Курорт в наследство

– Полина, у тебя времени два часа, – бросила свекровь, презрительно поджав губы. – К возвращению Олежки ты должна покинуть мой дом. 

Я замерла, как вкопанная, не в силах поверить собственным ушам. 

Жанна Дмитриевна в очередной раз пришла без приглашения и начала раздавать мне указания, будто я была здесь прислугой. А сама даже обувь не сняла, так и ходила, цокая каблуками по белоснежному полу.

– Вы о чем? – спросила я, надеясь, что все же ослышалась. 

Свекровь пренебрежительно обошла меня, будто я была пустым местом, и провела пальцем по одной из тех фарфоровых безделушек, которые она так старательно выставляла на полке в нашей гостиной. 

– Надеюсь, Алла будет лучше содержать этот дом и не превратит его в хлев, – презрительно бросила Жанна Дмитриевна, скривившись при виде живых роз, стебли которых я подрезала. – Хотя чего можно было ожидать от деревенщины?

 – Алла? – я почувствовала, как сердце стучит в груди. – Вы же были против посторонних в доме?

Меня не оставляла надежда на то, что я ослышалась.

Свекровь остановилась передо мной. Губы сжаты, глаза, в которых не было и капли сострадания, сверкали злобой и самодовольством. На лице, несмотря на возраст, полное отсутствием морщин. Вот только даже бесконечные круговые подтяжки не смогли сделать ее приятнее.

Ведьма, не иначе!

– У Олежки скоро будет новая жена. Наконец-то он нашел себе спутницу по статусу, – слова свекрови били наотмашь, будто пощечины.

Это было похоже на бред. Какая новая жена, мы же всего два года, как женаты? Мы с Олегом любим друг друга!

 – Можешь взять один чемодан. Думаю, туда уместятся все твои вещи, – как ни в чем не бывало продолжала свекровь.   

 – Вы хотите сказать, что... – голос предательски дрожал, и я прикусила губу, чтобы не расплакаться.

Жанна Дмитриевна повернулась. На губах застыла торжествующая улыбка.

Она чувствовала себя победительницей.

С первого дня, как Олег нас познакомил, она включилась в эту невидимую борьбу и поставила себе цель — развести нас любой ценой.

Свекровь пыталась обвинить меня то в корысти, то в лени, то выдумывала мне несуществующих любовников. Но муж всегда легкомысленно отмахивался и говорил, чтобы я не забивала себе голову ерундой.

– Я давно присматривалась к Алле. Наконец-то Олежек прислушался к моим советам и сделал правильный выбор. Теперь он сможет без стеснения выйти в свет и не ловить сочувствующие взгляды, – проговорила свекровь с мерзкой улыбочкой. Она всегда осуждала мое нежелание делать нарощенные ногти и увеличивать губы.

Мозг отказался воспринимать эти слова, голова шла кругом. Муж никогда даже не намекал на то, что у нас всё так плохо. 

Как это возможно? 

Когда он успел, его же всего два дня дома не было?

– Олежек уже подал на развод. Хорошо, что я настояла на заключении брачного контракта, – продолжала свекровь, – И по его условиям, тебе ничего не достанется. Как пришла голой, так и уйдешь. И, сделай милость, не устраивай скандала, я этого не люблю.

Я почувствовала, как кровь прилила к лицу. Я вложила в этот дом душу, сделала его нашим уютным гнездышком. И теперь мне приказывают все это бросить и отдать какой-то Алле?

А Олег? 

Как он мог даже не прийти, чтобы объявить о разводе? 

Я схватила телефон и дрожащими руками набрала номер мужа. Но абонент был не в сети.

– Вот документы, если ты мне не веришь, – сказала свекровь, швырнув папку на стол. 

Я принялась судорожно листать бумаги. Копия заявления о разводе, перечень имущества, не подлежащего разделу.

У меня действительно не было ничего. Олег с его маменькой решили вышвырнуть меня на улицу, когда нашелся кто-то получше.

А этому мерзавцу даже не хватило духу сказать мне все это в лицо, хотя еще три дня назад он говорил о любви. А сам в это время уже кувыркался с Аллой!

Свекровь посмотрела на циферблат наручных часов, которые стоили как хороший автомобиль.

– Время идет. Я жду, – холодно сказала Жанна Дмитриевна и сжала кончиками пальцев виски, демонстрируя крайнюю степень утомления.

Обычно в такое время Олег бросался усаживать мать на диван, а я должна была принести воды со льдом и обезболивающего. Потом сын укладывал матушку в высокие подушки и массировал ноги, чтобы снять напряжение.

Такое шоу свекровь устраивала, когда что-то шло не по заранее составленному ею плану. Особенно сильно она переживала, когда у меня оказывалось свое мнение, и я его пыталась отстоять. 

Но каждый раз Олег уговаривал меня, что нехорошо расстраивать маму, ведь она принимает все так близко к сердцу. 

И я отступала. 

Сначала муж вынудил меня подписать брачный договор, чтобы мама не считала меня охотницей за капиталом. 

Потом мне пришлось уйти с работы, ведь простая медсестра в государственной поликлинике не может встречаться с сыном главы фармацевтической компании.

Выйдя замуж, я окончила курсы флористики и дизайна, но мне не позволили брать заказы, потому что от копания в земле портятся руки.

Постепенно от дома было отказано всем моим подругам-плебейкам.

С каждым днем я все больше теряла себя и наконец стала полностью зависеть от мужа. И теперь он решил вышвырнуть меня, как просроченный йогурт. А чтобы самому не замараться, попросил мамочку помочь! 

Я решительно бросилась собирать вещи. 

Ноги моей больше не будет в этом доме!

Свекровь проследовала за мной в супружескую спальню. Наверное, хотела лично удостовериться, что я не прихвачу лишнего.

