Ледяное солнце. Жемчужина песков

— Мой господин, суша, суша! — прокричал молодой крепкий матрос.

Он стоял на палубе триеры и вглядывался в подзорную трубу. Разглядывал далекую землю, которая стремительно приближалась.

— Наконец-то мы передохнем на суше от вод Синего океана. — Келейст перехватил у матроса трубу и тут же посмотрел в нее. — Сеэди, а ты молодец, не ошибся! Из тебя выйдет хороший моряк, скоро и до моей должности дорастешь.

— Буду стараться, — ответил Сеэди. — Сколько мы пробудем в Золотых песках?

— Как только свадебная церемония закончится, мы вернемся домой! Принц Джевед хочет пополнить свой гарем третьей женой. О красоте принцессы Золотых песков слагают легенды в наших краях, говорят, что нет прекраснее девушки на свете. Она совсем не похожа на северных женщин.

— Хотел бы я взглянуть на нее хотя бы одним глазом…

— И тут же лишился бы его, а слепой моряк мне не нужен!

Мужчина с опытностью осматривал океан, он очень давно в море, с самого детства. За это время смог дослужиться до келейста и попасть в лучший флот к самому могущественному правителю огромного северного государства, центром которого являлся город Олаан.

— Нужно предупредить его величество, что мы прибыли в Золотые пески!

Миран готовился к встрече важных гостей. Город с нетерпением и замиранием сердца ожидал варваров Ледяных гор, империя которых была самой могущественной и обладала сильнейшей армией на всех континентах планеты. Цари и правители других государств боялись вестников севера, ведь они всегда приносили плохие новости. Как правило, эти гонцы предвещали войну. Многочисленная армия варваров всегда побеждала. Не было им равных в бою, а побежденным приходилось склонять свои головы перед жестоким императором северного государства Кааном Алам-Гиром, завоевателем мира, всемогущим воином.

Когда же гонец варваров появился в Миране, царь Баяз встревожился. Поскольку наше государство было в разы меньше, отпора Каану Всемогущему мы не смогли бы дать, а это означало лишь одно: всем нам придется подчиниться северному тирану. Но на этот раз вестник Ледяных гор принес хорошую весть нашему государству. Принц Джевед захотел взять в жены принцессу Гаухар — первую красавицу Золотых песков.

Но принцесса не желала идти замуж за варвара, да и еще быть его третьей женой. Она слезно умоляла отца не давать согласия на этот брак, однако царь Баяз побоялся отказать Великому Каану. Он решил непременно породниться с династией Алам-Гир. Этот союз был гарантией того, что варвары не пойдут войной на Золотые пески, а значит кровь не прольется, и народ может не опасаться быть захваченным северянами. Тем более император Каан пообещал, что Золотые пески останутся под властью царя Баяза и никто не посмеет нападать на них.

— Айше! Айше, тебе срочно нужно во дворец, принцесса Гаухар ждет тебя, она хочет в последний раз поговорить со своей подругой, — причитала темнокожая рабыня.

 — Нига, подожди, я скоро!

Палящее солнышко песков совсем не жаловало наш народ, поэтому в основном люди здесь обладали темной кожей, особенно рабы и работники плантаций. Более светлокожими в наших краях являлись лишь знать и царский род, а также я. Возможно, это из-за того, что храм Богини Матери покидала совсем не часто, лишь по необходимости. Ведь я жрица этого храма, имеющая редкий дар возвращать мертвых из царства Аида. И вот сейчас тот редкий случай, когда принцесса хотела поговорить со мной, поэтому придется оставить храм на некоторое время.

— Хорошо, Айше, только поторопись, варвары вот-вот пройдут через врата Мирана!

Я заплела черные волосы в длинную косу. Уложила золотую тику в пробор, набросила на лицо небесного цвета шелковую ткань в тон моей длинной юбке и, прозвенев браслетами на ногах, выбежала к рабыне.

— Айше, ты готова? Можем идти? — не унималась она.

— Нига, только предупрежу жрицу Инне, иначе мне снова попадет от нее!

Наставница, жрица Инне, с самого детства готовила меня служить храму и нашей Богине. Она учила молитвам и мантрам, которые мы воспевали Матери изо дня в день. Каждой молитве было отведено свое определенное время, и я не имела права пропускать его, а тем более нарушать правила храма, которые гласили подчинятся старшим жрицам и наставнице. Лишь по приказу принцессы мне дозволялось в период медитаций покидать храм, но только особой дорогой и под плотным покрывалом, скрывающим лицо. Правда иногда еще отпускали в торговую лавку, где продавались лепестки лотоса.

Также жрица Инне помогала мне развивать дар, ведь я единственная в своем роде. Я умею рождать заново, возвращать душу в уже умершее тело, будь то человек, зверек или насекомое. Однажды удалось оживить даже засохший куст живицы. Жрица Инне говорила, что этим даром меня наградила сама Богиня Мать, ведь только она дарит жизнь.

Несмотря на свой солидный возраст, наставница очень хорошо выглядела. Ее стройное тело обладало смуглой упругой кожей, на лице были еле заметные морщинки, а длинные черные волосы разбавляла лишь тонкая прядь седины. Я относилась к ней как к матери. Она та, на которую я хотела быть похожей: независимая, богобоязненная, чистая и любящая все живое.

— Жрица Инне, простите, что отвлекаю вас от медитации, но мне нужно отлучиться. Принцесса Гаухар зовет к себе, хочет поговорить напоследок перед отъездом.

— Бедная наша принцесса, как она будет там? В этой варварской стране, где правят лишь сила и грубость!.. Хорошо, Айше, иди, только успей к вечерней молитве, ее никак нельзя пропускать!

— Я вернусь вовремя! — уверенно ответила я, и уже было собиралась рвануть к выходу, чтобы не заставлять ждать принцессу, как услышала:

— Айше, еще цветки лотоса купи на базаре, они у нас заканчиваются, только бери в лавке торговца Али, именно его растения обладают стойким прелестным ароматом! – сказала наставница и, закрыв глаза, снова продолжила медитировать.

— Как скажете, жрица!      

Спрятав лица под шелковыми дупаттами, мы с Нигой отправились во дворец. Минуя вооруженную охрану нашего храма, прошли по тропинке мимо густо насаженного эвкалипта и приблизились к боковому входу.

Огромный, роскошный, с золотыми высокими колоннами, украшенными многочисленными цветами, дворец во всеоружии ждал дорогих гостей, которые были уже на подходе. Его выпуклая крыша переливалась золотом на ярком палящем солнце, рабы несколько недель натирали ее с такой тщательностью, что даже и песчинки было не обнаружить. Мы вышли к шатру принцессы, расположенному на заднем дворе. Там она любовалась диковинными птицами фламинго и павлинами, бросала им зерна кукурузы, а птицы громко кричали и раскрывали яркие хвосты. Раньше ее это забавляло, но теперь принцесса Гаухар была опечалена. Я заметила на прекрасном лице глубокую тоску. Казалось, что и многочисленные служанки и рабыни грустят вместе со своей повелительницей.

Когда же она увидела меня, на миг лицо принцессы посветлело. Девушка улыбнулась, но, вспомнив свою печаль, вновь загрустила.

— Приветствую тебя, принцесса Гаухар. — Я сложила ладони перед грудью и чуть кивнула.

— Приветствую тебя, о Великая жрица Айше, — повторив за мной, принцесса кивнула. — Я так ждала тебя!

— Не такая еще и великая, — ответила ей, чуть изогнув уголок рта, изобразив улыбку.

