наркоз. Она заснула, даже не успев досчитать до десяти. 

А проснулась очень легко, как будто у себя на кровати. Её переложили на качалку, на живот определили пузырь со льдом.

Потом она ещё пару часов провела в палате под наблюдением. Людмила Ивановна, врач, несколько раз подходила, щупала живот, проверяла давление.

Гордей всё время был рядом, держал Лолу за руку. 

Последние два дня у них не было секса. Вернее не так. Секс был, но только в пользу Лолы, когда Гордей целовал её везде...

А Гордею запретили половые акты. Ну, чтобы полученный материал был как можно лучше.

- Ты как? - в сотый раз спрашивал мужчина.

- Всё хорошо...

Лола действительно чувствовала себя нормально. Немного ныл живот, как при месячных. Особенно после того, как убрали лед. Но в целом всё было отлично.

Гордей напоил Лолу компотом, так как она с утра перед наркозом ничего не ела, и увёз домой.

Через день у Лолы начинались занятия в автошколе. Она уже один раз прочитала книжку с правилами. Многое там не поняла, подчеркнула. Решила выяснять на занятиях. 

Это действительно отвлекало от мыслей и ожидания.

 А в понедельник им позвонила Людмила Ивановна и просила приехать в клинику ближе к пяти вечера...

***

Людмила Ивановна, как всегда, не улыбалась. Не потому, что была невежливой, просто она скорее всего очень серьёзно относилась к работе. 

- Итак, - начала врач. - Во время пункции мы получили восемь яйцеклеток. После наших манипуляций сейчас мы имеем...

Врач посмотрела что-то в компьютере.

- ... шесть оплодотворившихся эмбрионов. Четыре развиваются очень хорошо, прошли стадии деления, которые положено. Два немного отстают. Но это тоже ничего. Они, скорее всего, вполне жизнеспособны. 

На глазах у Лолы появились слезы. Надо же! Целых шесть! 

- Ведь это... - начала она осипшим внезапно голосом. - Это ведь повышает наши шансы? Да?

И заискивающе посмотрела в глаза врачу.

- Конечно, Лола. Если честно - это великолепный результат. Такого достаточно редко удаётся добиться.

Гордей с силой сжал Лоле ладошку. Он тоже ужасно нервничал, просто не показывал это так явно.

- Теперь я хочу с вами обсудить дальнейшие действия. Смотрите, сейчас, исходя из нашего опыта, после такой процедуры мы подсаживаем в полость матки не более двух эмбрионов. Хоть родной матери, хоть суррогатной. Если приживутся оба - двойню вполне могут выходить на современном этапе развития медицины. А вот если больше - это в разы повышает риск невынашивания и недоношенности. Ну, или же придётся разрушить один из эмбрионов. Но это очень высокий риск прерывания.

Ладонь Гордея сжалась сильнее. Лола тоже сидела ни жива, ни мертва.

- Поэтому, я предлагаю самые сильные из шести получившихся эмбрионов подсадить суррогатной матери. Вы же знаете, что мы нашли вам кандидатуру. А остальные криоконскрвировать. Попарно. Один - слабый, второй - тот, что посильнее. Таким образом, если не произойдёт приживление эмбрионов в этот раз и у этой женщины, мы сможем попробовать ещё дважды. Без стимуляции и новой пункции.

Лола наконец-то поняла, что всё не плохо, а, наоборот, хорошо. Обнадёживающе. 

Она ведь обещала Гордею больше не проходить через процедуру приёма гормонов. А теперь получается, что у них есть еще два шанса, не считая этого.

- Эмбрионы при криоконсервации могут храниться бесконечно долго. Так что если сейчас всё удастся, вы сможете прийти ещё за детьми через время...

А вот это было уже даже чересчур. Несколько детей... О таком Лола могла только мечтать. Она не надеялась и на одного, а тут... 

А вдруг это действительно возможно? Вдруг небо сжалится над ней и подарит деток? 

От пережитого напряжения, а потом облегчения, Лола внезапно разрыдалась.

- Лолочка, ну что вы? - успокаивала её врач. - Всё же пока хорошо!

А Гордей просто сжал жену в объятиях и зарылся носом в волосы любимой...

Результат по приживаемости эмбрионов им обещали сообщить через две-три недели. 

В это время Лола усердно работала, отвлекая себя от тяжелых мыслей. Да и новая должность требовала новых усилий.

А ещё она посещала курсы. И прошла уже два урока вождения на тренировочной площадке.

Ей безумно нравилось управлять автомобилем. Странно было, что она раньше никогда сама не думала о том, чтобы купить машину. 

Через неделю на работе её нашёл посыльный, и вручил небольшую посылочку. 

Лола сначала недоумевала, от кого же это и что может быть внутри. Но до конца работы ей некогда было с этим разбираться, она просто сунула пакетик в сумку и забыла о нём.