– Будь добра все украшения и шубу оставить здесь. Они куплены на деньги Олега, – отчеканила она. – Можешь забрать повседневную одежду и, пожалуй, телефон. Я же не совсем изверг.

Жанна Дмитриевна села на супружескую кровать, закинула ногу на ногу и равнодушно наблюдала за тем, как я бестолково мечусь по комнате и бросаю белье в распахнутый старый чемодан. 

Хотелось сбежать и больше ничего не иметь с этим мерзким семейством. Ни с ведьмой-мамашей, ни с ее бесхарактерным сыночком!

Чемодан оказался слишком маленьким, чтобы вместить хоть сколько-нибудь одежды и обуви. Пришлось брать только самое необходимое.

Я поспешила к выходу, стараясь не смотреть на счастливое лицо свекрови.

Боялась, что если задержусь, то кинусь на нее с кулаками. А она потом по судам затаскает.

– Ключи от машины тоже оставь, – елейным голоском бросила мне вслед Жанна Дмитриевна. 

Я бросила связку ключей на тумбочку в прихожей и выбежала из дома.

Чемодан неуклюже подпрыгивал по брусчатке, грозя развалиться от напряжения. 

Лишь оказавшись по ту сторону калитки я поняла,что мне совсем некуда податься. 

Всех подруг я растеряла, денег не было даже на съем, а пойти мне было некуда. 

Осенний ветер трепал мои волосы, пока я судорожно листала телефон, чтобы понять, к кому можно обратиться за помощью. Можно было попроситься на прежнюю работу и несколько ночей переночевать в сестринской.

От злости я даже холода не чувствовала.

– Простите, это дом двадцать три? – спросил вкрадчивый мужской голос. 

Я машинально кивнула. Наверное, очередной курьер, который привез какую-то игрушку для великовозрастного инфантильного мальчика, которого я по ошибке два года называла мужем.

Пусть теперь это будет забота неведомой Аллы!

– Я ищу Полину Рогозину, – продолжил мужчина, – может, вы знаете ее?

Я отвлеклась от телефона и подняла взгляд на говорившего. 

На вид лет пятьдесят, в дорогом идеально сидящем по фигуре костюме.

– Это я, – коротко ответила.

Мужчина улыбнулся профессиональной ничего не выражающей улыбкой.

– А я адвокат, Карл Вальдемиров, – произнес он и протянул мне визитку.

Я удивленно смотрела на странную картонку. Уже давно никто не использует такие.

– По разводам? – догадалась я, в очередной раз поразившись тому, как быстро моя свекровь все устроила.

Мужчина всплеснул руками.

– Ни в коем случае! Я разыскиваю вас по поводу оформления наследства! – воскликнул он.

Я с удивлением посмотрела на незнакомца.

– Наследства? – эхом повторила я. 

 Карл Вальдемиров энергично кивнул.

– Это какая-то ошибка, – сказала я. – Не припомню, чтобы у меня были родственники, которым была бы не безразлична моя судьба. 

Из окна на нас с интересом поглядывала будущая бывшая свекровь. Наверняка уже записала пожилого адвоката в список моих неведомых любовников. Потом будет рассказывать, что я бросилась в объятия очередного поклонника, не успев отойти от ворот.

И как я раньше не заметила, какая у нее суть!

– Давайте зайдем в дом, и я вам все объясню, –  настаивал адвокат. 

– Не получится, – ответила я. – Я переезжаю. И прямо сейчас дома у меня нет!

Мужчина с сомнением покосился на небольшой чемодан. И я его понимала: было сложно предположить, что в таком объеме может уместиться вся жизнь. 

– Возможно, переезд стоит отложить? – осторожно спросил адвокат. – Дела вашего курорта требуют личного присутствия.

Я с сомнением посмотрела на говорившего. Может, это свекровь на прощание решила поиздеваться?

Очередной порыв холодного ветра сорвал с дерева листья и швырнул их в лицо. Я поежилась. 

Оказаться на солнечном курорте сейчас было бы очень кстати.

– Здесь за углом есть кафе, можем поговорить там, – сказала я.

Мне нужно было теплое спокойное место, чтобы немного собраться с мыслями и решить, как быть дальше. 

Адвокат сопроводил меня до заведения, помог занести чемодан и заказал чайник ароматного чая. 

– Ваша двоюродная бабушка недавно скончалась, примите мои соболезнования, – сказал Карл Вальдемиров, после того как официант принес заказ.

– Не знала, что у меня была такая родственница, – я пожала плечами, все еще уверенная в том, что это розыгрыш.

Но мужчина уже выложил на стол толстенную папку с документами. Часть бумаг была на иностранном языке.

– Тетушка вашего отца, Роза Лоуренс, недавно покинула этот свет, – пояснил адвокат, будто это должно было что-то для меня прояснить.

– Я никогда отца не видела. Не думаю, что его родственники хотя бы подозревали о моем существовании, – со вздохом сказала я. 

Мысль насчет жестокого розыгрыша в качестве прощального подарка от свекрови казалась все более реальной.

– Госпожа Лоуренс хотела непременно оставить заведение родственнице женского пола. Считала, что с мужчиной курорт придет в упадок, потому что не получит должного внимания, – пояснил адвокат, подвигая мне папочку. 

Документы казались вполне достоверными. Доверенности, описи, договора поставки. Все с печатями и переливающимися знаками. 

Имелась даже схема расположения и чертежи зданий. 

– А где находится курорт? Какой там климат? – спросила я, с тоской глядя, как дождь хлещет в окно.

В такую погоду даже до остановки не дойти.

– На побережье Адриятьского моря, – ответил адвокат, назвав известный своими пляжами регион на старинный манер, – там сейчас начало сезона, скоро приедут первые постояльцы, а хозяйки нет.

Карл Вальдемиров с сожалением покачал головой и тяжело вздохнул, будто лично переживал трагедию брошенного на произвол судьбы далекого курорта.

