Квалификация

После того, как зазвонил будильник, я сел на диване, закурил, и с удовольствием посмотрел представление «сборы новобранца». Новобранец был приятный на вид, в меру всклокоченный, и заметив, что я наблюдаю, постарался порадовать меня, не теряя правда темпов сборов.

– Виктор-сан, можно я в этой миссии буду поближе к Вам?

– Посмотрим, – мне не хотелось обсуждать ничего важного здесь.

Но с любой стороны, верю я ей или не верю, пока строить буку неправильно.

Время действия портала Миссии № 3.4 (Тренировочная) 00.04.00

Я шагнул первым. Паршивка тоже рванула одновременно, нарушая порядок. Но сумела оправдаться. Когда я опять разослал всех ветеранов, просто сказав, что дублируем позавчерашние действия, она зашептала по-японски, торопясь, пока не пришли соотечественники.

– Пожалуйста, Виктор-сан, постарайтесь, чтобы потери были минимальны, я Вас очень прошу помочь, особенно японцам, их меньше всего в группе, а впереди ещё миссии.

Оценил, подумал ещё, потом нужно будет поговорить, а с кем удобнее всего уединяться, как не с признанной всеми, не думаю, что европейцев не поставили в известность, любовницей. Приобнял и шепнул, – «не порти мне репутацию сурового командира, просто держись чуть сзади как Кицунэ».

В высадке в целом не было ничего интересного, кроме того, что мне послышался шёпот Казака – «выжила, да ещё и в подстилки пролезла…»

Во двор выходили так же, и на первый перекрёсток тоже. Уже почти рутина. На этот раз, первыми вперёд пошли китайцы, Алекзандер с Дейнерис и своими бойцами, должны были идти с ними, но такой плотный контроль как раньше уже не был нужен. Всё сами, вторая группа – только наблюдение и поддержка, вступают только если пригласят. Остальные держатся плотно, но вперёд не лезут. И теперь сразу идём глубже, туда, где воины. Главная задача передовых правильно оценить ситуацию и вовремя позвать следующих за ними. А все идущие позади не должны дать возможности разделить колонну.

Два новых американца пойдут вместе со всеми, сейчас на них отдельно нет времени, а остальные достаточно сильны, чтобы их поддержать.

Японцы шли со мной в центре, только иногда поочерёдно я посылал их вперёд и назад, поинтересоваться как там.

На этот раз все были осторожнее, и за четыре часа мы даже не дошли до дороги. Зато обошлись не только без потерь, но и почти без ран. Хотя всё равно после каждого боя стягивались на перекрёсток, а потом начинали движение. Европейцы час назад сменили американцев и ушли назад. Видимо оживлённо обсуждая на что потратить полученный опыт, они начали отставать, и мне пришлось несколько раз посылать японцев их поторопить. Ещё пару часов, и нужно делать привал подольше, хотя можно подождать, пока все пройдут по кругу.

Вот наконец перешли дорогу, но останавливаться не стали, пошли дальше. Решение как решение, я вообще старался не вмешиваться. Два Меча вполне компетентен и осторожен.

А ещё через час американцы остановились, и мне передали, что Два Меча просит подойти. Кивнув японцам идти со мной, по уровням они выглядели не хуже, а Кицунэ вообще ветеран, прошёл вперёд.

Здоровяк американец стоял во втором ряду, и сразу сказал, что впереди костяной рыцарь, средний, шестого уровня со свитой. Засаду эта нежить устроить не пыталась, а может просто сейчас все оттянулись назад. Гончих не видно, но воинов рядом с предводителем семь. Для его команды – это не под силу. И упускать не хочется, а ещё хочется наконец по-настоящему попробовать взять костяного рыцаря лично. И из его бойцов новички и ещё один игрок, опыт уже получили, и если идти по очереди, то уже пора вступать японцам.

Какая интересная ситуация. А кто успел заработать опыт? Вообще-то ОИ взял Казак, он с самого начала хотел вперёд.

– Начинающих сразу назад, им рано, они будут только мешать.

– Только мы нашли хорошее место, и опять эти ускоглазые, да ещё и с поддержкой, – Справный Казак начал мутить воду моментально, как только новенькие двинулись назад.

– Из тех, кто есть, пойдут только добровольцы, Куэсу за Алекзандером и Дейнерис, быстро, и останься там.

– А кралю свою бережёт, небось порубит воина и ей оставит! – логика, как и в большинстве такого плана выступлений, была не нужна и не существенна, важно было просто создать некий «подъём» массы.

– Быстро решаем, кто хочет идти, пока нежить не скрылась. – подъём так подъём.

На всякий случай сканирование, нет, вроде действительно восемь единиц немёртвых и всё. Гончие, похоже, вокруг не бегают, чтобы вступить, когда мы втянемся. В любом случае Дейнерис и Алекзандер прикроют с тыла, вот и они. Может зря я услал Куэсу, если сразу убрать рыцаря, то в присутствии всех ветеранов опасности минимум.

– А сам небось планирует с рыцаря опыт получить, пока остальные будут сдерживать воинов, а остальным по капле достанется.

– Ну да, мы вместо ваших умений невидимость взяли, и просто порубим его – поддержал вдруг Пёс-Призрак, – если воинов придержат, конечно.

Да это просто праздник какой-то. Я положил руку на плечо Двух Мечей.

– Если с добровольцами решили, то вы через одного с тобой и Бен Гуром берёте справа на лево пять воинов, потом Кицунэ и… – оглянулся на японца, – Вы с воином должны справится.

Тот молча кивнул, ну, чисто самурай, и вышел чуть вперёд. Я махнул рукой Дейнерис и Алекзандеру:

– Семеро идут первыми, потом двое, которые с невидимостью действуют, а мы с вами сзади, Анна-Лиза останется с остальными. На перекрёсток выйдут после боя, или если позовём.

Кицунэ и Два Меча, когда я начал говорить, посмотрели на меня, потом на Казака с Псом и видимо что-то про себя решив промолчали и встали в плотную линию, напоминавшую строй, которая должна была начать расходиться, когда окажется на перекрёстке.

– Шеренга пошла!

Быстрым шагом с каждым метром перекрёстка расходясь в стороны первая семёрка двинулась вперёд. Расстояние до немёртвых было метров пятнадцать-двадцать, костяной рыцарь стоял сзади. Его свита вперёд тоже не пошла, не знаю, был это план, или главный не хотел давать возможность создать перевес, если какой-то из воинов окажется впереди.

Когда до столкновения осталась пара секунд, я кивнул всем:

– Выходим на перекрёсток.

Вышли сделали несколько шагов, рубка как раз началась.

– Давайте, Дейнерис и Алекзандер, подходим ближе, будет прорыв закрываем, если добровольцы упустят рыцаря, не лезьте, мне будет нужно место.

– Да ничего сложного, давай бегом справа и слева от шеренги, пошли Пёс! – крикнул Казак, и побежав, сначала замерцал, а потом исчез.

Мне было любопытно попробовать поискать его сканированием, но в бою Ци лучше лишний раз не тратить несмотря на то, что шкала теперь была в четыреста двадцать единиц, а наполнена на триста пятьдесят, и голубая полоска почти зримо ползла вверх.

Ветераны заканчивали бой в три, редко в четыре удара, никто особо не напрягался, но и не мешкал, в шеренге не побегаешь и не попрыгаешь. После чего оставались на месте, готовые прийти на помощь. Остальные так пока не могли, то есть, ударов на поражение было примерно столько же, но сначала уже не новички, но ещё и не опытные бойцы, примеривались, иногда у них не получалось перерубить конечности с первой попытки, в общем над чем работать ещё было. Но в целом всё было решено.

А что там с рыцарем? Ну, и с ним всё «нормально», первые два, а может и больше ударов предводитель нежити пропустил. Даже был слышен хруст. И в сторону шеренги воинов он не двинулся, отвлёкся.

– Все назад, дайте им закончить! – пусть повеселятся.

– Он же их убьёт, они не могут его прорубить! – Анна-Лиза не слышала разговора перед выходом на перекрёсток и закономерно волновалась.

– Назад все! Никому не подходить! Это их опыт, они не хотят им делиться!

Два Меча поймал за плечо Бен Гура, а Дейнерис Алекзандера, оба резко прокричали – «Все назад! Быстро!» Японцы, пятясь смотрели, они с самого начала не собирались лезть на выручку.

Шеренга сдвинулась назад на несколько шагов. Я оглянулся, Куэсу стояла рядом с Анной-Лизой и что-то ей говорила.

Рыцарь довольно уверенно теперь отмахивался от пустоты, интересно, сколько времени они ещё останутся в невидимости? Откуда-то оттуда вдруг вылетел меч со сжимавшей его чёрной кистью. А перед немёртвым бойцом замерцал воздух, и он решительно рубанул проявившийся силуэт ещё два раза.

– Всем стоять на месте. Куэсу, ко мне!

Крикнув, я побежал к рыцарю, действительно шестой уровень, рывок, проекция, отрубить вооружённую руку, теперь спокойно обойдя его со стороны отрубленной руки, с проекцией рубануть по ноге. Когда подбежала Куэсу, протянул ей топор Гуннара, всё удобнее чем нагинатой. Лежащая на мостовой нежить только судорожно хваталась за камни оставшейся рукой.

– На, трудись, можешь начать с руки, приноровишься.

Подошёл к Двум Мечам.

– Извини, следующий будет твой, ну, в очередь, естественно, – и помолчав добавил, – раньше, когда я был молодой, девчонкам дарили духи там, цветы и ждали благосклонности, теперь всё не так как надо.

Американец выпучился на меня, но к нему подошла Дейнерис и что-то зашептала на ухо, тихо, не разобрать. Но тот глянул оценивающе на Куэсу, покачал головой. Я подумал, что осудит, но тот прокричал:

– Привал! Надо подождать, – ещё раз глянул на орудующую топором как дровосек девицу и добавил, – через пару минут дорубит, здоровая.

Народ начал располагаться на камнях. Я тоже присел недалеко от покрасневшей и вспотевшей Куэсу, которая не послушала меня сразу. Первые несколько ударов пришлись в мостовую, рыцарь успевал уворачиваться, цепляясь рукой. Теперь она справилась с конечностью, и принялась за шею.

Некоторые из новичков, ну уже не совсем новичков, сообразили, глядя на работу Куэсу, что у пары Казака и Пса не было никаких шансов, и теперь о чём-то допытывались у более опытных игроков.

– Ветераны, подойдите ко мне. – я помахал рукой.

Первый состав группы понемногу собрался.

– И зачем было устраивать этот цирк?

– У них же с самого начала не было никаких шансов.

– Они пытались убить мою сестру! – жестко отметилась Кицунэ.

