Лавиморт. Академия (Не) для изгоев

Я неслась к воротам академии Лавиморт, словно за мной гнались все демоны Нижнего мира. Впрочем, разъяренный отец был ничуть не лучше. Утреннее солнце било в глаза, а подол платья путался в ногах, но я продолжала бежать, проклиная неудобную «приличную» одежду.
— Марита! Немедленно остановись! — его хриплый голос догонял меня вместе с тяжелым дыханием. — Ты позоришь наш род!
Ни за что! Лучше умру, чем выйду замуж за этого старого хрыча Фердеса! При одном воспоминании о его масляных глазках и потных ладонях меня передергивало от отвращения. Ноги гудели от бега, в боку нещадно кололо, но я продолжала мчаться вперед. Потертый саквояж - единственное, что успела схватить, сбегая из дома, нещадно оттягивал руку.

Кованые ворота академии впереди казались спасительным маяком.

Еще немного!

Стоит только пересечь эту черту, и я окажусь под защитой надежных стен. Даже отец не посмеет нарушить право убежища — законы магического мира нерушимы!
— Да чтоб тебя! — мясистые пальцы вцепились в ручку саквояжа. — Ты опозоришь весь род! Подумай о матери!
Обычно аккуратно уложенные волосы на голове отца растрепались, а на щеках играл нездоровый румянец.
— Пустите! — я дернула сумку на себя. — Я не выйду за него! Не заставите! Мама бы меня поняла!
— Глупая, неблагодарная девчонка! — задыхаясь прорычал отец. — Я потратил состояние на твое обучение! Фердес — единственный шанс поправить наше положение! Он готов закрыть глаза на твою... неспособность к стихийной магии.
— Плевать! — саквояж затрещал по швам. — Лучше буду полировать котлы в академии, чем греть постель этому старику!
Краем глаза я заметила какое-то движение слева. Повернула голову и застыла от ужаса — к нам пошатываясь, медленно приближались три полуразложившихся тела. Мертвецы! Настоящие ходячие мертвецы! Их серая плоть свисала клочьями, обнажая потемневшие кости, а пустые глазницы испускали зеленоватый свет.
— Папа... — пискнула я, отшатываясь.

Одна царапина — и мы оба трупы!
Но отец, увлеченный попыткой отобрать сумку, не замечал опасности. А нежить была уже совсем близко — я слышала тошнотворный запах тлена и влажное чавканье их шагов по раскисшей после дождя земле.
Внутри что-то щелкнуло. Темная сила, которую я старательно прятала последние месяцы, вырвалась наружу помимо воли. Едва заметная глазу волна ударила в мертвецов, разрывая их на куски. Меня окатило чем-то склизким и отвратительно вонючим.
— Мерзость какая! — выругалась я, отплевываясь.
Саквояж не выдержал борьбы и раскрылся, разбрасывая мои вещи по земле. Пара платьев, белье, книги — все вывалилось в грязь. Среди них мелькнул медальон матери — единственная ценная вещь, которую я прихватила с собой.
— Ты... ты... — отец попятился, глядя на меня расширенными глазами. Процедил сквозь зубы, потрясая скрюченным пальцем, — А-а-а! Темная?! Моя дочь — темная! Теперь все встало на свои места! Твоя неспособность к стихиям...

И тут же рявкнул, нависнув надо мной:

— Думаешь, сбежав в академию, ты от меня избавилась?! Я не позволю такому дару опозорить наш род! Даю тебе месяц — либо ты добровольно возвращаешься домой, запечатываешься и выходишь за Фердеса, либо я использую все свои связи, чтобы тебя отчислили. Посмотрим, как ты запоешь, когда окажешься на улице без гроша в кармане!
Я торопливо подбирала разлетевшиеся вещи, пытаясь запихнуть их обратно в порванную сумку. Руки дрожали.

Проклятье! Теперь он знает. Хотя какая разница? Все равно я домой больше не вернусь! Лучше быть изгоем-некромантом, чем игрушкой в руках старого извращенца.

— Хотя... - он больно впился пальцами в мой локоть. Я дернулась, пытаясь освободиться, но хватка только усилилась. – Уверен, после беседы ректор меня поймет, как отца.

— Прошу прощения, — раздался позади холодный голос. — Но в стенах академии не приветствуется подобное обращение со студентами.

Я подняла глаза. Рядом стоял молодой мужчина — высокий, широкоплечий, с идеально уложенными темными волосами. Его безупречный кожаный черный пиджак был забрызган останками нежити, а в серых глазах плескалось раздражение. Он смерил презрительным взглядом мою потрепанную одежду, свою, поморщился, стряхивая с рукава какой-то особенно мерзкий кусок и, с легким ругательством, запустил очищающее заклинание.

Судя по нашивкам — боевик-старшекурсник. Он появился словно из ниоткуда, но его присутствие мгновенно изменило атмосферу. Даже отец немного растерялся, ослабив хватку.
— Это семейное дело, — прошипел папа.
— В таком случае, — мужчина чуть склонил голову, — Позвольте мне, как представителю академии, сопроводить вас обоих к ректору. Уверен, лорд Патчис сможет помочь разрешить... недопонимание.

Последнее слово он произнес, бросив на меня насмешливый взгляд. Он прошел немного вперед, заложив руки за спину:

— Это были учебные пособия, между прочим. Первое испытание для абитуриентов. Проверка на храбрость и находчивость. А ты их просто уничтожила. Знаешь, сколько стоит создание одного такого?

— Ты не только опозорила меня своим побегом, но еще и уничтожила академическое имущество! — возмущенно взвизгнул отец.
— Которое, к слову, весьма дорого обошлось казне.
— Я... я не знала, — пробормотала я, чувствуя, как щеки опалило жаром. — Они выглядели как настоящие... И вообще, кто додумался устраивать такие проверки? А если бы кто-то умер от страха?

— В этом и был смысл. Эштон Ладибрио, старший курс факультета боевой магии к вашим услугам. И мне очень интересно, как вы собираетесь компенсировать ущерб? Три боевых голема — это не шутка.

Дорогие читатели! Добро пожаловать в новую историю!
Знакомимся с героями, какая парочка вам больше нраввится?


У меня есть еще один вариант, и, если честно, мне он больше нравится в качестве обложки, которая установлена сейчас.

    Отец побледнел, а я мысленно прокляла несносного боевика. Нужно же было ему вмешаться!

    — Темная, значит? — протянул Эштон, разглядывая меня с новым интересом. — Что ж, это многое объясняет. Давно проявилась?
    — Не ваше дело, — огрызнулась я, подбирая последние вещи.
    — Как раз мое. Я, как староста факультета, отвечаю за безопасность первокурсников. А неконтролируемый темный дар — это угроза для всех.
   — Я прекрасно себя контролирую!
  — Да? — он выразительно оглядел останки големов. — Заметно. Добро пожаловать в Лавиморт, некромантка.
   Он произнес последнее слово с легким презрением, и я вскинула подбородок. Ну да, темная. Ну да, некромантка. И что с того?

   Я здесь, чтобы учиться, и никакой высокомерный боевик не заставит меня почувствовать себя хуже!

  — Благодарю за теплый прием, — процедила я сквозь зубы, подхватывая многострадальный саквояж. — Кстати, вам очень шли эти... украшения. Придали вам некий шарм. Особенно тот кусочек.
    Серые глаза опасно сузились, но я уже шагала к воротам, гордо расправив плечи. Позади раздалось приглушенное ругательство отца и он поспешил нагнать меня.

    Судя по всему, легкой жизни здесь ждать не приходится. Но это все равно лучше, чем брак с Фердесом.
    Я на миг остановилась у ворот, любуясь зданием академии. Серые каменные стены, увитые плющом, остроконечные башенки, уходящие в небо. .. Все это дарило надежду на лучшую жизнь.

    И плевать, что я темная! Я докажу всем, чего стою! Некромантов хоть и ненавидят, они все равно «в цене». Слишком мало носителей дара.

    В сопровождении Эштона мы поднялись на третий этаж. 

   Кабинет ректора встретил нас теплом и запахом свежего чая.

   Там Эштон застыл у дверей, за нашими спинами, докладывая о «вопиющем нарушении правил» по обращению с големами.

    В животе голодно заурчало — я же не ела со вчерашнего дня. Невольно втянула живот и смущенно потупила взгляд. Переступила с ноги на ногу.. Стыдно то как...

    Нам предложили сесть и я устроилась на краешке стула, нервно сжимая пальцы. 

   Я недовольно покосилась на Эштона — он то что тут забыл?!

    Лорд Патчис, высокий седовласый маг, внимательно выслушал гневную речь отца о недопустимости обучения темной магии и требование немедленно отчислить меня. Но я еще даже не сдала вступительные экзамены! Только документы успела прислать!

   — Весьма интересно, — только и сказал ректор, когда отец замолчал. Лорд Патчис сцепил пальцы перед собой, задумчиво пожевал губу.— Адепт Эштон, что скажете вы?

   Эштон выпрямился и отчеканил, глядя куда-то поверх головы ректора: 

   — Обучение магов - вопрос государственной безопасности. В том случае, если нет ощутимого результата в их обучении, тогда дар требуется запечатать.

    Ректор повернулся к отцу:

    – Вы все слышали, лорд Кэламтис. К тому же, империя оплачивает базовое обучение, обеспечивает жильем и питанием, на первый год. А дальше зависит от самих адептов или от их родителей. У нас все равны. - он развел руками и кинул грустный взгляд на чашку, испускающую пар.

    Я удивленно взглянула на него. Неужели он встал на мою сторону? 

    — Именно поэтому, мы не можем отчислить вашу дочь. Более того, по закону она обязана пройти обучение. Темный дар без контроля опасен не только для носителя, но и для окружающих.
    — Но позор...
    — Позором будет оставить потенциально талантливого мага без образования, — твердо произнес ректор. — Ваша дочь останется в академии. Это не обсуждается. Я принимаю ее, проверку дара проведем позже. Контроль силы - первоочередная задача.
    Отец побагровел:
   — В таком случае, я лишаю ее поддержки рода! Посмотрим, как она справится без средств и связей!