– Но если вы собирались куда-то в другое место, и сейчас не готовы вступить в наследство, то я вынужден буду продолжить поиски других родственников почтенной Розы Лоуренс, – произнес он, косясь на мой чемодан.

В этот момент за окном проехал хорошо знакомый мне автомобиль. Олег вернулся домой. И, кажется, не один. 

Сердце кольнуло, когда я увидела расположившуюся на пассажирском сиденье вульгарную девицу в красном обтягивающем платье. Она обнимала моего мужа и что-то щебетала ему на ушко, а тот пожирал ее взглядом.

Олежек был уверен, что мама все за него решила и избавила от опостылевшей жены.

Я всхлипнула. 

– Нет! – вырвалось у меня против воли.  

– Вы отказываетесь? – уточнил адвокат, что-то отмечая в блокноте.

Я решительно придвинула к себе папку с документами, чтобы он ее не забрал. 

В этот момент мне ужасно хотелось доказать Олегу, его маме, да и самой себе, что я что-то из себя представляю.

– Наоборот! Я согласна вступить в права и переехать на свой курорт в ближайшее время! Где ставить подпись?

Адвокат хищно улыбнулся, а его глаза сверкнули, будто в них отразилась молния.

Испугавшись, я отдернула руку.

Может отказаться, пока есть время? Слишком все поспешно и как-то не очень правдоподобно. Я испугалась, что за этим предложением может таиться какой-то подвох. 

А Карл Вальдемиров, видимо, почувствовал мои сомнения. 

– Хотите, я покажу вам рекламные буклеты? – спросил он вкрадчивым голосом. 

Я кивнула. Лишнее доказательство не помешает.

Адвокат разложил передо мной веером немного пожелтевшие от времени брошюры, на которых виднелись интерьеры, оформленные немного под старину, зимний сад, богато обставленная обеденная зона.

Я не верила своим глазам. 

– Какой-то бутик-отель премиум-класса! – произнесла я. – И это все мне?

Подозрительно!

– Сейчас все немного пришло в запустение, – извиняющимся тоном начал Карл.

В этот момент в кафе влетела шумная парочка. Они передвигались так стремительно, что не заметили нас с адвокатом. А вот я их хорошо разглядела. 

Мой муж и его любовница.

Я не могла отвести взгляда от того, кого считала мужчиной всей своей жизни. Он всегда казался мне таким смелым, оптимистичным и каким-то беззаботным, а теперь был похож на маленького обиженного ребенка, у которого отобрали любимую игрушку.

– Аллочка, постой же! – умоляющим тоном тянул Олег. 

Меня передернуло. Неужели еще этим утром я считала его идеальным мужем?

– Почему твоя мама решила, что может мной командовать? Не успела я войти, как она выдала мне список обязанностей. В доме может быть только одна хозяйка! – дамочка почти визжала. – И это буду я!

Я улыбнулась. Кажется, Жанна Дмитриевна решила сразу указать потенциальной невестке на ее место, а та, в отличие от меня, показала зубы. 

Что ж, надо было сначала проверить кандидатку на покорность! 

– Давай посидим и успокоимся! – ворковал Олежек, заказывая какие-то коктейли и пытаясь обнять девицу.

Я попыталась вернуться к документам, но все равно краем глаза наблюдала за выяснением отношений.

– Я не могу так, у меня начинается мигрень! Давай снимем отдельную квартиру, – ныла девушка.

– Хорошо-хорошо, сейчас попрошу маму перевести мне денег, – сказал Олег свою стандартную фразу. Жанна Дмитриевна не давала сыночку больших сумм в руки.

Любовница разразилась ругательствами.

– Скажите, Карл, а будет ли подлежать разделу мое имущество при разводе? – уточнила я, обращаясь к адвокату. – Видите ли, я пока не разведена.

– Что вы?! – мой собеседник всплеснул руками. – Это будет исключительно ваша собственность, признаваемая судами во всех мирах!

– Во всем мире? – машинально поправила я его.

Адвокат кивнул. Может, он иностранец, поэтому так забавно коверкает некоторые слова?

Тем временем Аллочка выбежала из кафе. Олег бросился за ней, но тут его взгляд уперся в меня, и он остановился как вкопанный.

– Поля, – пробормотал он смущенно, – что ты здесь делаешь? Мама сказала, что ты уехала.

Я посмотрела на мужа. Красный, взмыленный, весь какой-то несуразный. По любому поводу консультирующийся с мамочкой. 

И что я в нем нашла-то?

– Я подписываю документы, чтобы стать владелицей собственного курорта на берегу моря. Наследство получила, – сообщила я муженьку, помахала буклетом и поставила подпись на всех документах.

Адвокат удостоверился, что все верно, и сложил документы в папку.

Я же упивалась тем, как ошарашенно смотрел на меня Олежек. Еще бы, его никчемная, как он считал, женушка обзавелась приличным состоянием!

– Нам пора! – сказал адвокат и достал старинные часы на цепочке. 

Я подхватила чемодан и с видом победительницы проследовала мимо бывшего муженька за Карлом к выходу. 

Вид отпавшей челюсти придал мне уверенности.

Над самой дверью внезапно моргнул свет, и мы на секунду остались в полной темноте.

Когда свет снова появился, то мы с адвокатом уже были не в кафе, а около стойки администратора, оформленной в ретро-стиле. 

Вздрогнув от неожиданности, я выпустила ручку чемодана. Он упал на каменный пол с грохотом, многократно отразившимся от стен. От падения у него отвалилось колесико и треснул лакированный бок.

В голове шумело и было как-то муторно, будто я немного потерялась во времени и пространстве. Так бывает, если долго раскручиваться на карусели.

– Где это мы? – спросила я, рассматривая странный интерьер. – И как здесь оказались?