— Нига, ты свободна! — она указала рукой своей рабыне, девушка низко поклонилась и растворилась в толпе остальных служанок.

— Айше, милая, пройдем в шатер.

Я покорно проследовала внутрь за принцессой. Мы оказались в уютной, скрывающей от солнца комнате, где уселись на мягкие разноцветные матрацы, вышитые золотыми нитями специально для правителя дворца. Я тут же попыталась немного подбодрить подругу, выбирая нужные слова.

— Принцесса Гаухар, твоя печаль мне понятна, но ты делаешь правильный выбор, жертвуя собой ради нашего народа, а это святое дело — заботиться о подданных.

— Айше, я просто в ужасе, борюсь с собой каждую минуту! Представь только, что буду третьей женой и кого? Принца-варвара. Айше, если честно, то я очень его боюсь!

Принцесса больше не могла скрывать своих слез и дала им волю, а те тут же покатились по румяным щекам крупными каплями, который девушка смахивала шелковым платком.

— Принцесса, возможно, принц Джевед не такой и страшный, каким ты его представляешь. Я думаю, что он будет с почтением относиться к тебе, ведь мужчина должен уважать свою женщину, будущую мать его детей.

— Айше, он варвар, что от него можно ожидать? Разве ты не наслышана об их жестокости? Они насилуют женщин, убивают мужчин и продают детей в рабство! Как же тебе повезло, ты будущая Великая жрица, к тебе не посмеет прикоснуться ни один мужчина, и тебе не нужно принудительно выходить замуж за недостойного!

— Да, это верно! Но я прикована к храму, к Богине на веки вечные и никогда не познаю радости материнства. И если же лишусь девственности, то пропадет мой дар, а значит я больше не смогу даровать жизнь природе и Золотые пески поглотят наш цветущий оазис.

— Айше, действительно твоя миссия намного превосходит мою, ты умеешь направить на путь. Поэтому отец дорожит тобой больше, чем мной, — принцесса на миг замолчала. — Конечно, я все понимаю, подданные государства важнее всего. — Гаухар вытерла слезы с лица, взяла себя в руки и важно посмотрела на меня. — Я думаю, что ты в безопасности, ведь храм Богини Матери очень хорошо охраняется. — Выдержав еще паузу, принцесса продолжила. — Айше, прошу лишь об одном: помоги мне увидеть принца до церемонии!

— Но, принцесса, ты ведь знаешь, что это запрещено, — возмутилась я. — Этот поступок наказуем и недопустим, жена не должна видеть мужа до свадьбы, это очень плохая примета!

— Айше, если я его не увижу, этого страшного варвара, то не доживу до церемонии, у меня разорвется сердце.

— Увидишь его, и что это даст? Все равно тебе придется с ним жить, придется уехать в северные горы.

— Так я хотя бы буду знать, за кого выхожу и морально подготовлюсь. Айше, прошу, не отказывай подруге в последний раз!

— Ох, принцесса, ох! Как бы нам за это не поплатиться!

Раздался хриплый звук рога. Он разносился эхом по Мирану. Извещал, что северный принц со своей свитой вошел в город и приближается к дворцу царя Баяза. Мы заняли смотровую позицию на втором этаже, вид был как раз на царские ворота, куда с минуты на минуту войдут варвары. Наш царь важно стоял у главного входа и был готов к долгожданной встрече. На самом деле он просто надел горделивую маску, ведь я чувствовала его волнение, поскольку от этих воинов можно было ждать чего угодно.

Переодевшись в одежду служанок и накинув на лица шелковое полотно, мы растворились среди девушек. Нас никто не смог бы заметить, так как все походили друг на друга: сари, женский стан и скрывающиеся лица. У нас в Золотых песках не принято показывать себя кому бы то ни было, за исключением мужа или семьи девушки. Незакрытое лицо считалось распущенностью и неуважением к Богине Матери.

Вдали на широкой улице Мирана показались воины. Они ехали на лошадях, поднимая дорожную пыль и внушая тревогу местным жителям. Их было много и они стремительно приближались к нам. Служанки заволновались, но разошлись по местам и ждали дальнейших указаний от главного смотрителя дворца. Мы же с принцессой оказались у резных перил. Теперь мы могли удобно наблюдать за северянами. Когда же чужеземцы достигли дворца, то часть (а это человек двадцать) осталась снаружи. И лишь примерно десяток важно прошли через врата. Варвары выглядели впечатляюще: все высокие как на подбор, сильные и статные. Меховые мантии на их широких плечах, развевал ветер. Несмотря на жуткую духоту, которая вызывала капли пота, ни один из них не скинул с себя теплую одежду. Это говорило о том, что климат на их земле суров. А в наших Золотых песках очень жаркое и палящее солнце, но этот факт, видимо, нисколько не задевал их, стать и гордость прежде всего.

Во главе колонны шли двое мужчин, одним из них был принц Джевед, я определила его по золотым украшениям. На его шее красовался огромный круглый медальон с драконом (это был знак династии), на руках — широкие браслеты с драгоценными камнями, а мощные мышцы плеча обвивал точно такой же золотой дракон. Светлые волосы принца были собраны в конский хвост, спадавший до плеч. Глаза небесного цвета оглядели всех вокруг, а вскоре уставились наверх. Он оценивающе посмотрел на нас, но, не увидев для себя ничего интересного, переключился на царя Баяза.

— Айше, это принц Джевед! — прошептала принцесса. Я же смогла уловить нотки радости в ее голосе. — Айше, он красив как бог, ты видела его глаза? А черные ресницы? Айше, он молод, он сильный, ты видела, какая стать? — не могла успокоиться принцесса, восторгаясь будущим супругом.

— Принцесса, тише! Нас разоблачат. Конечно, я все вижу! — поспешила я успокоить волнующуюся девушку.

— Принц Джевед, я рад приветствовать вас в своем дворце! — сказал наш царь.

— Я тоже рад встрече, а еще я рад, что наконец-то наш караван достиг оазиса Мирана. Золотые пески утомили, мы шли по ним почти три недели! Но я надеюсь, что не зря проделали столь длинный путь и церемония бракосочетания состоится. — Голос звучал строго, но деликатность принц все же соблюдал.

— Я считаю за честь породниться с династией Алам-Гир и с гордостью отдам вам в жены свою дочь принцессу Гаухар!

Я невольно стала осматривать варвара, который находился прямо под нами. Мужчина стоял рядом с принцем и с опаской озирался по сторонам, так, как будто на его хозяина сейчас нападут. Он проявлял полную боевую готовность и всем видом показывал, что принц Великой династии под его защитой. Варвар был чуть выше господина, примерно того же возраста (возможно, немного старше) и с таким же драконом, туго сидевшим на его широком плече. Сильные запястья покрывали драгоценные браслеты, было понятно, что титул мужчины высок при дворе Олаана. Волосы варвара были темными, почти шоколадными и так же, как у принца, собраны в хвост, только частично, верхняя их часть. От него веяло опасностью, я уловила эти ощущения, и что-то внутри меня подсказывало, что этот человек — ходячая угроза для всех окружающих.

— Я этому рад и хочу видеть принцессу немедленно! – приказал принц.