    — Прекрасно справлюсь! — выпалила я. — Лучше быть нищей некроманткой, чем... Чем...

    Подстилкой старого ублюдка. Конечно у меня не повернулся язык произнести это вслух, но отец понял.

    Папа вышел, грохнув дверью со всей силы. Даже не попрощался.

   Я расправила плечи, стараясь не показать, как больно ударили его слова. Все-таки родной человек...
    — Как благородно, — прошептал Эштон, слегка наклонившись в мою сторону. — Хотя, полагаю, ты еще не знаешь всех прелестей жизни на минимальном пайке.
    — Справлюсь! — упрямо повторила я.

    — Что ж, — ректор поднялся. — Вопрос решен. Лорд Ладибрио, проводите адептку в общежитие. И... как лучший студент курса, присмотрите за ней первое время. «Дикий» дар требует особого внимания.

    Эштон окаменел. Его губы сжались в тонкую линию, а в серых глазах мелькнуло что-то, похожее на ярость. Но голос остался безупречно вежливым:
    — При всем уважении, господин ректор, у меня достаточно собственных обязанностей. Не думаю, что...
    — Это не просьба, адепт, — мягко прервал его ректор и уперся руками в стол, — Это приказ. Вы же понимаете важность помощи новичкам?
    Эштон едва заметно склонил голову:
    — Конечно, господин ректор.
   Когда мы вышли из кабинета, Эштон резко развернулся ко мне. От его надменной учтивости не осталось и следа:

    — Занятия в академии начинаются в восемь. Опоздаешь хоть на минуту — пожалеешь, что вообще переступила порог академии. И поверь, — красивые губы искривила холодная усмешка, — я сделаю все, чтобы ты поняла: некромантам здесь не место.
    — Я не боюсь тебя, — вздернула подбородок я.
    — Пока не боишься, — угрожающе поправил он. — Но это ненадолго... темная.
    Эштон развернулся и стремительно пошел прочь по коридору.

Дорогие читатели! Добро пожаловать в мою новую историю «Лавиморт. Академия (Не) для изгоев»

Пожалуйста, чтобы не потерять книгу, сразу добавьте её в библиотеку. Для этого перейдите в карточку книги    и нажмите «Добавить в библиотеку». Также я буду очень признательна Вам за лайк. В компьютерной версии это отметка «💝», Когда нажмете — кнопка покраснеет. Огромное спасибо! Так вы делаете меня счастливой, я и моя муза с радостью продолжим творить для Вас! С любовью, ваша Тайра Ли🥰

    — Эштон! Лорд Ладибрио! — окликнула я удаляющуюся спину. — Постойте!

    Эштон остановился, медленно обернулся, приподняв бровь:
    — Что еще?
    — Ректор велел проводить меня в общежитие и присмотреть первое время, — напомнила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.
   По красивому лицу скользнула презрительная усмешка ои н выразительно скривился:
   — Я похож на няньку? У меня есть дела поважнее, чем водить за ручку новеньких.
   — Но ректор...
   — Найдешь кого-нибудь другого, — отрезал он. — Или заблудишься. Мне, честно говоря, все равно.

   Он дернулся было и замер, запрокинул голову и прикрыл глаза. Через силу выдавил:

   — Для начала иди к распорядителю общежитий.

   Эштон резко развернулся и быстро пошел прочь, оставив меня одну посреди коридора. Я прикусила губу, сдерживая непрошеные слезы. Нет, я не позволю этому напыщенному индюку испортить мне первый день в академии!
    Шмыгнула носом и осмотрелась. На этаже было пусто, только в дальнем конце коридора маячила одинокая фигура, склонившаяся над какой-то книгой. Набравшись храбрости, я поспешила к нему:
   — Простите! Не могли бы вы помочь? - старательно улыбнулась.

   Божечки! Главное не расплакаться.
    Парень вздрогнул, захлопнул книгу и поднял на меня удивленные карие глаза. Худощавый, бледный, словно недоумертвие, с встрепанными русыми волосами и в очках, сползающих на кончик носа.
    — Д-да? — запнулся он, поправляя очки. - Вы ч-что-то хотели?
    — Я новенькая, и мне нужно к распорядителю общежитий. Не подскажете дорогу?
   — О! — он заметно оживился. — Я... Могу проводить.
   — Спасибо! — с искренней благодарностью выдохнула. — Я - Марита.
    — Варг, — представился он, пряча книгу в сумку. — На какой факультет поступила?
    Я замялась. После реакции Эштона было страшновато признаваться.
    — Некромантия, — тихо сказала. – вроде бы. Но это не точно.
    К моему удивлению, Варг не отшатнулся и не скривился.
    — Правда? — в его глазах зажегся искренний интерес. — Потрясающе! Я столько читал о некромантии, но у нас так мало темных магов... 
    Варг указал нужное  направление и мы медленно пошли по коридору, он, тем временем, продолжал:
— И поговорить не с кем! — продолжал он с жаром. — Точнее, некроманты тут все какие-то необщительные, и я их, честно говоря, понимаю. Но ведь если задуматься, – он резко повернулся ко мне с фанатично загоревшимися глазами, – и некромантия, и целительство имеют дело с энергией жизни, только подход с разных сторон! В научных трудах подано все так сжато и старательно избегают этой темы! Но ведь это — неправильно! Вот если бы вместе попробовать...
Он внезапно остановился, смерив меня пристальным взглядом, в котором читалось что-то среднее между научным интересом и детским любопытством.
— Слушай, а как ощущается угасающая жизненная энергия? – выпалил он и закусил губу.

— Варг! – я приподняла бровь, пытаясь скрыть улыбку. – Притормози!

Пришлось, опуская подробности, немного рассказать о себе.
— Ох, прости, — смутился он и поднял руки в защитном жесте. — Я когда увлекаюсь, меня заносит. Пойдем, покажу дорогу.

Варг потянул из моих рук саквояж и мы неспешно двинулись дальше.

— Просто я три года ломаю голову, как энергию жизни усилить, а вы работаете с её... хм... противоположной стороной. Это же потрясающе! Я на целительском. Хотел на боевой, если честно, но не прошел испытания. Слабоват оказался. — он невесело усмехнулся. – Ты уж извини, если я тебя заболтал. Я тяжело схожусь с людьми, поживешь здесь, сама поймешь, почему. Поэтому, – он неуклюже развел руками, – Лучшие друзья — книги. Давай я тебе про академию расскажу. Видишь вон те горгульи? Это магические стражи. Вместо глаз у них артефакты, в которую твои собратья сливают излишки силы...

Я с интересом слушала. Варг оказался ходячей энциклопедией — за несколько минут я уже знала и негласные традиции академии и как используются артефакты-накопители, которые пополняют адепты.
    — А вот и кабинет распорядителя, — остановился он у массивной двери с металлическими накладками. — Только не пугайся леди Морвен. Она строгая, но справедливая.
    — Спасибо тебе огромное! — искренне поблагодарила я. — Ты меня очень выручил.
   — Не за что, — улыбнулся он. — Если что, я обычно в библиотеке пропадаю. Заходи, если будут вопросы. Буду рад помочь!
    Я робко занесла руку, чтобы постучать в дверь, и этот момент дверь распахнулась. Передо мной стояла высокая и худая, как жердь, женщина с буклями, прямой спиной и цепким взглядом.
    — Новенькая? — окинула она меня оценивающим взглядом.

    — Д-а, Марита Кэламтис, - поспешно представилась я.

    — Заждалась уже. Что ж, посмотрим, куда тебя определить...
    Я обернулась попрощаться с Варгом, но он уже исчез — словно растворился. Странно, я даже шагов не слышала.
    — Ну что застыла? — прикрикнула леди Морвен. — Заходи!
Я поспешно юркнула в кабинет. Распорядительница уже листала какие-то бумаги:
    — Так-так... Марита Кэламтис... Ага! Некромантия... — она подняла на меня острый взгляд. — Темных селим отдельно. Есть свободная комната в отдельном здании, в восточном крыле, рядом с другими адептами твоего факультета.
    — А много у нас некромантов? — осторожно поинтересовалась я.
    — Трое, считая тебя, — отрезала она. - С твоего потока.

    Я неприлично вылупилась и гулко сглотнула. Это что же, получается, некромантов вообще мало?!

    — И поверь, девочка, это к лучшему. Меньше проблем.
Она протянула мне ключ:
    — Третий этаж, комната триста семнадцать. Вещей много?

    Я отрицательно покачала головой и указала на саквояж:

    — С собой вот, а так - всего один чемодан, что успела отправить несколько дней назад.

    Сразу все вещи было бы очень заметно. И так еле ноги унесла.

    Она еще полистала свои записи и обрадовала:

    — Вещи уже доставлены, их найдешь в комнате. Вот! - она шлепнула передо мной на стол несколько свернутых листов. - Схема академии, расписание. Правила поведения в общежитии получишь у старосты этажа. И запомни — никаких экспериментов с магией в комнате! Для этого есть учебные аудитории. Как устроишься, сходишь вот сюда, - она пометила на схеме крестиком здание, – Там получишь форму.
    — Да, госпожа распорядительница.
    — И еще, — леди Морвен внимательно посмотрела на меня. — Будь осторожна. Не все в академии... рады темным магам.

    Я вспомнила презрительный взгляд Эштона и кивнула:
    — Я уже заметила.
    — Ничего, — неожиданно мягко сказала она. — Привыкнешь. Главное – держись своих. И не давай себя в обиду.
    Выйдя из кабинета, я задумчиво покрутила ключ в руках. День выдался насыщенным. Но, по крайней мере, я встретила первого потенциального друга. И, кажется, даже распорядительница не так уж сурова, как кажется.
    Теперь осталось найти это самое восточное крыло...

   Я достала выданную схему академии и попыталась сориентироваться. Кажется, нужно идти направо, потом...

    Лавиморт больше напоминал маленький город, чем учебное заведение.

    Учебные и жилые корпуса раскинулись на огромной территории, разделенной на несколько зон.

