Легенда о северной чародейке

Яркое окно портала за спиной исчезло, и я оказалась посреди заброшенной хижины с дырявой крышей. Двери были сломаны и со скрипом покачивались на ветру. Сквозь узкие отверстия под потолком внутрь едва проникал свет, углы обросли плотной паутиной, воняло сыростью. 

Тут я заметила под досками золотистое свечение. Я, бытовая чародейка, могу видеть магические предметы и не упущу из виду случайно найденную вещь.

Присев, я вырвала трухлявую доску. Жилец оставил очень ценный клад. Годное зелье из золотого корня для восстановления сил и кинжал с дубовой рукояткой и маленьким лезвием из серебра. Положив находки в сумку, я перебросила ее через плечо и поспешила на выход.

Я вдохнула полной грудью свежий утренний воздух с ароматом хвои и осмотрелась. Неподалеку на холмистом ландшафте раскинулась усадьба, огороженная плетеным забором. На сочном пастбище паслись коровы и овцы под надзором пастуха.

Побрела к главной дороге, усыпанной щебнем. Дойдя до перекрестка, остановилась у огромного камня-путеводителя, который поведал мне о том, что нахожусь в Нидельхейме, владениях династии Драгоценных. 

Значит, можно было вздохнуть с облегчением. Я дома...

Когда мне исполнилось шесть лет, мама умерла при родах. Тогда отец решил отправить меня на воспитание в Фенсалир, небесную академию для благородных девиц, которой повелевает Верховная богиня Севера. Там меня обучали домашнему быту и магическим способностям, чтобы я служила добрым делам. 

Я слегка нервничала, и меня трясло от волнения. Ведь никогда не знаешь, как встретят и примут близкие. Узнает ли родной отец десять лет спустя? И как сложилась его жизнь после смерти мамы?

Дойдя до невысокого ограждения, я увидела вооруженных постовых. Мне смутно припоминалось, как много лет назад выглядела усадьба. Отчего-то сейчас показалось, будто владения нашей семьи расширились и выросли в целую деревню.

Невольники в тонких ошейниках носились от одного строения к другому. Все здания по старым традициям были сложены из нетесаных сосновых бревен, двускатные крыши покрыты дерном. Куры и гуси бродили по двору между низкими подсобными пристройками, обросшими густой травой.

Увидав меня, один из постовых вышел навстречу.

 — Где найти господина Эрлендора? — Я скинула с плеч накидку, чтобы никто не заподозрил во мне воровку.

 — Кто ты? — грозно спросил постовой с копьем, осмотрев с ног до головы.

 — Мне нужно к господину.

 Охранники переглянулись.

 — Ты что, глухая, он спросил, кто ты?

 — Я его дочь Эйдис!

Постовой, что стоял впереди, сначала удивлённо посмотрел на меня, а потом рассмеялся.

 — Ага, а я сын Фенфира, веришь?!

Прежде чем эти два идиота снова посмеются надо мной, я убрала волосы с лица и показала им темно-синюю метку под правым глазом.

 — Э, смотри, — постовой повернулся к своему напарнику и указал на руническую снежинку, родовую метку нашей династии.

Второй подошёл ближе и прищурился.

Меня и без того всю трясло, а тут ещё эти двое. Неужели не видно, что я не из местных? Разве они не должны отвести меня к командиру охраны?

 — Да, знак как у господина, — сказал другой.

 — Может, сообщим Вальди, пусть разберётся с ней, — постовой ткнул в мою сторону копьём.

 — Пошли, — сказал стоящий впереди.

Хам хотел взять меня за предплечье, но я дернулась и не дала себя трогать. Потом от их толстых пальцев синяки будут как после побоев. Я пошла за постовыми, и они завели меня за стену к дому командира. Крепкий рослый мужик стоял раздетый до пояса возле ведра с водой и делал зарядку.

 — Вальди, тут эта девка говорит, что она дочь господина, — постовой грубо толкнул меня в спину, и я залезла сапожками в грязь.

 — Где вы ее нашли? — командир тоже осмотрел меня и почесал бороду.

 — Я сама пришла, — ответила вместо идиотов.

Вальди постоял немного, подумал, накинул рубаху и сказал:

 — Пошли, посмотрим, говоришь ли правду. Только знай, если соврала, тебя ждут неприятности. Наша госпожа не терпит подобного.

 — Ваша госпожа — это кто? — удивилась я.

 — Госпожа Унн.

Должно быть, отец женился, когда я уже была в академии. Хотя я помню, как сильно он скорбел после смерти мамы. Тем более, что и долгожданного сына потерял.

Вальди повел меня к чертогу, где мы раньше жили вместе с прислугой и дружиной отца. Родной дом из бревен и прутьев с толстыми изогнутыми стенами заметно удлинился. Вдоль фундамента стояли резные ящики, в которых росли кухонные травы, крапива, дикий щавель, перечник и марь.

Из моих воспоминаний остались старые двухстворчатые двери с железными заклепками и висящий над входом крупный череп лошади.

К главному дому был пристроен второй — высокий, украшенный резьбой, с отдельным входом. Должно быть, это чертог, где спят женщины. Позади него виднелся фруктовый сад. В тени плодоносных яблонь стояла дощатая беседка с лавками, где я любила в детстве сидеть с мамой. Сбоку от длинного дома находился старый Медовый Зал, на котором обновили лишь кровлю из камыша.

Мы вошли в длинный дом. Внутри увидела только прислугу, которая возилась с растопкой очага. Я присела рядом на лавку. Было тепло, так что меня развезло, пока Вальди ходил за отцом.

 — Эйдис! — услышала я сквозь дремоту.

Быстро вскочила и, увидев отца, в первый момент застыла, как истукан. По щекам потекли слезы радости. Он немного постарел. Когда-то длинные светлые волосы, что с гордостью носил распущенными, теперь были короткими и заплетены в косички. Загорелое лицо в морщинах от солнца и ветра, грозно нахмуренные брови. И все тот же, как прежде, строгий взгляд и пронзительные темно-голубые глаза. Отец был одет в жилетку из волчьей шкуры и длинные, зауженные книзу штаны из мягкой кожи.

Я хотела кинуться к отцу в объятия, но Вальди не дал.

 — Спокойно!

 — Все нормально, это моя дочь, — сказал отец и крепко прижал меня к груди.

 — Я боялась, что ты меня не узнаешь, — растаяв в его крепких объятиях, заплакала и закрыла глаза.

 — Что за глупости, как я могу не узнать родную дочь? — прошептал он и крепко поцеловал меня в лоб. Отстранившись, он рассмотрел мое лицо и улыбнулся. — Красавица, похожа на Арнуру.

Помню, как в детстве говорили, что я похожа на маму. Высокая смуглая брюнетка с темно-каштановым отливом в волосах. С большими серыми глазами, как озёра нашего края, обрамленными густыми черными ресницами, и полными длинными губами.

Отец обнял меня за плечи и подвел к столу. Женщина занесла и поставила на него широкую тарелку со свежеиспечёнными лепёшками и вареными яйцами.

Волнение начало проходить, и от голода в моем животе громко заурчало.

 — Как тебе удалось покинуть Фенсалир?

Я прекрасно понимала, почему отец так удивлён моим внезапным появлением. Это выглядело слишком подозрительно. По договору между отцом и богиней, я должна была навсегда остаться в Фенсалире и прислуживать ей. Пока меня не отправили бы на задание в мир людей. И вот получилось так, что до этого не дошло.

 — Академию закрыли и всех отправили домой через порталы, — я кивнула и принялась рвать лепешку на части.

 — Что там случилось? — отец нахмурился.

 — Богиня впала в магический сон, — ответила я, смотря в его усталые глаза.

 — Давай поешь и отдохни, а потом все расскажи моей супруге Унн, она тоже оттуда, — сказал он, прихватил с собой целую лепешку и вышел с Вальди.

Я кивнула. Женщина налила из кувшина молоко и осталась, пока я не поела. После она проводила меня в соседний чертог и помогла переодеться. С тяжелым вздохом я легла на кровать, смотря в резной, расписанный орнаментами лазурью потолок. Мне всё не верилось, что я действительно дома. Голова кружилась от пережитого за последнее время. Закрыв глаза, крепко уснула. 
Добро пожаловат на Север: 
https://litgorod.ru/profile/628477/books

Проснувшись, увидела сидящую рядом в кресле рыжеволосую женщину со светло-голубыми глазами и жизнерадостном взглядом. На голове она носила короткую полупрозрачную льняную косынку с искусной вышивкой. Через темно-зеленый сарафан-хенгерёк заметно выделялся округлившийся живот. К бретелькам сарафана были прикреплены парные овальные фибулы с разнообразными бусами между ними, пущенными в несколько рядов. Должно быть, это новая жена отца. Моя мачеха выглядела моложе него на много лет.

Одежду с меня сняли, я была в одной сорочке, а волосы заплетены в косу. Хотела встать, но женщина лёгким касанием руки уложила меня обратно.

