Началась наша с Сидоровым история в седьмом классе. Пришёл он к нам, когда уже занятия начались, в октябре, кажется, весь такой... красивый, правильный, серьёзный... Тьфу, аж противно. Ой, конечно, все девчонки, курицы безмозглые, втрескались в него по уши, а я... Ну, я ж не такая, я жду этого... трамвая, которого у нас в городе не было отродясь. Только автобусы.
Не успеют прийти в школу, только и разговоров, что о нём, об этом Ромочке. Трещат без умолку:
- Рома - ах, посмотрел на меня!
- О, вы слышали? Он мне ответил...
Сижу, молча слушаю, а что ещё делать. Наконец, наша Женька, дылда, заводила на всякие бяки, это дело усекла и спрашивает так, ехидненько:
- А нашей Петровой (это я), кажется, Рома не нрааавится. Что-то я ни разу не слышала, чтобы она похвасталась хоть одним "трофеем". Может, втихаря она уже и целуется с ним?
Я аж подпрыгнула. Ну, ничего себе, заявочки!
- Совсем сбрендила? Мне ваш Рома не уср...ся ни с одного боку. Ну, влюблюсь и что? Как вы, каждый день гусыней гагакать? Я уж лучше подожду выпускного. Тогда и умыкну его у вас. Выйду замуж и рожу ему сына.
Ох, что тут началось! Как они все загалдели! Ну, точно, гусыни. Смешно, конечно, было слушать, но они жутко оскорбились в своих лучших к нему чувствах и решили меня побить за это, устроить тёмную.
Зима уже была. Шла я с факультатива, в шесть вечера. Темно же уже зимой в это время. Захожу в скверик между домами, а там, как всегда, ни одного фонаря! Темнотища... друг молодёжи, ага. Так-то мы привыкли, и я шла спокойно, хотя могла бы и перед домами пойти, у подъездов. Но, нет, привыкла же, иду, как всегда. Вот мне эта привычка боком и вышла. В двойном даже смысле.
Эти дуры караулили у самых тёмных кустов шиповника, которые вымахали с их рост точно, а то и выше. Сравнялась я с кустами, а эти... выскочили, штук семь, кажется, и давай меня мутузить. Одной-двум я успела врезать, а потом всё, по башке огребла и ничего не помню. Очнулась - еду... Или плыву? Не поняла. Глаза открыла, а передо мной - морда Сидоровская.
- Эй, Сидорчук! - возмущаюсь, но не очень. Кому будет противно вот так ехать на ручках? Вот то-то и оно...
- Да пофиг... Я чего у тебя на руках делаю? Куда ты меня волокёшь?
- К кому? - уточняю на всякий случай.
- Разбежались, - он как-то нехорошо сверкнул глазами. Фильм как раз смотрела про вампиров, так там тоже вот так один из них сверкал.
- У тебя глаза светятся, - тут же выдала ему.
- Ну, бывает, когда сильно разозлюсь.
- Ты, случаем, не вампир? - я-то пошутила, а он меня чуть не выронил. Хотя, может, просто споткнулся. Бормочет:
- Ну, у тебя и фантазия. Фильмов насмотрелась?
- Понятно... - помолчал, а потом спрашивает, - за что они тебя так? Вроде, ни с кем не ругаешься особо.
- Угу, если никто особо не трогает, - фыркаю в ответ. - Они дня три назад тебя обсуждали, как и всегда, впрочем... - он, чувствую, напрягся весь, - и меня пытать стали, чего я тебя не обсуждаю...
- А чего, правда, не пообсуждать, если все, того?.. - Ромка смотрит на меня с любопытством.
- Вот именно - все того, а я не того, я нормальная, - попыталась рассмеяться, но тут же зашипела - губы сильно разбиты. - В общем, я им сказала, что дождусь выпускного, и тебя у них уведу, а потом мы поженимся и рожу тебе сына. Вот они и разозлились.
- Точно выйдешь за меня? - он даже остановился и сверлит взглядом так, что, аж озноб по спине пробежал. Отмахнулась:
- Ну, рановато как-то об этом. Как только... Ой, а ты не устал? Нам ещё топать... тебе топать, между прочим, - снова хихикаю, меняя резко тему, - пару домов.
- Я знаю, где ты живёшь, - снисходительно говорит этот... Сидоридзе. - И я не устал. Так что, сиди смирно. Хотя, можешь мне облегчить работу - руку перекинь через шею.
Я попыталась, честно... но вскрикнула и почти потеряла сознание. Почти - потому что от острой боли всё помутилось в мозгах и я увидела... такого же не может быть на самом деле? Ну, только если в бреду? Короче, мы как раз проходили дом моей подруги, Ленки, классная девчонка, старше на года четыре, и семья у неё такая же. Так вот, около её дома стол стоял деревянный и скамейки с двух сторон. И вижу, как будто он кладёт меня на стол и поднимает надо мной руки. А от них пошло какое-то зеленоватое такое сияние. Ну, тут я отрубилась окончательно. Очнулась, когда он стоял у наших дверей и пытался позвонить. Но не получалось, руки-то заняты, тогда стал стучать ногой. Выскочили оба - и папа, и мама. При виде меня на руках Сидоряна, оба страшно удивились, мама охать начала, папа тоже растерялся, а он прошёл и уложил на диван в зале. И ведь, гад такой, даже не запыхался!
- Поскользнулась, наверное, - сказал он, предоставив мне самой рассказать родителям, что со мной случилось. - Шёл из школы и вот... увидел.
Мама уже звонила в скорую, папа начал снимать шубку. Я обратила внимание, что рука больше не болит и посмотрела на него исподлобья - было или не было то самое, свечение которое? Но Ромка уже попрощался и смылся.
В общем, к чему я всё это вспоминаю... Я про драку ни в школе не сказала, ни в больнице, но - после этого со всеми девчонками, которые меня били, происходили странные вещи. Особенно досталось Женьке, дылда которая. Ну да и фиг с ними. Я к этому точно не была причастна.
У меня другие заботы были - отбиться от Сидоракина этого. Ведь покоя не давал после всего этого, собака страшная, задушил своей заботой - провожал постоянно (как только я ни убегала от него, бесполезно было), мой, видавший виды портфель, доставшийся мне от среднего брата Борьки, а ему от старшего Вовки (можно себе представить, что мне досталось "донашивать" после них), отбирал сразу и тащил и до школы, и до дома потом, не обращая внимания на мои вопли и кулаки, которые я ему совала то в бок, то в спину, то в плечо. Посмотрит, хмыкнет и идёт себе дальше. Я перед ним была, как Моська перед Слоном и это выводило из себя так, что убить его готова была.
Выпускной после девятого, конечно же, мы провели вместе, несмотря на все мои писки и недовольство. Он никого ко мне не подпускал. Стоял рядом скалой каменной и сам не танцевал, и мне не разрешал. Но парочку танцев, всё же, мы станцевали, обычные, не вальс, который я мечтала станцевать, а простой, "обжималистый".
Потом все пошли гулять и мы тоже, разумеется. Любовались звёздами, луной, наслаждались тёплой ночью. Мечтали, кто куда пойдёт после выпускного - в техникум или снова в школу, ну или уже пахать куда-то. Я мечтала пойти работать в библиотеку. Хоть меня и считали того, повёрнутой, потому что была резкой, откровенной, могла двинуть сразу, без предупреждения, но читать обожала и всё свободное время проводила в библиотеке. Даже договорилась, что возьмут уборщицей на первое время. Наша библиотекарша, Анна Андреевна, на самом деле была бывшая профессорша по литературе и обещала меня подучить к вступительным в библиотечный техникум. В общем, меня спросили после классного часа, куда я пойду - я ответила. Тут Валерка Богданов и говорит:
- Тебе с твоим характером только в ментовку идти, а не в библиотеку. Всех же читателей поубиваешь, если что-то сделают не так.
- Тебя первого, и прямо сейчас! - рванула было за ним, но Ромка не дал, вовремя ухватив за руку.
- Пошли отсюда, - бурчу, - задрали эти придурки, видеть не могу больше. Забыл Валерик, как я его под парту загоняла, ух, пусть тебе спасибо скажет, что живой остался!
Ромыч охотно кивает и мы уходим домой под их улюлюканье и смешки. По дороге он остановился у тех самых кустов, откуда девки-дуры выскочили в тот раз, и затаскивает туда меня.
А этот... Сидоркин лыбится во все свои зубы и меня обнимает так... нежно, бережно... что я чуть не заплакала. Правда! Из меня слезу выбить очень сложно - два брата старших что-то, да значит в спартанском воспитании одной девочки на двух великовозрастных балбесов, от них что только не увидела... Всё, кроме нормального, человеческого, отношения и слова, а тут...
Ведь никто ко мне так не относился. Родители не обижали, но и как-то не особо обращали внимание - маме уже сорок с хвостиком было, когда родила, а отцу и того больше. А я ещё тот подарочек росла. Так что, да, тут он их всех перещеголял. В общем, обнял и поцеловал. Ну, тогда мне казалось, что это - просто, как сверхновая звезда загорелась! Так было улётно! Ноги ослабли, сердце затрепыхалось, мозги сразу набекрень все свалились. Это уже позже поняла, что он такой же был профан в этом, как и я. Нацеловавшись, повёл меня не ко мне домой, а к себе. Его предки уехали куда-то, поэтому квартира была предоставлена ему одному. И это сыграло, конечно, решающую роль во всём, что произошло дальше.
Да, да, мы сделали это! Но не так, что - пришли и давай рвать одежды друг с друга, как это описывают в книжках - платье в одну сторону, рубашка в другую. Нет. Мы пришли и потопали на кухню, поставили чайник, достали торт из холодильника, нарезали его на кусочки, налили чай и отпраздновали выпускной, чокнувшись кружками. У меня, конечно, весь мой лягушачий рот, как братья дразнили, был перепачкан в креме, а Ромка тут же его слизывать начал. И мы снова целовались. Но вот он остановился и смотрит так в глаза... я напряглась, что там ещё? А он и говорит:
- Помнишь, ты обещала выйти за меня замуж?
- Ну... помню. Да когда это было! - тут же попыталась отречься от своих тогдашних обещаний.
- Неважно, когда. Я тебя теперь спрашиваю - выйдешь за меня?
- Да на кой я тебе сдалась такая?
- Какая - такая? Ты для меня - самая лучшая, понимаешь? - он взъерошивает свою шевелюру, - даже, будь ты хромая или кривая, я всё равно влюбился бы в тебя.
- Тьфу на тебя три раза! Вот, нафига такие вещи говорить - кривая, косая. Я и так-то так себе, а если ещё окосеть, так можно запросто за лешего замуж выдавать.
- Ничего не знаю, я жду ответа!
- Жди ответа, как соловей лета! - вскочила и дала дёру в комнату.
Он - за мной и мы, как два придурка, бегали вокруг стола, что стоял посередине комнаты. Потом поймал и мы завалились на диван. И снова целовались, как безумные. А он всё пытал между поцелуями - выйдешь? выйдешь?
- Да выйду, выйду, куда я денусь! Я человек слова - обещала, значит, всё будет сделано, - и смотрю одним глазом, что же на сей раз придумает.
А он кинулся куда-то в другую комнату и бегом обратно. Надевает кольцо на палец, а другое мне в ладошку положил и свой палец суёт:
Вздохнула - вот, детский сад, игрушки по полу, чес слово! Ну, надела. И тут у меня кукуха поехала окончательно. Я сама вдруг его поцеловала. Не, ну а чё, он тут предложение сделал, колечко надел, надо же было отблагодарить как-то... типа, спасибо сказать. И всё на этом...
Очнулась уже голая под ним. Как что происходило, в пылу и азарте даже не поняла, точно как в тумане всё было. Этот... Сидуракевич, лежит, смотрит, морда довольная и счастливая, а я подушкой его - хрясь по этой морде лица. И что он? заржал, как лошадь и орёт, уворачиваясь:
- За всё хорошее... за то, что сотворил... за...
Ромка перехватил подушку и заткнул рот очередным поцелуем. У, узурпатор... ненавижу... Потом навис надо мной и говорит:
- Нат, я тебя люблю и никогда не оставлю. Ты теперь моя жена, понятно?
- Да кто такой брак признавать будет? Совсем сбрендил?
- Уедем в другое место. Тебя что тут держит?
Задумалась... Да ничего, если по большому счёту. Братья? Ну, нееет! Эти уж точно мимо! Родителям я уже в тягость, видно же. Помотала головой:
- Ну и всё, - с довольной мордой лыбится от уха до уха. - Месяц продержимся и уедем.
