Личный дневник влюблённой провидицы. Часть 2

Дорогие читатели! Это вторая часть про любовные приключения Октавии! Она будет бесплатной до 24.11.2025. Первая часть

Я неслась по лавандовому полю сломя голову. У меня было немного времени, чтобы просто побегать и по-детски побаловаться. Развела руки в стороны, касалась кончиками пальцев цветов, которые приятно щекотали. На мне соломенная шляпка ручной работы, солнце такое беспощадное, что пришлось купить хоть какой-то головной убор. Времени думать не оставалось, и я схватила первую попавшуюся под руку. Но выглядела я в ней вполне симпатично.

Лаванда всё не кончалась, даже нос начало щипать от аромата, но красоты природы испортить маленький насморк не мог. Не в такой важный день. Подбежала ближе к установленной в центре поля площадке вдоль рядов скамеек, украшенных белоснежными пионами. А впереди арка, не менее богато украшенная и этот день должен был стать одним из тех,  о которых вспоминают до самой старости. Во всяком случае, каждый на это надеется. Люди приносят клятвы, обещают быть рядом друг с другом и в горе и в радости. Момент величайшего единения душ.

Все смотрели на то, как я бегу, задыхаясь, чуть ли не падая. Взобралась по трем небольшим ступенькам, стуча каблуками туфель, которые норовили стереть ноги в кровь. Волновалась так, что готова была падать в обморок. Заняла своё почётное место, музыка начала играть сначала тихо, затем чуть громче, знаменуя начало торжества. Рядом со мной стоял мужественный и взрослый парень в черном смокинге, трясся как осиновый лист, а по его лбу стекал нервный пот.

— Ты опоздала… — процедил сквозь зубы жених. Поправила ему галстук бабочку, делая вид, что совсем не запыхалась и всё под контролем. — Как ты могла? Это же такой важный день.

— Не злись, задержали на работе.

— У тебя всегда работа. Хоть в день свадьбы могла отдохнуть?

— Видимо, не могла, — хихикнула, подмигивая.

— Вита, я готов упасть в обморок от волнения. И эта бабочка меня душит. 

Сжала крепко ладонь жениха, подбадривая и делясь своим спокойствием. 

— Скоро всё закончится. Этот день такой же, как и другие, только немного счастливее.

— От этого счастья у меня колени трясутся и голова кружится.

— Так и должно быть.

— Зачем ты надела эту ужасную шляпу?

Пожала плечами, продолжая улыбаться. Расцепила наши ладони и медленно попятилась назад, посылая лучи любви в атмосферу и принимая их назад в десятикратном объеме. Я боялась, что не смогу сдержаться и разрыдаюсь, что косметика размажется по лицу и на всех фотографиях я буду выглядеть просто ужасно.

Регистратор занял свое место в центре арки, мы с женихом разошлись в разные стороны. Сначала все смотрели на нас, но затем услышали, как что-то зашуршало. Длинный подол свадебного платья цеплялся за сухую траву. Гости оборачивались, чтобы поскорее увидеть невесту.

Волосы Тины уже не были торчащим во все стороны недоразумением, как большую часть времени в Академии. Они были собраны красивыми и аккуратными локонами, шелковое белое кружево декольте контрастировало на фоне загорелой кожи, а подол был таким длинным, что я даже издалека ощущала, как тяжело ей идти. Отец вел её под руку, в его глазах собирались слёзы, но он держался. Его девочка совсем выросла и настала пора официально передать заботу о ней другому мужчине. Глянула искоса на жениха – Ваня теребил пальцы на руках, боролся со своими нервами, белый как снег.

Невеста приблизилась к свадебной арке, аккуратно поднялась по ступеням, я сама уже готова была расплакаться. Отошла еще немного вбок, попутно помогая уложить подол так, чтобы он никому не мешал. Тина и Ваня взяли друг друга за руки, в глазах каждого отражался любимый человек. Регистратор начал церемонию, гости старались сдерживать эмоции, но периодически доносились из толпы тихие всхлипывания. Невыносимо, просто невыносимо прекрасные эмоции!

— Обменяйтесь кольцами, — сказал регистратор.

Я завороженно смотрела на друзей. Моё сердце билось так сильно, будто это я выходила замуж, а не моя подруга.

— Вита, — процедил Ваня сквозь зубы, выводя из транса. — Кольца…

Изначально кольца хранились у Грега, но ему внезапно назначили смену именно в день свадьбы Вани и Тины, а в полицейском управлении всё очень строго. Приказ есть приказ. Никого не волнует, что у тебя происходит в жизни. Поэтому эта важная должность — дружок — перешла ко мне, ко второму “братишке” в нашей компании.

Я хаотично пыталась пошарить по карманам, но в платье у меня не было карманов. Полезла в клатч — там пусто.

— Вита, ты что забыла кольца? — Тина прожигала меня взглядом, а я совершенно забыла, куда их положила.

— Тина, держи меня, я её сейчас убью, — Ваня вытер пот со лба.

Я сгорала от стыда.

“Ты их в подпространство засунула, балда!” — пришло на помощь подсознание, гости тем временем начали волноваться и шептаться. Так неловко мне не было никогда.

Взмахнула рукой, открывая маленький портал, ведущий в другое измерение, в котором я организовала себе небольшой тайник, чтобы не терять важные вещи. И как я могла забыть? Видимо, слишком перенервничала. Рука скользнула сквозь невидимую завесу и выудила оттуда небольшую бархатную коробочку черного цвета, которую я сразу же протянула регистратору.

— Простите, — шепотом извинилась перед брачующимися и вернулась на свое место. Из толпы на меня смотрела Фрея и крутила пальцем у виска. 

“Да знаю я, что опозорилась!”

Иван с Тиной обменялись кольцами и прозвучало заветное “Объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту!”. Поцелуй скрепил их сердца и мир стал чуточку ярче и прекраснее. А все благодаря кому? Мне. Ведь это я их когда-то познакомила. Скромности мне явно было не занимать, раз продолжала приписывать себе эту заслугу, хотя, безусловно, их отношения – это целиком и полностью их ответственность. Стало немного грустно, что не с кем разделить такой поистине удивительный момент и эмоции. 

“Ничто не сможет омрачить этот день! Он полностью принадлежит Тине и Ване, а я буду пить, плясать и отрываться еще и за них”.

“Только не переборщи, как обычно,” — напомнило подсознание, но кто ж его стал слушать?

На утро после бурного веселья очень и очень хреново. Вот прямо как будто тебя прокрутили через мясорубку и выкачали всю влагу из организма. Во времена учебы в Академии было легче и проще. Видимо, мой организм уже начал давать сбои и стареть. Доползла до холодильника, в надежде, что там еще осталась парочка похмельных зелий Фреи, которые она привезла мне в последнюю нашу встречу, но… грусть-тоска, я уже всё выпила.

