«Наги: Пламя Асгарха» (Сиквел к первой книге «Пророчество Нагари»)

От лица Рана 

Я не верил в судьбу.

Для меня она была не прядью нитей в лапах богинь, а цепью — кованой из костей предателей и слёз тех, кто осмелился нарушить Закон. Я служил не миру. Я служил границе. Потому что, когда твоя мать сгорает заживо за то, что пощадила смертного, а отец исчезает в разрыве миров, пытаясь отомстить, ты понимаешь: милосердие — это яд. А доверие — приговор.

Я был Верховным Стражем Дома Вечной Тени. Мои клыки знали вкус крови нарушителей. Моя чешуя — холод дыхания бездны. Я стоял у врат между мирами и не моргнул бы, если бы пришлось вырвать сердце даже ребёнку. Закон не делает скидок на возраст. Ни на слёзы. Ни на «я не знал».

И вот однажды она вошла в Священный Круг.

Не как вор. Не как воин.

А с ноутбуком под мышкой и дождём в волосах.

Глупая. Напуганная. Живая.

Когда я увидел её — мокрую, дрожащую, с глазами, полными не магии, а слов, — я подумал: «Ещё одна жертва».

Но когда мой яд коснулся её вены и знак Круга вспыхнул на её запястье, я почувствовал дрожь— не в теле, а в сердце.

В том самом, которое я считал мёртвым тысячу лет.

Она не была из Нагари.

Она не знала наших законов.

Она даже не верила в магию.

И всё же…

Когда она посмотрела на меня — не с ужасом, не с покорностью, а с вопросом в глазах: «Кто ты на самом деле?» — я впервые за всю жизнь почувствовал, что забыл ответ.

Я сказал ей: «Здесь нет принцев на белых конях. Здесь есть только яд, честь… и смерть».

Но теперь я знаю: я ошибался.

Потому что в тот день в дождь пришла не смерть.

Пришла надежда.

И она носила имя Алина.

Я пытался ненавидеть её.

Я пытался оттолкнуть.

Но каждый раз, когда она говорила: «Я не хочу быть жертвой», — что-то внутри меня ломалось. Не как страж. Как мужчина, который забыл, что имеет право на выбор.

Теперь я знаю правду:

Я не стерег границу.

Я ждал её.

И если весь Нагари рухнет, если Совет назовёт меня предателем, если миры снова начнут воевать —

Я всё равно выберу её.

Не как Пророчество.

Не как Избранную.

А как ту, чьи слова вернули мне сердце.

Пусть мир назовёт это слабостью.

А я назову это любовью.
 

Марина это почувствовала сразу. Не кожей. Не сердцем. Умом. Это он. 

Она стояла посреди городского заброшенного парка, подняв лицо к небу, и улыбалась. Начинался дождь. Капли стекали по её щекам, как строчки забытой поэмы, и каждая несла в себе отголосок чьей-то истории чужой, древней, но почему-то знакомой. В руке она сжимала потрёпанную тетрадь в кожаном переплёте, исписанную до краёв: заметки, зарисовки, фрагменты стихов, которые не давали ей покоя.

Она пришла сюда не за вдохновением.

Она пришла за ответом.

С тех пор как в бабушкином сундуке нашлась старая книга без названия с обложкой из кожи, похожей на чешую, и страницами, пропитанными запахом ладана и земли, Марина знала: это не вымысел. Это послание.

Имя автора было стёрто. Но в конце, мелким почерком, было написано:

«Если ты читаешь это - Круг ещё жив. И ждёт тебя».

Долго Марина проверяла все фонтаны которые были схожи с описанием из книги. Как только в интернете находилось что-то похожее, она ехала туда но все было не то. Она исколесила множество мест так как эта история, эта книга не давала ей покоя. Она снилась ей она, она стала ее наваждением. Большая часть ее друзей считали ее чокнутой, одержимой. А несколько подруг, что поддерживали ее говорили что этот вот фонтан последний. А потом иди проверь голову, а то вдруг там не хватает шариков или лишние образовались. Но они это не со зла, так как сами закидывали ее новыми фонтанами то тут то там. Женька подруга и соседка говорила «-Если есть наваждение то его надо увидеть, чтоб оно исчезло или услышать» .

