Квест Судьбы: Бессмертная + Любовин=?

Глава 1. Колесо судьбы. Квест: «Фортуна любви»

*** Настоящие дни***

Честно? До сегодняшнего дня я считала квест «Фортуна любви» просто аттракционом невиданной пошлости. Хотя кому я вру? До сих пор так считаю. Просто сейчас у меня появился личный интерес испортить эту сладость кому-то другому.

Каждые три года в нашем вузе проводится это действо. Но своими глазами я увидела его впервые, когда сама стала студенткой второго курса медицинского университета.

Меня зовут Алиса Бессмертная. И да, с такой фамилией можно было бы родиться в семье долгожителей и оптимистов, но судьба решила иначе.

Сейчас я издалека наблюдаю за этим дурацким квестом и кривлю губы. Мне кажется вся эта задумка чем-то до приторности сладким, настолько мимимишным, что от одной мысли сводит скулы.

Участвовать в этом цирке? Я пас. А вот понаблюдать издалека с одногруппниками за теми, кто добровольно записался в клоуны, – святое дело.

Для справки: мероприятие задумано, чтобы соединять парочки, которые якобы своей рукой формирует сама Судьба. Будто этой уважаемой даме больше заняться нечем. По задумке создателей, леди Судьба связывает невидимой нитью тех, кому суждено быть вместе. Рано или поздно. Так или иначе.

И квест «Фортуна любви» помогает сделать это раньше. Так увещевают наши деканы, которые, кстати, сами являются живым доказательством теории. Ходят слухи, что именно здесь они и нашли друг друга больше двадцати лет назад.

Если бы я не знала этой истории, подумала бы, что мероприятие создали в рамках госпрограммы по повышению рождаемости. Серьёзно, выглядит именно так: собери молодёжь, сведи парами, и через год получай готовые ячейки общества с довеском в виде будущих врачей.

Но всё не так просто…

Вы слышали, что медики – ужасные фаталисты? Верят в судьбу, в приметы, в то, что нельзя заходить в пустую палату и здороваться через порог. Спешу уверить – это чистая правда. Наша профессия связана с риском и близостью смерти. В медицине постоянно случается что-то необъяснимое. И фатализм помогает нам не сойти с ума от осознания, как тонка грань между жизнью и тем, что за ней.

Ведь если судьба решила оборвать чью-то нить, разве может простой обыватель, пусть даже в белом халате, с ней спорить?

Ладно, что-то меня не туда понесло. Я же о квесте.

Так вот. «Фортуна любви». Все желающие опускают записки со своими именами в две корзины – для парней и для девушек. В один прекрасный день, прямо сегодня, деканы по очереди вытаскивают эти бумажки и формируют пары. Объединяет их только судьба и, собственно, наши уважаемые организаторы-деканы.

Кстати, о них.

Жанна Альбертовна и Игорь Владимирович стоят на ступеньках главного корпуса универа, и от них буквально исходит сияние.

Он – в яркой полосатой рубашке и джинсовом жакете, она – белокурая, утончённая, с идеальной осанкой. Держатся за кончики пальцев, будто для них не существует ни толпы, ни площади, ни всего мира. Только они вдвоём.

Смотрелись они вместе просто улётно, во-первых, внешне они были просто идеальны. Игорь Владимирович в яркой полосатой рубашке и жакете в стиле деним, светло-голубых джинсах и белых кедах смотрелся как мечта многих девчонок. Он был ещё достаточно молод (никогда не сказала бы, что им с Жанной уже больше сорока), и многие на него заглядывались, но Жанна Альбертовна бдила.

А Игорь Владимирович каждый раз успокаивал свою супругу и говорил:

– Нас же с тобой связала сама судьба, а ты всё выдумываешь какие-то глупости. Эти, несомненно, прекрасные алмазы, – Игорь Владимирович показывал рукой на молоденьких студенток, – достойны не менее прекрасных молодых людей, а я свой алмаз уже огранил, бриллиантовая ты моя, и другая мне не нужна.

Жанна Альбертовна не уступала своему супругу – она была настолько прекрасна, что многие парни, особенно со старших курсов, готовы были целовать её ноги, а весёлый нрав и острый ум делали эту женщину просто обворожительной.

Ходят слухи, что именно квест «Фортуна любви» помог нашим деканам быть вместе. У них уже трое взрослых детей, некоторые из которых выбрали медицинскую профессию и учатся в нашем университете. Их первенец стал известным политиком – молодым и перспективным, который активно помогает нашему городу и краю, несмотря на свой юный возраст.

Трудно представить, что такого значимого человека могло и не быть, если бы квест «Фортуна любви» не помог его родителям найти друг друга.

Я смотрю на них и понимаю: если любовь, то только такая. Когда даже через двадцать лет ты не можешь не касаться своего человека. Когда готов ехать за ним за тысячи километров просто чтобы обнять.

Как жаль, что у меня такого не будет.

Я сижу в отдалении со своей разношёрстной компашкой одногруппников. Алеся – язва с острым языком, Димка – добряк с басом, от которого стёкла дрожат, Вовка Князев – наша ходячая энциклопедия, которого мы ласково зовём «Мусорка» за способность запоминать всё подряд. Мы не бросали свои имена в урны. Мы здесь чисто поржать.

Ребята перешучиваются, а я выпадаю из реальности, заворожённо глядя на деканов. И вдруг ловлю себя на мысли, что смотрю на постамент Великого Медика – местной легенды, к которому студенты приходят просить удачи на экзаменах. И мысленно обращаюсь к нему:

«Я к тебе никогда не обращалась, Великий. Хотя нуждалась в помощи не раз. Ну разве я не заслуживаю такого счастья? Не мимолётного, а на всю жизнь? До седин? Разве я настолько ужасный человек? Почему хорошие люди уходят, а такие, как он, живут и улыбаются?»

Ответа для меня, конечно, нет. Только ветер шелестит листвой, только облака плывут по небу, складываясь в причудливые фигуры.

Если бы Алиса умела слышать, голоса духов, она бы обязательно узнала ответ, который прошелестели листья, который крупными буквами на небе пытались донести облака, шептал ветер:

«Возможно, девочка, потому что они родились слишком рано, а их судьба ещё не родилась, и они лишние фигуры на шахматной доске, они занимали чьё-то место, – шелестели листья».

«Их нахождение в этом мире могло сделать несчастными по крайней мере трёх людей, любовный треугольник не приносит счастье никому. Иногда чтобы стать счастливым, нужно родиться снова, – ласково шептал ветер. – А у тебя всё ещё будет».