– Добро пожаловать в ваш отель “Заповедная Гавань”, – с улыбкой сказал адвокат. – А если выйти на улицу и пройти чуть дальше к морю, будет лечебный корпус “Магия исцеления”. 

– Море? – обрадовалась я. – А из окна видно?

Адвокат пожал плечами, удивляясь вопросу. 

– А как же иначе? – ответил он немного обиженно. – В прежние годы это заведение было одним из самых известных на Восточном побережье Адриятьского моря. 

Первая линия! Что может быть лучше! 

Захотелось скорее окунуться в бирюзовую морскую воду. Надеюсь, купальник в чемодан я все же положила.

Меня немного беспокоило то, что я не помнила самолета и перелета с тремя пересадками. Неужели все проспала? Может, так бывает от нервного перевозбуждения?

Туман в голове  мешал воспринимать происходящее трезво.

– Всех действующих сотрудников уже оповестили о прибытии новой хозяйки, они прибудут сюда к полудню, – сказал адвокат, кивая на огромные напольные часы с маятником. Они показывали без четверти двенадцать.

Я принялась озираться. Пока холл отеля выглядел пустынным, как и положено заведению класса люкс. В отделке никакого пластика, только натуральные материалы, никаких кричащих табличек и неоновых вывесок. Кругом только сдержанная классика. 

Захотелось вытащить телефон и сделать несколько фотографий, чтобы выложить их в интернете и лишний раз побесить бывшего. 

Но смартфона при мне не оказалось. И где я его оставила? Снова провал.

Ничего, куплю новый, еще лучше прежнего! Мне теперь по статусу положено пользоваться самой современной моделью, а не тем, что осталось после мужа.

– Первые постояльцы прибудут завтра, – привлек мое внимание адвокат. – У вас есть обязательства по ежемесячному обслуживанию десяти посетителей, поступающих по заказу министерства Туризма и Отдыха. Это покрывает налоги, содержание штата сотрудников, оплату коммунальных услуг и аренду артефактов. Если число гостей будет выше обязательной нормы, то деньги пойдут на ваш счет. 

Из всех слов Карла я поняла только то, что гости прибудут уже завтра, а еще у меня где-то есть счет.

– Кажется, я немного запуталась. Артефакты какие-то, – осторожно произнесла я. – Нельзя же так сразу…

– Увы, но если бы вы не вступили в права, то отель и вся примыкающая к нему курортная зона перешли бы другому владельцу. 

– Нет! – воскликнула я. – Не надо другому! Я же успела подписать! И обязательно во всем разберусь!

Я уже почти любила эти высокие кожаные кресла у старинного камина, стойку администратора из мрамора и море, соленый запах которого пропитал все вокруг. 

– Все необходимые документы я оставлю здесь, – адвокат шлепнул увесистой кожаной папкой по стойке, подняв в воздух облако пыли. – Не затягивайте с изучением. Все же вы не очень хорошо разбираетесь в законах этого места. Как бы не попасть в неловкую ситуацию…

В голосе Карла послышалась угроза. 

– Конечно же, другая страна, – пробормотала я, пытаясь вспомнить, где вообще это Адриятьское море находится. 

– Вообще-то, другой мир, – не моргнув глазом, ответил адвокат. – И у вас есть право здесь жить, пока у вас есть работа. Здесь сложно с миграционной политикой для переселенцев.

В первое мгновение мысль о том, что Олежек с его мамой остались не просто в другой стране, а в другом мире, даже обрадовали меня.

– А если я не справлюсь? – уточнила я на всякий случай. – Депортация? 

– Боюсь, что вернуть вас на Землю в том виде, в каком вы оттуда отбыли, уже не получится, – немного замялся адвокат.

Наш разговор прервало появление мужчины. Высокий, худой, с маленькими бегающими глазками, он заискивающе улыбался адвокату.

– Карл, рад вас видеть! Вы принесли мне документы? – незнакомец хищно нацелился на кожаную папку, что лежала на стойке.

– Сожалею, Базиль, но мне все же удалось разыскать законную наследницу, – сказал адвокат с торжествующей улыбкой. – Воля Розы Лоуренс выполнена в точности с ее пожеланиями.

По всему было видно, что ни капли адвокат не сожалел.

Базиль бросил на меня взгляд, от которого стало не по себе. Всего десять минут в новом мире, а уже обзавелась недоброжелателем.

Базиль выскочил из отеля, громко хлопнув дверью. Даже штукатурка посыпалась.

Судя по всему, мужчина почему-то тоже претендовал на это заведение, но не успел. Я оказалась более удачливой. 

Следом засобирался и Карл.

Меня охватила паника. Остаться без человека, который хоть что-то понимает, было страшно.

– Подождите! – окликнула я адвоката. – Мне кажется, вы не все мне рассказали!

Адвокат пожал плечами. 

– Этого достаточно, чтобы я считал свою работу выполненной, и получил гонорар, – ответил он с вежливой улыбкой и буквально растворился в воздухе.

Я только рот от удивления открыла. Интересный способ передвижения.

Тем временем часы пробили полдень. Близился момент, когда я предстану перед сотрудниками отеля.

Я оглядела себя: мокрые джинсы, растянутый свитер — на владелицу столь респектабельного заведения не очень похоже.

По лестнице со второго этажа спустилась молоденькая горничная, неся в руках стопку белья. С улицы вошел пожилой мужчина, а со стороны столовой выплыла полная женщина лет сорока пяти.

Все трое недоуменно переглянулись. 

– Здравствуйте! – всплеснула руками женщина, покосившись на мой побитый жизнью чемодан. – Вы на отдых? Придется немного подождать, пока Астра подготовит комнату.

Симпатичная горничная недовольно поджала губы. Видимо, не хотела лишней работы.

Что ж, придется еще сильнее ее расстроить.