    В центре, напротив главного въезда, возвышался главный корпус. От него расходились крытые галереи, соединяющие его с другими зданиями. Если посмотреть сверху, то получится пятиконечная звезда. Ровно по числу факультетов.

    В главном корпусе располагалась администрация и просторные амфитеатры для лекций.

    По галереям можно было легко перейти в соседние здания, где проходили практикумы и основные занятия по специализациям.

    Общежития для адептов мирно расположились между концами этой «звезды».

   Особняком стояли только тренировочные залы для физической подготовки и корпуса факультета некромантии для практических работ.

   Наши, некромантские корпуса, находились так далеко от остальных, что создавалось впечатление, будто академия пытается нас спрятать.

   Словно руководство Лавиморта стыдилось того, что мы обучаемся в их стенах.

    Я застыла на перекрестке между зданиями. Рука окончательно устала и я бросила саквояж на землю
    — Эй, чего застыла?— за спиной раздался звонкий голос. – Новенькая что ли?
Я обернулась. По дорожке в мою сторону спешила рыжеволосая девушка с россыпью веснушек на носу. На ней было форменное платье - тоже адептка.
    — Да, только приехала. Вы не подскажете, как пройти вот сюда? - а развернула схему и указала нужное мне здание.

    Она прищурилась, склонив голову к плечу:

   — Некрос? – На мой непонимающий взгляд пояснила, что так называют всех некромантов здесь. - Пойдем, покажу дорогу. Мне в ту же сторону. Заодно расскажу, что тут к чему.

    Она подхватила меня под руку, увлекая за собой.

    — Меня зовут Сара. - открытая теплая улыбка преобразила лицо девушки, превратив ее в красавицу.

   — Э-э... - я не успела сказать ни слова, оторопев от напора девушки. – Марита... Стой, мои вещи... - я вырвала руку и вприпрыжку вернулась за саквояжем.

   — А чего ты его несешь? – спросила она, гладя на мою скособоченную фигуру.

   Я поморщилась — признаваться в собственной слабости не хотела, но рано или поздно правда вылезет наружу. Лучше сама скажу:

   — Не могу. Стихии — не моё. А что? Так заметно? Ну, что я темная. - я пнула камешек, наблюдая за его полетом.

   — Я вижу. Ведьминский факультет. Я и рада бы многое не видеть, но от себя не убежишь, - пожала она плечами. - Да расслабься ты, просто в этом корпусе одни некросы...

   Я слушала щебетание Сары, и на душе становилось легче. Может, все будет не так уж плохо? В конце концов, я уже не одна. У меня уже есть целых двое знакомых!

   Оказалось, что Сара учится курсом старше. Или двумя — я не запомнила.

   Она рассказала, что есть комендантский час и выходить из корпуса после него строжайше запрещено, да на то и запрет, что его нарушают. И посоветовала на ночь запирать окно:

   —Мальчики «ходят» через окно «в гости» к девочкам.

    Я не совсем поняла, что она имеет в виду, но решила не уточнять. Потом узнаю...

   —Администрация за этим строго следит, и даже ввела дополнительные нагрузки, чтоб у адептов «дымились» не штаны, а мозги, и после занятий, кроме как об отдыхе, ни о чем думать уже не могли. Да только это мало помогает, - со смешком уточнила она. - Вот твой корпус. Давай, доведу до этажа.

   За спиной хлопнула тяжелые двери здания, и одновременно с этим хлопком до меня дошло, о чем толковала Сара... Мне стало так жарко! Даже уши горели!

   О! Божечки! Мой!

   Сара расхохоталась, глядя на меня:

   — Разберешься! Слышала, тебя к Ладибрио приставили.

   — А ты откуда знаешь? - я едва не упала, споткнувшись на ступеньке от неожиданности.

   — Да уже все в курсе, что ты големов разнесла, а он тебя привел к ректору. «Каждый порядочный адепт должен докладывать о вопиющем нарушении правил», - очень похоже изобразила голос ректора Сара и снова рассмеялась.

   Внутри что-то екнуло и я задумалась о завтрашнем дне.

   — Не дрейфь! — подбодрила она. — Он, конечно, та еще заноза, но дело свое знает. Глядишь, и научит чему полезному. Если раньше не убьет, конечно, — хихикнула она.
       — Спасибо, утешила, — проворчала я.
   — Да ладно тебе! Прорвемся! — она остановилась у двери с номером триста семнадцать. — Вот твоя комната. Располагайся. А вечером загляну, расскажу последние сплетни.
      Я открыла дверь и огляделась. Небольшая, но светлая и уютная комната с окном в сад. Кровать, шкаф, стол, книжные полки... Вполне сносно, хоть и тесновато. Особенно порадовало наличие ванной комнаты. Тесно, но все равно хорошо!

     Осталось только узнать, где постирать испорченные вещи.
    В углу, рядом со столом, уже стоял мой чемодан. Я начала раскладывать одежду, попутно размышляя о превратностях судьбы. Еще утром я была не уверена, что моя затея выгорит. А теперь я — адептка!

    Пусть нас всего три человека, но это же не один, верно?

   Внутри кольнуло сожалением — с мамой я так и не попрощалась. Если бы не бабуля, я бы и сбежать не смогла. Надеюсь, папа не пойдет к ней скандалить.

   Вспомнила презрительный взгляд серых глаз. Эштон... Симпатичный! Но от такого заносчивого типа лучше держаться подальше.

   Осталось не пересекаться с ним. Ну... Это будет легко. Я маленькая, незаметная, и почти некромант.

   Только вот я не предполагала, что наша встреча с напыщенным боевиком случиться так быстро.

   Заболтавшись с Сарой до позднего вечера я со спокойной душой легла спать.

   Я всегда была ранней пташкой и подскакивала в первыми лучами солнца. А тут....

   Впервые в жизни меня разбудил громкий стук в дверь. С трудом продрала глаза и посмотрела на маленькие часики — бабулин подарок.

   Демоны!

   Я проспала!

Мне снился дождь. Частые тяжелые капли барабанили по крыше, по стенам. Вдалеке раздался раскатистый гром. Кто-то звал меня, но голос доносился издалека.

– Кэламтис!

Я с трудом разлепила глаза и не сразу сообразила, где нахожусь Незнакомая комната, узкая кровать... Академия Лавиморт!
Дверь сотряслась от нетерпеливого стука

– Кэламтис! Немедленно открой дверь! – раздался раздраженный мужской голос. Дверь пнули.
Я вскочила с кровати, запуталась в складках ночной сорочки и, с грохотом рухнула, на пол.

Демоны!

Эштон Ладибрио! Что ему понадобилось в такую рань?!
В панике метнулась к двери, потирая ушибленное колено.

А-а-а! Я не одета! Где же оно?! Схватила первое, что попало под руку.
– Одну минуту! – крикнула я, лихорадочно обматываясь покрывалом.
– У тебя было достаточно времени выспаться. Открывай, иначе я выломаю дверь!
Подскочила к двери и распахнула ее. На пороге стоял боевик – высокий, статный, в безупречно сидящей форме. С отвратительно идеально уложенными темными волосами. Серые глаза смотрели с плохо скрываемым раздражением.

– Ты проспала встречу с комиссией, – процедил он сквозь зубы. – И теперь я вынужден тратить свое драгоценное время, чтобы доставить тебя туда.
– Какую встречу? – растерянно спросила, пытаясь пригладить растрепанные волосы. – Ты сказал про занятия...

– Проверка магических способностей и установка ограничителей. Все первокурсники-некроманты должны были явиться к восьми утра.
– Но мне никто не говорил...
– Разумеется, – ядовито фыркнул Эштон. – Ты же была слишком занята, чтобы зайти в деканат. Пойдем, нас ждут. А из-за тебя опаздываю уже я.

– Прошу прощения... – пробормотала я, чувствуя, как начинают гореть уши. – Я сейчас, быстро...

– У тебя ровно пять минут на сборы, – отрезал он. – И да, форму ты получишь после распределения. Надеюсь, у тебя есть что-то... приличное.

Метнула взгляд на свое единственное «приличное» платье, висевшее на спинке стула. Темно-синее, немного потертое на локтях, но все еще вполне достойное. По крайней мере, я на это надеялась.
Ровно через пять минут я выскочила в коридор, на ходу застегивая последние пуговицы. Эштон окинул меня нечитаемым взглядом, но воздержался от комментариев.
– Следуйте за мной, адептка. И постарайтесь не отставать.

Он развернулся и зашагал по коридору. Мне пришлось почти бежать, чтобы поспеть за его широким шагом.
– Я вообще не понимаю, почему ты так враждебно настроен. Я тебе что-то сделала?
– Ты некромантка, – бросил он через плечо. – Этого достаточно.
– И что с того? Это такой же дар, как любой другой.
Эштон резко остановился и развернулся ко мне. Его глаза яростно сверкнули.
– Такой же? – процедил он. – Может, расскажешь это десяткам жертв нежити?!
Я отшатнулась, прижав пальцы к губам. Неконтролируемый выброс «дикой» силы привлекает умертвий. К сожалению. Поэтому многих некромантов запечатывают, если их не разорвет раньше

Увы, некроманты не всегда могут сдержать нежить. А эти твари опасны- любая нанесенная ими рана приводит или к мучительной смерти, или к магической коме. Говорят, раньше некроманты были сильнее... Сейчас все, что им подвластно легкий контроль умертвий. Да, еще призраки...

Брр... Меня хоть эта беда миновала.
– Я .. Я не выбирала этот дар.
– Именно поэтому вам нужны ограничители, – отрезал Эштон. – Чтобы защитить нормальных людей от таких, как ты.
Внутри закипело от возмущения, но я прикусила язык. Я понимала – спорить бесполезно. Предубеждение против некромантов въелось в общество слишком глубоко.