– Почему ей?

Поднял руку и подождал. Постепенно все затихли, глядя на меня. Похоже уважение всё-таки удалось заработать.

– Я плохой командир? Кого-то из вас подставил и оставил без помощи? Был несправедлив с опытом? Есть недовольные и желающие взять командование на себя?

Некоторые покачали головой, один или двое сказали – «нет». Помедлив пока все отметятся, продолжил.

– Передайте всем в своих группах, я больше не буду угрожать поединками. Если кто-то недоволен, он имеет шанс попробовать свои силы. Сам! Один!

– Ваша вендетта меня не волнует. – обернувшись пристально посмотрел на Кицунэ, – когда возникает недоверие, или подозрения в чём-то, собираемся и обсуждаем, только потом решаем. Вместе.

Японка опустила глаза.

– Ну, а ей, во-первых, потому что все должны увидеть, как всё непросто, даже если рыцарь уже лежит. Во-вторых, в прошлый раз она недополучила опыт, а сейчас её очередь. А в-третьих, она моя любовница, всё равно – это секрет полишинеля, так что перешёптываться не нужно. Могут у меня быть слабости? Можете и остальным рассказать.

Кто-то захихикал, Два Меча захохотал, и кажется сказал, что так и надо. Дейнерис с Анной-Лизой опять понизив голос то ли ругались, то ли обменивались мнениями.

– Ладно, давайте вы разойдётесь, ещё минут десять посидим, о, кажется, дорубила. Куэсу иди сюда.

Джингуджи получившая седьмой уровень подошла, я, не обращая внимания на остальных, похлопал ладонью рядом с собой.

– Садись девочка, посиди рядом со стариком.

Расходились ветераны под гогот Двух Мечей и Алекзандера, кто-то вроде и вполголоса, но так, что было слышно сказал:

– Красотка досталась, повезло, а если бы мужика пырнули?

Кто-то из женщин ядовито бросил:

– Вам только дай, ещё начните из новичков подбирать.

Алекзандер вдруг приобнял Дейнерис, а та раздражённо дёрнула плечом. Жизнь, она везде своё берёт. Я обернулся к своей хафу.

– Утомилась? Хватит сил обнять?

Та, собирая в пучок на затылке растрепавшиеся волосы спросила, понизив голос:

– При всех, а стоит?

– Не знаю, как хочешь, так-то все уже знают, что ты моя любовница, только раньше шептались, а теперь я объявил всем.

Обняв меня и прижавшись грудью к спине, она совсем тихо спросила:

– А ты сам что думаешь?

– Ну, мне с тобой понравилось в постели, и потом, где ты там вдобавок успела повыделываться. В целом мне нравится, когда меня называют Виктор-сама и преданно смотрят, а если будешь в придачу ко всему и сапоги с меня снимать, разрешу мылить меня в душе. Ах, да, позволю сидеть на кухне, когда кого-то приведу.

Куэсу прижалась теснее, не думал, что ей удастся.

– А там посмотрим, нужно чтобы и тебе тоже нравилось. Сапоги там, может ещё что в голову взбредёт.

– Я даже постараюсь подружиться с Агатом. – Куэсу тихонько захихикала мне в шею.

– К старости мне попалась на мостовой мёртвого города почти идеальная женщина. – философски закончил я.

Минут, наверное, через десять, взглянул на таймер...

10.30.12

Нужно идти, мне тоже нужен опыт, да и отдохнули более или менее все. Встав, я вышел на середину перекрёстка и помахал руками.

– Давайте все подходите ближе.

Народ подошёл. Я поинтересовался все ли подогнали свои боевые умения до третьего уровня. Кто-то отвечал уверенно, а кто-то отводил глаза. Объявив, что говорю это в последний раз, и выживут, скорее всего, только те, кто будет слушать, опять для всех пояснил, что рыцарь, которого добивала Куэсу, был не слишком силён. Но, к сожалению, без третьего уровня, а потом и школы справиться с ним сложно. Кто захотел, смогли в этом убедиться.

Добавил, что не видел, как игроки тренируют полученные умения, а значит никто не поднимал владение оружием. И что у нас будет ещё одна остановка, и надеюсь, что те, кто поумнее всё-таки решат эту проблему.

Пошли дальше. До следующей дороги не случилось опять ничего важного, я получил свои семьдесят пять ОИ и снова перешёл в центр. Джингуджи теперь ходила за мной как раньше Кицунэ. Остальные японцы не пытались сопровождать меня, встав в общую очередь. Китайцы тоже по большей части держались своей группой. Споров по поводу очерёдности больше не возникало, а если и случались, то до меня не доходили. Ветераны следили за порядком.

Похоже, если мы не двинемся глубже, моя роль сведётся к роли экскурсовода, или наблюдателя. Но для того, чтобы идти ещё ближе к стенам, тем паче в город, нужны игроки, которые могут драться с рыцарями и побеждать. Можно кстати и в замок ещё раз пойти, посмотреть, что там. Сейчас, если не брать в расчёт двух новых американцев, остальные догнали Алекзандера, каким он был в первой миссии. С другой стороны, мне это всё зачем? Это теперь не моя группа. А мой интерес в чём? Мне требуется рост в тех умениях, что есть, но этому мешают миссии. Другой путь – противники высокого уровня, возможные карты с них, или какие-то трофеи, которые могли бы меня усилить. Пара уровней, до тех пор, пока у меня нет команды, на которую можно положиться.

Ещё раз перешёл в начало, взял теперь девяносто, всего сто семьдесят четыре ОИ, вернулся в центр и к размышлениям, от которых отвлекла Куэсу, которая сказала, что набрала ОИ так, что если будет следующий бой, то возьмёт уровень, а я обещал совет. Посмотрел на таймер…

05.20.22

Прошло ещё пять часов.

– Сбегай вперёд, скажи, чтобы останавливались на ближайшем пересечении улиц.

Куэсу убежала, а я продолжал думать, и чем дальше, тем больше приходил к выводу, что нужно раскачивать Ци, может попробовать вложиться в контроль, и это даст качественный толчок? Но это дорого и у меня столько просто нет, сейчас нет. Даже сожаление мелькнуло на минуту, что вокруг отсутствуют скелеты.

Вышли на перекрёсток. Все, нет не все, ветераны оставили часть подопечных наблюдать, молодцы, искали место, где присесть. Я тоже нашёл, сел под какой-то сохранившейся стеной. Вернулась Джингуджи и присела рядом.

Достаточно коротко изложил ей сравнение Ци и маны, пока, не касаясь школы. Честно сказал, почему и что выбрал сам. И, ещё пообещал, что если Ци, то буду ей помогать, чем смогу. Но, у её сестры – мана. А ей нужно выбрать самой. Не в связи с отношением к кому-то, а надолго. Мне не известно, насколько, может уже через две недели проблем с маной на земле не будет. Возможно, случится что-то ещё. Потом, через сколько-то уровней, появится шанс взять и второй вариант. Но пока – это основа, и для выбора школы, решение тоже будет определяющим. Куэсу задумалась и закрыла глаза. Хорошая девочка, пусть почитает справку.

Я тоже решил потратить немного ОИ.

Улучшить умение «Отвод глаз» F+ (2 / 3) (20 ОИ)? Да / Нет

Да. Всё, как всегда, когда это связано с Ци, картинки, колебание резерва, новое понимание, жаль, что нет ядовитого голоса, который пояснял поначалу тонкости.

Улучшить умение «Отвод глаз» F+ (3 / 3) (40 ОИ)? Да / Нет

Да. И снова движение Ци. И некоторые новые знания, казалось бы, не об отводе, а о чувстве взгляда, ну да, они связаны, и сам отвод – это воздействие на чужую концентрацию. Самому-то не спрятать собственную энергию если она есть. Погоди-ка, как это не спрятать? А как же магия невидимости? А никак, она глушит в зависимости от уровня всякие излучения тела. В общем нужно пробовать.

Хорошо бы ещё и рывок до третьего уровня поднять, и длина, и контроль должны вырасти. Кстати, а что там вокруг? В центре перекрёстка несколько пар звенели оружием, хороший звук, уверенный.

Посмотрел на Куэсу, та ещё сидела с закрытыми глазами, иногда морщилась и даже стонала. Ну, первое открытие резерва не слишком приятно, думаю и в магии тоже.

Японка открыла глаза и похвасталась, что получила контроль и первый уровень источника Ци. И сейчас пока не ушли, возьмёт второй.

– Погоди, – на язык просилось «овца», но бараном был я, – сначала возьми сканирование, и не торопись с развитием источника за опыт, я потом объясню.

Минут через десять, Джингуджи, опять же ожидаемо, граблей вроде немного, но лежат на протоптанной тропинке, открыла глаза, моргнула, и схватилась за живот, громко застонав.

– Руки мне, быстро!

Девчонка с трудом оторвала руки от живота и дала мне, холодные как лёд.

– Теперь втягивай в правую и выпускай в левую. – подал ей потихоньку в правую руку небольшую волну.

Её лицо расслабилось, открыла глаза:

– Я очень бестолковая, да?

– Ну, меня ты интеллектом и сообразительностью видимо не превосходишь. На опробованные мной грабли ты наступила, даже чуть быстрее. Потом объясню подробнее.

– А зачем мне сканирование, если я не могу его использовать?

– Приятно, если ты не специально, то тебе удалось продемонстрировать превосходство мужского, то есть моего разума. Правда мне давали подсказки. Давай потом объясню. Нормально себя чувствуешь?

Она кивнула. Ладно, пора идти, и так потратили почти час. Таймер показывал…

04.28.20

– Всем подъём, нужно идти.

Встал и дал руку Куэсу, она взяла и легко поднялась на ноги, кстати…

– У рыцаря была карта?

– Да была.

– Что-то интересное?

– Контроль нежити, – она смотрела спокойно, – вряд ли пригодится.

– Если только Кицунэ отдать, но без нежити она не слишком нужна.

Дальше пошли так же, единственная озабоченность, которая была у меня, что все не получат поровну. Уходить, я думал опять с перекрёстка. Нет смысла заморачиваться с поиском места. К дому уже привыкли, да и другие места есть. Опять добрались почти до реки. О, вот мне машут руками, подошла очередь. Что там с таймером…

00.27.30

Как по заказу. Вышел вперёд и вместе с Джингуджи и ещё одним игроком, кажется, европеец, что-то он задержался, взяли свои ОИ. Теперь у меня было двести четыре ОИ.

– Всё, на сегодня хватит! Уходить будем отсюда! Располагаемся.