Теперь она стояла у старого фонтана того самого, о котором упоминалось в книге. Это Женька его нашла на одном старом сайте который уже почти не кто не посещает. Находился он в заброшенном парке, у городка который доживал свой век . Молодежь уезжала в более перспективные большие мегаполисы, а тут на весь городок осталось около 1000 жителей.

Когда она подошла ближе к фонтана он ожил.

В центре чаши, где раньше стояла разбитая статуя нимфы, теперь висел в воздухе символ круг с переплетёнными линиями, будто вытканный из дождя и теней. Он пульсировал тусклым зелёным светом, как сердце под землёй.

- Наконец-то!- прошептала Марина и сделала шаг вперёд.

В тот же миг символ вспыхнул.

Из воды поднялась фигура не человек, не зверь, а нечто между. Высокий, с телом, покрытым тонкой чешуёй цвета тлеющего угля, с глазами, горящими холодным изумрудным огнём. Его хвост, мощный и гибкий, извивался в воздухе, как живая тень. На груди шрам в форме разорванного круга.

- Ты не должна была вернуться!- прошипел он, и его голос звучал как эхо из прошлого.

- А я и не приходила, чтоб возвращаться. -ответила Марина, не пятясь, а с любопытством разглядывая Нага.- Я просто… опаздывала.

Он нахмурился.

- Ты нарушила границу, смертная!- произнес он рассматривая её внимательней.

- Возможно. Но разве границы не для того, чтобы их переступать? - Она подошла ближе, не пряча любопытства в глазах. - Ты наг? Я ведь правильно разглядела?

- Краш из Дома Огненной Чешуи.- ответил он, сжав челюсти. — Изгой. Страж забвения.

-А я Марина. Потомок тех, кто помнил Алину. Приятно познакомится.

Она протянула руку. Не в знак покорности. В знак встречи.

- У вас пожимают руки в знак приветствия?

Краш не подал руки. Но не отступил.

-Ты не боишься?

- Боюсь ли я того, что искала всю жизнь? -Она усмехнулась. - Нет. Я слишком долго ждала этого момента, чтобы тратить его на страх.

Он молчал. В его глазах мелькнуло не презрение, а… растерянность.

Смертные всегда дрожали. Плакали. Умоляли. Эта же улыбается. Пытается быть вежливой.

- Почему ты здесь? - спросил он, уже без угрозы.

- Потому что мир, в котором я живу, умирает от скуки!- сказала она честно. - А в твоём… ещё есть тайны. И я хочу их понять. Не украсть. Не разрушить. Понять. И это наваждение преследует меня уже давно.

Краш вздохнул коротко, раздражённо, но без злобы.

-Ты не похожа на неё.

-На Алину?

- Она боялась. Ты… ищешь.

Он оглянулся, будто проверяя, не следит ли кто. Потом резко снял с плеч плащ из теневой ткани и накинул его на плечи Марины.

-Вся мокрая от дождя замёрзнешь.- буркнул он, не глядя ей в глаза.

-Спасибо.- сказала она, пряча улыбку.- Дождь пошёл как только я приблизилась к фонтану.

- Не благодари. Просто не хочу, чтобы ты упала в обморок у порога Тариэль. У неё и так хватает забот.

- Тариэль?

- Жрица из Дома Лунного Жала. Отведу тебя к ней. Только она решит, что с тобой делать. Я страж, а не нянька.

Он двинулся вперёд, но через шаг остановился и обернулся:

-Иди за мной. И не отставай. Здесь не парк.

Марина послушно пошла следом.

Краш шёл быстро, но то и дело замедлялся, проверяя, идёт ли она. Когда тропинка стала скользкой от дождя, он молча протянул руку не чтобы взять её за локоть, а просто подставить, на случай если она поскользнётся. Когда ветер усилился, он чуть сместился, чтобы заслонить её своим телом.

Она молчала. Но замечала всё. Что он пытается сделать для неё.

-Ты не такой, каким кажешься.- сказала она наконец.