У меня даже ни и в одном месте не стукнуло - куда? На что жить? И главное, где? Вот что значит, молодость. И почему - месяц? Утром пришла домой и шмыгнула в кровать, но родители отнеслись с пониманием - выпускной ведь. Спросили, как погуляла. Ну... нормально же? Так и сказала. Колечко сняла, чтобы не отобрали. Мало ли, что им в голову взбредёт. Потом на верёвочку - и на шею повесила.
Стала потихоньку готовиться к побегу. Собирала вещи в аккуратные стопочки.
Встретились через две недели с Ромкой в очередной раз и он похвастался, что родители купили ему моцик, настоящий!
- Покатаемся? - он аж светится от радости.
Киваю и мы бежим к ним в гараж. Стою, жду снаружи. Вот он выкатывает просто монстра какого-то!
- Сидорин-паша, что это? Как называется этот агрегат?
Он по привычке уже поправляет:
- Сидоров я, - и ржёт. - Это "Урал", мощнейший мотоцикл.
Я тоже похихикала, пнув по колесу:
- Мотоцикл цикал, цикал, всю дорогу обоссцикал.
Он укоризненно смотрит на меня, качает головой и кивает на сиденье:
- Садись, - и напяливает на меня шлем.
Лезу, усаживаюсь. А что, удобно. Кручу башкой в этой кастрюле и ржу - звуки стали слегка приглушённее в нём. Ромыч себе такой же водрузил на голову, потом очки, и спрашивает:
- Мамзель, вы планируете смотреть на дорогу или будете сидеть, прижавшись к моей широкой спине с закрытыми глазами?
Улыбаюсь и мотаю головой:
- Буду сидеть с закрытыми. Я скорости боюсь.
В общем, мы катались часа два. Куда только ни ездили! Даже в один бар заехали. Не в смысле - на мотоцикле, подъехали просто, а туда - пешим ходом. Но я уже еле ноги переставляла. Мы отпраздновали мою днюху в баре - мне семнадцать исполнилось. Выпили кофе, съели по огромной порции мороженого и снова отправились к оставленному монстру. Я никак не хотела ехать ещё куда-то и СидорЧукиГек уговорил-таки, что просто завезёт домой. Что и сделал.
И... больше мы с ним так и не увиделись. Ну, почти. Поехал от меня домой и разбился...
Утром ко мне примчалась Ленка, подружка, и свистящим от бега голосом сообщила, что Рома в больнице. Я умчалась, сметя со своего пути мать, которая была тут же и стояла в дверях, мешая выйти. Что она кричала мне вслед, я уже не слышала. Примчалась туда, игнорируя автобус, который ждать не хотела, и пустили только посидеть у палаты:
Сижу, терпеливо жду. А они носятся, туда-сюда. Краем глаза вижу край кровати с его ногами. Потом все как-то успокоились и разошлись. Осталась только медсестра. Жаль, не Ленка, она как смену сдала - сразу ко мне. Ещё подождала, но эта мымра чем-то там шуршала, брякала, роняла и я уже хотела зайти, проведать Рому, но тут она как вскрикнет! Как выскочит с ошалелыми глазами! И кричит на весь коридор:
Вот дура... Разве может Ромыч умереть? Нет, конечно. Я тут же проскользнула в палату и к нему. Подскочила и вижу - совершенно чёрное лицо, рука в гипсе, голова забинтована. Шепчу:
- Рома! Ром! Ты меня слышишь? Это я. Посмотри на меня! - но он не реагирует. Потрогала ту руку, что без бинтов, а она холодная и от прикосновения свесилась с кровати. В меня, как злой дух вселился. Начала орать на него и пинать кровать:
- Вставай, придурок! Ты обещал, что мы уедем! Я вещи собрала! Ты не можешь меня обмануть!
Кровать тряслась, а он - ноль эмоций. Кто-то прибежал, меня стали уговаривать успокоиться, но я царапалась и кусалась, пытаясь добраться до Ромки, чтобы, чтобы... Попалась на глаза та медсестра, что была последней у него, и кинулась к ней:
- Это ты что-то с ним сделала? Убью, гадина!
Та взвизгнула и бежать, я за ней, но не дали. Обхватил кто-то с обеих сторон, как клещами, не пошевелиться, и чувствую - укол в плечо. Сразу обмякла и всё... Очнулась - темно, как в морг... тьфу ты... Сразу вспомнила про Ромку и про то, что про него крикнула эта идиотка. Ведь, это неправда? Повернула голову - сидит рядом Ленка, дрыхнет на стуле.
- А? - подскочила та и успокоилась, увидев, что это я её позвала, - очухалась? Ну ты, Нат... и дала тут жару. Перекусала пол-персонала, - она хихикнула.
- Лен, скажи, что это неправда, - и пытаюсь разглядеть в темноте её глаза.
Она заплакала. И я поняла, что правда. Он, сволочь, меня кинул.
- В... морге. - испуганно на меня смотрит.
Молчу и больше ничего не говорю. Где морг, у нас все подростки знают. Он с самого края нашего больничного городка, белый, и за ним полуразвалившийся забор. В высоту не больше 1,5 метров, а посерёдке окошко. И пацаны не раз в него лазали. Не до конца, конечно. Страшно было туда прыгать. Там, внизу, было глубоко, если что, и темно. Но только худенькие могли не застрять. Беккер Витька, помню, застрял, еле вытащили.
Закрыла глаза и замерла. От укола ещё была слабость, поэтому решила полежать паинькой. Поскольку "выспалась", легко дождалась, когда Ленка уснула. Она, уже сонная, перебралась на соседнюю кровать и прикорнула там. Уф... Спит... Тихонько встаю - не дай боже, чтобы кровать скрипнула! и открываю дверь в коридор. На нашем посту пусто - Ленка у меня, а на соседнем только лампочка горит, тоже дрыхнет, наверное. Спускаюсь на первый этаж. Ну и как выйти? Ищу туалет. Нашла и открываю щеколду на окне. Хорошо, что не за решёткой, а то бы и отсюда не вышла. Кое-как прикрыла его, чтобы сразу не увидели, и рысью несусь к моргу. Нашарила окно и ногами вперёд ныряю в него. Упала на колени и чуть носом не припахала*. Ну и где искать его в этих потёмках? На полках - не везде, но лежат... разные там... прикрытые простынями. Даже не думаю, что вот, мертвяки и всё такое - мне надо его найти.
- Ром... - позвала и тут же иду налево, как-то легко найдя на первой же полке.
Мне кажется или наши кольца живут своей жизнью? И его, и моё слабо, но светятся. Я его толкаю в бок:
- Слышь, балда Сидоровская, вставай уже, хватит притворяться. Ну, открой глаза, Ром, не пугай меня. Ром, ты же не можешь меня обмануть? Ты обещал, Ром... - дотрагиваюсь до его руки - она уже почти ледяная. - Как ты замёрз, Ромчик, дай-ка я тебя погрею, - двигаю его и ложусь рядом. Потом и вовсе накрываюсь простынёй и... всё... больше ничего не помню.
Как провалилась. Сколько так лежала с ним, не знаю. Только очнулась снова в палате. Правда, уже не Ленка была, другая, старая и жалостливая, всё сидела рядом и слёзы лила. Увидела, что я глаза открыла, и побежала докладывать. Тут же топот, крики. Залетели кучей, человек пять, и мать с ними. Смотрит так, как будто убить хочет. Кто бы сомневался...
Провалялась ещё три дня и выписали домой. Забирал средний брат, Борька. Молча всё делал - выписку взял, меня за руку ухватил, как в тиски, чтобы не дёрнулась даже в сторону, и потащил домой. Пешком. На следующий же день, когда все ушли на работу, рванула домой к Ромке, но их там уже не было. Уехали... Потащилась на кладбище и неделю искала могилу. Увы, не нашла.
Вскоре устроилась на работу в библиотеку и с первой же получки, купив крест у смотрителя, нашла безхозную, заброшенную, могилку, воткнули его туда с ним. Чуть позже табличку соорудила с именем и торчала там каждые выходные.
Я, как и планировала, пошла работать в библиотеку. Анна Андреевна очень была довольна тем, как я всё делала, говорит, что из меня выйдет прекрасный не то, что библиотекарь, но даже и библиограф. Иногда она смотрит на меня и вздыхает, жалостливо так... Отсюда возникает вопрос - может, хвалит просто так, чувствуя, что не поступлю никуда? Нет, я непременно поступлю и уеду отсюда подальше! Много готовлюсь к институту уже, так как школу закончила-таки, но вечернюю.
И всё бы хорошо, но... у меня бывают взбрыки после смерти Ромки, этого гада ползучЬего. Периодически на меня нападает хандра. В такие моменты я могу и зашибить, если кто будет капать на мозги, а могу и распустить сопли, если вдруг проявит ко мне мало-мальское участие. И почему мне кажется, что прошёл не год, а больше? Считаю, считаю, по всему выходит, что почти год куда-то улетел в никуда. А кого спрашивать-то? Ромыча больше нет, да и его родители уехали сразу же, как это всё случилось, а своих спрашивать - ещё в дурку отправят, как спятившую.
...Сегодня был именно такой день, когда хотелось и убивать, и плакать одновременно. А именно - мой день рождения. День моего рождения и Ромкиной смерти... Закончив работу в библиотеке и прихватив розочку, подаренную милейшей Анной Андреевной, отправилась в тот самый бар, где мы были с Ромуилом в последний раз, и села за наш столик. За этот год я тут сижу уже... десятый раз, да, десятый, точно. Все разы помню, как будто вот только вчера была тут. Наверное, меня уже приметили здесь и никого не пускают за мой столик, сижу всегда в гордом одиночестве.
Хм... А, может, и совпадение. Потому что через час где-то вижу мужика, подсаживающегося ко мне. Серьёзный по глазам, а в остальном - губы поджаты, подбородок, как у крутого мена, квадратный. Общий вид - надменно-насмешливый. Он даже не спросил, можно или нет, как обычно люди спрашивают, сел и смотрит. Хотела рявкнуть, типа, чего вылупился, но глянула и тут же отгородилась своим кофе, уж каким по счёту, и не помню. От взгляда его мурашки по позвоночнику помчались, как ошпаренные!
Он посидел немножко, явно, осваиваясь, и вдруг говорит:
- День рождения в одиночестве нельзя отмечать.
Я тут же разозлись. Во-первых, откуда известно, что у меня день рождения? Я не афишировала этого. А во-вторых, плевать, что он крутой и может в бараний рог скрутить, поэтому шиплю на него:
- Забыла спросить, где и с кем отмечать. Да и плевать мне на днюху.
- Долго будешь страдать? Ведь видно, что переживаешь из-за чего-то. Или кого-то? - прищурившись, смотрит так, что чуть не до печёнок своим взглядом достал.
Я встала и хотела уйти, но он не дал, вцепился в руку.
- Я с деловым предложением. Предлагаю работу, а потом помогу устроить свою жизнь.
- Какого... Чё ваще надо? Я, что, просила?
Он смотрит мне в глаза, я в его, а сама вазу с цветочками нашарила на столе и... вылила ему на голову. Цветочки так красиво по голове распределились. Они коротенькие, да и всего-то пять штучек маргариток. Конечно, он расцепил пальцы, начал маргаритки с головы скидывать и лицо вытирать, а я выскочила на улицу. Сев на свой моцик - купила себе, попроще, конечно, чем у Ромки был, да и с рук, и газанула оттуда подальше. Подъехала к дому, а этот, типа, рекрутёр, стоит у подъезда, ухмыляется. Сухой уже, зараза.
- Мне понравилось. Такая мне и нужна для работы. Заплачу кучу бабок, тебе такие в твоей библиотеке никогда не заработать. Где можем поговорить?
- Нигде, - бурчу я, хотя другое слово на язык просится к слову "где".
- Дома у тебя сегодня нет никого, можем у тебя.
- Как, нет? - я вылупляю глаза. Вроде, родители не планировали никуда ни идти, ни ехать.
- Перед твоим приездом, вот только что, собрали чемоданы и отбыли. Соседке сказали, что в дом отдыха поехали.
В дом отдыха? Да они дальше нашего парка и озера никуда не ходят! Вот брехло! Откуда сведения - так и хотелось спросить, но отпихнула его от двери и взлетела на второй этаж. Открыла дверь и ворвалась в квартиру.
- Мам, пап! Я дома! Вы просили приехать пораньше...
Но в ответ - тишина. Вошла в комнату - всё раскидано, как будто они собирались в страшной спешке. Зашла к ним в спальню - и тут их нет, но здесь всё аккуратно заправлено, как утром мама заправляет обычно. Бегу на кухню - там этот урод сидит, как у себя дома, развалился на табуретке, а в руках записка. Протягивает мне:
-"Наташа, нам дали путёвки горящие в дом отдыха, бесплатные! Мы не могли упустить такой шанс! Такой щедрый подарок. Так что, мы срочно собрались и уехали. С днём рождения тебя! Надеюсь, ты хорошо погуляешь. Целуем - мама, папа."