— Что? Айше, что он сказал? Он хочет видеть меня? — с ужасом пропищала принцесса и схватилась за мое плечо, сорвав при этом дупатту с головы. Я почувствовала, как моя тика мгновенно сползла по волосам и полетела вниз прямиком на того самого опасного варвара. Как только украшение почти приблизилось к мужчине, он резко откинул ладонь в сторону, будто предчувствуя его приближение. Одно мгновенье и тика оказалась у него в руке. Реакция варвара последовала незамедлительно, он быстро поднял глаза, а его взор тут же настиг мое открытое лицо. От страха я не могла пошевелиться и замерла на месте, чувствуя, как две зеленые бездны поглощают в себя мою трепетную душу. Этот пристальный взгляд бросал вызов и внушал тревогу сердцу. Варвар чуть нахмурил брови, я опомнилась, судорожно нащупала пальцами покрывало и быстро укуталась в него, отпрянув от перил, спряталась за высокой колонной.

— Айше, прости, прости, Айше, сама не понимаю, как так вышло! — прошептала принцесса.

— Он… он видел мое лицо, — с ужасом произнесла я. — Стыд-то какой, жрица открывает лицо мужчине… этому варвару…

— Айше, это моя вина, но никто же этого не видел, — поспешила успокоить принцесса.

— Богиня Мать видела! От нее не скроешь такой позор, — обреченно выдала я.

А под нами, царь Баяз все распинался перед северянами:

— Принц Джевед, разве вы не знакомы с нашими обычаями? Вы не сможете увидеть принцессу до тех пор, пока она не станет вашей женой!

— Что значит: пока не станет женой? Это как окунуться в неизвестность, царь Баяз, — слышался недовольный голос принца.

— Таковы наши традиции и законы, наберитесь терпения! А почему же император Каан не приехал, ведь брак — это святое? — Царь попытался направить разговор в другое русло.

— Мой брат император Каан Алам-Гир не сможет присутствовать на церемонии, так как сейчас находится на поле сражения. Он отвоевывает земли, пригодные для проживания, а также укрепляет наше могучее государство! — отвечал принц на неудобные вопросы. Однако, мне нужно было возвращаться в храм, и там молить Богиню Мать о всепрощении.

— Я должна идти, время истекло, скоро важная молитва, и жрица Инне будет очень зла, если не вернусь вовремя! — залепетала я.

— Айше, еще немного, я так взволнованна, неужели ты меня бросишь сейчас?

— Принцесса, мне действительно пора! Мы увидели принца, ты осталась довольна, и моя миссия на этом закончена!

— Айше, принц красив — это правда! Но тот варвар, который с ним, тоже ничего, ты заметила?

— Нет! Я не смею даже думать о мужчинах, а этот ужасный варвар опасен, в будущем будь осторожна с ним! — резко ответила я.

— Как думаешь, кто он? — с интересом принцесса задала вопрос.

— Думаю, это наемник принца, возможно, его охрана! Да уж, не хотела бы я вновь встретиться с ним, не доведи до этого Богиня Мать! — вскинув руки к небу, ответила я, а после поспешила удалиться.

Выбежав из дворца через задний двор и оставив позади торжественную встречу, я вспомнила, что наставница Инне просила принести в храм лепестки лотоса. Ноги сами понесли меня в лавку к торговцу Али, а мысли в голове все еще оставались во дворце, и они были тревожными. Неосознанно, где-то на подсознании, я ощущала угрозу, исходившую от того опасного варвара, который увидел мое лицо.

За всеми этими думами я не заметила, как скоро добралась до лавки торговца. Подошла ближе к прилавку и поприветствовала мужчину. Тот сразу узнал меня по голосу.

— Жрица Айше, добро пожаловать, какой товар сегодня тебе нужен? — спросил торговец и растянул пухлые губы в улыбке.

— Как всегда, мешочек лепестков лотоса, пожалуйста!

Я достала две серебряные монетки и положила в чашу весов, те чуть шевельнулись, а после застыли на месте. Мужчина бросил взгляд на серебряники, смахнул их в толстую ладонь и удалился за товаром. Торговец Али полный и неповоротливый мужчина, он годился мне в отцы. Мужчина носил черные длинные усы, что густо сидели под его орлиным носом. Тюрбан на голове скрывал лысину, которую он тщательно маскировал от посторонних глаз. Правда мне однажды пришлось лицезреть, как шелковым платком торговец стирал с безволосого темя испарину.

Всегда приветлив и учтив, но меня не обманешь. Ведь лживость у торговцев в крови, а также жадность, алчность и лицемерие. Все эти пороки, которые я читала как открытую книгу, прятались за добродушным лицом мужчины.

Наконец торговец появился и протянул мне ароматный мешочек.

— Спасибо!

— Жрице Инне мое почтение, — произнес Али и хитро подмигнул одним глазом.

— Хорошо, всего доброго! Храни вас Богиня Мать! — пролепетала я, и поспешила покинуть лавку. Мне непременно нужно было воротиться в храм, и приступить к молитвам. Однако, тревога все еще была со мной, а тот стыд, что испытала, совсем обескураживал, и я решила о нем умолчать. Если вдруг жрица Инне обо всем узнает, наказания мне не избежать.

Наш храм возвышался над Мираном, это самое главное здание города. Храм Богини Матери представлял собой целый комплекс роскошных и величественных сооружений, построенных из белого мрамора. Его высокие колонны и купола были покрыты золотом, что выделяло богатство на белом фоне стен. Основное место в нем занимала огромная статуя Богини Матери, располагавшаяся в центре площадки, куда жители Мирана приходили молиться и приносили пожертвования. Внутри храма имелось большое количество комнат и залов, все они украшены алмазной мозаикой и тонкими узорами с витиеватыми орнаментами. На святилище огромное количество драгоценных и полудрагоценных камней, а его главная массивная дверь была сделана из чистого золота. Из-за большого количества драгоценностей, храм Богини Матери хорошо охранялся, да только избранные знали, что главная в нем жемчужина — это я.

Подойдя ближе к храму, я заметила, что охрану увеличили вдвое. Воины заняли свои места вокруг него, и это означало, что царь Баяз принял все меры для моей безопасности, он волновался из-за прибытия варваров в Золотые пески.

— Айше, почему так долго? С минуты на минуту нужно начинать молитву, скоро верующие заполнят храм!

— Простите меня, жрица Инне, но сейчас в городе не протолкнуться, вы же понимаете, что вся эта суета из-за свадьбы принцессы.

— Да, я все понимаю… Айше, пока варвары в нашем городе, ты не ступишь и ногой за пределы храма, это приказ царя Баяза! И тем более знать о твоем даре никто не должен, даже догадываться о тебе! Ясно?

— Да жрица, мне все ясно, и я покорно подчиняюсь.

— Вот и умница, а сейчас иди приведи себя в порядок и будь готова, скоро начнем.

Золотой дворец царя Баяза встретил нас с распростертыми объятиями, но за этой гостеприимностью скрывалась тревога, я как воин не мог не увидеть этого. Но чего боялся царь? Ведь его поставили в известность, что нападать на государство Золотых песков мы не намерены. То волнение, которое Баяз пытался умело скрывать, все же выдавало его, а это значит — есть тайна! Видимо, мои провидцы не ошиблись, и жемчужина Золотых песков действительно существует. Ведь недаром царь Баяз усилил охрану главного храма Мирана, скорее всего, он прячет ее именно там. Но, если мы проделали столь длинный путь напрасно, не сносить ясновидцам головы. 

