Лики иных миров. Делийский султанат. Книга 1

Добро пожаловать, дорогой читатель! В этой истории мы погрузимся в мир древней Индии, где главную героиню ждет не только соответствующий колорит, но и интересные расследования бытовых преступлений. И, конечно же, любовь. 
Буду рада вашему лайку и добавлению в библиотеку. И еще не забудьте , чтобы не пропустить самое интересное! 
Индийский мир описан не историком, а любителем. Персонажи и некоторые описания могут не соответствовать исторической действительности.
Глава 1. Лик иного мира
1.1.

Десть лет назад

Перед глазами поплыло. Ради каждого вдоха прилагаю усилие, чувствую, как где–то в горле бурлит и клокочет, кашляю кровью, пачкая и без того грязные ладони. Наверное, я умираю.

Снова.

Тяжелый доспех тянет к земле, и я с трудом переставляю ноги, ковыляя подальше от смрада, что источают павшие, под телами которых не видно земли. Час назад я еще слышала леденящие душу стоны, мольбы о помощи. Но теперь я была в тишине. Абсолютной, пугающей. Обещающей обреченность.

Похоже, я единственная выжившая. Как–то это ненормально. Умереть, переродиться и оказаться тут же на войне. И снова умереть? Прохожу сквозь высокие врата полуразрушенной крепости. Можно было просто пролезть сквозь сломанную стену, но теперь эта идея кажется мне кощунственной. Носом тяжелых ботинок все время касаюсь чьей–то руки или ноги. Поле впереди усеяно телами демонов. Многие похожи на людей, такие, как и я. Авангард из самых слабых, живой щит. Но среди тел нахожу и высших с красной, багровой и бурой кожей. Один из таких командовал моим отрядом. Плохо командовал. Смотрю в застывшее лицо демона, того демона, что всучил мне в руки двуручный топор и впихнул в самую гущу сражения. С яростью пинаю обмякшее тело.

«Ненавижу!»

И снова иду вперед, чуть не задыхаясь от простого усилия. Мне не хочется быть здесь, я не хочу умирать среди них. Только не здесь. Отхожу немного дальше, приваливаюсь к стволу безнадежно высохшего дерева. Кора трещит и отстает, обсыпая голову. Все равно, теперь я могу немного отдохнуть. Глаза закрываются сами собой, я еще вижу очертания разрушенной цитадели, а потом и этот образ меркнет.

***

Мне снится моя прошлая жизнь. Рутина, каждый день одно и то же. Я просто тружусь на благо общества, и мне всегда казалось, что я должна достичь своей праведной цели любыми средствами. Подлог доказательств, угрозы, шантаж, пытки – все это неважно, когда я точно уверена, что человек виновен. Каждый из тех преступников был виновен, но извивался, точно уж на сковороде. Успешное дознание – залог удачного завершения дела. Я и была таким успешным дознавателем. Но действительно жила этим, никакой личной жизни, праздников или выходных с друзьями, а по организму вместо крови давным–давно течет кофе. И как можно не нажить себе врагов?

Смерть стирает последние воспоминания о жизни. Особенно, если она была насильственной. Я знаю, что меня убили, но не помню лиц, не помню, как это произошло. Я служила на благо общества, но, видно, не была достойна райского посмертия, облегчения для своей души. А, когда оказалась в самом адском пекле, была готова пробираться сквозь рассказанные Данте Алигьери круги, отвечая за каждый из своих грехов. Но и этого со мной не случилось. Вместо этого я сражалась. Снова. Хотя в этот раз я даже не знала, за что именно.

Сквозь сон слышу далекие голоса. Сил открыть глаза не находится, но я начинаю прислушиваться. Лязг доспехов, короткие выкрики. Отряд или целая армия – потерянная в собственном мире грез даже не могу понять, сколько их приближается. Но они все ближе. С трудом поднимаю руку. Если враги, то пусть закончат это побыстрее, иначе я угасну у этого треклятого дерева еще нескоро, ведь я теперь почти бессмертна. Если бы я могла, то рассмеялась бы: горы трупов вокруг меня кричали об обратном.

– Эта жива! – вскрик раздался совсем близко. Заметили, значит. Я слабо приоткрыла один глаз, пытаясь разглядеть воинов. Ко мне неторопливым шагом приближалась троица верховод. Каждый был похож на человека, лишь у одного из них длинные рога закручивались в спираль, устремляясь вверх.

– Наша? – спросил мужчина весь белый, как снег.

В тот же миг ко мне склонился, видно, самый главный. На груди его будто светился огнем знак отличия, темно–русые волосы стянуты на затылке в тугой хвост, голубые глаза смотрят внимательно. Его рука коснулась герба на моем нагруднике и тут же взметнулась вверх. Пальцами мужчина обхватил лицо, заставляя меня мотнуть головой то в одну сторону, то в другую. Его изучающий взгляд не смягчался, но и не был опасно суровым. 

– Наша, – проговорил он на выдохе.

– Ах, ты! Дезертировала, мразь! – в мою сторону кинулся тот, что с рогами. Он широко размахнулся с намерением ударить побольней, а у меня даже при всем желании не нашлось бы сил не то, чтобы сопротивляться, а просто закрыться. Я просто смотрела на него потухшим взглядом без какой–либо надежды на то, чтобы его разжалобить.

– Назад! Отойти! – скомандовал тот, что осматривал мое лицо. Я медленно перевела взгляд, когда он присел на корточки, – Скажи мне правду, девочка, ты бежала?

«Да почему они вообще так решили?!» – моему возмущению не было предела. Я оказалась невесть где, не понимая, что происходит, лишь делала то, что скажут, надеясь, что так и правда нужно. А теперь меня обвиняют в том, что я избегала боя только лишь потому, что выжила. Как хотелось швырнуть в его уверенное лицо свою правду, приправляя острыми оскорблениями. Вместо этого я мотнула головой в отрицательном жесте, ведь на большее меня не хватало.

Он долго молчал, и я смогла вдоволь насмотреться на его красивое лицо. Взгляд светлых глаз вперен в меня, но, я уверена, мыслями он был далеко, о чем–то думал. И никто не смел его потревожить, как один, смиренно ждали. Мужчина поджал губы, и я невольно облизнулась, сосредоточившись на них. Безумная! Находясь на пороге смерти, рассуждаю о привлекательности де…демона. Я знала, куда попала, знала, кто он. И это совсем не мешало ему казаться красивым. Словно весь его образ создан лишь для того, чтобы нравиться, угождать. Заметив, что его взгляд вернул осознанность, я переключила внимание на его сопровождающих. Тот, с рогами, не скрывал презрения. Его губы искривила неприязненная ухмылка, будто он только и думал о том, как накажет меня. Кроме выдающихся элементов на лбу, больше в его внешности меня ничего не привлекало: при всей своей явной ярости, он казался самым неопасным, самым незначительным.

Мужчина–альбинос усмехнулся, фыркая носом. Клянусь, мне показалось, что он проник в мои мысли и теперь хихикает над нелепыми рассуждениями. Он выглядел… Странно. Пугающе, наверное, но я не могла пресытиться его видом. Глаза, будто два драгоценных изумруда, немного светились и были единственным ярким пятном в его совершенно белом облике. Даже голова разболелась, таким ослепительным был этот цвет: в его волосах, коже, бровях и ресницах.

«Снежок», – подумала я, от чего мужчина улыбнулся еще шире.

– Забираем ее, – главный поднялся, утягивая меня за собой.
Серьезно? А если у меня что–то повреждено? А он меня тут ватлает, как ему вздумается. Проклятый грешник!
Приглашаю дорогих читателей в классную тг-шку, где мы сможем обсудить поступки героев, вместе заценить спойлеры, посмотреть видео, иногда озвучки, высказать свое "фи" или поддержать автора.
Всё это - там. То есть, здесь - - - >  

Глава 1. Лик иного мира
1.2
Буду рада вашему лайку и добавлению в библиотеку. И еще не забудьте , чтобы не пропустить самое интересное! 

Спустя еще пять лет

   Наказания мне действительно удалось избежать. Тот альбинос создал невероятные иллюзии, выводя меня «на чистую воду», как выражался рогатый. Так, главный военачальник убедился в правдивости моих слов.

А потом началось мое знакомство с этим миром. Война закончилась, как я слышала, так же быстро, как и началась. Оп, и демоны снова братья, будто и не отправляли на смерть своих сородичей еще какое–то время назад. В результате чьей–то размолвки полег едва ли не целый легион. В глубине души я была возмущена. Да, всю человеческую жизнь я пыталась мыслить трезво, но сейчас, в этой новой жизни меня разрывали эмоции. Они казались ярче, сильнее, больше. Иногда я думала, что буквально сейчас вспыхну и сгорю, такой была эта ярость. Но не только это изменилось. Пожалуй, некоторые из этих ощущений были приятными.

Когда в демоническом мире воцарилось спокойствие преисподней (ха–ха–ха!), командующий быстро определил мне место. Подле него.

Эфир, – так его зовут, – вернулся к своим магическим расследованиям. Вернее, он просто стоял над всеми, кто ими занимался. Эдакий высокомерный босс, кто считает, что марать полубожественные руки в подобных делах – низость. Я видела, какое недовольство он вызывал в подчиненных своими решениями, но мне это было привычно. Мой начальник в прошлой жизни был похожим, потому я быстро научилась снова молчать и не задавать вопросов. Я хорошо сработала, Эфир взял меня в свои секретари. И любовницы. Ему нравились иллюзии, что я сотворяла, принимая разные облики. Так у моего начальника разнообразилась половая жизнь, и, вроде как, я была при деле.

Короче говоря, все было бы чудесно, можно сказать, я могла бы быть довольна, если бы не влюбилась в этого демона так отчаянно. Я не могла на него насмотреться, не могла надышаться. Втрескалась, как школьница! И опять всему виной обостренные чувства, которыми я теперь жила. И, так как ощущение времени здесь было иным, так пролетал год за годом.

В какой–то момент Эфир перевез меня в свой дом, даже поселил в своей комнате. Каждую минуту я была при нем, исполняя любой его каприз. Эдакий джин, только без ограничений количества желаний. Забавно, ведь я никогда бы не подумала, что подобное произойдет со мной. Что ж, кроме невероятного удовольствия, граничащего с унижением, у всего мероприятия были и свои плюсы. Можно сказать, я умудрилась скакнуть на несколько ступеней вверх. Близкая связь с Эфиром принесла мне некоторые полезные знакомства, а знакомства, в свою очередь, нужные связи.

Нет, разумеется, не все, с кем общался Эфир, были мне по душе. Особенно женщины. Ревновала ли я? О, разумеется. Даже отрицать подобное было бы глупо. Мне нужен был только он, больше никто. И я не готова была делиться. Ха, наивная! Не одной мне был по душе командующий демоническим легионом.

