Лекарство для Василиска

— Вы уверены, мистер Конвейн?

— В чем, дорогая Грейс? В том, что вы держите в руках досье на Василиска, или в том, что сегодня прекрасное утро понедельника?

— В том, что мы с ним сработаемся.

— Как вы думаете, милая Грейс, что я отвечу вам на этот вопрос?

Начальник загадочно поблескивал стеклами очков, его взгляд был одновременно умильным и непреклонным.

— Судя по этому досье, Василиск — один из лучших ваших боевых агентов.

— А вы — лучший мой архивариус, и что с того?

— Не чувствуете некоего диссонанса в своих словах?

Я не хотела уступать. Хотя я понимала, что нахожусь в заведомо проигрышном положении, сдаваться я не собиралась. Кто я — книжный червь, сидящий в темной подсобке, и кто Василиск? Начальник явно испытывал меня на прочность.

— Нисколько, милая Грейс. Сегодня утром я проснулся с мыслью, что вам пора повышать квалификацию.

— Думаете?

— Не просто думаю — я в этом уверен, милая Грейс. Пока вы сидите в архиве, успели наизусть выучить все должностные инструкции и начали капризничать. Пора показать вам, что значит полевая работа, чтобы вы ценили свою прекрасную должность.

Я смутилась. Мне намекали на несколько служебных записок, которые я имела неосторожность направить по внутренней системе документооборота. В результате этого на архив ополчилась чуть ли не половина управления. Но разве я была виновата? Я ведь просто предлагала небольшие усовершенствования процесса! Кто же знал, что неповоротливая бюрократическая машина будет так ревностно чтить свои традиции?

Я выдохнула с досадой.

— Поняла, мистер Конвейн. Простите, что подвела вас.

— Нисколько не подвели, моя дорогая, — начальник добродушно усмехнулся. — Пока вы будете воспитывать Василиска, я тут займусь некоторыми кадровыми перестановками. Мысли у вас были здравые. Просто исходить им нужно было не от обычного сотрудника, а от источника повыше. Впрочем, вы уже поплатились за свою инициативу. Она, как известно, бывает наказуема. Задание Василиска спустили с самого верха в качестве показательной порки. Вы почти со стопроцентной вероятностью провалите его. На ваше место отправят более опытного агента. А вы вернетесь в архив и продолжите улучшать его здесь. Но я вам этого не говорил. Это было по большому секрету.

Начальник незаметно подмигнул из-под очков, и я окончательно скисла. Вот, значит, как большие боссы намекали рядовым сотрудникам, что не стоит прыгать выше головы?

Меня поневоле взяло упрямство. Если они думали проучить Грейс Мейлори, то сильно ошиблись. Я прекрасно отдавала себе отчет в том, что вряд ли смогу завербовать обратно одного из лучших агентов, ушедших на пенсию. Вот только сдаваться я тоже не торопилась. Сделаю все, что от меня зависит. Но Василиск вспомнит, что когда-то успешно работал на Агентство.

В этом задании было много сложностей. Бывшие агенты находились под программой защиты свидетелей, поэтому полные данные о них были доступны только высшему руководству. Это руководство предоставило мне сокращенный вариант досье. Особенно иронично было то, что среди документов не оказалось ни одной фотографии Василиска. Я уже не говорю о том, что его дар был строго засекречен, хотя обычно его можно было вычислить по прозвищу. Так — предоставили общую информацию и примерный послужной список.

— Мистер Конвейн, а почему Василиск?

Мой начальник знал ответ на этот вопрос, но не собирался его озвучивать.

— Он очень изворотливый и скользкий, Грейс, но в хорошем смысле этого слова. Змей-искуситель, который всегда предпочитал договариваться. Рукоприкладство было его последним аргументом. Он хороший агент, Грейс. Если найдете его, обязательно поучитесь манере вести себя среди агентов.

— Поняла, мистер Конвейн. Пойду собираться.

— Давайте, милая Грейс. Все будет хорошо. Что-то мне подсказывает, что вам повезет!

Мне бы его оптимизм. Ну что я могла противопоставить агенту-дипломату? Свод законов планеты Альфа-14? Остроумие на грани фантастики? Сногсшибательную внешность, наконец?

Ничего этого у меня не было. Грейс Мейлори с детства была книжным червем, и с возрастом это не изменилось. Я и работать-то пошла в святой уверенности, что стану библиотекарем. А оно вон чем обернулось… А теперь еще и Василиска искать.

Я зашла в туалет и ополоснула лицо. Единственный плюс моей внешности — не нужно было бояться, что потечет макияж. Я его просто не наносила. Да и кому бы пришло в голову смотреть на меня как на женщину? Моими постоянными спутниками были мешковатый деловой костюм и растрепанный пучок вместо приличной прически.

Грейс Мейлори была настоящей канцелярской крысой.

Я не жаловалась на свою работу, меня все вполне устраивало.

До тех пор, пока мне не пришла в голову идея улучшить процесс делопроизводства в Агентстве...

Теперь я пожинала плоды своей инициативы.

Я не была пессимистичной, скорее, реалисткой. Все наши победы и поражения были результатом нашей активности. Мне предстояло исправить последствия своих действий.

Я буду воспринимать это как отпуск. На Земле есть много мест, где можно отдохнуть от монотонной архивной работы. А Агентство пусть само разбирается в моих шифрах. То-то же.

Эта мысль вызвала у меня улыбку, и я уходила с работы в приподнятом настроении. Все же не зря я проводила здесь дни и ночи. Начальство настолько привыкло доверять мне самые сложные поручения, что перестало интересоваться порядком, который я навела в архиве. Те, кто был знаком с этим ближе, откровенно боялись подходить ко мне. В итоге я разбиралась в многомиллионных делах текущих и бывших сотрудников лучше всех.