Я поискал место, где присесть. Куэсу исчезла. Ко мне начали подходить ветераны, с ними подошла ещё Леди Годива и один из китайцев. В целом все были довольны результатами, но зачем-то хотели переговорить. Начала Дейнерис, которая сказала, что все её товарищи получили достаточное количество опыта для завершения миссии. Некоторым осталось набрать ещё какое-то количество часов, но они посоветовались с Алекзандером, и хотят попробовать провести последнюю миссию сами. Не очень удивительно, что остальные высказались примерно так же. Даже японцы, которых по идее, для мисси было маловато. Но, хозяин барин. Прикинув так и этак, в свою очередь поинтересовался у всех, что будет с договорённостями.

Если они откажутся, мне будет нечем их держать. Это могло бы быть неприятно, но я тоже набрал достаточно, так что можно и отдохнуть.

Тем не менее, абсолютно все «представители», если Кицунэ, Анну и китайца можно было посчитать таковыми, подтвердили, что все договорённости в силе. И, возможно, появятся ещё предложения по созданию группы. Это должно выясниться до десяти часов по серверу. Заинтересованные стороны направят соответствующие письма. В свою очередь, все стороны ждут от меня к тому же времени указаний, куда доставить оговорённое ранее.

На этом официальная часть была завершена и почти все разошлись к своим решать текущие вопросы. Откуда материализовалась Куэсу и присела рядом.

– Можно, я опять пойду с тобой?

– Ты взрослая девочка, и сама можешь решать, когда и куда идти.

А мне лично неизвестно «правильное» решение, да и не может его быть никакого определённого и верного. Самое простое слово всегда «нет», хотя «да» на целую буку короче. Но «да» обязательно потребует чего-то дальше. А «нет», чем дольше, тем сложнее произнести.

– Пожалуйста, мне Кицунэ принесла целый контейнер разных сортов чая, а то у тебя какая-то трава.

– Ну, только если из-за чая.

– Тогда выходим на базе.

– А это зачем? Там чайника нет.

– Там платье осталось, а если к тебе, нужно ждать, чтобы что-то привезли, и ты же не хочешь гадать, что на этот раз привезут?

Нет, в принципе, из футболки и треников можно создать ей что-нибудь, чтобы довести до магазина. Но у Джорджа есть ещё и машина. И получается, что это меньшее зло. Видимо до Куэсу примерно дошло о чём я думаю, и она решила бросить на весы ещё одну гирьку.

– А ещё я знаю где там взять женский костюм, строгий, почти офисный.

Это решило дело, большего с неё всё равно не добиться. Ладно, на крайний случай в Риге есть аэропорт, то есть не на улицу выгоню.

Вышли естественно в том же номере на базе, откуда и уходили. Я двинулся к дивану и журнальному столику, на котором так и стояли бутылка и пепельница, и лежала пачка. Замысел был простой. Наливаю и закуриваю, типа пропуская Куэсу в душ первой, и под виски и сигарету с удовольствием посматриваю на процесс обратный тому, который наблюдал перед выходом. Во, мне одновременно и удаётся побыть и джентльменом, и гурманом, и это без всяких усилий.

Куэсу, как и все женщины, сломала мужской план без проблем. Она улыбнулась, как будто извиняясь, и сказала, что ей нужно сбегать в её номер за платьем, а мне пока удастся сполоснуться и привести себя в порядок. Потом она вернётся, займётся собой, уже затем сделает обещанный чай.

Вот так, ни выпивки, ни покурить, ни радующего душу зрелища. А потом ещё начнётся, что виски к чаю не идёт, а сигареты портят вкус. Ну и ладно, отозвал одежду и расстёгивая пояс двинулся в ванную комнату.

Завершив водные процедуры, на всякий случай спросил не включить ли кофемашину, чтобы к её появлению вода закипела. И теперь уже уверенно двинулся к вожделенным дивану, стакану и первой затяжке. На этот раз сложилось почти всё, кроме Куэсу исчезнувшей в ванной не раздеваясь, и строго наказав не портить кипяток.

Появилась она не так быстро, но зрелище вполне окупило время на подготовку. Кицунэ принесла не только чай. Она принесла ещё и халат. Хотя для этого изделия, халат, наверное, слишком длинное слово.

Да нет, пожалуй, это одеяние было вполне длинным, почти до пола. Но, чтобы не обольщаться, контейнер вообще-то величиной под два, может три бутерброда. А потому пеньюар, был белый шёлковый и прозрачный, с одной пуговичкой и пояском под грудью.

Справедливости ради, нужно сказать, что банный, висевший в ванной одел я, а полотенце, наверное, прикрыло бы не больше, впрочем, это как повязать. Ну, в целом, я ничего не теряю, конечно, если это не тот обещанный офисный костюм.

Да ладно, опущенные глазки явно свидетельствовали, что цель была, а мне оставалось только признаться, что она достигнута. Смотреть на Куэсу приятно.

Дальше она что-то там делала с кофеваркой, пытаясь добиться какого-то там кипятка, и ругалась совсем как образованная современная девушка. Но чай был хорош. На журнальный столик она умудрилась его поставить, предварительно встав на колени, кажется, так должны подавать его настоящие японские женщины. Оценить правильность я естественно не мог, но отрицать, что всё вместе мне понравилось тоже глупо.

Пусть эта миссия и была почти рутинной, но всё равно, контраст между там и здесь был разительным. И моя хафу сумела это подчеркнуть. Сегодня она была не безбашенной девчонкой, а чинной дамой, ну, в таком халатике либо у характеристики корень из трёх первых букв, или кавычки здоровые.

Мне как-то удалось отодвинуть все мысли о доверии на потом и просто порадоваться. Джингуджи чирикала что-то совсем бессмысленное, о чае, о погоде, ещё о чём-то. Ничего важного, но даже в номере базы, ей как-то удалось создать уют.

Единственное, что чуть-чуть нарушило атмосферу, это замечание о том, что по-настоящему взрослые мужчины не уходят от малолетних любовниц на диван. Ладно, она старалась и обижать её действительно не стоит.

Утром у корпуса была машина и шофёр. Джорджа я не искал, Анне не писал. Хотя нет необходимые письма, после напоминания Куэсу были мной разосланы всем. Причём Джингуджи сказала адрес куда мы поедем, так как ей нужно туда попасть на час другой, а потом свободны. И я подумал, что общаться пока ни с кем не хочу, получу ответы, может быть почитаю, а вообще, пока отдыхаю от всего.

В платье и чулках девушка сегодня выглядела почти прилично. Я думаю, что, добившись своего, она не стремилась меня дразнить. А может ей нужен был перерыв, чтобы следующая задумка получилась ярче.

Меня, конечно, занимала мысль, являются те черти, которые водятся в аккуратной головке с лицом чуть раскосого ангелочка собственными или натренированными? Но вторые сутки – это слишком много чтобы ни разу не сорваться. Хотя кто их знает эти восточные практики, то, что у неё стальные нервы, шанс убедиться у меня уже был.

Да и мне что за дело, военной тайной не владею, а значит во сне её не выдам, принуждать её ни к чему не принуждаю, лично, то есть совесть свою я тоже успокоил.

Перед отъездом, ещё раз занялся исцелением с Куэсу, никаких излишеств только проверка и немного воздействия. Когда сели в машину, разговор про возможности этого умения продолжился. У меня сложилось убеждение, что оно – одна из обязательных основ. Конечно, в моём и в её возрасте, важность разная, но с учётом всего, что мне удалось получить от исцеления, и прогнозов на будущее, недооценивать его неправильно. От Джингуджи я ничего не скрывал, но и не настаивал, у каждого свой путь. Но если есть возможность помочь, то почему нет. Рассказал и про медицину земли, уверен, что некоторые возможности без неё недостижимы.

Японка слушала и спрашивала, к месту и о важном. Голова у неё была не только для причёски, и разного другого. Иногда она задавала и вопросы о событиях, которые привели меня к тем или иным выводам. Врать не врал, но и откровенничал не всегда, говорил, что не хочу это обсуждать. Девчонка не настаивала. А иногда, когда я замолкал брала меня за руку.

Нет, противоположностью вчерашней оторве она не была. И почему-то у меня всё больше зрело убеждение, что и тот и другой вариант Куэсу – это она. Посмотрим. Люди притираются годами, а расстаются, иногда, за пару дней. Нашему же знакомству и двух суток нет.

Джингуджи вдруг извинилась и прикрыла глаза, обдумывает, изучает, или просто устала от разговоров интересоваться не стал. С девчонками её возраста я давно чувствовал себя не слишком уверенно, вроде и есть что сказать, но интересно ли им, или уже стоит оставить разговор, понимал не всегда.

Сам себе я всегда был интересным собеседником, и в дополнительных нуждался редко, есть хорошо, а не хотят, переживу. Отвернулся к окну. В поездах и машинах всегда и разговоры, и молчание содержательное. И о чём подумать есть, о подружке, миссиях, будущем, развитии, ещё бы выбрать, что приоритетнее.

Доехали до города, покрутились по улицам, остановились. Прошли в здание, поднялись на лифте под крышу.

– И куда мы?

– Всё нормально. Сейчас.

Подойдя к мужчине, по виду явному охраннику, Куэсу по-японски, но без обычных вежливых оборотов потребовала какого-то господина Тошиду. Надо признаться, на секьюрити она явно не произвела впечатления. Я и сам бы не поверил, что девица с такой внешностью в рабочее время может заинтересовать какого-то, видимо важного чиновника. Тем не менее, безопасник явно не хотел скандала, и попросив подождать, куда-то ушёл. По дороге он кивнул ещё кому-то, и я почувствовал несколько чётких точек внимания.

Я взял Джингуджи за руку и спросил, не придётся ли нам срочно уходить, и не надо ли к чему-то готовиться. На это она ответила, что всё нормально и всё как обычно.

Охранник вернулся, не торопясь и в сопровождении ещё более явных специалистов по улаживанию проблем, и предложил Куэсу пройти с ним. Всё было очень похоже на мою встречу с американцами, может игроков по характеру тоже отбирают. Чертовку ситуация забавляла, и она решила повысить градус взяв меня под руку и барственно сказав, что я иду с ней. На нас начал оборачиваться народ и быки, взяв нас в клещи решили продолжить переговоры в менее людном помещении.

Довести всё до драки Джингуджи не удалось, видимо господин Тошида посмотрел на неё, камер вокруг было достаточно, и встретил нас у дверей, в которые нас с дружелюбием носорогов пытались завести безопасники.

Вызвав у секьюрити ступор, господин Тошида поклоном приветствовал госпожу Кузаки и господина Виктора. Я поперхнулся от смеха, в анимэ Кузаки и Куэсу не только были разными героинями, но и олицетворяли разные идеи.

– Может ты ещё и Ринко?

– Ринко – Кицунэ, а я Элизабет, но дразнили не её, а меня, она уже закончила школу. – обиженно проговорила Куэсу, то есть Элизабет.