Мы молча пересекли двор и подошли к отдельно стоящему одноэтажному зданию

Там мы прошли просторный холл, с установленными вдоль стен стульями,

Наконец мы остановились перед массивной дубовой дверью. Эштон постучал и, дождавшись разрешения, открыл ее передо мной. Мы вошли в просторный зал, где уже собралась комиссия – ректор Патчис и несколько других, пока незнакомых мне преподавателей.
– А, адептка Кэламтис – недовольно протянул ректор. – Как любезно с вашей стороны все-таки присоединиться к нам.
Мне словно кипятком в лицо плеснули:
– Прошу прощения за опоздание, – пробормотала , не решаясь поднять взгляд. Мне было безумно стыдно — я и правда вчера заболталась с Сарой и так рада была тому, что меня приняли... Но в расписании о проверке ничего не говорилось!

– Адепт Ладибрио, – кивнул ректор. – Благодарю. Можете быть свободны.

Я заметила, как Эштон сжал челюсти, но он лишь коротко поклонился и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.
– Приступим, – сухо сказал незнакомый мужчина. Высокий, с впалыми щеками, на нем был костюм в нашивкой, значение которой я не знала. – Встаньте в центр круга.
Я повиновалась. На полу был начертан сложный магический узор, который едва заметно светился. Члены комиссии окружили меня, держа в руках какие-то артефакты.
– Сейчас мы проверим уровень вашего дара и его специфику, – пояснил ректор. – Постарайтесь расслабиться и не сопротивляться.

    Только сейчас я заметила еще двух человек – парней, сидевших у стены. Видимо, такие же первокурсники, как и я. Мы обменялись косыми взглядами и я сосредоточилась на нетерпеливо постукивающим носком туфли ректоре.
    Следующий час стал одним из самых унизительных в моей жизни. Меня заставляли выполнять простейшие заклинания, словно я была неразумным ребенком. Проверяли реакцию на различные артефакты, брали каплю крови для какого-то ритуала. Я чувствовала себя подопытным кроликом.

    Почему то для меня оказалось до слез обидно проходить проверку под мрачными взглядами других адептов... Неужели нельзя было наедине?!

   Успокаивала себя тем, что на занятиях проще не будет. Там тоже отвечаешь при всех.
    – Любопытно, – пробормотал мужчина, сидевший особняком. Он внимательно изучал мои результаты. – Даже очень.
    – Что именно? – не выдержала я. Я устала стоять и томиться в неведении. Ведь они ничего не говорили! Только приглушенно шептались, так, что ничего нельзя было разобрать, и писали, писали, писали..
    – У вас довольно сильный дар, адептка Кэламтис, – ответил Патчис. – Но он... нестабилен из-за смешения со стихийными силами. Такое соотношение я встречал очень давно у... – он озадаченно потер пальцами лоб и нахмурился, - Не могу вспомнить, запамятовал. Ну, да это и не важно. Вам потребуются ограничители.

   Я похолодела и прикусила губу. Ужас! Ограничители – это специальные браслеты, которые надевают на особо опасных магов. Или на тех, кто не может контролировать свою силу. Слова Эштона я всерьез не восприняла — ну не понравилась я ему, такое бывает. Захотел уколоть и что? Мне он тоже не очень то симпатичен. А ректор подтвердил мои худшие предположения: придется позориться.

   Ну же, скажите, может я не одна такая здесь?!
   – Это стандартная процедура, не расстраивайтесь. – успокаивающе произнес господин «впалые щеки», доставая из шкатулки два серебряных браслета. – Ничего постыдного. Посмотрим вас через пару месяцев занятий, и, вполне вероятно, они уже будут не нужны.

   Он сдвинул на кончик носа очки, которые нацепил, когда делал записи в толстый журнал, оценил мой расстроенный вид и мягко сказал:

   – Это для вашей же безопасности, Марита.. Стихийная магия плохо уживается с некромантией. Подойдите, пожалуйста.
   Браслеты защелкнулись на моих запястьях. Они оказались холодными и неожиданно тяжелыми.
   – Теперь о распределении, – продолжил Патчис. – В этом году у нас всего пять первокурсников-некромантов, включая вас троих.
   – Пять? – выдохнула я. – Всего пять?
  – Дар некромантии редок, – пожал плечами «впалые щеки». – И не все решаются его развивать.
   Некромантия считалась недостойным занятием для «благородных» магов. Многие предпочитали подавить этот дар, чем стать изгоем в обществе. Но, когда появлялась нежить, почему-то спешили именно к некромантам, а не тем же боевикам.

   Разорвать на кусочки, спалить — много ума не надо. Тут решает скорость реакции, а некроманты могут успокоить, сделать умертвия «сонными», если так можно сказать. Это они сразу после «пробуждения» неповоротливые, а вот когда уже «походили»... Вполне себе «живчики».

   К счастью, «вставали» они редко.
   Ограничителями «одарили» меня одну, После распределения нас отпустили. Я хотела познакомиться с будущими одногруппниками, но они, даже не удостоили меня внимания и сразу ушли к кастеляну. Ну и ладно, не больно то и хотелось!

   Я увязалась за ними следом и получила, наконец, новенькую форму.

   О, форма была прекрасна! Черная в красную клетку юбка струилась по ногам, черная же блузка сидела идеально, а на плече красовалась эмблема-значок факультета некромантии - серебряный ворон.

    Симпатично! Выглядит даже лучше, чем мое старое платье.

    Запасной комплект формы уже лежал в шкафу, и впервые за долгое время я, к своему стыду, чувствовала себя... прилично одетой.

    Сверилась с расписанием, подхватила тетрали и поспешила на первые занятия. Сегодня только вводные, потому я со спокойной совестью и сидела вчера допоздна с Сарой. Это все Эштон! Демоны его задери! Чтоб ему икалось всю ночь! Перепугал меня утром, почем зря!

   В большой лекционной аудитории собрались первокурсники всех факультетов. Кожаные куртки боевиков, зеленая форма - целителей, синие - стихийников, коричневые - зельеваров. Нас, некромантов, в черном, как и сказал Патчис, было всего пятеро. Я покосилась на свой значок. И правда — вороны...
   – Адепты! - голос ректора Патчиса разнесся по залу. - Добро пожаловать в Академию Лавиморт. Первое и главное правило - безопасность. Второе - дисциплина...
Нас просветили, что часть практических и теоретических занятий мы будем посещать вместе с другими факультетами.
Я слушала вполуха, украдкой разглядывая других адептов, пока не услышала:

   – ...Совместные занятия боевой и физической подготовки для факультетов некромантии и боевой магии...
    Что?! Я едва не подскочила на месте. Краем глаза заметила, как несколько боевиков демонстративно поморщились.
Похоже, будет «веселее», чем я ожидала.

    После лекции я поспешила в столовую. Желудок предательски урчал - я не ела со вчерашнего дня, только то, чем угостила Сара, завтрак пропустила, а на питание поставили только сегодня...

    В коридоре я столкнулась с группой старшекурсников, гоготавших возле дверей в аудиторию, и постаралась их обойти, помня предупреждения. Мне неприятности не нужны...

    – Эй, некромантка! – крикнул один из них. – Как там в склепе спалось?
   – О, свежее мяско подъехало! – сзади глумливо заржали.

    Я ускорила шаг, но трое парней в кожаной форме преградили путь.
   – Эй, некромантка! - насмешливый голос заставил замереть. – Показывай свои браслетики. Говорят, ты у нас особенная - единственная, кто их носит.

    Я инстинктивно одернула рукава новенькой блузки, пытаясь скрыть тускло поблескивающие серебряные браслеты. Эти «украшения», из уже нагретого телом металла, казались чужеродными, неправильными. Словно клеймо позора...

   – А может, проверим, насколько хорошо они работают? - круглолицый, в кривым носом, боевик создал огненный шар и перебросил с одной руки в другую.
    – Только если хочешь проверить, насколько хорошо работает твоя голова после встречи с моим сглазом, - звонкий голос заставил нас всех обернуться.
    Я облегченно выдохнула. Сара! Она, в коричневой форме зельевара, стояла, уперев руки в бока. Ее рыжие волосы словно пылали в ярком свете солнечных лучей, падающих сквозь окно.

   – О, малышка Сара решила заступиться за темную? - лениво усмехнулся невысокий коренастый парень.

   – Малышка Сара может сварить такое зелье, Тед, что ты неделю будешь пускать слюни, вместо подготовки к экзаменам, - она подмигнула парню и тот отступил на шаг. – И поверь, дорогуша, противоядия у меня нет. Разлила. – она развела руками в стороны и, с честными глазами, заверила, - Совершенно случайно!
Боевики переглянулись и, нехотя, расступились.

   – Ладно, ворона.

    – Еще увидимся...

    Почему-то я не сомневалась, что «вороной» назвали меня.

    Сара взяла меня под руку:

    – Пойдем. Эти петухи не стоят нашего времени.
  – Спасибо, - прошептала я, когда мы уже отошли. – Я не знала, что только я ношу ограничители...
   – Я не стала вчера говорить, чтобы тебя не расстраивать. Твой дар сильнее, чем у большинства, - Сара понизила голос. – Поверь, это не недостаток, а преимущество. Просто некоторым нужно время, чтобы это понять...

   Хотелось бы и мне в это верить.

   В шумной многолюдной столовой я наскоро пообедала сытной кашей с компотом и поспешила в библиотеку. Там получила выданные учебники (чтобы принести все книги, пришлось сбегать в библиотеку два раза — за один все унести не смогла), и припустила в свою комнату. На вводном занятии, которое для первокурсников оказалось сегодня единственным, нам выдали на самостоятельное изучение несколько тем к завтрашнему дню.

   Хочу прийти подготовленной, мне оплошностей больше допускать нельзя!

   Я была так рада, что избежала участи стать женой Фердеса, что даже не удосужилась узнать о проверке, а ведь ректор сразу, сказал еще в кабинете!

   Я прекрасно понимала, что нянчить меня никто не будет и я могу отсюда вылететь за неуспеваемость или любое нарушение дисциплины: с каждого из адептов, как с будущих магов высшей категории, очень большой спрос. Это за аристократов платят родители, они могут себе позволить вольности.