-Я изгой!-ответил он, не оборачиваясь. - Всё остальное иллюзия.

-Иллюзия не накинула бы мне плащ!- возразила она мягко. – Иллюзия не беспокоилась бы обо мне если бы я поскользнулась.

Он не ответил. Но чешуя на его шее слегка вспыхнула алым признак смущения. Марина была наблюдательна к деталям и все подмечала.

Они вышли к краю парка. За решёткой начинался другой мир не город, не лес, а нечто между. Воздух там мерцал, как над раскалённым камнем, а вдали виднелись башни, высеченные в скалах, опоясанные мостами из света.

-Это… Нагари? - прошептала Марина.

- То, что от него осталось.- ответил Краш. - После Пророчества Алины границы ослабли. Теперь каждый дурак может ворваться, если знает путь.

-А я дурак? – Поинтересовалась она у него пытаясь заглянуть ему в глаза.

Он посмотрел на неё. Впервые без маски стража.

-Ты словно ошибка, которая ведёт себя не так, как тот кто попал в другой мир. Но, возможно… не моя, а просто мир решил посмеяться.

Он сделал шаг вперёд и пространство перед ними разорвалось, как ткань. За разломом открылся вид на узкие улочки, факелы с зелёным пламенем и дома, сплетённые, как змеиные гнёзда.

- Добро пожаловать в Нагари, девочка из дождя, - сказал Краш, и в его голосе впервые прозвучало не приказ, а почти предупреждение. -Не трогай ничего. Не говори с незнакомцами. И не смотри в глаза стражам дольше трёх секунд.

- А тебе в глаза я могу смотреть? -Улыбаясь спросила она.

Он замер. Сердце пропустило удар, так зацепила его ее искренняя улыбка, которую он не видел в свою сторону, давно. Потом тихо, почти шёпотом:

- Тебе можно.

И повёл её вперёд, к дому Тариэль, всё ещё не понимая, кто она, угроза или надежда для него.

Но уже зная, что не сможет её отпустить.

Когда Краш и Марина переступили порог Нагари, город встретил их тишиной не мёртвой, а настороженной, как дремлющий зверь. Воздух здесь был плотнее, насыщенный запахом мха, горячего камня и чего-то древнего, чего Марина не могла назвать, но что отзывалось в груди, как эхо забытого сна. Факелы по обе стороны улицы горели тусклым зелёным пламенем, не коптя, не треща просто пульсируя.

Краш шёл впереди, не оборачиваясь, но Марина чувствовала: он всё время знает, где она. Его хвост извивался в такт шагам, чешуя на спине то вспыхивала алым, то гасла как будто дышала вместе с ним.

- Мы далеко идём? - спросила она, стараясь не смотреть на прохожих: высоких, змееподобных существ с глазами, полными мерцающих оттенков, которые замолкали, когда она проходила мимо.

- Нет.-коротко ответил Краш. - Дом Тариэль на краю Светлого Кольца. Там, где заканчивается порядок и начинается… всё остальное.

-«Всё остальное» звучит страшно.

- Не страшно. Просто не для тебя.

- А ты откуда знаешь, что для меня, а что нет?

Он не ответил, но на мгновение замедлил шаг. Марина улыбнулась про себя.

Через несколько поворотов они вышли к дому, вросшему в саму скалу. Его фасад был покрыт лунными лианами тонкими стеблями, источающими мягкий серебристый свет. У двери, вырезанной в форме полумесяца, стояла юная нагиня. Её чешуя переливалась, как роса на воде, а глаза светились нежно-голубым.

- Краш!-сказала она с лёгким упрёком.- Ты опять притащил смертную?

- Не «притащил». Привёл. По закону Священного Круга.

-Закон давно пылью покрылся!- усмехнулась она, но уже протянула руку Марине. -Я Тариэль. Добро пожаловать в мой дом, странница. Ты не первая, кто прошёл Круг… но, возможно, последняя.

Марина растерялась, но улыбнулась Тариэль. Марина подала ей руку.

-Марина.- представилась она. Краш молчал, стоя чуть позади, как страж.