— Проснулась?

Я резко обернулась, испугавшись, что в квартире нахожусь не одна. Из туалета вышел какой-то парень — благо приятной наружности — в одних трусах. Оглядела в круг квартиру: шляпа висит аккуратно на вешалке, а вот платье валяется прямо на пороге вместе с туфлями, и где-то по направлению к спальне валяются мужские брюки. Перевела взгляд на себя и поняла, что я в мужской рубашке на голое тело. Предположила, что она принадлежала этому парню. Только я вот совершенно не помнила, кто это.

— Ты кто такой и что тут делаешь?

— Уже забыла, как нам было хорошо вчера? — паренек улыбнулся.

У меня в горле встал ком и подступила тошнота.

“Подсознание, помогай!” — взмолилась я.

“Это бармен из ресторана, где был банкет, тупица!”

“И мы что? Переспали?”

“Это сложно назвать “переспали”... Ты вырубилась еще до того, как началось самое горяченькое.”

Я была зла на себя за этот поступок, который не имел никакого оправдания. Паренек прошел мимо и поднял свои брюки с пола.

— Ладно, не смотри такими ошарашенными глазами. Ничего не было, но тебе следует получше следить за тем, кого пускаешь к себе домой.

— Я провидица, если бы ты был маньяк, я бы об этом знала.

Парень посмеялся и сказал, что это довольно удобно.

— И часто ты проверяешь так парней?

— От случая к случаю.

— Забавная. Не хочешь вместе позавтракать?

— Нет. Одевайся и уходи поскорее.

— Понял-понял. Не нервничай.

Я убежала в спальню, переоделась и вернула нарушителю моего пространства рубашку, побыстрее выпроваживая того за дверь. Если говорить откровенно, то за последние четыре года многое изменилось, и у меня появилось еще несколько дурных привычек. Одна из которых — в пьяном состоянии цеплять парней и творить с ними всякие непотребства. Минусом было то, что на утро я почти ничего не помнила. Тело жаждало тепла и ласки, а голова была в отключке. А все из-за этого урода – Тобиаса Бергмана. Когда думала о нем, сразу хотелось напиться и забыться.

Раньше я выпивала, чтобы заглушить хаос в голове. Спустя время я научилась неплохо контролировать свою магию. Я стала сильнее, спокойнее, выносливее. Но это не касалось алкоголя, “Неубиваемая Ленар” стала смертной. 

Своим главным достижением считаю то, что я выпустилась из Академии с шестым уровнем! Родителей переполняла гордость, когда я получала лицензию. А меня переполняла злость, она была двигателем того самого прогресса. Я сделала это не благодаря, а вопреки. Грёбанный Тобиас Бергман, который пережевал меня и выплюнул.

“Да ладно тебе. Хоть бы спасибо сказала, что он избавил тебя от болезненных воспоминаний. Неблагодарная!” — ворчало подсознание. Оно всегда было на его стороне.

“Не защищай его. Он проехался по мне как бульдозер, оставив только сорняки,” — спорила я сама с собой.

“Не преувеличивай. Ты просто бесишься, что он не ответил тебе взаимностью.”

— Да! Именно так. Этот гад отверг меня! — возмущалась уже вслух.

Долгих четыре года голос Тобиаса сидел в моей голове и тихо звал полным именем. Спор с подсознанием никогда не приводил к тому, чтобы я, наконец, призналась, что сама придумала себе его интерес. Он всего лишь игрался с моими хрупкими девичьими чувствами, хотя знал, как болезненно я переживала из-за того, что парни выбирали не меня. Он один знал об этой моей боли, которую я прятала ото всех. Даже Ваня и Грег, хоть и были свидетелями, но никогда не придавали этому большое значения, а я и не жаловалась. 

Магический шар перестал быть шаром, теперь он представлял из себя прямоугольный прозрачный камень, обрамленный железом и называли мы его в простонародье коннектор. Так вот этот самый коннектор хотел меня явно убить, потому что громко и противно пищал. Я раздраженно ответила на звонок.

— Ну и как дела у нашей алкоголички?

— Если ты звонишь, чтобы поиздеваться, Фрея, то давай “до свидания”.

— Ну уж нет! — протянула подруга. — Вчера ты была звездой! Такого я еще не видела. Ты превзошла все мои ожидания.

— Я жива и это главное. И нет, с тем барменом я не спала, если тебя только это интересует.

— Черт, а я хотела пикантных подробностей.

— Не дождешься. Какие планы на сегодня?

— Вит, прости. Я знаю, что обещала тебе прогуляться, но я уже вернулась домой. В магазине совсем аврал, еще и Каспия заболела.

Я разочарованно вздохнула. После выпуска из Академии мы разъехались, кто куда, но только Фрея осталась в городе, открыв с одногруппницей на пару небольшой магазинчик с зельями. Грег то тут, то там, куда пошлют. Тина, Иван и я перебрались в столицу — в Скайлайт. Я занимала должность реставратора артефактов в музее и периодически даже виделась с сестрой Леона — Кассандрой. Такие вот интересные совпадения.

С Леоном друзьями мы не стали, но это сильно меня не расстраивало. Мы поздравляли друг друга с праздниками и днями рождениями, на этом всё. Это было ожидаемо. Прошлое должно оставаться в прошлом.

“Кроме Тобиаса Бергмана…” — подсознание всё не унималось.

“Прекращай!”

Тобиаса оставить в прошлом не получалось. И это жутко бесило. Ни один мужчина не вызывал во мне такую бурю негативных эмоций, и ни один не смог заставить меня забыть о той ночи на озере Итурия.

“Хватит раскисать. Меня ждут великие дела!”

 Минимальный план заключался в том, чтобы пережить этот день. Что не убивает – делает нас сильнее, но явно не мою печень и поджелудочную. Живот заурчал, и я была намерена набить его чем-то вкусным. И жирненьким.

“Станешь толстухой!” — кричало подсознание.

“У меня хороший обмен веществ.”

“Верь в это дальше, вон какая сидушка уже мясистая!”

Да, худышкой меня назвать было сложно, но я любила свое тело, даже если где-то появлялся лишний жирок, который не сложно согнать физической нагрузкой и поправив питание. И меня это нисколько не волновало, я целыми днями таскала тяжести и забывала поесть, а на свадьбе просто-напросто до отвала ела.

Накинула первое попавшееся под руку, солнечные очки – чтобы скрыть темные круги под глазами, завязала волосы в высокий хвост — расчесывать их не было никаких сил. 

Выбор места для набития пуза пал на небольшое кафе, которое сильно полюбилось мне. Каждый день сюда заходил один очень милый парень со своей собачкой и брал кофе навынос. Но я надеялась его не встретить, так как мой видок оставлял желать лучшего. 