Мои покои располагались рядом с покоями принца Джеведа, посередине находилась большая кровать со множеством разноцветных подушек. Деревянный стол и мягкая софа стояли в углу комнаты. Еще были два массивных дивана, которые смотрели друг на друга, а между ними лежал мягкий ковер. Огромный проем выходил на балкон и был прикрыт лишь легкой тканью. Окно открывало вид на главную площадь Мирана и запускало свет в эти покои. Обстановка была царской, но я не обращал на это особого внимания. Я привык находиться в походных условиях, и мягкая перина не приносила того удовольствия, которое я получал от жестких деревянных коек в военных лагерях. 

— Господин, для вас приготовлена освежающая ванная, если пожелаете, я провожу, — гостеприимно предложил юный раб.
Я сухо кивнул в знак согласия и уверенно отправился следом за юношей. После долгого перехода по барханам пустыни и палящего солнца, к которому я не привык, хотелось залезть в прохладную воду, смыть пот и грязь с тела. Мы двигались по мраморному коридору дворца и вскоре оказались в огромной комнате с несколькими полуголыми наложницами. Они стояли по бокам встроенного в пол бассейна, который был полон прозрачной воды. Я ощутил приятный аромат пачули, имбиря и жасмина. Он заполнял мои легкие и расслаблял. Бросив оценивающий взгляд на рабынь, тут же вспомнил о той служанке, чье украшение лежало в кармане моего кожаного желека (безрукавов). Ее среди этих девушек не было, я узнал бы эту прелестницу из тысячи рабынь. Те огромные янтарные глаза, в которых я тогда прочитал растерянность, вызвали похотливую улыбку на моем лице. 
— Ты свободен, раб, — приказал я юноше. Тот мигом вышел, оставив меня наедине с девушками.
Достав из кармана золотую вещицу, я подошел к одной из рабынь и решил узнать о той, которая заполнила разум. 
— Ты знаешь, чье это?
— Нет, господин, я вижу украшение впервые, — ответила рабыня, рассматривая безделушку.
— Ты! — сухо бросил я второй. — Иди сюда. — Девушка мигом оказалась рядом. — А ты?
— Нет, господин, я тоже не знаю, чье это, — опустив черные глаза, ответила та.
— Вы меня за кого принимаете? — Повысил голос. — На ваших головах такие же штуки! — рыкнул я.
— Господин… это — тики. Все наши женщины носят их, они отличаются. Скорее всего, эта девушка не из нашего дворца, — пояснила наложница. — Простите, господин, простите!
Рабыни были испуганы моим мимолетным гневом, однако тело хотело расслабиться и получить удовольствие от прохладной воды. Я приказал взглядом наложницам немедленно покинуть комнату. Снял с себя одежду и погрузился в золотую, наполненную до краев, чашу. Расслабился, прикрыл очи, и вспомнил, что неплохо было, если бы та девчонка помыла мое уставшее тело.

Вода помогла привести тело и мысли в порядок. Первым делом я досконально проверил свои покои на безопасность, убедился, что все в полном порядке и слежки за мной нет. Снова достал золотую тику, принялся изучать украшение служанки. Ничего особенного в нем не было. Перламутровая жемчужина в виде слезы, обрамленная золотой каймой, но эта вещица напоминала мне о своей хозяйке, которая заинтересовала меня. Однако я здесь не за этим, поэтому нужно сосредоточиться на своей миссии и поговорить с принцем. Убрав украшение в карман, я вышел из покоев и отправился к его высочеству.

У его двери меня встретили два охранника, узнали и пропустили внутрь. Принц Джевед в этот момент обследовал свою комнату и искал подвох, за этим занятием я и застал его.
— Ну и как успехи, повелитель, нашел что-нибудь интересное? — спросил я.
Тот от неожиданности подпрыгнул на кровати, в это время он проверял ее изголовье.
— О демон, зачем же так пугать! — ответил принц и спрыгнул со своего ложа.
— Северяне — воины, и пугаться нам не пристало!
— Воевать — это твой удел, брат Каан!
Я присел на мягкий диван и подал знак Джеведу сесть рядом. Тот понял мой намек и расположился. Я резко схватил его за собранный в пучок хвост и потянул к себе, достал кинжал и приставил его к волосам.
— Джевед, если ты еще раз так назовешь меня во дворце царя Баяза, я отрежу их вот этим кинжалом! Ясно? — грозно прорычал я, давая понять младшему брату, чтобы следил за языком и не выдал нас ненароком.
— Да, ясно, ясно, демон проклятый, отпусти, — прошептал принц. Я ослабил хватку и отпустил. — Каан, зачем вообще нужна эта свадьба? — тихо говорил он. — Ты же сам видел, как они дрожат от одного твоего имени. Заберем силой эту чертову жемчужину, если она, конечно, существует, и дело с концом. 
— Вот именно, если существует! Главный храм Мирана царь Баяз усилил, приставив к нему еще воинов, значит, именно там должно быть что-то ценное, или кто-то бесценный. Помни — Олаан превыше всего. Твоя же задача делать вид, что я твоя правая рука и твоя охрана. Никому, кроме себя, я доверить это дело не могу, а идти войной на Золотые пески мы не сможем, наших сил будет недостаточно, значительная наша армия сейчас отвоевывает Лесной Континент. Да и всех наших не переправить через Синий океан, а вот Баяз на своей земле, и не стоит недооценивать его воинов.
— Но он боится тебя как огня, ведь слава о твоем имени дошла и до южан! Ты мог бы пригрозить, а правитель Золотых песков сам все отдал бы! — не унимался принц.
— Ты думаешь, что царь Баяз, по причине страха, откроет мне свою тайну?  Он ничего не скажет даже под пытками, потому как жемчужина обладает редким даром, и она нужна ему. Однако нам она нужнее! Поэтому вместо силы применим хитрость.
— Конечно, прикроемся принцем Джеведом, где две, там и три жены, — обреченно выдал принц. — Царь Баяз даже не показал ее, может, она уродлива и совсем не так привлекательна, как о ней говорят.
— Тебе-то что! Не понравится — отправишь из покоев в свой гарем, и дело с концом.
— Может, ты сам женишься на ней? А, брат? У тебя ведь совсем жены нет, ни одной!
— Я воин, мне не до жен, я не смогу уделять женщине свое драгоценное время, гарема с наложницами хватает. Ты вот что скажи: хоть одна из твоих жен подарила наследника нашей династии? Нет! А женщины Золотых песков плодовиты, они верят, что Богиня Мать благословляет их на потомство! Тебе же нужен наследник? 
— А тебе разве нет? — вопросом на вопрос ответил принц.
— Джевед, пойми же, не пришло еще мое время. Я пытаюсь спасти Олаан и своих подданных, а без жемчужины Мирана нам не справиться, только она способна помочь. И запомни, меня зовут не брат, не император, не Каан, я твой охранник Саид, все понял?
— Выйди вон, Саид, буду настраиваться на третью плодовитую жену!
— Так-то лучше!