 — Ты ещё слишком слаба. Нам пришлось искать знахаря, так как каким-то образом моя магия не смогла тебе помочь.

 — Почему я себя так странно чувствую? — сморщилась я от слабой головной боли.

 — Скорее всего, из-за перехода из другого мира, — сказала Унн и положила влажную холодную тряпицу мне на лоб. Сразу стало немного легче.

 — Понятно… — Не знала я, что, когда переходишь через портал, теряешь силы.

 — Значит, ты дочь Эрлендора, я рада с тобой познакомиться, — мачеха улыбнулась.

 — А ты, должно быть, Унн? — я знала ответ, просто хотела убедиться в своих догадках.

 — Да, Эйдис, — она кинула тряпицу в чашу с водой.

 — Ты обо мне не знала? — мне было интересно, рассказал ли отец ей о своих бывших женщинах.

 — Знала. Теперь поспи. Крепкий сон хорошо восстанавливает силы, — она поправила шерстяное покрывало.

Унн осторожно, не спеша, встала, держась за поясницу, и вышла из чертога.

Валяться в постели и строить из себя слабую не было желания. Нужно принять что-нибудь травяное для восстановления сил. Видимо, Унн не очень хорошо разбиралась в травах. Я и сама не сильна в этом. Но еще в первые годы обучения в Фенсалире нас учили делать восстанавливающие магические зелья.

Я медленно поднялась и взяла с сундука свою сумку. Достала оттуда найденное зелье из родиолы, которое поднимет на ноги даже полудохлую лошадь. Открыла пузырек и приняла десять капель золотисто-зеленого цвета, этого должно было хватить. Тело мгновенно сковало и в тот же момент отпустило. Я почувствовала невероятный прилив сил. Теперь можно было хоть в поход, хоть танцевать до утра. 

В дверь чертога кто-то постучал, и внутрь вошла молодая женщина с кувшином в руках. Я быстро спрятала пузырек обратно в сумку.

 — Привет, меня зовут Торви, я живу и прислуживаю в чертоге, — представилась она и вылила из кувшина воду в большой ушат в углу.

 — Ясно, смотрительница порядка тут.

Я встала, подтянулась и пошла приводить себя в порядок. Пока умывалась и причесывалась, Торви достала из большого сундука белую длинную рубаху с рукавами и бордового цвета сарафан на лямках, с вышитыми орнаментами. 

 — Пойдем ужинать, — предложила она.

Я надела короткие сапоги, и мы покинули чертог.

В трапезной было тепло и уютно. Пол был покрыт свежими пахучими травами. Прислуга накрывала на стол. Надо отдать должное Унн, все вокруг блестело от чистоты. Слуги не сидели без дела, были помытыми и обряженными в простые, но опрятные суконные одежды. В углу у маленькой жаровни судачили и пряли бабки. Дровосек заносил готовые полешки и складывал вдоль стены. Между длинными лавками шныряли собаки.

 Главная палата раньше была меньше и не настолько плотно заставлена глиняной посудой на полках, обвешана шкурами, щитами и копьями. Вот столько шкур тут точно не было. Не помню такого, чтобы даже под лавками лежали свертки. В начале стола стояли два резных кресла хозяев.

В глубине палаты на возвышении находился трон нашей семьи с короткими лавками по обе стороны. Над спинкой массивного кресла висел круглый позолоченный щит с мощной защитной руной. В него были крест-накрест воткнуты два длинных копья с обсидиановыми наконечниками, единственное магическое оружие против драконов и оборотней.

Возможно, после смерти отца, как его единственная наследница, я займу этот трон…

 — Тебе уже лучше, Эйдис?

Я и не заметила Унн, стоявшую у стола. Она перебирала свежие травы и рассортировывала их по глиняным горшочкам. Подготавливала для варки магического зелья.

 — Да, спасибо тебе за заботу, — поблагодарила я ее и присела за стол.

 — Не за что, как я могла поступить иначе?!

Она нагнулась, и из-под нижней рубахи выскользнул защитный талисман «Звезда души» с золотистым камнем, светящийся разными цветами.

Ух ты! Да моя мачеха самая сильная ведьма в мире людей! Судя по радужным кругам свечения, она прошла все испытания. За все годы обучения на моем защитном талисмане появился лишь один. И тот я получила по наследству от предков — дар полубессмертия. Может, мне стоит постоянно носить свой защитный талисман, как это делает Унн?

 — У тебя доброе сердце, — я принялась поморгать ей с травами.

 — Отец рассказал мне, что случилось в Фенсалире, — Унн покачала головой.

Мой взгляд застыл на рисунке на боку горшочка, там была изображена битва воина с клыкастым кабаном.

 — Да… Богиня впала в магический сон. Прислужницы пытались всякими способами разбудить ее, но ничего не помогло. Потом явился личный вестник Верховного всеотца-бога и приказал закрыть Фенсалир, — тяжело вздохнула я, рассказав еще раз, какова причина моего возвращения.

 — А ты не обращала внимания, ходили какие-нибудь слухи среди ваших наставниц? — Унн спрятала талисман обратно за рубаху.

 — Ну, болтали, что богиня потратила слишком много сил, и теперь ей нужно отправиться к магическому источнику, чтобы восстановиться.

 — О боги! Придется искать другую покровительницу. Понимаешь? — Унн поставила глиняные горшочки на поднос и отдала его в руки служанки.

 — Да что тут не понимать. Наставницы не смогут обучать своих преемниц без ее благословения, — я не стерпела, взяла из плетенной чаши яблоко.

 — Каким способностям тебя обучали в Фенсалире? — Унн присела в кресло, укрытое белой шкурой песца.

 — Бытовой магии, — я наполнила наши кубки сладким элем.

 — Ты ведь закончила обучение? — Унн порвала пышные лепешки и разложила куски по тарелкам.

 — Почти, мне оставалось пройти обряд посвящения.

Внезапно собаки громко залаяли, приветствуя хозяина. Отец поставил в угол длинное копье и скинул меховую жилетку. Он подошел к Унн, крепко поцеловал ее в губы, взял кусок лепешки и занял свое коронное место.

Слуги тут же засуетились и начали подавать горячую еду.

 — Ну, как ты себя чувствуешь, Эдди, выспалась? — спросил он меня, назвав по имени как в детстве.

Служанка с большим кувшином подошла к нему и налила браги.

 — Да, я хорошо себя чувствую.

 — Как отец, я должен знать, что ты собираешься делать дальше? — он взял большой нож и начал тонко нарезать кусок копчёной телятины.

 — Для начала я бы хотела пройти обряд посвящения, а потом навестить родню мамы, — поделилась я своими небольшими планами.

 — Что насчёт выйти замуж и завести семью со своим двором? — отец положил мне в тарелку аппетитного мяса, от которого исходил приятный запах.

 — Я об этом ещё не думала...

 — А надо бы! До академии я договорился помолвить тебя с сыном знатного человека с побережья. К несчастью, твой жених погиб в море, сражаясь с чудовищем. Поэтому придется искать другого.

Меня начало трясти, не успела вернутся домой — и сразу замуж.

— Может, немного подождем, или тебе не терпится определить меня в другую семью?

— Не перекручивай! У тебя есть выбор, и он таков: либо я найду тебе жениха, либо родня твоей матери. Думай и решай, — предложил мне отец и выпил браги.

Служанка хотела наполнить его кубок снова, но Унн показала жестом, чтобы она ушла.

 — Отец, я согласна, но разреши мне сначала закончить начатое. Фенсалир-то закрыли, — я с надеждой посмотрела на него.

 — Ну, и слава богам, что закрыли! — отец отрезал кусочек мяса и кинул рыжему псу, который лежал у его ног.

 — Эрлендор, она должна закончить то, что начала. Иначе ее воспитание в Фенсалире было бессмысленным, — Унн положила ему в тарелку тушеной капусты с горохом.

 — Ладно-ладно! Но знайте обе, я ничего не нахожу в домашней магии. У Арнуры якобы был этот дар, но ничего особенного я в нем не видел, — отец щелкнул пальцами служанке с кувшином браги, и та несмело подошла и наполнила его кубок, пряча взгляд от строгой хозяйки.

 — Может, твоя покойная жена не решалась использовать свои способности, тем более, если ты не признаешь этот дар, — Унн погладила отца по спине.

— Так, я устала сегодня, пойду отдыхать. Эйдис, если что, в женском чертоге Торви командует. Спрашивай ее, если тебе что-то надо, не стесняйся.

 — Конечно, не беспокойся, я ведь дома.

Отец встал, обнял Унн, и они ушли в семейные покои. Я допила свой эль и решила пойти подышать свежим воздухом, пока еще не стемнело.

Вечер пах свежескошенной травой и хвоей. Однако не свободой. Зная отца, можно было точно сказать, что он не изменит своего решения и найдет мне подходящего жениха. Пока у меня есть время еще походить в девках, я должна разрабатывать свой магический дар. Мне нужно подготовиться к обряду посвящения. Мама была одаренной чародейкой, и я намерена продолжить ее дело.