“Кофе, мне нужен кофе и какой-нибудь вкусный сэндвич с ветчиной и тянущимся сыром.” 

Слюна заполнила рот только от мыслей о вкусностях.

— Добро пожаловать, Октавия! Вам как обычно? — официанты знали меня в лицо и всегда тепло приветствовали. Обожаю клиентоориентированность. 

— Да.

— Двойной капуччино. Записала. А поесть – столичную яичницу?

— Нет. Сегодня я хочу просто сэндвич с ветчиной.

— Поняла вас, — улыбнулась девушка от уха до уха и убежала к другим посетителям. — Выбирайте столик, я скоро всё принесу.

Мой самый любимый столик располагался у окна, где можно было наблюдать за людьми, проходящими мимо. Я перестала некомфортно чувствовать себя в толпе и, когда осознала это, стала больше обращать внимания на всё и всех вокруг. Любила вот так просто сидеть и пытаться понять, что в головах у этих людей, чем они живут, придумывала им профессии, баловалась определением уровня магии и элемента. Проверить не могла, но хотя бы на уровне ощущений чаще всего оказывалась права. Если смотреть внимательнее, подмечая детали, то становилось видно, что наш элемент так или иначе имеет внешние проявления. Огненные люди все взрывные, у них активная мимика и они часто суетятся; обладатели элемента воды одаривают свежестью и улыбкой, но в любой момент могут обрушить на тебя цунами; элемент земли даровал владельцу такие качества,  как целеустремленность, надежность, ответственность; воздух же был неуловим и всегда делал все по-своему, нарушая все видимые и невидимые правила; а разум … Мне до сих пор кажется, что мы просто фрики или ошибка природы.

Столик, за который я хотела сесть оказался занят. За ним сидел какой-то парень, спиной ко мне, с забранными в хвост волосами на затылке… В меня как будто выстрелили. Со спины этот неизвестный человек выглядел также, как в том видении, где я бегу за кем-то, очень счастливая и наполненная нежными чувствами в каком-то старом прибрежном городке, и лица которого я так и не рассмотрела. 

“Неужели это он? Вот так просто? В кафе около моего дома, посреди рабочей недели. Это ли не судьба?”

 Не было никакой стопроцентной вероятности, что я встречу именно этого человека когда-либо, потому как в наши жизни врываются сотни людей и разных обстоятельств, уводя с намеченного пути. Я стояла как вкопанная, боясь даже вздохнуть. Вдруг, я ошиблась. Но так хотелось довериться чутью и не подвергать его сомнению хотя бы раз. Еще больше хотелось просто убежать. 

Дверь в кафе открылась, колокольчик зазвенел, и парень дернулся посмотреть, кто вошел. Я ощутила удар током, не меньше. Это был Тобиас Бергман.

С перепугу я развернулась на сто восемьдесят градусов и чуть не сбила девушку, что несла мне кофе.

— Мисс Ок…

— Тихо! — пригрозила я официантке и та послушно замолчала. — Запиши на мой счет, мне надо срочно уйти.

— Х-хорошо…

Не оборачиваясь, пулей полетела на выход. Поведение моё сложно было назвать адекватным, но никаких таких внезапных встреч с прошлым я не планировала. Уха коснулся красивый женский голос, который ласково и мелодично сказал:

— Тобиас, я так ждала нашей встречи!

Меня переполняло любопытство. Схватившись за ручку двери, я не удержалась и слегка повернула голову в сторону злополучного столика. Девушка с серебристыми волосами наклонилась к Тобиасу Бергману, намереваясь поцеловать и… посмотрела на меня, расплывшись в ужасающей улыбке. Миндальные глаза оттенили всё вокруг. Время, казалось замерло. Её взгляд был взглядом хищника, он залезал под кожу и обвивал конечности, как змеи. Ногти на её пальцах больше походили на когти, да и она сама походила чем-то на птицу.

“Ведьма!” — подсказало подсознание.

Я собрала всю волю в кулак, борясь с разрывающимся на части сердцем, норовящим своим громким стуком оглушить меня, и наконец выбежала из этого дурацкого кафе, в которое я решила больше никогда не возвращаться, от греха подальше.

И снова я ощутила дикое желание напиться. Нет, нет так. Мне было необходимо нажраться до поросячьего визга. 

“Четыре года о нем ни слуху, ни духу, а тут “здравствуйте, я ваша тётя” в месте, где я бываю каждый день. И ладно бы был один, так еще с девицей. Хотя судя по ее внешнему виду, она уже лет двадцать минимум не девица, а то и больше.”

“Бесишься?” — спросило подсознание.

“Конечно!”

“Не бесись-ка, а то не вырастет сись-ка.”

Заставила подсознание заткнуться, потому что юмор — последнее, что мне было нужно в тот момент. Мне хотелось рвать на себе волосы и надеяться, что он меня не заметил, не узнал и вообще забыл о моем существовании. Хотя я в этом сильно сомневалась. 

— Откуда он вообще вылез?

— Ты придаешь этому слишком большое значение, — сказала Фрея с экрана коннектора.

Я пряталась за какой-то клумбой, не в силах заставить себя отойти далеко от кафе. Мозг призывал сбежать, тело не слушалось и оставалось на месте.

— Думаешь? — спросила подругу. — Но почему именно это кафе?!

— Потому что там вкусный кофе?

— Но это моё место!

— Да ладно тебе. Кто сказал, что он туда будет теперь ходить каждый день.

— Я об этом даже не думала, пока ты не сказала. О, Великий Магистр, кажется, мне нужно переехать. 

— Ага. Попроси политическое убежище в другой стране. Хотя ты говорила, он умеет делать длинные порталы, так что… — Фрея пожала плечами. — Он тебя везде достанет, если захочет. 

— Может просто подойти к нему?

— Хочешь — подойди.

Я заметила, что Фрея отвлеклась, сделала очень задумчивое лицо, подперла рукой подбородок и пустыми глазами смотрела куда угодно, но не на меня.

— И поцеловать…

— Целуй.

— И пригласить к себе…

— Пригласи.

— Фрея, ты вообще слушаешь, что я говорю?! 

— Слушаю. Только я не понимаю, что ты ждешь от меня. Как и не понимаю того, почему у тебя всё сводится к сексу.  Так. У меня сейчас тут сгорит всё к чертовой матери, пока я с тобой болтаю.

— Но я не знаю, что мне делать. Мне нужна твоя помощь!

— Живи дальше и не зацикливайся на странном чудаке из прошлого, с которым у тебя ничего не было. Всё, чмоки-чмоки, Вита.

Коннектор потух, и лик Фреи исчез. Я продолжала прятаться за этим ужасным кустом, от которого хотелось чихать. Что-то в этих красивых цветочках явно не нравилось моему организму. Уткнулась локтями в колени и сложилась пополам, сжимая волосы на затылке до боли и тихо застонала. 