Вспомнила только на следующий день, когда Гордей уехал на работу, а она собиралась на очередной урок вождения. Сегодня она была выходная.

Лола достала посылочку из сумки, повертела в руках, потом распечатала.

Внутри лежала флешка и сложенный в несколько раз лист с печатным текстом.

Она открыла лист и начала читать. Там было всего два предложения. Без подписи. Но тон послания и его содержание не давали усомниться в том, от кого оно...

Лола включила компьютер в кабинете у Гордея,  вставила флешку. Там был один единственный файл.

И когда на экране появилась их спальня, Лола впала в ступор. А от разворачивавшегося действа просто готова была умереть.

На их с Гордеем кровати была она, Лола, раздетая до белья. А над ней навис мужчина. Но снято было так, что его лица не было видно.

Лола пыталась понять, когда это смогли снять, и кто был этот мужчина. Но мозги отказывались работать. Потому что то, что началось дальше, было... было...

Мужчина подошёл к кровати, подтащил Лолу к краю, чтобы голова свешивалась. Потом расстегнул брюки и достал оттуда...

О нет! Господи, нет!!!

Но экран продолжал беспощадно демонстрировать запечатлённые кадры.

Лола в отупении смотрела, как на экране какой-то мужик трахает её в рот. Иногда немножко, иногда входя поглубже и удерживая голову за волосы. Но создавалось впечатление, что нет никакого насилия, что всё происходит по обоюдному согласию, что все всем довольны.

А потом картинка сменилась. Теперь Лола стояла на краю кровати, а мужчина брал её сзади. Лица Лолы видно не было,но были слышны тихие стоны. Не понятно, то ли боли и страдания, то ли удовольствия...

Почему-то именно звук этих стонов вывел Лолу из состояния прострации. Она выключила компьютер, вынула флешку и выкинула её в мусорное ведро.

Потом взяла в руки письмо. При первом прочтении она не сильно впечатлилась угрозами, написанными в нём. Но теперь они звучали куда более весомо.

Еще раз перечитала строки. 

"Посмотри видео. Если на Новый год вы будете всё ещё женаты, его увидит Гордей"...

***

Лола сидела и смотрела на свои руки. Просто смотрела. Но не видела.

Недавно она вылезла из душа, где тщетно пыталась драть себя мочалкой. Потом чистила зубы, вспомнив о первой части видео. И снова тёрла и тёрла, намыливала и намыливала. Пока не поняла, что не сможет нормально сидеть, так растёрла промежность.

Только вот чувство грязи, в которую её вываляли, никуда не проходило...

Она догадывалась, что автор письма - её свекровь, больше особо некому. Но не могла поверить, что женщина может поступить так подло.

А потом пришло понимание. И кто этот мужчина, и когда могли снять видео. Ведь на нём их спальня в этой квартире, а сюда они переехали несколько месяцев назад.

И был единственный вечер, когда она не помнила, что происходило. Вечер визита непонятного соседа. Виктор. Или Вадим... Она не запомнила. 

Да и окончания вечера не помнила тоже, списала на приём гормонов.

Скорее всего... ну конечно, она же почувствовала странный привкус чая. То есть пока она отходила к домофону... 

А разносчик пиццы, который ошибся... получается, всё было подстроено...

И конечно это никакой не сосед!

Лола мысленно ухмыльнулась. 

Какая же она дура! Пустить незнакомого мужчину в квартиру, есть какие-то пирожные, оставить его одного...

Господи. Ну ничему её жизнь не учит!

Лола достала флешку из мусорного ведра, покрутила в руках и решила пока не выбрасывать. Мало ли...

А вот что делать с угрозами - непонятно. Если Гордей увидит это видео - поверит ли ей? Или всё же предпочтёт думать, что Лола реально ему изменила...

Зная, как неадекватно мужчина реагирует, когда ревнует, девушка понимала, что до этого нельзя доводить.

И видела из сложившейся ситуации два выхода. Первый - она подаёт на развод и обо всём молчит. Они разводятся, она возвращается в свою крошечную квартирку и свою прежнюю жизнь.

Но тут Лола вспомнила про процедуру, результаты которой они ожидали. Ведь вполне возможно, что какая-то женщина уже беременна их ребёнком. Пусть это дико звучит, но Лола уже любит этого малыша. И никому не отдаст. И если они разведутся без объяснения причин, останется ли Гордей таким благородным? Отдаст ли ей новорождённого? Он же тоже вполне может претендовать на роль очного, а не заочного родителя. А учитывая неравенство в финансовом положении, сможет нанять таких адвокатов, что ей не выиграть эту битву.

Тогда оставался второй вариант. Перестать прятать голову в кусты и ударить первой. Показать Гордею письмо и рассказать о том, что её шантажируют. И что её накачали какой-то дрянью и изнасиловали, сняв на камеру. А потом смонтировали "фильм", где всё вроде бы по обоюдному согласию. Да ещё и у них в спальне, на их кровати...