Я свернула за усадьбу, где рядом с огороженной площадкой для тренировки боевых навыков находилось еще и капище. Подойдя ближе, я увидела троих молодых прислужников, обритых налысо, в длинных простых льняных рубахах-платьях. Один из них, жрец, что выше всех, ритмично стучал ладонями по бубну и бормотал про себя ритуальное моление. Его помощники, мальчишки, окуривали статуи богов.

Главный истукан посередине был посвящен Северному Всеотцу богу. По бокам же, как я полагала, стояли бог Турь со своим огромным молотом «Мьёльнир» и Фрейр с длинным мечом «Луч солнца». Это святилище не изменилось. Только, видимо, уже не было в живых старого жреца, который проводил все ритуальные обряды. Жаль, он мог бы провести посвящение.

Дальше за капищем была тропа в горы, бегущая через густой хвойный лес. Но без охраны идти туда гулять было уже слишком поздно и опасно. Это все-таки совсем другой мир, не небесный чертог, где я провела десять лет в четырех стенах.

Я постояла и подумала, придется идти назад. Темнело тут всегда быстро. Из-за густо заросшего хвойного леса казалось, что вечерние сумерки медленно поглощают местность. Я не стала ждать, когда стемнеет так, что под ногами не увидеть землю, и поспешила обратно. У меня еще будет время прогуляться завтра днем.

Я вернулась в знакомый чертог, где спала в детстве. Иногда даже мама тут ночевала, когда с отцом ссорилась. Переодевшись в льняную длинную рубаху, я легла в постель и сладко уснула.

Первый день дома. Посмотрим, что он мне принесет. С утра сразу пошла и помылась в бане. Какое же это было удовольствие, когда тебе никто не мешает и не приходится спешить, боясь, что опоздаешь на завтрак. 

Я взяла сумку, плащ для прогулки и с бодрым настроением пошла в главный чертог. Отца уже не было. Хоть спокойно можно было поесть, без разговоров о замужестве.

Унн возилась у очага, ставила в него глиняные горшочки с травами. Она делала это по древнему методу. Самое главное в этом — не передержать на огне, иначе травяной состав закипит. Нужно, чтобы он немного потомился, травы пустят сок, и получится крепкий концентрат. Его потом разбавляют родниковой водой и зачаровывают. В Фенсалире уже давно используют специальную печь для травоварения и стеклянные пузырьки для зелий.

 — Доброе утро, Унн. Тебе помочь?

 — Нет, спасибо, я почти справилась.

На столе стоял котелок с пресной овсяной кашей, от которой меня с детства тошнит. Я отодвинула тарелку и съела гусиное яйцо с лепешкой и маслом.

Перед прогулкой я подошла к мачехе немного поболтать.

 — Унн, мы вчера кое о чем не договорили. Я хотела спросить тебя, сможешь провести со мной обряд посвящения? — осмелилась я проговорить.

 — Я думала об этом. Я вчера тебе объяснила, что без благословения Верховной мы не сможем провести обряд. Дух богини сейчас лучше не беспокоить, если она впала в сон, даже жертвоприношение не поможет, — мачеха присела в кресло отдохнуть и положила руки на живот. 

Я поджала губы.

 — А если мы найдем другую богиню-покровительницу?

Я присела на лавку. К нам подошла служанка с длинной косой и красной вышитой лентой на лбу, все время крутившаяся возле Унн. Она подала хозяйке кубок с водой.

 — А когда ты покидала академию, вам наставницы совсем никаких заданий или напутствий не дали?

 — Нет! Все произошло внезапно, мы поужинали и возвращались к себе отдыхать. Но тут глашатай протрубил в рог, и старосты чертогов собрали нас на главной площади. А дальше, как я уже говорила, все это случилось с богиней, и нам объявили, что всех вернут домой. Дали пять минут на сборы, и, пока мы побежали складывать личные вещи, наставницы открыли порталы, — рассказала я, но никакими словами не передать, какая суматоха и бардак творились в академии.

Унн застыла с кубком в руках и тяжело вздохнула.

 — Спасибо наставницам, что не бросили вас.

 — Ну, так где можно узнать про другую покровительницу? — я не сдавалась и теперь, когда чувствовала столько преград, уже точно решила не останавливаться.

 — Все не так просто. Вот если б ты была боевая чародейка, у тебя было бы больше покровителей, — Унн загадочно улыбнулась, словно такой как она стать легко. 

 — Вот как!

 — И еще дело в том, что я не знаю, чему ты научилась в Фенсалире, а чему нет. Например, какая стихия природы подчиняется бытовой чародейке? — Унн развела руками.

Я откашлялась и приготовилась к ответу.

 — Огонь! Чародейка хранительница очага, — улыбнулась я.

Унн кивнула.

 — Именно, твоя территория — это дом и все, что к нему относится. В бою или в заклинаниях на капище твои магия бессильна.

 — Но зато только бытовая чародейка может зачаровывать боевое оружие и доспехи.

 — Да, это и есть дополнительный навык. Если память меня не подводит, сначала бытовым чародейкам это было недоступно. Это богиня расширила обучение такой магической способности, потому что ее супруг и сыновья в битвах бывали, — рассказала Унн.

Я внимательно слушала ее, и мне казалось, что сейчас урок теории в Фенсалире. Видимо, у мачехи было намного больше опыта и знаний, чем у наших чопорных наставниц.

 — Не знала об этом! Ну, тогда ты хотя бы слышала, кто, кроме Верховной богини, еще покровительствует домашней магии? 

 — С всея богиней в этом мастерстве соперничает только одна… Но я не скажу тебе ее имя. Во-первых, она мне не покровительница и нет смысла прославлять ее. Во-вторых, это нужно тебе, а не мне. Да и я должна проверить твои способности.

От ее методичной речи и твердого голоса моя кожа покрылась мурашками. 

— Я была бы тебе очень благодарна. И это засчитается? — я чуть не запрыгала от счастья.

 — Разумеется, отчитываться-то перед Верховной придётся мне.

Я почесала голову и задумалась, присев обратно.

 — Но как я буду готовиться, если у меня нет с собой никакого материала? — озадачилась я.

 — Для начала ты выполнишь кое-какие задания, что я тебе дам, с помощью чего мы узнаем, насколько сильна твоя магия. Ты вернулась на землю людей, и, поверь, будет непросто перестраиваться. Однако я уверена, что ты справишься.

 — Я готова!

 — Хорошо! Так! Для начала найди себе подходящее место, где будешь тренироваться. Там создай магический круг, который используют в домашней магии. Потом зачаруй мне клубок-путеводитель, подкову, детскую вещь и душицу полевую. Ну, и дополнительно, наконечник копья, — Унн медленно встала и накинула на плечи вязаную шаль.

 — Я принимаю задание! Только мне время нужно, чтобы все это раздобыть, — согласилась я.

— И еще, если твоя мать была чародейкой, то она должна была иметь ларец с обрядовой утварью. Такие вещи передаются по наследству, особенно от матери к дочери. Было бы замечательно, если бы ты продолжила ими пользоваться.

 — Но… По традиции наверняка все ее личные вещи положили в погребальный костер, — ответила я и удивилась.

 — Я спрошу твоего отца, что-то ведь от нее должно было тебе остаться, — сказала Унн и направилась в покои.

 — Сколько ты даешь мне времени на подготовку? — напоследок спросила я.

 — Все, утомила ты меня, Эйдис, я пошла отдыхать, — махнула она в мою сторону.

Я постояла, взяла сумку с плащом и пошла на поиски старосты. Если кто и сможет мне помочь найти укромное местечко, то только он. Утро было прохладным. Солнечные лучи пробивались сквозь рассеивающийся туман. Я укуталась в плащ и подошла к Вальди, который возился в оружейной.

 — Доброе утро, командир, — поздоровалась я с ним, стоя на пороге.

 — Добрый, что надо, лук для охоты? — спросил он, улыбнувшись.

Оружейная была узким длинным помещением без больших отверстий в стенах. Вдоль одной из них были составлены в ряд копья и цветные плоские щиты с орнаментами. На другой стороне находились луки с полными колчанами стрел. В центре помещения на стене висели мечи и боевые топоры разной длины и веса.

 — Да, я бы не отказалась, но потом. Сейчас, если тебе несложно, можешь мне дать наконечник копья, который нуждается в починке?

 — Могу, почему нет, вот, — Вальди достал из ящика использованный наконечник и отдал мне. — Что намерена с этим делать?

— Нужен для задания, — ответила я и положила его в сумку.

 — Ну, смотри мне! — подмигнул мне командир.

— Не переживай, я не собираюсь никого убивать, — усмехнулась я. — Лучше скажи, где мне найти старосту усадьбы?

 — Харрек в кладовой, полагаю, — ответил командир, считая мечи.

 — Спасибо!

Я пошла дальше искать старосту. В кладовой Харрека не нашла, он был за усадьбой и осматривал груженные мешками телеги.