“И почему меня так это задевает? Почему Тобиас меня так задевает? И зачем судьба нас снова столкнула?” — задавала безмолвные вопросы Вселенной.

Жжение в носу усиливалось, глаза неприятно покалывало. Я потерла их ладонями, но это не помогло. Шея чесалась, и показалось что вокруг меня образовался вакуум.

“Серьезно? Аллергия в такой момент?” — взвыла, абсолютно не представляя, что делать. Такого раньше не случалось.

“Кажется, тебе нужно лекарство, Октавия. Нам с тобой сейчас прямо очень нехорошо.”

Я начала вставать, чтобы уйти подальше от этого убийственного куста. Глаза, кажется, опухли, потому что я не видела перед собой ровным счетом ничего. Каждый вдох ощущался как глоток раскаленного железа. Шаг, ещё шаг, я оступилась и полетела вниз, теряя толики сознания.

Я ожидала удар об асфальт, но вместо него ощутила, что ныряю с головой в воду. Я распахнула глаза, вдохнула от неожиданности, легко и непринужденно, хотя рот заполнился жидкостью. И хоть она казалась живительной и в каком-то роде спасительной, но начала панически захлебываться. Я хаотично двигала руками и ногами, пытаясь всплыть на поверхность, но ничего не получалось. Страх, дикий страх приближающейся смерти парализовал конечности. Я совершенно не понимала, что происходит. 

“Мгновение назад я сидела на гребаной лавке, у гребаного куста, а теперь почему-то тону. Что случилось? Я провалилась в какой-то портал?”

Поверхность воды стремительно удалялась, я погружалась всё глубже. Водные потоки начали сдавливать тело. Перед взором возникли зеленые глаза этого придурка Тобиаса. 

“И почему в последний момент своей жизни я думаю о нем? Разве больше не о ком думать?”

“Октавия, это не видение!” — кричало подсознание, но я игнорировала его.

Лицо Тобиаса было всё ближе и ближе, следом я услышала его завораживающий голос и коронную фразу: “Дыши”. Ирония всей моей жизни заключалась в том, что рядом с ним я всегда задыхалась.

Я закрыла глаза в надежде, что это наваждение быстрее оставит меня и я спокойно утону, но талию обхватили сильные руки и через какие-то несколько секунд свежий и обжигающе теплый воздух наполнил легкие.

— Дышишь, Октавия? — голос Тобиаса Бергмана казался каким-то обманчивым видением. Как и он сам. — Не думал, что реально решишь утопиться.

И снова эта нахальная ухмылка. Я не сдержалась и замахнулось рукой, желая дать ему такую пощечину, чтобы всего перекосило, но он перехватил мою руку за запястье. Крепко, но аккуратно.

— Я тебя вообще-то спас. И так ты говоришь спасибо?

— Спас?! — прокричала и сразу же закашлялась. — Да ты псих! Ты же меня сюда и кинул, придурок!

— Говорят, что аллерген надо смыть, чтобы полегчало. Но я не врач. Возможно, мои методы далеки от идеала. 

— Да твои методы — это просто сплошное безумие! — я вперилась в него убийственным взглядом, про себя ругая его самой отборной нецензурной бранью. — Ты вообще собираешься вытащить нас из воды?!

Вторая рука Тобиаса крепче сжала мою талию. Из-за воды я и забыла, что он придерживал меня всё это время. Снова скачок, и я упала на теплый песок. Лицом вниз.

— Поаккуратнее нельзя было?! — прошипела сквозь стиснутые зубы, пытаясь отплевать песок.

Тобиас отжимал свои длинные волосы, стянув перед этим резинку, собиравшую их.

Моя белая футболка, на которую пал выбор при выходе из дома, пропиталась насквозь (что логично!) и через нее неприлично просвечивал кружевной бюстгальтер, который прикрывал разве что целое ничего. Отвернулась, сгорая от смущения, пытаясь прикрыться руками.

— Чего уставился? Отвернись.

Тобиас Бергман стоял, засунув руки в карманы, и сверлил меня своим взглядом.

— Не хочу. Мне нравится то, что я вижу.

— Нравится значит? — я агрессивно опустила руки вдоль тела, развернулась к этому придурку и пошла на него в атаку. — Теперь нравится? Ну, смотри давай, раз нравится.

Стянула футболку через голову и швырнула наземь, следом отправились шорты, и в итоге я стояла перед Тобиасом в одном нижнем белье. Затем я покрутилась вокруг своей оси, расставив руки в стороны и в конце сделав реверанс. 

Тобиас Бергман три раза громко похлопал мне.

— Просто супер! То, что надо, с утра пораньше.

— А ты чего стоишь?

— Я? — брови Тобиаса  взлетели вверх в удивлении, и он рассмеялся. — Даже не надейся. Стриптиз – не мой фетиш.

— Этот ответ не принимается.

Глаза Тобиаса недобро сверкнули.

— Если так хочется, можешь попробовать раздеть меня, но сомневаюсь, что у тебя получится.

— Да кому ты нужен?! — взревела я и пнула песок. — Представление окончено.

Я сама не поняла, что произошло и зачем я вообще разделась перед ним. Тобиас Бергман заставлял меня делать какие-то странные вещи, не прикладывая к этому никаких усилий. Рядом с ним я становилась сумасшедшей.

“Какая-то у тебя нездоровая реакция, Октавия,” — подсознание как всегда констатировало очевидные факты.

Я обреченно зарычала. Злость стучала в висках, сердце билось в агонии о рёбра, живот сводило от напряжения.

— Не так я представлял нашу встречу. Скучно, — вдруг сказал придурошный.

— Скучно? — мой голос сорвался на писк.

— Да. Думал, будет веселее. Все-таки давно не виделись, — и снова это подмигивание.

— Ну, простите, инспектор Бергман, но вы не в цирке, и я не ваш персональный клоун.

В его глазах сверкнул недобрый огонёк.

— Я придумал, как мы можем повеселиться.

От его слов на моем затылке выступил холодный пот. Тобиас и “придумал” — это взрывоопасная смесь, не сулящая ничего хорошего.

— Надеюсь, ты убьешь меня быстро и безболезненно.

— Жди меня сегодня вечером и надень что-нибудь… — мучитель осмотрел меня с ног до головы, и только теперь мне захотелось прикрыться. — Вроде того синего платья, в котором ты была на Зимнем балу в Академии.

— И что это значит? — я не понимала, что он несет. Тобиас Бергман был для меня закрытой книгой.

— Что я приглашаю тебя поужинать вместе.

— На свидание решил позвать? А как же та девушка из кафе?

— Она не то, о чем тебе стоит волноваться, — предупреждая хаос в моей голове он добавил: — Это была не моя девушка, если тебе от этого станет чуточку спокойнее.

Рядом с Тобиасом Бергманом невозможно быть спокойной. И он это прекрасно знает. Он знает, как сильно влияет на меня.