   Первый год обучения всем оплачивает империя, и, в дальнейшем, если хочу учиться на бюджетной основе, я должна сдать все экзамены на высший балл. Как сказала Сара — прорвемся. Выбор у меня небольшой. Слава Богам, в теории я подкована, с этим проблем у меня никогда не было, в отличие от стихий. И я очень надеялась, что мне помогут подобрать индивидуальные программы, пусть и придется платить за это бессонными ночами.

    Но лучше так, чем попасть в лапы старого мерзавца, которому решил меня сбагрить отец.

   Дальнейшее обучение в Лавиморте было бесплатно только в одном случае — если адепт учился на высший бал по всем предметам. Будет три таких адепта, или десяток- не важно. На выходе империя получает первоклассных специалистов, которые должны будут отработать по контракту. Пять лет — для целителей, семь — некроманты и остальные. Кому то это кажется ужасным, но для меня это уверенность в своем будущем. Это аристократы могут не напрягаться, за них уже все оплачено, вся жизнь распланирована.

    В Лавиморте давали прекрасное образование, именно поэтому мы с бабулей остановились на нем. К тому же, это старейшая академия в империи и единственная, которая принимает студентов независимо от происхождения. И... Здесь самый высокий процент выживаемости среди некромантов, а их... нас, и так мало.

    Осталась сущая малость: продержаться четыре года. Я не целитель, которые учатся долгих шесть лет. Мне еще повезло, что некромантов принимают без экзаменов, требуется лишь подтверждение темного дара. Слабое, но, все же. преимущество.

    Я подхватила увесистые томики учебников и устроилась на широком подоконнике в своей комнате. Вгрызлась в сухие строчки формул и теоретических выкладок. Большая часть из прочитанного мне знакома, хоть в чем-то повезло.

    Временами делала пометки в тетради, наблюдая, как потянулись первые студенты после занятий. Мысли, то и дело, крутились вокруг вчерашнего разговора с Сарой и утреннего собрания.
    Система баллов в академии Лавиморт оказалась сложнее, чем я предполагала. Каждому первокурснику давали сто баллов лояльности – своеобразный кредит доверия.

    Вчера Сара, пока я с аппетитом уплетала пирожки с вареньем и мясом, которые она притащила ко мне в комнату, подробно объяснила, как это работает.
    Сегодня на вводном занятии декан подтвердил её слова. За опоздания снимают пять баллов, за пропуск занятия без уважительной причины – десять. Неуважение к преподавателям может стоить двадцати баллов, а нарушение правил, особенно тех, что касаются безопасности – все пятьдесят.

   Я содрогнулась — мое эпичное появление скорее всего уже слизало половину «кредита». Надо будет потом узнать...

    Темноволосая, в новенькой форме стихийника, девушка с первого ряда недовольным тоном спросила ректора:
    – А что насчет аристократов? Мы же платим за обучение...

   «Впалые щеки», который оказался деканом факультета целителей — лорд Дришвин, усмехнулся:

    – Деньги не позволяют купить право нарушать правила, адептка Трошман. Система баллов едина для всех. При нуле – отчисление, независимо от происхождения и состояния кошелька ваших родителей. В Лавиморте не терпят... небрежности.

   Правда, восстановить потерянные баллы оказалось непросто. Нам перечислили основные способы: участие в общественной жизни академии (плюс пять баллов за организацию мероприятия), помощь преподавателям с исследованиями (от десяти до двадцати баллов), победы в соревнованиях (тридцать баллов за первое место).
   Есть еще специальные задания. Но их дают редко и только тем, кто действительно хочет исправиться. Приятно было узнать, что бюджетники могут рассчитывать на стипендию при высших баллах и это меня обнадежило. Средств, что дала бабуля, очень мало, хватит только на мелочи. Если не вытяну....

   Придется искать подработку. Даже не представляю, где и какую. Ведь в учебное время выходить за пределы территории академии запрещено, да еще комендантский час...

   Невольно поежилась — боюсь, что я, при всем своем усердии, схлопочу в первый же день минус полтинник. И с треском вылечу.

    Покосилась на ограничители — вся надежда на них. Ладно бы у меня просто не получалось какое-то заклинание, они у меня просто выходили из под контроля в самый неподходящий момент.

    Дома я с трудом смирилась с клеймом «никчемной пустышки» и тем, что буду должна подчиняться либо отцу, либо мужу, но потом.... Наверное я — ненормальная.

    От радости, что у меня проснулся темный дар, я едва ли не плакала.

   Я вздохнула, вспоминая события, которые привели меня сюда. Полгода назад я даже не подозревала о своем скрытом «наследии».

   Все началось с той злополучной птицы...
   Я гуляла в саду нашего поместья – вернее, того, что от него осталось после смерти матери и финансовых проблем отца. Весна только начиналась, деревья стояли голые, и я легко заметила маленькое тельце под старой яблоней.
   Воробей – совсем крошечный, еще с желтым окрасом на клювике. Видимо, только научился летать. Сердце екнуло от жалости и я присела рядом. Всегда тяжело видеть смерть, даже если это просто птица...
   Не знаю, что заставило меня протянуть руку и коснуться холодных перышек. Но в тот момент лютый холод поднялся изнутри. Словно ледяная волна прокатилась по венам и в глазах потемнело. Когда я проморгалась и зрение обрело четкость, воробей сидел на земле, рассматривая меня поочередно то одним глазом, то другим, поворачивая головку набок. А потом он... взлетел.
   Я застыла, не веря своим глазам. Птица описала круг над моей головой и уселась на ближайшую ветку. Ничто в ней не вызывало подозрений: лишь в глазах на свету играли зеленые блики.
   Следующие две недели были ужасны.

   Куда бы я ни пошла, воробей следовал за мной! Он молча сидел на подоконнике, когда я занималась, порхал над головой во время прогулок, а однажды даже пробрался в нашу столовую и устроил переполох: он не удержался на качающейся люстре и спикировал прямо в суп гостившей у нас тетушки.

   Я сидела, боясь поднять взгляд. Это — скандал!..

    Вот вроде все понимаешь, а признать... Сложно.

   Страшно было уже потом...

    Бабушка первая заметила неладное.

    Она в тот же вечер пришла ко мне в комнату и не «с пустыми руками».

    Обычно спокойная леди Китнис металась по моей спальне, глядя на меня с подозрением. В свои восемьдесят лет она выглядела отлично: стройная, гордая, с голубыми глазами, которые, казалось, видели тебя насквозь.

   Она проявила недюжинную дотошность и засыпала меня кучей вопросов.

   В конце концов я выложила ей все, как есть. И разрыдалась.

   Бабушка прижала меня к себе, погладила по голове, как маленькую, и шепнула:

    – У тебя дар некроманта, девочка моя...

   Она вложила в мои судорожно сжатые пальцы простенькое украшение, которое передавалось в семье каждое поколение, утешающе похлопала по руке и грустно улыбнулась:

   – В моём роду все носители темного дара, милая. Просто мы научились это скрывать. Последний некромант родился целых три поколения назад – твой прапрадед. Именно он создал этот медальон, а потом передал своему сыну. С тех пор сила спала, проявлялись лишь слабые магические способности или вообще никак. Мы держали это в тайне. – Она нервно коснулась седых волос, уложенных в неизменный аккуратный пучок, поправила кружевной манжет на рукаве.

   В те времена некромантов преследовали и обвиняли во всех бедах, контроль над умертвиями обрели намного позже. Наша семья решила, что безопаснее забыть о своем наследии. Но кровь — не водица.

   Я замерла, не в силах поверить услышанному. Всю жизнь думала, что знаю о своей семье всё, а тут вдруг такое!

   Я с круглыми глазами узнала, что мама всю жизнь прожила в страхе перед внутренней канцелярией. Хоть она и была обычным стихийным магом, носила медальон, чтобы «на всякий случай». Она отказалась передать его мне, потому что у меня не было признаков темного дара.

   В груди больно ужалила обида. Мне не доверяли! А если бы дар не проснулся, я бы вообще не узнала?!

   Бабуля не хотела ругаться с мамой, которая таяла с каждым днем.

   – Мы все думали, что дар некромантии в нашей линии угас навсегда, – продолжила бабушка, поглаживая медальон в моих руках. – Твоя мать, я, твоя прабабка – все мы лишь носители мертвой магии, с небольшими стихийными способностями. Я не ожидала, что дар проснется в полную силу именно в тебе.

   Медальон оказался с секретом. Именно он следующие полгода меня спасал от спонтанных всплесков.

   Теперь стало понятно почему способность к стихийной магии была слаба.

   Темным магам редко подчиняются другие стихии – силы конфликтуют. Некромантия сильнее, и чтобы усилить стихийную магию, используют усилители. Но большинство предпочитают запечатать такой дар, чтобы не навлечь беду.

   Я скрывала свой дар как могла. Избегала похорон и больниц, старалась не подходить к больным животным. Однажды наша кошка принесла полуживую мышь, и я, испугавшись, с придушенным писком, бросилась бежать. Отец посмеялся: «Типичная женщина, что с тебя взять.»

   Но полностью скрыть дар невозможно
    Воробья удалось упокоить только с помощью специального ритуала, который тайно, когда уехал отец, провела приглашенная бабушкой знахарка. А еще через неделю мы с бабулей оправили письмо в академию Лавиморт...

    Ответа с замиранием сердца я ждала все лето.
    Вынырнула из воспоминаний — на улице уже смеркалось. Я и не заметила, что время ужина почти закончилось. Поспешила в столовую и оказалась там самой последней. Прихватила на ночь несколько пирожков и поспешила обратно

   В комнате я снова сверилась с расписанием.

   Первым занятием на завтра стояла физподготовка, и от этого холодело в животе. Я никогда не отличалась атлетическим телосложением, а последний год и вовсе провела за книгами. Готовилась к поступлению.

   Отец решил, что если из меня не вышел стихийник, то на службу мелким клерком сгожусь. Институт для «пустышек» для его дочери — в самый раз.

   Сара говорила, что физподготовка – один из важнейших предметов для некромантов.