Алиса задавала конкретный вопрос про конкретного человека, и все явления природы пытались до неё донести конкретный ответ. Жаль, что люди глухи к окружающему миру, в том числе и Алиса, которая абсолютно не слышала то, что ей пытались донести духи и сама природа.

«Ты не права, девочка. Всё ещё будет. А те, кто ушёл… они просто освободили место. Для тебя».

Но я не слышу ничего, кроме гула толпы. В голове слишком много шума, слишком много мусора, чтобы разобрать голоса духов.

– Лиса! Ты где витаешь? – Алеся тычет меня в бок.

– А? – я вздрагиваю. – Да голова разболелась…

– Часто она у тебя болит. К врачу ходила?

– Ходила. Всё нормально, – отмахиваюсь я, стараясь звучать бодро.

Если не считать, что последний раз я была у врача год назад, а в моей карте написано всё что угодно, кроме слова «нормально». Но Алесе об этом знать не обязательно.

Из раздумий меня вырывает голос Игоря Владимировича:

– Добрый день, дорогие студенты! В этом году вы необычайно активны, поэтому мы увеличиваем количество пар!

Алеся тут же съехидничала:

– Ещё бы! Такие плюшки кого хочешь заставят быть активным.

Димка наклоняется к нам и своим басом, который слышно, наверное, на другом конце вселенной, «шепчет»:

– Это не универ расщедрился. Спонсор объявился. Говорят, сам когда-то в квесте участвовал, жену на квесте нашёл, вот и благодарит.

– Откуда инфа? – Вовка тут же навостряет уши.

– Мамка сказала, – простодушно отвечает ему Димка.

Вова уважительно кивает. Мама Димки – уважаемый кардиолог, ей можно верить.

Пока мы болтаем, декан продолжает:

– Если вы действительно ищете свою судьбу, а не просто хотите весело провести время… – на миг он задумался и взъерошил свои волосы.

– Хотя, честно вам скажу, иногда весело провести время – это тоже замечательная идея, и, собственно говоря, в подобном квесте двадцать пять лет назад я участвовал именно для того, чтобы хорошо провести время, – громко, задорно захохотал Игорь Владимирович.

Он замолкает, и я вижу, как его взгляд теплеет.

– И действительно было и весело, и задорно, и много приключений было, и немного грустно, но такого адреналина за всю свою жизнь я больше никогда не переживал. – И декан снова задумался, будто что-то вспоминая.

– Нет, вру! Когда рожала моя наипрекраснейшая жена нашего первенца, я просто рвал на голове волосы. Наверно, тогда было ещё более жутко. – Окружающие засмеялись, особенно те, кто знали эту историю, когда Игорь Владимирович разбудил среди ночи буквально всех акушеров-гинекологов в нашем городе.

– Только судьба сделает всё по-своему. Если вам суждено найти свою половинку именно в нашем учреждении, так и будет, – продолжил он. – Не всем суждено найти свою судьбу именно здесь, некоторым из вас придётся искать её и в других местах, но для своих студентов мы сделаем всё возможное, чтобы вы нашли свою судьбу благодаря квесту – и не обязательно с тем человеком, который вам выпадет в паре. Возможно, он просто проводник к вашему счастью. В любом случае квест поможет. И я в этом абсолютно уверен, по-другому быть не может. Игорь Владимирович хотел продолжать и продолжать что-то рассказывать – у него это замечательно получалось. Он замечательный оратор, и преподаватель, а ещё он практикующий медик, – но его жена Жанна Альбертовна, зная неугомонную сущность своего мужа, мягко, но настойчиво перебивает его:

– Игорь Владимирович, время! Начнём выбирать пары.

Она поднимает руку, и в тот же миг на небе, словно по команде, появляется огромный просвет. Солнечные лучи пробиваются сквозь облака, и на одно мгновение мне кажется, что над площадью закручивается что-то невидимое. Огромное колесо, сплетённое из света и воздуха.

Я моргаю – и видение исчезает.

– Время не ждёт! – объявляет Жанна Альбертовна. – Пусть колесо фортуны снова закружится над нашими головами!

Глава 2. Судьбоносный выбор

– Время не ждёт, начнём выбирать пары, и пусть колесо фортуны снова закружится над нашими головами и поможет найти счастье для многих наших студентов! – объявила Жанна Альбертовна, и в тот же миг на небе, словно откликаясь на её слова, появилось огромное колесо, сплетённое из облаков. Внутри него мелькали загадочные символы и знаки, а само оно медленно вращалось над головами студентов.

– Я называю имя парня, Игорь Владимирович – имя девушки. Те, кого назвали, выходите вперёд. На ближайший год вы – пара. Если по какой-то причине вы не сможете продолжить квест, подойдите к секретарю факультета или к нам и откажитесь. Но помните: это можно сделать только по обоюдному согласию.

– Прямо как в ЗАГСе! – крикнул кто-то из толпы.

– Именно так, – улыбнулась Жанна Альбертовна. – Согласие обеих сторон обязательно. Жанна Альбертовна начала называть имя первого студента.

Одна за другой стали образовываться пары. Парни, девушки приглядывались к выпавшим им в пару ребятам, было интересно, с кем их может свести судьба. Кто-то смеялся, узнав своего партнёра, кто-то хмурился, явно недовольный выбором судьбы.

Была одна парочка, которая прогремела на весь универ своими проказами. Они пытались достать друг друга, но доставалось всему университету.

Если бы не успехи в учёбе, их уже давно бы отчислили за поведение.

Парня звали Фёдор, а у девушки было какое-то вычурное имя, что её парень называл не иначе как Фея, иногда упырица. Сама же Фея называла своего врага балбес или труп. Девушка с ярко-розовыми волосами и русоволосый парень вышли на подиум к ступенькам, где стояли наши деканы.

– Ну что ты, упырица, будешь со мной участвовать в квесте? – услышав в тишине громкий голос Фёдора, весь честной народ студентов сразу же начал смеяться.

– За «упырицу» ответишь, хорёк недоделанный, нигде от тебя не скрыться, и тут мне жизнь портишь, я хотела встретить нормального парня, опять встречаю какого-то недоделка. За что ты со мной так? – обратилась она к небу.

– Я вообще не бросала в урну своё имя.

– Как и я не бросал записку со своим именем. – Ответил ей Фёдор.