Вот и всё... Что-то оборвалось внутри, как будто, я их потеряла, как и Ромыча когда-то. Почему-то поселилось чувство в душе, что я их больше не увижу.
- Ну, что, будешь слушать о работе?
Почему я ему кивнула? Наверное, слишком ошарашена была их отъездом. Села и смотрю в стену. А он начал по ушам ездить, какая у него прекрасная работа.
- Сначала будешь стажёром, буду давать задания разные, сдашь экзамен... Если сдашь, отправлю на серьёзное задание, которое стоит очень больших денег.
Этот хмырь кривит свои тонкие губы в типа улыбке и отмахивается:
- Да сдашь. Все сдают, чего бы и тебе не сдать?
- Ладно, - киваю, даже не интересуясь, что за работа. Почему-то сразу подумала - ничего хорошего. Может, даже опасная. Ну и отлично, может, быстрее убьют. Никто не мог понять, отчего у меня такая жажда смерти, а объяснять... только время терять. Хотя, скорее, равнодушие, как к смерти, так и к жизни.
Этот упырь подсовывает бумажку, показывает, где надо расписаться, и - ну, не сволочь ли? - протыкает какой-то иголкой или булавкой мой палец.
- Ты что творишь, козлина? - шиплю на мужика и хотела засунуть окровавленный палец по многолетнему опыту в рот, но тот со словами - "стой, стой, не сейчас!" - быстро перехватывает руку и этим пальцем припечатывает бумажку. В тот же миг всё поплыло перед глазами, слышу только где-то на задворках сознания голос этой скотины епипетской:
- Береги договор, потеряешь, навечно моей... рабыней останешься... Что? Он сказал рабыней? Что за......
И снова прошёл... год... наверное...
Вжух-вжух! Вжик-вжик! Тиииууу... Разлепляю глаза и вижу - за окном ещё раннее утро, солнце только-только начало выползать из-за горизонта. Что за сволочь меня разбудила? Встала и поплелась к открытому окну.
Там, в самом низу, несколько человек уже вовсю дерутся на шпагах, парочка пристраивается биться на мечах, а чуть дальше - метатели всякой всячины, как то: камни, огнешары, огнестрелы и так далее, у кого какие магические способности есть. Ещё дальше мишени для лучников - у кого стрелы, у кого болты. Вот неймётся им. Придётся тоже выползать, я - из той же команды, принадлежащей лорду Бэррикарту. Мы все принадлежим ему. Рабы этого прохиндея, местами привлекательного. Но не для меня.
Он собирает нас отовсюду, обучает мастерству - когда сам, когда его арры, помощники, такие же рабы, рангом повыше. Из нас готовят профессиональных убийц, похитителей, воров. А, ещё и совратительниц, девушек лёгкого поведения - это мы: я, Инда, Элла и Юза. Есть ещё девицы в нашей корпорации, но у тех другие задачи. Да и внешностью не вышли. Как кого звали на самом деле, никто не знает, вернее, никто не помнит. Меня все зовут Лия. А как было раньше, ни сама не знаю, ни девочки.
Я вообще ничего не помню из того, что было в прошлом. Как напалмом прошлись в черепушке. И как попала в эту гильдию - тоже не помню. Единственное воспоминание, как меня привёл сюда, буквально за руку, наш лорд, хозяин этой "богадельни". Сказал, нашёл под мостом, что перекинулся через неширокую реку Нимлост*, которая пересекает наш довольно небольшой городок, практически, пополам.
Город... Что можно сказать про него? Назывался он Зардингросс*. Конечно, первое, что было нам дозволено - изучить его как следует. Прошагав по нему вдоль и поперёк, мы поняли, что каждый камень, каждый дом, каждый фонарь хранит в себе свою кровавую историю. Само название города, как ключ, открывал перед нами его особенности и характер. Это, словно загадка, которую мы постепенно разгадывали, открывая всё новые и новые грани его сущности.
Я долго пыталась расшифровать, что же зашифровано в названии, уверена была, что оно "говорящее". Ну, получилось, всё же, и это не радовало, так как, по всему выходило, что здесь - все заложники, не только мы. Этот город - не просто дома и пересечения дорог, это целая вселенная, где каждый булыжник или дерево имеет своё предначертание и предназначение. В каждом уголке спрятана своя тайна, которую можно раскрыть, лишь только погрузившись в его улицы и переулки с головой, и пообщавшись вплотную с жителями. Зардингросс живёт своей жизнью и даёт дышать своим воздухом, звучит для каждого своей музыкой. И все, кто в него входит, вынужден стать частью этого целого, ощущая его пульсацию и энергию. Город - вампир...
Даже если и возникнет у кого идея покинуть город...лорда, то даже если и захотим, не получится. Мы заключаем магическую клятву, подписывая договор о "сотрудничестве", где было прописано обо всём: о побеге, который невозможен, так как клятва не даст уйти дальше границ города; о разглашении - язык немеет и сразу же чувствуется нехватка воздуха; об измене гильдии - это вообще карается смертью на месте. На нас всё это испытывали для ознакомления с договором, так сказать, кроме измены, конечно, поэтому мы были в курсе, что ждёт каждого, и никто не рыпался. А изменника видели своими глазами... вернее, то, что от него осталось.
И вот, вопрос - как я попала под мост? Что там делала? Кто мои родные? Не с неба же свалилась туда... Впрочем, никто ничего о себе не помнил, и поэтому были легки на подъём, их ничто не отягощало. Не знаю, как кому, а ко мне, всё же, часто приходили во снах неясные тени прошлого. Почему я так думаю? Потому что, каждый раз, когда видела эти туманные образы, пыталась руками, зубами разорвать завесу тайны, что скрывалась за всем этим. Просыпалась после таких снов особенно злая и готовая убивать всех подряд. Но мне прочили другую роль, не воровки, не убийцы, надеюсь, и не соблазнительницы, торгующей своим телом. Так бы я уже давно "нечаянно" свалилась с моста. Пока же, в ожидании "того самого задания", участвовала в мелких налётах, стычках, стояла на стрёме, помогала другим отбиваться от преследователей. Ну, а как дальше дело пойдёт, неизвестно, время покажет.
Одевшись в куртку, штаны и юбку с запахом, чтобы и удобно было сражаться, и оставаться в женском, типа, прикиде, я присоединилась к подельникам... товарищам по несчастью, на полигоне, и тоже приготовилась махаться шпагой. Сначала мне нашли пару, потом напали вдвоём, вскоре подоспел и третий... Совсем с дуба рухнули? Потому что через десять минут насчитала уже пятерых, которые с азартом атаковали, стремясь, каждый, чтоб их всех перекосило, хотя бы оцарапать мою кожу. А мне нужно было умудриться лишить их этого удовольствия. Слава богу, я увернулась-таки и им ничего не обломилось, кроме порванного рукава куртки и двух незначительных уколов.
Кстати, о богах. Тут так не говорят, не боги здесь, а Ро - если один, и Рохи, если много, то есть, пятеро. Да, их пятеро и каждый отвечает за что-то своё. И, конечно, пять храмов, а как же. Наш Ро - Спан'Крид, он покровитель и помощник в нашем ремесле, защитник убийц, воров и жуликов. Перед каждой ходкой наши "ремесленники" идут в свой храм к Спан'Криду и просят о милости. Я там была только раз, а потом тайком (хотя, уверена, что ни одна вылазка в город не была тайной для лорда) ходила в храм Паасса. От него не ждали защиты, помощи в делах или любви. Он слыл просто справедливым, честным и... прекрасным. И я туда ходила, ходила, и ходила. Ни о чём не просила, просто садилась на каменные плиты и сидела час, не меньше. Потому что чувствовала, что со мной поступили несправедливо, когда-то, до моста, в прошлой жизни, которая пытается пробиться сквозь забвение. И мне там, на этих плитах, становилось хорошо и спокойно. А что ещё нужно в нашей профессии? Правда, я всё ещё в запасе. Хожу изредка на вылазки в город, учусь воровать так, чтобы не то, что не заметили, а даже и не подумали на меня. Даже учусь обольщать. Это я-то!
Ну, наших мужчин обольщать смысла нет. Им только намекни. Но я никому не намекаю, сразу предупредила, что если кто-то подойдёт ко мне ближе, чем на длину шпаги - кранты тому.
- Лия, - косит на меня свои узкие глазки Юза, услышав очередной "шедевр", явно, из моей прошлой жизни, - откуда ты такие словечки берёшь? Здесь так никто не говорит.
Пожимаю плечами и смотрю на неё с усмешкой, сама-то она здешняя, что ли? Глаза карие, раскосые, волосы чернющие, с синим отливом, губы, как вишня спелая. Здесь таких точно, отродясь, не водилось. Она - табу для всех. И тоже ждёт своё индивидуальное задание. Вот и это слово никто не знает -"табу". Тупые жители города, ждущего своего конца. Да, проскальзывали у меня в речи незнакомые для местных слова и обороты. Видимо, память не вся подчистилась, даёт какие-то сбои.
- Эй, Лийка, тебя лорд зовёт, - крикнул Оз. Интересно, а его почему так зовут? Что-то снова колыхнулось в памяти. То ли мага так звали какого-то, то ли страну волшебную. Трясу головой, пытаясь вспомнить, но со стороны можно подумать, что "говорю" - да, иду.
Убираю шпагу на пояс в кожаный чехол и неторопливо иду в шефу. Вслух я так его не называю, так как такого слова нет ни в этом городе, ни в этой стране, что ж лишний раз светиться. Надо говорить "мой лорд" или "мой господин". Да лучше пусть отсохнет мой язык! Ненавижу его смертельно, но вот за что - не помню совершенно. Он ждёт у окна, видимо, наблюдал за нашими тренировками. От меня сейчас воняет за километр потом битвы и крови, не моей, соперников. Хоть мы и щадили друг друга, но оружие не такое тупое, как жители этого города. Некоторое время смотрит на меня, видимо, ждёт, как всегда, что я, всё же, скажу что-то, вроде:"Да, мой господин... Вызывали, мой лорд?" Не дождался и в этот раз.
- Садись, - кивнул на стул, устав ждать. Жмот, мог бы и кресло предложить усталой девушке. - Видел, как ты от пятерых отмахивалась сегодня. Молодец, делаешь успехи. И это без магии, практически.
Да, с этим была неувязка, у всех она была, а у меня так, пшик один, из пальцев искры выходили и только. Но били они не хило, корёжило основательно тех, кто пытался добраться до моего тела. Во всех моих "друзей и подруг" магию как-то вкачивали, даже белобрысая Инда получила её и получает до сих пор, потому что, как получает, так и тратит. А я не просила ничего, само оно как-то проявилось в первый же раз, когда носатый Вик припёрся ко мне в комнату на ночь глядя. Ну и получил по тому самому месту, которое приволок для знакомства. Визжал, как поросёнок. Зато больше никто так и не решился. А, может, шеф запретил.
- Ладно, это так, для завязки разговора. Кажется, пришло время пускать тебя в дело, - и смотрит, буравя взглядом. Я молчу, жду. - Объект, для которого тебя выдерживали и учили всему, прибыл в столицу.
Сердце стукнуло на пару раз больше. Не значит ли это, что я, наконец, покину опостылевший город и эту "школу"? Медленно, как бы нехотя, поднимаю на него глаза и лорд опускает свои. Кажется, или ему жаль отдавать меня этому "объекту"? Забавно... Хотя, могу и ошибаться.
- Вот, смотри, - шеф протягивает мне неплохо срисованный портрет мужчины.
Симпатичный - крутой подбородок, широкие скулы, смелый взгляд, губы в полуулыбке, волосы почти все закинуты назад, но одна упрямая прядь упала на лоб. Изучив лицо, смотрю на лорда в ожидании, что надо сделать с этим объектом, помимо соблазнения, разумеется. Не дождавшись от меня ни слова, вздыхает и начинает объяснять задание:
- Это - герцог... - тут он, как бы, споткнулся перед именем, - столичный глава города, Ромгрэйв Сиго'Лас. Недавно затупил на эту должность. Втереться в доверие, стать необходимой настолько, чтобы мог доверить всё, даже жизнь - как свою, так и своих близких. - И снова замолчал, изучая моё лицо. Да чего его изучать? Давно всё изучено. Смотрю осуждающе - хватит уже тянуть кота за яйца, говори дальше. - Как только добьёшься желаемого эффекта, - наконец, рожает господин Беррикарт, - скажу, что делать дальше.
- На днях я сам отвезу тебя в столицу... Лия.
Ого, это что-то новенькое! И по имени назвал, и... шеф никогда никого не возил лично. Ладно, что ж, покатаемся.