Вот и отлично. Не буду больше властвовать над всеми. И на мою работу найдутся другие люди.

Сегодня я шла домой пешком. По пути решила заглянуть в торговый центр и купила несколько полезных вещей для отпуска. Такой легенды я и буду придерживаться: туристка с Альфа-14 прилетела на Землю, чтобы подышать океаническим воздухом на курорте и загореть на натуральном солнце.

На Альфа-14 уже давно не было своего источника излучения. Ее иногда называли планетой Ада. Все это, конечно, были сплетни, и мы прекрасно справлялись и так, но бледная кожа, обусловленная естественными причинами, порой становилась предметом для стеснения.

Ничего, как только прилечу на Землю, сразу поправлю здоровье. А те, кто в курсе дела, без проблем поймут, что Альфа-14 — это шифр, предназначенный для бывших агентов.

Не знаю почему, но многие сотрудники на пенсии оседали именно на Земле. Обитаемых миров было не так много, но Земля среди них была самым отсталым. Агенты все равно рвались туда. Что ж, у меня появился шанс понять, так ли прекрасна эта планета на самом деле.

Досье на Василиска прислал мистер Конвейн на мой рабочий ноутбук. Его я тоже захватила домой. Хотела спокойно перечитать еще раз под чашку вечернего кофе. Вдруг я что-то упустила или не придала значения. В нашем деле иногда играли роль даже полутона. Как с Альфа-14, например. Для простого обывателя это была темная планета с подземными городами, с которой все улетали на отдых. А вот знающие люди были в курсе, что там находится штаб-квартира Агентства.

После торгового центра я шла уже нагруженная сумками. Одно из преимуществ моего образа жизни — я экономно расходовала деньги. Поэтому могла быстро сменить гардероб для задания. Хотя командировочные уже поступили на карту.

Начальство не поскупилось. Как будто извинялось за затянувшуюся шутку. Ничего, деньги еще никому не были лишними. А я никогда не была гордой.

Оттягивать с отлетом я не собиралась. Вернувшись домой, я заказала билеты на ближайший рейс до Земли. Завтра в два часа альфа-дня я уже буду на борту космолета, который доставит меня к Василиску.

По крайней мере, я очень на это надеялась.

Все факты в деле говорили о том, что с Земли он никуда не улетал. От дел он отошел около десяти лет назад после большого задания. Модификант его уровня мог долго не стареть, я это прекрасно знала.

Я тоже была модификантом. В агенты других не брали, даже в архив.

Альфа-14 была местом, где царили модификанты. Кто в здравом уме и твердой памяти согласился бы жить на планете с вечным искусственным освещением?

Земля, напротив, была почти человеческой планетой, где ценили естественность и не приветствовали уколы, после которых человек переставал быть самим собой. Но здесь, на Альфа-14, без них было не выжить. Любой дар, полученный от сыворотки модификации, так или иначе, продлевал жизнь на этой планете.

Я очень хотела узнать, каким же даром обладал Василиск. Что-то подсказывало мне, что ответ лежал на поверхности.

Василиск был сильным агентом, который отошел от дел, собравшись на пенсию в тридцать лет. Для модификанта это был детский возраст, и это могло означать только одно: у него был очень сильный дар. Чересчур сильный.

К такому человеку даже бывшие враги не рискнули бы сунуться.

Что же это был за дар?

Я решила поискать информацию в сети. Василиск был мифическим персонажем, связанным с большим змеем или петухом.

Спустя полчаса исследования сети я оторвалась от монитора и сглотнула.

Начальство не просто решило проучить меня за инициативность. При самом плохом стечении обстоятельств я могла вообще не вернуться с задания, если бы у Василиска оказался крутой нрав.

Способности были одна интереснее другой.

Дыхание огнем — прекрасная вещь, любой бы позавидовал. Усиленное обоняние — мне захотелось сходить помыться. Жаль, что такой возможности не будет в космолете.

Повышенная ловкость, стойкость и гибкость — вот здесь как раз вопросов не было. Эти способности демонстрировали почти все агенты, работающие под прикрытием.

Но самую интересную способность сеть приберегла напоследок. И когда я о ней читала, у меня на голове зашевелились волосы .

Древний Василиск мог превращать в камень одним только взглядом. Потрясающая способность, не оставляющая врагам никакого пути для отступления. Но меня интересовало не совсем это.

Дело в том, что сыворотка модификации после введения проявляла себя по-разному. В основном люди, принявшие ее, демонстрировали какие-то физические улучшения, такие как усиленное зрение или, как у Василиска, обоняние. Сыворотка, по сути, активировала те участки мозга, которые и так хорошо работали у человека.

Очень редко сыворотка модификации давала результаты, при которых способности человека находились в ментальной плоскости. Чтобы силой мысли заставить окаменеть живое существо, требовалась колоссальная энергия, сила воли и выдержка.

В случае с Василиском это означало, что у него изначально был нетривиальный мозг.

Черт! Я связалась с гением. Мне его никогда не отыскать.

— Такси! Такси! — кричал у входа в космопорт какой-то индиец, с трудом говоря на плохом английском языке. — Быстрое такси! С ветерком и радостью!

Мне было нужно такси, но я боялась ехать именно с этим водителем. Хотя другие машины уже были заняты пассажирами, которые прибыли вместе со мной.

Кроме того, у меня был еще один повод не садиться к этому водителю — я не любила местные диалекты, хотя и знала их на уровне уверенного пользователя. Я предпочитала межгалактический язык всем остальным. Для всех миров было единое правило: если не хочешь выглядеть провинциалом, сделай межгалактический свой родным. Этот человек позорил целую планету.