 — Добрый день, староста. Мне нужна небольшая помощь, — обратилась я к нему.

 — Добрый-добрый, девица! Я тебя слушаю.

 — Мне нужен какой-нибудь домик или что-то наподобие. И желательно, чтобы помещение было рядом с усадьбой. Госпожа Унн будет обучать меня там.

Староста запустил пятерню в растрепанные седые волосы и задумался.

 — Есть старый дом, где раньше жил твой дядька Зигфрид. Он недалеко от Длинного зала, если идти по главной дороге налево. Но ключей у меня нет, они у твоего отца.

Староста напомнил, что у меня есть еще близкие родственники. Младшего брата отца я очень плохо знала, только то, что они были похожи, светловолосые, как дед.

 — А где теперь живет дядя Зигфрид?

 — Он женился на Аслауг из Вёрмланда, и теперь он там хёрсир.

 — Ясно. Спасибо большое, — я тяжело вздохнула. Придется идти к отцу. Надо было сразу у него спрашивать.

 — Так, всё, не могу болтать, у меня работа стоит! — громко ответил староста и продолжил осмотр.

Прежде чем отец вернется, успею собрать инвентарь для экзамена. Я пошла в сторону усадьбы, где-то рядом в кузнице слышался стук молота, туда я и заглянула. И сразу закашляла от едкого дыма, прикрыв рот уголком плаща. Молодой мускулистый кузнец стоял ко мне спиной. В одной руке он держал клещи с длинными рукоятками, а в другой — огромный молот, которым бил по раскаленному железу. Инструменты у мастера были уже изношенные и нуждались в магическом обновлении.

Кузнец был настолько занят своей работой, что я не стала его отвлекать. Осмотревшись, увидела, что в ведре лежали непригодные для использования разные инструменты. Я нашла подковы, быстро кинула в сумку и так же незаметно покинула кузницу, как и вошла.

 — Так, вроде все! Наконечник на месте, подкова тоже. Клубок-путеводитель у меня свой, с Фенсалира. Детскую вещь тоже возьму свою, есть у меня деревянная игрушка-свистулька. Душицу лучше собрать сразу после захода солнца. Осталось у отца ключи выпросить, надо это сделать, когда Унн будет рядом, он тогда сговорчивее, — прикинула я и пошла обратно домой.

Как раз начиналось обеденное время, пора было есть и отдыхать. Солнце стояло высоко, но жары не ощущалось, скорее приятное тепло. Где-то рядом слышался шум ручейка и мычание скота.

 — Как прошла прогулка по родным местам? — спросила Унн и закинула в свой кубок немного цветков ромашки.

 — Спасибо, нагулялась от души, почти весь инвентарь собрала. Только отца нужно дождаться, у него ключи от старого дома, где жил мой дядька. Хочу там заниматься, — я подвинула к себе тарелку с гороховой кашей и тушеной говядиной.

 — Зачем тебе этот дом? Отец не разрешит там колдовать.

Я пожала плечами.

 — Тогда придется это делать в женском чертоге, у меня нет другой возможности, я уже спрашивала старосту.

Унн присела и тяжело вздохнула.

 — Есть одно место, подходящее. Тут рядом позади капища, прямо напротив, стоит хижина старого жреца. Она в хорошем состоянии, и я зачаровала двери, чтобы воры ничего не вынесли, — она улыбнулась и отпила из кубка.

 — Отлично! Как снять заклинание?

Унн потянулась к связке ключей и отцепила один.

 — Вот этим. Как воткнёшь, скажешь просто: «Хозяйка пришла», — она положила на стол зачарованный предмет, окутанный слабым золотистым светом, и он тоже отправился в мою сумку.

 — Схожу туда вечером, мне как раз нужно еще душицы собрать, — я поела и встала.

 — Хорошо, увидимся на ужине.

Я дошла до чертога, села на кровать и сняла сапоги. Легла и сразу почувствовала, что потратила немало сил.

Да что же это такое? Почему у меня так быстро кончаются силы?!

Чувствую себя так, будто нахожусь в необъяснимом состоянии, словно я тут и одновременно не тут. Неужели правда, это все из-за смены обстановки и перехода в другой мир? Или из-за того, что богиня впала в сон и восстанавливает свои силы, отнимая мои…

Я проснулась от стука. Повернув голову, увидела в лучах солнца стоящую у ткацкого станка женщину. Это была Торви. Рядом у ее ног была корзинка с клубками шерсти. Занятие на любителя. В академии я не любила уроки ткацкого искусства и искала любую возможность прогулять. Это ремесло все равно не имеет никакого значения для развития магических способностей. Так что мастерицы на все руки из меня не вышло.

Меня с детства тянуло собирать разные вещицы, травы, корни, предметы и всякие камешки. Полезные артефакты всегда окутаны золотистым сиянием. Этот дар во мне воспитала мама, и благодаря этой способности я прошла главное испытание в академии. Так бы пожизненно служила там уборщицей или кухаркой. 

Не отвлекая Торви от дела, я тихо покинула чертог, оставив дверь полуоткрытой, какой она и была. Погода словно подталкивала меня на вечернюю прогулку. Еще не было поздно, солнце только начинало опускаться за заснеженные пики гор.

Сначала я отправилась за усадьбу. Только в безлюдных и чистых местах можно собрать лечебную траву. Это было немного далековато, и, возможно, мне следовало попросить у Вальди охранника, чтобы он сопровождал меня. Но эта мысль пришла в голову слишком поздно. Я почти дошла до реки, которая протекала посреди поля около леса и предгорья.

На месте я заметила, что здесь росли и другие полезные травы, и пожалела, что не взяла с собой корзину. Странно, что их никто не собирает. Неужели в поселении не нужна умелая травница? Видимо, местные все еще обращаются к знахарю.

Осмотревшись, я увидела древний обтесанный камень.

Рунические знаки сияли на нем золотистым светом, должно быть, это какая-то магическая надпись. Что бы оно означало? Почему я раньше его не заметила? Ведь я с детства знаю родной край.

Я подошла ближе и присмотрелась к надписи. К сожалению, не смогла понять, что это за речь. Было похоже на сумбурный состав из наборов древних знаков. 

Я положила руку на камень и сосредоточилась. Почувствовав холодную поверхность, закрыла глаза. Ладонь начало словно слегка притягивать к знакам. Медленно угасали звуки: шум листвы, мелодичное журчание речки, свист ветра в ушах, — пока не стало совсем тихо.

Внезапно я ощутила всем своим существом, что нахожусь в прошлом. Словно вижу видение. Голова слегка кружилась, я почти не дышала. Смотрела на себя со стороны, как стою у этого камня и наблюдаю за тем, что происходит.

Четыре фрёкен весело кружились в хороводе у кострища, в котором горела огромная соломенная баба. Они были высокие, в бесцветных тканых одеяниях до щиколоток, подпоясанные красными веревками. Каждая из них носила на голове венок из сочных ягод и молодых сосновых веток. И были они не человеческой расы — инеистые оборотни со светло-голубой, как морской лед, кожей, черными волосами, красными глазами и губами. 

Внезапно потемнело. Серое небо затянуло плотными тучами, и на нём в сиянии молнии на мгновение появился магический шар из облака. Вместе с сильным шквалом дождя он обрушился на кострище. Сёстры, или кем бы ни были эти девушки, исчезли, растворившись в воздухе. От них остались на земле лишь засохшие венки, а на месте кострища — этот рунический камень.

Я вернулась обратно в реальность и открыла глаза. Стояла там же, у камня. Предполагаю, что с древних времен он может означать только одно — границу между землями людей и инеистых оборотней.

Или… колдовское место. Самые сильные ведьмы собирались тут на шабаш. Потом это место обнаружили и их убили.

Одно непонятно, что это за магический шар из облака с самых небес?

Мне известно, что единственная богиня, которая повелевает облаками и создает из них разрушающие шары… О боги! Неужели сама Верховная в этом замешана?!

Я слышала еще в детстве местную легенду про войну между людьми и инеистыми оборотнями. В этой войне главную роль сыграла именно всея богиня, которая встала на сторону людей и помогла им.

Да, точно! Вспомнила. Эту легенду нам, детишкам, старая горбатая бабка с длинными седыми волосами рассказывала в Медовом Зале у очага. Как ее там звали?

А, Абелон. От одних только воспоминаний об этой пугающей ведьме мурашки по коже. Точно! Вот кто еще может провести со мной обряд посвящения.

Я помнила горбатую Абелон, которую все боялись. Если верить слухам, старуха была когда-то самой сильной ведьмой в мире людей. Ее магическим способностям завидовали даже богини. Ей была подвластна древняя магия, а сама ведьма почитала старых богов.

Моя мама пару раз к ней ходила, но зачем — не знаю, я была тогда еще слишком маленькой. Помню только, что Абелон хорошо относилась к маме и никакой злобной ведьмой, каковой ее считали, не была.