Соперницы появлялись одна за одной, снова и снова. И я знала, что он легко поддается. Чуяла чужой запах, когда он возвращался. Мое положение становилось еще более унизительным. Я помню, как в один из вечеров стала просить его отпустить меня. Умоляла освободить от нашей связи, чтобы больше мне не приходилось страдать. Он рассмеялся, ничего не ответил. В ту ночь мы снова были вместе. И в следующую. И еще много раз после.

***

Наши дни

Вечерняя духота опускалась на обугленные очертания города. Дом Эфира, который мечтала назвать и своим, возвышался над Циргеном, вторым после столицы по важности местом в Преисподней.

Все мои представления о так называемом «Аду» оказались до смеха нелепыми. Что я могла ожидать? Лавовые реки, верещащие грешники, варящиеся в котлах, и тому подобное. А это был вполне себе процветающий город, и населяли его вовсе не жуткие чудища, а приличного вида демоны и демонессы.

Эфир тронул меня за локоть, уводя прочь с балкона. Мой молчаливый повелитель, от которого я, как мне показалось, смогла добиться хоть капельки уважения. Он не насиловал меня, даже делал хорошо, хоть и не признавал, что его заботят мои впечатления. Когда я спрашивала в лоб, если чувствовала, что Эфир в благодушном настроении, он отвечал, что всегда заботится о своих игрушках. И я вздыхала. Что толку от гордости, если все равно не можешь уйти?

Пальцами он смял воротничок моей любимой рубашки. Его хватка заставляла меня дрожать, но не от страха, а от желания, что сжималось в тугой узел внизу живота. Эфир ловко подталкивал меня к кровати, пока опьяненный страстью взгляд блуждал по моему лицу. Я ощущала близость его обнаженного тела, чувствовала его запах, что кружил голову, и медленно пятилась туда, куда он направлял. Уперевшись ногами в изножье, я повалилась на спину, ощущая через ткань, какими горячими были простыни.

– Как здесь возможно уснуть?

Эфир усмехнулся, обнажая ряд ровных белых зубов. Я не видела ничего прекраснее:

– Так спать вроде и не собирались.

Едва он рассмеялся, как я потянула его на себя. Ощущая тяжесть тела, нашла его растянутые в довольной улыбке губы. Эта связь часто походила на борьбу, где я пытаюсь отдать ему свою любовь, а он иногда позволял. Потеряв терпение, я едва не прокусила его нижнюю губу до крови, в лицо мне тут же ударило жаркое дыхание, сопровождаемое стоном, переполненном удовольствия. Его вздохи смещались, Эфир покрывал короткими поцелуями мое лицо, лаская щеки, шею, уши.

– Дикая, – томный голос заставлял меня дрожать. Мужчина развел мои колени, прижимаясь еще ближе. Мои пальцы скользнули в его волнистые шелковые волосы. Он продолжал шептать, едва не клянясь в любви. Лишь рваные поцелуи и крепкая хватка напоминали мне о его силе и непокорности.

– Хочу, чтобы ты был только моим, – вдруг выпалила я, сама того не ожидая. Внутри в истерике, точно попавшая в ловушку птица, затрепыхалось сердце. Обдумывая ошибку, не сразу заметила, что Эфир улыбается.

– Я и так с тобой, – его глаза потемнели внезапно, я едва не вздрогнула, – Но я никогда не буду принадлежать тебе, – этой фразой он покончил с разговорами, одним лишь рывком сорвал с меня рубашку, оголяя грудь. Его губы впивались в разгоряченную кожу, заставляя меня выгибаться навстречу его безумным ласкам.

Эфира веселило мое нетерпение, нравилось, когда в бессилии я сжимаю волосы на его затылке, умасливали попытки перехватить инициативу. Мощная ладонь опустилась на шею. Он мог бы сломать ее крохотным усилием, лишь надо было покрепче сжать, но он опускался ниже, сначала лаская грудь, а затем поглаживая живот. Он спускал ласку, пока не оказался между ног. Пальцы коснулись чувствительного места сквозь белье, я едва не задохнулась от короткой волны удовольствия, пока он снова не замер.

– Ты, я знаю, прогрессивных взглядов, моя дорогая, – он снова надавил, и я неосознанно сжала колени вместе, – В том смертном мире женщины добились многого, кричали о равных правах. Но… – пальцы сжали тонкую ткань, стягивая белье на бедрах, – Каждая женщина принадлежит кому–то, – резинка затрещала и лопнула, оставаясь тонкой полоской в руках Эфира, – Ты принадлежишь мне, – теперь он и не думал останавливаться, лишь только с силой толкнул бедро, чтобы я снова развела ноги. Взгляд холодных голубых глаз остановился на моем лице, читая каждую эмоцию, что дарила его сладострастная пытка, – Хочешь поспорить?

В голове становилось пусто. Я сосредоточилась на всепоглощающем ощущении, лишь где–то на задворках разума мелькали выцветшие воспоминания о попытках жить без его покровительства.

– Я… Хотела уйти, – вместо слов из горла вырывались стоны. Мне нужно было стать ценнее в его глазах. Быть может, если он не захочет терять свою «игрушку», то признается наконец в своих чувствах.

Он рассмеялся, замедляясь. Влажными пальцами он коснулся своих губ.

– Ты лгунья, Хави, – Эфир приблизился, будто хотел поцеловать. Хищный взгляд в последний раз скользнул по лицу прежде, чем он прикрыл глаза, и его язык скользнул по моим губам. Яркий поцелуй захватил меня, мужчина был настойчив и напорист, словно он действительно брал то, что его по праву.

Впрочем, так и было.

Я не позволяла ему отстраняться. Этот поцелуй был нужен мне, как глоток воздуха, будто в нем было мое спасение. Теперь жар постели казался мягкой прохладой в сравнении с огнем, что окутывал наши обнаженные тела. Эфир грубо проник в меня, при этом углубляясь языком и глуша мой стон.

Лишь мгновение на передышку, и я оказалась прижата к кровати требовательными и резкими движениями его бедер. Я впилась ногтями в его плечи, ощущая, как мощные крепкие мышцы напряжены под кожей. Гладкие русые волны коснулись раскрасневшихся щек, командующий не отрывал он меня взгляда и не позволял отвлечься от него и мне.

Он коснулся своим носом моего, и в этом жесте я прочувствовала привязанность, которую он на самом деле ко мне испытывал. За похотью он скрывал истинное чувство, в котором не был готов признаться, и я страдала и наслаждалась. Обострившиеся в демоническом облике ощущения сводили с ума, заставляя ухать с блаженства самих небес в пучину отчаяния.

Я вынырнула из ощущений, когда поняла, что Эфир разрывает нашу связь и падает спиной на постель, утягивая меня на себя. Мгновение, и мы снова слились в единое целое, только теперь я задавала ритм, и я видела, что  он не желает торопиться. Большие ладони скользнули к груди, сжимая до боли. Когда я с шумом втянула воздух сквозь зубы, он приник к ней губами. Я медленно качнула бедрами. Еще и еще, пока не подобрала такой темп, который был угоден моему повелителю. Он удовлетворенно промычал мое имя, сжимая пальцы на бедрах. Он не давил, но Эфиру нравилась иллюзия контроля, будто это он направлял меня так, как нравится ему, но на самом деле, все это было для меня.

Я снова приникла к его раскрытым в шумном дыхании губам. Мы целовались, точно обезумевшие. Нащупав руки, мужчина переплел наши пальцы, я снова ощутила, какой Эфир горячий. Казалось, он вот–вот примет свою вторую ипостась, скинет ложный облик. Его сила испепеляла меня. Я трепетала от страха и восторга, ощущая, сколь ненасытным до меня он был.

Потеряв всякое терпение, мужчина сам ускорился, придерживая мои бедра. Его резкие толчки сопровождались нашими стонами, поцелуй то и дело разрывался, я ощущала, что близка к пику.

– Хави, – он протяжно застонал, в тот же миг отпуская кожу, что мгновение назад сжимал с неистовой силой, и меня накрыло следом.

Глава 1. Лик иного мира
1.3
Буду рада вашему лайку и добавлению в библиотеку. И еще не забудьте , чтобы не пропустить самое интересное! 

Упав на широкую грудь Эфира, я пыталась прийти в себя. Перед глазами мелькали точки, руки и ноги сковала приятная усталость, а в горле першило от надрывных вскриков. Ощущая, как демон выравнивает дыхание, все больше расслаблялась, чувствуя, что меня одолевает дрема.

– Ты хорошо училась в школе?

Вопрос несколько озадачил. Эфир никогда не говорил впустую, все, что он спрашивал или рассказывал, имело смысл, он не из тех, кто болтает просто так.

– У меня вообще–то научная степень, – дерзко заявила, приподнимаясь. Мужчина рассмеялся.

– Не по истории, случаем?

Мотнув головой, я внимательно уставилась в его задумчивое лицо. Что на этот раз? Эфир все реже отпускал меня от себя даже по мелким поручениям, чаще всего мы выходили вдвоем, и я стала сопровождать его, как пара, что мне, несомненно, льстило.

– Так что? – нетерпеливо переспросила я, подталкивая мужчину к объяснению.

– У меня есть для тебя работа.

Я даже замерла на мгновение, растерявшись. Я сползла на постель и притянула тонкое одеяло к самому подбородку, чувствуя, как меня накрывает паника. Боясь что–либо уточнять, притихла, не решаясь даже подумать о том, что мне придется покинуть Эфира хоть на мгновение.

– Сбежало несколько заключенных. Мелкие демоны, но теперь они гадят в человеческом мире, – мужчина тяжело вздохнул, проводя ладонью по лицу, – Не хочу, чтобы это стало очередной головной болью.

– Так отправь туда их надзирателя! Он же их упустил! Почему я? – демон остановил мой словесный поток резким взмахом руки, от чего я сжалась, пряча лицо в одеяле. Мое тело еще помнило его прикосновения, но рассудок неусыпно бдил, боясь грубости.

– Я и отправляю его. И ты поможешь. Вдвоем меньше вопросов вызовете. Он… В некоторой степени, эксцентричен.

– Но я не хочу! Ведь я… Мы…

– Нет, Хави, – Эфир отвернулся и сел, опуская ноги на пол. Я не видела его лица, лишь широкую спину. На несколько долгих секунд меня окутала пугающая тишина. Его следующее признание оглушило, – Я дарю тебя ему.

«Что?!»

– То есть, как?

Голос, которому я отчаянно пыталась придать твердости, дрогнул, срываясь на жалобный писк. Пытаясь подавить подступившие слезы, я только больше погружалась в отчаяние, ведь знала, что Эфир всегда непреклонен в своих решениях. Но, может, мне удастся его разжалобить?