Зардингросс**("Связанные, в ожидании смерти")
Всю неделю я отдыхаю от битв на полигоне. Каждый день валяюсь в огромной ванне, наполненной то лепестками роз, то ароматичными маслами. В волосы втираются какие-то притирки, и теперь от меня запах просто убийственно-сногсшибательный. Для меня, по крайней мере. Не то, чтобы я любила запах пота на себе, но мне, чем проще, тем лучше - запах свежести, что ли, тонкий, ненавязчивый. Хотя, может, этот герцог, имя которого заучивается у меня не с первого раза, любит такие, обалденные во всех смыслах, ароматы? Кто их, этих драконов, знает... Почему я уверена, что он дракон? Да просто у власти в этой стране могут быть только драконы. Не сильно верю в эту версию, но кто их знает!
Что-то мне подсказывает, что у себя, откуда я "прибыла", драконов не было, чтобы вот так, разгуливали по улицам и с них писали портреты. Поэтому, слегка что-то напрягается внутри. До сих пор, сколько живу тут, не видела даже издали этих "ящеров". В наш городок они не заезжают, им в этом "ремесленном" местечке делать нечего. Есть, конечно, полукровки, да ещё какие-то ушастые народности, вроде эльфов и феев, орков и гоблинов, но кто они против драконов? Никто и звать никак. Ах, да, есть ещё людишки, вроде меня. Разумеется, в нашей гильдии набрано с миру по нитке, шефу на рубашку, но людей, таких, как я, половина, точно. А драконов - нет ни одного. Только портреты в ратуше. Там вывесили всех правителей, что были с незапамятных времён, чтобы помнили своих "героев". Последние два дня меня больше не ароматизируют. Наверное, чтобы выветрились излишки и остался тонкий шлейф. Умно...
И вот настал день икс! Я с утра внутренне на взводе, жду, когда за мной прибудет, ну или вызовет к себе, сам лорд, чтобы увезти в столицу. Название у неё символичное для драконов - Бриттполис - прекрасный, в смысле. Но я удивляюсь, почему не Драгоценный, к примеру, или вот ещё - Пещера Сокровищ. Мда...
Ждала, ждала и дождалась - ближе к вечеру врывается стремительной походкой Сам и, судя по его мрачной физиономии, уже жду услышать: "Всё пропало шеф, всё пропало!", кому-то, видно, сняли "гипс" или башку, у кого-то стырили сокровища.
- Никуда ехать не надо, - цедит лорд Бэррикарт, - он сам прибыл к нам... неожиданно... Что же его могло сподвигнуть на этот... подвиг... - бормочет "главнюк" нашей корпорации.
Узнали мы про этот "подвиг" позже, а с утра в спешке мне сделали причёску, одели, нанесли минимальный макияж - я не переношу на дух много косметики, предупредила об этом сразу, ещё когда меня хотели в первый раз тут "разукрасить" - просто пошла и умылась.
И вот мы с шефом через пару часов - я почти готова, чтобы отбыть в дорогущий местный ресторан, он, злой, как чёрт, ну или шерд, это их чёрт. Я в ресторанах не была и вся в предвкушении, любопытно же заглянуть. Так-то, как себя вести в подобных заведениях, знаю, до автоматизма заучила все приборы, что чем едят, из чего и как пьют, как правильно утереться салфеткой, чтобы "клиент созрел" и уронил челюсть. Но это всё в домашних, так сказать, условиях, а сегодня планируется уже не практика, госэкзамен. И кто из нас больше волновался, трудно сказать. Но, ха-ха! мы и туда не успели. Потому что мистер-твистер-драконистер заявился к нам самолично. Я как раз получала последние инструкции в кабинете шефа, когда влетел Оз и шёпотом завопил:
- Идёт! Уже по лестнице поднимается!
Память тут же услужливо подкинула:
"Девочка, девочка! Закрой двери и окна! К тебе идёт чёрная-чёрная рука!" - Правда, сейчас это была не рука, а мэр-дракон, но тоже своего рода "рука" - длань правителя, милующая, карающая. Интересно, что же ему от нас надо?
Беррикарт едва успел запихнуть меня во вторую комнату, которая служила ему комнатой отдыха и расслабления, и запер дверь на ключ. Гадёныш... Хорошо, что тут есть и закусить, и выпить, и даже туалетная комната. Всё по высшему разряду. Так что, скучать не буду. Тут же, пока никто не видит, подбегаю к его шкафчику и, открыв дверь, беру наугад бутылку, наливаю в бокал содержимое и, поставив её ообратно и закрыв шкафчик, так же быстро возвращаюсь к двери. Фу, успела... Стукнула входная дверь и кто-то вошёл. Ну, так-то, предсказуемо, кто - мэр, как там его, Ром-Сиг-Лас, дать тебе в глаз.
Я давно занимаюсь от нечего делать, когда выпадают такие минуты, тем, что разбираю слова на составляющие, и додумываю им интерпретации разного рода. Вот и его имя - у РОМ'а два значения - пить ром, в частности, и крутить ром'аны; СИГ... Ну, тут, даже не знаю... сигары? сигнал? сигнатюр*? Господи, а что это вообще?Ладно, пусть любит сигары. И, наконец, ЛАС - ласковый. Не ласты же... Итак, что имеем... Любвеобильно-ласковый, не прочь покурить и, ко всему этому набору, ещё и выпивоха. Любопытно посмотреть на него вживую. В общем, пристроилась под дверью, отпиваю глоток чего-то сладкого и тянучего... беее... какая гадость! ухо подставляю к дырке от замка (слава богу, ключ вынул), и напрягаю слух.
- ...и я тебя рад видеть, Бэррр... - рокочет басом вошедший.
Рад? Так они знакомы? Интересное кино... А голос зачётный, мне нравится. Прям, бьёт по нервам, как по оголённым проводам... - хм... где-то тоже слышала.
- Что привело столь высокородного герцога к нам в такую глухомань? - ядовито-почтительно интересуется шеф.
- Ну, не такая уж и глухомань у вас. О твоей гильдии и школе при ней слухи ходят по всей стране. Поговаривают, даже филиал собрался открыть.
- Ничто-то от вас, милорд, не скроешь...
- А хотел бы? Признайся, - "высокородный" гость сказал это, как бы, и со смешком, но, как мне показалось, чересчур небрежно.
- Уверен, что бесполезно прятать, поэтому пока довольствуюсь тем, что имею. Элла! - внезапно крикнул так, что даже я дёрнулась, ударившись ухом о дверь и зашипев при этом.
Одновременно со мной (моим ударом и шипением) распахнулась дверь в кабинет и Элла медовым голоском спросила (уверенна, при этом опустив целомудренно глазки долу):
- Что желает мой господин?
Вот как надо обращаться с хозяину! А я что-то не догоняю, вечно называю как-то не так. Хи, вообще никак, если честно.
- Напитки принесите с Юзой, - и, видимо, повернулся к драконистому мэру, Главе целого города, - что вам принести из закусок?
- Забыл, что ли? Вкусы не изменились ни на вотту*. Так что, что себе, то и мне.
- Хорошо, тогда всё, как обычно, - отпустил Элку и снова к мэру, - всё же, что вас...
- Давай, по старинке, как в годы учёбы, по-приятельски, на "ты", - с какими-то мягкими оттенками в голосе, предлагает гость.
- Ну, хорошо, уговорил, - хмыкает наш. - Итак, что же тебя, твою светлость, привело в нашу скромную обитель?
- Не поверишь... Отец не оставляет выбора, требуя жениться. Сбежал от него в Бриттполис, как услышал об освободившейся должности, но следом принёсся его Нэхмар*, фамильяр отца, с запиской в зубах - если через месяц не предоставлю ему имя невесты, её саму и всё, что к ней прилагается, мне несдобровать.
- А чего ты упираешься? Девушек полно - и красивых, и умных, и достойных. Любая пойдёт за тебя с радостью.
- Я не желаю терять свободу, - он говорит это сердитым голосом и я его понимаю. Сама такая же.
- Ну, не знаааю, - тянет шеф, - чем тебе будет мешать жена. Женщинам нужно, по-большому счёту, очень немного - деньги и свобода передвижения. А с мужем или без него, им без разницы.
- Ну, у меня несколько другие понятия на этот счёт, - ответил гость, мрачнея ещё больше.
А мне он уже начинает нравиться. Вижу, как он прохаживается по кабинету, шаги, хоть и не очень слышны из-за ковра, но всё равно чёткие. Выправка чувствуется не хилая.
- Не знаю, я бы уже давно обрадовал своего, но тот почил лет десять назад, оставив одни долги, - вздыхает этот Бэрр.
- Сочувствую... Ладно, вернёмся к моей проблеме. У тебя, по слухам, есть девушки, отлично выученные, чтобы пустить пыль в глаза моему отцу, да и другим. Одеть, обуть, экипировать во всё блестящее - это я беру на себя. С тебя - легенда выбранной мною девушки. Покажешь своих красоток?
- Я правильно понял, ты хочешь взять одну из моих сотрудниц себе в жёны напрокат?
- Жёны? Мне и одной хватит за глаза, - хохотнув, каламбурит тот. - И не совсем фиктивную, раз Его Величеству её буду представлять. Но у нас будет договор подписан с ней ли, с тобой ли, как работодателем, о том, что я в любом случае несу за этот брак и его последствия всю ответственность. Но! Заплачу двумя суммами - когда буду нанимать, и когда верну. Ни дорином* больше.
- Ты собираешься расплачиваться доринами? - скептически интересуется шеф.
- Зачем тебе слитки? Лишняя головная боль.
- Я найду им применение, не переживай.
- Хорошо, - легко согласился Ром... как его там. - Пусть будет по-твоему, в ювонах, так в ювонах*. Ампано какие предпочитаешь - альтра или лотта? *
Ёлы-палы... На каковский он перешёл? Хоть и обучали нас местным языкам и наречиям, но я в них не сильна. Могу на общерасовом запросто общаться со всеми, а вот так, по отдельности языки, увы, так и не осилила.
- Пять альтро. Но, смотря кого выберешь, - тут же со значением говорит шеф.
Даже "вижу", как его одна бровь поднимается кверху, а глаза алчно блестят. Какой дурак упустит возможность озолотиться? Элла и Инда от него "безума", они в тот же час закатывают глазки, когда речь заходит о шефе, а я терпеть не могу этого мудика. Производное от слова мужик, сама придумала. Могла бы - убила. За один тот контракт, что лежит, свёрнутый, в моём личном сейфе. Ещё там лежит колечко, которое висело на шее, когда меня, якобы, нашли под мостом. Что-то плохо верится в эту версию. Как ребёнка в капусте. Стоп... Кто так говорил?
Я уже давно просто сижу на полу, спасибо, что ковёр тут, а не камень, и тру то лоб, то виски. Так, что сейчас происходит? Идёт продажа одной из нас или кого-то просто сдадут в аренду? Кого не жалко или со слезой на честном глазу будут "отрывать" от сердца? Снова делаю глоток этой гадости. Чёрт, чёрт... Здесь, в этом долбанном месте, даже чёрт кажется своим, родным, потому что местные звучит как-то заковыристо - шерд, хард, зофул. Слышу, как Бэрри отдаёт распоряжение привести всех девушек нашей "богадельни". Всех, кроме меня, потому что я заперта в комнате "отдыха" под носом нанимателя. Ну, не странно ли? Он же сам хотел меня первой отдать на растерзание! Готовил, натирал (не сам, конечно) маслами разными! Уже приготовил на заклание, практически! И что? Чёрт... шерд... тьфу...
сигнатюр* - духи
Вкусы не изменились ни на вотту* - вотта - граммы у драконов
Ни дорином* - серебро (драконий яз)
в ювонах - золото (драконий яз)
Ампано какие предпочитаешь - альтра или лотта? * - Ящики... побольше, поменьше? - (эльф-ий, др-ий.)
Слышу стук в двери. Видимо, девочки подошли. Босс рявкнул:
Скрипнула дверь и множество женских ножек протопало в кабинет. На этот раз притиснулась к замочному отверстию глазом. Надо же посмотреть, кого там пригнали в таком количестве. Разумеется, всех знать не могла, только те группы, с которыми непосредственно контачила, да ещё тех, с кем встречалась на полигоне. А тут... Клумба, цветник... или, нет, оранжерея настоящая! Фыркнула тихонько. Откуда только набрал столько? Скорей всего, пришли все девушки нашей гильдии - мелкие воришки, крупные аферистки, элитные простигосподи и просто прости... Вообще, таких девиц тут называют по разному - юта*, саура*, ну, там ещё парочка прозвищ есть.
Наш гость выбирал молча. Кажется, даже не удосужившись сдвинуться с места. Рядом с девушками кто-то находился и выполнял команды шефа. Я только и слышала что-то, вроде:
- Вон... пшла... иди... сгинь... - и всё в таком духе.