Но во втором варианте было одно существенное "но". Это её нерешительность.  

Хорошо хоть решение принять нужно не сиюминутно. До Нового года еще больше месяца. 

Гордей сказал, что снова уедет в командировку. Вроде ненадолго. Вот как раз у неё будет время подумать и всё решить.

Только как отмыться от того омерзения, которое она сейчас чувствовала?..

***

Оставалось всего несколько дней до получения результата. Лола ждала с нетерпением. 

Она решила до этого не говорить Гордею про видео и шантаж. Если беременность не получится, может у них и так всё не сложится, и Гордей захочет уйти сам. А если получится - вряд ли будет реагировать так остро. Всё же они будут связаны одной общей проблемой - проблемой ожидания в течение этих девяти месяцев.

Муж снова уехал в командировку, сказал, что в этом году - последнюю.

Лола не находила себе места, очень хотела, чтобы Гордей был рядом. Это скрасило бы нервозность, которая теперь была её постоянным спутником.

Девушка загрузила себя работой, в свои выходные ходила на курсы и уроки вождения. Ей очень нравилось, и уже начало немного получаться. Они с инструктором даже выезжали в город несколько раз.

Лола решила заплатить еще за дополнительные уроки, которые не входили в программу обучения, чтобы чувствовать себя за рулём более комфортно. А пока она вставала из машины с мокрой спиной и крепатурой в руках. Но счастливая и довольная. 

Пока опять не вспоминала, что скоро будет произнесён "приговор".

В этом году ноябрь выдался на редкость холодным и бесснежным. Голые деревья, промерзшая земля, хмурое серое небо тоже не улучшали состояние и настроение.

Лола заканчивала дневную смену, когда позвонила Людмила Ивановна. Сказала, что хочет их видеть завтра.

Гордей обещал вернуться первым же рейсом. 

Потом перезвонил и просил его ждать, рейс откладывался из-за непогоды. Там начался сильный снегопад.

Лола вернулась домой и в почтовом ящике увидела конверт. Без адресата. Может ошиблись?

После посылки, которую ей прислали с посыльным, Лола очень болезненно относилась ко всякого рода посланиям. И снова какой-то конверт...

Девушка поднялась домой и с опаской посмотрела на письмо. 

Решила сначала, что не будет открывать. А вдруг это не ей?

Но может быть кто-то ждёт, а она, не вскрыв, не сможет ведь узнать, кому оно адресовано.

Поэтому решение напрашивалось само собой.

Аккуратно разрезав с краю плотную бумагу, Лола нашла внутри фотографии. 

Не очень хорошего качества, видимо снимали издалека. Но вполне узнаваемо.

Потому что она знала тех, кто был запечатлён. Хорошо знала...

Всего три карточки. И даты на обратной стороне...

Но, посмотрев их, девушка поняла, что ничего уже не будет по-прежнему. Никогда...

 В дверь звонили. И телефон разрывался где-то рядом. Но Лола не могла найти в себе сил и что-то сделать.

Она хотела бы встать, но не слушались ни руки, ни ноги.

Хотела попить воды, но как до неё добраться?

А если это что-то важное?

Если кому-то сильно нужно её увидеть?

И тут она вспомнила...

Вспомнила, что ждала Гордея. Что должна была завтра поехать к врачу. Что возвращалась с работы. Нашла конверт с фотографиями...

Лучше бы она тогда умерла, не пришлось бы вспоминать...

Тело снова задеревенело, и Лола опять провалилась в спасительное небытие.

- Эй, подруга, ты жива? - трусила её за плечо Инна.

Откуда здесь Инна? Где Гордей?

И снова воспоминание... И резкая боль в голове и в области сердца...

"Господи, пожалуйста, прекрати мои мучения" - понеслось в голове той, которая в принципе была атеисткой.

- Так, давай, поднимайся. Пойдём в душ, - не отставала подруга.

- Нет, - еле слышно прошелестела засохшими губами Лола. 

- Давай, кому говорят!

- Пить хочу... - снова лишь шелест.

Или не пить? Может так мучения быстрее закончатся? 

Потому что было совершенно непонятно, как жить дальше.

С кухни вернулась Инна со стаканом воды.

- Давай, пей! - попыталась вложить Лоле в руку стакан, но рука не поднималась. Тогда подруга прислонила его Лоле к губам.

- Пей, - повторила еще раз.

Лола сделала несколько глотков, от чего гул в голове многократно усилился. Получается, лучше было не пить.

В голове начало что-то булькать и перекатываться.

Лола закрыла глаза. И память услужливо подсунула фото из конверта, тут же всплывшие перед глазами.

Неужели она никогда не сможет избавиться от прошлого? Неужели оно всю жизнь будет всплывать острыми осколками и резать по живому?

Тогда зачем жить? Просто чтобы мучиться?

Лола, так и не открывая глаза, легла обратно. И снова забылась.