«Надо хотя бы попытаться!»

Я подскочила, быстрым шагом обходя кровать. Упала перед ним на колени, прильнула к его ногам, обвивая руками, прижалась щекой.

– Не надо. Не заставляй меня уходить! – я почувствовала, как его рука скользит по волосам, Эфир мягко погладил. Этот жест должен был подарить мне успокоение, но вместо этого я разрыдалась сильнее, – Умоляю!

Его рука замерла, так и не опустившись снова. Он позволил мне кричать грубости и обвинения, терпеливо молчал, пока я в безумном и отчаянном порыве проклинала его безапелляционное решение.

– Почему ты заставляешь меня переживать это?!

Демон обхватил пальцами мой подбородок, заставляя взглянуть на него. Я пыталась сосредоточиться на том, что вижу, заплаканными глазами, но все плыло.

– Иди сюда, – он потянул меня, усаживая к себе на колени. Носом Эфир уткнулся в мою шею и, плавно раскачивая, обнял, будто хотел убаюкать, – Ты страдаешь из–за меня, Хави, – тихий голос, почти шепот. Я едва могла узнать в нем грозного повелителя, – Я вспоминаю нашу первую встречу. Раненная, потерянная, ты была более живой, чем сейчас.

– Это все неправда! – я подскочила, отталкивая от себя его руки, – Ты лжешь! Просто… Хочешь избавиться от меня?

Я почувствовала, как краснею. Снова это чувство, из–за которого мне всегда становилось страшно. Хотелось сжечь все вокруг, уничтожить, испепелить.

Эфир молча поднялся, нависая надо мной. Я дерзко задрала голову, теряя всякую почтительность. От моих уговоров ничего не изменится, так пусть пожалеет, что связался со мной.

– Ты должна научиться жить самостоятельно. Подстилкой тебе здесь не выжить.

Решимость будто бы сдуло порывом ветра.

«Так вот, кто я на самом деле для тебя? Подстилка?»

Но то, что я услышала следом, ранило еще больнее:

– Мне необходимо задуматься о потомстве, а, значит, о женитьбе. Я должен оставить достойное наследие, – кусая губы, я смотрела перед собой, не понимая, что могу еще изменить в этой безнадежной ситуации. Не сразу заметила, как он подошел ближе, касаясь поцелуем покрывшегося испариной лба, – Ненавидишь меня?

Я действовала быстро, необдуманно, поддаваясь эмоциям. Размахнувшись, ударила ладонью по любимому лицу.

– И ты был к этому готов, да? – Эфир даже не шелохнулся, – К тому, что я буду тебя ненавидеть?! – я снова ничего не видела из–за пелены слез, – Я не выбирала попадать сюда! Не выбирала тебя! Это твое решение! Так и скажи, что не выбираешь меня из–за странного происхождения!

Мужчина ответил, даже не задумавшись:

– Да.

Я тихо всхлипнула, на миг пряча лицо в ладонях. В груди ныло, не переставая. Казалось, с каждым биением сердца боль распространяется по телу, подобно убийственному яду.

– УХОДИ! – я с силой толкнула его в грудь, когда он не сдвинулся с места. Эфир поджал губы, и тогда я кинулась на него с кулаками, – УБИРАЙСЯ!

Лицо демона не выражало ни сожаления, ни раздражения, ни тревоги. Он нарочито медленно потянул с постели покрывало, оборачивая вокруг бедер, и направился к двери. Из последних сил я боролась с желанием броситься за ним, схватить за ноги, вцепиться в него мертвой хваткой и умолять остаться. 

Как же я себя презирала. Все, что произошло, результат моих неправильных решений. Бесценная настолько, что стала бесплатной и ненужной. Я растворилась в этом мужчине, но ему не нужна любовь такой, как я. Столько унижений, и я бы вытерпела больше, готова была терпеть, лишь бы он снова был рядом. Когда хлопнула дверь, я словно очнулась ото сна.

– Эфир? – бросившись к двери, я наплевала на собственную ненависть к себе. В коридоре уже никого не было. 

Я медленно сползла на пол задыхаясь от слез.

«Пожалуйста… У меня больше никого нет… Не уходи»

Я проговаривала это про себя снова и снова, точно молитву.

Теперь я осталась одна.

Снова.

Глава 1. Лик иного мира
1.4
Буду рада вашему лайку и добавлению в библиотеку. И еще не забудьте , чтобы не пропустить самое интересное! 

Рука скользнула по кружеву тонкой работы. С яростью захлопнув дверки шкафа, смахнула непокорные волнистые пряди с лица. Еще мгновение назад я намеревалась собрать свои вещи, навсегда оставляя дом Эфира со всеми его покупками и подарками, а теперь получалось так, что уходить мне придется буквально с голым задом.

Этот мужчина так глубоко проник в мою жизнь, что стал ее контролировать от и до: режим дня, круг общения, гардероб. Всеми этими вопросами занимался он, а не я.

Для меня не было загадкой, зачем Эфиру такая, как я. Переродившихся единицы. Мы – что–то в роде диковинной зверушки. Наши таланты – прижизненные навыки, помноженные много раз, а особенный дар, точнее, его раскрытие, вопрос времени. У каждого демона есть вторая ипостась, ужасающий лик, увеличивающий силу и дар. А вот у перерожденных вторая сущность может и вовсе не пробудиться.

Но самое главное, что забавляло Эфира во мне – очеловечивание ощущений. Любовь в этом мире не стоила ровным счетом ничего, браки заключались лишь при необходимости, удовольствие получать демоны способны и без глубоких привязанностей. А тут вдруг я, совершенно утонувшая в его колких глазах. Когда мы вместе посещали чей–то прием, все внимание гостей сосредотачивалось на нас. Демоны заискивали перед Эфиром, но и не без любопытства узнавали обо мне.

Однажды, помню, услышала, как шепчутся несколько приближенных к моему властителю советников. Похоже, те затеяли торги за мою душу, ну и тело в придачу. А когда эти слухи дошли до самого Эфира, я не на шутку испугалась. Думала, день чьего–то рождения быстро превратится в скорбные поминки.

«Эта женщина принадлежит мне!» – кричал он, пока венка на лбу вздувалась все сильнее. Глаза наливались кровью, пока он хватал за грудки то одного демона, то другого. Мне всегда было удивительно, как может он один вызывать столько страха в глазах других.

«Пошел он!»

Я подскочила, преисполненная решимости. Уверенным жестом я снова распахнула шкаф, скользя пальцами по развешенным платьям.

«Выберу самое отпадное и буду такова!»

Выбор пал на черный открытый наряд. В каждом элементе была асимметрия – один рукав плотно обхватывал руку, спускаясь до запястья, другой отсутствовал напрочь, глубокий вырез обнажал соблазнительную ложбинку между грудей, пожалуй, только лишь на талии ткань полностью закрывала кожу, длинная юбка совершенно не сковывала движений благодаря вырезам по бокам до самых бедер.

Ухмыльнувшись собственному отражению, пригладила волосы. Мне всегда казалось, что это мое богатство. Пусть на личную жизнь у меня и не хватало времени, про уход я не забывала, все время изучала разные «кудрявые» и «волнистые» методы, лишь бы сохранить то, чем наградила меня природа. Крупные каштановые локоны обрамляли бледное лицо. Серые глаза давно высохли, я больше не находила в себе сил плакать, и теперь упрямо придавала выражению лица беззаботный вид.

Должно быть, уже все знают о моем падении. Смотреть будут, хихикать. Ах, какая, должно быть, новость, что Эфир собирается подыскать себе жену. По крайней мере, я надеюсь, что он будет искать, а не выбирать из многочисленных любовниц. Меня аж перекосило при мысли об этом, ведь я и сама начала перебирать в голове лица женщин, что я видела рядом с ним. Ну и пусть катятся. Он не будет их любить. Ни одну из них. Он просто на это не способен.

Глубоко вздохнув для храбрости, я покинула комнату, а затем и дом. Сейчас он был пуст, мне не попалось ни одного слуги. Не для кого прислуживать, когда хозяина нет дома. Так даже лучше, не хочу, чтобы и эти низшие насмехались надо мной. Осталось понять, куда идти. Эфир сказал, что у него для меня работа, связанная со сбежавшими заключенными. Значит, надо узнавать в Бастионе.

Не раздумывая, я свернула на менее людную улочку. Каблуки звонко стучали по ониксовой плитке, отражаясь от стен маленьких домов, плотно прижавшихся друг к другу боками. Жара набирала обороты, наверное, надевать черное было не самой лучшей идеей.

«Да и хрен с ним!»

Минут через двадцать улочка, вильнув вбок, плавно влилась в большую площадь, раскинувшуюся перед Бастионом. Если у него и было какое–то название, то я его не знала. Главным было сюда не попасть, это я поняла еще тогда, когда рогатый угрожал, остальное, связанное с этим местом, меня особенно не волновало. Интересно даже, кто тут сейчас заведует? Видно, этот демон не особенно внимателен к своим обязанностям, раз заслужил гнев Эфира.

Толкнув широкие щербатые двери вперед, я словно оказалась в другом измерении. Очень уж напоминало современный офис в каком-нибудь человеческом мегаполисе с приправкой из райской белизны. Гладкие стены и глянцевый пол были ослепительно белыми, а передо мной возникла современного вида рецепция, за столиком которой устроилась милая брюнетка в белой рубашке. Вскинув одну бровь, я оглядывалась, пока медленно проходила вперед. Пожалуй, Преисподняя не перестанет меня удивлять, должно быть, Бастион – настоящий бюрократический ад.

– Добрый день! – девушка обнажила крохотные зубки, но они ничуть не портили ее улыбки. Красные глаза скользнули по моему лицу, на секунду показалось, что она меня узнала, но все равно умудрилась сохранить лицо.

– Мне, кажется, к вам.

Демоница кивнула и принялась перебирать аккуратно сложенные в стопку разноцветные папки. Ну точно бюрократический ад!

– Вас в ускоренном порядке переводят на должность помощника судьи в Хинстадан.

– Кхм, – прокашлявшись, решила уточнить, – Где этот Хинстадан, простите?

– В альтернативном человеческом мире, – с той же улыбкой отвечала она. Если ей и было известно больше, то рассказывать она явно не торопилась, а мне было неловко показаться совсем уж необразованной. Хинстадан… На что это вообще может быть похоже?

– Так… Хорошо. А где мой… Начальник?

– Вас встретят, – демоница поднялась, захватывая папку, и прошла в коридор. Мне казалось, еще мгновение назад его там не было. Словно бы это помещение менялось в зависимости от нужд его обитателей, – Прошу сюда.