Покинув покои принца, я решил пройтись по городу. Надеялся, что, возможно, мне удастся хоть что-нибудь разузнать о жемчужине. Взяв с собой нескольких человек, я отправился в самое людное место города, на базар Мирана. Где еще можно добыть много полезных вестей, как не там, куда приходят не только за товарами, но и посплетничать. Убедившись, что за мной нет слежки, свернул на узкую улочку и вскоре оказался перед главным входом на торговую площадь. Замаскировав себя под иноземного торговца, принялся рассматривать товары базара Мирана и прислушиваться к его жителям. Сейчас все бурно обсуждали свадьбу принцессы Гаухар и северного варвара. Люди недоумевали, почему их царь Баяз согласился на этот брак, а не дал отпор императору Каану.
— Вот вы сейчас осуждаете нашего царя, но вы, глупые, не понимаете, что ради нас и наших детей он жертвует своей единственной дочерью. Разве вы не слышали, как жесток северный император, разве вы не знаете, что армия варваров сильнее всех, разве вы хотите, чтобы пролилась кровь, и мы склонили свои гордые головы перед северянами? Вы думаете лишь о том, что наш царь слаб, но это не так! Если он жертвует своей семьей ради нас, то это поступок сильного человека! — распинался высокий мужчина средних лет.
— Ты прав, Давид, ты прав! Наш народ загордился тем, что мы единственные в Золотых песках, они не понимают, что говорят! — подхватил другой торговец.
И началось. Люди разделились на два лагеря, кто за и кто против, но слушать бред подданных мне больше не хотелось, для меня не было важной информации в этих пересудах, поэтому я двинулся дальше, углубляясь внутрь торговых рядов. Базар действительно оказался огромным, товаров в нем было видимо-невидимо, от разноцветного шелка до драгоценных украшений, от старых ишаков до верблюдов, и все люди судачили только об одном — о свадьбе принцессы и варвара. 

— Держите его! Держите его! — кричал кто-то громко. — Держите вора!
Я стал наблюдать, как трое здоровых мужиков гонятся за мальчишкой-подростком, а тот, в свою очередь, ловко уходит от погони, протискиваясь под узкими рядами. 
— Держите вора! — кричал толстяк и бежал следом за мужчинами.
Тут мальчишка налетел на обоз с тыквой, попытался перескочить через него, но не удержал равновесия и упал прямо мне в ноги. Весь оцарапанный и грязный, отрок жалобно посмотрел на меня. Одним движением руки, я подхватил бедолагу за ворот и отодвинул за спину. Не знаю почему ощутил, что должен помочь юнцу. Возможно, внутреннее чутье заставило пойти на этот опасный шаг, ведь местный мальчишка мог стать мне полезным. 
Преследователи один за другим вырастали на моем пути, а последним был толстяк с длинными усами.
— Отдай мальчишку, чужеземец, он вор! — скомандовал толстяк.
— Что он сделал, почему вы набросились на него? — Я пытался сдерживать себя и не дать ярости вырваться наружу, ведь он отрок еще, и сам с тремя огромными мужиками не справиться.
— Он подлый ворюга, стащил у меня золотые и думал скрыться, а за воровство у нас положена смертная казнь! — продолжал кричать толстяк.
— Это правда, юнец? Он говорит правду? — обратился я к мальчугану и строго посмотрел в его глаза.
— Господин, я всего лишь взял пару бананов для своей маленькой сестренки, мы уже больше суток ничего не ели, а монеты я не брал, наверное, торговец Али ошибается и сам потерял их где-нибудь, — жалобно ответил подросток.
— Он еще и врать горазд, подлый мальчишка!
— Эй ты, чужеземец, отдай воришку или поплатишься, что появился на нашем пути, — пригрозил мне один из преследователей подростка.
— А ты попробуй его забрать, — сказал я с азартом. Когда северянину бросают вызов, он не в силах отказаться от него.
Оттолкнув мальчишку своим воинам, я жестом приказал им стоять на месте, сам с этими справлюсь, руки разомну и ноги тоже.
Увернувшись от взмаха дубины, я резко нанес удар мужчине в лицо, тот немедля рухнул на землю без сознания. Остальные двое ринулись защищать своего приятеля. Одного я зашвырнул в телегу с тыквой, второй получил удар в пах, согнулся вдвое вопя и чертыхаясь. Справиться с этими людьми мне не составило большого труда, вообще никаких затруднений, даже не удалось размяться как следует. Мои противники были слишком слабы и вскоре потерпели поражение. 
Торговец Али глядел на поверженных тревожными глазами, а когда же я направился в его сторону, тот мигом скрылся в толпе зевак, что с любопытством наблюдали за происходящим и уже забыли о свадьбе принцессы Гаухар. Теперь все бурно обсуждали чужеземца, который спас вора. То, что я приковал к себе внимание, было плохо, разоблачать себя никак нельзя, поэтому я попытался быстро скрыться. Накинув на голову капюшон плаща, я собирался уже было покинуть это место.
— Мой господин, господин, откуда у вас это? — Мальчишка бросился ко мне с горящими глазами, а в руках он держал то самое украшение служанки. Видимо, вывалилось, когда я разминался с теми болванами.
— Эта тика выпала из кармана вашей одежды! — не унимался малец.
— Ты знаешь, чья она?
Мальчишка кивнул в ответ. Я насторожился, ведь наконец-то узнаю, кто она — эта загадочная незнакомка, которая смогла заинтересовать меня.
— Как тебя зовут? — спросил я.
— Маху, я Маху!
— Чье это, Маху? Кто она? 
— Я не имею права говорить, но вы спасли мне жизнь…
— Вот именно, поэтому ты, теперь мой должник. Обещаю, что никому не выдам этот секрет. Говори, Маху, не бойся! — Я в предвкушении ждал, когда же юнец назовет мне имя той, которая заполняла мой разум последние сутки. Я привык всегда и везде добиваться всего, чего хочу, и эта девушка не исключение: одна ночь, а дальше пусть катится на все четыре стороны. — Ну же, Маху! — не унимался я, пока отрок собирался с мыслями.
— Вы же не причините ей вреда? Не причините? — заволновался паренек.
— Да ты что? Я просто хочу сам вернуть ей украшение, и все!
— Я могу сам вернуть.
— Нет, Маху, я нашел, я и верну его хозяйке. Это будет справедливо, разве нет? — выпытывал, как мог.
Парень потер окровавленный локоть и еще раз взглянул на меня.
— Это тика жрицы Айше, она будущая Великая жрица храма Богини Матери! — произнес мальчуган.
— Жрица? Как интересно…
— Но вас к ней не пропустят, к ней никого не пускают!
— Почему не пускают?
— Потому что она будущая Великая жрица, даже я не видел ее лица ни разу в жизни, но она очень добрая. — Парень просиял. — Она помогает мне и моей сестренке уже очень давно, а ее голос завораживает, такой тонкий и нежный. Она как будто напевает мелодию, а не говорит. — На лице юноши расплылась довольная улыбка, отчего у меня в сердце вдруг, откуда ни возьмись, промелькнула ревность. — А еще она… она… Только умоляю, не говорите никому, это огромная тайна! — Я понимающе кивнул. — Моя сестренка Сара была больна лихорадкой, она умирала на моих глазах, а я ничем не мог помочь ей. Она испустила дух прямо на моих руках, но жрица Айше пришла вовремя. Я сам не знаю, что она сделала, но вскоре Сара воскресла и быстро пошла на поправку.

То, что рассказывал Маху, было невероятным, мои провидцы были правы, и жемчужина существует, а еще я, видимо, единственный, кто видел ее очаровательное личико. Страсть обладать девушкой усилилась в разы, теперь, когда я был так близко к своей цели, предстояло подумать, как пробраться в храм незамеченным, и также покинуть этот город, только уже вместе с жемчужиной Мирана. Жрицы, да и еще с таким даром в моей постели еще не было.
— Господин, мне пора к сестренке, еще раз спасибо, что спасли меня, и прошу, не говорите никому об Айше!
— Я обещал, а мое слово — закон! — Я достал пять золотых монет и протянул Маху. — Вот держи, вам с сестрицей должно хватить на некоторое время.
— Господин, спасибо огромное, до встречи!