– Меня зовут Полина, и я только что стала владелицей этого курорта, – ответила я, кивнув на папку с документами. 

Мои сотрудники, как я и предположила, особой радости по поводу появления начальства не выразили.

– Я бы хотела познакомиться со всеми работниками, – продолжила я, оглядываясь в поиске остального персонала.

Все та же полная женщина ответила:

– Так вот же мы тут все. Я Лина, кухарка. Это мой муж Берт, – она ткнула пальцем в мужчину, тот вежливо поклонился. –  Занимается всем понемногу. А эта красавица — его племянница Астра. Она работает горничной. 

– А как же официанты, консьерж, носильщики багажа? В лечебном корпусе тоже должны быть сотрудники, – я растерянно смотрела на свой немногочисленный штат.

Берт только засмеялся.

– Что вы, госпожа Полина, лечебница уже лет десять не принимает посетителей! Да и за такую зарплату других желающих работать нет, – ответил мужчина.

Я схватилась за голову. Живописный курорт, восхваляемый в рекламных проспектах, оказался не таким уж выгодным приобретением и скорее напоминал семейный дом отдыха, где всем занимаются родственники. 

– Как же вы справляетесь втроем? – спросила я. – Надо же всех гостей обслужить!

– Так и нет почти никого, – недовольно буркнула Астра.

Кажется, девушка тоже другого ожидала от этого места. Как минимум, денег.

– Да и постояльцы у нас непритязательные, – подхватила улыбчивая кухарка. – В основном из тех, кому на отдых в другом месте денег не хватило, и пришлось по министерской путевке ехать. Так что справляемся.

Ничего себе, у них тут льготные путевочки для пенсионеров и бюджетников!

– Значит, у меня есть время до завтра, чтобы немного в дела вникнуть, – я постаралась не терять оптимизма. – Успеем подготовиться к прибытию гостей. Подготовите мне комнату?

Астра молча кивнула. Берт подхватил мой чемодан на руки. 

Дверь снова громко хлопнула. 

Я вздрогнула. Неужели вернулся Базиль? 

На пороге отеля стоял высокий, широкоплечий мужчина лет тридцати или немного больше. Загорелое лицо, словно высохшее от ветра, обрамляли немного выгоревшие на солнце золотистые волосы. Тонкие губы сложены в полуулыбку, волевой подбородок и острые скулы делали весь облик каким-то породистым и диким.

Я замерла, не в силах перестать беззастенчиво разглядывать незнакомца.

Легкая льняная рубашка мягко обрисовывала рельеф торса, а закатанные до локтя рукава подчеркивали стальные мышцы рук. 

Казалось, вместе с этим мужчиной в помещение ворвался свежий ветер и запах дыма, а в его синих глазах будто отражалось море.

Я моргнула, чтобы сбросить наваждение, но сделать это оказалось не так-то просто.  

Мужчина оглядел собравшихся и не нашел к кому обратиться, поэтому обратился ко всем сразу: 

– Я прибыл по путевке, но, к сожалению, на день раньше. Я понимаю, что это неудобно, но готов компенсировать разницу наличными. По рыночной стоимости, – в руках блеснуло что-то, похожее на золото.

В глазах моих немногочисленных сотрудников я заметила алчный блеск. Не будь бы здесь меня, они бы поделили деньги между собой, а мне забыли бы об этом рассказать.

К счастью, я успела появиться несколькими минутами раньше, поэтому скрыть этот доход уже не получится.

Подозреваю, что трат на содержание курорта предстоит больше, чем это описал адвокат. А живые деньги мне еще очень пригодятся. Вот только какова рыночная цена проживания в этом отеле? 

– Мы не готовились к приему гостей сегодня, но если вы немного подождете, то наша горничная подготовит для вас лучшую комнату, а кухарка накормит домашним обедом, – ответила я.

Мой немногочисленный персонал зашевелился, будто отошел ото сна.

Первый постоялец передал мне документы на заселение. “Элиот Райли” – прочитала я на странного вида карточке с движущейся фотографией.

Мужчина опустился в кожаное кресло в холле, вытянул ноги в кожаных ботинках и с отрешенным видом уставился в окно. 

Горничная поспешила наверх, громыхая железным ведром, а кухарка убежала на кухню. 

А я чувствовала себя как слепой котенок, которого бросили сражаться с монстром. Совершенно ничего не понимала, и даже времени разобраться не дали. И не поможет никто. 

– Даже записать некуда постояльца, – пробубнила я недовольно, осматривая стойку администратора. 

Но там не было ничего, кроме папки, что оставил ушлый адвокат.

Внезапно мой взгляд упал на неприметную дверь, на которой золотом было выведено всего одно слово: “Управляющий”. 

– Надеюсь, он не будет против, если я позаимствую бумагу и карандаш, – проговорила я.

И только когда мои пальцы обхватили прохладную золотую ручку, я поняла, что управляющий точно не будет противиться моему визиту, потому что это — я.

С чувством предвкушения чего-то волшебного, я открыла дверь. Подумать только, у меня есть свой кабинет!

Внутри царил таинственный полумрак. Тяжелые шторы, не пропускающие солнечный свет, были плотно задернуты.

Пробравшись мимо нагромождения антикварной мебели почти на ощупь, я отодвинула шторы, подняв в воздух облако пыли. Невесомые частички купались в солнечных лучах. 

Мое внимание привлекла полка с косметикой и какими-то склянками. Они переливались и манили, загадочно мерцая.

– Кто здесь? – донеслось сзади.

Я вздрогнула. 

– Странно, но меня волнует тот же вопрос, – ответила я оборачиваясь.

Но в кабинете, кроме меня, никого не было.

Показалось?

Дверь закрыта, больших шкафов, где можно спрятаться, нет. Я даже под стол заглянула.

– Что-то потеряла? – спросил все тот же голос, кажется, женский.