Путь, вопреки ожиданиям, оказался недлинным. Девушка остановилась напротив третьей двери, пропуская меня вперед.

– Удачи, – она снова улыбнулась и, развернувшись, оставила меня в одиночестве. Когда ее шаги стихли, и я снова погрузилась в тишину, перевела взгляд на дверь. Ничего необычного, за ней никаких звуков. Потянувшись, я обхватила круглую ручку ладонью. Она казалась слишком холодной, неожиданно холодной. Несколько вдохов и выдохов, и меня начало отпускать вдруг нахлынувшее волнение. Решившись, надавала и вошла внутрь.

Глава 2. Лик Хинстадана
2.1
Буду рада вашему лайку и добавлению в библиотеку. И еще не забудьте , чтобы не пропустить самое интересное! 

Стоило ступить в кабинет, очертания которого я едва могла бы различить в полумраке, как нога не нашла опоры, и я начала проваливаться куда–то сквозь пол. Мрак плотно обхватывал меня, будто поглощал. Не чувствуя никакой опоры, ощущая лишь падение, пыталась нашарить хотя бы взглядом.

Путешествие длилось всего пару мгновений, я даже не успела испугаться, осознавая, что только что пережила мгновенную телепортацию. О Бастионе я слышала разное, в том числе и о таких перемещениях, но никогда бы не подумала, что смогу перенести подобное без какой–либо подготовки. Падение выдалось почти безболезненным, если бы тело не повело в бок, и я бы не стукнулась плечом о дверной косяк.

Взбив пальцами волосы, встряхнулась и шагнула внутрь. В конце концов, теперь я демоница, меня такими фокусами больше не испугать.

«Кто Эфира знает, тот в комнате страха не боится»

Закрытые на окнах ставни пропускали лишь скромные лучи яркого света, благодаря которым я могла оценить окружающую обстановку. Помещения передо мной разделялись ен дверьми, а гирляндами цветастых бусин. Шаги заглушали распластанные пестрые ковры, а обилие подушек превращало комнаты в одну сплошную спальню. Пройдя очередную комнату, я откинула импровизированную штору, над головой звякнули крохотные бубенчики, издавая ласковый свист.

– Черт!

Зрелище открылось до ужаса неприличное! Едва я насчитала между собой шесть сплетенных пар конечностей, как, взвизгнув, отвернулась.

– Хави? – обратился ко мне голос из этой человеческой многоножки. Он казался смутно знакомым, но я даже проанализировать была не способна эту мысль, на мгновение очаровавшись открывшимся видом. Одна моя суть противилась такого рода любви, друга же, напротив, тянулась в любопытстве, желая разглядеть больше.

– Я… Это я! – осмелев, я снова развернулась. Через мгновение тела стали расплетаться, на постели обнаружилось две девицы, одна из которых была совсем смуглой, вторая же с более светлой кожей. Обе брюнетки с яркими чертами лица, острыми носами и пушистыми черными ресницами, обрамляющими карие глаза. Когда обе в неглиже выскользнули в соседнюю комнату, и я, до того сопровождающая их глазами, вернула взгляд к постели, чуть не подавилась скопившейся во рту слюной, – Ты?!

Совершенно обнаженный, возбужденный, как обычно бледный, с блестящей от пота кожей и прилипающими к лицу белыми волосами, передо мной оказался мой давний знакомый.

«Снежок,» – стоило мне вспомнить о прозвище, что я про себя выдала ему в первый раз, когда увидела, как мужчина ухмыльнулся, не скрывая самодовольства.

– Ты читаешь мысли?

Он не торопился с ответом. Нарочито медленно поднявшись, демон прикрыл возбуждение шелковой простыней, оборачиваясь в нее чуть не полностью, закинул свободный край на плечо.

– Знаешь, почему веселиться с проститутками так здорово? – я мотнула головой, а он подкинул в мою сторону блестящую монетку, – Что там? Рупия? – я опустила глаза, внимательно изучая чеканку. Вместо традиционного изображения с религиозными мотивами, какое бывает на названных деньгах, здесь была сложная исламская каллиграфия.

– Это танка. Деньги времен… Мы что, в Индии?!

Мужчина рассмеялся:

– Люди так устроены. Пашут, точно рабы, по несколько месяцев, иной раз не доедают, ищут еще больше работы. И все ради этого, – в его руках уже была другая такая же монетка, – И люди готовы неделями истязать себя, чтобы хотя бы на одну ночь ощутить себя повелителем, раджой, суя крохотные отростки в самые прекрасные отверстия этих танцующих красавиц, – из комнаты, где скрылись девушки, донеслось веселое хихиканье, – Я, между прочим, им не платил.

Закатив глаза, я отвернулась. Сам черт его послал на мою голову! Будь ты проклят, Эфир, со своими подлостями!

– Мне сказали, здесь работа. А ты развлекаешься.

– Ты задержалась, – демон скривился, отвечая на мой выпад, – Опоздала, так и имени нового начальника не знаешь.

Пожав плечами, я вскинула брови вверх:

– Я явилась так быстро, как могла. Мне нужно было… Закончить с делами. И, нигде больше не задерживаясь, я явилась в Бастион.

Он наклонился, внимательно разглядывая мои руки, сцепленные перед собой:

– Так, и? Где вещи?

– У меня нет вещей.

– Ясно, – мужчина выпрямился во весь рост, нависая надо мной. Несмотря на то, что мне приходилось задирать голову, чтобы смотреть в лицо, его взгляд, направленный сверху–вниз, совсем не казался высокомерным, – Итак. Даемонд.

Я издала короткий смешок:

– Деймон? Так оригинально.

– Нет. Да–е–монд, – повторил он по слогам, уверясь, что я запомнила, заставил несколько раз повторить, – Надо тебя переодеть. Слишком много внимания привлечешь.

– Это я–то?! – я кивнула на его совершенно белые волосы, но он, не обратив внимания, прошел мимо, покидая здание борделя.

Увлеченная разговором и обвинениями, я не сразу заметила, как быстро он оделся. Только оказавшись на улице, обратила внимание на традиционный наряд. Светлая рубашка с вышивкой с ослабленной шнуровкой на горле, прямые брюки из струящейся ткани вместо кушака были повязаны цветастым платком с бахромой. Даемонд выглядел органично в этом образе, даже несмотря на то, что внешностью отличался от каждого, кто нам попадался. Стоило мужчине заметить, какие взгляды бросают в мою сторону, платок с его пояса взметнулся вверх, опускаясь на обнаженные плечи.

– Да–да. Кто обратит внимание на альбиноса, когда рядом почти голая женщина. Хави, включай голову, когда наряд подбираешь.

– Для Преисподней он был вполне подходящим, – я насупилась, опуская глаза, и так и шла за демоном, пока он не затолкал меня в какую–то лавочку.

– В нашем квартале закажем тебе наряды, здесь возьмем что–то из готового.

Я осмотрелась, с усилием сдерживая восторженный вздох. Цветастые ткани пестрели по обоим сторонам на полках высоких стеллажей. Из–за одного из шкафов показалась женщина, наряженная в простое сари, и поклоном поприветствовала:

– Намасте! – сложив ладони вместе, она только–только начала подниматься.

– Намасте, намасте, – нетерпеливо проговорил демон, даже не смотря в ее сторону, – Нам бы девочку приодеть. Показывай, что есть.

Торгашка кинулась подбирать наряды, предлагая мне разные варианты. И сари, и шальвар–камизы, и чоли с юбками.

– И как мне выбрать? – обратилась я к Даемонду, – Мне все это нравится.

– Значит, бери все, переодевайся и пойдем.

Услужливая продавщица помогла мне переодеться. Чоли – короткий топ, расшитый блестящим бисером, и длинную юбку с большим количеством складок, как ее назвала торгашка, лехенга. На плечо она бросила мне длинный платок и широко улыбнулась.

– Ай да красавица, всех божеств невеста, прекрасная, как Парвати!

Ответив на комплимент коротким поклоном, я передала ей в руки протянутый Даемондом мешочек с монетами.

– Наконец–то! – запричитал он, когда мы снова оказались на улице, – Невеста… Хм…

– Что мы здесь делаем? Объясни же! В чем моя работа? Если ходить по магазинам и красиво одеваться, я, знаешь ли, не против.

Демон свистнул, останавливая торопящегося куда–то рикшу. Пока тот что–то сбивчиво объяснял моему начальнику, альбинос сунул несколько монет в его грязную руку и уселся в повозку. Я дождалась, пока он предложит мне руку, и влезла следом.

– А что, твой любименький тебе не сказал? Я накосячил, и теперь наказан. Буду работать судьей здесь, в этом проклятом месте, разбираясь в мелких проблемках крошечных людишек, – я недовольно эйкнула, – А ты будешь помогать.

– Ты–то понятно, за что наказан. А я?

Это, скорее, был риторический вопрос, в ответе на который я не нуждалась. Однако Даемонд так не считал.

– Ну… Ты спала с Эфиром, а теперь будешь мозолить ему глаза. С глаз долой – из сердца вон, как говорится.

Уже сотый раз за эти полчаса я закатила глаза и отвернулась, уставившись на проплывающие мимо улицы.

– Что за город?

– Дели.

Я начала копаться в голове, пытаясь вспомнить все, что знаю о культуре или истории Индии.

– А почему Хинстадан?

– Потому, что это не настоящее прошлое. Другая реальность, в чем–то очень похожая исторически, в чем–то сильно отличающаяся. Я сам пока не очень понимаю, и знаю ненамного больше твоего.

Бедные кварталы сменялись более яркими, обеспеченными. Впереди маячило большое здание, которое возвышалось над всем городом. Я вспомнила, как резиденция Эфира нависала над Циргеном, и невольно поежилась.

– Наверное, там сидит какой-нибудь раджа.

– Узнаем потом. Сегодня нам надо устроиться у себя, – как раз в этот момент запыхавшийся рикша остановился у большого двухэтажного каменного дома в традиционном стиле.

Нас встречал высокий мужчина в красном наряде, кажется, такое называется «шервани». На поясе сверкнула сабля. И он тоже кланялся нам.

– Судья Даемонд Ашур, – альбинос протянул сложенный свиток мужчине и обернулся в мою сторону, когда я издала тихий смешок, – И моя невеста Матхави Чадха.

Солдат еще раз поклонился и, открыв перед нами дверь, передал нас в руки домоправительницы, которая уже подготовила для нас комнаты и сытный обед.

– Ашур? – я смеялась почти в голос, пока главная служанка вела нас в зал приемов пищи, – Специально всем о своей истинной сути рассказать хочешь? И почему ты сказал, что я твоя невеста? Почему не сестра?