– Господин Виктор с нами не идёт, пожалуйста, покажите ему чайную церемонию, он очень интересовался – с долей мстительности заявила Джингуджи.

– Конечно, госпожа Кузаки, прошу Вас сюда, господин Виктор – Тошида указал куда-то вдоль коридора.

Охранники, отлипнув от Кузаки Элизабет, весь оставшийся день буду её так называть, прилипли ко мне, их старший пошёл по коридору вперёд. Я двинулся за ними. Надеюсь, что мне покажут короткий вариант, как я слышал длинный занимает около трёх часов.

Девчушка в кимоно с яркими красными цветами и такого же цвета поясом, появилась в комнате куда меня проводили почти сразу. Пишут, что гейши разговаривают с клиентами, эта молча выполняла, какие-то малопонятные манипуляции с огнём, чайником, ещё одним чайником. Заснуть или помедитировать не удавалось. Сидеть на полу вообще неудобно, а после того, как она показала правильную позу, все силы стали уходить на то, чтобы почувствовать ноги, которые затекли враз.

К моменту прихода Элизабет, я её уже почти простил на сегодня, вконец одеревеневшие ноги требовали тщательного обдумывания будущей мести.

Кстати, когда в дверь заглянула гладко уложенная девушка с идеальным макияжем, и в красном костюмчике, я её поначалу не узнал. Высокий воротник стойка, узкая юбка почти до колена, большая чёрная бабочка и туфли в тон, вот что сначала бросилось в глаза.

– Ты всё смотришь, и даже не повёл её в комнату отдыха? – девица стремительно зашла за одну из ширм, – да ты стоик, – она захихикала, подошла ближе и крутанулась на каблуках.

Вот теперь узнал, вместо блузки или манишки под бантом бабочки был только воротник, пиджак имел всего лишь две пуговицы, может там и существовала какая-то потайная застёжка, чтобы он не распахнулся, но в вырезе отчётливо угадывалось, что с бельём мы всё так же не дружим, а обтягивающая юбка сзади имела разрез примерно до того же уровня, на котором был подол утреннего платья, то есть резинку чулок, если сделать чуть более широкий шаг было видно вполне отчётливо. Элизабет была абсолютно узнаваема.

– У тебя приличные костюмы есть? – у меня появилось стойкое убеждение, что платье тоже было её, только непонятно, как оно оказалось у Анны.

– Ринко подарила два кимоно, а ещё полевая форма, повседневный и парадный мундиры! – Опять захихикала Джингуджи, – с ними я даже бельё надеваю, не под кимоно, естественно, там не положено.

Может она действительно такая, при переезде в Японию башню потеряла.

– А в этом нельзя, на юбке складочки будут. – она провела ладонями по бёдрам, поднимая полы пиджака. А ты завидуй дурочка, я сейчас пойду, с ним, ну ты понимаешь… – она мечтательно прикрыла глаза.

Девчонка в кимоно кажется перелила чай, и он полился из чашки на стол. Куэсу подошла и протянула руку, – «пошли, твой пакет у меня, от остальных должны быть на ресепшн». Я взял её за руку, призвал контроль чувств, нельзя при ней оступиться. Сделал шаг, другой.

– Потом расскажешь, что нужно изучить для таких подвигов, сейчас разойдёшься. Здесь рядом есть хороший ресторан и даже с верандой, где можно курить. Кстати, еда там тебе должна понравиться.

У «Арагаца» действительно была терраса, на которой мы и сели. Заказали. На удивление Куэсу сегодня вела себя без эксцессов, а если не присматриваться, то выглядела вполне прилично. Правда иногда, она не выдерживала и тянулась через стол, но результаты усилий мог лицезреть только я.

У нас продолжился разговор, который мы вели в машине, она что-то уточняла, переспрашивала. Чувствовалось, что она обдумала то, что говорилось раньше.

– Ты уже проверял, нам нужно идти?

– Письма есть, но обычно, я всё делаю перед самой миссией, ты же знаешь.

– Мне очень хочется потренироваться с тобой, это важно для меня, ты сам говорил, но…

Как-то всё на неё не похоже. Хотя, знакомы мы всего ничего и похоже, не похоже говорить рано. Но до сих пор, она или просто пыталась добиться своего, или отступала, а сейчас, как будто не может решиться на что-то.

– Но я хотела тебя попросить. Об одолжении.

– Это для тебя? – мне перестал нравиться разговор, и видимо это сразу проявилось в тоне.

– Нет, не для меня, если бы речь шла обо мне, сказала бы сразу. – она почему-то отвела глаза.

– О чём идёт речь, и кто просит, а самое главное, зачем это мне? Ты отлично знаешь, что благотворительность – это не моё, – вот и всё, как и ожидалось, «сказка» продлилась недолго.

Я демонстративно достал полученные пакеты, четыре штуки, и надорвал один из них.

– Можешь не проверять, там всё и даже чуть больше, только придётся запомнить несколько длинных цифр, или написать на бумаге органическими чернилами.

Открыв пакет стало понятно, что там действительно больше того, что я просил. Кроме паспорта с моей фотографией, там была карта социального страхования, права и кредитная карта банка с тем же именем, что и в паспорте.

– Тебе восстановят любой из комплектов при обращении в соответствующие государственные органы, нужно только назвать номер страховки или паспорта, во всех конвертах одинаковый комплект, и желательно запомнить все.

Это было не просто больше, а намного больше. Госорганы стран, выдавших пакеты, были почти по всему миру – посольства.

– И тебя ещё раз просили подумать, не хочешь ли ты не только использовать документы, но и…

– Я ответил всем одно и то же – я подумаю.

– Своих не рекомендую, просто передаю предложение.

Будем надеяться, что предыдущий разговор рассосался сам собой. И хорошо, сейчас проверю письма, и, если миссия не соберётся, провожу девушку обратно в посольство и поеду домой, а может потренироваться с Агатом. Надо-таки заняться собой. А Куэсу, даже если ей ещё нужно какое-то время провести там, может и со своими сходить.

Первым открыл письмо Лао Ху. Тот благодарил за неоценимую помощь, которая выразилась не только в самом факте сопровождения соотечественников, но и в тех выводах, которые удалось сделать на основе анализа организации, и так далее и так далее. Красивые фразы ни о чём, настоящий китаец. А что там по сути? Ага, вот – никто от них не пойдёт, все войдут в другие группы. А что с обязательствами, теперь всё кончилось? Нет, они несмотря на изменения пойдут навстречу мне в надежде на будущее сотрудничество.

Может написать товарищу Лао, что-нибудь типа: – «Уважаемый товарищ Лао Ху, наши несомненные совместные достижения послужат прочной базой дальнейшей всё более растущей и расширяющейся дружбы, которая обязательно в будущем достигнет…».

Ответ от Лао Ху пришёл сразу – «Всё понятно, договариваться будем, когда будет о чём. Надеюсь, то, что мы пришлём тебе пригодится.» Проняло.

А что там Кицунэ? Ринко просила помочь сестре, она не слишком поняла письмо Элизабет, но уверена, что на полные глупости та неспособна. От них тоже никого не будет, но договорённости они выполнят. Впереди неопределённость и терять возможного союзника они не хотят. Ожидаемо, думаю, что так или иначе, все стороны знают о действиях других. В этом смысле неучастие в обмене информацией не только снизит вероятность дальнейшего сотрудничества, но и позволит другим повлиять. Любые данные могут быть поданы и представлены по-разному.

А не слишком ли я самоуверен? Ослеплён, так сказать, собственными достижениями. Посмотрим, пока мне везло, и в целом я угадывал ход событий. Да и некоторые «оговорки» Джингуджи. Посмотрим, ещё чуть больше суток, и я увижу, что мне пришлют.

Дейнерис писала, что они просят сходить ещё. В письме был список и приписка, странная такая приписка, что на этот раз потери не играют никакой роли. Перечитал ещё раз, нет, из послания ясно и определённо следовало, ни на оплату, ни на предоставление информации понесённый урон не повлияет. Она что, намекает, что они сами просто не хотят возиться?

Текст от Анны, то есть Леди Годивы, почти дословно повторял изложенное Дейнерис, за исключением того, что американка извинялась от имени Джорджа. Тот якобы не может встретиться со мной, то ли дела, то ли улетел домой для консультаций. Не очень-то и хотелось.

Раз уж начал, нужно принять претендентов и сформировать миссию. Рутинно включил в состав игроков по спискам Дейнерис и американки, ни один ник не вызвал никаких ассоциаций. Бывает.

А это что за Анэхита Пэри. Уровень 3. Как вообще можно было не набрать уровней к сегодняшнему дню. Да и ник странный. Отдаёт сказками, которые читал в детстве, но вроде даже и не «Тысяча и одна ночь». Впрочем, получить арабский я так и не удосужился.

Вернулся к никам других, там все шестые и седьмые, конечно, с «новичками» в группе сразу к воинам идти не стоит, но третий создаст проблемы для всех. Интересно было бы посмотреть, а такой уровень ещё есть у кого-то, но в общем списке не видно, а пока не войдёшь в группу этот параметр виден только у претендентов.

И вот ещё одна странность, нас в группе осталось только двое, я и Джингуджи, и та уже пометила эту Пэри согласием. Тогда не буду сразу отказывать.

Да, обычно претенденты со стороны пишут письма всем членам группы, ещё раз просмотрел корреспонденцию, нет, там ничего нет. И рекомендаций тех, кому я мог бы поверить тоже нет.

– Элизабет, кто эта Пэри? И почему ты её пометила согласием?

– Ты меня дразнишь, или обиделся? – японка, или хафу, как там правильно, протянула ко мне руку.

Я на минуту завис. Для мне вообще все иностранные имена, и их сочетания с фамилиями кажутся сначала непривычными. Ну нет у меня большого опыта общения с их носителями. А ещё когда они из разных языков. Пока не привыкнешь, даже читаю бывает неправильно. Когда я читал этот фанфик, я только к середине второй книги обнаружил, что переставляю буквы в фамилии Джингуджи.

– Дразнить не дразню, дразнят близких, или… неблизких, кого не боятся обидеть. – как-то суховато прозвучало. А нам ещё идти в миссию. Да и ладно, выполню просьбу Кицунэ и всё. Кстати, Ринко что-то написала про глупости, это та глупость?

– И обижаться мне не на что, и незачем, обиды тоже связаны с отношениями, ты должна это понимать, а у нас сотрудничество…

– И всё-таки, не нужно меня обижать, я пока не могу объяснить всё полностью, будет только хуже, просто попробуй поверить, я тебя пока ни разу не обманывала. – Куэсу выглядела как искренний и грустный ангел, ну не считая того, что цвет костюмчика подкачал.