— А про моего парня не хочешь спросить? — с вызовом задала вопрос, хотя голос предательски дрогнул.

Тобиас сделал шаг навстречу, еще шаг. Я попятилась назад и начала терять равновесие. Он схватил меня за руку и притянул к себе. Кожу обожгло его горячим дыханием. Тобиас наклонился к моей шее и сделал глубокий вдох, а затем поцеловал в щеку и прошептал:

— Нет у тебя никакого парня, Октавия. Будь готова к семи. И не пей ничего крепче кефира. Ты нужна мне в сознании.

И, не успев не то что ответить, а даже моргнуть, я оказалась посреди своей квартиры, глотая ртом воздух. Его шёпот отпечатался на моей коже, я боялась даже пошевелиться.

“Что это было?”

“Я не знаю”.

И я, и моё подсознание были нокаутированы.

Мне очень хотелось выпить, но я вспомнила Зимний бал и то, как нагло Тобиас врывался в мою голову и нудил, что я много пью. Я не хотела повторять этот опыт, а потому держала свою жажду в узде.

Меня трясло всё сильнее, чем ближе был час икс. Я мерила комнату шагами, кусала ногти, понимала, что порчу их, подпиливала и материлась. На кресле лежало красное шелковое платье-комбинация, которое я вытащила из недр шкафа. Это был один из подарков Фреи, который я ни разу не надевала.

“Не слишком ли это… откровенный наряд? И почему ты вообще идешь у него на поводу?” — ругалось на меня подсознание.

На самом же деле я пребывала в неописуемом предвкушении ужина с Тобиасом. Хоть и боялась, что он опять выкинет что-то такое, от чего я возненавижу его еще больше.  От него можно было ожидать чего угодно, только не адекватности. Если посмотреть со стороны на некоторые моменты из прошлого, то в них можно было найти и что-то романтичное. Озеро Итурия стало нашим местом, где мы катались на коньках, плавали на лодке, и можно сказать купались, но это если закрыть глаза на то, что я почти утонула. Оба наших поцелуя произошли на озере. А точнее, я целовала его, а он ни разу не ответил.

“И как ты умудрилась увидеть в этом романтику?” — спросило подсознание, но я от него отмахнулась. В глубине души я хотела верить, что могу ему нравиться, а все его извращения — защитная реакция, нежелание открыться.

Тобиас конкретно зацепил меня. И, если так подумать, он был первым и единственным, кто меня отверг. От Зака я сбежала, а наши отношения с Леоном толкнула под движущийся поезд. И все последующие мои парни и любовники были не более чем развлечением и быстро мне надоедали. Не было в них ничего такого, чтобы вызвать во мне желание окунуться в омут с головой. Но этот зеленоглазый гад… 

“Надо выпить, иначе упаду в обморок от напряжения.”

“Ты нужна мне в сознании,” — эхом отозвались в голове слова Тобиаса. 

“Нужна, как же!”

 Рука всё же опустила ледяную бутылку шампанского на своё законное место в холодильнике. Вместо него я налила себе воды с лимоном и наполовину заполнила бокал льдом. Хоть немного, но это помогло охладить пыл.

На часах без одной минуты семь. Я надела это ужасно облегающее и короткое красное платье, туфли на высоком каблуке, накрасила губы красной помадой, а волосы распустила, чтобы прикрыть хоть что-то. Кажется, я переборщила с внешним видом. Мне хотелось переодеться, но одновременно хотелось, чтобы он узнал, от чего отказался.

“Мне кажется, что я сейчас в обморок грохнусь!” — призывала успокоить меня подсознание, но оно предательски молчало.

Подошла к зеркалу и еще раз оценила свой внешний вид, затем посмотрела самой себе прямо в глаза.

— Я уверенная, взрослая женщина со стабильной психикой. Мое естественное состояние — спокойствие. Я свободна и не привязана к своим мыслям. Мое тело избавляется от напряжения, и я расслабляюсь. Я сейчас освобождаюсь от всех сомнений и опасений, — проговаривала аффирмации, настраиваясь на полное спокойствие.

— А еще ты прекрасно выглядишь.

Я взвизгнула и подпрыгнула на месте, каблук встал боком, что привело к потере равновесия. Теплые руки ловят в объятия, и в моем горле застревает вздох. Руки упираются в крепкую грудь, расстояние между нами просто стерлось.

— Начинаю делать выводы, что я безумно сногсшибателен, раз ты все время падаешь, когда мы вместе, — произносится прямо над ухом, а по спине уже побежали мурашки. Мне хотелось содрать с себя кожу, чтобы перестать ощущать этот трепет. 

— А нам точно нужно куда-то идти? — произнесла шепотом. Отрицать желание, возникшее во мне, не было никаких сил.

Если мужчина зовет поужинать и просит одеться красиво, разве это не значит, что он рассчитывает на продолжение? Я забыла, что имею дело с психопатом.

— Не торопи события, Октавия. Ты испортишь всё веселье, — Тобиас приподнял мой подбородок, заставляя посмотреть ему прямо в глаза. Я снова заблудилась в этом зачарованном лесу.

— Как их не торопить, когда ты стоишь так близко? — произнесла дрожащими губами.

— Придется потерпеть.

Нас окутал мрак, рывок, и вот мы уже на пороге ресторана. Тобиас двинулся вперед меня и придержал дверь. Нас встретил метрдотель, предложил напитки. Тобиас улыбнулся ему и взял два бокала, прошел чуть дальше и поставил их на столик, не дав даже глотка сделать. Я недовольно надула губы. Это шампанское выглядело дорогим и вкусным. Мне бы хотелось попробовать. Дальше нас встретила хостес и проводила до столика, Тобиас галантно отодвинул мне стул. Этот ресторан был не таверной или баром, где я обычно проводила свободное время. Я ощущала себя немного не в своей тарелке. 

— Можно выбрать, что хочу? — уточнила я, заглядывая в меню и не видя цен. — Ты же не сбежишь, не оплатив счёт?

— Не сбегу. Сегодня я угощаю.

— Только сегодня? — спросила с издевкой, но он предпочел не отвечать мне.

Увидев все выбранные мной яства перед собой, я заметно расслабилась. А вкусив их, так вообще растаяла. Кто сказал, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок? Это утверждение прекрасно подходило и женщинам. 

Начав трапезу, я поняла, что переоценила свои возможности. Моё платье было слишком узкое и наевшись, я буду походить на беременную. Я перестала есть, негодуя от всех неудобств, которым подвергает себя прекрасная половина человечества в надежде произвести впечатление.

Я не могла не отметить, как хорошо выглядел Тобиас. На нем был классический черный костюм с белой рубашкой. Классический образ был ему к лицу, а волосы чуть ниже плеч и перстни на пальцах добавляли изюминки. 