– Если бы я сказал, что ты сестра, то не мог бы сделать так, – Даемонд резко остановился, и я влетела в его спину. Не успела я среагировать и отпрянуть, как он вжал меня в стену, опасно приближая лицо к моему. Краем глаза я заметила, как закрывает рот от ужаса домоправительница.

Ситуация накалялась, но скандалить в первый же день было плохой идеей. Я нервно хихикнула и нырнула под руку мужчины, оказываясь на свободе. Женщина с сочувствием посмотрела в мою сторону, а затем с осуждением на мужчину. Мы оба были ей чужими, но было приятно знать, что она на моей стороне:

– Кушайте, добрые господа. Сегодня обедайте вместе, как на празднике, ужин подадут отдельно. Госпожа поест после господина.

– Как тебя зовут? – Даемонд внимательно следил за женщиной. Та лишь низко поклонилась.

– Ануша, господин.

– Матхави будет трапезничать со мной. Всегда.

Главная служанка снова поклонилась и вышла из столовой.
Приглашаю дорогих читателей в классную тг-шку, где мы сможем обсудить поступки героев, вместе заценить спойлеры, посмотреть видео, иногда озвучки, высказать свое "фи" или поддержать автора.
Всё это - там. То есть, здесь - - - >  

Глава 2. Лик Хинстадана
2.2
Буду рада вашему лайку и добавлению в библиотеку. И еще не забудьте , чтобы не пропустить самое интересное! 

Я проводила взглядом управляющую домом, и переключила внимание на жующего Даемонда. Он был подозрительно задумчив и молчалив, а мне от этого становилось не по себе.

– Так… И почему с проститутками веселее?

Челюсти мужчины замерли, пока смысл моего вопроса укладывался в его голове. После короткой усмешки, он сделал большой глоток масалы и сел вполоборота, укладывая локоть на стол:

– Потому, что их любовь честная. За что заплатил, то и получаешь.

Я задумалась. Вполне логичное умозаключение, но я не до конца улавливала ход его мыслей:

– Это ведь как–то предсказуемо, что ли. Разве нет?

– Может. К тому же те, кому платят хорошо, ужасные хохотушки и интересные собеседницы.

– Разве им платят за болтовню? – я не сдержала смеха. С трудом представила, как Даемонд приходит в дом свиданий и нанимает незатыкающуюся тараторку.

– И тем не менее. Честность – это здорово, – демон пожал плечами и развернулся к столу. Он помешал ложкой в полупустой чашке. К еде он больше не притрагивался.

– Тебе ложь не страшна, – я втянула носом аппетитный аромат горячей лепешки. Не глядя потянулась за тушеными овощами и наткнулась на руку Даемонда, держащего чайничек.

– Это почему это? – спросил он с улыбкой, подливая чай сначала мне. Вернее, местный травяной частой, что принято здесь было называть «чаем» на манер соседей из других стран.

– Ты ведь мысли читаешь, – я заметила, как он замер, всего лишь на мгновение, но я уловила его замешательство, – О, я не знала, что это тайна. Если так, то с сокрытием козырей у тебя проблемы.

– Я не всех мысли читаю, – поспешил он поправить меня, не заметным жестом касаясь длинной серьги в левом ухе.

– О, так мне повезло.

– Может, и так, – снова он только пожал плечами, предпочитая не вдаваться в подробности, – Лучше расскажи, почему наша управляющая уже второй день косится на меня.

Я с улыбкой закатила глаза:

– Во–первых, ты альбинос. Во–вторых, вчерашнее представление было, мягко говоря, неуместным, – мужчина вопросительно вскинул брови, и я с тяжелым вздохом продолжала, – Здесь так к женщинам не относятся. Для этого как раз и существуют дома свиданий. У низших каст и того нет, женщины принимают в своем доме или идут в чужой. В документах ты указал, что я Чадха, а это благородная фамилия. Про Ашур же неизвестно никому, ведь ты ее сам выдумал. Женщина здесь не просто инвентарь, не инкубатор. Она – шея, как и говорится в пословице, – Даемонд внимательно слушал, периодически прихлебывая. Он пытался вставить несколько вопросов, но прерывался на полуслове, не желая упустить ни единой подробности из моего рассказа, – Мужская энергия дополняется женской, бла–бла–бла. Ты что, вообще не готовился?

– У меня ты для этого есть, – буркнул он в ответ, убирая салфетку с колен.

– Я не историк!

– Завязывай. Жду тебя в гостиной. Сегодня нам надо принять дела в суде.

***

В течение получаса мы собрались и выдвинулись к зданию суда. У дверей особняка нас уже ожидала открытая повозка, на этот раз запряженная крепкой лошадкой. Как только я устроилась поудобнее, Даемонд вручил мне бумаги:

– Что там за дела?

Со вздохом развернув первый свиток, я быстро пробежала глазами:

– Есть дело о пропаже дочери мастера кожевенного дела по фамилии Капур около десяти дней назад. Судя по этим материалам, суд успел расспросить всех причастных, обыскать те части Дели, где она, бывало, прогуливалась и… Распространили описание. 

– Сбежала молодая девица с любовником, – демон фыркул, – Вот и все дело. Небось вернется через полгода с ребенком и мужем–недомерком и попросится назад.

– Может и так, – я задумалась, смотря куда–то вперед. Взгляд ни за что не цеплялся, я просто думала, – В отчете сказано, что она ушла со служанкой на рынок. Засмотрелась на выступление заклинателя обезьян, как и служанка. А девица Капур взяла и пропала. В толпе сложно похитить. Скорее всего, она действительно ушла сама.

– Ой, поиски человека – это такая скука, – Даемонд закинул ногу на ногу и лицом продемонстрировал весь спектр мученических эмоций, – Зато с каким энтузиазмом я бы расследовал убийство, – мечтательный вздох. Остаток пути мы провели в молчании.

Я заметила здание суда еще издалека. На фасаде высокого серого строения алело большое знамя с письменностью на фарси. По пути я разглядывала людей на улицах, и теперь с уверенностью могла сказать, что половина населения Дели – явно не исторические индийцы. Вблизи здание казалось еще больше, но я была уверена, что за толстыми стенами найдутся лишь крохотные душные кабинеты. Нас снова встречали.

– Что там опять за суета? – Даемонд, казалось, только что проснулся, он выглядел необычно всклокоченным, но, судя по всему, бдительности он никогда не терял.

– Господин! – юноша, совсем еще мальчик, выбежал вперед, чуть не кидаясь под колеса повозки.

– Ты кто такой?

– Амвар, господин, – мальчишка поклонился, – Младший писец.

– Докладывай.

– Сегодня утром в южном квартале была найдена жестоко убитая женщина, – Амвар снова поклонился и попятился к высоким дверям, запустил нас внутрь.

Даемонд прошел вперед, но остановился, обернувшись. На его лице была виноватая улыбка:

– Знаешь, Хави, я только что сказал невероятную глупость. Нельзя столь легкомысленно относиться к убийствам.

***

Амвар проводил нас в боковой зал, видимо, предназначенный для собраний служащих суда. Мальчик по очереди представлял писарей, старшин охраны, архивиста и еще кого–то. Сложные имена никак не укладывались в голове, но я постаралась запомнить хотя бы нескольких, на мой взгляд, самых важных. Амвар мне просто понравился своей расторопностью, старший писец не казался приятным человеком, но из уважения к статусу я запомнила, что его зовут Килон, а вот начальник охраны суда по имени Шикир. И… Дальше я забыла. Удивительно, что никто особенной озабоченности по поводу присутствия женщины не выказал. Не думаю, что всем было все равно на меня, ведь служащие показательно не поворачивались в мою сторону. Но мне так и дышалось легче. Даемонд внимательно выслушивал отчеты, прежде удостоверившись, что на месте преступления сейчас находится глава общины ремесленников, которого характеризовали, как добропорядочного, ответственного и скрупулезного человека.

– Господин Ашур, вас ожидают братья Сетх. По поводу найденного тела сегодня. Они хотят заявить об убийстве.

Назначенный судья наклонился к мальчику, что–то спрашивая у тихо, чтобы никто не слышал. Тот кивнул, и Даемонд выпрямился:

– Тогда пригласите их в основной зал, я сейчас подойду. Все по своим местам до особых распоряжений.

Я вышла почти первее всех, так как стояла ближе к дверям. Пропуская служащих суда, что хлынули в коридор, как река, почему–то не переставала думать о пропавшей девушке. Десять дней приличный срок. Учитывая, что по окружным заставам тоже разослали ее описание, странно, что до сих пор никто не сообщил о ней. Должно быть, с девчонкой произошло нечто похуже, чем предположил Даемонд.

– Хави? Где ты там? – раздраженный голос моего нового начальника прозвучал за спинами последних выходящих.

– Я жду, – подняла руку, махнула. Вскоре демон показался и сам.

– Это будет долгий день, – он предложил мне локоть и неторопливой походкой, будто мы были на прогулке, пошел следом за Амваром. В большом зале, куда нас привел маленький писарь, были только двое. На фоне длинного судейского стола и огромных знамен мужчины казались совсем крошечными. 

Амвар поклонился и побежал на свое место, доставая из потайного ящичка бумагу и перо. Даемонд же прошел к тому месту, где со стола свешивалась яркая парча в цвет знамени, в самом центре. Я встала позади, но он громко кашлянул, указывая мне на стул справа. Повиновавшись, я присела и во все глаза уставилась на тех, кто пришел искать справедливости.

– Говорите, – скомандовал Даемонд так громко, что даже я вздрогнула.

– Господин, – заговорили они одновременно, но тот, что казался помоложе тут же стушевался и, опустив глаза в пол, замолчал, – Благодарю, господин, что оказали честь выслушать этих маленьких людей. Я Аяр Сетх, мой брат, – он кивнул в сторону, – Шамур. Хотели заявить о преступлении, что совершил наш зять торговец книгами Риаш Махавар.

– В чем его преступление?

– Он убил свою жену, нашу сестру, господин! – подал голос младший из братьев.Аяр тут же пихнул его в бок.

– Все так, господин. Риаш сбежал из города, староста сказал, что видел его вчера, взволнованного и растрепанного. Утром мы пришли в его дом, хотели навестить сестру. Шамур постучал, но никто не ответил. Я обошел дом, там у них у стены дерево доброе растет. Каюсь, полез наверх, проверить, да так и свалился! В окне спальни увидел нашу дорогую Лали.

– Обнаженную и без головы, господин.

Глава 3. Пропавший лик госпожи Махавар
3.1
Буду рада вашему лайку и добавлению в библиотеку. И еще не забудьте , чтобы не пропустить самое интересное! 

– В каких отношениях была вашего сестра с мужем? – я перехватывала инициативу, потому как судья молчал.