   – Пока проводишь ритуал, ты уязвима, твою безопасность обеспечивают боевики. – объясняла она. – А если окажешься одна - нужно уметь защищаться. И поверь — лучше бега еще ничего не придумали...

   Я приготовила сумку к занятиям и рухнула в кровать. Уже на грани сна я подпрыгнула — окно! Но постель... такая теплая, мягкая, что я решила - вряд ли найдется сумасшедший лезть ко мне — все-таки я «некрос», кому я нужна? К тому же- второй этаж. И спокойно уплыла в объятия сонных духов.

   Утром привычно подскочила с первыми лучами и достала тренировочную форму – широкие черные штаны с завязками на щиколотках и серую тунику с эмблемой академии. Ткань была зачарована, чтобы не стеснять движений и отводить влагу. Дорогая вещь, но необходимая. Это - единственное, за что в академии пришлось заплатить. Включая тетради и пишущие перья.
   Страх перед первым занятием грыз изнутри. Что, если я окажусь самой слабой? Минус-баллы за неуспеваемость я точно не могу себе позволить.

    В дверь постучали – Сара. Она жила в корпусе, находящимся по соседству.
     – Готова к первому испытанию?– улыбнулась она, усаживаясь на мою кровать.
     – Если честно, нет, – я заплела волосы в тугую косу. – Боюсь опозориться.
   – Все через это проходят, – она пожала плечами. – К тому же, у некромантов своя  программа. Никто не ожидает от вас акробатических трюков.
   – Но базовую защиту мы должны освоить, – я проверила, хорошо ли затянут пояс туники. – А я даже не знаю, с какой стороны к этому подступиться.
   – На завтрак пойдешь?

  – Не-а. Там сейчас народу полно, а портить с утра настроение не хочу, - я кивнула на сверток со вчерашними пирожками и предложила Саре угоститься.

  Она быстро сбегала за чаем — на каждом этаже была крохотная кухонька с самонагревающимися артефактами для нужд студентов. Мы быстро перекусили и засобирались на выход.
   Сара протянула мне флягу с водой:

  – Говорят, в этом году физподготовку у некромантов будет помогать вести кто-то из старшекурсников-боевиков. Кто-то знатно проштрафился и пытается набрать баллы.
   – Прекрасно, – я закатила глаза. – Только высокомерного аристократа мне не хватало.
   – Зато будет стимул стараться, – подмигнула она. – Вчера у нас занятия были по соседству и я оказалась рядом, а придурков везде хватает. Как ты будешь с ними справляться?

   Я хохотнула:
   – Сбегать? Знаешь, – я закинула тяжелую сумку на плечо, – мне кажется, что система баллов – не так уж плохо. По крайней мере, здесь все честно. Твои успехи и провалы измеряются не золотом в кошельке.
   – Ну, главное – не опускать руки.
   Мы вышли в пустой коридор, где наши голоса отдавались гулким эхом.
   Сара потянула меня за рукав:

    – Опаздывать на первое занятие точно не стоит. Минус пять баллов – не лучший способ начать семестр.

    Мы распрощались на усыпанной желтеющими листьями аллее и разошлись в стороны.

  Спортивный зал находился на первом этаже в отдельном корпусе. Там, в ожидании преподавателя, уже толпились первокурсники, сбившиеся в кучки. Нас, в темных формах, всего пятеро. 

   Мои сокурсники молча стояли отдельной группкой, не реагируя на смешки в их адрес. Я, так же не обращая внимания на задир, закинула в раздевалке сумку в шкафчик и попыталась сделать небольшую растяжку.

   Низкий, крепко сбитый мужчина с залысинами и в форме с эмблемой академии, зашел в зал и встал в центре и, неожиданно высоким голосом. призвал нас выстроиться в шеренгу.:

   – Доброе утро, адепты. Меня зовут Дорг Прайт. Я буду вести занятия по физподготовке, боевой магии и единоборствам в течение всего вашего обучения. Сегодня я пришел к вам не один.. Мне будет помогать лучший студент-боевик старшего курса.

   По нашему строю разнеслись восхищенные женские вздохи, а я...

  Мой взгляд прикипел к широкоплечей высокой фигуре, и серым глазам, буравившим меня.

   Я едва не застонала.

   Ну конечно!

   И почему я такая везучая?!

    Эштон стоял, эффектно привалившись плечом к дверному косяку и скрестив руки на груди. Темная ткань натянулась на широких плечах, а короткие рукава форменной рубашки красиво подчеркнули бицепсы.

   Он смотрел на меня так, словно я была особо мерзким видом нежити.

   День становился все лучше и лучше...

    Моя бровь удивленно взлетела: такой правильный, лучший адепт своего курса и тут? Интересно, а в чем он провинился? Тут же одернула себя — это не мое дело.

   Я  приехала учиться, вот и буду...
   – Итак, – продолжил магистр Прайт, – сегодня проверим вашу физическую форму. Начнем с простого – пробежка по залу. Хотя... - он задумчиво потер мочку уха и продолжил, - Нет. Погода хорошая, так что, все на улицу.!
   – Десять кругов, по стадиону! Живо! – скомандовал преподаватель. – Эштон, проследи за отстающими.
   Мы нестройной гурьбою высыпали на улицу. Девочки, проходя мимо посторонившегося в проходе Эштона, усиленно покачивали бедрами, строили ему глазки и томно вздыхали.

   Я недовольно скривилась — парень и парень. Чего такого то?! Хотя у самой, когда подошла моя очередь, сердечко предательски участило свой бег. Тьфу ты! Зараза! Я просто не хочу с ним связываться.

   Вздернула подбородок и, выходя из зала самая последняя, промаршировала мимо Эштона, чеканя шаг, как заправский гвардеец с идеально прямой спиной.

   На улице я сделала жадный вдох и зажмурилась — даже не заметила, как задержала дыхание.

   Осеннее солнце на ясном небе ласково грело, прохладный утренний ветерок гонял пожелтевшие листья.

   После короткой разминки мы, нестройной группой, трусцой побежали по мягкой гравийной дорожке.

   Я решила держаться в середине бегущих, экономя силы. Краем глаза заметила, как Эштон лениво прохаживается вдоль стадиона, изредка покрикивая на самых медленных. Магистр Прайт устроился за конторкой под легким навесом и заполнял журнал, не обращая на нас никакого внимания.

   Мысленно возблагодарила богов за то, что бабуля гоняла меня каждый день к завтраку за пирожными. И чтоб они были непременно свежие! И да, только из рук любимой внучки, другие она есть не будет!

   Иной раз я с трудом терпела ее капризы, потому что времени она давала мне на это очень мало. Не ахти какая тренировка и единственное, что хоть как-то разнообразило мою жизнь, вырывая из книжных объятий, но бег в гору в кондитерскую ради того, чтобы бабуля написала письмо в академию, того стоил! Она же мне ответ отдала в распечатанном конверте, до последнего заставляя меня переживать!

   По крайней мере, здесь я не опозорюсь.

   – Некромантка, – вкрадчивый голос прозвучал неожиданно близко, – не филонь. Я же вижу, что можешь быстрее.
   Я стиснула зубы. Да чего э тоЭштон ко мне привязался?!
   – Благодарю за заботу, – процедила я, стараясь не сорвать дыхание, – но я как-нибудь сама разберусь со своим темпом.
   – Неужели? – Эштон насмешливо фыркнул. – Извини, но теперь это моя «забота». Ты же помнишь о «просьбе» ректора?
   – Я не просила меня опекать!
   – А меня не спрашивали, – он пожал плечами и пристроился рядом, легко поймав мой шаг.

   – Помнится, ты сам сказал, что в няньки не нанимался, - раздраженно выдохнула я. Говорить на бегу — плохая идея.

   – Ускоряйся, Марита. Или тебе помочь?
    В его ладони замерцал огненный шарик. Я задохнулась от возмущения:
    – Ты не посмеешь!
   – Проверим? – он расплылся в наглой ухмылке.
   Шарик полыхнул и превратился в едва заметную плеть и... Меня довольно чувствительно огрело по пятой точке!

    Не столько больно, сколько обидно!

    Я сбилась с шага и завертела головой: никто, никто даже не заметил!

    Гадство!
    Пришлось прибавить скорость. Проклятый боевик! Через пару кругов я уже тяжело дышала, но упрямо держалась впереди.

    Только не показывать слабость!
    – Молодец, – неожиданно произнес Эштон. Снова пристроился рядом. – А теперь держи этот темп до конца.
    Я едва не споткнулась от удивления. Это что? Похвала?!

    – Держись от меня подальше. - я стиснула зубы и вырвалась вперед, оставляя Эштона позади.
    Через пару минут со мной поравнялась светловолосая девушка:

    – Даже не смотри в его сторону. Он будет мой. - она прошипела ядовитой змеей, даже не сбив дыхание.

   – Больно надо...

   – Я предупредила. Таким как ты — место на задворках.

    Девушка, имени которой я даже не знала, припустила вперед, мотнув на прощание волосами, стянутыми в высокий конский хвост, а я запнулась и с трудом удержала равновесие от выставленной чье-то подножки. Две адептки — рыжеволосая и брюнетка, - обогнали меня и пристроились след в след этой белобрысой и оглянулись, довольно оскалившись. Одна из них, рыжая с круглым лицом, провела ладонью по горлу и подмигнула.

    Я скривилась: фи, классика. Местная аристократка решила обозначить территорию? И почему я не удивлена? Видимо положение ее семьи достаточно высокое, раз она уже успела обзавестись подпевалами. Скорее всего у них и собственного мнения-то нет. Надо держаться от них подальше.

    Ввязываться в разборки в мои планы не входит.

    После пробежки последовала растяжка. Я старательно выполняла упражнения, игнорируя пристальный взгляд серых глаз. Но, когда очередь дошла до наклонов, я не выдержала:

    – Может, хватит пялиться? - несносный боевик прохаживался за нашими спинами и, как назло, остановился за моей. Очень, знаете ли, неприятно чувствовать прожигающий взгляд между... «лопаток».
    – Слежу за правильностью выполнения, – невозмутимо ответил он. – Спина прямая, колени не сгибать.
    – А мне кажется, ты просто отрабатываешь повинность! – я резко выпрямилась.
    Его взгляд похолодел:
    – Не льсти себе, некромантка. Я действительно слежу за техникой. Никому не нужно, чтобы вы раньше времени загремели в лазарет.
    – Вот и смотри за другими! – я почувствовала, как внутри поднимается злость.