Парень и девушка синхронно посмотрели друг на друга и как заорут:

– Это ты написал моё имя, труп.

– Это ты бросила в урну моё имя!

А Федя был зол, сдавали нервы, он хотел, наверно, пристукнуть девушку, но ему мешало такое количество свидетелей.

– Я тебе в последний раз спрашиваю, Арфея, участвовать со мной будешь или нет?

Казалось, сейчас между ними вспыхнет драка, но в последний момент «Фея» буркнула:

– Ладно, участвую. – Буркнула она, и ей пришлось взять Федю за руку.

– Рады новой паре, – сказал декан, – Арфея Иванова и Фёдор Строганов. – Народ зашумел, ожидая новые проделки этой парочки. Скучно не будет.

Алиса заметила, как будто их руки заволокло золотистым свечением, на них образовались какие-то эфемерные золотистые браслеты.

Алиса даже замахала головой, чтобы наваждение ушло, видимо, на солнышке перегрелась, или всё её хронический недосып сказывается.

Первое весеннее солнышко действительно припекало головы студентов, которые в такую прохладную, но уже солнечную погоду вышли без головных уборов на улицу, собственно, как и их наставники.

Они же медики, если что, друг друга вылечат.

Ведь даже та самая Фея-упырица, когда её неизменный враг сломал ногу в прошлом году, первой бросилась на помощь, наложив ему шину, и самолично отвезла его в травмпункт. Смертельных врагов в универе не было, во всяком случае, среди тех, у кого в сердце поселилась чёрная ненависть, никто не спешил её показывать прилюдно. Все были готовы прийти друг другу на выручку.

Такая же чёрная клякса окутывала сердце девушки, которая обращалась с мольбой к великому медику, именно она отравляла Алису ненавистью, но в последнее время Алиса мало обращала на это внимание, стараясь не пересекаться с объектом ненависти, а тот, которого она ненавидела всем сердцем, даже не знал об этом.

Так и образовалась уже несколько пар, было весело, когда вызывали парочек, которые не особо хотели быть рядом друг с другом, конечно, такого ажиотажа, как балбес Федя и его упырица, не вызывали, но было очень весело на них смотреть.

Следующей парой стали Милана Долматова и Арсений Золотов.

Моё внимание привлекла новая пара. Милану Долматову знали все в нашем ВУЗе, девушка была просто кукольной красавицей, миниатюрная блондинка с крупными локонами кудрей, всегда с идеальной укладкой, элегантно одета, а её фишкой была обувь на высокой шпильке в любую погоду, даже в гололёд.

Поговаривали о ней, что насколько девушка была прекрасна внешне, настолько и пугала её внутренняя составляющая. Девушка всячески издевалась над собственными поклонниками, которые за ней ходили толпами. Но их количество не уменьшалось из-за этого.

Милана брезгливо оценила своего партнёра, тоже известного красавчика в нашем универе. Арсений Золотов был действительно завораживающе красив своей демонической красотой. Чёрные волосы с длинной чёлкой и выбритыми боками, острые скулы и тонкий нос, бледная кожа, вечно тёмная одежда и как дополнение – рукава татуировок на руках. Поговаривают, парень не сразу пришёл учиться в мед, а успел побывать в армии и открыть бизнес. Занимался он как раз татуировками.

– Откажись сам от участия, – надменно сказала Милана Арсению. – Мне тогда найдут другого партнёра, нормального.

Тот лишь поднял одну бровь, насмехаясь над ней.

– Сама откажись, если не нравится, – холодно ответил Золотов, одарив Милану не менее надменным взглядом. Этот парень знал себе цену и давить на себя не даст даже такой красотке.

– Сама откажись от него, швабра, не трогай нашего Арсюшика, – понеслись выкрики девушек. У Арсения поклонников было не меньше, чем у Миланы. – Мы тебе все волосёнки повыдираем, курица.

Толпа поклонниц Арса бесновалась, что кто-то посмел не оценить красоту их идеала. Поклонники Миланы вели себя более сдержанно, но пообещали сами себе потолковать с девушками, которые посмели оскорбить их красавицу.

Колесо судьбы способствовало тому, чтобы две пары поклонников недоступной им красоты сошлись поначалу на фоне неприязни друг к другу, а после…

Главное, что они начали путь сближения, важно, что они друг у друга вызывают хоть какие-то эмоции, пусть и негативные. Дальнейшее общение поможет им сблизиться и полюбить друг друга.

Прав был Игорь Владимирович, квест уже начал объединять сердца.

Поняв, что ничего не добьётся сейчас, Милана пошла вместе с Арсом к декану, так и не подав ему руки.

Следующими деканы объявили пару, у которой вряд ли было что-то общее, во всяком случае так думали окружающие. Девушку я немного знала, её звали Катя Солнцева, она, кстати, дружила с Миланой, как призналась сама Катюша, дружили они ещё с детского сада.

Их дружба началась, когда Милана защитила Катюшу от мальчишек, посягнувших на тёмно-русую копну шикарных волос Кати. Мальчишки хотели насыпать туда песка.

– А ну вон отсюда, пока я вам этой палкой не врезала, – рычала в детстве Милана. Парни, зная буйный нрав светловолосой девчушки, решили не проказничать.

– Я тебя защитила! – сказала Милана, поправляя свои косички.

– Спасибо, – сказала Катюша.

– Теперь ты моя подруга, – не терпя возражений, потребовала Мила.

– Значит, будем дружить. Я Катя.

– Милана.

С тех пор разные как внешне, так и внутренне девчонки были не разлей вода. Одна всегда вытворяла отвратные вещи, другая успокаивала и Милану, и тех, кто попался под горячую руку её подруги.

Партнёром добрейшей души Катюши – ангела, как мы называли её за глаза, стал Леон Бансон.

Парень, внешне походивший на ангела, был абсолютной противоположностью этого прозвища. Блондинистые волосы ниже плеч, голубые глаза кого угодно могли ввести в заблуждение, а внутри у этого парня – сборище пороков. Каждая вторая студентка универа попала под обаяние этого подлеца, а он спешил обрадовать своим вниманием всех желающих на одну ночь. Местный «пожиратель девичьих сердец».

Ко всему прочему Леон играет на гитаре и является солистом в рок-группе «Падшие». Говорят, что Леон не гнушается употреблять запрещённые вещества. Надеюсь, что это всего лишь грязные слухи.

Мне искренне стало жаль Катюшу за выбор Судьбы при выборе её партнёра. Натерпеться она с этим Леоном.