Ох, как мне хотелось заглянуть в будущее и проверить, чего стоило ждать от этого вечера, но я была прилежной ученицей и хорошо выучила урок. Я знала, чем заканчиваются неосторожные игры с чужой судьбой. Именно поэтому выбрала другой путь, не стала связывать свою жизнь с предсказаниями, которые чаще вызывали негативные эмоции. Мой дневник запылился, я перестала его заполнять, как только выпустилась. Мне больше нечего было в него записывать. Все переживания я хотела оставить в Академии, в том числе и фантазии о Тобиасе.

— Твои мысли слишком громкие.

— Ты не можешь их слышать. Собственно, благодаря тебе мой блок не пробить. Я не собираюсь дважды наступать на одни и те же грабли.

— У тебя на лице все написано, Октавия.

— И о чем же я по-твоему думаю?

— Может, о том, что без меня твоя жизнь потеряла все краски? И ты безумно жаждала новой встречи, — Тобиас произнес это тихо и вкрадчиво, глядя мне прямо в глаза, а затем подмигнул. Неслыханная самоуверенность!

— Пф, — фыркнула, а саму обдало волной жара. — С чего ты взял, что моя жизнь делится на “до” тебя и “после”? Не слишком ли это… высокомерно?

Тобиас смотрел на меня так, будто уже тысячу раз раздел. Невыносимо. Томил меня, как праздничную индюшку, в который раз не давая мне никакой конкретики.

“Если гора не идет к Великому Магистру, то Великий Магистр идет к горе!”

— Может, расскажешь хоть что-то о себе? Раз уж твоя скромная персона снизошла до меня.

— Что тебя интересует? — Тобиас вальяжно откинулся на спинку стула.

Я приступила к допросу. Закидывала его короткими вопросами, на которые невозможно дать размазанный ответ.

— Ты из полной семьи?

— Да.

— У тебя есть братья или сестры?

— Есть, — я ждала уточнения, он усмехнулся и добавил: — Старший брат.

— Он такой же сумасшедший как и ты?

— Смотря, что считать сумасшествием.

— Ладно, дальше. Твой любимый цвет?

— Черный.

— Любимый напиток?

— Апельсиновый сок.

— Ты когда-нибудь убивал?

— Пока нет, но уже очень хочется.

“Октавия, это что за анкета для пятиклассников?” — резонный вопрос от подсознания.

— Зачем ты позвал меня сюда?

— Хотел поужинать с красивой девушкой.

Сжала губы, чтобы не расплыться в улыбке. Я жаждала его комплиментов, но не могла позволить ему снова влиять на меня. 

— Не ты ли говорил, что я не в твоем вкусе? — решила подловить его.

— Предпочтения меняются, — Тобиас Бергман опёр локти о стол, сцепил пальцы в замок и положил на них подбородок. Я, кажется, начала медленно умирать.

Я не могла отвести от него глаз. Он приковал меня к себе невидимой цепью. Тобиас сделал всё, чтобы я изнывала от мыслей о нем.

— Чего ты добиваешься, Тобиас Бергман? — специально обращал к нему по имени и фамилии, пытаясь сохранять дистанцию между нами.

— Ты мне скажи. Ты же из нас провидец.

Что он там говорил? Что у меня на лице все написано? Сейчас я поняла, что это значит. На лице у Тобиаса Бергмана было написано очень много всего. Он устроил мне самый настоящий “холодный душ”. Оттолкнул, заставил почти забыть, затем свалился как снег на голову и заявил, что его предпочтения изменились. Это ненормально и нездорово, мне хотелось убежать также сильно, как и поцеловать его. 

Тело сотрясло легкой дрожью. Мне показалось, что Тобиас искренен. Хоть раньше он и говорил, что я не в его вкусе, но я никогда в это не верила. Я собиралась войти в клетку к тигру, не зная заранее сытый он или нет.  Сожрет или нет? Оставалось только рискнуть.
П.С. Если бы их попросили попозировать - это выглядело бы как-то так :)

Четыре года назад мне сдуру показалось, что поцелуй Тобиаса Баргмана похож на воздух, что он подарит мне свободу от всего, наполнит дыханием жизни моё тело и унесет в далекие дали все мысли, что крутились в голове.

Он ответил на мой поцелуй, а мне этого оказалось недостаточно. Я стала очень жадной в тот момент. Дольше, больше, быстрее. От желания шарики заходили за ролики, и это были потрясающие ощущения. Его запах, его лицо, его волосы, глаза, всё отзывалось во мне искренним желанием и трепетом от нетерпения. Мне казалось, я выиграла в лотерею и готова была забрать свой приз. 

Но я ошиблась. Тобиас Бергман был то ли конченный засранец, то ли святой, но поцелуем всё и закончилось.

— Ты этого хочешь? — спросил он тогда. Особенно выделяя слово “этого”, а у меня в голове перекати-поле летело, гонимое ветром.

— А ты — нет? — едва смогла прошептать.

Взгляд его стал холодным и отстраненным, между бровей собрались морщины, хотя он продолжал смотреть на мои губы и тяжело дышать. И то, что происходило у него в штанах, я прекрасно ощущала своими бедрами.

— Это не решит твои проблемы. Я тебе уже говорил, — сказал Тобиас мне прямо в губы.

Я могла только закрыть глаза и ловить кожей каждое его нерешительное прикосновение.

— А еще ты говорил, чтобы я думала поменьше. Так зачем сейчас задаешь эти странные вопросы и заставляешь о чем-то думать?

Тобиас провел носом по моей шее, медленно и мучительно. Дойдя губами до моего уха, со сталью в голосе произнес то, чего я совершенно не ожидала услышать в такой сексуально напряженный момент.

— Я мог бы трахнуть тебя еще в тот день, когда ты первый раз пришла в башню. Но как я уже говорил — ты не в моем вкусе. 

Мучитель отпустил из плена мои руки и встал так быстро, что я даже не успела осознать сказанное им. Его слова подействовали как ледяная вода в лицо. Я совершенно не могла связать язык его тела с тем, что вырвалось из его рта. Было ли это сказано искренне или было очередной психологической пыткой. “Трахнуть” звучало не как что-то сексуальное, а как будто меня реально трахнули по башке.

— Но я же… — опустила взгляд ниже его живота. — Ты же хочешь меня. Я не понимаю…

— Я все-таки мужчина, а ты — женщина. Влечение противоположного пола друг к другу естественно в определенных обстоятельствах. 

— Что ты пытаешься этим сказать?

Тобиас Бергман в очередной раз ухмыльнулся. Во мне закипала злость.

— Я хочу сказать, что тебе стоит перестать думать обо мне. Я не дам тебе того, что ты хочешь. Если свербит из-за того, что парень уехал, то найди кого-нибудь другого.