Хотя в тот момент я сама себе казалась снобом, я ничего не могла с собой поделать. Но я быстро отогнала эти мысли, когда заметила другую машину с «шашечками», внутри которой дремал свободный водитель. К ней-то я и направилась.

Во время полета со мной внезапно связался мой начальник. Оливер Конвейн справился о моем самочувствии, а затем внезапно заявил:

— Если Василиск совсем не захочет с тобой работать, скажи, что просьба идет от Титана. Тогда должно получиться.

— Т-т-титана? — заикаясь, переспросила я.

Это прозвище было на слуху. Титаном звали одного из первых модификантов, у которого действие сыворотки проявилось в огромной силе. Он давно отошел от дел, но продолжал оставаться в прекрасном состоянии. Поговаривали, что он был одним из основателей Агентства на Альфа-14.

— Именно так. Василиск работал с Титаном некоторое время. Они остались в приятельских отношениях. А уж товарищу он точно не откажет.

— Х-хорошо. Может быть, стоило тогда послать на Землю самого Титана?

— Грейс, никогда больше такого не говорите, — строго ответил начальник. — Иначе я начну сомневаться в ваших аналитических способностях.

И он отключился. А я так и не успела сказать, что я архивариус, а не аналитик!

Но после драки было поздно махать кулаками. Так что про Титана я запомнила хорошо.

Такси было заглохшим. Видимо, водитель решил стоять у космопорта только для галочки. Или ждал своего особого пассажира. Я собиралась им стать. Из-за поднятых стекол мне было не очень хорошо видно мужчину внутри, но он точно дремал, накинув на лицо шляпу.

Мужчина сидел в закрытой машине на жаре около тридцати градусов и дремал.

Предательская мысль идти до гостиницы пешком стала какой-то очень уж навязчивой. Но я отказалась от нее. Чемодан был без колесиков. Тащить его на собственном горбу было бы проблематично хотя бы из-за того, что между космопортом и городом находилось несколько километров безжизненной пустыни. Добираться своим ходом было сродни самоубийству.

Я не была самоубийцей. Поэтому я решительно постучала в стекло.

У водителя дернулся кадык. Это было единственной реакцией на мое вторжение. Тяжело вздохнув, я повторила стук. Но ответом мне послужил пренебрежительный жест ладонью. Водитель отмахивался от меня, как от назойливой мухи.

— Слушайте, мистер, — обращаясь к спящему красавцу, процедила я. — Пока я добрая, готова оплатить двойной тариф. Потом я разозлюсь, узнаю, как у вас тут можно заказать такси и непременно его дождусь. А потом вычислю, как оставить на вас негативный отзыв. Отмываться будете долго, предупреждаю сразу. Меня даже с работы на Альфа-14 выгнали в отпуск, лишь бы не доставала со своим упрямством.

Стекло внезапно опустилось.

— Что же вы не сказали, что вы туристка с адовой планеты?

— По мне что — незаметно? — устало спросила я.

— Да я вас еще в глаза не видел, — хмыкнул водитель приятным голосом и снял шляпу с лица.

У него оказались необычные стрекозиные очки с цветными стеклами. Светлые глаза осмотрели меня с интересом, а затем мужчина открыл дверь, заставляя отскочить от нее в сторону, и взял в руки мой чемодан.

— Планета у вас вроде не отсталая. А поклажа — хуже некуда, — ворчливо заметил он, утрамбовывая чемодан в багажник.

Я в это время залезала на заднее сиденье. То ли шпилька зацепилась за крышу автомобиля, то ли ее вытащил проходящий мимо водитель, но в салоне я оказалась с распущенными волосами. Они упали на лицо и теперь мешали смотреть вокруг.

— Так лучше, мисс, — глянув на меня через зеркало заднего вида, заметил мужчина. — Сразу становитесь похожей на девушку. Хотя фигурка у вас что надо. Твердая пятерочка.

— Я сюда не тылами крутить приехала, — вяло отозвалась я.

И чего он прицепился? Я мельком проверила свое обмундирование: майка и джинсы были на месте. Обычная жительница Земли. А что бледная — так это я радиации боялась.

— Да? — добродушно засмеялся водитель. — А зачем же тогда?

Мне бы оскорбиться, но не вышло. Все дело в том, что мужчина, окончательно оказавшись в машине, снова закрыл все окна и — о, чудо! — включил кондиционер. Я поневоле начала млеть от тонкого цитрусового аромата. Теперь я понимала причину его безмятежного сна.

— Вы все равно не поверите, — вздохнула я, наконец-то разобравшись с волосами и убрав их за спину.

— А вы попробуйте рассказать.

Мужчина уже успел завести двигатель. Мы выезжали из космопорта, направляясь к пустыне. Я мельком посмотрела на своего спутника и отметила белозубую улыбку и множество морщинок, которые расходились от внешних уголков его глаз. Хвост золотой рыбки — так это, кажется, называлось. Такое бывало только у очень добрых людей. Вдобавок он был блондином с вьющимися немного отросшими волосами. Эдакий романтик из службы такси. Но мне понравилось. Красивые руки, увитые венами, привычно держали руль. Я сама не заметила, как проговорилась.

— Меня послали за Василиском.

— Это они зря. На миловидных студенток Змей не позарится.

Короткое замечание мигом развеяло мою расслабленность. Я по-новому взглянула на своего провожатого.

— Может, вы еще и Титана знаете?

— Кто же его не знает? — хохотнул мужчина. — Первого модификанта, который догадался, что сыворотку нужно вводить в пубертате?

— По телевидению об этом точно не трубилось.

— Тут вы абсолютно правы, мисс, — криво улыбнулся мужчина.

— Вы бывший агент?