И даже руку протянула не наклоняясь. Серьёзная Джингуджи даже немного озадачивала. Раньше использовались другие подходы. Но насчёт лжи, это всё вопрос трактовок и доверия. Может я сейчас действительно перегибаю.

– Давай так, ты говоришь, чего хочешь от меня сейчас, я обещаю, что прислушаюсь, только прислушаюсь. И если сочту, что могу и готов выполнить просьбу, то выполню. Постараюсь воздержаться от оценок до результата. А если буду не прав, постараюсь это признать

Японка покивала – «пожалуй, этого пока достаточно, но потом…»

– Наверное, я всё-таки староват для общения с тобой и… – я покрутил рукой, – а может, мне просто нужно больше времени, чтобы привыкнуть.

Пожалуй, некоторые «воспоминания» мешают здраво оценивать ситуацию. Может включить контроль чувств? Да ладно, сомнительно, что меня могут подставить там, а настоящие игры здесь ещё даже и не начинались.

– Вернёмся к тому, чего ты хочешь, чтобы я сделал. – надеюсь на этот раз мне удалось произнести это нейтрально.

– Я прошу тебя принять в группу эту Пэри и уйти сегодня на миссию на три-четыре часа раньше, чем обычно.

– Там же ночь будет, три-четыре часа мы просто потеряем.

– Увеличь срок миссии до двадцати или больше часов.

– Давай конкретно, но надеюсь, что потом, ты мне сможешь объяснить зачем всё это.

– Пошли в десять по серверу, а уйдём как обычно, хотя … лучше тоже в десять, послезавтра воскресенье, рано вставать не нужно.

– Ты думаешь вернуться опять со мной? – сомнение в голосе скрыть не удалось.

– Я надеюсь, а на крайний случай, как ты говоришь, в десять ещё можно вызвать такси до аэропорта. – мелодичным и нежным, но сочащимся ядом голоском уела меня соплюха, мало её пороли в детстве.

Ладно, пообещал так пообещал, за удовольствия нужно платить, тем более плата не слишком велика. Но, тогда нужно срочно ехать домой и решать, что делать с двумястами ОИ. Это я так её, или себя проучить хочу? Четырёх часов там, более чем достаточно, чтобы решить вопрос. А здесь, до десяти можно было бы и более плодотворно время провести.

Хотя если идти в десять, то времени осталось только на то, чтобы поспать, больше суток без сна без причины – глупость.

Быстро принял странного игрока, за которого просила Куэсу, сформировал миссию, убедился, что она согласилась.

– Откуда будем уходить?

– От тебя, я хочу запомнить точку, чтобы иметь возможность пугать тебя по ночам. – к Куэсу явно возвращалась уверенность, а с ней и лёгкость.

Она права, тащиться на базу, а для этого как-то вызывать машину, это терять время, да и вообще зависимость от кого-то мне не нравилась. Я расплатился, убрал все пакеты в сумку, нужно не забыть выложить перед уходом, и вызвал такси. Джингуджи сидела с закрытыми глазами, надеюсь она не изучение умений затеяла.

Приехали домой, вызывать Агата, чтобы тот мешал отдыхать не хотелось, переживёт ещё сутки, а будет бухтеть извинюсь.

Когда я закончил подготовку, поставил будильник и лёг, Куэсу явилась из душа, забралась под одеяло, повозилась и засопела. Вроде как обиделась, но оставляет мне решать, как быть дальше. Гордясь тем, что меня не купишь вот так запросто, хотя не уверен, что, если бы она приложила хоть капельку усилий, мне было бы от чего пыжиться, я заснул.

Девчонка выдержала характер до конца, успела встать и одеться до звонка будильника, и на этот раз шоу не было. Не думаю, что интересно смотреть, как одевается немолодой мужик.

До ухода я ещё успел выкурить на крыше сигарету. Паршивка даже чай не стала заваривать.

Ушли и пришли уже совсем обыденно. Из других порталов появлялись игроки, осматривались, насколько это возможно ночью. Кто-то даже здоровался. Но в целом все оставались на месте.

Из одного окна, вышел, да нет скорее выпала, растрёпанная голая девчонка, тут же села на месте и закрылась руками и волосами. А вот и проблемы, всё, как и ожидалось, это, я ещё раз вгляделся в ник, Анэхита Пэри. Уровень 3. Куэсу коршуном кинулась к ней, и практически оттащив в угол, мне за спину, стала там возиться.

Осмотрев остальных, ну осмотрев, наверное, громко сказано, но и в свете одной из местных лун, свечение которой пока пробивалось в одно из окон, кое-какие выводы можно было сделать.

Американцев было трое. Один белый, но скорее синий от покрывавших не только лицо, но и голову татуировок. Вероятнее всего этим он не ограничился, но под курткой было не видно, а руки он прятал. Ещё два негра, на них видно хуже, но у лысого, или бритого татуировки тоже были, просто не так заметно. Второй был с дредами, они-то как раз и здоровались, а теперь сидели у стены на корточках и о чём-то тихо переговаривались. Теперь ники Белый брат, Большой брат и Старший брат, наводили на мысль о том, что пришли они из камер. Все трое были здоровые, как показывают таких посидельцев в американских детективах, и вполне возможно, послужили прототипами. Ну не верилось мне, что силовики, а принять их за клерков было невозможно, могут так себя разрисовать. Хотя, это – Америка.

Мне припомнилось, что письма Леди Годивы и Дейнерис почти совпали по тексту, и, пусть предвзятость – это неправильно, но глядя на европейцев, я уже заранее искал что-нибудь такое. Но нет, да и я не знаток. Сразу бросался в глаза двухметровый негр. Но рост – это же не доказательство. Два остальных были обычных габаритов, один вообще какой-то стёртый, что ли, ни одной черты, которую запоминаешь. А второй тощий, и напрашивалась характеристика вертлявый, хотя стоял он спокойно.

– Господа, некоторое время придётся провести здесь, в одной комнате, возможно всем вместе будет неудобно. Можно разойтись по другим, обычно там безопасно, во двор в одиночку лучше не выходить и не шуметь.

– Ты не волнуйся брат, мы не помешаем.

– Нормально всё, естественное дело.

– А потом девки достанутся всем?

Что-то шансы группы вернуться в полном составе упали почти до нуля. Вопрос только в размере потерь.

– Уважаемые, есть два варианта, простых и доступных. Всем! Вместе! Неудобно! И комнат достаточно! Второй вариант, все переходят в дальний от двери угол и кучкуются там! Есть те, кому нужно повторить?

За спиной возникла Джингуджи уже с нагинатой.

– Милая, убери пожалуйста, никто не хочет иметь красный ник, лук гораздо удобнее.

Натянув перчатки и вызвав лук и наложив стрелу, поинтересовался – «кто-то верит, что успеет добежать?»

– Брат...

– Всем в угол! Куэсу унеси её в другую комнату.

Выходя из комнаты, добавил – «спасибо за благоразумие, когда соберёмся идти, я предупрежу, и не нужно бродить по дому, острые предметы, ранения, зачем оно.»

Судя по запаху непохожему на табак, которым потянуло по всему дому через пару минут, народу было чем заняться.

Зайдя в комнату, положил в проёме коридора несколько гнилых досок, всё какая-то вероятность, что наткнутся, если полезут и утроят шум. Маленькая, но всё-таки.

– Куэсу, что с ней, и забери у девушки острый предмет, и оружейные карты, я не хочу порезаться.

Ну, короткая версия была действительно короткой. У девчонки была сломана рука, которая уже начала неправильно срастаться, челюсть и рёбра, видимо были внутренние повреждения. Про эти проблемы Куэсу говорила как-то не слишком внятно.

– Ты можешь с ней договориться, чтобы я её осмотрел, на расстоянии вряд ли удастся что-то сделать.

Японка на ухо что-то зашептала девчонке на общем. Та из-под сбившейся в колтуны гривы, богатой, но неопрятной, могли бы всё в косы, или пучок какой собрать, смотрела откровенным зверёнышем. Сошлись на чём-то они через несколько минут. С патлами тоже справились. Пацанка была мелкая. Ну может и не совсем, но на фоне Куэсу выглядела, скажем так, некрупно. Может как Кицунэ. Но на вид сестры Элизабет всегда накладывалось ощущение опасности, не сразу, но оно проявлялось.

Осматривать мне выставили из-под капюшона челюсть, задрали рукав и немного куртку, напомню она выглядела как толстовка, на животе. Да и ладно, в принципе и руки достаточно, только Ци жалко.

Всё было не просто плохо, и даже не очень плохо, а совсем почти безнадёжно. Кроме переломов присутствовали порванные связки. Как она рукой вообще шевелила было непонятно. Рёбра и ливер, да-да, там с органами было худо, девчонке оставалось не слишком долго. Дальше было не очень понятно, но и по женской части явно были проблемы.

Челюсть и половина отсутствующих зубов на этом фоне вообще не были проблемой, говорить, ну как говорить, что-то бормотать могла, а на жизненные функции это почти не влияло.

– И чего ты хочешь от меня? По сравнению с тобой в тот раз, она просто труп, у тебя была очень плохая рана, но одна, и никаких отягчающих состояние повреждений. Кстати, не чувствую отсюда, но кажется ей ещё и ногу попортили.

– Ты можешь ей помочь?

– Куэсу, если выжить, то да, но… но с учётом переломов и остального нам потребуется много, очень много времени. Такие повреждения лечатся чрезвычайно медленно. Да, я боюсь, что это не всё, судя по уровню, всё упирается ещё и в необходимое время здесь, и в ОИ, так?

– Да, так.

– На это не хватит времени точно, и как решать проблему, если она не сможет идти, я не знаю.

– Неужели всё безнадёжно?

Мне пришла в голову мысль, шальная, абсолютно безумная.

– У неё есть ОИ, хоть сколько-то? Ты меня понимаешь? – мне надоел обмен мнениями в присутствии обсуждаемого, и я обратился к ней.

Девчонка попыталась отползти и помотала головой.

– Если она будет так относиться ко мне, то всё вообще бессмысленно, договаривайся с ней, пусть терпит моё присутствие, закрывает глаза, всё-что угодно, но, если она не будет доверять, мы вообще ничего не сделаем.

– И ещё, прежде чем начинать, ты мне расскажешь в чём дело, мне хватит урок, которых нам подсунули союзнички.