Долго не думая, я быстро собрала душицу и вернулась к усадьбе, оттуда дошла до главной дороги, которая, кажется, вела к хижине старухи. Там же где-то рядом находился заброшенный погост с каменными божествами. Я добралась до тропинки, которая вела к старому капищу, теперь уже огороженному частоколом.

Увы, хижины Абелон не обнаружила. Ведь я точно помнила, что она жила прямо напротив. Видимо, старой ведьмы уже нет в живых. И мне придется смириться с тем, что мне предложила Унн.

Я присела отдышаться на склон оврага. Хотелось пить, нужно было хотя бы воды с собой прихватить. Внезапно над головой пролетел толстый ворон, громко каркнув. Я резко вскочила и, испугавшись, взвизгнула. Сердце бешено заколотилось. Ворон же уселся на хвойную ветку, туда, где я его не достану, и словно рассматривал меня. Терпеть не могу этих черных тварей.

В Фенсалире наставницы говорили, что их нельзя убивать. Вороны — это вестники, а могут быть и посланниками богов. Кто во что верит. Для меня они просто противные существа. Понаблюдав немного с высоты, ворон полетел дальше вдоль тропинки и скрылась из виду.

Проводив ее взглядом, я вспомнила, что там у пшеничного поля жила валькирия. Мама рассказывала мне, что эта воительница прибыла за ней, чтобы сопроводить ее в Нидельхейм после того, как мои деды договорились об их браке с отцом. Однако еще раз прогуляться от души у меня больше не было желания. Начинало смеркаться, а я так и не дошла до хижины старого жреца.

Ладно, пойду поговорю с Торви, может, она расскажет мне, что тут изменилось за последние годы. Уже все равно вечер. Отец, если узнает, что я не дома в такое время, начнет ругаться.

Я помню, как он был недоволен тем, что мама уходила куда-то и возвращалась по вечерам. Родители на моих глазах начинали кричать друг на друга, ругаться, сыпать упреками. Со стола летела посуда.

Отец был в молодости очень импульсивным, мама же — слишком ранимая. Поэтому их ссоры быстро заканчивались тем, что мама уходила в женский чертог, а отец брал кувшин и проводил ночи в избе своих служанок. Потом с утра появлялась ведьма Абелон и мирила их до следующей ссоры.

Интересно, как у них с Унн? Обижает ли он ее также, как мою маму, или стал мудрее? Да и характер, мне кажется, у этой ведуньи сильнее, чем был у моей мамы. 

Торви в чертоге не было. Возможно, она подготавливала баню, обычно главная прислуга женского чертога именно этим занимается по вечерам.

Так и оказалось. Придя в сад к бане, я встретила Торви, которая складывала свежие полотна для вытирания и ночные рубахи. Я присела на лавку, осыпанную опавшими листьями яблонь.

 — Скажи, старухи Абелон уже нет в живых?

 — Ой, слава богам! — Торви дала мне в руки рубаху.

 — Почему?

 — Вредная старуха придумала для госпожи Унн какие-то опасные испытания, прежде чем она стала тут ведуньей.

 — Ну, хорошо же, зато теперь в Нидельхейме есть сильная ведунья, — ответила я и скинула сапоги.

 — Да, слава богам! — женщина тяжело вздохнула.

 — И хижину ведьмы тоже снесли?

 — Твой отец приказал.

 — Ясно. Он никогда не относился к ней хорошо. А валькирия все еще тут, или она вернулась в небесный чертог Вальхаллу? — Я сняла плащ и положила его на лавку.

 — Госпожа Унн хотела ей помочь вернуться, но Свава не захотела и вышла замуж за охотника Мантиса, — Торви улыбнулась.

 — Вот как, рада за нее!

 — Давай иди, прими баню, а я принесу тебе поесть в чертог. Госпожа Унн устала сегодня и не выйдет ужинать в главную палату, — женщина прихватила мои сапоги с плащом.

Я аккуратно взяла со стопки полотно.

 — Отец чем занимается?

 — Господин ярл еще не вернулся с полей.

 — Ярл? Когда мой отец успел стать ярлом? — удивилась я, ведь он всегда носил титул хёрсира.

Торви улыбнулась мне.

 — Давно уже, после женитьбы на госпоже Унн. Твой отец служит конунгу Хакону и ходил с ним в поход.

 — Хм. Надо бы спросить отца о его подвигах.

Я шагнула в низкое построение и исчезла в клубах пара. Пора смыть с себя усталость и все ненужное, что во мне накопилось. И следовало мне это сделать, как только я вернулась.

Баня и крепкий сон заменили восстанавливающее зелье. Я проснулась с отличным настроением и зарядом сил. Плотно позавтракав свежесваренной кашей, тепло оделась и пошла на кухню. Положила в сумку кожаную флягу с водой, мешочек для трав и куски золы.

Но, прежде чем покинуть дом, мне нужно было повидаться с Унн. Госпожа, как обычно, была в главной палате и хлопотала возле стола. Они со служанкой обтирали полотенцами утиные тушки. Видимо, на обед будет что-то вкусненькое.

 — Доброе утро! — поздоровалась я с ней и присела на лавку.

 — Доброе, Эйдис, как успехи?

 — Пока что ничего особенного. Сейчас собираюсь в хижину старого жреца.

 — Чем ты вчера еще занималась? Я думала, ты уже все приготовила для задания, тебе так не терпелось приступить, — посмотрела она на меня удивленно.

 — Почти все готово, не переживай. Я только вернулась домой, мне хочется пройтись по родным местам.

 — Да, конечно. Наверняка для тебя родной край изменился с тех пор, как ты его покинула, — Унн положила тушку в продолговатый котелок и отодвинула в сторону.

 — Ну да! Тех, кого я знала, уже нет в живых, старого жреца и старухи-ведьмы. Кто-то из них мог бы провести со мной обряд посвящения, — я привстала и закинула в сумку спелых яблок.

 — Эйдис, ты ищешь самый легкий путь, чтобы достичь цели. Однако это не всегда хорошо. Боги одобряют пройденные испытания и щедро вознаграждают терпеливых и сильных духом, — Унн улыбнулась загадочно, как и всегда, словно на что-то намекала.

 — Я уже поняла, что не получится так, как я себе представила…

 — Кстати, я спросила твоего отца о вещах твоей матери.

 — И что, что-нибудь осталось? — обрадовалась я.

 — Есть один сундук на чердаке женского чертога. Твоя мама хотела эти вещи передать тебе. Попроси Торви, пусть она тебе его найдет, — объяснила она мне и начала промывать бобы в глубокой чаше.

Я вскочила, обняла Унн и поцеловала в щеку.

 — Спасибо тебе большое!

 — Всегда пожалуйста. И постарайся сильно не перечить отцу, ты его дочь, он очень любит тебя, — сказала Унн и погладила меня по голове.

Я закрыла глаза. Давно я не чувствовала ласки и тепла. А в умелых руках Унн ощущалась сила и магия, которую ей даровала Верховная богиня. Чувство, которое ни с чем не перепутать и не сравнить. Невероятно сильное тепло, согревающее душу и успокаивающее мысли. Это и есть женская магия, которой способен поддаться даже такой твердый и холодный человек, как мой отец.

С бодрым настроем я покинула дом. Погода сегодня была не такая красочная, как вчера. Небо затянули серые тучи, сквозь них просвечивало бледно-желтое пятно солнца. Свежий холодок тянулся с леса. Птицы летали низко, громко чирикая, предвещая, что, возможно, будет дождь.

Я пошла за длинный дом, где встретила отца. Он собирал свою дружину. Наверное, собрался уезжать.

 — Добрый день, отец! Я слышала, теперь ты ярл, — я подошла к нему.

 — Да мои владения расширились до самых фьордов, — гордо ответил он, поправляя уздечку коня.

 — Я поздравляю тебя с этим. Расскажешь мне о своих подвигах?

Отец обнял меня за плечи.

 — Обязательно, как-нибудь, а сейчас мне нужно на поля.

 — Ладно, увидимся вечером.

 — Да, Эйдис, видел, ты вчера тут гуляла по округе. Смотри, не заходи слишком далеко, — он посмотрел на меня строго.

 — А как я узнаю, где уже не наша земля?

 — Тебя видели возле камня недалеко от реки. За него не заходи, — ответил отец.

 — Разве граница твоих владений не доходит до тех северных гор?

 — Нет. За рекой владения лесного ярла. Вон туда ходи гулять, если хочешь, к восточным горам, — отец указал топором в сторону полей и пастбищ, где я появилась из портала.

 — Хорошо, не буду ходить, хотя место там хорошее с травами, — пообещала я.

 — Здесь рядом полно других мест, женщины собирают травы за старым погостом, — сказал отец, имея в виду окрестности, где жила старуха Абелон.

 — Спасибо за наводку.

 — Мне главное, чтобы с тобой ничего не случилось. Вообще-то я должен приставить к тебе охранника, чтобы он сопровождал тебя. Ты не абы кто, а моя дочь.