— Бывших не бывает. Вам ли не знать. Хотя если верите в сказку о том, что после сорока вас отпустят на заслуженный отдых, — не верьте. Лучше сами его себе устраивайте.

— Так вы — на отдыхе?

— Можно и так сказать, — мужчина блеснул стеклами очков, проверяя меня через зеркало. — Адам Хант к вашим услугам.

— Что, и с Василиском поможете?

— Он вас сам найдет. Когда вы ему понадобитесь. Не волнуйтесь, леди. Советую вам хорошенько отдохнуть перед возвращением.

Не стоило ему этого говорить. Сглазил — не иначе. Машина дрогнула, словно мы внезапно попали в эпицентр землетрясения.

— Что за черт? — выругался мужчина, начиная тормозить.

Нас тряхнуло еще раз. А потом я закричала. Машина начала проваливаться под землю. Одно из задних колес — точно.

Мне стоило больших усилий взять себя в руки. Вдох — выдох. Я была не одна. Это самое главное. На этой мысли я и сосредоточилась.

Вынужденная остановка заставила мужчину выйти из машины. Я пошла следом, обнаруживая, что в песчаной дороге образовалась внушительная дыра.

— Что это такое? Здесь сейсмоопасный район? — с волнением спросила я.

Мужчина с уверенностью покачал головой:

— Это космопорт, леди. Его специально построили на самом спокойном месте. Это рукотворная угроза.

Последовал еще один толчок, и я, не в силах сдержать крик, инстинктивно прижалась к более сильному существу. В ответ меня бережно обняли, словно спасая от беды. Именно это мгновение заботы и вернуло меня к реальности. Собравшись с мыслями, я пожелала, чтобы это бедствие прекратилось. И в ту же секунду толчок стих, а вдалеке раздался крик боли.

Извинившись, мой попутчик оставил меня и ринулся на звук. Я заметила его почти звериную грацию и нечеловеческую скорость. Адам Хант был весьма интересной личностью, но в тот момент я лишь машинально фиксировала свои впечатления. Главным моим чувством было потрясение от того, что меня явно пытались убить. Или моего спутника. Или нас обоих. А ведь я еще даже не начала свои поиски!

Когда я пришла в себя, то последовала за Адамом. Идти пришлось недолго — за ближайший песчаный холм. Там я нашла своего спутника и, проследив за его взглядом, вскрикнула.

— Что это? — спросила я срывающимся голосом.

— Наш неудавшийся убийца, — пояснил Адам. — Не смотрите на меня так. Я здесь ни при чем. Он уже был в таком состоянии, когда я подошел.

В песке у наших ног лежало неподвижное тело мужчины. Если бы не редкие вдохи, можно было бы подумать, что он мертв. Но он дышал, хотя из его рта периодически вываливалась густая белая пена. На вид ничего особенного: молодой, около двадцати пяти лет, одет в футболку и джинсы. Полностью лысая голова.

— Припадок? Отравление? — предположила я, пытаясь вспомнить старые архивные дела.

Не получалось. Я еще не видела такой реакции у киллеров.

— Его, определенно, заказали после того, как он совершит преступление здесь. Но парень оказался слабоват.

— Слабоват? — нахмурилась я. — Что это значит?

— Когда он создавал землетрясение, в нем точно была сила телекинетика. Просто так дыру в земле не сделаешь. А сейчас — ничего. Пустое место. Ноль, почти как у вас. Никакого модифицированного потенциала. Встречали такое?

— Не припомню, — призналась я. — Он выживет?

— Да куда он денется, — отмахнулся Адам и достал из заднего кармана телефон. — Сейчас вызовем медиков, а там им займутся. Когда придет в сознание, тогда и поговорим.

— А что мы будем делать, пока он без сознания?

Мужчина окинул меня снисходительным взглядом:

— Мы? Мы с вами ничего делать не будем. Я отправлюсь по своим делам. Вы — по своим. Свои обязательства перед вами я выполню, а вы, как и обещали, заплатите мне по двойному тарифу.

— За что? — возмутилась я. — За то, что мы попали в аварию?

— У меня есть все основания подозревать, что причиной аварии можете быть вы, — отозвался Адам. — По крайней мере, до вашего появления мы тут жили относительно спокойно. Кстати, раз уж на то пошло, какие способности у вас, милая леди?

Если он думал, что на жаре мои мозги расплавятся настолько, чтобы делиться секретной информацией, то он сильно ошибался. Я показательно сжала губы, и Адам Хант усмехнулся:

— Что ж, тогда нам с вами не остается ничего иного, кроме как расстаться. И вы будете заниматься своим основным делом.

— Каким же?

— Искать Василиска, конечно же. И да поможет вам Бог.

Оставшаяся часть пути прошла без приключений. Я была настолько измотана, что попросила Адама остановиться у первой попавшейся гостиницы. К счастью, в ней оказались свободные комнаты. А еще рядом был песчаный пляж, на котором я мечтала побывать. Но это потом, когда приду в себя.

Помимо усталости после перелета, меня одолевала тревога, связанная с попыткой покушения на нас с Адамом. Кто был изначальной целью? Хант сказал, что до моего прибытия не замечал никаких странностей. Я могла сказать о себе то же самое. На Альфа-14 я была обычным рядовым сотрудником, за которым не числилось никаких прегрешений. Но на Земле произошло что-то непонятное. Мой разум пока отказывался принять, что убить пытались именно меня. Если это действительно так, то я подумаю об этом после душа или ванны — в зависимости от того, что смогут предложить местные «пять звезд».