Отойдя, сел у стены и ушёл в себя. Способ действительно был, я его вспомнил, всё упиралось только в то, что мне было болезненно жалко тратить накопленные ОИ на этого зверёныша. Она мне никто, чистая незамутнённая проблема, решить которую будет дорого и абсолютно бесполезно для меня. Я вообще отношусь к благотворительности плохо. Это кроме того, что меня никто никогда не жалел и не помогал просто так, Эржена не в счёт, там всё иначе. Всегда был уверен, что сначала сам человек должен бороться, и тогда есть смысл помогать. Дело не в плате и не в выгоде, дело в воле, настоящей, которая заставляет барахтаться, и только тогда поможет соломинка. А если руки сложены, то брошенный спасательный круг может только утопить.

Куэсу подошла почти через десять минут.

– Она расскажет всё сама, может не сразу, но кое-что начнёт сейчас. И ещё, она мусульманка, по крайней мере считает себя такой, и … – японка замялась, – для неё это важно, я кое-что обещала от твоего имени, ты будешь недоволен, но это, даю слово, неопасно… и, ну потом ты можешь отказаться, но сам ей скажешь об этом.

Редкостная дурь, но я обещал своей хафу поверить ей, и вот так из обещаний плетутся всякие путы.

– Ладно, пошли, это всё равно долго.

Когда вернулись к девчонке, та лежала голая, но привлекательнее не стала, наполовину синяя, ещё и в крови.

– Пожалуйста, дай мне руку. – девчонка говорила неразборчиво, шепелявила и хрипела.

Я протянул кисть вперёд, и она так же неразборчиво начала бормотать что-то на непонятном языке, потом остановилась и посмотрела на меня – «неделя, да?». Это она о чём вообще?

– Да, на неделю, я за него обещаю. – Куэсу кивнула.

– Пусть лучше начнёт рассказывать. – вообще-то мне уже надоели эти игры, нужно быстрее начинать, раненная слабела на глазах.

Рассказ был не слишком длинным, но вполне похожим на правду, или на то, во что такой доверчивый баран как я мог бы поверить. Девчонка стала игроком почти по случайности, бывает. Она считала, что может всегда отказаться, ну эта кнопка есть у всех.

Потом она вдруг вернулась назад во времени, это обычно для таких спонтанных воспоминаний, когда что-то требует пояснений. Она выросла в Ираке. Отец был офицером, военным или ещё каким, она не знала в 2003 ей было пять лет, в этом возрасте такие вопросы не интересуют. Потом была война, всё кончилось быстро, а мама перестала ходить на работу и сидела дома. Мать была врачом, но после штурма больницы не стало, так она сказала дочери.

Попробую всё-таки по порядку, хотя она постоянно перескакивала в рассказе от сегодняшнего времени, в прошлое.

Отец отпустил бороду, а мать почти не снимала хиджаб, почему-то девчонке это казалось важным. Несколько лет она пропустила, но сказала, что теперь к отцу часто приходили его друзья, тоже ставшие бородатыми, а ещё он требовал отныне, чтобы дома чаще говорили на арабском, и втолковывал ей шариат, обязательные правила.

А потом опять была война, но сначала глава семьи приходил радостный, а мама плакала, а потом мужчина стал всё больше мрачнеть, они несколько раз переезжали. Теперь они жили в Сирии, она с мамой в хорошем доме с садом. И к ним ходили дети, которых мамочка учила. А отец был в разъездах и приезжал редко. И родители постоянно спорили между собой о том, что нужно уезжать, лучше в Европу. Девчонка видимо стала взрослее и понимала о чём речь. Но глава семьи говорил, что денег не хватит, а в цивилизованных странах без средств они жить не смогут. А потом отца убили, или он исчез. Они уже жили в Афганистане, домик был попроще, но всё равно хороший.

В принципе, всё сходилось, я не слишком интересовался, но читал статьи про офицеров Саддама, бывших членами БААС, а потом воевавших на стороне разных группировок. И по годам примерно получалось. Только, сколько же этой пигалице лет.

В какой-то момент к ним пришёл один из товарищей исчезнувшего главы семьи, и вот здесь, собственно, началась история, которая напрямую касалась девчонки. Этот друг сказал, что мать может хорошо устроиться у какого-то старейшины, она врач, а шейх старый и в гареме ей найдётся место, там будет спокойнее, чем одинокой женщине с девочкой. А дочка станет женой сына старейшины. Они живут вместе, и мать с дочерью смогут видеться очень часто.

Здесь было единственное тонкое место, но страна под оккупацией, да и ещё с действующими на территории совершенно по-разному организованными «партизанами» и «войсками» халифата – место, где может случиться почти всё что угодно, особенно если мужчины в семье больше нет.

Дальше история кончилась быстро, девчонка стала игроком, прошла первую миссию зарубив пару гоблинов, которые не отнеслись к ней серьёзно, попытавшись сразу получить радость. Ну, привирает немного, но без деталей сойдёт.

А дальше, была глупость, обыкновенная девчачья глупость, в одной из групп она увидела имя отца, то есть один из ников звучал как имя и прозвище отца. Она написала. Ей ответили, что хотят встречи, страдают от разлуки. А сообразительности спросить что-то известное только ей и родителю не хватило. Уверенная, что встретит отца, она даже не подумала о том. Что её отсутствие заметят. Нет не так, она была уверена, что вернётся с сильным и умным мужчиной, главой семьи, и тот решит любую проблему. А кроме того это был будний день, уходили они после заката, а прийти должны были до рассвета. Муж предупреждал, что они с шейхом должны уехать.

Это опять был тонкий момент, но в то, что в таком возрасте можно кинуться к родному человеку, которого не видела три года, и найти оправдания себе, можно поверить. Вероятно было и что-то ещё, что заставило её думать, что отсутствие дома сойдёт с рук. Для этого нужно лучше знать ситуацию. Возможно, она вообще хотела сбежать к отцу. Насколько я понял, её родитель только изображал верующего. Да и не поощрялось это в БААС.

В общем она пошла и попала к борцам за веру. Того, к кому она шла, там не было, но было много мужчин, которые не привыкли себе ни в чём отказывать.

Конечно, люди разные, и кто-то защищал её, сначала защищал. Но у женщины на войне, а сильные говорили, что у них хазават, роль незавидна. В это я поверить мог вполне. У неё отняли оружие, пояс и сумку, сломали руку. Подробности опустим.

При мне такого вроде не было, но кто-знает, что было бы с Кицунэ, если Пабло остался бы жив, а я нет. Люди разные, а сильный не то же, что справедливый.

Те, кто сейчас сидят в большой комнате, тоже не упустили бы возможности, да и результат я вижу. Так не бывает, когда все согласны.

Впрочем, как выяснилось, с окончанием миссии всё не закончилось. Её нашли в комнате, оправдаться было невозможно, и на рассвете неверную жену должны были забить камнями. Ну, мужа в чём-то можно понять.

Короче, если я верю, то нужно решать проблемы по очереди, основная выжить, а там посмотрим.

Идея, которая пришла мне – использование усиления костей требовала определённой подготовки. Процедура не самая радостная, и нужно, чтобы она её пережила. Отсюда план. Довести девчонку до состояния, когда она выдержит получение этой особенности. Чтобы передать это умение придётся постараться. А потом, это будет уже потом.

Если я смогу на пустую карту записать умение ранга Е, она будет жить. Если нет, то всё будет намного сложнее, шанс выжить есть, но он минимален. Примерно это я и объяснил обеим девчонкам. Ещё ей несказанно повезло, что я не истратил ОИ. Карту мало записать, её нужно ещё и наполнить, а у неё ничего нет. А искать ещё одного немёртвого специалиста по костям, шанс почти нулевой.

У меня получилось 100 ОИ и 400 ИЕ, вот и ИЕ оказались совсем не лишними и карта с 98%-ной точностью записи оказалась у меня в руках. Две рассыпались, и съели по десять ОИ и по 100 ИЕ. Карта была пустой, то есть если у нас троих не будет сотни ОИ, а у меня осталось только восемьдесят четыре.

У меня тряслись руки. Куэсу слила в карту двенадцать ОИ и тоже тряслась. Пока я пытался записать карту, она что-то шептала Пэри. И сейчас та тоже смотрела не совсем здравым взглядом.

Теперь исцеление, за полчаса мне удалось довести Пэри до состояния, когда физически, она должна была пережить активацию. Дальше вопрос нервов. Я достал противошоковое и обезболивающее и сообразил, что под наркотиком, девчонка может и не изучить умение.

Но девица была настоящим зверёнком, когда я дал ей в руку карту, она таки призналась, что семь ОИ у неё ещё осталось с первой миссии, схватила её и прижала к груди. После чего вдруг заявила, что она запомнила их, всех, всех шестерых, и тех, кто сначала защищал, а потом решил, что она уже нечистая и всё можно, тоже запомнила.

А потом, она посмотрела на меня, и сказала, что я ей тоже обещал, и что свой договор она выполнит, но теперь верит, что и я свой выполню. Это она о чём? На всякий случай показал Куэсу за спиной кулак. Ладно потом узнаю, сейчас важнее следить за состоянием девчонки.

Мы решили так, она начинает изучать, а через пять минут я сделаю ей укол. Мне помнилось, что боль приходит не сразу, но сколько проходило до этого времени засечь не удалось, весь процесс занял полтора часа, а самая болезненная часть около получаса.

И вдруг эта пигалица сказала, что не нужно укола, у неё есть цель, ясная цель, а когда она есть, уколы не нужны. Она не потеряла сознание там и запомнила всех, а кости ерунда.

Я всё-таки сделал ей укол, когда девчонка, заорав сжала зубы так, что несколько кажется сломались. После этого затихла.

Куэсу смотрела на дело своих рук с ужасом.

– Довольна?

– Да, довольна, – заявила японка, – и дело хорошее сделали, и вообще всё даже лучше, чем я ожидала.

– Это в каком смысле? До неё ещё окончательно не дошло, что случилось, физически мы Пэри поднимем, скорее всего, но остальное, депрессии там разные.

– Давай об этом потом. Я, кстати, по твоему совету изучила медицину земли, только взяла психологию и психиатрию. Пока их, потом может и хирургию возьму. Хорошо, что не с неё начала. Излечение тоже хотела, но не получилось пока.

– Ну, в чём-то повезло, иначе ОИ пришлось бы искать.

В коридоре послышался шум, отвлёкший меня от разговора, в дверном проёме появилась голова «вертлявого», я вызвал лук, и голова исчезла.

– Что вы с ней делаете? Мне тоже охота поучаствовать.

– Двадцать секунд, и я выйду в коридор, после чего, ты даже мечтать о чём-то уже не будешь, может покричишь немного, но и это вряд ли. – мне всё легче давались угрозы. Может попросить Куэсу провести со мной сеанс психотерапии?

Пэри наконец перестала скрипеть обломками зубов. Я посмотрел на таймер, ещё минут пять и должна очнуться. Она очнулась через десять.

– Я…

– Лежи и молчи, нельзя менять положение костей.