– Да хорошо они жили, – Аяр пожал плечами, не зная, что добавить, – Мирно. Сестра не жаловалась.

– Еще как жаловалась! – Шамур начал тихо, но, осмелев, сделал шаг вперед, – Лали частенько жаловалась, что Риаш ее поколачивает!

– А мне ты почему об этом не говорил?

– Не хотел расстраивать!

Я хлопнула в ладоши, прерывая словесную перепалку.

– Предлагаю осмотреть место преступления, пока кому-нибудь в голову не пришло что–то потрогать.

Едва из зала выпроводили поникших братьев, я обратилась к задумавшемуся Даемонду. Он беспокойно теребил серьгу в ухе, увел взгляд куда–то в сторону и молчал.

– Я не помню, чтобы нам сегодня представляли судейского лекаря, – мужчина перевел взгляд на Амвара, – Пацан, в суде есть лекарь? – тот быстро–быстро зашевелил головой в отрицательном жесте.

– Найдем в городе, – я поднялась со стула и пошла к двери. Шаги гулко разносились по пустому помещению, я даже успела задуматься о том, как пугающе огромен зал, пока ожидала Даемонда. Тот, отдав какие–то распоряжения мальчишке–писарю, поспешил за мной. И мы снова оказались в повозке, но на этот раз сопровождаемые вооруженной конницей, которая расчищала нам дорогу, выкрикивая новый титул моего начальника.

«Посторонись! Судья Ашур едет! Дорогу!»

Через пятнадцать минут гама и мелькающих лиц, что спешили к дороге, чтобы поприветствовать нового блюстителя закона города, почувствовала, как начинает болеть голова. Давно забытое чувство в посмертии, но такое знакомое в прошлой жизни. Казалось, сколько я себя помнила, она всегда была со мной, но я уже успела забыть это чувство, от которого едва глаза не лезли на лоб.

– Будем надеяться, что этот глава общины действительно такой ответственный, как о нем говорят, – голос Даемонда звучал для меня глухо, но я нашла силы, чтобы кивнуть. Хотелось спрятаться от жары, скользнуть в прохладную воду и сбежать с яркого света. Быстрее бы этот день закончился, – И день только начался, – тихо добавил он, будто в этот раз постеснялся, что заглянул в мои мысли.

– Иногда хорошо, что ты меня и без слов понимаешь. Сейчас говорить совсем лень, – я прислонила голову к повозке, но на каждой выбоине и кочке она подскакивала, вместе со всей тележкой, а потом больно ударялась, – Да что б тебя!

– Хави, Хави, – демон усмехнулся и, обхватив мои плечи, заставил сместиться так, чтобы единственным вариантом прилечь оставалось его плечо. Когда я сдалась под мрачным вызовом его взгляда, во всем лице судьи читалось удовлетворение.

Богатые кварталы давно сменились менее зажиточными, а потом и вовсе, где хватало глаз, потянулись трущобы. Главная дорога уводила нас прочь от беспечной жизни, обнажая все стороны Дели. Здесь, по крайней мере, будто бы царила жизнь. Детских смех, громкие разговоры, пускай и нищие, но ярко одетые женщины смеялись над непоседливым мальчишкой, которого ругал какой–то проходящий мимо старик. А потом и это кончилось, и начались вымершие грязные улицы.

– Удручающий вид, – Даемонд кивнул, отворачиваясь. Ему тоже не нравилось, но он был более сдержан.

Через каких–то пятнадцать минут пути мимо серых зданий повозка наконец остановилась. Один из стражников помог нам сойти и проводил в сторону дома. Огражденный дворик вмещал в себя три одинаковых постройки, к каждой из которых примыкал блок поменьше.

– Здесь никто не живет? – судья огляделся, обращаясь к стражникам.

– Эта часть города служила пунктом размещения для армии. Давно. Потом дома отдали общине ремесленников. Знаю, глава отдает дома молодым семьям для жилья. Кому–то достаются под склады. Конкретно эти два дома сейчас пустуют, в том, что по центре жил Махавар с женой, – стражник отчеканивал каждое слово, рапортуя обо всем, что ему известно. Когда навстречу нам вышел глава общины, поклонившись, удалился.

– Приветствую, – Даемонд кивнул подошедшему пожилому мужчине. Самым примечательным в главе общины была его длинная абсолютно белая кудрявая борода, которую он заправлял за пояс, и густые кустистые брови, которые почти полностью закрывали умные карие глаза.

– Господин, – старик низко поклонился сначала судье, – Госпожа, – поклонился в мою сторону.

– С того момента, как ты здесь, в дом кто–то заходил? Ты что–то трогал?

– Ну что вы! – старик так разволновался, что готов был свалиться перед нами на колени, – Ничтожный Лола знает правила, я бы никогда не подвел господина.

– Так, Лола, все нормально. Просто я хочу, чтобы мы хорошенько поработали, если ты согласен сотрудничать, проблем у нас не будет.

Я внимательно наблюдала, как ловко Даемонд находит подходы к людям. Я слышала, что он очень древний демон, притом урожденный и человеком никогда не был. Но это не мешало ему проявлять участие или казаться эмпатичным, когда речь шла о достижении цели. После выпадов вспыльчивого Эфира видеть подобное было странно.

– Никогда не носить мне мое доброе имя, если обману тебя, господин. Пусть тысяча и один асур заберут меня в свою преисподнюю и раздерут на сотни кусков, чтобы скормить своим ужаснейшим отпрыскам.

На лице Даемонда отразилось недоумение, я же отвернулась, пряча улыбку.

– По крайней мере, господин судья, мы знаем, что добрый староста вайшьей знает свою работу, – я кивнула Лоле, и тот обратил все внимание на меня, – Отправляйся в суд, староста, найди там мальчика Амвара. Пусть он запишет полное описание Махавара с твоих слов. Это надо сделать, как можно скорее, чтобы письмом отправить по ближайшим разъездам. Кстати, Риаш говорил, куда отправляется? – старик мотнул головой, – Ладно. Если что–то вспомнишь, придешь в суд.

Когда и старик, и стражники отошли подальше, позволяя нам пройти в дом, Даемонд сам начал разговор:

– Кто такие асуры?

Я засмеялась:

– Я думала, ты знаешь. Это же демоны, – я кивнула в сторону закрытой двери, – Тело все равно положено отнести в суд, но сейчас надо осмотреть здесь все.

– Да, давай. У тебя есть бумага? Запиши, если что–то покажется странным, – я кивнула, и мужчина провернул ключ в двери, что достался ему от одного из стражников.

Я внимательно осмотрелась. Довольно чисто, скромная обстановка, и тем не менее, похоже, у этой семьи было все необходимое.

– Предлагаю сразу наверх.

Не дожидаясь ответа напарника, я скользнула вдоль стены к лестнице, осторожно переставляя ноги. Бессилие, что принесла с собой жара, пока не до конца отпустило. Но сейчас я думала о том, как странно все выглядит. Внизу никаких признаков борьбы или ограбления. По крайней мере, на первый взгляд.

Дверь в спальню была приоткрыта. Из темноты на меня дыхнул хорошо знакомый смрад. Я освободила себе проход и юркнула внутрь, осматривая бледное тело, лежавшее спиной вверх. Хорошо сложенное, по виду молодое, без явных увечий на первый взгляд. За исключением страшного обрубка в месте, где голова крепилась к шее. Постель с той стороны была залита кровью. Однако на полу или где–либо еще ее не было. Я приметила несколько сундуков у стены, в такие обычно складывают вещи по сезонам, а также туалетный столик с закрытыми шкатулками для драгоценностей. На зеркале висело полотенце с бурыми пятнами.

– Что тут? – я подпрыгнула от неожиданности, когда Даемонд заговорил прямо за моей спиной, – Тише, тише. О, смотри–ка, и здесь одни сплошные суеверия, – я вопросительно посмотрела на полотенце, ожидая пояснений, – Ну это же кочует из народа в народ. Завешивать зеркала, чтобы не накликать беду, что приходит со смертью.

– Не слышала о таком, – пожав плечами, я снова повернулась к телу, – Она обнажена. И вещей что–то не вижу. Надо осмотреться, вдруг ее просто хотели ограбить.

– Прости, дорогуша, но я сомневаюсь, – демон заглянул в одну из шкатулок на туалетном столике, – Драгоценности нетронуты. Золотые браслеты, кольца с драгоценными камнями. Удивительная щедрость, – я открыла самый ближайший сундук, – Вещи, как я вижу, тоже на местах. Обуви что–то не видно, но она может храниться где–то в другом месте. А кроме того, возиться с отсечением головы ради кражи или даже грабежа слишком сложно, не находишь? 

– Мммм, наверное, ты прав. Ладно, пусть тело грузят. Осмотрим быстренько другие комнаты. Стражник сказал, что у многих здесь и жилье, и склад. Махавар торговец книгами, они дорогие.

Мы разбрелись по дому в поисках каких–либо зацепок. На первый взгляд все выглядело именно так, как и говорили братья. Махавар сам убил жену, возможно, узнав об измене, но, испугавшись, сбежал. В его мастерской и на складе царил легкий беспорядок, но так на первый взгляд, потом я смогла обнаружить определенные закономерности и благодаря этому убедилась, что все оставалось на своих местах. Значит, если это все же он, преступник ничего с собой не взял, он просто бежал сломя голову, оставляя и преступление, и всю свою жизнь позади.

Но что–то мне подсказывало, что здесь все не будет так просто.
Приглашаю дорогих читателей в классную тг-шку, где мы сможем обсудить поступки героев, вместе заценить спойлеры, посмотреть видео, иногда озвучки, высказать свое "фи" или поддержать автора.
Всё это - там. То есть, здесь - - - >

Глава 3. Пропавший лик госпожи Махавар
3.2
Буду рада вашему лайку и добавлению в библиотеку. И еще не забудьте , чтобы не пропустить самое интересное! 

– Что ты думаешь? – Даемонд подкрался незаметно, когда я остановилась в неуютном внутреннем дворике, покинув мастерскую через большую кухню. Не заметив, я прыснула: все так напоминало мою жизнь до смерти. Сейчас бы большой бумажный стаканчик с ароматным кофе и пары крепких затяжек, перед тем как погрузиться в несколько–часовой бумажный марафон.

– Думаю, что нам нужен врач–эксперт, – пожала плечами на вопросительный взгляд начальника, – Аптекарь. Они обычно врачи. Нужно найти подходящего.

– Займешься?

Я ощутила почти невесомое прикосновение к плечу, что было обнажено. Пальцы демона были мягкими, он скользнул ими ниже, упокоив ладонь целиком на моей пояснице. Я замерла, надеясь, что это просто дружеская поддержка, которой он выражает беспокойство о моем состоянии, и сейчас все закончится. Однако рука переместилась, оглаживая бок, на живот. Чуть надавив, Даемонд придвинул меня к себе, прижимая спиной к животу.