Когда мы с Хантом вошли в холл гостиницы, портье, дежуривший у стойки, приветливо помахал ему рукой. Было очевидно, что здесь все знали друг о друге. Тем лучше для меня. Пока мы ехали по пустыне, я подумала только о том, что не буду строить никаких специальных линий поведения. Если метод «не в бровь, а в глаз» сработал с бывшим агентом Хантом, то для обычных местных тем более подойдет. Мне останется только выглядеть понаивнее. А с этим проблем не будет. Тот же Хант дал мне прекрасный урок.

Пока Адам перебрасывался несколькими фразами с портье, я успела оценить обстановку. Мне нравился стиль кантри. Так что служащий у стойки вполне мог оказаться и хозяином. А значит, подходил на роль свидетеля в моем расследовании. Помимо уголка администратора, здесь была еще приятная гостиная в светлых тонах с небольшим баром, в который я намеревалась спуститься вечером. Мы приехали днем, поэтому соответствующий антураж мне еще предстояло увидеть. Если, конечно, после душа не свалюсь на кровать и не пробуду без сознания до утра.

— Мисс, больше не влипайте в неприятности, — донесся до меня насмешливый голос Ханта.

Видимо, я ненадолго выпала из реальности и не заметила, что он засобирался уходить.

— Я все еще не уверена, что мои неприятности не были связаны с вами, — возразила я.

Сама не знаю почему, но мне не хотелось расставаться с ним. Пока мы ехали в гостиницу, он успел рассказать несколько анекдотов и вел себя, что называется, «вовлеченно». Как будто знал, что я получила психологическую травму, о которой боялась говорить открыто. И как будто выводил меня из тьмы страха на свет.

— А я сразу подумал, что вы та еще штучка, — пожурил меня Хант. — Надеюсь, ваша миссия будет выполнена с блеском, — с сарказмом добавил он.

— Надеюсь, мы с вами больше никогда не встретимся, — в тон ему отозвалась я.

Хант на это только раскатисто рассмеялся и, махнув на прощание администратору, вышел. А я разом скисла, глядя на свой несчастный чемодан.

— Не волнуйтесь, леди, я помогу донести его до номера. Ваш будет на втором этаже. Вы не суеверны, надеюсь? — полюбопытствовал мужчина среднего возраста с начинающейся лысиной на темечке.

— Не припомню такого, сэр, — я отрицательно покачала головой. — Номер тринадцать? — с улыбкой догадалась я.

— Все верно, — кивнул он. — Но я осмелился на такой выбор, поскольку из этого номера открывается очень красивый вид. Там есть дорога, которая ведет прямиком на пляж. Очень красивая. А вечером вы будете наблюдать потрясающий закат.

— Благодарю вас, — растроганно произнесла я, и мы направились на второй этаж.

— Не сочтите за грубость, но чем вы так привлекли нашего Адама? — спросил хозяин гостиницы, когда открыл дверь моего номера.

Да, это действительно был он. Теперь я уже не сомневалась. И он сам попался на мою уловку, не потребовав никаких усилий с моей стороны.

— Он отказался помогать мне в поисках, а я очень надеялась на его содействие.

— А что вы ищете? У меня много знакомых, мисс, и если я смогу помочь, то направлю вас по верному пути.

— Не знаю, что и сказать, — я доверительно понизила голос. — В общем-то, я разыскиваю Василиска. Мое начальство поручило мне установить с ним связь. Не знаю, известно ли вам это прозвище. У меня самой минимум информации. Меня отправили сюда как слепого котенка.

— Но ведь… — начал, было, хозяин, но тут же осекся. — Видите ли, здесь эта информация ни для кого не является тайной, — он снова смутился, глядя на меня. — И раз Адам вам не сказал, значит, был уверен, что вы еще встретитесь.

— Не сказал о чем? — нахмурилась я.

— Адам и есть Василиск. Он просто отошел от дел. Мы все здесь, так или иначе, когда-то сотрудничали с Агентством, мисс. Просто скрывать прозвище Адама не имеет особого смысла. Никто в здравом уме не пойдет против такого мощного агента.

— Вот оно что… — выдохнула я сквозь зубы. — Спасибо. Вы очень мне помогли. И можете помочь еще больше, если скажете, где я могу отыскать этого таксиста. Даю слово, что не причиню ему вреда. Мне действительно нужно поговорить с ним.

— Отдохните хорошенько, мисс. Когда спуститесь на ужин, я обязательно вам расскажу, — просиял хозяин.

Видимо, он обрадовался, что я не из буйных и не стану устраивать сцену. Нет, ну каков прохвост! Против воли я восхищенно подумала от Адаме. Разговаривал со мной о самом себе и ни эмоцией не прокололся. Я ведь наблюдала за ним. Он очень убедительно врал. Но понимала я это только сейчас, когда Ханта и след простыл.

Что ж, утро вечера мудренее. Спущусь на ужин и высплюсь. Хант сам сэкономил мне кучу времени. Успею поваляться на пляже, отдохнуть. А потом, если не соврал, Василиск сам меня найдет.

Я распрощалась с общительным хозяином и осталась в номере одна. Он был очень милый, девчачий. Портье явно выбирал его не только за вид из окна. Тем лучше, поскольку я любила разные приятные мелочи. На столике у кровати, например, стоял небольшой букет незабудок. Проведя по цветкам подушечками пальцев, я улыбнулась и почувствовала, как немного снизило градус охватившее меня напряжение. Вещи разберу потом. Сейчас нужно немного ополоснуться и отдохнуть.

У ванной оказалась ступенька в стене, на которую можно было положить женские мелочи. После того, как уломаю Василиска, приеду сюда еще раз только ради этой ступеньки. И разложу на ней кучу кремов, которую куплю по случаю удачного боевого задания. Хватит просиживать штаны в Агентстве. За его пределами слишком много интересной жизни.