— Свербит?! — вскочила с песка и сократила между нами дистанцию.

— Расслабься, а то морщины появятся раньше времени.

Я взвыла.  Мне хотелось вцепиться ему в волосы и хорошенько оттаскать.

— Разве я не прав? Разве ты не прыгнула на первого встречного, стоило только этому тестороновому ветеринару скрыться из виду?

— Не смей так говорить о Леоне! Да ты и пальца его не стоишь!

— А чего стоишь ты, если ведешь себя подобным образом? Побереги свою честь, а я сделаю вид, что ничего не было.

— Ты ответил на поцелуй… — простонала больше себе, чем ему.

Мучитель пожал плечами. 

“И что это, черт возьми, значит?!”

— Надеюсь, что ты сможешь сделать какие-то выводы. На этом моя помощь тебе закончена.

— Да какая к чёрту помощь?! — закричала я, но уже куда-то в пустоту, потому что Тобиас Бергман толкнул меня в портал. На секунду мне показалось, что его взгляд был пропитан грустью.

***

И как бы он ни просил не думать о нем, я думала, думала и думала. Фантазировала о нем в самом извращенном виде.

Зачарованная ручка обжигала каждый раз, когда я пыталась вытащить его из своей головы. Найди кто-то мой дневник, посчитал бы меня законченной нимфоманкой. Если, конечно, смог бы его прочитать. Фрея была права, я стала мерить всё сексом. Сексом, которого у меня не случилось и который я могла лишь представлять.

Первый год после исчезновения Тобиаса из моей жизни и расставания с Леоном, я шугалась парней, потому как голос мучителя Бергмана засел в моей голове. Он неустанно повторял, что я пытаюсь в найти спокойствие в руках мужчины, а искать его надо внутри себя. Я много думала и это не шло мне на пользу. Позже я снова начала напиваться, и мне полегчало. 

На второй год я оканчивала обучение в Академии и была полностью сосредоточена на предстоящих экзаменах и получении лицензии. Бессонные ночи за горой фолиантов помогли отвлечься. Я наконец поняла, что мой мир не должен крутиться вокруг мыслей об этом придурке. 

Затем были два года относительного спокойствия, работа в музее, командировки, новые интересные знакомства… Но это была лишь маска. Очередная маска с надписью “у меня всё хорошо”. Да и было хорошо, пока не вспоминала то, что хотела бы забыть. Снова те же грабли, снова навязчивые мысли, снова цеплялась за призраков.

И вот он сидел передо мной, пригласив на ужин в дорогой и красивый ресторан. Он смотрел на меня так, будто в мире, кроме нас никого больше не существовало.

“И нам это нравится? Он нам нравится?” — спрашивало подсознание.

“Я ничего не понимаю. Я совершенно запуталась!”

Тело реагировало вожделением, голова же прокручивала все болезненные воспоминания и выдавала красный сигнал опасности. 

“Просто взять и переспать с ним? Вот так просто? Этим же всё закончится? А дальше что? Исчезнет еще на четыре года? Надо ли мне это? Вот так в омут с головой, в неизвестность” — в моей голове крутился миллион вопросов, но ни один не должен был сорваться с губ.

— О чем задумалась? — вырвал меня в реальность голос мучителя.

— Еда здесь… очень вкусная, — нашлась, что быстро ответить.

— Они недавно сменили повара, до этого было совсем не то, — уверенно и спокойно произнес Тобиас.

— И часто ты здесь бываешь?

— Периодически. Когда сильно устаю и не хочу готовить.

— Довольно дорогое заведение. Сколько же ты зарабатываешь?

— Тебя волнуют такие вещи? Не слишком ли дерзкий вопрос для первого свидания?

Я пожала плечами и улыбнулась, отзеркаливая его хитрую ухмылку.

— Мне всегда было интересно, сколько мужчины готовы потратить ради ночи с женщиной. 

— Поэтому ты притащила к себе в постель какого-то бедного бармена? Не продешевила?

Я подавилась куском багета, который от нервов пихала себе в рот маленькими шариками. Теперь наша встреча не казалась мне простым стечением обстоятельств.

— Когда нечего предложить, мужчина лучше старается, — недвусмысленно облизала губы, не поддаваясь на его провокацию. 

Мой ответ ему явно понравился. Ему не обязательно знать, что этот бедняк — как он выразился — не получил желаемое. Но зная Тобиаса Бергмана, могла смело предположить, что он итак это знал. 

— И откуда такие познания о моей личной жизни? Неужели следил за мной. Это немного пугает.

— Но ты же не из пугливых?

Мне надоело самодовольное выражение лица Тобиас и хитрый прищур. Он ощущал себя королем положения. Мне же хотелось стереть ухмылку с лица Тобиаса Бергмана и заставить умолять меня о прощении. Да простит меня Великий Магистр, но в мою голову пришла абсолютно безбашенная идея. Если и падать в пропасть, то не в одиночестве.

Я обхватила рукой бокал, медленно начала перебирать пальцами, создавая невидимые потоки. На самом деле, мне уже давно не нужны были руки, чтобы плести эту магию. Невидимые щупальца устремились к Тобиасу Бергману под столом. От неожиданности он дернулся, и я впервые увидела как он растерялся. 

“Картина маслом!” — радовалось вместе со мной подсознание.

“Надеюсь, он готов ощутить Последний день Помпеи.”

Щупальца без проблем преодолели тонкую ткань брюк и схватили крепкой хваткой то, что было скрыто также, как я бокал. Уши Тобиаса Бергмана покраснели. Он задержал дыхание. Одной рукой оперся о стол, а второй прикрыл рот кулаком. ТОбиас устремил на меня свои изумруды, когда я в очередной раз сжала чувствительное место щупальцами.

“Хватит мне мучений, настала его очередь,” — подбадривала себя в мыслях.

— Тебе больше не скучно? — заигрывающе и с придыханием спросила у него, подаваясь вперед так, чтобы он мог получше рассмотреть моё декольте.

Продолжила дразнить Тобиаса, ощущая пальцами его мужское начало, жаждущее женской ласки. Моей ласки.  Дыхание инспектора участилось, а пальцы сильно сжимали скатерть.

— Октавия… — прохрипел Тобиас.

— М? — сжала покрепче бокал, провела по стенкам пальцами вверх и вниз.

— Прекращай.

“Да он уже на пределе!” — кричало подсознание. Я продолжала наслаждаться краснеющим Тобиасом.

— Не хочу, — улыбнулась и не собиралась останавливаться. — “Влечение противоположного пола друг к другу естественно в определенных обстоятельствах”. Кажется, это твои слова. Так вот я просто создаю эти обстоятельства. 

— Ты, кхм, мстишь мне, — сквозь зубы прошипел Тобиас. — Но я ведь могу и ответить…

— Это угроза? — еще раз провела вверх и вниз несколько раз по бокалу.