Теперь я точно знал, куда мне держать путь, и дорога эта шла к храму Мирана. Протискиваясь сквозь базарную толпу людей, я оказался рядом с лавкой того самого толстяка Али. Мужчина увидел меня и мигом спрятался за тюки с товаром.
— Эй, толстяк, Маху не брал твоих денег, но я готов оплатить тебе то, что пропало, только не тронь больше мальчишку!
Торговец медленно появился из своего укрытия и хитро посмотрел на меня. Поправил съехавший набок головы тюрбан и на некоторое время задумался, какую же сумму озвучить.
— Десять серебряных было. — Явно преувеличил торговец.
Я торговаться не стал. Бросил мужчине мешочек с серебром, тот быстро открыл его и стал пересчитывать содержимое.
— Торговец Али, жрица Айше попросила еще лепестков лотоса, — Вдруг, я услышал рядом знакомое имя, его произнесла пришедшая девушка, лица я не видел, но по голосу понял, что совсем молодая.
— Странно, она же только сегодня утром была у меня и все купила! — вздернул плечами торговец и стал рыться в своих мешках.
— Да, все верно, но на свадебную церемонию принцессы Гаухар нужно много лепестков.
— А у меня больше нет лотоса, я все продал, завтра будет поставка, и я пришлю вам товар, — не найдя нужного товара, предложил мужчина.
— Хорошо, торговец Али, только не забудьте, они срочно нужны для церемонии!

Подслушав разговор этих двоих, в моей голове тут же созрел план, как попасть в сердце храма незамеченным. Но это будет завтра, когда торговцу Али подвезут новый товар, а сейчас мне было необходимо покинуть главный базар Мирана. Довольный, я решил обследовать периметр храма Богини Матери и вскоре оказался на центральной площади, где увидел величественное здание. В нем начиналась молитва, и паломники с верующими заходили внутрь. Я затерялся в толпе и прошел мимо вооруженной охраны в храм, в уме насчитал около дюжины человек вокруг святилища, и еще несколько находились внутри. Там все было готово к молитве. Две жрицы возлагали цветы того самого лотоса из лавки торговца Али к ногам своей Богини. Затем они зажгли священный огонь и принялись обходить с ним вокруг статуи, делая круговые движения с четырех сторон. Заиграла адырна, и я вдруг услышал сказочное пение одной из жриц. Это была Айше, без сомнения. Ее голос завораживал и проникал в самые отдаленные участки сознания, тело покрывалось мурашками, а уходить из храма совсем не хотелось. Хотелось идти за ней, хотелось слушать и слушать мантру из ее уст. Маху был прав, ее голос такой тонкий и нежный, что ты вместе с ней погружаешься в нирвану, а твое сознание постепенно покидает тебя, и ты уже не ты, а служитель храма Богини Матери. Но я все же всемогущий император Каан и поддаваться гипнозу пения не должен. Я взял себя в руки, как мог разведал обстановку и вышел. Теперь Айше моя и никуда не денется, только вот поторопиться стоит.

— Принц Джевед, Джевед! — Я прикинулся слугой брата, как только вошел внутрь дворца, в ту его честь, где нам выделили особое место.
— Слушаю тебя, о непокорный Саид! — подыгрывал принц, медленно и важно вышагивая по балкону с резными животными. — Где ты был? Я уже заждался! Нас вечером ждет праздничный пир, который состоится в честь нашего прибытия!
Я осмотрелся по сторонам, кивнул брату, что нужно идти в его покои, где нас никто не услышит. Вскоре мы оказались вдвоем.
— Можешь прекращать представление, мы одни!
— Нет, что ты, Саид, ты мой слуга и не смей приказывать Великому принцу, — говорил брат с сарказмом, но мой подзатыльник быстро поставил его на место.
— Ай, почему старшие братья всегда обижают младших?
— Слушай меня внимательно, младший, я нашел жемчужину! — процедил сквозь поджатые губы.
— Она существует?! — Принц округлил глаза, словно не веря ни единому моему слову.
— Она существует, поэтому сегодня на праздничном пиру мы должны объявить о свадьбе, которая должна состояться завтра! — повторил я. Промедление могло сорвать все мои планы. Чем быстрее пройдет брачный обряд, тем незаметнее я покину этот город вместе с его жемчужиной. Конечно, роль вора Великому Каану совсем не подходила, однако другого выхода я не нашел. К тому же плевал я на честь и справедливость, когда речь шла об угрозе моим подданным и государству.
— Как завтра? Дай мне еще хоть сутки, я тут с четырьмя наложницами такое вытворял, что теперь боюсь, на первую брачную ночь меня не хватит. Опозорюсь еще перед женой!
— Джевед, приди в себя и вспомни за чем мы здесь! У нас нет времени, храм охраняется, проникнуть в него почти невозможно, только завтра будет маленький шанс сделать это незамеченным. Когда начнется церемония, царь Баяз, а также все жители и гости будут находиться во дворце, часть охраны переведут из храма, и я смогу выкрасть жрицу, а после постараюсь покинуть Миран до полуночи! Ты же пробудешь тут еще неделю, погостишь у новых родственников, этим самым отведешь от нашей династии подозрения, будешь всячески помогать в поисках жемчужины, ну, ты понял…
— Буду сбивать ищеек с вашего следа!
— Именно! Когда же я достигну океана, то сразу выдвинусь домой и буду встречать тебя уже в Олаане. Как раз ты объявишь свое желание провести брачный обряд завтра на вечерней трапезе, ссылаясь на то, что нужно возвращаться домой, поскольку путь предстоит долгий.

Царь Баяз устроил воистину праздничный вечер: столы ломились от изысканной еды и мускатного вина, играли музыканты, а соблазнительные наложницы развлекали танцами своего повелителя и его гостей. Мы разместились по правую руку от царя Баяза и увлеклись местной пищей. Я незаметно пнул в бок Джеведа, как бы дав ему команду начинать разговор о свадьбе, тот все понял и убедительно произнес речь.
— Царь Баяз, не вижу причины больше откладывать церемонию, я принял решение, и завтра же мы должны связать себя узами брака с принцессой Гаухар. Я надеюсь, что все готово к этому событию? — выдал, наконец-то, брат, чем заставил царя Баяза сильно удивился такой спешке. Он не ожидал, что так скоро попрощается с дочерью. Залпом опрокинув золотой кубок с вином, царь Мирана высоко поднял голову.
— Принц Джевед, у нас все готово к свадьбе, но я не понимаю причину спешки, дата назначена на новолунье, а оно наступит через три дня!
— Я не могу так долго ждать, мне пора возвращаться. Как я уже говорил ранее, мой брат, Великий император Каан Алам-Гир сейчас воюет на Лесных территориях, государство и трон остались без присмотра. Да к тому же путь через Золотые пески и Синий океан не близок, как минимум три месяца потребуется, чтобы вернуться! — настаивал Джевед.
— Я уважаю ваше решение и пойду на все условия. К тому же приготовления завершены, и если вы так желаете, я согласен!
— Вот и договорились, а теперь примите дары в честь принцессы Гаухар!
Я подал знак, и рабы стали вносить в тронный зал сундуки золота, серебра и еще множество всякой драгоценной ерунды. Глаза царя Баяза засветились от такой щедрости, больше не было причин сомневаться, что варвары настроены решительно и серьезно на этот брак.