Больно стукнувшись о крышку стола, я выползла, потирая ушибленный лоб. Но в кабинете было все так же пусто. 

– Какая странная галлюцинация, – пробормотала я.

На мгновение мне даже показалось, что никакого курорта нет, просто я умом тронулась, когда Олежку с другой увидела. А все это мне сейчас кажется.

– Ну если с такой силой головой долбиться о твердые предметы, то и они начнутся, – ехидно сказала невидимая собеседница.

Разозлившись, я вскочила на ноги. 

– Что за шуточки?! – сказала я, озираясь по сторонам. – Я новая хозяйка, и это мой кабинет!

– Конечно, твой, иначе бы ты не смогла войти сюда. На кабинете чары, которые допускают внутрь только владельца всего курорта, – послышался ответ. – Я сама их накладывала.

Было очень неудобно беседовать с невидимкой.

– Да ты не туда смотришь, – донесся ехидный голос. – Обернись, я здесь!

Я еще раз скользнула взглядом по кабинету, ища источник звука. 

И увидела! 

Я открыла рот, чтобы закричать, но не смогла произнести и звука.

На столе стоял портрет пожилой женщины в старинной одежде. На первый взгляд этот предмет ничем не выделялся, а дорогая тяжелая рамка идеально вписывалась в интерьер кабинета. 

Вот только изображение двигалось, как в фантастических фильмах! 

Женщина посмотрела на меня со снисходительной улыбкой.

– Ну здравствуй, деточка! – с улыбкой сказала она. – Я Роза Лоуренс.

Я медленно опустилась в кресло.

– А я Полина, – пискнула я. – Ваша… эм… наследница.

Было неловко говорить об этом с портретом. Вдруг она вообще не в курсе, что ее уже нет в живых, а я такие новости сообщаю.

Женщина снисходительно улыбнулась. 

– Конечно же! В кабинет может войти только действующий хозяин курорта. Остальные даже дверь не смогут найти без твоего приглашения, – пояснила она.

Я с восторгом смотрела на женщину, которая будто говорила со мной с экрана неведомого устройства.

Настоящая магия!

– Здесь ты найдешь формы, книги учета и бухгалтерские документы, – начала вводить меня в курс родственница с портрета. –  В выдвижном ящике стола лежат всевозможные магические помощники — артефакты. Думаю, твоей магии хватит, чтобы ими пользоваться.

– Моей что? Магии? – удивилась я.

Тетушка Роза посмотрела на меня, как на неразумное дитя.

– Если бы в твоей крови не было фамильной магии, то тебя бы расщепило при переходе порталом между мирами, – ласково улыбнулась женщина. – А теперь я вижу, что все в порядке, и ты точно…

Во рту пересохло, а сердце ухнуло куда-то в желудок.

– Меня бы что?! – перебила я тетушку. – Расщепило? Это как? Насовсем?

Внезапное осознание того, какому риску меня подвергли, даже не уведомив, ошеломило, как удар по затылку.

– Разорвало бы на облако мельчайших частиц, – подтвердила мои опасения родственница с портрета, подкрепив слова движениями рук. 

Кажется, она даже не осознавала, почему я так испугалась.

– Вы в своем уме?! Я же могла умереть! Вы хоть представляете, какой опасности меня подвергли! – я не могла унять дрожь.

Женщина только презрительно скривила губы.

– Деточка, ты разговариваешь с портретом, цель которого — спасти курорт от разорения. Мне нужна была настоящая родственница, а не самозванка. Если бы адвокат меня обманул, или если бы сведения о твоем отце оказались ложью, то толку от тебя бы здесь не было, – сказала она равнодушно. – Только моя настоящая наследница смогла бы принять этот дар.

Кажется, новообретенная родственница оказалась ничуть не лучше свекрови.

– Знаете что? А я ухожу! Не буду я на вас работать! – заявила я, поднимаясь со стула и направляясь к выходу.

Я еще не решила, куда пойду. Но было ужасно обидно, что мною вот так воспользовались. Опять.

– И куда ты пойдешь? – в голосе тетушки Розы послышалась насмешка. – Разве Вальдемиров не предупредил тебя, что иномирянка без работы и регистрации долго не проживет в этом мире? 

Я остановилась у выхода и обернулась.

– И что со мной будет? – уточнила я.

– Депортация в межмировое пространство. А если у тебя нет ключа от портала, то будет то же самое. Бум! – Роза всплеснула руками, изображая взрыв.

 – То есть вы меня взяли в плен, и я теперь навсегда стану служанкой в этом месте? – спросила я.

Стоило ли уходить от Олежки, чтобы оказаться в еще более ужасных условиях? 

Тетушка замахала руками.

– Что ты! Как хозяйка такого заведения, ты получишь все привилегии, сможешь путешествовать по этому миру и даже посетить свой, если у тебя там остались родственники.

– И что же мне нужно делать? – спросила я.

– Просто спаси курорт от разорения. Я вложила в него всю душу, – вздохнула тетушка. – А я помогу советом, обучу основам магии, если надо.

Учитывая, сколько раз меня обманули только за сегодняшний день, я непременно ждала какого-нибудь подвоха.

– Ладно, рассказывайте про магию, – со вздохом сказала я. – Всегда о таком мечтала.

Родственница на портрете приосанилась, будто всю жизнь мечтала обучать новых адептов основам магии. 

Выглядело это так забавно, будто я видеоурок включила. Не хватало, только чтобы она в конце попросила подписаться на канал. Прямо так и виделось, как тетушка Роза в старомодном чепце говорит: “колокольчик в углу нужен не для вызова горничной, а чтобы получать уведомления о новых записях”.

– В ящике стола шкатулка, там артефакты на все случаи жизни. Подогреть воду, убрать пыль, подстричь траву, – пояснила Роза, – не переусердствуй, если вложить слишком много силы, то ты не только пыль из номера уберешь, но и песок с пляжа сдуешь. Возможно, вместе с отдыхающими.