Я взял ставшую мягкой сломанную руку и выпрямляя в местах переломов положил вдоль тела. Постарался как можно аккуратнее поправить челюсть, подавая небольшие порции исцеления, чтобы убедиться, что сложил правильно. С рёбрами ничего поделать не могу, но там вроде бы смещений никаких не было. Теперь нога, нет, здесь вроде только связки.

Теперь только ждать.

Говорить особо не хотелось, было ощущение, что нужно как-то поучаствовать, проследить, но следить можно было только за временем.

Прошло ещё сорок пять минут, в коридоре никто не появлялся, Куэсу засопела, заснула, наверное, молодость имеет свои преимущества. Я в очередной раз пожалел, что не купил и не взял с собой папиросы. Достал фляжку и выпил виски. Убрать не смог, цепкая рука японки забрала, и та тоже отхлебнула.

– Ты уверен, что всё будет нормально?

– У меня было, зубы немного задерживаются, но это у меня, хотя, я прошёлся языком, в течение недели и у меня всё восстановилось.

– Мне уже можно поднять руку? – Пэри вмешалась в разговор.

– Попробуй, я к этому времени уже встал.

Встала она ещё через десять минут, во время первой попытки сломанная рука ещё была мягкой. Поднявшись, сделала несколько наклонов, согнула ноги, а потом ойкнула и схватив одежду начала одеваться.

– Подожди, сначала нужно закончить с лечением.

Девчонка легла, я пустил в неё волну исцеления, ну не идеально, но жить будет точно, ещё раз прошёлся по внутренним органам, проверил связки и мышцы, пока пойдёт. Резерв был около ста единиц, нужно ждать, когда наполнится.

– У тебя есть вода? И дай ей поесть. – я уже доставал свой контейнер с едой.

Куэсу достала свой, девчонка оделась, ещё раз закрутила волосы и собрала их в капюшон, не слишком удобно, но такую копну надо ещё придумать куда девать. Вообще-то я думал, что Куэсу даст ей воды, чтобы немного привести себя в порядок, но та съела всё из обоих контейнеров и выхлебала всю фляжку.

Я взглянул на таймер…

19.25.40

Мы потратили почти пять часов, весь запас. Нужно идти.

– Сколько времени тебе осталось до минимальной продолжительности? – спросил я Пэри.

– Я набрала пятьдесят четыре часа.

– Это как? Ты говорила о тридцати. – мысленно я уже прикидывал, что нам с Куэсу придётся сразу по приходу уходить ещё часов на восемнадцать-двадцать.

– Я пошла сразу как появились миссии одна на всю ночь, а потом ещё два раза, днём двенадцать и ночью шесть часов, после ухода мужа. – Пэри отвечала просто, почти без интонаций.

– Днём не боялась?

– Это была пятница, муж и его отец по пятницам отсутствуют целый день, до заката.

– Ты смелая, но зачем всё это?

– Мне писали от имени отца, что это нужно, что нужно быть смелой, и… и я сначала не решалась пойти на долгий срок. – она смутилась.

Какая-то извращённая фантазия у её контакта, или может в чём-то она и обманывает, да и пусть её, всё в конце концов всплывёт.

– Какое у тебя оружие, извини, какое умение?

– Шашка. Сейчас мне Куэсу дала меч и копьё.

С её росточком и сложением шашка – идея неплохая, но не для нежити. Ладно, что-нибудь придумаем. А откуда у Куэсу дополнительное оружие?

– Я отдала ей копьё Казака и меч Пса, я должна была убедиться.

Да ладно, мне-то что. Ей нужна сила и для копья, и для меча. Но сначала умения, силу догоним. Хотя с третьим уровнем, боюсь она сначала возьмёт уровень.

– Без моего одобрения ОИ не тратишь, параметры не вкладываешь, поняла?

– Да, господин.

Блин, Гюльчатай на мою голову, кстати, – «а Анэхита – это что?». Гюльчатай покраснела, а в глазах появились слёзы.

– Они смеялись, что я Анэхита – безупречная, а потому ничего страшного не случится если…

Ну, вот и задавай вопросы, всё, нужно идти, потом поговорим.

– Куэсу, она на тебе, от меня не отходить, в бой её не пускать, хоть за руку держи, ты это затеяла. Я пойду позову остальных.

И где их держать, чтобы не напали, впереди нельзя, за спиной, только если остальных гнать впереди.

Часть проблем отпала сама собой. Европейцы кроме негра не были готовы идти в город нежити. Ну, с ножами я бы тоже не пошёл скорее всего. На вопрос про необходимость набрать опыт оба переглянулись и сказали, что это всё не важно. Вертлявый добавил, что гоблинят, он так и сказал, не гоблинов, а гоблинят в прошлый раз было достаточно. А про нежить никто не говорил, когда сказали войти в мою группу. А если не хватит, его не пугает красный ник. При этом он смотрел на чёрного. Не самый умный ход.

Негр сказал, что он пойдёт, и пошёл к двери, проходя мимо вертлявого он ударил того ногой. Один раз. Любитель гоблинят захрипел. Судя по взгляду стёртого, красный ник вертлявому не грозил.

Американцам было всё равно, судя по мутноватым взглядам, после курева они готовы были и побрататься. Но пока всё-таки шли отдельно. Белый впереди, прямо за европейским негром. Остальные отставали от него на пару шагов.

Подходя к выходу, я выпустил сканирование, за стенами никого не было, до первого перекрёстка мы точно дойдём.

Во дворе негр-европеец преобразился, стал таким же собранным как в момент удара по вертлявому.

– Обходим дом справа и выходим на перекрёсток, там останавливаемся, лучше идти парами. – я всё-таки пытался дать им шанс.

Ерунда, ни единого не было. Мы зашли на глубину скелетов и пошли вперёд, как и в двух предыдущих миссиях. Девчонки шли у меня за спиной. Опасности сзади я не ощущал. Оглянувшись, убедился, что Куэсу смотрит по сторонам.

Первый же перекрёсток с нежитью снова внёс коррективы в нашу численность. И немёртвые были ни при чём, хотя и они поучаствовали.

Белый то ли пришёл наконец в себя, то ли внял очередному предупреждению и шагнул на перекрёсток в паре с негром-европейцем. Два удара в спину, почти синхронных, закончили его поход.

– Брат, тебе больше не помешает этот ублюдок. – кто из чёрных братьев решил помочь европейцу и когда они договорились, я не понял, да это и не интересно.

Скелету, который нацеливался на белого, и появился слева, видимо стоял у целой стены, тоже было наплевать, и он рубанул по шее ближайшего к нему помощника. Нас осталось пятеро.

Европеец закончил со своим в один удар топором, сила всё-таки немалое подспорье. А слева, с криком – «Он убил Большого брата», так и не выдернув своё копьё из белого, негр с дредами бросился на нежить с кулаками.

Сюрреализм происходящего завораживал. Не знаю, какую хрень они курили, может, у них было с собой и что-то ещё, но немёртвого этот с дредами просто забил и оторвал тому череп. Проблема в том, что перед этим скелет успел воткнуть ему ржавый меч в живот.

С такой скоростью мои группы не сокращались ещё ни разу. Это был серьёзный повод посовещаться и решить, что делать дальше. Этьен Алжирец. Уровень 6 – я наконец обратил внимание на ник. Интересно, хоть с ним будет какой-то шанс?

– Этьен, ты готов прислушиваться к тому, что я говорю? Какой у тебя уровень владения топором?

– Топор – это топор, Этьен знает куда рубить.

Видимо, скоро мы останемся втроём. Это случилось на третьем перекрёстке, когда, сказав Этьену подождать меня, решил ещё раз напомнить Куэсу, что Пэри на перекрёсток пока пускать нельзя.

Он убил всех троих скелетов, но, когда я подбежал, шансов у исцеления не было, вскрытая шейная и бедренные артерии. Кровь должна была вытечь моментально. Мёртвых исцелить невозможно. Ник уже погас.

– Куэсу, ты как психолог, можешь мне сказать, это я такой плохой командир, или дело всё-таки не во мне?

– Если как психолог, то у нас есть гораздо более важная задача чем анализировать глупость.

А дальше начался абсолютно привычный конвейер, за исключением того, что скелетам не рубили головы, а сначала лишали конечностей, а потом выводили Пэри и давали ей в руки топор.

На первом перекрёстке она получила первый уровень владения копьём, который тут же проверила Куэсу. На втором взяла четвёртый уровень, и подняла владение копьём до второго.

На четвёртый перекрёсток со скелетами Пэри вышла вместе с Куэсу, я шёл за ними и страховал.

Через два с половиной часа, когда у Пэри был уже шестой уровень, мы остановились ещё раз. Она вложила очки в силу, ловкость, гибкость, в гибкость особо и не требовалось, в основном нужна была сила. Пришлось потратить на неё ещё один шприц обезболивающего, а потом заняться исцелением, иначе она была не способна идти. На этом пересечении улиц мы потратили час, почти полтора

Нужно было решать, и с ней, и с Куэсу, передавать им мастерство или нет. Но я отложил это ещё на три часа. Японка уговорила Пэри, без моего участия развивать Ци, я не прислушивался к их щебетанию, они как-то нашли общий язык.

Кстати, дорогу мы уже перешли. С двумя членами группы вопрос управления был довольно простым. Я сказал – они послушались. Так что, когда таймер показывал…

0.11.20

У обеих был восьмой уровень, система Ци, сканирование и минимальное исцеление. Анэхита, которая в принципе знала английский на начальном уровне, попросила у меня карту. Я отыскал одну в сумке и отдал ей.

Вообще-то на развитие, мы, пожалуй, потратили почти столько же времени, сколько и на дорогу с боями. Поэтому время подумать у меня было. И вывод был простой, дальнейшее тепличное развитие – зло, скорее не зло, но самоуверенность, а это всё равно зло. Куэсу пробовала воинов, и Пэри они были нужны, но мне было страшно. В группе можно было выставить до семи ветеранов в ряд, они могли страховать бой даже если мы попадаем в засаду. Втроём у нас бы шансов не было. Полноценная группа нежити нас бы просто смяла. Я слишком слаб, чтобы обеспечить им безопасность. И что делать?

Тему подняла Куэсу, которая сказала, что нам нужно идти глубже. Что это нужно не только Пэри, но и мне, я слишком много трачу времени на них.

Не сдержавшись, довольно зло ответил, что один раз она уже реализовала такой план и получилось у неё отлично, просто здорово.

Куэсу расплакалась. Оторва с железными нервами начала всхлипывать и села прямо там, где стояла. Пэри подбежала к ней, обняла и прижала голову к своей груди.

– Зачем господин обижает свою женщину? Это неправильно.