Утром, как только из-за горизонта появились первые лучи солнца, я незамедлительно отправился на базар к торговцу Али. К этому времени узкие улицы Мирана уже заполнились снующей туда-сюда толпой. Да и в самом дворце никто не спал, кроме, наверное, самого жениха. Джевед всегда отдавал предпочтение хорошему и долгому сну. Ну, да пусть отдыхает, ведь сегодня у него особенный день — как-никак, а третья свадьба.

Из вчерашнего разговора толстяка с наложницей храма я узнал, что именно сегодня придет товар цветов для церемонии. Достигнув цели и спрятавшись за тюками с рисом, что стояли рядом с лавкой, я принялся наблюдать, как торговец Али передает небольшой мешок молодому посыльному.

— Эти лепестки доставишь в храм жрице Инне. Свадьбу принцессы перенесли на сегодня, поэтому они нужны срочно. Понял? — строго проговорил торговец. — Не смей нигде задерживаться, иначе я с тебя три шкуры спущу!

Посыльный молча закинул тюк на плечо и быстро направился к храму Богини Матери, я двинулся за ним. Пройдя несколько кварталов, он свернул на безлюдную улочку. Насчет людей, как я и предполагал. Значительная часть жителей Мирана собралась возле дворца царя Баяза. Скоро должна была начаться церемония, и все хотели посмотреть на это грандиозное событие. Я же выбрал подходящий момент и напал сзади на посыльного, одним ударом лишил его чувств, оттащил тело в темный закуток, забрал тюк и направился за драгоценной Айше.

Подойдя к храму Богини, я окинул его взглядом. Охрану уменьшили, все шло по моему плану. На белоснежных мраморных ступеньках появились жрица и старый священник, они озирались по сторонам, видимо, ожидали цветы лотоса.

— Ну, где этот посыльный, пора ехать, а его все нет и нет! — взволнованно говорила жрица священнику.

— Но без цветов лотоса мы не сможем прочитать молитву для обряда, жрица Инне. Он должен вот-вот появиться, еще немного подождем, — успокаивал ее священнослужитель.

Я накрыл лицо платком и, сутулясь, подошел ближе к ним. Стал подниматься по ступенькам и вскоре оказался рядом.

— Ну, наконец-то, почему так долго? Церемония скоро начнется, — сказала недовольно жрица.

Я обратил внимание на четырех воинов, которые охраняли вход в храм, они были хорошо экипированы и стояли неподвижно, как статуя Богини Матери.

— Простите, жрица, товар только что привезли, — ответил я охрипшим голосом.

Через секунду появились рабы, в руках они несли большой палантин. Я передал тюк одному из них и протянул руку к жрице. Она вложила мне в ладонь пять серебряных монет и направилась вместе со священником в эту коробку из прочной ткани.

— А-а-ай! — закричал я, имитируя боль в животе. — Помогите, помогите!

Жрица тут же бросилась ко мне. Я для большей убедительности упал на ступеньку и скорчился от ненастоящей боли.

— Что с тобой? Что случилось?

— Живот… живот… сейчас разорвется все внутри…

— О Богиня Мать, еще этого мне не хватало! Эй, стража, отнесите больного в храм и позовите к нему лекаря! Я не могу больше задерживаться, и так много времени потеряли!

Меня занесли в храм, пронесли по коридору первого этажа, а затем уложили в одну из многочисленных комнат. Вскоре пришел лекарь — мужчина средних лет, среднего роста. Он осмотрел меня и, поскольку причин боли не нашел, отправился восвояси. Однако посоветовал мне отлежаться покуда не станет легче. Пришлось делать вид больного до самого вечера. Охрану, что была приставлена ко мне, я быстро ликвидировал, с успехом пройдя первое препятствие, теперь дело оставалось за малым — найти Айше.

       Я недолго блуждал по высоким коридорам храма, но здесь было пусто, и только статуи Богини смотрели на меня с подозрением. Быстро обследовав нижний этаж, я устремился наверх, осторожно выглянул из-за угла и заметил еще двоих стражников, что стояли у двери самой дальней комнаты. Я отпрянул обратно, прижался к стене, достал монету и бросил вниз. Она громко запрыгала по ступенькам. Стража быстро отреагировала, послышались шаги. Как только один из воинов попался мне на глаза, я воткнул в него кинжал и тихо положил на ступеньку.

— Бахи? Бахи, что там? — крикнул второй, его голос эхом пронесся по пустому коридору, но Бахи не ответил.

Стражник решил пойти следом за товарищем и угодил в ту же самую ловушку, что и Бахи. Я переступил через тела и направился к двери в конце коридора. Отодвинув с опаской тяжелую штору проема, увидел Айше. Это божественное создание. Девушка сидела в позе лотоса с закрытыми глазами и медитировала. Она сложила ладони и держала их на уровне полной груди, которую прикрывала короткая блуза — чоли. Шаровары достигали округлых бедер, а ее втянутый пупок украшал витой узор. И еще на нем висела золотая безделушка с таким же жемчугом, что и ее тика, а на изящном хрупком плече был еще один знак, цветок лотоса, который так любила Богиня Мать. Черные длинные волосы рассыпались по плечам, а алые пухлые губы шептали молитву. Невольно я залюбовался этой красотой. Айше самая что ни на есть настоящая жемчужина Золотых песков.

— Наконец я добрался до тебя, жемчужина Мирана, — с вожделением произнес я и зашел внутрь ее покоев.

Девушка распахнула огромные глаза, изогнула черную тонкую бровь. Я откинул платок и предстал перед ней. Ужас ярко прослеживался в ее глазах, она узнала меня, соскочила с кровати, схватила покрывало и прикрыла соблазнительное тело.

— Как ты посмел? Что тебе нужно? — испуганно прокричала она и забилась в угол комнаты.

— Жемчужина для жемчужины. — Я достал перламутровую драгоценность, намотал золотую цепочку на палец и стал раскачивать ее. — Решил вернуть тебе это!

— Ты мог бы с кем-нибудь передать ее! Тебе не стоит находиться тут, это запрещено. Я жрица храма, и мужчина не имеет права приближаться ко мне.

— Драгоценная моя Айше, я варвар, и ваши законы мне не писаны. — Я вплотную приблизился к ней, она еще больше прижалась к стене, но я не мог уже остановить себя, провел рукой по бархатной коже плеча и стал пальцами обводить цветок лотоса. Она дрожала и с силой зажмурила глаза, я опустился к пупку и стал то же проделывать и с ним. Дыхание Айше учащалось с каждым моим движением. Ее грудь вздымалась, что немедленно подействовало на меня. — Я пришел за тобой, жемчужина, ты мне нужна, — говорил охрипшим голосом, потому что ком изнутри поднялся к горлу. Я не удержался и решил попробовать ее на вкус, провел языком по открытому участку груди и тут же получил громкую пощечину.

— Стража, стража! — закричала Айше, но я лишь еще крепче прижал ее своим телом.

— Ты можешь кричать сколько угодно, тебя никто не услышит, я истребил охрану, а все остальные обитатели храма сейчас в царском дворце, ведь там идет свадебная церемония. Так что теперь ты в моей власти!

— Отпусти, отпусти, наемник проклятый, варвар! — кричала она мне в лицо.

Я резко развернул ее, завел руки за спину и связал их.

— Что ты делаешь? Отпусти! — пищала жрица, но я схватил платок и туго перевязал рот.

Завернул ее в покрывало, закинул на плечо и вышел из покоев. Она вертелась на моем плече и затрудняла ход, я хлопнул ее по округлой заднице и двинулся дальше.