И девушки молча сматывались в ту же секунду. Кто там остался, в конце концов, я так и не поняла, но услышала разочарованный голос лорда Ромширака (и когда только отучусь добавлять к именам всякие довески?):
- Не могу поверить, что это - всё, что есть у тебя. Уверен, жемчужинки где-то спрятаны, парочка или, даже тройка. Для себя бережёшь, признавайся?
Наш Бэррикарти-"Мориарти" рассмеялся, но как-то через силу:
- Тебя не проведёшь! Помню тебя, как ценителя прекрасного. Ладно, отрываю от сердца...
Он рассмеялся! Обалдеть! Когда он вообще смеялся? Вопрос... Ну и, да, как я и предполагала - "отрывать будет от сердца". Тут же задумалась. Если бы меня выбрал этот мэр-Виски, то, скорее всего, будут вынуждены снять с меня запрет на передвижение. Так ведь? Отчего сделала такие выводы - понятия не имею. Кто-то выкрикивает имена, это позвали моих подружек - Инду, Эллу и Юзу. То есть, сразу они не входили в этот осмотр. Вскоре они встали перед сыном короля (с ума сойти! настоящий принц!). Вижу только Юзу. Она стоит, склонив голову, руки сцеплены впереди и пальцы подрагивают. Явно - нервничает... Боится? Хочет уйти? Или боится, что отдадаут?
А я вдруг поняла, что хочу! Сдохнуть, как хочу вырваться из этого плена, пусть и иллюзорная свобода маячит, избалованного лорда ублажать, но я согласна, лишь бы не видеть урода... Что там происходит? Не вижу ничего, кто-то встал перед дверью. Вот только непонятно, передом или задом. От волнения зачесалось в носу и... я не стала себе отказывать в удовольствии и чихнула изо всех сил, от всей души:
- Кто там у тебя сидит? Кажется, очередная прелестница. Ты обещал показать всех.
Спустя долгую минуту ключ повернулся в замке и кто-то рванул дверь прямо в меня... Не успела отскочить и получила - тоже, от всей его души, злыдень... Бляха-муха... Как же больно... Искры полетели из глаз в разные стороны и, ухвативший за отшибленный лоб, кулем повалилась на ковёр. Приоткрыв один глаз, посмотрела из-под ресниц, кто там - эх, нет, не принц на белом коне, увы... всего навсего, шеф, чтоб его. Смотрит с минуту, скрипит очень даже явственно зубами и, схватив за руку, резко выдёргивает из "обморока".
- Нечего притворяться, - цедит сквозь зубы скороговоркой. - Пошли, раз уж не смогла высидеть.
Пожимаю плечами и, потирая ушибленный лоб - точно же шишка будет! выхожу в кабинет, гордо подняв голову. Ну и пусть с шишкой, зато - королева, однозначно. Ром Вискарьевич смотрит, не отрываясь, на явление нехристя народу (не помню, если что, крещена была или нет). От его прищуренных глаз и очень симпатичных губ, становится не по себе. Хмурюсь и смотрю с неудовольствием. Может, зря я там размеч...чихалась? Хотя, нет. Пусть. Всё лучше, чем взаперти. Мельком смотрю на личного надсмотрщика и вижу, что он нервничает. Любо-дорого смотреть, вечно бы смотрела на это. Дракон-мэр осматривает деловито пришедших девушек, от Юзы и Эллы сразу отмахивается:
- Этих уже видел, не впечатлён, так что, милые дамы, вы свободны, - отпускает их восвояси.
Остались мы с Индой. Я слежу за ним настороженным взглядом, как он "осматривает" подругу. Что-то очень долго и внимательно. Взял за руку, повертел вокруг оси, так сказать, сейчас так и кажется, что заглянет в рот зубы проверить, но нет, не стал. Отпустил её руку и повернулся ко мне. Смотрим друг на друга, не отрываясь. Не знаю, что у него в башке было, а у меня крутится:
- "Выбери меня, выбери меня, дракон счастья, выбери меня!"
И чего тормозит? Может, к нему ближе надо подойти, авось, тот шлейф ароматов ещё не испарился и он его унюхает? Пусть принюхается, раз он дракон? Иду к нему, не разрывая контакт глазами, и, взяв за руку, продолжаю гипнотизировать. Говорю тихо, сама, практически, не слышу:
- Я буду вам... примерной женой... подругой. И рожу сына.
Вот дура! Сама-то поняла, что сказала? Но, что характерно, он повёлся! Я видела это - глаза стали по пять копеек, рука, в которую я вцепилась, дрогнула и он говорит:
- Согласен. Да. Это лучшее, что я видел у тебя.
Говорит, как бы, приятелю, то бишь, шефу, а сам продолжает пялиться. Гипноз - великая вещь. Всё же, голос у него завораживающий. Или глаза? Стоим, как два истукана, и, кажется, мир остановился. По крайней мере, звуки все исчезли. Я даже головой потрясла - не оглохла ли? И, конечно, всё очарование момента вспугнула, гусыня... Испуганно смотрю, как он? Не передумал? Боюсь отцепиться от драконистой лапы. Вроде, нет. Улыбается одними глазами. Поворачивается к шефу:
- Я забираю эту девушку. Оплата, как и договаривались. Ювоны получишь сразу, как только мы покинем твой город.
- Может, наоборот? - у моего бывшего начальника желваки играют на скулах. Нечего, у меня теперь новый начальник!
- Можно было предположить, что её ты мне как раз и не стал бы показывать.
- Ошибаешься, - буркнул лорд Бэррикарт, - показал бы, но позже.
- Не понимаю твоих махинаций, но вот, она здесь и со мной. Что мешает тебе её отпустить? Наверняка же клятвой привязана и к тебе, и к этому дому. Надо клятву эту аннулировать.
Босссс, не отвечая ему, крикнул в открытую дверь:
- Норда! Возьми Вика и принесите вещи Лии. С её сейфом.
Норда - прислужница тут, в особняке. Прислуживает всем, ну и, обслуживает тоже... всех, кому не попадя. Она молча кивает и идёт в мою комнату, а дракоша произносит как-то мечтательно:
юта* - использованная - с эльф.
саура* - испорченная - с эльф.
Вскоре Норда с Виком пришли и поставили перед нами мой, довольно объёмный, сундук и не менее тяжёлый сейф. Мой бывший (надеюсь, надеюсь! надеюсь!!!) шеф протягивает ко мне руку и я вкладываю в неё ключ, сняв с шеи. Итак, сейф открыт, договор вынут и мой новоявленный лорд-герцог-принц внимательно его разглядывает. Зачем-то понюхал, потом подёргал за уголок и, наконец, поднял голову на бывшего.
- Что это? - поинтересовался, вроде, тихо, но такиииим голосом! Мамочки... Куда бы спрятаться...
- Договор, подписанный её кровью.
- Господин Скулгр-р-р-рук, - рычит лордик. - Это. Копия. Вы меня держите за несмышлёного орка? - и абсолютно ледяным голосом, от которого у меня тут же всё заледенело внутри, произнёс, - будьте добры принести настоящий. Иначе...
- Что - иначе? - бубнит этот без двух минут труп. Он, что, не понимает, что на волосок от смерти?
- Да ничего, - вдруг спокойно пожимает мой лорд плечами и... скалится в "обворожительной" улыбке. - Просто мы поселимся у тебя в особняке, прямо здесь, и все, кто захотят меня видеть, будут приезжать сюда.... - о, я его уже обожаю! - В том числе и король-отец, и королева-мать, и...
Хаха! Выскочил, как пуля! Вот гадёныш! Подсунул мне чё попало и я с этим доку'ментом, с позволения сказать, носилась, как курица с яйцом! Чтоб его понос прохватил! Не сейчас, попозже, когда мы свалим благополучно отсюда. Ворвавшись обратно, как он это любит делать, отдал принцу в руки новую бумаженцию. Тот читает, снова нюхает, на минуту хмурится, ещё на одну стоит в задумчивости, а я уже в нетерпении чуть не копытом бью, переминаясь с ноги на ногу, и очень хочется съязвить что-то, вроде - "ещё откуси кусочек, попробуй"... Да чтоб его! Кусает! Может, я внушать научилась? Наконец, новый мой, кивает и велит своим вассалам, слугам, или кто они там, которые всё это время торчали за дверями, забрать вещи и вынести на улицу. Меня берёт под руку и мы важно выходим за дверь, и всё дальше, дальше... отсюда, от этих мест. Всплыла песня, частями, а музыка надолго застряла в голове:
Сяду в скорый поезд,
Сяду в скорый поезд Ночью соловьиною.
Далеко отсюда
Убегу и скроюсь, И навеки сгину я.
И помчатся звёзды,
Мне навстречу звёзды И туманы белые.
Ах, сюда, конечно,
Я приехал поздно! Что теперь поделаешь?*
Так, последние две строчки надо переделать. Или убрать вовсе. Вспыхнул портал и всё исчезло с моих счастливых глаз... Увы... Недолго музыка играла*... Не успели мы воткнуться в этот портал, как какая-то сила со всей дури дёрнула меня за волосы, да так, что подумала, всё, скальп с меня сняли. Потеряла, предсказуемо, сознание и очнулась... снова у этого гадёныша в кабинете. Что за... Слышу, как страшно рычит кто-то. Кто бы это мог быть? Но посмотреть не могу, голова так болит, что хочется выть. Но я же этого не сделаю, на потеху бывшему шефу? Не дожжждётсяяя...
- ...да не я это... - выплёвыает зло бывший, - вы, милорд, так быстро всё сделали, что я не успел даже подумать ни о чём. Вот тут... смотрите, милорд, надо изменить пункт в договоре, снова с неё и, вас, между прочим, по капле капнуть под печать.
Снова в сторону барана упрямого злой рык. Он, рык этот, как песня, как целебный бальзам на мою голову, кожа которой горит огнём. Может, всё же, содрался скальп? Но пощупать - значит, дать понять, что мне больно. Недождёцццааа...
- Сейчас всё уладим, - надо мной зависает озабоченная физиономия с сурово сдвинутыми бровями. - Давай ручку, не бойся, я сам возьму, даже не заметишь... - берёт, не дожидаясь, когда я её протяну.
Ну, ладно, пусть лучше руку протяну, чем ноги... Доверила новому лорду свою длань. Жду, когда проткнёт, зажмурилась, а тут мне возвещают:
- Всё, взял. Не сильно больно было?
- А? Что? Уже? - я на миг забыла про голову и дёрнулась посмотреть, правда кровь пускали или он шутит так, но скальп не дремлет... Ойкнула и снова "успокоилась" на время. Наконец, всё было сделано, как положено, и мы отбываем на ручках у лорда №2... но для меня он, всё же, №1! Тот, гадский "папа"*, на ручках не таскал, всё больше за руку - дёрг, "топай, давай". Млею до самого портала, но потом взбрыкиваю:
- А, это, ваша светлость, милорд, Рим...Ром... тьфу ты, забыла имя... А кареты нету доехать до вас? Боюсь, не переживу повторного "перехода".
- Не бойтесь, моя леди, - подмигивает он мне, - сейчас все формальности соблюдены! Через пять минут будем в Бриттполисе. Неужели хотите неделю трястись в карте?
Пока он болтал со мной, очухалась уже на "той" стороне и вздрогнула от его рыка:
- Лекаря ко мне, быстро! - Увидев, что я вздрогнула, снижает свои децибелы и уже нормальным голосом, - пусть идёт ко мне в кабинет.
Мы "проявились" из портала в холле. Пока не могу ничего сказать о нём, голова не вертится на шее совершенно. Наверное, здесь красиво. Меня тащат по лестницам на второй этаж и там сгружают в перину. Я буквально проваливаюсь в неё. Божечки, какое это блаженство! Простыни прохладные, подушка тоже, так что я - в нирване. Не кантовать часа три-четыре... а лучше десять, не успев подумать - откуда в кабинете перина? Закрыла глаза и, едва успев пискнуть:
- Спасибо, милорд, - тут же уснула.
Спала, как всегда, так себе. Но уже не рвала зубами ничего и никого, проходила вдоль своих кошмаров и внимательно к ним приглядывалась. Очень хотелось увидеть один из них, который чаще всего мелькал в долбанной "школе" гадского шефа, но не давался. Наверное, давно надо было успокоиться, и тогда дело давно пошло бы на лад. В этот раз воспоминания, кажется, решили выстроиться в ряд в порядке очерёдности. Что ж, молодцы, правильно делают. А с какого края начинать смотреть-то? Кручу головой, совершенно забыв, что она болит. Но во сне же ничего не болит, хе-хе.