Милана, воинственная подруга Кати, увидев того, кого выбрала для её подруги Судьба, и замешательство в глазах Кати, не выдержала.

Подошла спешно к Кате, на ходу оценила наглую ухмылку Леона, выдала что-то нецензурное, а после достала из сумочки скальпель, который она всегда носила с собой так, чтобы холодное оружие было видно только парню, и сказала:

– Тронешь её – останешься без самого дорогого! – Взяла за руку Катюшу и повела её за собой, Леон пошёл вслед за ними.

– Истеричка, – засмеялся парень. Пока он шёл по ступенькам, успел подмигнуть несколько раз особо глазеющим на него девчонкам, те завизжали от радости. Поравнявшись с Катей и Миланой, пожал руку партнёру Миланы, Арсу, на что та фыркнула.

– Не удивлена, что вы знакомы. Такая падаль, как вы, наверно, на одной свалке обитает.

– Прикуси язычок, милашка, не то хуже будет, ты же хочешь участвовать в этом балагане, а мне это не очень-то и нужно. Только пару другую тебе никто выбирать не будет, вылетишь с квеста. – Ей на ушко прошептал Арсений.

– Отвали, гот, – Милана сжала скальпель.

– Ого, – Арсений усмехнулся. – А мне нравятся девушки с острыми предметами... и острым язычком. Но советую убрать скальпель, слишком много свидетелей. И вообще, такие милашки должны в сумке носить плюшевых игрушек, а не это.

Милана фыркнула, но ничего не ответила напыщенному неформалу.

– Мила, хватит. – Катюша закрыла ладонью лезвие скальпеля и отобрала у Миланы, положив в свою сумку. – Мы же договорились – никакого оружия после инцидента в анатомичке.

Милана с улыбкой вспомнила, как не поздоровилось парню, который шлёпнул её по попе. Парень не стал сдавать Милу преподам, потому что был без ума от неё, но теперь любил на расстоянии, на очень большом расстоянии. Несколько швов на руке научили его не распускать руки.

На самом деле наш ВУЗ всячески способствовал тому, чтобы студенты всех курсов и всех факультетов могли познакомиться друг с другом. Поэтому Леон и Арс знали друг друга, плюс совместные тусовки сделали своё дело. Иногда такие знакомства полезны для того, чтобы в будущем кто-то кому-то спас жизнь, всё-таки все мы будущие врачи.

Иногда, чтобы знать, к кому ни в коем случае нельзя идти лечиться.

– А с вами, девочки, будет интересно поиграть, – Леон по-ангельски улыбнулся.

– Твои ужимки, мальчик, на нас не действуют, свои сладкие улыбочки попридержи для клуш. – Снова вступила в перепалку с этим падшим ангелом – Леоном, воинственная Милана.

– Ты говори за себя, таких, как ты, стерв не трогаю, уж больно вы проблемные, – скривился, что-то вспоминая, Лео, – а вот моя партнёрша-Катюша уже поплыла. Ты же не хочешь уйти из квеста, Катенька?

– Пока что нет, я ещё думаю. – Спокойно ответила Катя, впервые посмотрев в его глаза, оставив остальной бред Леона без внимания. – Но предупреждаю: я верю в судьбу. А значит, если ты мой «выбор», то и я твой. И тебе это понравится далеко не всегда.

– Катюша, ты же не из тех, кто верит в сказки? – он наклонился, и его голос стал шёпотом. – Но я могу быть твоим кошмаром... Или самым сладким сном.

Катя резко повернулась к Леону, в её глазах появились искры гнева.

– Мне не нужны твои игры. Я здесь не для того, чтобы стать твоей очередной «добычей». Если это твоя цель – отказывайся от квеста сейчас.

Леон замер. Впервые кто-то так резко оборвал его. На самом деле он планировал отказаться от квеста после того, как Катенька окажется в его постели. Ему понравилась застенчивая милашка.

Катя казалась хрупкой фарфоровой куклой – до тех пор, пока не начинала говорить. В её голосе слышались стальные нотки, которые она успешно копировала от отца, который был военным. Да, она всегда была на вторых ролях рядом с Миланой, но Кате нравилась их дружба, она старалась уравновешивать взрывной характер Милы.

Но кто сказал, что Катя будет сглаживать отвратительные черты характера этого падшего ангела? Да, он понравился Катюше сразу, но терпеть отвратительное отношение к себе она не будет.

А Леон впервые после спора с парнями, где они позорно продули с Арсом, и как желание неугомонной компашки ночью отправились писать записки со своими именами и бросать их в барабан, думал, что его имя точно случайно не попадёт в руки деканов. Поэтому поначалу растерялся и хотел отказаться, зачем ему нужен непонятный геморрой с какой-то тёлкой, когда кругом куча желающих красоток оказаться с ним наедине. Но слова Игоря Владимировича о том, что будет точно весело, его остановили, парню не хватало адреналина, ему хотелось новых ощущений.

Может, этот квест его спасёт от падения в адский котёл или эта милая девочка Катя станет его спасением? Ну или хотя бы они проведут несколько прекрасных ночей.

Почему не отказался Арсений от участия в квесте, было загадкой и для него самого. Привлекательная внешне девушка, Милана, оказалась ненормальной маньячкой. Он философски подумал: «Отказаться я могу в любой момент, а такой шанс выпадает один раз в жизни».

Тут объявили последнюю пару. Парень и девушка вышли и привселюдно объявили, что их судьбы уже найдены. Девушка собиралась через месяц выходить замуж, а парень тоже совсем недавно нашёл свою единственную и она не поймёт его, если он будет участвовать в квесте. И помощь фортуны в амурных делах им не требуется.

Студенты недовольно загудели, ведь развлечение закончилось на такой странной ноте, всем хотелось продолжения.

Деканы решили, что, значит, на этом выбор пар они заканчивают.

Но невидимое обычному взору человека колесо судьбы вновь завертелось с немыслимой скоростью, небо потемнело.

За этим наблюдали двое – те, чьему взору было открыто это необычное зрелище. Некоторые называли их экстрасенсами, некоторые – проводниками.

Парень-подросток, сидевший на заборе медицинского универа и наблюдавший за развлечениями студентов по выбору пары, совершенно не подозревавший о своих способностях. И пожилая женщина, которая многое видела и знала то, что другим было недоступно.