– Вопрос был о лекаре? – я осторожно обернулась, пытаясь избежать неловкого излишнего сближения.

– О нем, – мужчина начал наклоняться, примеряясь к моим губам.

– Черт!

Выругавшись, я нетерпеливо выпуталась из его объятий. Он не противился, и распростер руки в стороны, едва я зашевелилась. Тем не менее, мне все равно было не по себе. Ему, и только ему в этом проклятом–мире–наоборот известно о том, что со мной произошло!

– Ты удивительно скромная для соблазнительницы, – его бархатный смех завораживал, но я не позволяла этому демону окончательно затуманить мне разум. Ему ничего не стоило околдовать, добиться своего иллюзией или обманом. Даемонд был в этом мастером. Его слова казались странными, но выспрашивать больше язык не поворачивался, – Ты еще не раскрыла своей потенциал, дорогуша, – он сделал большой шаг вперед, едва не снося меня, – Можешь почувствовать все так, будто это снова твой первый раз. Заставить увидеть себя в ином свете, воплотить свои самые смелые мечты, не боясь осуждения.

– Это с тобой что ли? – злобно зыркнув на начальника, я осторожно попятилась, пытаясь не выглядеть напуганной.

– Лучше со мной, – Даемонд снова рассмеялся, – Лучше, чем со мной, тебе ни с кем не будет, – небрежным жестом мужчина оправил рубаху, подправил кушак и пошел в сторону повозки. Остановившись на мгновение, он, не оборачиваясь, бросил через себя звенящий мешочек, – Найми себе рикшу и езжай за лекарем. Я возвращаюсь в суд.

***

Какое–то время, совсем сбитая с толку, я смотрела вслед удаляющейся повозке. У дома выстроилось несколько солдат, ожидающих дальнейших распоряжений. Главный стражник уже в сотый раз прочищал горло, явно пытаясь привлечь мое внимание. Все это только больше раздражало.

– Осторожно вытаскивайте тело на улицу, старайтесь ничего не повредить. Это касается и дома. Прикройте несчастную, и несите в суд. Дом опечатать, выставить круглосуточную стражу. Скорее всего, судья захочет вернуться и осмотреться без суеты.

– Есть.

Отсалютовав, стражники приступили к задаче. Я же, побродив еще немного кругами по внутреннему дворику, заглянула в другие два дома. Те оказались совершенно пусты, лишь только несколько предметов домашней утвари повторялись в обоих домах и, видно, предоставлялись жильцам вместе с домом. Маленький обеденный стол, скромно обставленная кухня, по сундуку и жесткой кушетке в каждой из спален. Не обнаружив ничего примечательного, я покинула бывшие владения семьи Махавар с тяжелым сердцем.

Поинтересовавшись у прохожих, в какой стороне рынок, решила пройтись немного пешком, чтобы успокоить чувства и упорядочить мысли. Думать об убитой женщине прямо сейчас не хотелось, сегодня мы с ней еще увидимся. И я самозабвенно предалась стенаниям по своей несчастной любви, задуматься о которой у меня не было и минуты с того момента, как я покинула дом Эфира.

Как же я могла допустить такое? Подстилка, любовница, игрушка. Все эти обидные слова, которые я слышала и от НЕГО, и от других теперь лавиной обрушивались в моих воспоминаниях бесконечным потоком, терзая сердце. Наверное, я старалась отсечь эти чувства, как больной орган, но поведение Даемонда всколыхнуло все вновь. Не знаю даже, что меня обижало больше: то, как легко он рассчитывал на мое согласие, или же то, на сколько я в нем разочаровалась. Эфир из раза в раз объяснял мне о том, как принято, как происходит обычно. Как легко демоны относятся к тому или этому, как обесценены среди них чувства, и все это до сих пор кажется мне странным и неправильным. Все это лишало саму жизнь смысла, разве нет?!

С раздражением смахнув упавшие на лоб пряди, я заметила, что улица с домами закончилась, и на начавшемся перекрестке начинался рынок. Чуть в стороне стояли свободные рикши, похоже, сейчас они трапезничали. Я прошлась вдоль лотков, разглядывая выставленные товары. Это был небольшая хаотично организованная торговля с товарами первой необходимости. В основном продукты – овощи, фрукты, чай. Пестро одетая торговка предлагала такие же разноцветные, как и она сама, платки и заколки для волос. Она улыбалась наполовину беззубым ртом, пока совсем еще юные девицы перебирали гребни и шпильки с ракушками. Повернув голову чуть вбок, я тут же наткнулась взглядом на вывеску.

Лекарь!

Ускорив шаг, я оказалась у двери в два счета. Легонько толкнув вперед, вошла внутрь, оказавшись в очень тесном помещении, наполненном многообразием ароматов целебных растений. Здесь я ощутила и эвкалиптовый запах, и шалфей, слева отдавало какой–то специей, которую обычно кладут в рис, но и он здесь звучал очень гармонично.

– Намасте, госпожа – я замерла на месте, едва не схватившись за сердце. Будто сегодня все задались целью меня напугать, – Простите, я не хотел вас смутить.

Обернувшись, среди высоких до самого потолка стеллажей, я увидела молодого мужчину. За его спиной колыхнулась плотная ткань, видимо, за ней был проход, потому его появление стало для меня такой неожиданностью. Но удивило меня совсем другое. Этот мужчина… Весь его вид заставлял мое сердце то трепетать, то замирать в страхе, что я обозналась.

– Намасте, – выдавила я из себя, не желая отводить взгляд.

Передо мной стоял мужчина, который был практически точной копией Эфира.  

– Госпожу одолевает какой–то недуг? – его взгляд скользнул по моему лицу, аптекарь казался обеспокоенным. Наверное, мне хотелось думать, что он почувствовал между нами какую–то связь, и теперь ощущает отголоски чувств бросившего меня демона.

– Нет, со мной все нормально. Я работаю в суде. Мне нужен лекарь, который сможет осмотреть тело. Я хотела искать на центральной площади, но набрела на эту лавку, – виновато улыбнувшись, я схватилась за ручку двери, – Извините. Наверное, я просто люблю эти запахи. Не буду мешать.

– Постойте, госпожа! – аптекарь тут же встрепенулся, ловко выходя из-за прилавка. Не глядя, он вытянул руку в сторону, беря с полочки небольшой мешочек. Он протянул его мне, – Не все можно вылечить травами, знаете. Но иногда душевная боль столь сильна, что становится хуже любого другого больного органа. Возьмите, – я прильнула носом к холщовой ткани, вдыхая пряный травяной запах, – Я могу осмотреть тело. Я хотел устроиться в суд два года назад, но, когда мне отказали, перебрался в эту часть города и открыл эту лавочку. Ваше предложение еще в силе, госпожа?

Он улыбался, и ответила ему тем же. Мы говорим о не самой приятной работе, но я не могу не думать о том, как он красив. Как необычен в своей внешности для этих мест. И не могу не думать о том, как я скучаю по Эфиру.

– Как ваше имя, господин аптекарь?

– Вир, госпожа. Вир Оджха. Моя семья всегда занималась наукой лечения.

– Хорошо. Давайте поспешим.

Смущенная едва ли не до покраснения волос, я пыталась как можно скорее покинуть тесное помещение. Казалось, даже воздуха в лавке становится до ужаса мало, и это заставляет меня дышать чаще.

– А вы, госпожа? – он совершенно бесцеремонно поймал мою ладонь, но тут же отпустил, испугавшись собственного порыва.

– Матхави Чадха, – я усмехнулась, когда Вир поспешно поклонился. Для местных эта фамилия что–то значила. Для меня это просто выдумка, которая лишь должна была открыть некоторые двери.

Глава 3. Пропавший лик госпожи Махавар
3.3
Буду рада вашему лайку и добавлению в библиотеку. И еще не забудьте , чтобы не пропустить самое интересное! 

Дорога в суд заняла совсем немного времени. Свободные стражники успели подогнать повозку к аптеке Оджха. Видно, мои перемещения по городу не будут тайными, куда бы я ни собралась идти. Пока горожане расступались, освобождая путь, я мельком поглядывала на Вира, поражаясь его сходству с Эфиром. Забавным казалось созвучие имен, цвет волос, глаз, черты лица, фигура. Разве что прически были разными и Вир предпочитал носить короткую бороду. А кроме того, в отличие от безупречного командующего армией Преисподней, у аптекаря был существенный изъян.

– Можно спросить? – осторожно обратилась к нему, боясь спугнуть какую–то мысль, в которую был погружен мужчина.

– Наверное, хотите знать, как я стал калекой? – Вир хлопнул по ноге, заканчивающейся деревянным протезом, – В этих местах, госпожа, долгое время была война. В наши земли пришли иноземные враги, те, кого мы долгое время считали соседями, – лекарь пожал плечами, – Я не воевал, был ребенком. И все же пострадал. Первые годы были тяжелыми, индуизм искоренялся с особой жестокостью. Обосновавшийся здесь султанат навязывал населению мусульманство.

– Да, я… Я знаю. Мне жаль.

– Сейчас легче. Вы же видите, госпожа. Наступил хрупкий мир.

Я кивнула, слабо улыбнувшись, и отвернулась к окну. Это было лицо Эфира, измененное добротой и чуткостью до неузнаваемости. Но все же это был не он.

– Госпожа Чадха!

У здания суда меня встречал юный Амвар. Он галантно подал мне руку, нисколько не смущаясь разницы нашего положения.

– Спасибо, – со смехом поблагодарила его, ощутив под ногами твердую почву. После тряски в повозке это было мимолетным удовольствием, ради которого мне не приходилось выкраивать несколько свободных минут, – Амвар, пошли, пожалуйста, за братьями Сетх. Они должны присутствовать на осмотре тела, – тот, быстро кивнув, словно испарился, скрывшись за толпящимися у входа горожанами. Я обратилась к начальнику судейской стражи, что меня сопровождал, – Разгоните всех. Это женщина, осмотр не будет публичным и пройдет в суде, а не во дворе. В здание пустить только родственников погибшей.

Я жестом предложила смущенному Виру пройти к дверям. Похоже, ему не очень нравились толпы. Он опасливо обходил то одного человека, то другого, будто не хотел даже соприкасаться одеждой.

– Моя работа сделала меня несколько боязливым в отношении контактов, – он заметил, как внимательно я наблюдаю за ним, – В городе то и дело вспыхивает какая-нибудь хворь. Если и лекари будут беспечными, кто же будет лечить больных?

– Мудро, Вир, очень мудро.