Зато увидела, от чего она может заболеть - за кустами прячутся какие-то девицы. Память во сне услужливо напоминает: одноклассницы - Томка, Женька, Светка, Катька, остальных не видно. Знаю, что если пойду дальше, то огребу по самое "нехочу", но если не пойду, лишусь чего-то сладкого. Во сне всё равно не больно же? Так что я решительно иду вперёд и, ожидаемо, огребаю так, что даже во сне теряю сознание, вскрикнув при этом. А вот и то самое, на сладкое! Меня несут уверенные, сильные мужские руки. Плавно плыву по воздуху, прижимаемая к горячей груди. Что-то сон какой-то сильный на ощущения. Открываю глаза и слышу:
- С добрым утром, моя леди! Как спалось?
- Нормально, - киваю в ответ.
Нет, я не разочарована, но хотелось бы вспомнить именно того, кто во сне был. А что там был парень, и он таскал меня на руках сразу после драки, я была твёрдо уверена. Вчера почувствовала какое-то это, как его, дежавю, когда МОЙ лорд только начал эту чудную процедуру - таскания меня, любимой (мною пока только) на ручках. Всю жизнь так бы и каталась, но, всё же, куда меня волокут на сей раз?
- Милорд, не подскажете, куда на этот раз вы тащите моё бренное тело?
Он с любопытством и смешинками в глазах смотрит на меня и заявляет:
- Мой лекарь запретил вам передвигаться самостоятельно в течение недели, а я привык завтракать в одно и то же время. Ну а, поскольку, вам завтрак тоже прописан, то вы составите же мне компанию?
Соглашаюсь:
- Завтрак - дело святое. Составлю.
Перед нами открывают все двери и мы (я), вплыв в очередные, оказываемся в столовой. Большая комната с чем-то зелёненьким сверху по потолочному бордюру. Это больше подходяще для эльфов, наверное. Впрочем, что я знаю о драконах? Мой рыцарь усаживает меня, садится рядом и дёргает за шнурок - длинь-длинь-длинь! - весело трезвонит он и тут же распахиваются другие двери и оттуда появляется слуга с тележкой на колёсиках. А на ней! Мама дорогая! Чего только нет! Еды - завались.
- Я столько не съем, - шёпотом говорю лорду принцу. Он улыбается и кивает:
- Ешь столько, сколько влезет в твой тощий живот. Вообще не уверен, что он вас там кормит. Видимо, на одних сухарях держит. Ууу... Гогил йор*... Хорошо же, что забрал, да?
На его лоб набегает облачко недовольства, но тут же, глянув на меня, снова заулыбался и пододвигает поближе поднос с тарелками. Дааа... Не хорошо, а отлично, что забрал! Глаз выхватил плошку с чем-то вроде каши молочной. Тяну к себе и нюхаю. Пахнет маслом и молоком. И... ммм... детством, когда ещё была любима. Это ощущение гнездилось где-то, как самое сокровенное. Ищу хлеб и вижу белый, круглый, у которого один бок нарезан на ломти. До дрожи в пальцах захотелось хотя бы прикоснуться. От него тоже чем-то родным повеяло. Взяла один ломтик и ткнулась в него носом. Жаль... Вид - да, а запах обычный, местный. Чего-то в нём не хватает. Не дотягивает до того, из памяти. Вдруг вижу, что мой милорд не ест, сидит, голову подпёр кулачищем и смотрит на меня, наблюдает, как я ем.
- Что? - округляю глаза, - не пахнет хлеб ничем, а должен пахнуть. Масло хоть есть? Замазать это безобразие.
Он смеётся и протягивает тарелочку с парой квадратных кусочков масла и ножик для него. Намазываю и откусываю. - Ш машлом, шойдёт, теперь и кашу можно ешть, - удовлетворённо говорю ему, так как он продолжает смотреть. Проглатываю кусочек и интересуюсь: - Вы, голубчик, есть собираетесь, или с осени закормлены?
Вижу, как его бровь поднялась вверх в изумлении.
- Э... ты про осень-то откуда знаешь?
- А вы? - тут же возвращаю ему вопрос. Он хмыкает:
- Я-то знаю... откуда-то... - приближается ко мне поближе и говорит шёпотом, - я вообще... знаю один остров... далековато отсюда, конечно, но если леди обещает себя вести хорошо, то я, в свою очередь, обещаю туда отвезти...
Я заинтригована, конечно, но при чём тут остров и осень? Но задать вопрос не успеваю, он сам продолжает:
- Остров так и называется - Остров вечной Осени, но местные его называют просто Гравун. Если у нас в стране температура всегда держится весна-лето, то там постоянная осень, деревья всегда в золотом уборе.
Слушаю его, как зачарованная. Неужели не врёт? И сама не замечаю, как дёргаю принца "гамбургского" за обшлаг рукава:
- Я буду очень хорошей девочкой!
Он щурится на меня, как учитель у доски на нерадивого ученика:
- Вот всю неделю и будем проверять примерное поведение одной пациентки.
- Обязуюсь пить пилюли и не капризничать, лежать безвылазно в кроватке, не высовываться и мозг никому не выносить.
- Буду лично проверять! - и расхохотался. - Всё же, повторюсь, я правильно сделал, что вызволил тебя из той кладовки. Что ты там делала? Была наказана своим рабовладельцем?
- Нет, - я всё ещё жую хлеб с маслом. - Он готовил меня к встрече с вами, но в ресторане. А тут вы сами к нам пожаловали. И он зачем-то запихнул меня в ту комнату и запер.
Господин Мэр резко поднялся, подхватил меня на руки и, крикнув кому-то, чтобы еду перенесли в спальню к леди, понёс меня, вышагивая широкими шагами, туда же. Уложив, кстати, очень аккуратно, в постель, махнул рукой и над нами зависла мутная плёнка. Сел напротив и уставился своими буркалами.
- Рассказывай.
- Я всего и не знаю, - пожимаю плечами. - Велено было втереться в доверие и потом он расскажет, что делать дальше.
- Понял... что ничего не понял, - он повертел головой, как будто ему вдруг стал тесным воротник, и поинтересовался, всё ещё хмурясь, - а почему ты решила мне рассказать?
Хотела вскочить, но он не дал:
- Кто-то обещал быть хорошей девочкой, - строго погрозил пальцем, а я, кисло скривившись в недоулыбке, буркнула:
- Я его ненавижу. Он всё врёт, что нашёл меня под мостом, я это чувствую, - хватаю принца снова за руку и дрожащим от ненависти и отчаяния голосом продолжаю, - мне сны снятся о старой жизни, но они как в тупике, из которого не могут выбраться. Рвутся ко мне каждую ночь, стучатся, но не могут вылезти наружу. Вот только сегодня они как-то подуспокоились.
Герцог пересел ко мне, сграбастал в охапку и усадил себе на колени. Я прижалась к его груди и замерла, как мышка, боясь шелохнуться, чтобы снова не спугнуть такой классный момент...
*Сяду в скорый поезд (песенка Мих. Боярского)
*Недолго музыка играла (стихи )
*гадский "папа" (и- к/фильма "Свадьба в Малиновке"
*Гогил йор* (гоблин смертный)- с драконьего
Ромгрэйв Сиго'Лас
Он сам не знал, зачем поехал к своему"закадычному" другу, двоюродному родственнику, который спал и видел себя на его, Ромгрэйва, месте...
Когда-то родители спрятали Рома от притязаний родни, и дальней, и ближней, так далеко, что никто не смог найти, но несчастный случай чуть не угробил его и там. Врачи местной больнички признали погибшим, а "родители", что были с ним тогда, забрали тело и срочно переправили домой. А там, то есть, тут... да, уже здесь, дома, регенерация, плюс влитая с избытком целительная магия, сделали своё дело.
Очнулся и... её нет больше рядом. Рванул обратно, за ней, но портал разрушили полностью, до последней частички. То, что у него там осталась его любимая, он помнил, но, зная крутой нрав отца, боялся даже представить, что он с ней сделает. А теперь пристал с этой женитьбой, чтоб его (отца) и её (женитьбу).
...В тот вечер сидел в кабинете, уже тут, в Бриттполисе, и крутил кольцо на пальце - это всё, что осталось от Натки. Вспоминал лицо в целом и глаза, губы, нос по отдельности, каждый пальчик... И её несносный характер - задиристый, весёлый, отчаянный. Знал, что дома её не сильно жалуют, ждал своего совершеннолетия, чтобы сбежать с ней оттуда домой, но не успел. Или отец что-то узнал и сработал на опережение, или просто фатальное стечение обстоятельств. Крутил-крутил колечко и докрутил, оно вдруг свалилось и укатилось куда-то под стол. И он, здоровый дракон, полез за ним, испугавшись, что потеряет последнюю память о ней.
Кольцо нашлось у одной из ножек на клочке бумаги, на котором был адрес гильдии "Пэйт арк Закрид" с изображёнными розы и меча на ней.
Выглядело так, будто выдран этот клочок из объявления в местом листке "Новости бывают разными". Как он сюда попал, трудно сказать, но спрятав находку в карман, позвал секретаря, дина Юниэля, из эльфов-полукровок, работавшего тут ещё до него, и велел всё разузнать об этой гильдии.
Тот не заставил себя ждать - уже через пару часов сидел напротив и, попивая зелёный коктейль из каких-то листьев, докладывал:
- Глава гильдии господин Бэррикарт Скулгррук. Людей к себе набирает отовсюду, но есть мнение... у кое-кого, что наловчился выдёргивать даже из иных миров. Выгодно по нескольким причинам - им стирается память, предоставляется легенда, и они становятся его вечными рабами, ну, пока нужны гильдии и если не погибли при исполнении, так сказать. Таких ни искать никто не будет, ни претензии, в виде выплаты доринов и лоттов* предъявлять не будет. Так... что там ещё... Присутствуют все расы. Женщин набирает, в основном, сильных, выносливых, хитрых и красивых, в общем, на все вкусы, вплоть до орчанок, хехе... на любителя. Я видел нескольких - так себе. Работают в разных сферах. Гильдия имеет при себе школу, где обучают всему: убивать, соблазнять, воровать и так далее по списку. В общем, это всё, - закончил, наконец, Юниэль.
Ром присвистнул, слушая всё это - ха, Бэррикарт! С этим "родственничком", тоже полукровкой, он учился в академии после возвращения "оттуда"... и тот всегда имел к нему массу претензий, пытался всячески задеть, унизить и за счёт этого стремился стать если не лучше, то, хотя бы, на порядок выше. В чём-то он точно преуспел - в подлостях и составлении заговоров против него там же, в академии. Но заклятье уязвимости, наложенное кем-то (отец так и не выяснил, к сожалению) спало с Рома сразу же с совершеннолетием, и теперь он был полностью защищён от ядов, кинжалов и других видов насильственной смерти. А, вернувшись "оттуда" один, без Натки, - и ещё прочно от любви женщин, как таковых. Его сердце осталось там и обросло бронёй...
Он отпустил секретаря и задумался. Как этот кусок бумажки попал в кабинет? Но, главное, почему кольцо к нему отлетело? Совпадение? Или стоит навестить одногруппника и родственника в одном флаконе? Именно в это время и пришло от отца гневное письмо:
- "Немедленно... Велю... в течение месяца... свадьба..."
Ром вздохнул и встал, потянувшись так, что где-то что-то хрустнуло. Ладно... что ж, навестим приятеля.
Через полчаса он отправился туда порталом. Не тащиться же сутки... И вот он там и поднимается по ступеням в кабинет главы гильдии. Что он уже поднимается по ступеням, тому уже доложили. Сразу заметил, как все вокруг засуетились! Двое наперегонки летели впереди и успели сбегать к своему господину, доложить.
А вот зачем он сам, принц крови, отправился в этот захудалый городок, он пока даже не догадывался. До тех пор, пока не приблизился к кабинету. Оттуда как раз выскочил один рыжий, конопатый и тощий. Поймав и прислонив к стенке, тут же выяснил, с кем Бэрр там сидит и можно ли зайти. Сидит с женщиной. Зайти можно, и даже нужно, ждут... Но, зайдя, застал Бэрри одного. Не в окно же вылетела эта женщина? Прохаживаясь туда-сюда, пока занимались словесной пикировкой, заметил ещё одну дверь в цвет со стенами. Как бы невзначай, подошёл и, развернувшись, встал к ней спиной. Конечно, почувствовал, что она там. Сидит, как мышка. А Бэрр-то как напрягся! И теперь хищно следит за каждым его движением.
Ром, придумав на ходу цель своего визита - найти фальшивую жену, хотя, какая эе это придумка, если отец заставляет ?велел показать "товар" лицом. Интересно, откроет ли дверь, выпустит птичку из клетки? Может, там уродина сидит, косая да кривая? Навряд ли, но уже хочется увидеть. Девицы заходят по две, по одной и выстраиваются перед ним в три ряда. Насчитал в каждом ряду по семь прелестниц. Выбирай-нехочу. Что ж, сам напросился. Надо, хотя бы, вид сделать, что выбирает.