Ну вот, еще няни мне не хватало, которая будет бегать за мной как хвостик и путаться под ногами.

 — Не надо, папочка, я обещаю, что буду тут рядом гулять, чтобы твои дружинники меня видели.

 — Ладно, если что, в конце концов, возьми лошадь с конюшни, — пояснил он.

 — Да, это хорошая мысль, папочка!

Отец кивнул.

 — Договорились, — сказал он, оседлал своего коня и поскакал прочь в сопровождении дружины.

Уф, пронесло. Я пошла к хижине старого жреца и решила, что этот день я потрачу на подготовку. Нашла вросшую в землю хижину прямо в глубине оврага напротив святилища воинов. На стене висели ржавые орудия для обработки земли. Дверь светилась еле видной прозрачной магической пеленой.

Я достала из сумки ключ, воткнула в замочную скважину и произнесла: «Хозяйка пришла». Магическая пелена тут же исчезла, и дверь открылась.

Жаль, сегодня было пасмурно. Солнечного света сейчас очень не хватало. Внутри было так темно, что «вырви глаз». Но для бытовой чародейки это не проблема. Я полезла в сумку и вытащила оттуда маленький зачарованный фонарик в форме домика. Стоило шагнуть внутрь темноты, как фитилек загорелся ярким светом.

 — Так-с! Посмотрим, что мы тут найдем! — я повесила фонарик на крючок над входом и закрыла двери.

В хижине было практически пусто. Унн постаралась. Из мебели остался лишь высокий стол у стены, широкая лавка, где можно прилечь, и большой сундук.

Посмотрим, что тут такого ценного осталось от жреца. Я открыла крышку. Все лежащие внутри вещи светились частичками магии.

Сверху лежало аккуратно сложенное грубое льняное полотно, в которое обматываются жрецы. Это мне не нужно, я отложила его в сторону. Потом нашла пузатый сосуд с красной глиной, которую используют для нанесения на тело рунических символов. Куски сурьмы, это лучше подойдет для колдовства, чем зола. Камни с руническими заклятиями тоже еще можно использовать, и они мне пригодятся. И травяные корни в мешке. Главного инструмента жреца, его посоха с магическим камнем, тут не оказалось. Я положила обратно полотно и закрыла сундук.

Немного размявшись, приступила к начертанию большого магического круга. После разложила камни между руническими символами, что отыскала в сундуке. Внутрь я поместила найденные вещи. Если нужно зачаровать предмет, это самый простой способ. Главное, чтобы магический дар был, неважно какой, слабый или мощный.

Я присела возле круга и вытянула над ним руки. Закрыла глаза, выдохнула, освободила мысли и внятно произнесла:

— Звезда души — сила магического огня!

Я мгновенно почувствовала, как через мои ладони потекла магия. Открыв глаза, я довольно улыбнулась. Рунический круг сиял красно-золотистым светом, как пламя огня. На камнях по очереди зажглись символы. Теперь можно произнести заклинание: вселяю в вас силу огня, станьте магическими вещами, служите долго и с пользой!

Мгновенно предметы начали впитывать в себя магию из камней.

Птичка-свистулька превратилась в живую сороку с огненными глазами и золотистым клювом. Взлетев, она застрекотала и села мне на плечо.

Вот мой первый фамильяр! Надо же получилось, а в академии мне не везло.

Ржавая поношенная подкова превратилась в бронзовую и обрела гладкий блестящий цвет. Когда у меня будет свой дом, я повешу ее над порогом для защиты от злых духов. Копье стало каменным, черным, как обсидиан, золотисто-огненные плетеные узоры украшали его. Сильное магическое оружие против злых существ. Если найти достойного воина, можно продать за хорошую цену.

Вещи, в которую превратился цветок душицы, я никак не ожидала. Передо мной лежал отшлифованный небольшой камешек светло-фиолетового цвета с нежным розовым оттенком. Однако зачарованный атрибут не получился магическим. Я взяла его в руки и рассмотрела. Из него выйдет отличный амулет или драгоценное украшение. Я положила камешек обратно в круг, ведь мне нужно продемонстрировать свою работу наставнице.

Когда используешь магическую силу, обязательно нужно иметь под рукой восстанавливающее зелье, которого у меня не было, а значит, придется приготовить.

Пришлось напрячь память, чтобы вспомнить, какие травы нужно собрать для такого зелья. Тут есть одна тонкость — у каждой чародейки свой сорт трав, которые подходят для восстановления магических сил. Придется еще раз собрать душицу полевую, это базис всех зелий. Несомненно, золотарник, так как это трава чародеек. Ну, и цветок вечерницы, самое сильное магическое растение. Можно заменить золотарник на болотницу игольчатую. Тут все зависит от того, что мне повезёт найти.

Мне не терпелось похвастаться своими результатами, и я позвала Унн в хижину. Она сильно удивилась, когда увидела на моем плече сороку.

— Хм. Тёмный фамильяр! Ты уже придумала, как он будет тебе помогать?

— Ну да, собирать артефакты. Сороки любят блестящие вещички.

Мой фамильяр довольно застрекотал.

— Это очень и очень странно, почему свистулька превратилась именно в эту птицу, а не в синичку или ласточку…

— А чем сорока хуже?

Унн сузила глаза и присмотрелась к моему фамильяру.

— Если обратиться к поверьям предков, сорока выполняет роль плохой предвестницы богов. Это птица, в которую чаще всего превращается тёмная ведьма.

— О нет, что же теперь делать? Я про такое даже не знала, — запаниковала я, прикрыв рот рукой.

— Спокойно! Тебе нельзя убивать сороку, пока она живая, иначе потеряешь удачу, поэтому отправим ее в магический сон.

Унн осторожно взяла с моего плеча сороку, прикрыла ее ладонями и что-то прошептала. Золотистый свет в глазах сороки потух, и птица медленно опустила веки.

— Теперь она словно мертвая! — мне было обидно, что пришлось усыпить фамильяра, едва он мне начал служить.

Унн полезла в сундук, взяла мешочек и положила туда сороку.

—  Нужно разобраться, вспомни, откуда у тебя эта свистулька, кто тебе ее подарил?

— Это был мамин подарок на день рождения.

— Странно. Либо твоя мать была тёмной ведьмой, либо кто-то подарил ей эту вещицу, — рассуждала она, гадая, в чем может крыться секрет игрушки.

— Ну, нет, Унн! Моя мама точно не была ведьмой! — я повысила голос и сложила руки на груди. — Не станет же родная мама своему ребенку дарить вещи, приносящие несчастье.

Унн отдала мне мешок.

— Как ни крути, Эдди, сорока — это не тот фамильяр, который должен служить чародейке!

— Какой же тогда?

— Любое домашнее животное. Разве таких мало? — Унн развела руками.

— И куда мне теперь сороку деть?

— Сжечь!

— А другие артефакты? — я заволновалась, что, возможно, провалила все задание.

— У тебя замечательно получилось, смотри, какой золотистой магией они светятся, и она точно не тёмная! — сказала мачеха, рассмотрев в магическом круге зачарованные артефакты.

Я взяла в руки камень и показала ей с гордостью свой редкий артефакт.

— Смотри, вот что вышло из душицы полевой.

— Да, это необычно. Должна признаться, что впервые вижу такое превращение, так как я лично никогда не пробовала такое делать, — Унн взяла камень и приставила его к свету, ее лицо озарило приятное фиолетовое сияние.

— Как думаешь, он обычный для украшений?

— Нет! Это редчайшая удача, получить из цветков травы магический камень. Должно быть, ты собрала траву в нужное время в нужном месте. Поэтому из него получится сильный оберег.

Унн улыбнулась, и я облегченно выдохнула.

— Я могу пользоваться этой хижиной?

— Конечно, оставляй всё тут, не бойся. И магический круг оставь. Как будет время, я хочу его подробнее рассмотреть, особенно эти камни с магическими ставами. Может быть, тут есть ответ на вопрос, почему свистулька превратилась в сороку, — Унн положила руки на поясницу и пошла на выход.

Я открыла крышку сундука и положила туда превращенные артефакты. Правда, драгоценный камень сунула в сумку. Выйдя из хижины, я потушила фонарик и закрыла двери на ключ, вряд ли сегодня вернусь сюда.

— Так ты одобряешь мои результаты?

— Разумеется! Ты же не виновата, что у тебя была эта нехорошая вещь. Пошли обедать, — наставница закуталась в пуховый платок и поспешила к длинному дому.

Я посмотрела на небо, на котором висели грозовые тучи. Погода сегодня не для прогулки.

— Не подскажешь, есть ли рядом речка, кроме той, что около рунического булыжника? Мне нужно собрать травы, а золотарник и болотница игольчатая растут только там.

— Да, есть еще большая река за старым погостом, — ответила Унн, тяжело дыша.

— Спасибо! Мне надо наделать зелий для восстановления магических сил.

— Зачем тебе именно эти травы? — Унн остановилась возле святилища.