- Проходи.-сказала Тариэль мягко. -У меня есть чай из цветов-светлячков. Он согреет и успокоит.

Дом внутри оказался удивительно уютным несмотря на чуждость. Полы были выложены тёплым камнем, стены украшены гобеленами с символами, похожими на те, что Марина видела в книге бабушки. В углу горел маленький кристалл, излучающий мягкое золотистое сияние.

Тариэль усадила Марину за низкий стол, налила в чашу дымящийся напиток цвета заката.

- Пей. Он не отравит. Наоборот поможет тебе слышать то, что раньше было тишиной и согреет.

Марина сделала глоток. Вкус был странный сладкий, с горчинкой, как воспоминание о чём-то, что ещё не случилось. Вдруг в ушах зазвенело, и ей показалось, что стены зашептали. Не словами, а образами: огонь, круг, падающая звезда…

-Ой… интересный эффект у чая.

- Ты… потомок Алины? - спросила Тариэль, глядя прямо в глаза.

- Не кровный. Но… да. По духу, наверное. Она была троюродной прабабушкой. О поняла, он действует как сыворотка правды и да он согревает.

- Тогда ты здесь не случайно. Священный Круг не открывается просто так. Он выбирает. А ты… ты пришла вовремя. Хотя, возможно, и слишком поздно.

Краш, всё это время стоявший у двери, наконец заговорил:

- Не пугай её пророчествами, Тариэль. Она только переступила порог. Из любопытства и она не боится того что видит.

- А ты боишься, что она узнает правду? - Тариэль улыбнулась, но в её глазах мелькнула боль. - Ты всё ещё считаешь, что изгнание это наказание? Оно давно стало проклятием для всех нас.

Марина посмотрела на Краша. Он отвёл взгляд.

- Что случилось с Домом Огненной Чешуи? -спросила она.

Тариэль вздохнула.

-Его предали не извне. Изнутри. Один из своих… Варан. Он пытался заключить союз с Асгархом. Совет сочёл это изменой. Дом сожгли. А тех, кто выжил… изгнали или убили. Краш последний, кто носит имя этого Дома. Хотя сам отказывается это признавать.

Краш сжал челюсти.

-Я не ношу его. Я пепел.

- Но огонь в тебе не погас.- тихо сказала Тариэль. - Иначе Круг не принял бы её рядом с тобой.

Марина опустила чашу.

-Значит… я здесь не просто так. А он… не просто страж. И это не просто наваждение которое меня преследует лет с 12.

-Вы зеркала друг для друга.- сказала Тариэль. - Он потерял веру в честь. Ты в реальность. Но вместе вы можете найти то, что спасло Нагари в прошлом. И спасёт вновь. Это не наваждение это сам мир пытался дотянуться до тебя.

Она встала, подошла к шкафу и достала свиток, оплетённый серебряной нитью.

- Это карта руин Дома Огненной Чешуи. Там, под пеплом, спрятано кое-что. То, что Совет боится вспомнить. Асгарх просыпается. И если вы не найдёте это… границы рухнут не от войны, а от тишины.

- Почему ты нам это даёшь? -спросил Краш.

- Потому что я верю в тех, кого выбирает Круг. И потому… - она посмотрела на Марину.- ты напоминаешь мне Алину. Не лицом. Сердцем.

Пауза. В доме вновь зашептали стены.

-А стены должны шевелиться? Или это у меня глюк от чая?

-Я научу тебя языку нагов.- сказала Тариэль вдруг. -Не всему. Но тому, что нужно, чтобы читать символы Круга. Ты должна понять, что это не портал. Это клятва. И ты её уже дала. И да это эффект от чая, он открывает разум.

- А если я не захочу быть частью всего этого?

- Тогда ты не прошла бы сквозь дождь к фонтану.

Марина взглянула на Краша. Он смотрел в окно, но его хвост нервно подрагивал он слушал каждое слово.

-Ладно.- сказала она твердо. – Научи!

Тариэль улыбнулась и впервые за всё время в её глазах не было печали, а только надежда.

-Тогда начнём с первого слова: Нагари… не «город». Это «место, где плачут звёзды».