Нда... У одних ладони широкие, привыкшие, видно, к оружию - такую в охрану взять и можно не бояться, что кто-то со спины нападёт, у других плечи, как у гоблина хорошего, а вон те две - как раз тот вариант с косыми и кривыми, у одной рот кривой - может, травма, а может драконов терпеть не может, у той явное косоглазие...Отпускает одну за другой, вкладывая каждой в ладонь по дорину. Ясно же, посмеяться решил Бэрр. Вновь позвал двух, что приносили перед этим закуски, и к ним прилепили третью, белобрысую. Но - нет, всё не то, всё мимо. Ромгрэйв смотрит на девушек задумчиво и неторопливо идёт к заветной двери, но место занято Бэррикартом. Встал, загородил... Ещё бы крылья распахнул! Но нет их у главы гильдии. Жаль его, конечно, не он виноват, что предок Скулгррук, то ли из орков, то ли из тех же гоблинов... Но, скорее, из орков, всё же. А отдувается Бэррикарт.
Только подумал завести снова свою ловассу*, что девушек маловато представил, как вдруг за дверью кто-то оглушительно чихает. Девушки пытаются не хихикнуть, а Бэрр отскакивает от двери. Приходится показать глазами:
- "Открывай давай, не жадничай".
Вытаскивает ключ, вставляет в замочную скважину и резко её открывает в ту сторону. Удар... и слышно, как тело падает на ковёр. Ром тогда почувствовал, как внутри него, между рёбрами, поднимается протест, что-то скручивается в тугой узел, готовое вылететь и снести в шердовым оркам здесь всё! Захотелось самого Бэрра треснуть этой дверью, зажав его непутёвую голову в косяке. Челюсти сжимаются до скрипа, едва сдерживается, чтобы не кинуться за девушкой. Бэррикарт выводит её за руку. Если бы не хотела выйти, отошла бы подальше от двери и спряталась, а так - любопытство сгубило эту мышку.
Он закрыл на миг глаза... Она... То, что искал... Только бы вида не подать, что нашёл то, что нужно, по крайней мере, на те пару месяцев, чтобы всё успокоилось, показать отцу, родне, жениться и развестись... Хотя, нет, пожалуй, сразу разводиться не будет, можно потянуть время, очень уж... хороша. Но синяк на лбу ей обеспечен. Внутри опять всё закипает - вот гогил криворукий! Мог же догадаться, что девушка сидит под дверью...
Ром отпускает первых двух девиц, что он там не видел, заходили уже, осталась одна беленькая и эта, его. Ого! Уже присвоил? Но продолжает лениво разглядывать первую, крутит во все стороны. Надо же показать, что выбор идёт полным ходом, что заинтересован в... Но ему... да, да, пусть так и будет, не дают разглядывать долго, от девушки так и тянется шлейф возбуждения и недовольства. Ром переводит взгляд на неё, и некоторое время смотрит, изучает. Если все девушки боялись даже голову поднять, чтобы глянуть на него, то эта смотрит в упор и даже ноздри трепещут. Взгляд просто кричит - "забери меня отсюда!" Ну, или ему хочется так его интерпретировать.
И вдруг идёт на него тараном, хватает за руку, продолжая таращиться, и говорит тихо так, проникновенно и довольно убедительно:
- Я буду вам примерной женой... подругой. И рожу сына.
Всё... Последняя фраза его добила. Если над первыми фразами хотел ещё посмеяться, то тут завис. Кажется, она и сама испугалась того, что сказала, потому что губы задрожали и рука дёрнулась, но Ром не стал отпускать её, ответив сразу и ей, и Бэррикарту:
- Согласен. Да. Это лучшее, что я видел у тебя.
Тот, кажется, зубы искрошил от злости. Но деваться некуда, велел принести вещи, документы, которые теперь должны храниться у него. И вот тут Ром снова разозлился - договор был подсунут липовый! Чуть не рыча, указал на это и тому пришлось доставать настоящий. Так-то лучше... Конечно, пришлось пригрозить, что поселятся у него в гильдии с молодой женой, и король с королевой будут навещать их, как молодожёнов, и, может, даже жить с ними... если не отдаст добровольно договор.
Всё, вещи собраны, слугам отданы распоряжения всё перенести в особняк в столице, ну и открыл свой портал, чтобы увести уже девушку, Лию, к себе. Красивое имя! Но так ли её зовут? И вот тут снова попал... она попала... Гогил криворожий Бэррикарт и все его дети до седьмого колена!.. Что же он творит! Но и сам тоже хорош, понадеялся, что всё уже сделано. Вскрикнув и схватившись за голову, она исчезла из портала. Ром едва успел его перенастроить. Оказавшись вновь в кабинете Скулгрукка, увидел плачевную картину - девушка лежала посреди кабинета на ковре, а Бэрр наклонился и.. что??? Поцеловать хотел??? Он, что, извращенец? Разъярённый Ром кинулся на него и, схватив за грудки, встряхнул как следует:
- Спятил, что ли? Хотел угробить её? Раз не тебе, то и никому? Что в ней такого ценного? Ты предоставил выбор, я выбрал. В чём проблема?
Бэрр злится, невооружённым глазом видно. Может, и боится, но вида не показывает, цедит в ответ сквозь зубы:
- Это не я, мы забыли в спешке изменить один пункт...
Он бубнит, не останавливаясь:
- Надо изменить пункт в договоре о её перемещениях, помимо нашего города - в пределах страны, и снова - с неё... и с вас, между прочим, по одной лимбе*, под печать.
Вновь Ромгрэйв, не сдерживаясь, рычит на этого проходимца. Наклоняется над девушкой - увидел, что реснички затрепетали, значит, очнулась, и говорит ей спокойным голосом, как будто не он только что рычал:
- Сейчас всё уладим, давай ручку, не бойся, я сам возьму, даже не заметишь, - берёт руку, не дожидаясь, когда она сама протянет, так как торопился покончить с этим делом поскорее. - Всё, взял. Не сильно больно было?
А она - "ой!" и снова отключилась.
Всё забрал, что осталось - обновлённый договор, девицу, которая, кажется, больше притворяется, чем в обмороке пребывает, потому что, как только портал снова открыл, она тут же вскинулась:
Ясно же, боится снова получить... Но поверила ему и они через минуту были уже в особняке.
выплаты доринов и лоттов* - золотые и медяшки
завести снова свою ловассу* - песня
Кажется, начинаю привыкать к такой замечательной жизни. Так ведь и ходить разучусь - всё на ручках, да на ручках. Поговорив с моим новым лордом по душам в тот, самый первый раз, на моей пушистой кровати, я расслабилась, даже и вспоминать перестала уродистого шефа. Он, хоть и обещал вернуться, как... как этот... забыла, кто там был, такой толстенький, уютненький, смешной... с пропеллером... А, неважно, короче, он обещал меня навестить с дальнейшими инструкциями, но не раньше, чем я вотрусь в доверие МОЕМУ лорду. А я ведь ещё не втёрлась же? Или уже? Как проверить? Или сказать, чтобы он сам не сильно втирался в моё доверие? А то мало ли что из этого выйдет...
Неделя пролетела и ага*... Вот вам и ага. С утра врывается ко мне Ромаширдин и заявляет, натурально выпучив глаза:
- Всё, сегодня званый ужин! Надо тебя приодеть, причесать... - и осматривает мою лохматую голову, возлежащую на подушке, - ну, в общем, вот это вот всё, что у вас, девочек, положено. Сейчас кину кличь, - бормочет уже себе под нос, - э... распоряжусь... - и выскакивает вон.
Прищуриваюсь на него, вернее, на то, что осталось от него - духи или чем он там мажется. Страаанный он, очень странный. И говорит как-то - чем дальше, тем страннее. Слабо кричу в стремительно удаляющуюся спину:
- А в честь чего ужин? Кого там звали? - но он уже не слышит, несётся по коридору куда-то там дальше, в даль светлую... Кладу голову обратно на подушку. До ужина ещё пчёлина туча времени, можно же ещё поспать?
Ага, щаз! Только за моим лордом закрылась дверь, только я глазки прикрыла, как она снова распахивается - бумц в стенку! и ко мне вваливаются девушки из службы порядка, мои служанки - одеяло содрали, меня выдернули, в ванну окунули. Спасибо, что не с головой. На мои вопли - ноль эмоций, хихикают между собой, вот и вся реакция на мои:
- Эй! отдай одеяло! Куда тащишь? Сдурели, что ли? Ужин будет на-у-жииине! Дайте сон досмотреть... - буль-буль... - тьфу на вас, изверги, а не девки.
Они же откровенно хохочут и, видимо, старшая у них, сводит бровки, типа, сурово, и грозится:
- Леди, будете брыкаться, позову дину Жардо!
Я закатываю глаза и складываю руки на груди, которая уже в мыльной пене:
- Только не в жардоновый куст!
Они не понимают (как и я, впрочем), но снова смеются и трут, натирают, моют, полощут... Запах стоит сногсшибательный и я начинаю остервенело чихать. Теперь их очередь закатывать глаза, типа, начинается.
- Надеюсь, - гнусавлю на их старания, - до ужина это фсё фыфетрица.
Они кивают:
- Ага, всенепременно, леди, и как только выветрится, вас снова намажут, уже другим.
Я и сама это знаю, проходили, но там уже совсем другое будет - тонкий аромат, лёгкий шлейф, всё, как я люблю. Там меня слушают, не то, что сейчас.
- Девочки, а кого хоть ждём,- я отфыркалась от очередной порции воды на голову и решила-таки спросить, в честь чего-кого банкет.
- Как! - Руна, беленькая пампушка, всплёскивает руками, - вам не сказали? - Наш лорд... - рррр, какой ваш? МОЙ! - ...был так обрадован, что забыл вам сказать? Нас почтят своим визитом ОНИ! САМИ!
- И? - сердито брызгаю в неё водой.
- Их Величества, собственной персоной!
Я снова ныряю с головой, но фокус не удался, воды осталось с гулькин нос... мой нос, потому что он, как раз, и не поместился, торчит сверху. Девицы закатывают глаза, но понимаю, не от того, что я нырнула, а в благоговении.
ИХ тут все любят. Поэтому мой фортель и остался без внимания. То есть, сегодня будут мои смотрины... Ужас! Я ведь совсем не готова! Морально - так точно. А вдруг я не понравлюсь и меня отправят обратно? Нет, нет, нет! Только не это! Начинаю паниковать и выпрыгиваю из ванны пулей. Девчонки суетятся, вытирают, я бегу, они за мной с полотенцами и простынями, на ходу уже приводя меня в порядок.
Ой... а там... оёёёй! в спальне уже сидит мой собственный Ромбабкин... Вкусный десерт, пока мне недоступный. Мы даже ещё не целовались. Ревниво кидаю взгляд на девиц - может, он с ними... того-этого, пока я ещё не жена? Но ни одна даже мельком на него не глянула. Ладно, буду думать, что он мне верен всю свою жизнь! Я в простыне, мокрой ещё, между прочим! Вижу на полу подушечку, кругленькую такую, с кисточками, и, поддев ногой, направляю её в полёт. Жаль, не попала, куда метила... Но и он молодец, успел отклонить голову.
- За что, моя прекрасная леди Лия? В чём я провинился? - с пафосом произносит он, но глаза смеются, я же не слепая, вижу.
- Девушка выходит из ванны, мокрая, в этом, как его, в неглиже, а вы тут уже сидите, своими глазищами на неё... меня смотрите. Где ваше воспитание, милорд?
Девчонки фыркают и выскакивают из спальни. Никого не боятся, ни меня, ни своего лорда...
- Распустили вы их, - качаю головой, - никакого почтения к их леди, - про него уж промолчу.
Он заматывает меня в одело, усаживает на кровать и небрежным взмахом над нами снова образовывает купол безмолвия. Потом берёт мои ладони в свои:
- Я забыл сказать, что прибудут вечером мои родители. В принципе, бояться нечего, они добрейшей души драконы.
- Только вы забыли, я так думаю, их предупредить, что я-то не того, не дракониха ни разу.
Он смеётся:
- Дракониха - уже когда совсем дряхлая станешь и чешуя сыпаться начнёт, а ты, моя прелесть, совсем юная драконица. Об этом и хочу поговорить. Мы на тебя наденем артефакт отвода глаз и все будут думать, что ты - именно драконица, маркиза Леталлия Андуин-Фейнэль, единственная дочь погибших родителей, выросшая у типа любящего дядюшки, Биррана Мортиль Ар-Фейнэля, почившего не так давно. Короче, - он не отпускает мои пальцы, перебирая их и заплетая, типа, в косички, - нет никого, кто бы тебя опознал. А за ней, за той Лией, много чего числится... - я икнула пару раз - хосподя... что там числится за ней? - ...в сундуках, землях и так далее. Особенно земли отцу должны понравиться, северная граница государства вся будет наша.