    – Все, что нужно я вижу и здесь. Кстати, прекрасный... «обзор».

    – Ты на что намекаешь? - я скрипнула зубами и пальцы сами сжались в кулак.
    – Умение держать себя в руках нужно в любой ситуации, а у тебя, похоже, с этим проблемы. – он приподнял бровь и между его пальцев снова мелькнул и погас огненный шарик. - Хочешь, еще раз помогу?
    Я дернулась, инстинктивно оглядываясь, и тут же услышала его тихий смех.
    – Нервная какая...
    – Придурок, – процедила я.
    – Минус балл, адептка, – раздался голос магистра Прайта. – За неуважение к старшим.
    – А за провление повышенного внимания к адептам минус балл тоже есть?

    – Минус пять, адептка. За пререкание.

    Аррх! Подавила бессильный рык и демонстративно повернулась спиной в Ладибрио. Буду игнорировать его! Придурок!
    Новая форма подкачала. За что только деньги содрали?! На ткани проступили некрасивые мокрые пятна. А я к концу занятия была мокрая, злая и уставшая. А ведь это только начало! Впереди еще целый год таких тренировок. Под надзором этого... этого...
    – Неплохо для первого раза, – внезапно произнес Эштон, когда я направилась к входу в спортивный корпус. – Но работать еще есть над чем.
    – Обойдусь без твоих советов, – буркнула я.
    – Увидимся на следующей тренировке, темная.– он усмехнулся и придержал для меня дверь.
   
    Я едва удержалась, чтобы не показать ему неприличный жест. Только этого мне не хватало – регулярных встреч с самовлюбленным боевиком!
    Хватит с меня и сегодня!

    После изматывающей тренировки я поплелась в раздевалку, мечтая только об одном – принять душ и переодеться. Мышцы ныли, а на спине противно подсыхала туника. Проклятый Эштон! Из-за него пришлось выкладываться на полную.
    В раздевалке уже толпились другие первокурсницы. Я заметила, как несколько девушек демонстративно отодвинулись, когда я проходила мимо.

    Хмыкнула. Похоже, для меня это уже привычно. После того, как я надела черную форму и браслеты, такая реакция стала нормой.
    – Фу, какая вонь! – раздался капризный голос. – Девочки, вы чувствуете? Прямо как в конюшне!
   Я обернулась. У шкафчиков стояла та самая высокая светловолосая девушка в идеально сидящей тренировочной форме. Туника красиво натянулась на груди, а поясок подчеркивал тонкую талию. Несмотря на активное занятие, она умудрилась остаться безупречной – ни капли пота, блестящие гладкие локоны уложены волосок к волоску.
    – Мира, ты права! – подхватила одна из ее спутниц,та самая, рыженькая пухлощекая девица. – Кажется, кто-то не знаком с элементарными очищающими чарами.
Вот и «познакомились». Я прищурилась: Мира, значит...

    – О, так это же наша некромантка! – Мира картинно зажала нос. – Теперь понятно. Должно быть, общение с трупами накладывает отпечаток.

   Я стиснула зубы. На этом потоке я - единственная девушка - «некрос». Не знаю, на сколько моего терпения хватит... Напомнила себе: связываться с такими — себе дороже.
Ее подружки захихикали. Я заметила, как остальные девушки старательно делают вид, что ничего не происходит.
   – Знаешь, – Мира порылась в сумочке и достала красивый флакончик, – у меня есть духи из новой коллекции «Лунное дыхание». Стоят целое состояние, но тебе я готова одолжить. По-дружески. – Она улыбнулась с фальшивым сочувствием. – Все же надо помогать... обделенным.
   – Благодарю, но обойдусь, – я старалась говорить спокойно, хотя внутри все кипело. – Предпочитаю естественные ароматы.
   – О да, – вторая подпевала Миры, худощавая брюнетка, демонстративно поморщилась. – Запах плебейства сложно перебить даже лучшими духами.
    – Лучше пахнуть простолюдинкой, чем змеиным ядом, – не выдержала я.
   Улыбка Миры стала ледяной:
   – Что ты сказала?!
   – Ты прекрасно слышала. – Я начала методично складывать вещи в сумку. – И если тебя так беспокоят запахи, могу посоветовать хорошее заклинание для прочистки носа. Говорят, помогает даже от заносчивости.
   – Как ты смеешь! – Мира побледнела от злости. – Ты знаешь, кто я такая? Мой отец...
    – Понятия не имею, кто твой отец, – перебила я. – И, честно говоря, мне все равно. А теперь извини, мне нужно привести себя в порядок.
   Я направилась к душевым, кожей чувствуя ее испепеляющий взгляд.
   – Ты пожалеешь об этом, некромантка, – прошипела она мне вслед. – На коленях будешь ползать!
   – Уже трепещу, – бросила я через плечо.
   Только оказавшись под струями воды, я позволила себе выдохнуть. Теперь у меня появился не только самовлюбленный надзиратель-боевик, но и взбалмошная аристократка, которой я чем-то не угодила.
   И все-таки... что-то в поведении Миры показалось мне странным. Слишком наигранным, что ли... Словно она специально устроила это представление.

   Но зачем? Неужели ей это чем то поможет? Разве что самолюбие потешить.

   В школе, где я училась еще когда жила дома, учащиеся были более сдержанны.

   Даже мне мама с детства закладывала мысль о том, что не деньги делают человека. Ведь все может измениться в один миг, и кто захочет протянуть руку помощи тому, кто еще вчера нос воротил? С нами именно это и произошло. Может мама уже тогда что-то знала.. Но теперь ее уже не спросить. К сожалению...
   Я тряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли. Сейчас надо думать о другом – например, как не опоздать на следующую пару. И желательно по дороге не встретить ни Эштона, ни новоявленную «подругу» с ее свитой.

   Н-да. Такими темпами я скоро от собственной тени начну шарахаться.
   Выйдя из душа, я с облегчением обнаружила, что раздевалка опустела. Только у дальнего шкафчика копошилась какая-то первокурсница – кажется, с целительского. Она бросила на меня испуганный взгляд и поспешно отвернулась.
   Я вздохнула. Похоже, статус «некроса» и стычка с Мирой окончательно закрепили за мной статус изгоя. Что ж,.. Переживем.

    В конце концов, я здесь не за друзьями.
    Но... где-то глубоко внутри кольнуло одиночеством. Всего пара дней в академии, а я, кажется, уже успела обзавестись врагами. Страшно представить, что будет дальше...
   Застегивая форменную блузку, я поймала свое отражение в зеркале. Ничего особенного – обычная девушка со светлыми волосами и упрямым взглядом.

    Только темные круги под глазами выдавали усталость последних дней.
   Ничего.

   Как сказала Сара - прорвемся. 

   К полудню в животе нещадно урчало, напоминая, что я почти не ела с утра. Поспешила в столовую. Запахи жареного мяса, свежей выпечки и пряных соусов кружили голову.

   Поднос в моих руках был восхитительно тяжелым — суп с говядиной, тушеные овощи и кусок пирога с ягодами. Я бы съела вдвое больше, но в меня просто не влезет, а после обильной пищи неумолимо клонит в сон и соображаю, словно вялая муха.
   Взгляд метался по залу в поисках свободного места. Вчера я не обратила внимания, будучи сбита с толку проверкой силы и подготовкой к занятиям, что столы расставлены неравномерно — одни ближе к высоким окнам, другие — ближе к дальним стенам. Как на задворках, честное слово.

   Адепты сидели плотными группками, шушукались между собой и казалось, что каждый стол — маленькое королевство со своими негласными правилами.
    В ближайшем углу заметила пустой стол, словно все его специально избегали.

   Идеально.
    Я уже направилась туда, когда краем глаза уловила знакомую фигуру. Варг сидел в самом темном углу, скрытый выступом на стене, в одиночестве, с книгой и скромным обедом. На секунду замешкалась — стоит ли подойти? Мы едва знакомы, но он и Сара - единственные, кто вчера не смотрел на меня, как на прокаженную.
   Решение принять не успела. Кто-то врезался в меня сзади и лишь по чистой случайности мой обед не оказался на полу.
   — Смотри, куда идешь, — шикнула я, разворачиваясь.
    Передо мной стояла... Мира. Похожая на ожившую фарфоровую куклу в форме, которая сидела на ней так, словно ее шили прямо на ней. Скорее всего, так и было.

   Я закатила глаза. Что за день такой?!
    — Это ты мне? — ее брови изящно изогнулись, а в голубых глазах мелькнуло что-то недоброе.
   — Тебе, — я не собиралась отступать. — Чуть не опрокинула мой обед.
   Спина мгновенно взмокла, словно ее прожигали десятки взглядов, прилипших к нам, словно мухи к меду.
   — Ты новенькая, — это был не вопрос, а утверждение.

   — Можно подумать ты старше, - фыркнула я.

    Она оглядела меня с ног до головы, задержавшись на значке факультета и старых ботинках.
   — И, судя по всему, не знаешь правил.
    —Разве в столовой есть правила, кроме «не чавкать»? – усмехнулась я.
    По ближайшим к нам рядах столов пробежали смешки, но быстро стихли под ее ледяным взглядом.
   — Я - Мира Ферсон, — она произнесла фамилию так, будто ожидала, что я упаду на колени от благоговения.
    