– Если судьба объединит новую пару – они или уничтожат друг друга, или станут счастливчиками, которые нашли своё предназначение, – сказала женщина, делая очередное предсказание, которое многие воспринимали как бред сумасшедшей.

Но именно Игорь Владимирович устроил её комендантом в университет – ибо верил ей и её видениям. Тем, что помогли ему когда-то осознать собственную судьбу. Ведь если бы не она – не было бы ни его красивой пары, ни их чудесных детишек. Сейчас, в силу возраста, она уже не работала в университете, но неизменно посещала первый этап квеста – выбор пар.

– Чудеса! – Одновременно с её словами проговорил подросток.

Они встретились взглядом.

– Так вот где ты! Я давно тебя жду. Пришёл твой черёд перенимать дар, – произнесла эксцентричная женщина. В глазах парня она выглядела зловещей, особенно когда ветер сорвал её косынку и взметнул вверх седые волосы, а глаза… Парню показалось, что они засветились зловещими зелёными огоньками.

Парень испугался, спрыгнул с забора и бросился прочь. Только пятки мелькали.

По дороге клялся, что больше в это бесовское место – медунивер – ни ногой. Так и закрылась одна из его возможных дорог стать врачом. Впрочем, не вышло бы из него путного специалиста – не его это, зато горя много бы наделал своими руками. Но открылась другая дорожка. А вот куда она приведёт – время покажет.

– Встретимся мы ещё, милок. Совсем скоро. Сам ко мне придёшь, сила приведёт, – сказала женщина.

Глава 3. Сделка с судьбой

Когда последняя пара отказалась от участия, потому что уже нашла свою вторую половину, Колесо Фортуны завертелось ещё быстрее. Никто не знал, что появится ещё одна избранная пара. Даже Игорь Владимирович и Жанна Альбертовна не подозревали такого поворота. Им казалось, что это знак – пары собраны, и больше формировать их не имеет смысла.

Но судьба распорядилась иначе.

Прямо в руку Жанны Альбертовны прилетела записка с именем Романа Любовина – балагура, души компании, звезды университета.

– Игорь, что делать будем? Чудеса какие-то, записка с именем прямо в руку попала мне. – Декан задумался: может, это знак, что нужно создать ещё одну пару? А может, та рыжая девушка уговорила Жанну… Нет, быть того не может.

***Неожиданная просьба***

Никто не знал, что накануне к Игорю Владимировичу подошла рыжеволосая девушка, похожая на лисичку. Это была Полина Светлова, студентка его факультета.

– Здравствуйте, Игорь Владимирович, – прозвучал её ангельский голосок.

– Чем обязан, леди? – сухо ответил декан, привыкший к тому, что студенты приходят с просьбами о сессии или зачётах.

Но Полина удивила.

– У меня к вам необычная просьба, – начала она с пафосом. – Вы можете спасти двух людей от необдуманных поступков и помочь им найти любовь на всю жизнь.

Игорь Владимирович усмехнулся: «Медиком она будет посредственным, а вот журналистом – отличным, например, писать грязные сплетни, жёлтую прессу, там ей было самое место. Умеет же подать информацию!»

Декан медицинского факультета навострил уши: интересного такого мне ещё не предлагали.

– И что же ты хочешь?

– Вы знаете Романа Любовина? Моя просьба касается именно его.

– Так кто ж не знает, – отозвался декан, – этого парнишку сложно не знать, во-первых, у него очень известные родители, во-вторых, он сам был яркой личностью, в-третьих, учился хорошо и был весьма талантливым студентом, участвовал во всех мероприятиях. В общем, звёздочка местного масштаба. Не знаю уж, почему он не остался учиться в медицинском вузе города-миллионника, ближайшего к нашему городку, но пути судьбы неисповедимы, а нам лишь остаётся радоваться тому, что такой человек учится рядом с нами.

– Только непонятно, что ты хочешь от бедного мальчика Ромы.

– Я хочу быть с мальчиком Ромой, – уверенно сказала эта девчушка, в её голосе почувствовались стальные нотки.

«Ух, непростая она девчонка, от таких всегда много проблем», – подумал Игорь Владимирович.

– Я имею в виду, что ты от меня хочешь, Полина Светлова? – строго спросил у неё декан. Ему надоели эти полутона: пришла просить – проси, а то ребус придумала, попробуй разгадай.

– Всё просто, я вас прошу одновременно с моим именем достать имя Ромы при формировании пар.

– Так дела не делаются, колесо судьбы не терпит вмешательств. Судьба может жестоко отомстить за такой обман. И мне проблемы не нужны. Нравится тебе мальчик – сделай что-то, чтобы привлечь его внимание. И встречайтесь себе на здоровье без этого квеста, кто ж вам помешает.

– Вы не понимаете! – Полина сделала трагическое лицо. – Он видит во мне только друга, а я… Я без него жить не могу! – Девушка была великолепной актрисой, она давила на жалость.

«Такие ангельские личики скрывают самых коварных стерв», – подумал декан и твёрдо отказал.

– Нет, этого не будет. Я не буду обманывать Судьбу. Всё должно быть по обоюдному согласию. Как ты его заставишь участвовать в квесте?

– Вы говорите о судьбе, словно это настоящий человек, – фыркнула девушка. – Я его попрошу, он будет не против, с этим я справлюсь. От вас нужно всего лишь маленькая услуга: просто вытащите наши имена одновременно. Ну что вам стоит? – заканючила девушка.

Игорь Владимирович закрыл глаза и понял, что его утомила эта девушка, и он хотел, чтобы она поскорее смылась из его кабинета. Ещё немного – и он разозлится, чего не было у него давным-давно.

К студентам он относился как к детям, своим собственным детям, он их любил, иногда журил, но никогда на них не злился.

Все мы были такими: иногда не хотели учиться, иногда вместо того, чтобы идти на пары, загуливали. Но эта девушка его вывела из себя.

Полина Светлова, видимо, была хорошим психологом. Она почувствовала, что ничего с Игорем Владимировичем не получится и он не пойдёт у неё на поводу. Не зря говорили, что он кремень, и подруга отговаривала её от этого сомнительного похода.

Ну, у Полины ещё был один шанс – это Жанна Альбертовна. Может, она будет посговорчивей, хотя говорили, что она намного жёстче, чем Игорь Владимирович.

«Чёрт, как всё непросто… Неужели так сложно просто вытащить нужную бумажку?» – в ярости думала Полина, выходя из кабинета декана.