Я сбегала обратно к чемодану за пеной для ванны. Банный халат и стопка полотенец лежали рядом со ступенькой в небольшой нише. Там же было одноразовое мыло в пакетиках и зубная паста. Я порадовалась сервису и открыла кран, чтобы набрать ванну.

К черту Василиска. И Агентство тоже к черту. И Конвейна. Я ложусь отдыхать.

Когда я вышла из ванной, прошло полтора часа. Я даже успела немного вздремнуть в воде, но это, конечно, нисколько не уменьшило общей усталости. Банный халат оказался слишком мягким. Переодеваться и куда-то идти, чтобы поесть, не хотелось. К тому же, в чемодане на этот случай лежало несколько протеиновых батончиков. Их-то я и уничтожила. Вот теперь можно было ложиться, не вступая в споры с совестью. Грейс Мейлори до завтра не будить.

Проснулась я человеком, отдохнувшим сразу за несколько лет. То ли вода здесь была волшебная, то ли воздух — целебным, но я чувствовала такой прилив сил, что тратить его на поиски Василиска совершенно не хотелось. Меня сюда отправили, чтобы опростоволоситься. Не будем разочаровывать высокое начальство. А время я проведу с пользой для себя. То есть на пляже.

Я же не зря заходила в торговый центр перед отлетом. Даже купальник приобрела. И парео. И шляпу с широкими полями. О, какая она была красивая. Грейс Мейлори наконец-то решила потратить свои кровные хоть на что-нибудь. Так что ни в чем себе не отказывала.

В дверь осторожно постучали. Открыв ее, я обнаружила на пороге симпатичную женщину, в которой заподозрила жену хозяина гостиницы. Она мило улыбнулась и подвинула ко мне тележку, которую прикатила к номеру.

— Доброе утро, милая девушка. Муж сказал, что вчера к нам заселилась новая постоялица и так устала, что даже не ужинала. Я взяла на себя смелость и положила вам к утреннему кофе парочку домашних круассанов. Если понравятся, считайте это комплиментом от заведения.

— Вы так любезны, — произнесла я, принимая тележку из рук женщины. — Меня зовут Грейс Мейлори, и я очень рада знакомству.

— А я Индина, — ответила она. — Ройс уехал по делам, так что сегодня за старшую здесь я. Если захотите, приходите к стойке администратора, чтобы мы могли пошептаться, — подмигнула она загадочно.

— С радостью, — улыбнулась я. — Только сначала я схожу на пляж, если вы не возражаете.

— Нисколько, Грейс. Полежите на солнышке, погрейтесь. У вас, небось, круглый год галогены светят.

— К сожалению, — призналась я с легким сожалением.

Когда Индина удалилась, я с любопытством приподняла клош, которым был накрыт мой завтрак. Рядом стояла дымящаяся ароматная кружка кофе. От одного ее вида у меня потекли слюнки, а от содержимого тарелки захотелось остаться на Земле навсегда.

Сочный и пышный омлет, румяные гренки с маслом и те самые круассаны, о которых говорила Индина, — все это будоражило мой нюх. Я быстро подкатила тележку к кровати и принялась за этот божественный завтрак, позабыв обо всем на свете. Какие Василиски? Какое Агентство? Я хочу, чтобы меня усыновила Индина и каждый день кормила на совесть! Рядом лежала пластиковая коробочка с одноразовым плавленым сыром, который я аккуратно намазала на один из круассанов, воспользовавшись идеальным блестящим ножом. Боже, это рай. Рай для Грейс Мейлори, так уж точно.

В голову закралась мысль, что Василиск не зря привез меня именно сюда. Фигура моя ему так понравилась, что ли? Вряд ли он клюнул на обычную сотрудницу Агентства. А уж нюх на статус у него точно был. Я не была альфой даже в большом приближении. Скорее, серая мышка, которая решила отличиться на отдыхе. Но поблагодарить Адама Ханта за его предусмотрительность все равно захотелось.

Позавтракав и освежившись в ванной, я вооружилась большой пляжной сумкой, в которую положила сменное белье, шляпу и крем от загара. Натянув купальник и спрятав его под пляжным платьем, я в легких шлепках отправилась покорять местные песчаные достопримечательности. Получив одобрительный кивок от Индины, я окончательно воодушевилась и весь путь до пляжа проделала с улыбкой. Мир прекрасен. Я нашла Василиска. И пусть Агентство идет к черту!

Народу было много, но люди, словно боялись нарушить покой соседей, занимали места на песке очень аккуратно. Меня это удивило. В фильмах на популярных пляжах всегда бились за место под зонтиком. Только самые смелые рисковали и оставались под открытым солнцем. Я решила проблему, сразу убив двух зайцев.

Здесь был прокат шезлонгов, которым я и воспользовалась. Оттащив складную конструкцию подальше от основного пляжа, я расположилась под раскидистой пальмой, которая как раз давала тень на то место, куда я поставила шезлонг. Сначала стоило оценить воду. Плавать я умела. В Агентстве этому учили даже архивариусов. Никогда не знаешь, говорил нам инструктор, в какой конец галактики забросит тебя попутный космический ветер. Сейчас я прекрасно его понимала. Однако мой попутный ветер очень мне нравился.

Вода была идеальной. Теплая и ласковая, она сияла таким необычным лазурным оттенком, что чем-то напомнила мне цветные стекла в очках Василиска. Мотнув головой, я отогнала воспоминание, подумав, что слишком часто возвращаюсь к нему мыслями. Хотя я знала, почему так происходит. Просто продолжала восхищаться его манерой подачи информации о самом себе так, словно это совершенно другой человек. Вот что значит школа Агентства. Хотя, возможно, Василиск сам по себе был самородком. Кто знает.