– А ты собирала её из кусков, чтобы говорить мне что правильно, а что нет? – меня понесло.

На самом деле все устали, и я тоже, а ещё мне было неудобно, что обидел японку, но признать неправоту не смог. И выплеснул злость на себя на других, так проще.

И тут Анэхита вдруг очень серьёзно сказала:

– Так неправильно, ты волнуешься за нас, это – хорошо, это – правильно для нас и для тебя, но тебе не удастся постоянно ограждать нас от опасности. А обижать нас потому, что ты за нас боишься это, это… – и тоже зарыдала.

И вот эти две курицы сидя в пыли поливали друг друга слезами, а мне невдомёк, что делать. Вот брякнул что-то младенец и попал, а ты думай, что отвечать.

– Ладно рёвы-коровы, прекращайте рыдать, давайте лучше поговорим, и решим, как быть дальше. – я осторожно попытался наладить отношения

– Ты меня ещё и коровой назвал? – Куэсу останавливаться не хотела, ей нужен был повод, и никакая изученная ею психология не действовала.

– Он меня хотел обидеть, у тебя большая грудь, а у меня маленькая – ещё громче неё зарыдала Пэри.

Я озадачился. Вообще-то у японцев и на ближнем востоке отношение к крупному рогатому скоту разнится очень сильно, даже принципиально, я об этом слышал, но вот так в живую. И что теперь делать? Одну называть рыбкой, а вторую овцой?

– Ладно, ладно, прошу прощения, ну извините, не хотел вас обидеть. Все устали, действительно устали, давайте заканчивайте.

Обе посмотрели на меня, потом друг на друга, ещё немного посидели всхлипывая. Я достал коньяк, – «давайте по глотку». Японка отпила и передала Пэри, та глотнула и сплюнула. И тут японка закатила ей пощёчину, – «не хочешь пить, не пей, а плеваться не смей, дура». Анэхита опять горько разрыдалась. Сквозь слёзы она что-то бормотала на непонятном языке.

Теперь японка обняла рыдающую девчонку и начала извиняться и успокаивать.

Утихомирились минут через пять. Зарёванные и растрёпанные, а ещё в разводах пыли выглядели они, ну, так себе выглядели.

Поискав в сумке, нашёл воду, и протянул её Пэри, предупредив, что это последняя фляга. Места мало и брали в основном более серьёзные напитки. Та отпила и вернула.

Меня подмывало назвать их мокрыми курицами, если честно, обе были похожи в тот момент, но теперь я немного опасался реакции. О чём бы поговорить, чём-нибудь нейтральном? В голову ничего сходу не приходило.

– Ты, вроде мусульманка, а какой национальности? – меня это не интересовало, но может отвлечёт хоть как-то.

– Я фарси. – гордо ответила та.

Фарси? Кажется, так себя называют персы. Мне казалось, или я где-то слышал, что они живут в основном в Афганистане. Хотя полагаться на мои знания в этом вопросе не стоило.

– Тогда почему Ирак?

– Фарси больше всего в Иране, но и в других странах мы есть, только меньше.

Ладно, это всё можно узнать и потом, в другой раз, если он ещё будет. Вот что сегодня дальше делать? Я помолчал. Куэсу и Пэри смотрели на меня.

– Ну да, я боюсь, и за вас, и за себя. Не люблю риск, а предпочитаю уверенность. Мне очевидно, что возможной опасности полностью не избежать. Но есть риск, который можно принять, а есть… Есть тот, который нельзя. Пэри нужно идти глубже, ты права, но, вы слабы, и я слаб, пока слишком слаб. А ещё нас мало.

– Испытай нас. – Пэри была полна решимости как все новички, которые только-только почувствовали силу.

Я взглянул на неё и чуть не покатился со смеху, у неё не было части зубов, и как у детей лезли новые. Усилием воли задавил смех. Куэсу заметив куда я смотрю, взглянула и хихикнула. Пэри, видимо сообразила и закрыла лицо рукавом.

– Виктор прав, нас мало, и мы слабы, мы у него как гири на ногах. – на удивление рассудительно начала Куэсу.

– Не преувеличивай, вы стали сильнее, но пока недостаточно.

– Но у нас нет выбора, нужно попробовать, мы будем очень осторожны. – японка смотрела то на Пэри, то на меня, – да, мы обе обязаны тебе жизнью, но должно же нам хоть немного повезти, пожалуйста.

Интересно кого она просит. Всё это глупость, конечно, но в чём-то она права, если не пытаться, то и не получится. А ежели идти очень медленно и пользоваться сканированием, то… может получиться. Мне удавалось выжить даже одному. Но в том, то и дело, что одному иногда проще.

– Ладно, ещё на один квартал вглубь, я впереди, вы с Пэри сзади и хоть за руки её держи, пока мы не контролируем ситуацию, она на перекрёсток не выходит. Заметите гончих, сразу останавливаетесь, спина к спине и зовёте меня.

Удивительно, но все эти рыдания и разговоры по таймеру заняли меньше двадцати минут…

09.52.10

А ещё нужно каждые два перекрёстка отдыхать.

Зашли на квартал глубже. Первый перекрёсток был пуст. Повернули направо и пошли. Медленно, мне нужно было восстановить резерв перед выходом на следующий перекрёсток. Скорость передвижения упала в разы. Меня не пугали два, три или четыре воина, через два-три боя под нашим присмотром Пэри сможет справиться без проблем. Нельзя пропустить рыцаря с отрядом.

За час мы нашли только одну группу и решились напасть. Получилось. Я сразу вырубил двоих воинов, уже на входе, и только после этого крикнул чтобы Пэри и Куэсу шли за мной.

Джингуджи взяла своего как надо, а фарси возилась несколько минут. Она, как и все новички попыталась сразу атаковать в шею. В результате мне пришлось ещё двадцать минут её штопать исцелением. А добивала воина она уже после этого. В принципе, её широкой пальмой всё должно было получиться не хуже, чем нагинатой японки, она просто не попала, зацепила плечо, воин поймал наконечник предплечьем и ударил её, один раз. Дальше я отрубил ему вооружённую руку.

Всё время, пока я исцелял Анэхиту. Куэсу объясняла ей, как и что делать. А потом ещё минут десять показывала.

После этого я заставил обеих взять исцеление до конца, потом ещё сколько-то показывал, как пользоваться фоновым исцелением. А под конец боролся со шрамом Пэри, негоже молодой девчонке иметь отметину на груди, совсем не справился, но через раз другой будет уже совсем не видно. японка хвасталась, что я ей исправлял лицо. А расхрабрившаяся фарси спросила под конец нельзя ли использовать исцеление в косметических целях.

На скелетах мы поднимались быстрее – это точно.

Когда осталось чуть больше пяти часов мы нашли ещё группу. Несколько минут я решал брать уровень, или попробовать поднять какое-нибудь умение, например скольжение, я с ним уже более или менее справлялся, только Ци тратилось всё-таки много, для небольшого расстояния. Потом плюнул, как получится, уровень тоже не лишний.

Принцип был тот же, выйти на перекрёсток, в два рывка решить вопрос с двумя первыми воинами, потом девчонки.

Вышел. Рывок.

Вы получили 60 ОИ, 30 ИЕ

Рывок, ещё рывок

Вы получили 75 ОИ, 32 ИЕ

Вы получили уровень 12 (35 / 240)

Крикнул девчонок, они вылетели на перекрёсток и схватились ещё с двумя воинами, я глянул на Куэсу просто чтобы убедиться, что всё нормально, но она лежала на мостовой, а воин уже заносил меч.

Рывок. Он почти осушил мне руку. Чтобы он не убил японку пришлось парировать, потом с проекцией я просто развалил его от плеча до пояса.

Вы получили 60 ОИ, 30 ИЕ

Где Пэри? Та вертелась на площади перед воином. Тот был уже без одной руки, она отрубила её в локте, но вооружённая рука была цела. Я побежал к ним, никаких рывков, резерв еле-еле больше ста.

На этот раз Анэхита справилась одна, правда всё равно успела получить несколько порезов, но это не страшно, пять десять минут и можно будет их затянуть. Нужно вернуться посмотреть, что с Джингуджи.

Обратно я шёл как старик, отпускало. Руки дрожали, ноги подгибались. Воин не успел ударить японку, это я видел, так что я не слишком торопился.

Пэри же увидев, что Куэсу лежит, кинулась к ней, начала вертеть и осматривать, при разнице в габаритах это выглядело неожиданно.

– Что с ней, она почти не дышит? – Пэри жалобно смотрела на меня.

Действительно, что могло случиться? хафу была сине-зелёная, с красными от лопнувших сосудов глазами.

– Пусти.

Попробовал исцеление, часть связок на ногах порвана, мышцы повреждены, но главное истощение духовной энергии. Что умудрилась учудить с собой эта идиотка? И резерв у меня почти пустой.

Я вызвал Агата.

– Мне нужна твоя помощь, срочно.

– Ты опять собираешь дохлых самок? Она же в последний раз была живой?

– Некогда, помолчи и помоги мне.

Агат влез мне на плечи, и мы начали вливать Ци в японку, основная сложность была в том, что помочь нам она никак не могла. Это как кормить насильно, если не умеешь, большая часть просто уйдёт в никуда.

Тем не менее, Куэсу задышала, выглядела она всё равно не очень, но хоть зелень ушла, теперь она была просто одним здоровым синяком, и ещё стонала. Агат шлёпнулся мешком на мостовую.

– Это иблис, дьявол? – Пэри отползала от нас на заднице, в глазах был ужас.

– Нет, мой ручной драконид! И постарайся не падать в обморок, на бинты и спирт, протри порезы, мне пока некогда. Эй, не дури, займись царапинами, поговорим потом.

Тварь хаоса пришла в себя быстрее других. Питомец пробежался вокруг, уставился на Пэри.

– Эта поживее, чем та, когда ты её притащил в прошлый раз, но тоже так себе, ты собираешься и её тащить домой? Нашёл бы здоровую.

– Я его ханом, ты не смеешь так со мной разговаривать, если ты ручной, ты должен слушаться и не оскорблять меня.

– Чего, какая-такая ханом? – это прозвучало абсолютно синхронно, только у меня удивлённо, а у Агата с издёвкой.

Стоны японки сменились хихиканьем, но недолго, она опять застонала. А Пэри заплакала, только не громко в голос, а тихонько, и кажется даже подвывала.

– Ты меня обману-у-у-у-ла, ты обещала-а-а-а-а и обманула-а-а-а-а-а.

До конца мисси оставалось ещё больше четырёх часов. Мне хотелось прибить обеих паршивок, а заодно и Агата, немного сдерживало только то, что было безумно жаль потраченных на них всех сил и времени.