Я сначала взяла в руки ящик, но потом в страхе отставила назад. Не хватало вот так случайно ошибиться в расчетах, и вместе с мусором избавиться от посетителей.

– А горничная не может сама справиться с этим? – спросила я, с опаской косясь на шкатулку, будто это был ядерный чемоданчик. – Наверняка она лучше со всеми этими артефактами обращаться умеет.

– Это так не работает, увы. Артефакты настроены так, что посторонний с ними не справится. Только тот, кто приходится мне родственником.

Я с сомнением порылась в коробке, чтобы выбрать самый безопасный приборчик. Пользоваться некоторыми было страшно. 

– Может, стоит начать с того, который траву косит? – поинтересовалась я.

– Хороший выбор – поддержала меня тетушка Роза. – Главное — используй их тогда, когда рядом никого нет.

– Конечно, вдруг случайно кто-то пострадает от моих действий, – согласилась я.

– И не только, – смутилась родственница.

Мне показалось, что она что-то не договаривает. 

Я решительно отставила коробку. Какие-то артефакты странного свойства, которые заперты в секретной комнате и использовать которые можно в одиночестве.

– Это ведь незаконно? – высказала я догадку.

– Немного, – уклончиво ответила женщина, отведя взгляд в сторону. – Но без них тебе будет сложно следить за порядком, одна уборка чего стоит.

– Ничего страшного. В моем мире женщины веками наводили порядок даже без электричества. А получить проблемы с законом в первый же день в новом мире мне бы не хотелось. К тому же там уже постоялец прибыл.

– Сегодня? – испугалась Роза. – Так рано. Кто он?

Я взглянула в бумаги.

– Элиот Райли, прибыл по программе реабилитации, – прочитала я.

– Ох, как не вовремя, – с сожалением в голосе протянула родственница с портрета.

– Реабилитация предполагает работу лечебного корпуса? – догадалась я.

Женщина кивнула.

– Он не работал уже довольно давно. На его восстановление нужны были деньги. Я билась, но ничего не получалось. Хорошо, хоть из министерства не присылали на лечение никого. Только пенсионеров на отдых.

Я схватилась за голову. 

– То есть мне прислали гостя, судя по всему, военного. И ему необходима реабилитация, а у нас для этого ничего нет?

Роза снова сдержанно кивнула и с сожалением посмотрела на меня. Кажется, за неисполнение контракта меня лишат работы. А потом и развоплотят. Интересно, когда это произойдет, от меня останется портрет в этом кабинете? Сможем переговариваться с тетушкой с соседних портретов и отпускать ехидные шуточки в адрес нового владельца курорта.

Забавно будет, если моими наследниками станут Олежек с его мамочкой. Ведь развестись я еще не успела. Вот уж Жанна Дмитриевна обрадуется такому подарку от нерадивой невестки. Наверняка и порядок здесь быстро наведет.

Стоило это представить, как меня такая злость взяла. 

Не хочу я расщепляться и превращаться в облако пыли! И уж тем более не отдам свое наследство бывшему мужу и его мамочке!

Неужели я зря на медицинском училась и медсестрой работала? Что я, лечебную физкультуру не смогу этому красавцу преподать на морском берегу?

Воображение тут же нарисовало завлекательные картинки того, как мы с Элиотом Райли занимаемся йогой у кромки воды на рассвете. Надеюсь, в моем чемодане найдутся лосины и обтягивающий топ.

А там, глядишь, и на массаж его уговорю. 

Еще посмотрим, кому больше понравится!

Выпорхнув из кабинета, я едва не споткнулась, сбитая с ног пронзительным взглядом синих глаз. 

Элиот Райли сидел в кресле и сверлил взглядом стойку рецепции, за которой находился вход в кабинет. Если он не видел секретной двери, то как для него выглядело мое появление? Материализовалась из воздуха? 

Мужчина ничего не сказал, но от его тяжелого взгляда стало не по себе. И это с ним я йогой хотела заниматься?

Часы показали, что прошло уже полчаса после прибытия странного постояльца. Пока мои нерасторопные помощники не организовали ни еды, ни комнаты. Надо было срочно чем-нибудь занять этого мужчину. 

Я неловко улыбнулась и пошла искать кухню, чтобы уточнить у Лины, когда ждать обед. 

Из гостиной я прошла в богато обставленную столовую. Широкие дубовые столы, мягкие стулья с резными ножками, тяжелые белые скатерти и шторы из плотного бархата. Ощущение было, будто я попала на прием к королеве.

Но это только поначалу. 

Приглядевшись, я заметила, что скатерти покрыты застарелыми пятнами, а пыльные шторы не пропускают ни воздуха, ни света. Ощущение, как в старой квартире, заставленной антиквариатом. 

Надо было срочно менять настроение этого помещения. Выглянув в окно, я ахнула. Прямо передо мной плескалось бескрайнее море. Отель стоял на небольшом возвышении, поэтому ничто не ограничивало обзор. 

Завороженная зрелищем, я решила, что прятать такой вид будет преступлением. 

Убедившись, что меня никто не видит, я взобралась на стол и, балансируя на одной ноге, с трудом отцепила тяжеленную штору. Она упала на пол, подняв в воздух облако пыли. 

Чтобы избавиться от тяжелого воздуха, я распахнула окна. В столовую ворвался свежий морской бриз.

Окрыленная первым успехом, я сняла остальные шторы и сложила их в плетеную корзину, что стояла у выхода. Туда же отправились и скатерти.

Довольная, я оглядела обновленную столовую. Теперь внимание приковывал пейзаж.

– Ох, что ж это делается! – донеслось со стороны кухни.

Обернувшись, я увидела, как кухарка в грязном переднике катит тележку с обедом. Моим самоуправством она была явно недовольна. 