На улице смеркалось, церемония бракосочетания была в самом разгаре, и только еще пара стражников стояла у входа в храм. Я поставил Айше у стены, протиснулся через узкий проем в двери и точно так же расправился с этими, как и с остальными, заволок их тела внутрь, снова закинул Айше на плечо и вынес наружу. Зашагал по узкой улочке и двинулся к окраине города, где заранее подготовил лошадь и вещи для длинного похода через пустыню Золотых песков. Айше все так же трепыхалась, я не обращал внимания на это маленькое неудобство и был несказанно рад, что она теперь моя. Жемчужина Мирана моя!

Мне удалось выйти за пределы города незамеченным. Покидая зеленый оазис, я прямиком направлялся в непредсказуемую пустыню Золотых песков. Моя добыча все еще пыталась сопротивляться, но наши силы были не равны. Крепко держа ее в своих объятиях, я гнал лошадь вперед, все дальше и дальше от Мирана. Когда же огни города совсем скрылись за горизонтом и, только полная Луна стала освещать наш путь, мы приблизились к пустыне. Звездное небо опустилось настолько низко, что складывалось ощущение — оно вот-вот накроет нас, свалится на наши головы. Впереди ждала кромешная тьма, но я все же решил продолжить свой путь.

Конь ступил на теплый песок, его копыта проваливались, и наш ход замедлился, но мы не останавливались. Легкий ветерок поднимал песчинки пустыни и трепал длинные волосы Айше. Они развевались и прикасались к моему лицу, нежно щекоча его. Неповторимый аромат ее тела сводил с ума, но я гнал прочь свои желания. Нужно было как можно дальше продвинуться в Золотые пески, чтобы нас не настигли воины царя Баяза. Сейчас надежда была на Джеведа, он должен сбивать с толку моих преследователей, а главное, отвести подозрения в похищении жрицы от нас. Я надеялся, что брат не натворит глупостей и будет придерживаться моего плана, иначе я действительно отрежу ему волосы.

— Эм-м-м! — Айше пыталась что-то сказать через закрытый рот, но я пока не собирался снимать с нее повязку, мне совершенно не хотелось слушать женские крики и оскорбления в свой адрес.

— Эм-м… Эм-м! — не унималась она.

— Сиди тихо, — грубо бросил ей.

— Эм-м! — жрица продолжала мычать.

— Не возмущайся!.. Хорошо, сниму с тебя повязку, но если будешь кричать, я отрежу твой язык, поняла?

Жрица кивнула, я развязал платок и рукой смахнул его. Айше глубоко вдохнула несколько раз так, как будто чувствовала себя обессиленной, но мне стало понятно, что она притворяется.

—Демон проклятый, — сказала она сквозь слезы, — я задыхаюсь, хотя бы напои меня!

На женские мольбы пришлось остановить лошадь, достать флягу с водой и протянуть ее жрице, девушка жалобно посмотрела на меня.

— Ой, совсем забыл, у тебя же руки связанны. — Одним рывком стянул хрупкое тело с лошади и поставил на землю. Девушка пошатнулась и чуть не рухнула на песок, я удержал ее, она отпрянула.

— Варвар, руки развяжи! — приказала она. Я отрицательно покачал головой. — Как я, по-твоему, пить буду?

— Я напою тебя сам!

— Нет! Развяжи руки, у меня плечи затекли!

— Не капризничай, женщина. — Я притянул ее к себе и поднес флягу к губкам, но она отвернулась. — Значит, не так сильно тебя мучает жажда?

— Еще раз прошу, развяжи меня! У меня правда руки онемели, — жалобно проскулила Айше.

Я развернул ее, достал свой кинжал и полоснул по веревке. Девушка расправила руки и потерла запястья.

— Держи! — протянул ей воду, но девушка резко ударила меня коленом в пах. От боли я согнулся пополам. — Ай-ай!!! — зарычал. — Ах ты ж, маленькая…

Только, увидев, как сверкают ее пятки, отдаляя жрицу от меня, я собрал всю волю, распрямился и двумя прыжками нагнал девчонку, толкнул ее в спину. Айше не удержалась и рухнула на песок.

— Глупая, глупая маленькая жрица. — Я схватил ее за волосы, резко поднял и прижал к себе. — Ты действительно думала, что сбежишь?

— Отпусти меня! Отпусти, демон проклятый! — Она попыталась нанести мне очередной удар, но я ловко перехватил руку, снова вынул кинжал и приставил его к ее тонкой шее.

— Если не заткнешься, я сдержу слово и отрежу твой ядовитый язычок, а если еще раз попытаешься бежать, я вырву из груди твое сердце и сожру его, поняла? — Мой рык разносился по пустыне, я кричал на жрицу, а она заплакала от бессилия, понимая, что слаба и находится в безвыходной ситуации. — Поняла?!

— Да! Да! Да! — взревела Айше в ответ.

— Вот и умница! — Я сжал ее локоть и силой потащил к лошади.

— Пить, пить, дай воды!

— Я предлагал ранее, ты отказалась! — грубо сказал я, закинул девушку на лошадь, прыгнул сзади, и мы снова двинулись в путь.

***

Над Мираном просыпалось палящее солнце, своими лучами оно озаряло каждый уголок города, а особенно дворец царя Баяза. Жители города собрались и с нетерпением ждали, когда на высоком партере появится принц Джевед и предоставит им доказательства того, что принцесса Гаухар в свою первую брачную ночь была невинна. Площадь перед дворцом заполнялась с каждой секундой, и вскоре не осталось ни единого свободного кусочка земли. Вдруг прозвучал сигнал рога, и наконец вышел принц Джевед, прекрасный, как бог. В руках он держал белоснежный кусок ткани. Толпа торжественно взревела, люди радостно встречали северного варвара из далеких земель. Он подошел к краю балкона и раскрыл простынь, на которой красовалось доказательство невинности принцессы. Народ ликовал и не сдерживал своих эмоций, восторженные крики вскоре заполнили Миран. Царь Баяз был доволен, что его дочь не опорочила честь его рода и пришлась по вкусу северному варвару. Сам же принц остался доволен новоиспеченной супругой, ведь принцесса Гаухар была прекрасна и свежа, как нераскрывшийся бутон розы.

— Царь Баяз, беда! Беда! — встревоженно кричала Нига, мчась по коридору дворца. — Беда!

— Нига, что случилось? — ее остановила принцесса Гаухар, которая стояла поодаль от отца и прятала смущенное лицо под шелковым покрывалом.

От ее криков правители покинули партер и быстро оказались внутри дворца.

— Я… я побежала в храм Богини Матери за жрицей Айше, — запыхавшись, лепетала служанка. — Жрица Инне приказала, она ведь осталась на ночь во дворце, чтобы завершить все брачные ритуалы. А там… там! — Молодая рабыня пыталась подобрать слова сквозь слезы. — А там все стражники мертвы и лежат в лужах крови… А жрицы Айше нигде нет! Я все комнаты оббежала, и ничего, ее похитили! Похитили!

Лицо царя Баяза побелело, он не мог поверить в рассказ девушки, но Нига была перепугана до смерти, ее тело пробивала частая дрожь, а слезы ручьем катились по щекам.

— Нига, что ты такое говоришь? Этого не может быть! — закричал царь.

— О Богиня Мать! Бедная Айше, бедная Айше, — залепетала принцесса Гаухар.

— Мы должны все проверить, царь Баяз, нужно идти в храм! — с наигранной уверенностью произнес принц Джевед, играя роль доброжелателя. Медлить не стали и быстро, со стражей, отправились в храм к месту преступления.