Тобиас ударил по столу кулаком, уже весь красный от напряжения и от сдерживаемых эмоций. А точнее от сдерживаемого оргазма. По его шее соблазнительно стекали капли пота.

Мимо проходивший официант заметил, что Тобиас выглядит не очень хорошо и обратился к нему.

— Мистер Бергман, у вас всё в порядке? Вы покраснели.

— Все в порядке, — еле выдавил Тобиас, приветливо улыбаясь официанту. — Просто немного… кхм, душно.

— Проводить вас на балкон, чтобы вы подышали?

— Просто уйди, — в голосе Тобиаса прозвучало раздражение.

Кулак, который казалось Тобиас сейчас засунет себе в рот, уже побелел от того, как сильно он его сжимал.

— Простите, я не расслышал.

— Уйди, говорю, — недобрый блеск зеленых глаз устремился в официанта и тот, как завороженный, молча развернулся и ушел.

Я пребывала в неописуемом восторге от происходящего. Не знаю, как сдержалась, чтобы в голос не рассмеяться. Тобиаса Бергман, поверженный моими действиями, переполненный противоречивыми эмоциями — за это я готова была продать душу.

Доводить до логического завершения мою маленькую шалость в планы не входило. Я убрала руку от бокала, расщепляя потоки магии и давая наконец вздохнуть Тобиасу Бергману полной грудью.

— Это было… — он прошипел слова, как змея, готовый растерзать меня на столе, что отделял нас друг от друга.

— Весело? — я перебила его.

— Жестоко.

Я подмигнула Тобиасу в его манере, а он тихо выдохнул через рот, сложенный трубочкой.

— Застала меня врасплох. Стоит ли мне сделать также?

— Повторять за другими немного не комильфо. Придумай что-то другое. У тебя будет вся ночь на размышления, потому что мне уже пора.

“Ты просто уйдешь? А как же ночь страсти, о которой мы мечтали?” — кричало подсознание, но я не поддалась ему. Я решила, что не подам себя на блюдечке этому придурку просто потому, что это он, как бы сильно мне этого не хотелось.

Я встала из-за стола, медленно поправила задравшееся платье, надеясь, что это раздразнит его еще больше. Тобиас крепко схватил меня за руку и сжал ладонь. От его прикосновения вверх по руке передался жар, что испытывал.

— Куда ты?

“Что я вижу! Ты снова в растерянности, Тобиас Бергман?” — я не могла остановить поток злорадствований.

— Завтра на работу и мне рано вставать. Ты сказал, что заплатишь за счет, так что я могу уйти.

Освободила свою руку, Тобиас порывался встать, но покраснел как мальчишка, поняв, что сделать этого не может, иначе его намерения и настроение в штанах заметят все в ресторане. Я медленно, с издевкой, наклонилась к нему и поцеловала, оставляя на его гладкой щеке легкий поцелуй.

— Спасибо за вечер. Было весело, как ты и говорил, — произнесла шепотом.

Я шла на выход и ощущала, как пара зеленых глаз неустанно следит за каждым моим шагом. 

“Я тобой горжусь!” — хвалило подсознание.

“Мы выиграли бой, но не войну, дорогуша”.

Моё тело горело с головы до пят. Не от того, что было лето, а от всего, что произошло. И снова хотелось драть на себе волосы. Я душила влечение к этому мужчине с диким рвением. Часть меня хотела, чтобы он пошел за мной, ворвался в мою квартиру, стянул это тесное платье и взял, как животное. Другая часть кричала, что секс – не главное, и хотела, чтобы Тобиас стоял на коленях и молил о возможности быть с ним, не как любовники. Та часть меня хотела большего. Хотела ходить на свидания, узнавать его. Хотела снова кататься на коньках, хотела показать ему, чему смогла научиться и как выросла за эти годы. Хотела шутить и смеяться. Хотела перестать ждать подвоха. Хотела простых человеческих отношений.

“Как найти баланс между тем, что между ног, и сердцем? Поддамся искушению и снова буду брошена. Нужна ли я ему вообще?”.

Дома меня накрыло с головой, и я начала реветь белугой. Слезы всё не останавливались. Внутреннее напряжение разом вышло наружу и мне перестало было  весело. Признаться честно, играть с Тобиасом Бергманом мне не понравилось. Я – не он, и это было совершенно не в моём характере. 

Меня раздражало то, что он действовал на меня как наркотик, после которого всегда наступает ломка. 

“Что я вообще нашла в этом придурке?!”

“Сердцу не прикажешь,” — грустно откликалось подсознание.

Влюбилась, как последняя дурочка. Еще тогда, на втором курсе Академии. Шла за ним, потому что он звал. Дышала, когда говорил. Раскрыла ему своё прошлое и поделилась своим одиночеством. Я была юной и неопытной. Меня нельзя за это винить. Но теперь можно. Быть взрослым значит уметь отвечать за свои поступки, и делать правильный выбор. Тот, который сделает тебя счастливой. Но пока я продолжала ошибаться.

Я достала из ящика стола дневник, листала и ностальгировала, искала счастливые моменты и смеялась, снова плакала, и снова смеялась. 

“Пусть Тобиас Бергман делает, что хочет. Моя жизнь прекрасна и без него. А если он захочет стать её частью, то ему придется уважать всё то, что делает из меня Октавию Ленар. Я слишком зациклилась на нем и на том, что могло бы быть, а чего не могло. Будет, что будет”. 

“Хочешь заглянуть в будущее?” — предложило подсознание.

“Не хочу. Увижу что-то хорошее, буду надеяться, и расстроюсь, если этого в итоге не произойдет. А если плохое, то не решусь и шага ступить из страха.”

Конечно, я могла бы заглянуть в будущее одним глазком. Могла, но не в случае с Тобиасом. Его уроки я запомнила надолго. Мне нужно было не предаваться фантомным картинкам, а выяснить кем станет для меня Тобиас Бергман: самой большой ошибкой или самой большой удачей. Пора было перестать зарывать голову в песок. Настал час  выпустить “Неубиваемую Ленар” на свободу.

Я утерла слезы. На душе полегчало, когда смогла в голове расставить всё по полочкам. Я не собиралась тратить свои нервные клетки на Тобиаса Бергмана и поддаваться на его провокации. И хорошо, что он мне отказал тогда. Я не могла не согласиться с ним, что это только добавило бы мне проблем с башкой. Их итак было предостаточно.

Еще немного полистала дневник, поняла, что очень соскучилась по нашей алко-компашке. Тина и Иван теперь женатики и уехали в свадебное путешествие, Фрея и Грег жили слишком далеко. 

“Эх, сейчас бы пить в таверне до утра и шутить про свиную рульку и чесночные гренки,” — предавалось воспоминаниям вместе со мной подсознание.

— Я не чесночные гренки. Я — Октавия Ленар.