— Ну, из этих трав можно сделать восстанавливающие зелья. А что?

—  Я думаю, что из любых трав можно сделать зелья. Тут дело вовсе не в травах, а в магических способностях. И тебе не обязательно этим заниматься. В этом может помочь любой знахарь, разбирающийся в травах, — прозвучал ответ мачехи.

Унн забрала у меня мешок с сорокой и отдала служителю святилища. Тот кивнул, посмотрел в мешок, закрыл себе глаза ладонью и начал что-то громко бормотать.

Мы пошли дальше.

— И у нас есть такой? — поинтересовалась я, ведь если есть такой знахарь, то мне не придется бегать собирать травы.

— Да. Он живет за погостом.

— Он? Интересно, кто этот знахарь? — пробормотала я.

— Сама узнай! Предвкушение вдохновляет и бодрит мысли.

Мы вошли в длинный дом. Внутри было приятно тепло, и на столе нас ждал вкусный обед. От аромата жареной утки и запечённых овощей с травами у меня заурчало в животе. И я решила, что мне не обязательно сегодня в такую мерзкую погоду отправляться к речке. Проведу остаток дня с семьей.

— Ну, и чем мои красавицы сегодня занимались, всю местность оббегали?! — отец улыбнулся мне, скинул тяжелый плотный плащ и отдал его молоденькой служанке.

Та, робко краснея, уже была готова удовлетворить потребности господина. В другой руке она держала длинный кувшин. Не успел отец присесть на свое коронное место, и, пока его женушка не видит, служанка налила ему полный кубок браги.

Другая служанка, что постарше, оттолкнула своим крупным задом красавицу в сторону и положила в широкую плоскую тарелку отца половину тушки утки. Затем нарезала куски мяса в тарелку Унн, а после мне.

— Да нет, — ответила я, заняв место сбоку. — Я выполнила лишь задание, которое мне дала Унн.

— И как, получилось, моя ласточка?

—  У нее хорошо получается, я довольна ее способностями, — Унн поцеловала отца и присела в кресло госпожи.

— Вот видишь, Эйдис, и не обязательно переться на край света, чтобы закончить учебу, — сказал отец и, опустошив кубок, стукнул им по столу, прося добавки.

— Но мы еще с Унн не знаем, получится ли с обрядом посвящения.

— Почему не получиться? — удивившись, обратился отец к своей жене.

Унн отодвинула в сторону куски мяса и положила себе добрую порцию тушеных овощей.

— Все сложно. Нам придется искать другую покровительницу, из-за сна Фригг. Обряд посвящения невозможен без благословения богини. И я пока что сама не знаю, к какой богине придется обратиться, которая покровительствует бытовым чародейкам.

— Все ясно! Я отправил гонца в Вайерланд, — ответил отец и принялся поедать мясо.

— Кстати, любимый, ты помнишь, у Эдди была игрушка-свистулька. Откуда она у Арнуры?

— Понятия не имею! — отец покачал головой, продолжая поедать мясо, словно весь день голодал.

—  Как-то ты плохо знал свою жену и ее личные вещи, — сказала я ему, не сдержавшись. 

— Я был молод, наступило трудное время, на мои плечи свалилось много забот с проблемами после войны. Меня часто и подолгу не было дома. Твоя мать все время была в основном в женском чертоге и никак не могла найти себе подходящее занятие, потому что сильно скучала по родному краю. Она слушалась старую ведьму больше, чем меня, — высказался громко отец и тяжело вздохнул.

Было заметно, что ему неприятно вспоминать прошлую семейную жизнь с моей мамой. Но все эти воспоминания, каждая деталька, были дороги для меня. 

— О ком ты говоришь, какая ведьма? Абелон, что ли? — Унн удивленно посмотрела на отца.

— Да, чтоб ей не было покоя в мире богов! Это она во всем виновата, во всех несчастьях моей семьи, — отец вытер рукой вспотевший лоб, отодвинул тарелку и взял кубок. Ему было проще всего топить свои пережитые чувства в крепленом напитке, нежели рассказать все своим любимым.

— Все понятно, — Унн тяжело вздохнула и погладила отца по спине. — Арнура, видимо, ходила к Абелон за советами всякими.

— Значит, это старая карга дала маме эту игрушку, — догадалась я, по-другому и быть не могло. Других ведьм на хуторе не водилось.

— Возможно, свистулька играла роль защитного амулета. Это типично для такой детской игрушки. Тебе нужно было бы найти другую для моего задания. Должно быть, ты не знаешь, поэтому я скажу тебе одну важную вещь. Уже зачарованные предметы, особенно амулеты, нельзя использовать снова в магических ритуалах. Всегда бери не зачарованную, потому что ты не знаешь, с какой целью была заколдована вещь предыдущего хозяина, — просветила меня наставница о том, что в академии нам не преподавали. Или я пропустила это мимо себя, так как была не самой прилежной ученицей.  

Внезапно отец ударил по столешнице рукой так, что я вздрогнула. 

— Вы бы могли не разговаривать про эти ваши дела за столом, когда я ем? Мне неинтересно, и я не люблю эту старую ведьму. Ну, была такая и была. Нашли кого вспомнить!

— Прости, милый, больше не будем, — Унн положила свою руку на его, но он отстранился.

— Унн, ты же знаешь, для женских посиделок и разговоров место только в чертоге, а не за столом с мужчинами.

— Да, папочка, ты прав, я не буду больше заводить разговор на эту тему, — я пододвинула поближе тарелку и принялась молча обедать. 

Конечно, мне сильно хотелось высказать отцу, что понимаю, он не любил мою маму, и поэтому ему не хочется про нее говорить. Сейчас у него другая жена, которую он очень любит и уважает.

Но все же. Неужели в несчастном браке моих родителей виновата старая ведьма? И теперь получается, что и у меня отношения с отцом не очень из-за прошлого… Можно ли вообще кого-то винить в своих несчастьях, как это делает мой отец?

Да, их брак с матерью был лишь договором между двумя кланами, ни о какой любви не могло быть и речи. Хотя в браке должно присутствовать обоюдное уважение. У моих родителей был шанс полюбить друг друга и стать счастливыми. Они им не воспользовались. Никто в этом не виноват, и не нужно искать «козла отпущения». 

Мое настроение испортилось. Молча доев свой обед, я пошла в женский чертог и прилегла на кровать, на которой спала моя мама до последнего дня. Нет, я не плакала. Все, что могла, я выплакала в первый год в академии Фенсалир. Меня отправили туда, как только умерла мама. Сразу же, на второй день, едва догорел погребальный костер. Не дав мне вместе с отцом и родными пережить боль утраты. Это было жестоко по отношению к маленькой девочке, которую оторвали от дома и отправили обучаться. Старая ведьма Абелон все гладила меня по голове и твердила, что для меня так лучше…

А в Фенсалире помощница богини Фригг успокаивала, твердя, что это скоро пройдет. Они поили меня своими магическими зельями, чтобы я не захворала от страданий. Через годы все действительно прошло. Чувства охладели. Я перестала скучать по родному дому, потому что возненавидела отца за то, что он согласился меня отправить сюда, а не к родне мамы.

Девочки из благородных семей мечтают попасть на обучение в академию Фенсалир. Получить благословение на весь жизненный путь и магические способности, даже если их у тебя нет никаких, и ты не потомственная ведунья или чародейка. Однако Фенсалир — это золотая клетка для мечтательниц, которые ждут судьбоносного испытания, высоких наград и статуса. Все то, что получают от богини ее вестницы. Как, например, Унн. Кроме этого, можно попросить помощи у одной из прислужниц богини-матери в поиске подходящего достойного жениха.

Всему есть цена, и пребыванию в небесном чертоге Фенсалире тоже. Там время течет иначе. Верховная богиня много сил отдавала своим избранным. Но взамен она отнимала у тех, кто ей служил, детство, юность и молодость. Бывали случаи, что некоторым девочкам-сиротам стирали память, чтобы они не помнили, откуда они родом. Зачем — тоже непонятно. Когда-нибудь ты все равно вспомнишь, кто ты такой.

Я росла в Фенсалире и видела, как на моих глазах увядали красавицы-наставницы из разных миров. Лишь ее вестницы, как Унн, никогда не старели. У них особенный дар полубессмертия.

Кстати, об Унн. Интересно, почему одна из личных вестниц богини не явилась в Фенсалир, когда случилось несчастье?! Разве никто из прислужниц не должен занять место богини-матери хотя бы на время?

Хотя какое мне до этого дело?! Я рада, что смогла покинуть эту «золотую» волшебную тюрьму. И никогда больше туда не вернусь. Как вспомню, как часто я там хворала от того, что мои силы быстро кончались. Словно из меня их высасывали. Я и теперь иногда от этого страдаю.

Еще не стемнело, и у меня есть время, я собралась пойти прогуляться до речки к знахарю, пока в чертог не явилась Торви или Унн с каким-нибудь заданием. Долго не думая, я надела теплый плащ с капюшоном, взяла свою сумку и покинула чертог. Заодно и мысли приведу в порядок. Обожаю гулять по красивым местам.