Я плавала и ныряла, улыбалась солнцу и наслаждалась отличной погодой, попутно думая о том, как буду организовывать встречу с Адамом. Интересно, он не изменял своему правилу и жил тоже где-нибудь неподалеку? Хозяин же сказал, что все и так знают Василиска в лицо. К чему тогда вообще было скрываться?

Планам моим, однако, не суждено было сбыться. Когда я вышла из воды и направилась к своему шезлонгу, то заметила, что под пальмой уже нахожусь не одна. Адам Хант собственной персоной расположился на втором лежаке и рассматривал меня сквозь стекла своих цветных очков.

— Вот, значит, как вы занимаетесь поисками Василиска, — с укоризной сказал он, глядя прямо на меня.

— И вам доброго утра, Адам, — приветствовала я, беря полотенце и оборачивая его вокруг своей фигуры. — Вы сами только вчера говорили, что Василиск сам найдет меня. В чем моя вина? Я просто решила совместить приятное с полезным.

— А в этот момент на далекой Альфе-14 начальство загибается без самого успешного архивариуса Грейс Мейлори, — ехидно добавил Хант, явно любуясь моими движениями.

Все-таки «твердая пятерочка» иногда могла творить чудеса.

— Вы уже и справки навели, — восхитилась я, укладываясь на шезлонг. — Какая воля к победе!

— Да ладно, я в курсе, что вам уже открыли тайну, — признался Адам, следуя моему примеру и закидывая руки за голову.

Красив, чертяка, и знает, как этим пользоваться. Но я была сторонним наблюдателем. В конце концов, неспортивно было увлекаться предметом своих профессиональных изысканий.

— А я в курсе, что здесь это ни для кого не было тайной. Даже мое начальство наверняка знало, что вы не скрываетесь и живете под собственным именем. Только меня решили окунуть в не самую приятную субстанцию.

— Хотите сказать, что у космопорта не знали обо мне? — выгнул бровь Василиск.

— У меня в досье только общие факты из вашей биографии, — развела я руками. — Ни фото, ни настоящего имени мне не доверили, не тот уровень допуска. А между вашим такси и индийским Шумахером я выбрала вас. Так что это просто стечение обстоятельств.

— Интересно.

— Что именно?

— Если все так, как вы говорите, то познакомить меня именно с вами хотели на самом верху.

— Боюсь, я нечаянно этому поспособствовала…

— Своими робкими попытками оптимизации деревянной системы? — понимающе улыбнулся Адам и покачал головой. — Нет, Грейс, тут что-то совсем другое. Но я оценил ваш энтузиазм. Если бы вы предварительно не распространили свои идеи по внутренней почве, это было бы не так интересно.

Я оценила его осведомленность скептическим хмыканьем.

— Меня отблагодарили. Сижу вот с вами в отпуске и рассуждаю о служебном задании.

— А вы хотели бы, чтобы оно перестало быть служебным? Или заданием? — с улыбкой искусителя обратился ко мне невозможный Василиск.

— Вы привлекательны, не спорю, — откровенно призналась я. — Но я все-таки архивариус, а не стажер, который находится первый день на работе. Знаете, сколько ко мне приходило красавчиков, чтобы отвлечь своей внешностью и получить доступ к делам, к которым у них доступа не было?

— Судя по вашей экспрессии — много, — догадался Василиск.

— Именно.

— И что же вы с ними делали? — полюбопытствовал мужчина.

— Отправляла с позором на рабочее место, конечно.

— Вы — и позорили агентов? — расхохотался Хант.

— Было дело, — пожав плечами, признала я. — Это тоже стало поводом начальства отыграться.

— Я бы на их месте тысячу раз подумал, прежде чем ставить на такое место девушку. Кто-то же должен уметь давать нахалам отпор!

— Я научилась это делать со временем. Но спасибо, что поняли мое негодование.

— Не за что, Грейс Мейлори. Так что именно вам было от меня нужно?

— Ваше сотрудничество с Агентством. Точнее, меня просили сделать так, чтобы вы с ними связались.

— И причину, конечно же, не назвали?

— Почему же, назвали. Сказали, что головоломки — это ваш профиль.

— И какую же задали вам?

— Она связана с сывороткой модификации. Кто-то начал подпольное серийное производство и не соблюдает правила введения сыворотки именно подросткам.

— И после этого вы не верите, что нас намеренно столкнули лбами? — хохотнул Адам.

— Я пока даже не особо понимаю, о чем вы.

— О, Грейс, вы просто сокровище! У меня есть предложение для вас, но прежде я хочу немного приоткрыть завесу тайны.

— Я вся внимание, уважаемый Василиск.

Он улыбнулся своей белоснежной улыбкой и сразу перешел к сути:

— Вы выполнили задание, Грейс. Можете спокойно отдыхать и возвращаться на Альфа-14.

— Что?

— Кажется, мне удалось вас удивить.

— Очень подходящее определение.

— Вчера я связывался с Конвейном, и это фактически означает, что я выполнил условия вашего задания. Думаю, вас даже могут повысить по возвращении.

— Думаю, что это только верхушка айсберга.

— В некотором роде это так, — кивнул Адам. — Видите ли, ваше задание, к которому нужно было подключить меня, уже непосредственно касается меня самого.

— То есть? – снова не поняла я.

— Наш вчерашний знакомец-телекинетик был одной из жертв не вовремя введенной сыворотки. С самой сывороткой проблем никаких — мои знакомые провели тесты, она идеальная. А вот пациент принял ее в неполные двадцать четыре года. Понимаете, что это означает?

— Организм уже сформировался, и необходимого гормонального резонанса на введение сыворотки, как у подростка, не произошло. Человека хватило на один спонтанный выброс, затем он стал снова обычным.