   Фамилия действительно была на слуху — если не ошибаюсь, Ферсоны контролировали торговлю магическими артефактами. Я что, впечатлиться должна?
    — Марита, — коротко представилась я. — Теперь мы, наконец, знакомы. Я могу пообедать?
    Мира улыбнулась — идеальные белые зубы, ни капли искренности.
    — Конечно, — она отступила в сторону. — Только не там.
    Я проследила за ее взглядом — она смотрела именно на тот пустой стол, к которому я направлялась.
    — Это стол для нормальных адептов, — слащаво пропела она. – Не для «ворон».
   Последнее слово она произнесла так, словно это было что-то заразное.
   — Для родовитых что ли? – я приподняла бровь.
    Воздух словно загустел. За спиной Миры появились рыжая и брюнетка, с одинаково надменным выражением лиц.
    — Я стараюсь быть вежливой, — Мира наклонилась ближе, так что я уловила запах ее духов — видимо то самое «Лунное дыхание». — Но, видимо, ты не понимаешь намеков. Этот стол не для нищебродки, которая носит значок «вороны».

    Я скрипнула зубами и растянула губы в улыбке.
    — А ты смотрительница столовой? — я демонстративно огляделась . — Не вижу на тебе знака. Или твой папочка купил тебе право распоряжаться, где кому сидеть?

    — Ты пожалеешь об этом, — прошипела она, покрывшись красными пятнами.
    — Уже жалею, — вздохнула я. — Суп остывает.
    Сделала шаг в сторону, намереваясь обойти ее, но брюнетка преградила мне путь.

    — Мира сказала тебе не садиться там, — угрожающе прошипела она
    — А я сказала, что мне плевать.
   — Проблемы? — раздался за спиной голос Сары.
   — Не твое дело, — отрезала Мира.
     — Все, что происходит с друзьями — мое дело, — улыбнулась Сара. — Особенно когда трое нападают на одного. Это так мерзко.
     — Мы объясняли правила, — вмешалась брюнетка.
   — Какие? — Сара театрально огляделась. — Я пропустила новый указ ректора? «Столы только для избранных»?
   Рядом снова пробежали смешки, на этот раз громче.
    Мира сузила глаза:
   — Тебе стоит выбрать, на чьей ты стороне.
   — Я всегда на своей, — Сара подмигнула мне. — И на стороне обеда. Который, кстати, остывает. Пойдем, Марита, у нас есть место.
   Она кивнула в сторону стола у окна, где сидели еще двое студентов.
    Я колебалась. С одной стороны, не хотелось отступать и давать Мире повод думать, что она победила. С другой — затевать открытый конфликт было бы глупо. Хватит стычки в раздевалке.
   — Спасибо, но я... — начала я, но Сара уже взяла меня под локоть.
   — Не благодари, — она потянула меня в сторону. — Лучше расскажи, где ты умудрилась подцепить эту стерву.
   Мира не пыталась нас остановить, но я почти физически ощущала, как она прожигает дыру в моей спине, пока мы шли к столу Сары.
    — Я ничего не сделала, — пожала я плечами. — Просто хотела сесть за пустой стол. И, кажется, она положила глаз на Эштона. Он сегодня помогал Прайту.
   — Это «королевский» стол. – Сара закатила глаза. – Мира сидит за ним с первого курса, и никому не стоит пытаться занять её место. Она снова поступила и вот дела — опять на первый курс. В прошлом году она едва закончила первый семестр, потому что отец оплатил ей индивидуальные занятия у известного специалиста, и из-за этого её отстранили от учебы. Однако, – Сара пожала плечами, - диплом всё равно нужен, так что пришлось вернуться.

    — Какая глупость, — я поставила поднос на стол. — Это всего лишь деревяшка с ножками.
   — Добро пожаловать в академию, — хмыкнула Сара. — Здесь всё имеет значение — от того, где сидишь, до того, какой магией владеешь.
    За столом сидели еще двое — парень с нежными чертами лица, полная девушка с добрыми глазами.
   — Это Марита, — представила меня Сара. — Она «темная» и уже успела разозлить Миру. Мне она нравится.
    Студенты кивнули мне, но без особого энтузиазма. Некромантия явно не добавляла мне баллов для популярности.
    — Спасибо за помощь, — я повернулась к Саре. — Но я могла бы справиться сама.
   — Не сомневаюсь, — она отправила в рот кусок пирога. — Но тогда бы ты точно осталась без обеда. Мира не из тех, кто отступает.
   Я начала есть, чувствуя, как напряжение медленно отпускает. Суп действительно остыл, но был все равно вкусным. Наши соседи по столу уже ушли и мы с Сарой остались одни.
    — Почему ты помогла мне? — спросила я, когда первый голод был утолен.
   Сара пожала плечами:
    — Не люблю несправедливость. И Миру, если честно. Она думает, что деньги ее папочки дают ей право вести себя как богиня среди смертных.
    — А что с тем столом? — я кивнула в сторону «королевского» стола, за которым теперь сидела Мира со своей свитой. К ним присоединились еще несколько человек — все в безупречной форме, с надменными лицами.
   — Негласная традиция, — Сара скривилась. — За ним сидит «элита» — из богатых семей, в основном боевики и стихийники. Те, кто считает, что родиться в правильной семье с нужным даром уже достижение.
     К столу Миры подошел Эштон. Даже со спины в нем чувствовалась уверенность человека, привыкшего к вниманию. Мира мгновенно преобразилась — выпрямилась, улыбнулась, отбросила локон отработанным жестом.
    — Даже не думай. — Сара проследила за моим взглядом. — Ладибрио - гордость академии, лучший боевик курса и объект воздыханий половины женского населения. Включая нашу дорогую Миру.
    Парень обменялся парой слов с Мирой, но садиться не стал. Вместо этого он направился к столу, где сидели другие студенты — тоже боевики.
    — Он не в ее свите? — удивилась я.
   — Эштон ни в чьей свите, — хмыкнула Сара. — Он сам по себе. Талантливый, богатый и, как ни странно, не полный придурок, в отличие от большинства. Не советую влюбляться. 
   — Я скорее влюблюсь в умертвие, — фыркнула я. — Мне хватает проблем и без романтических драм.
    Сара подняла чашку в шутливом тосте:
    — Добро пожаловать в клуб.

    Я поймала на себе взгляд Эштона. Выражение его лица не изменилось, но что-то в его взгляде заставило напрячься. Он отвернулся так быстро, что я засомневалась, смотрел ли он на меня вообще.

    — Не обращай внимания, — Сара проследила направление моего взгляда. — Ладибрио всегда такой — наблюдает за всеми, но делает вид, что ему плевать.
   — Я не... — начала я, но она только отмахнулась.
   — Кстати, о наблюдателях, — Сара понизила голос. — Не хочу тебя пугать, но Мира не из тех, кто забывает обиды. Особенно публичные.
   — Как-нибудь переживу, — я пожала плечами, доедая последний кусок пирога. — Не первая избалованная аристократка в моей жизни.

    — Дело не только в ней, — Сара наклонилась ближе и я уловила аромат ее кожи — что-то травяное и одновременно сладкое. — Ты «ворона». Это уже делает тебя мишенью.
   — Для чего?
   — Для всех, кто считает некросов злом, — она поморщилась. — Таких большинство.
    Я хотела ответить, но в этот момент за соседним столом вспыхнул спор. Двое боевиков громко спорили:
    — Это был чистый удар! — возмущался блондин с квадратной челюстью. — Ты просто не умеешь проигрывать!
    Эштон сидел, расслабленно откинувшись на спинку стула, с легкой улыбкой, не достигавшей глаз.
   — Удар был бы чистым, Ганс, если бы ты не использовал усилитель, — спокойно, с отчетливыми стальными нотками в голосе ответил Эштон. — Это запрещено правилами.
    — Чушь! — блондин стукнул кулаком по столу. — Это не оправдание!
    Эштон не повысил голос, но каким-то образом стал центром всеобщего внимания:
   — Если тебе нужны оправдания для жульничества, придумай что-нибудь поинтересней.
   Столовая затихла. Даже Мира перестала щебетать со своей свитой, наблюдая за парнями с нескрываемым интересом.
   — Тебе бы поучиться у своей сестрицы, — выплюнул Ганс. — Она хотя бы знала свое место.
   Лицо Эштона застыло маской.
   — Извинись, — произнес он так тихо, что я едва расслышала.
   — Или что? — усмехнулся Ганс.
   Эштон медленно поднялся. Он не был самым высоким или массивным парнем, но в его движениях чувствовалась сдержанная сила хищника.
   — Тебе показать, что бывает с теми, кто не знает, когда остановиться?

   В воздухе появилось напряжение, словно во время грозы перед ударом молнии.
   — Достаточно! — раздался властный голос.
   У входа в столовую стоял пожилой мужчина в строгом черном костюме с нашивками — один из преподавателей, судя по всему.
   — Ладибрио, Райвер, — он окинул их строгим взглядом. — Никаких магических дуэлей в стенах академии. Вы знаете правила.
   Ганс первым отвел взгляд, пробормотав что-то вроде извинения. Эштон же просто кивнул преподавателю и сел обратно, но его глаза все еще были темными от сдерживаемого гнева.
   — Что это было? — прошептала я, когда преподаватель удалился, а гул разговоров постепенно вернулся.
   — История, — Сара вздохнула. — У Эштона была старшая сестра. Одаренная некромантка. Она погибла два года назад при странных обстоятельствах.
   Что-то холодное скользнуло по моему позвоночнику.
   — Некромантка? — переспросила я. — И как он...
   — Относится к некромантии? — Сара пожала плечами. — Сложно сказать. Он никогда об этом не говорит. Но если Райвер думал задеть его, упомянув сестру, то он просчитался. Ладибрио может казаться холодным, но когда дело касается семьи...
    Я снова посмотрела на Эштона. Он сидел с непроницаемым лицом, не участвуя в разговоре за своим столом. На мгновение его взгляд снова скользнул в мою сторону — быстро, почти незаметно. Но в этот раз мне точно не показалось.

   Я отвернулась, внезапно чувствуя себя неуютно. Что бы ни произошло с его сестрой, это явно оставило шрам.
   — Мне пора, — Сара поднялась. — Следующая пара через десять минут, а профессор Траволд ненавидит опоздания.
   Я кивнула, собирая свой поднос. Покидая столовую, я кожей почувствовала взгляды, следящие за мной.

   Вопреки моему желанию спокойно учиться скучать, видимо, не придется.