Уже смеркалось, но ночь была не близко. На небе появились первые яркие северные звезды, их затмевали плывущие по темно-фиолетовому полотну белые облака. Огромная луна взошла и улыбалась с небосвода. Еще совсем немного, и раскроются редкие ночные цветы, такие как вечерница. Возле дверей в длинный дом у жаровни выстроились дежурные постовые с длинными копьями в руках. Оттуда доносился мужской смех и голос моего отца.

По главной дорожке идти не стала. Меня остановят старожилы и вернут в чертог, еще и накажут. Я завернула за темный угол к яблочному саду с баней. Оттуда через сад вышла на дорожку, ведущую к старому дому моих родственников. Потихоньку я начинала вспоминать тропинки, по которым бегала в детстве. 

Дойдя до реки, я увидела около берега один-единственный дом с длинным шалашом. Должно быть, там живет тот самый знахарь. Я пошла к дому вдоль берега, чтобы посмотреть, какие травы тут растут, и расстроилась. Здесь можно было вдоволь насобирать обычных и кухонных трав. Редкие магические не водились. Место неподходящее, и я не стала ничего собирать. Берег выглядел затоптанным, видимо, сюда водили поить скот. Так что, как ни крути, те травы, которые мне нужны, я найду только у «запретного» ручья.

Я остановилась почти у двери хижины и подумала, оправдается ли моя прогулка, или сразу пойти к ручью. Через щели в дверях сочился свет, в доме не было слышно голосов. Наверное, живет один, и хозяйства у него нет, даже куриц. Лишь небольшой огородик сбоку, где он сажает корнеплоды и обычные травы.

Я подошла к двери и громко постучала. Через мгновение послышалось топанье и щелчок замка. 

Хозяин хижины отворил дверь и злобно спросил:

— Кто здесь? 

— Добрый вечер, меня зовут Эйдис, я дочь господина. Мне нужно поговорить.

На пороге появился длинный худощавый мужчина с бледным лицом. У него были светлые волосы с серебристым оттенком, собранные назад в длинный хвост, и немного остроконечные уши. Он был одет в длинную светлую рубаху до самых пяток, вышитую на горловине синими листьями.

— А, это ты. Рад, что тебе уже лучше! Заходи.

Знахарь пропустил меня в свою лачугу. Внутри было тепло и уютно. По углам горели масляные лампады. Пол застелен ткаными круглыми половиками из соломы. Стены украшали полки с деревянной расписной посудой. В глубине дома находилась ниша с кроватью и рядом в углу — сложенная из камней маленькая печь. Над ней на веревке сушились пучки трав. Вдоль стен несколько клеток с дикими зайцами.

— Так это ты лечил меня, когда мне было плохо.

Хозяин предложил мне сесть на стул возле стола. Сам остался стоять и смотрел на меня изумрудными глазами холодным взглядом.

— Кто же еще, я тут единственный знахарь. 

— У тебя имеются магические травы или готовые зелья для восстановления сил из Болотницы, Золотарника или хотя бы Розовой Радиолы? — сразу перешла я к делу, а то что-то неприятен был мне этот эльф. 

— Смотря что именно тебе нужнее, — хозяин подвинул ко мне глубокую чашку с почищенными корнеплодами, но я вежливо отказалась.

— Готовые зелья из магических трав — это было бы лучше всего. Не придется делать самой, тратить магию, — постаралась я ему объяснить как можно проще и была уверена, что он в курсе, что мне надо.

— На данный момент у меня нет таких готовых зелий, магичка, — ответил эльф, закатив глаза. — Но я знаю, где можно раздобыть такие травы. Если принесешь их мне, я тебе сделаю эти зелья.

Я встала, чтобы уйти. Ночной поход в гости к знахарю Унн оказался бессмысленным. Зачем я ее послушала? Давно бы уже прокатилась на лошади к ручью и насобирала столько трав, чтобы больше не бегать за ними.

— Да я и сама знаю, где их раздобыть. Только мне запретили ходить к ручью у границы.

— Не думаю, что тебе приходилось видеть и пробовать такие магические зелья, какие делаю я, — сказал он заносчиво, улыбнувшись уголком рта.

Я повернулась к нему.

— Это ничего не меняет, если у меня нет возможности раздобыть эти травы. Спокойного тебе вечера!

— Подожди, пожалуйста! — остановил он меня, взяв холодной ладонью за плечо.

— Я слушаю! — встала я у порога.

— Есть другое место, где растут магические травы. Мне нельзя туда ходить, но ты сможешь. Подожди-ка, — эльф быстро подошел к полкам с посудой, достал деревянный пузатый котелок и вытащил оттуда кожаный свиток.

— Что же это за место, почему тебе туда нельзя?

Знахарь отдал свиток мне и ответил:

— Это священное для людей место, ваши боги запрещают появляться там другим особям.

Я положила свиток в сумку.

— Поняла. Что ж, я раздобуду тебе эти травы. Мне стало интересно, какие ты делаешь зелья. Я знаю, что эльфы, особенно светлые, очень одарённые знаниями в травоведении. У меня были подруги-эльфийки в академии Фенсалир.

Эльф довольно улыбнулся, гордо подняв голову.

— Прости, но я должен спросить, как будешь расплачиваться за мою работу?

Я предполагала, что последует этот вопрос. Эльфы никогда не делают для людей что-то просто так. Я была в курсе, что их услуги недешёвые, потому что любую работу они выполняют качественно.

— Если тебя устроит, у меня есть один драгоценный камень. Я создала его из травы душицы полевой. Могу показать, — я полезла в сумку и продемонстрировала знахарю редкий артефакт.

Большие голубые глаза эльфа стали еще больше и заблестели.

— Я согласен!

— Тогда приступай, я думаю, у тебя все есть для подготовки, — сказала я ему, уходя.

— Все сделаю, магичка!

Эльф закрыл за мной двери на три засова.

Уже стемнело. Где-то вдали выли волки и слышалось эхо злобного смеха. Стало жутко. Мой талисман вспыхнул золотом, освещая мне путь. Только в кромешной темноте мой талисман так загорается. Напоминание о власти света над тьмой. Я поспешила домой. Теперь уже по главной дороге, так безопаснее и быстрее. К счастью, знахарь жил недалеко от усадьбы.

Я тихо вошла в чертог, стараясь никого не разбудить. Однако Торви не спала и ждала меня у очага.

— Прости, что так поздно, к знахарю ходила.

— Главное, ты вернулась! — Торви улыбнулась мне и протянула большую кружку теплого молока. — Эйдис, к сожалению, я не нашла на чердаке сундучок твоей мамы, о котором просил господин.

Я махнула рукой и присела у очага немного погреться.

— Ничего страшного, я сама поищу.

Торви кивнула и пошла в постель.

— Спокойной ночи!

— И тебе!

Выпив молока, я пошла спать. Решила, что пойду по травы сразу с утра, едва встанет солнце. И вообще, теперь дальше буду действовать по своему усмотрению. Хочется побыстрее сдать уже экзамен, чтобы разобраться с поисками новой богини-покровительницы. Я бы хотела отправиться к родственникам в Вайерланд уже как опытная бытовая чародейка.  

Кажется, я уснула… или нет?..

Потому что вмиг оказалась в каком-то неизвестном месте. Это был чертог с алыми стенами, расписанными золотистыми узорами. Не было слышно ни звука, стояла угнетающая тишина. На мне было льняное красное платье в полоску. Волосы распущены, а на груди висели любимые мамины бусы из ракушек и янтаря. Что они делали на мне, понятия не имею, мама никогда их не снимала. Это был свадебный подарок от ее прабабушки.

Я почувствовала сильное жжение в ладонях и внимательно присмотрелась. Внезапно на них возникло тёмно-оранжевое пламя. Я испугалась и хотела сбросить его, хотя оно не причиняло вреда. Было странно, что я не могла ничего сделать. Внезапно ладони перестало жечь, и пламя на миг исчезло, оставляя на ладонях метки — руны огня.

Я почувствовала в чертоге еще чье-то присутствие, но не видела, кто это. Существо стояло за туманной пеленой, как за стеной, невидимой моему взору. Оно было очень сильное, бессмертное и владеющее магией, пока что не желающее предстать передо мной. Оно чего-то ждало от меня, но я не могла понять чего. Но на короткий миг мне показалось, что существо было женского пола.

Слишком резко меня вырвало из этого сонного видения. Испугавшись, я подскочила вся мокрая от пота. Огонь в очаге потухал, и в чертоге становилось темно и холодно. Я легла обратно и укуталась в перину.

Я не особо верю в вещие сны. В Фенсалире у меня их не было. Возможно, это тоже связано с тем, что говорила Унн, из-за перехода в другой мир у меня быстро кончаются силы. Теперь еще и начнут сниться всякие ужасы. Надо бы сделать себе магический ловец снов, это самый простой способ спать спокойно.