«Этот старый хрыч даже не понимает, что я ему золотую возможность предлагаю! Рома – идеальный вариант: деньги, связи, положение. А главное – его так легко обвести вокруг пальца. Нужно только попасть в эту дурацкую игру...»

В этот момент за дверью оказался мужчина – тощий, с нездоровым серым оттенком кожи и нервно подрагивающими пальцами. Он подрабатывал курьером, разнося документы по факультетам, но основным его занятием были сомнительные аферы. Сейчас ему отчаянно нужны были деньги: ломка приближалась, а очередную дозу взять было не на что.

Увидев выходящую Полину – рыжую, с хищным блеском в глазах, – он мгновенно оценил её: «Эта стерва явно что-то замышляет… А значит, можно на этом заработать».

– Здравствуйте, Полина, – хрипло произнёс он, подходя сзади.

Девушка обернулась, презрительно оглядела его с ног до головы и тут же решила, что этот тип не заслуживает даже секунды её внимания. Она собиралась пройти мимо, но он не отставал.

Что у них общего, у неё – красивой, целеустремлённой студентки – и этого опустившегося наркомана? Только одно: оба готовы на всё ради своей цели.

Разница была в том, что Полина мечтала втереться в богатую и влиятельную семью Любовиных. Её план был прост: подсадить Рому на себя, забеременеть, а дальше – благородный парень никуда не денется. Он женится, а она получит всё, что хочет: положение, деньги, связи.

А этот парень? Ему нужны были только деньги на дозу. Желательно сразу на две, чтобы потом не маяться в поисках заработка.

– Меня к вам Игорь Владимирович прислал, – соврал он, быстро сообразив, как зацепить девушку.

Полина нахмурилась, но остановилась.

– И что он вам сказал?

– То, что сам он не может делать то, о чём вы его просили. Но есть другие способы…

Девушка заинтересовалась.

– Какие именно?

– Я могу подготовить бумажки с вашими именами и подсунуть их перед жеребьёвкой. Вам нужно только чётко назвать, какие именно имена должны выпасть.

– И сколько это будет стоить? – холодно спросила Полина.

– Пятьдесят.

Она фыркнула.

– Пятьдесят? Серьёзно?

– Наличными, – добавил он, видя, как она тянется за телефоном. – Никаких карт.

– Ну ты и … дурак, – процедила Полина. – У меня с собой только половина. Вторую отдам после.

Парень занервничал. Руки его дрожали, в глазах стоял животный страх: «А вдруг передумает? А деньги уже так близко…». Он уже хотел согласиться на половину суммы.

Но Полина оказалась решительнее.

– Ладно, – резко сказала она. – Рядом банкомат. Идём.

По пути она бросала на него презрительные взгляды.

«Фу, как он противно пахнет... Но что поделать – цель оправдывает средства. Главное, чтобы этот отброс сделал, что обещал», – подумала девушка.

– Поверить не могу, что Игорь Владимирович связан с такими уродами, – пробормотала себе под нос.

Парень стиснул зубы, но промолчал. Оскорбления – ничто по сравнению с возможностью получить дозу.

Всё прошло быстро: Полина сняла деньги и отдала их в укромном месте, куда не доставали камеры. Сунула парню купюры в руку и тут же отвернулась, словно боялась заразиться. Всё прошло очень успешно для парня, конечно.

Жулик специально выбрал место, чтобы его не засняла ни одна камера в момент передачи денежных средств, и по-быстрому постарался уйти с территории медицинского университета.

Парень исчез так же быстро, как и появился.

А Полина уже набирала номер Ромы.

*** Разговор Ромы и Полины ***

– Ромочка, солнышко, прости, что отвлекаю, – запела Полина сладким голоском, едва он поднял трубку. – Но мне срочно нужна твоя помощь!

Рома, всегда относившийся к Полине как к другу, не смог отказать. Они встретились на крыльце университета.

– Ром, я должна участвовать в «Фортуне любви», – выпалила она, едва он подошёл.

– Ну так участвуй, – пожал он плечами. – Бросила уже свою бумажку?

– Дело не в этом! Я хочу не просто участвовать – я хочу выиграть!

– Но ведь пары формируются случайно…

– Мы сами строим свою судьбу! – горячо перебила она. – Мне нужно остаться в этом городе, Ром. Распределение по желанию дают только победителям.

– Поля, это бред. Деканов не подкупишь…

Лина не стала рассказывать Роме, что у всех есть своя цена и она давно уже всё, что смогла, сделала. Хотя с Игорем Владимировичем цена оказалась не столь велика.

Девушка даже не подозревала, что Игорь Владимирович ни за какие коврижки в мире бы не пошёл на такой шаг – спорить с судьбой себе дороже, и того худого болезненного парня-жулика не видел ни разу в жизни.

– Это уже моя забота. Мне просто нужно, чтобы ты подыграл мне и был со мной в паре, чтобы мы с тобой до конца квеста дошли. Я хочу сама выбирать место распределения! Ведь мы с тобой хорошо друг к другу относимся. Выполним всякие задания, и тогда у нас точно получится войти в финал тех пар, которые действительно будут влюблены. Никто даже не поймёт, что мы немного им соврали. А потом, через время, просто расстанемся, скажем, что этот квест – ерунда какая-то.

«Странно... Она сегодня какая-то... другая. Глаза горят, как у голодной рыси. Или мне кажется? Хотя, что я, параноик что ли – обычная девчонка, хочет остаться в городе. Помочь другу – разве это плохо?» – подумал Рома.

– Полина, мне не нравится эта идея, честно тебе скажу. Но и мне хотелось бы самому выбирать место по распределению. Я хотел бы попасть к отцу в больницу, сама понимаешь, там я получу и нужный опыт, знания, и смогу себя проявить, а не терять драгоценные годы непонятно где.

«Чёрт, почему я соглашаюсь на эту авантюру?.. Нет, я понимаю Полину – распределение важно. Но врать всем? Притворяться влюблённым?.. Хотя... отец ведь тоже всегда говорил: «В медицине иногда приходится идти на компромиссы ради блага пациентов». Может, это как раз тот случай?» – Рома не стал говорить свои мысли вслух.

Полина слушала Рому и кивала, поддакивая Роме: «Да, да, Ромочка, всё верно, соглашайся», – думала эта искусительница.

Рома посмотрел на небо. Ему казалось, что от его решения сейчас многое зависит и что самой судьбе не очень нравится эта идея. Но судьба почему-то не поразила его молнией и громом, а наоборот, тёплые лучики зимнего солнышка слепили ему глаза, ласково играли с его волосами.