— Именно так. Надо сказать, очень удобная штука, если бы наш одноразовый модификант соблюдал все правила техники безопасности. А так — сделал себе инъекцию, совершил преступление, очистился — и все, нет больше подозреваемого модификанта. Есть человек в отпуске, например. Но наш Кристофер Робин* забыл, что после использования сыворотки необходимо упасть на что-то мягкое и, желательно, с колесами. Хотя, возможно, его просто забыли предупредить. У него теперь и память ненадолго отшибло, так что мы сразу ничего не сможем узнать.

— Но он жив, я надеюсь?

— И будет жить еще долго, если не станет искать новых приключений, — отозвался Василиск. — Телекинез — не самая сильная способность, она не сможет убить носителя. Было бы что-то поинтереснее.

— Например?

— Например, как у меня, — улыбнулся Адам. — Вы знали, что, несмотря на вовремя введенную сыворотку модификации, каждое новое ее использование убивает меня?

Я сглотнула. Это что же, выходит, меня послали, чтобы привлечь Василиска к работе и убить его еще быстрее?

— Вижу понимание на вашем лице. Не волнуйтесь, Грейс, я не планирую в ближайшее время встречаться с праотцами. Какой у вас дар?

Он очень быстро перескакивал с одной темы на другую. Я, находясь под впечатлением от услышанного, могла бы как на духу рассказать ему обо всем. Будь я чуть более эмоциональной. Но Грейс Мейлори не зря столько лет давала отворот-поворот разным симпатичным агентам.

— Вы не слишком переживаете по поводу своей внезапной кончины. Видимо, от этого есть лекарство.

— Конечно, есть. Чтобы дар не убивал меня, я не должен к нему прибегать. Или должен от него избавиться. Ну а вы, Грейс? Кто вы после принятия сыворотки?

Он вчера разговаривал с Конвейном. И я была бы не я, если бы мой начальник раскололся. Это была информация не для широкого круга. И это было одной из причин, почему меня так долго держали в офисе.

— Я первоклассный архивариус, Адам. В моей голове содержится такая база данных, о которой и не мечтали на Земле.

— Тогда вы не откажете мне в одной небольшой услуге.

— Какой именно, Адам?

— На Земле есть такое выражение: «Помирать, так с музыкой». У меня предчувствие, что эта история с сывороткой еще не раз всплывет здесь. А я, знаете ли, к этой планете успел прикипеть душой. Очень не хотелось бы, чтобы здесь был рассадник зла. Как вы смотрите на то, чтобы набраться полевого опыта с одним из самых бывалых агентов?

— На что вы намекаете?

— У меня есть подозрение, что где-то здесь находится подпольная лаборатория, где изготавливают поддельную сыворотку модификации. Скорее всего, информация о ней распространяется по закрытым каналам или просто через слухи. И такие люди, как наш Кристофер Робин, начинают верить, что непреложное правило введения в переходный возраст на них не будет действовать. Кстати, он был студентом. Студенты — очень ранимые и впечатлительные создания, особенно если не сдадут сессию вовремя. Какой простор для предложения, не находите?

— Это еще не ваше предложение, Адам. Ваше только собирается прозвучать.

— Ну что за девушка, — притворно обиделся Василиск. — Я тут соловьем заливаюсь, описывая плюсы работы со мной…

— Вы волк-одиночка, не засчитывается в качестве довода. Вы не терпите работу в паре, тем более — с женщиной. Вы считаете нас пригодными только для постели.

— Хотите меня разубедить? — обольстительно улыбнулся гад.

— Я еще не услышала предложения, — напомнила я ему.

— Помогите мне вывести эту шайку на чистую воду, Грейс. И я обещаю вам положительный отзыв перед начальством. Вас так зауважают, что даже мысли не возникнет в чем-то на вас отыграться.

— А вам-то с этого какая выгода?

— Может быть, мне просто надоело быть одиноким волком? — тоскливо произнес Адам.

Я сразу не поверила.

— Мне нужно подумать. Вы слишком быстро решили задачу, которую мне поставили, это неспортивно и бросает тень на мою репутацию.

— Вы еще позвоните Конвейну и скажите, что разговор со мной ему приснился, — хохотнул Василиск.

— Я не настолько педантична. Но причину вашей щедрости мне еще предстоит узнать.

Думала я от силы минут пятнадцать. На самом деле, ответ для Адама у меня был сразу после того, как прозвучало его предложение. Расследование? Да! Тысячу раз «да»! Где, когда и с кем я смогу во время отпуска от работы набраться такого опыта?

Меня приглашает к сотрудничеству Василиск? Василиск, который давным-давно ушел на пенсию и не собирался возвращаться? И я могла бы ответить ему отказом? Да за кого вы меня принимаете?

Была и еще одна причина, по которой я все равно бы согласилась работать с ним. И я поняла это, пока слушала историю Адама.

Не думаю, что он солгал насчет того, что дар постепенно убивает его. Я читала об особенностях сыворотки, когда ее принимали некоторые люди. Дар Василиска находился в ментальной плоскости. Каждое его применение сжигало в голове нейронные связи. Чем больше был охват использования способностей, тем больше связей гибло. Мозг постепенно переставал функционировать. Одно неверное применение, одно чуть более обширное использование — и Адам Хант рисковал упасть без сознания и больше не проснуться. Он говорил об этом спокойно, поскольку давно принял свою участь.

Только вот я не могла. И Конвейн тоже. Поэтому и послал меня сюда. Чтобы я смогла помочь Адаму Ханту.

===========================

* Адам шутит, когда называет незадачливого убийцу Кристофером Робином. Имеется в виду насмешка над тем, что мальчик с созвучным именем был очень счастливым человеком.