- А... позвольте спросить, - продолжаю ему "выкать", - где сама девушка?
- Так нет её. Достопочтенный Мортиль Ар как-то, будучи в сильном подпитии, обмолвился в приватной беседе с моим соглядатаем, что ещё в её года три-четыре-пять, ну, приблизительно, отправил девчонку каким-то артефактом в неизвестном направлении. А куда выпихнул из нашего мира, теперь и не проследить, а сам не помнит. Так что - он вовремя умер. Кстати, завещания так и не оставил по слухам, но надо уточнить... поэтому всё, что попытался прикарманить у бедной племянницы, мы забираем по праву наследования.
Толкаю его кулаком и шиплю, аки змея:
- У меня два вопроса, достопочтенный лорд Лиго'лас*!
Он озадаченно смотрит на меня и поправляет:
- Вообще-то, я Сиго'Лас...
- Да пофиг! - отмахиваюсь от него и, не обращая внимания на то, что принц смотрит как-то странно и даже, где-то, возбуждённо, продолжаю:
- Вопрос первый - ну, а вдруг, на минуточку только представим, что девочка вернётся... Что мы ей скажем? Или просто закопаем по-тихому где-то в уголочке? - сурово смотрю на принца, - и второе - завещание, что, никто не видел вообще? Вдруг там кто-то прописан, всё же?
Он покусывает нервно нижнюю губу и смотрит на меня во все глаза. А то! Вон какая я умная! Такую речь завернула!
- Во-первых, маловероятно, что она вернётся, - медленно говорит он, сверля меня внимательным взглядом, - для этого ей надо знать, куда возвращаться, и вспомнить, как её зовут на самом деле. О ней уже никто и не помнит вообще. Портрет один остался. Он у меня лежит в сейфе. Маааленький такой... Потом покажу. Кстати, по версии прчившего дядюшки, у неё есть родинка в одном месте, очень интимном, - он поиграл бровями, - когда мыли девочку, заметили и ему доложили. Если будут спрашивать, ну, там, маменька намекнёт, говори, что есть.
Я заёрзала под одеялом. Вот ещё, спрашивать они будут. А если в таком месте, что и не увидеть самостоятельно, и сказать стрёмно? Как я подтвержу эту версию? Впрочем... Киваю:
- Ладно, только место надо такое придумать, чтобы проверить не могли, постеснялись, и поверили на слово.
Он улыбается этак хитренько и говорит:
- Ну, я бы смог подтвердить... Если бы вы позволили...
- Ага, сейчас! Спешу и падаю! У нас брак вообще намечается подставной, фиктивный, в смысле.
Он хмурит брови и взъерошивает волосы. Я зависла, увидев это. Сижу, пялюсь на его руку в шевелюре. А он губы оттопыривает капризно и бубнит:
- Злая ты... а обещала сына родить, - и - хвать в охапку!
Прижал к себе и держит не отпускает. А я и не рыпаюсь. Смотрю на него, рот разинула... ой, кажется, зря я это сделала... И точно... Вот его лицо... всё ближе, ближе, уже вижу только глаза и в какой-то момент "отключаюсь" напрочь, закрывая глаза. Ну, они сами...
Мы целуемся так, как будто знаем друг друга сто лет, он знает, как мне нравится целоваться, а я знаю, как ему... Совпадение какое-то... бывает же... Не замечаю даже, когда оказываюсь на постели. А он замер на минуту и вдруг, чувствую, ручки его полезли под одеяло... Вот нахалюга! Ну, я ему сейчас устрою! А ещё принц... Открыла глаза и как завизжу:
- Сидоров!
*Неделя пролетела и ага... (почти из кинофильма "Служили два товарища" Там пуля проетела)
*лорд Лиго'лас (почти по-Толкиену, там Леголас)
Хорошо, что этот... этот... принц недоделанный нас накрыл сразу безмолвным куполом. Иначе весь дом бы сейчас к нам сбежался от моего вопля. А он лежит на мне и глазами хлопает. Потом медленно садится, смотрит и шепчет трясущимися губами:
- Натка, это ты? Это правда, ты? - трогает волосы, щеку, губы, нос и вдруг начинает плакать.
Да так, что постель моя сотрясается вместе со мной. Не, я бы поплакала с ним вместе, но я ж злая. Сам сказал только что... И я сейчас готова была его просто убить, повторно. ОН ЖЕ УМЕР! Я ЖЕ ЕГО ПОХОРОНИЛА, мать его... королеву, между прочим. Начала бить кулаками куда попало:
- Гад гадский, ты как посмел меня оставить там одну??? Ты хоть знаешь, как мне было плохо там без тебя?
Слёзы катились градом, но я их не замечала, пока нос совсем не забился соплями. Стукнула в последний раз и уткнулась в его грудь:
- Как же так получилось, а? Нет, я рада и все дела, но там-то? Как? Я ж сама видела, - перешла на шёпот, - в морге была у тебя, ночью... Уснула на тебе. А потом приехали твои предки, тебя из морга забрали, где-то там похоронили, и уехали. Я всё кладбище обошла, искала, но так и не нашла. Нашла какую-то безхозную и с первой получки крест воткнула с твоим именем. А ты, выходит, и не Сидоров вовсе? Кругом один обман, да?
Он замотал головой, не выпуская меня, как будто боясь, что вырвусь и убегу. Ну, или исчезну. Фик ему! Не дождётся! Я теперь его точно не выпущу из своих лапок! Бубнит мне в макушку:
- Я и правда, тогда разбился. Смерть, по земным меркам, наступила мгновенно и, будь я человеком, так бы и случилось, но у меня ... во мне же живёт дракон, и он поддерживал мою жизнь до тех пор, пока опекуны... не родители, не доставили домой, в Довах'Ханур, к родителям во дворец.
Я вцепилась в него, аж пальцы побелели, боялась отпустить хоть на миг, слушая во все уши.
- Вот... Теперь ты знаешь всё. Прошло уже пять лет с тех пор. Я говорил отцу, что оставил там жену, но он запретил даже думать об этом, о тебе, разрушены были все каналы туда до мельчайших частичек. И тогда я кинулся в бега. Первый раз в горы к гномам, потом, когда меня там нашли, удрал на юга, жил в песчаных пещерах пустыни Оюрэли, у поланов, но отец и там меня достал. А тут освободилось место мэра, в Бриттполисе, и я быстро его занял. Даже не стал спрашивать разрешения у его величества. Год прожил спокойно и вот, отец снова начал атаки.
Он вдруг резко развернул меня к себе:
- Если бы не кольцо, то самое, я бы тебя здесь и не нашёл. Ты сохранила его? - он тычет мне в лицо своим.
Точно такое же лежит у меня здесь в сейфе тутошнем. Почему я ни разу за неделю не поинтересовалась его кольцом? Ведь видела, что они похожи...
- Оно закатилось под стол и я полез искать, испугался до шердовых мурашек, что потеряю. А оно лежит на клочке бумаги с адресом гильдии вашей, об аренде девушек для... разных услуг. Я и помчался сразу, решил, вот она, идея! - найду девушку, уговорю выйти замуж временно, договор составим по всей форме... а тут - ты... Как увидел, пропал, голову потерял.
- А, изменить решил мне? - тычу локтем под ребро.
Он смеётся тихонько и зубами тянет за мочку уха.
- Даже в мыслях не было. Уверен был, что не делаю никакой ошибки. И вот, теперь, в свете всего этого, не понимаю, какой интерес в тебе у Бэрри...
- Ромчик, хочу колечко надеть... Можно?
Он подскакивает:
- Конечно, Натка, надень.
Я несусь к сейфу, путаясь в простыне, и достаю кольцо. Надеваю его, подняв руку, любуюсь и... Растерянно оглядываюсь на Ромку:
- Рооом, это не оно...
Он хмурится и берёт меня за руку, прикладывает кольцо к кольцу и ничего... Нет того, что должно было быть, как в тот раз, в первый раз. Я вспомнила это сразу после поцелуя, как морок сошёл. А Ромыч и не забывал. Сняла и отдала ему:
- Сравни, оно или...
Он качает головой.
- Переиграл он нас, всё же. Подменил кольцо, понимая, что за ним ты вернёшься обязательно. Будем думать... А пока...
Он достаёт красивую подвеску в виде маленького дракончика, надевает мне на шею, смотрит на меня хищным взглядом и наступает, отодвигая в сторону такой широкой, уютной кроватки. Пищу и хочу удрать, но не успеваю. Этот Ромчара как-то молниеносно оказывается рядом и, подхватив, кидает на постель. И быть бы... тому самому... этому... наверное, но вдруг вижу неясную тень за куполом, которая протягивает руку к нему и... он осыпается на нас с лёгким БУМ.
Ещё не сообразив, кто это там, со всей дури бью Ромку, по чему попала, и ору:
- Да как вы смеете, милорд! Я ведь даже не объявлена ещё вашей невестой! А вдруг вашему отцу я не понравлюсь? И что мне прикажете тогда делать?
Пока произношу эту тираду, мой любимый скатывается с меня колбаской по малой Спасской как раз к ногам той тени, которая теперь очень даже была в теле.
- Простите, леди, мой порыв, - он видит перед собой сапоги мужчины, лопнувшего нашу крышечку, как мыльный пузырь, и медленно поднимается с карачек, - больше этого не повторится. Не смог удержаться, вы так прекрасны... но, как благородный лорд, женился бы обязательно... - а сам смотрит на этого громилу, что стоит и пялится на меня.
Чтобы не засмеяться, прикусываю губу и закутываюсь в одеяло по самые брови. Только сейчас доходит, что я всё ещё в простыне! Чтоб его... Высунув нос наружу, смотрю на них обоих и понимаю, что этот дяденька - отец Ромки. Стоп... он же король! А где тогда корона? Смотрю на его величество и пищу:
- А можно мне не вставать, Ваше Величество?
- Можно, - машет рукой и тресь моему подзатыльник, - мало тебе леди двинула, я ещё добавлю.
Стоит, голову опустил, мямлит:
- Виноват, простите, больше этого не повторится... - а сам исподлобья смотрит на меня и глазами сверкает, губы дёргаются, вот-вот смеяться начнёт. Надеюсь, понимает, что я не со зла? Король уводит моего лорда и тут же впархивают обратно девушки:
- Леди Леталлия Андуин...
- Можно просто - леди Лия, пока ты произнесёшь моё имя полностью, я состарюсь, - прерываю я Лотту и она хихикает.
- Давайте уже приведём вас в порядок, а то Его Величество нас всех в темницу посадит. А нам, как бы, этого не хочется.
Машу вяло рукой:
- Делайте, что хотите, - и скидываю с себя одеяло. Из простыни они сами разматывают моё бренное тело и все дружно вскрикивают чуть не в ужасе:
- Ах! Леди!
- Что это?
- Да ведь не было, когда мы вас мыли только что...
- Вы что, успели за это время согр... сог... - дальше Одра даже вытолкать не смогла из себя жуткое слово и в ужасе округлила глаза, закрыв рот обеими ладонями.
Я пытаюсь посмотреть, что они там увидели на спине, но не могу, шея не жирафья же:
- Да что вы там увидели? - с досады топаю ногой.
- Дракон...
- Рохи!* Какой ещё дракон? Откуда бы ему там взяться? - сержусь я, - такие татушки появляются только от интимной близости, я помню, - грожу им пальцем. Конечно же, из книжек знаю, в библиотеке читала... - а мы только поцеловались разочек.
Они неверяще переглядываются и невольно переводят взгляд на постель. Я сержусь ещё больше, злюсь даже. Во-первых, новое воспоминание - библиотека! Что я там делала, интересно? Во-вторых, меня подозревают в том, чего мы не сделали, по крайней мере, здесь. Там, в городе у озера, не в счёт. Откидываю одеяло и показываю девственно чистую постель.
- Мы же не совсем безголовые, - бухчу на их вот всё это кудахтанье. Курицы... А кто гусыни? Где-то были гусыни. Ладно, думаю, память "оттуда" вернётся ко мне когда-нибудь. Девчонки успокаиваются, но всё ещё косятся на моего дракона, пока одевают, расчёсывают и так далее. В общем, к завтраку я была готова. Не к ужину, как обещанно было. Ну и ладно. Главное, со стыда теперь не сгореть. Король видел нас в такой позе! А тут ещё "дракон"-провокатор... Откуда взялся? Наверняка мои служанки разболтают о нём.
Рохи!* - боги во множесв. числе
ТЕЛЕГРАМ
Книжный Вестник
Поиск книг
Любовные романы
Детективы
Фантастика
Классика
ВКОНТАКТЕ