И Рома решился: почему бы и не попробовать? Получится – хорошо, нет – ну что ж, значит, такова судьба.

– Мне просто нужно, чтобы ты подыграл мне, – умоляюще сказала она. – Будем в паре, пройдём все этапы, а потом… ну, скажем, что не сошлись характерами.

– Ладно, – наконец сказал он. – Если у тебя получится провернуть это – я не против. Но только как друг!

Полина сияла.

Главное – начать. А там… там я сделаю всё, чтобы он уже никогда не смог уйти.

Глава 4. Воспоминания Алисы

*** Настоящее ***

Когда начался выбор имён последней пары, и Жанна Альбертовна всё-таки вытащила бумажку с именем Романа Любовина, её супруг крайне удивился. Именно за этого паренька две недели назад его просила рыженькая стервочка.

Неужели она Жанну подкупила? Нет, ну это невозможно. Игорь знал свою жену как облупленную и был уверен, что она на такое не пойдёт. В чём он позже и убедился, сидя вечером вместе со своей супругой в небольшом ресторанчике.

Рома вышел на подиум и подумал: «Неужели у Полины получилось задуманное?»

«Как она это сделала?» – размышлял парень. – «Хотя такая, как она, добьётся своего всегда. С Полиной хорошо дружить, но оказаться в поле её зрения как другой объект – очень страшно, такие девушки ради достижения цели по головам пойдут». Неосознанно ухмыльнулся Рома, подумав, как хорошо, что они просто друзья с Полей.

Рома не замечал, что половина девчонок, видя, как он улыбается, готова была падать перед ним ниц. Половина парней, видя реакцию своих девушек на этого парня, хотела его прибить, но потом они вспоминали, что это же их друг, которого половина медицинского университета считала этим дружелюбным парнишкой, – его убивать не надо, он у своего друга точно девчонку не уведёт.

И теперь Игорь Владимирович с нетерпением доставал бумажку из своего барабана с женским именем. В этот момент произошло несколько вещей: во-первых, начался дождь. Во-вторых, Полина без предупреждения начала двигаться к подиуму – она была уверена, что Игорь Владимирович сейчас достанет бумажку именно с её именем.

Алиса, как и все, глазела на подиум, с ненавистью глядя на всеобщего любимчика Рому Любовина.

*** Прошлое. Алиса (Лиса) Бессмертная***

– Лиса, я больше не хочу жить.

Эти слова Алина произнесла так тихо, будто говорила о чём-то обыденном, например о погоде. Голос – ровный, спокойный, без надрыва. Она даже не повернула головы, продолжая смотреть в стену, туда, где висел портрет её жениха. Голубые глаза, когда-то живые и сияющие, сейчас напоминали выцветшее небо.

Я замерла с пучком своих тёмных волос в руке. Завязала хвост, чтобы не мешал, пока я буду заниматься хозяйством и уходом за ней. Чтобы не видеть её взгляд.

После аварии Алина стала другой. Та самая авария, в которую они попали вдвоём – она и её парень. Он отделался царапинами. А она... Она больше не могла вставать. Не могла ходить. Превратилась в «говорящую голову» – так она сама себя называла. Левая рука ещё двигалась, но тряслась так, что поднять её было целым испытанием. А правую – рабочую – она не чувствовала совсем.

– Прекрати, Алин. Всё будет хорошо, – буркнула я, пряча глаза.

Врёшь, Лиса. Сама знаешь, что врёшь.

Как она себя чувствовала? Я даже представить боялась. Ещё год назад вся её жизнь была пропитана творчеством. Она писала картины – море, портреты, натюрморты. Её руки, её золотые руки творили что-то невероятное. Вся квартира была увешана её работами. Даже мне с бабулей перепало пару шедевров.

А в её комнате все стены были заклеены портретами одного человека. Её жениха, того самого, с которым они собирались пожениться. Того самого, который теперь ходит по земле и улыбается, пока она прикована к креслу.

Мы с ней были близки, наверное, только в раннем детстве, а потом... Я жила у бабушки в соседнем городке, она – здесь, с родителями. У каждого своя жизнь. Но когда случилось несчастье, именно меня призвали на помощь.

Бабушка... О ней я старалась не думать. Её хрупкое сердце не выдержало новостей о старшей внучке. Она просто не проснулась однажды утром. И всё. Моё самое счастливое время, время, когда я была по-настоящему любима, закончилось.

Мама забрала меня обратно, чтобы я ухаживала за сестрой. Училась жить заново в доме, где я всегда была чужой.

Алина больше ни о чём не мечтала. Часами сидела, глядя на портрет или в стену. Я кормила её с ложки, мыла, переодевала. А депрессия засасывала её всё глубже, как чёрная трясина.

– Ничего хорошего в моей жизни уже не будет, – говорила она тем же ровным, пугающим голосом.

– Найдём физиотерапию, поднимем тебя на ноги, найдём дело по душе, – твердила я как заведённая.

Честно? Я устала это говорить. Наверное, даже больше, чем она слушать.

А мне самой кто поможет? Потеря бабушки. Смена места жительства. Подготовительные курсы в универе. Уход за сестрой. Тёмные круги под глазами, вечное отвратительное настроение, безнадёга, от которой хочется выть. Я с трудом справлялась со всем, что свалилось на мою голову. И понимала: скоро психолог понадобится не только Алине, но и мне.

Мне семнадцать, чёрт возьми! Я не готова тащить всё это одна.

Но маме плевать. У неё своя жизнь. У отчима – тем более. Я здесь просто бесплатная сиделка. Удобная, пока не надоест.

Алине нужна помощь профессионалов. Сама она не выберется. Я видела передачу про девушку, которая после травмы стала инвалидом, но смогла взять себя в руки, открыть бизнес, найти любовь, родить ребёнка. Врачи говорили – нереально. А она сделала.

Но та девушка – не Алина. И помощь ей нужна не такая, какую могу дать я, семнадцатилетний подросток с пустыми карманами и разбитым сердцем.

– Сделаем тебе художественную мастерскую, – продолжала я успокаивать её, хотя сама уже не верила в эти сказки. – Будешь рисовать.

– Я больше не смогу рисовать, – её голос дрогнул. – Рука трясётся, как у последнего маргинала. А другую я даже поднять не могу.