Вспомнив, что из нас двоих хозяйка здесь я, вернулась к обустройству помещения. 

– Лина, разве нельзя для выхода к гостям надеть что-то чистое? – спросила я, указав на передник.

– Так у меня все такое. Не отстирывается, – пожала плечами женщина и принялась расставлять приборы на столе. 

Неодобрительно покачав головой, она сказала:

–  Без скатерти не солидно как-то. Может, вернем? С ними так нарядно было.

– Сошьем новые, менее торжественные, – ответила я. – Пока обойдемся без них. А что на обед?

– Жаркое из утки, пирог с патокой, отвар травяной, – ответила женщина.

– А овощи? – спросила я. – В моем мире на курортах всегда много фруктов и овощей, ведь в них витамины.

– Танины? – переспросила кухарка. – Кажется, это что-то из вина. Но мы его только к ужину подаем. А овощи эти никто не ест, трава же одна. Вон ими вся кухня забита. Да и стоят они копейки, а все хотят нахаляву брюхо набить тем, что подороже.

Я с сомнением посмотрела на кухарку. 

– Значит, мы будем подавать овощи так, что они будут выглядеть красиво и дорого, – сказала я. – Пусть у гостей будет выбор.

Кухарка только вздохнула. 

Закончив сервировку, женщина повернулась к окну.

– Не знала, что из столовой море видно, – сказала она, любуясь на морскую гладь.

Я решила, что такие изменения в интерьере пойдут только на пользу моему заведению. Убедившись, что все выглядит пристойно, а кухарка со своим фартуком уже ушла на кухню, я отправилась в гостиную.

Элиот Райли нетерпеливо поводил носом, принюхиваясь к ароматам, доносившимся с кухни. 

– Обед готов, – оповестила я его.

Отправив мужчину знакомиться с уткой, я поспешила на второй этаж в поисках горничной. Если у нее такие же проблемы со стиркой, то мне придется прибегнуть к незаконной помощи тетушки Розы и освоить выведение пятен с помощью артефактов.

Жилые комнаты оказались в сносном состоянии, но был один большой минус: пригодных к жизни во всем корпусе осталось не более десяти, и это на трех-то этажах! При этом две комнаты занимал персонал, и одна была зарезервирована для меня. 

В остальных же не хватало мебели, кое-где были сломаны окна, заедали двери, а в одной комнате оказалась сквозная дыра в полу, через которую виднелись апартаменты, что находились этажом ниже. Обязательно в будущем объединю их и сделаю двухуровневый люкс!

Следом я осмотрела лечебный корпус. Гидромассажная ванна, какие-то массажные ролики, парная, похожая на хамам. Но в основном помещения были абсолютно пусты. Кажется, отсюда давно вынесли все ценное, интересно, в курсе ли тетушка Роза?

Зато кабинет курортного целителя порадовал оснащением: приборы для измерения роста, веса и даже жизненной энергии. Кажется, первичную диагностику я смогу проводить без особых проблем. А потом буду всем назначать солнце, воздух и купание в море.

Заведу карточки пациентов, найду себе белый халат, вспомню что-то из земного опыта работы с пациентами. Справлюсь!

В реабилитации главное — отдых и хорошее настроение. А уж когда рядом море, то ничего другого больше и не нужно.

Последним пунктом назначения было побережье. Мелкий золотистый песок, плавный спуск в воду и тихий шелест волн. 

Как же я давно мечтала побывать на море! 

Мама Олега частенько выезжала на различные курорты, но сами мы выбрались лишь однажды, когда Жанне Дмитриевне нужно было продемонстрировать деловым партнерам счастливую любящую семью.

Скинув обувь, я закатала джинсы, которые еще не успела сменить на более респектабельный наряд. А потом поспешила навстречу волнам, знакомиться с морем.

Вода приятно холодила уставшие ступни. Я прошла немного вдоль берега, прикидывая, где можно поставить шезлонги и зонтики от солнца, чтобы отдыхающие с комфортом проводили время на пляже.

 Со стороны жилого корпуса к берегу подошел Элиот Райли. Он последовал моему примеру и закатал брюки, обнажив крепкие, натренированные голени с рыжеватым пушком волос. Оставив обувь на песке, он, как и я, вошел в воду и подставил солнцу лицо.

Мне почему-то показалось, что этот мужчина хорошо знаком с морем, будто было у них что-то общее, настолько гармонично он здесь смотрелся.

– Красиво тут у вас, – сказал Элиот, подойдя ближе, – душа отдыхает.

Море отражалось в его лучистых глазах, а на губах играла мечтательная улыбка.

– Душа пусть отдыхает, а вот с телом мы поработаем, – сказала я, невольно скользнув взглядом по мускулистой груди, которую не скрывала застегнутая всего на три пуговицы рубашка.

Элиот кивнул.

– Я полностью в вашем распоряжении, – сказал он таким тоном, что я не сразу подумала о лечении.

Мурашки покрыли кожу. И это явно было не от прохладной воды.

– Завтра прибудут остальные гости, проведем осмотр и назначим процедуры, – сказала я с видом эксперта. – Сегодня же просто наслаждайтесь природой.

– А вы разве не хозяйка курорта? – уточнил Элиот.

– С недавних пор. Видите ли, это заведение принадлежало моей родственнице, и она завещала мне его потому, что я изучала лечебное дело, и смогу вдохнуть в этот курорт новую жизнь, – туманно ответила я. – Так что я одновременно и за управляющего, и за целителя.

Внезапно я заметила, что мы на пляже не одни. За нами издалека наблюдал уже знакомый мне Базиль. Кроме имени я знала о нем лишь то, что его очень сильно интересовал мой курорт, и он каким-то образом планировал им завладеть.

Поняв, что я его заметила, странный сосед поспешил скрыться.