– Значит, будешь творить абстракционизм, – я попыталась хохотнуть, чтобы разрядить обстановку. – Между прочим, такие картины за миллионы продают. Мазнул краской, плюхнул кистью – и шедевр готов. Давай блог заведём, будешь рассказывать, как справляешься. Я с рилсами помогу.

Она не засмеялась. Только плотнее сжала губы и отвернулась к стене.

Мы с ней разные. Как лёд и пламя.

Она – белокурая, голубоглазая, похожая на ангела, случайно залетевшего на грешную землю. Тихая, интеллигентная, любимая дочь. Всегда правильная, всегда удобная.

Я – тёмная, невысокая, пацанка с холерическим характером, вечно лезущая в драку за справедливость. Меня с детства называли трудной. Воспитательница в саду жаловалась маме: «Тяжело будет вашей девочке по жизни. То ли дело старшенькая...». Когда она однажды она назвала нашу группу в детском саду истуканами.

Я сжала кулачки и выдала: «Сама вы истукан».

Маме пришлось краснеть и выслушивать нотации о моём воспитании.

Зато тренер по единоборствам называл меня ласково – «Оторви и выбрось». И это был комплимент. Он говорил, что даже если меня оторвать от привычной жизни и выбросить в безнадёгу, я найду выход. Ещё и клад в болоте отыщу.

Я часто думала: если бы я попала в ту аварию, я бы карабкалась. Боролась. Рисовала бы ту самую мазню, записывала блоги, продавала бы свои картины за бешеные деньги. Я бы не сдалась.

Но Алина – не я. Моя глупая шутка про абстракционизм только больнее её ударила. Она снова закрылась в себе, а я осталась стоять с чувством вины, которое будет преследовать меня ещё долго.

Что я могла сказать? Мне семнадцать. У меня в голове ветер и глупости. Я не умею спасать.

Закончив кормить Алину и дождавшись сиделку, я ушла.

Сил не было находиться в этом доме. И дело даже не в сестре – её депрессия была понятна и объяснима. Дело во мне. В том, что здесь я всегда была чужой, ненужной, лишней.

Стены давили. Всплывали воспоминания о скандалах, о том, как мама с моим отцом разбивали посуду, о том, как я пряталась в шкафу, зажимая уши руками. Когда мать снова сошлась с отцом Алины, я стала для них просто напоминанием о прошлом, о другом мужчине, о другой ошибке.

Дышать здесь было нечем. И я сбегала. На подготовительные курсы, в универ, куда угодно – лишь бы подальше.

А потом случилось то, о чём я не могу вспоминать без дрожи.

У Алины нашлись силы. Силы сказать нам всем то, что она думает. И сделать то, на что решилась.

Она записала видео.

Я увидела его позже, когда было уже поздно что-то менять. Плохая съёмка, телефон лежал на высоком столе, кадр снизу вверх. Но голос... Голос был отчётливым.

Она просила никого не винить. Особенно его. Своего несостоявшегося жениха. Говорила, что такая жизнь не для неё.

Как только у неё хватило сил нажать «запись»? Я не знаю.

Кто нашёл её? Конечно, я.

Я до сих пор вижу это перед глазами. Рубиновые капли на белом полу. Тишина. И её лицо – бледное, спокойное, будто она наконец-то обрела покой, которого так долго искала.

После этого от девочки «Оторви и выбрось» почти ничего не осталось. Оболочка, которая блекла с каждым днём. То, что люди называли харизмой, истончилось, превратилось в серое облако, висящее над головой. Скоро оно стало напоминать грязную тряпку.

Бледное лицо Алины снится мне каждую ночь. Оно стало безжалостным напоминанием: жизнь – это безнадёжная пустота, где для радости нет места.

Могу ли я осуждать её? Судить?

Нет. Для этого нужно быть ею, прожить её жизнь, чувствовать её боль. А я не могу.

У неё было всё. Любимое дело. Талант, который приносил деньги. Самый лучший, как она говорила, жених в мире. Любящие родители, которые души в ней не чаяли.

И в один момент всё рухнуло.

А он? Её парень, Ромашка? Он не пропал. Родители рассказывали, что приезжал каждый день, ночевал у двери, умолял впустить.

Иногда отец Алины, мой отчим, выходя покурить, сдавался:

«Достал ты меня, иди уже». И он заходил. Ухаживал. Заботился. Пытался вытащить.

Но Алина изменилась. Болезнь ломает не только тело, но и душу. Из ангела она превратилась в стерву. Толкала его, прогоняла, говорила гадости.

– Я узнал про реабилитацию в Швейцарии, – уговаривал он. – Там тебя поднимут на ноги. Вместе мы всё преодолеем.

– Посмотри на меня, – огрызалась она. – Я урод. У меня шрам на пол-лица. Мне удалили половину женских органов. Детей не будет. Я буду пить таблетки до конца своей жалкой жизни. Иди отсюда.

– Ребёнка усыновим, – не сдавался он. – Ты же знаешь, я удачливый.

– Удачливый в этой паре только ты. На меня твоя удача не распространяется.

Он схватился за волосы, и я знаю – в тот момент в нём что-то сломалось. Но он держался. Ради неё.

– Вместе нам ничего не страшно, – повторил он в сотый раз и взял её за руку. За ту самую руку, которую она не чувствовала.

Это стало последней каплей.

Она не ощутила его прикосновения. Тепло любимого человека не дошло до неё. И в этот момент она приняла решение.

«Не дело парню, у которого вся жизнь впереди, тратить её на больницы, – думала она. – Рано или поздно он уйдёт. Найдёт молодую, здоровую. Лучше сейчас».

Она любила его так сильно, что прогнала. Чтобы не мучить. Чтобы не быть обузой.

– Уходи, – сказала она твёрдо.

– Хорошо, я приду завтра.

– Ты не понял. Я больше не хочу тебя видеть. Никогда.

Он не верил. Приходил снова, но Алина запретила впускать его.

В следующий раз они встретились только на похоронах.

Он стоял один, с букетом её любимых пионов. Не подходил к родителям, не говорил ни с кем. Просто стоял и смотрел, как гроб опускают в землю.

Ушёл последним. Когда все разошлись, и можно было попрощаться наедине.

С того дня жизнелюбивый, удачливый парень, за которым бегали девушки, посерел. Погас. Превратился в тень.

А я осталась жить с этой болью. И с ненавистью, которая росла во мне с каждым днём.

Ведь он жив, он дышит, улыбается, заигрывает с девчонками.

А её нет.