Мы улыбнулись друг другу и нырнули в образовавшийся проход до дверей. Высокие створки закрылись за нами сразу же, точно захлопнулась пасть злобного зверя, который вот–вот готов был нас проглотить. Приятная прохлада и запах книг окутывал меня, даруя спокойствие. В этом мире или в каком ином, мне нравилось все то же.

Навстречу вышел другой писарь, которому я заказала чай. Он сконфуженно потупился, но все же отправился выполнять поручение.

– Похоже, этот человек слишком гордый. Осторожнее, госпожа. Женщине ничего не стоит ранить мужчину сильнее самого острого клинка одним лишь словом.

– Мужчине ничего не стоит растоптать гордость женщины одним поступком, – я снова подумала о расставании, но быстро отмахнулась от лишних сейчас мыслей, – Такова философия жизни. Ничего не поделаешь.

– Я бы никогда не причинил вам боль.

Улыбнувшись, я повернулась к Виру. Коридор уводил нас дальше, а шаги заглушала длинная ковровая дорога.

– Все мужчины так говорят, Вир. И все равно делают больно. Мужчины и женщины наполнены разными энергиями. Соперничающими, противоборствующими, и все же без возможности существовать друг без друга. То, что для вас ничего не значит, может обидеть женщину. Как и наоборот. И это совсем не обозначает, что кто-то что–то делает намеренно, – я нетерпеливо вздохнула, – Слишком сложная тема для непринужденной беседы.

– Для непринужденной беседы во время прогулки по суду?

Мы тихонько рассмеялись. Вскоре коридор закончился, оставляя нам путь только в единственную дверь.

– Прошу.

В зал был принесен временный стол, за которым уже сидел Даемонд. Старший писец раскладывал перед ним бумаги с записями жалобы братьев Сетх и показаниями старосты вайшьей. Сейчас Даемонд делал короткие пометки про то, что мы видели в доме, о том, как лежало тело и что примечательного было замечено – этот лист был наполовину пуст.

– О, какие люди! – проговорил демон, не отрывая взгляда от стола. Однако, едва он увидел Вира, как улыбка на его лице стала меркнуть, смазываясь в растерянную гримасу.

– Лекарь из квартала убитой. Господин Оджха, – аптекарь низко поклонился, когда я назвала его. Даемонд тут же поднялся, подходя ближе. Он периодически поглядывал на меня, то хмуря, то поднимая брови. Кажется, сходство с Эфиром и от него не ускользнуло.

– Лекарь, значит. Хороший? – демон сузил глаза, внимательно разглядывая аптекаря.

– Не мне о том судить, господин. Но работать в суде я хотел давно. Буду рад быть полезным, – Вир снова поклонился и замер так на несколько долгих секунд, пока Даемонд не хлопнул его по плечу довольно бодро.

– Что ж, ладно. Где этих Сетхов носит? Несите циновку и подготовьте врачу все необходимое. И тело принесите.

Я уже почти не злилась. Даже видеть Даемонда сейчас в его обычном настроении было успокоением. Какие удивительно разные мужчины попадались мне. Закрытый и холодный Эфир, горячий и смелый Даемонд, почтительный и мягкий Вир. И одному совершенно не нужна моя любовь, второму хочется тела и его возможностей, а третий вообще ведет себя, как буддийский монах, который вот–вот свалится от страха, едва увидит оголенную щиколотку. Все это время мой взгляд был направлен на демона, который нетерпеливо похлопывал по стулу рядом с собой, ожидая, пока я устроюсь. Спохватившись, я заняла свое место. Глазами тут же изучила разложенные документы.

– Свинья грязь везде найдет, да? – он шепнул так тихо, чтобы слышала только я, – Останови это безумие, Хави. Лучшее, что ты можешь сделать для самой себя, забыть Эфира навсегда и жить в свое удовольствие. И, – он кивнул в сторону аптекаря, – Явно не с человеком, да еще и с тем, что похож на него, как две капли воды.

Когда все были на месте и Виру предоставили все необходимое, молодой аптекарь откинул покрывало, обнажая тело. Второй раз за день я смотрела на изуродованную женщину. Я со вздохом взяла карандаш и начала писать:

– Тело госпожи Махавар, урожденной Сетх. Возраст?

– Тридцать шесть лет, – приглушенным голосом ответил бледный, как полотно, Шамур Сетх.

– Начинайте, лекарь Оджха, – скомандовал Даемонд, откидываясь на спинку стула.

Вир взял подготовленную тряпицу и опустил в металлический таз с водой. Капли, возвращаясь обратно в емкость, позвякивали, немного отвлекая от страшного зрелища. Лекарь провел мокрой тканью по рукам жертвы, скрупулезно обтирая кожу. На запястьях теперь были видны следы будто от веревок. Я вспомнила, в каком положении была женщина на кровати, ее руки были закрыты телом, но я не помню, чтобы видела, что они были связаны. Вир осторожно снял серебряное кольцо с пальца и отложил в сторону. Он попытался уложить руки по бокам, но у него не вышло. Дальше он омыл остальное тело, попутно изучая его. Спину, бедра, ноги. Затем с помощью одного из стражников повернул тело госпожи Махавар на спину, смывая кровь с живота.

– Рубцы на спине. Если это делал Махавар, его убить мало, – я едва сдерживала гнев, шепча о своем негодовании начальнику.

Вир осторожно проходился мокрой тряпицей по обрубку на месте шеи. Он пальцами касался изувеченной плоти, изучая что–то только ему известное. Однако вскоре он отложил тряпку, насухо вытирая руки подготовленным полотенцем и принялся докладывать.

– Тело женщины без каких–либо признаков, что у нее были дети. Кожа гладкая, без родимых пятен или больших старых шрамов, кроме рубцов на спине и бедрах. Светлые, тонкие, будто от кнута. На теле никаких ран, на запястьях следы от веревок, а также ушибы на руках и груди, – он неторопливо диктовал слова для писца, следя за тем, что тот успел записать, – Похоже, что голова была отсечена ножом. Полагаю, мясницкий тесак или большой кухонный нож.

Я гневно тряхнула головой, подзывая аптекаря, чтобы оставить отпечаток на записанном заключении. Вир как–то виновато улыбнулся, переводя взгляд с меня на Даемонда. Следом судья призвал к столу сильно побледневших братьев, те ознакомились с написанным, поклонившись. Старший из Сетхов осторожно взял кольцо сестры, покрутив, внимательно пригляделся.

– Здесь не хватает камня, господин, – Аяр положил на ладонь драгоценность так, чтобы ее можно было хорошенько разглядеть. И, действительно, с одной стороны можно было заметить неаккуратные зубчики, которые должны были служить поддержкой для какой–то вставки.

– Вы уверены? Ваша сестра не носила других украшений? Не перепутали? – Даемонд не сводил с кольца глаз. Очевидно, он уже о чем–то думал, но старался держать лицо и не показывать собственного смятения.

– Совершенно точно! Это серебряное кольцо подарила ей в качестве свадебного подарка наша тетка. Не хватает инкрустации из калькуттского изумруда.

– Да, да! Когда я видел сестру несколько дней назад, камень был на месте! – тут же возник Шамур.

– Хорошо, – Даемонд тяжело вздохнул, отодвигая бумаги на край стола, – Аяр, вы можете унести тело и поместить его во временный гроб. Головы, к сожалению, пока не нашли, но мы сделаем все, что возможно, чтобы арестовать убийцу и воссоединить части тела вашей сестры, чтобы вы могли провести обряд прощания, как полагается.

Старший брат тихо всхлипнул и поклонился.

Когда все начали покидать помещение, демон–судья кивнул в сторону смежной двери, и я поднялась за ним следом. Вир, что не удивительно, увязался следом. Даемонд хотел было возразить, но потом просто махнул рукой и заговорил со мной спокойно и тихо:

– Это убийство ставит перед нами интересные и любопытные задачи.

Я пожала плечами:

– Скорее бы этот дьявол Махавар попался. Я расправлюсь с ним прежде, чем ты успеешь стукнуть своим маленьким молоточком.

– Не торопись, – смех Даемонда раздался неожиданно громко, – Дай мне делать важную работу, которую поручил один наш знакомый. Но женщину и правда жаль. Видела, какая фигурка?

– В голове не укладывается. Расправился с женой и сделал это аккуратно, спрятал голову, тут же прибрался и сбежал. И не забрал с собой ни серебра, ни драгоценностей!

– Похоже, госпожа полагает, что здесь замешан кто–то третий?

Я с судьей обернулись на аптекаря. Он с равнодушным видом разглядывал картины на стенах.

– И это мудрая мысль, моя дорогая Хави, – Даемонд по–свойски приобнял меня за талию, поглядывая в сторону Вира, – Пока ты хвостом крутила, я тут разузнал побольше об этом продавце книг. Махавар старик, к тому же больной и щуплый. Понимаешь?

– Иногда даже палачу, вооруженному огромным топором, бывает трудно отсечь голову преступнику, – добавил лекарь, нагоняя нас и сравнявшись.

– Может быть, Риаш Махавар застал кого–то в доме, убийцу, и, перепугавшись, просто смылся, побросав добро. Ладно, – я устала вздохнула, скидывая руку Даемонда, – Сейчас главное, чтобы он нашелся.

– И живым! – добавил демон таким тоном, что спорить совсем не хотелось.

Дойдя до выхода из суда, мы начали расходиться в разные стороны. Вир хотел пойти следом за мной, но Даемонд остановил его и с приветливой улыбкой стал заводить в свой кабинет. Я же, слабо махнув рукой, решила отправляться домой.

Глава 4. Лики правящих каст

4.1
Буду рада вашему лайку и добавлению в библиотеку. И еще не забудьте , чтобы не пропустить самое интересное! 

Покинув здание суда, я тут же забралась в повозку, минуя недовольно гудящую толпу. Я чувствовала себя изможденной. Вдалеке солнце почти скрылось за линией горизонта, окрашивая дома из белого камня в розовый цвет. На этой улице вообще было много белого, будто бы она была самой чистой. Чистой от человеческого порока. В двух концах, точно отражаясь в зеркале, расположились храмы: в начале улицы храм богини Лакшми. Еще издалека можно было заметить подношения, состоящие из венков и больших расписных кувшинов. В конце же – из высокого минарета послышался звучный голос муэдзина, призывающего к вечернему намазу. Горожане, обращенные в мусульманство, останавливались, вторя его словам одними губами.

Когда же я устроилась поудобнее, возница тронул поводья, и худая лошадка понесла меня прочь.

Прочь от чистоты, что была мне недоступна.

Дома меня встретила приветливая Ануша. Она сообщила, что ужин уже готов, посетовала на отсутствие господина и о моей одинокой трапезе, а потом, спохватившись, вдруг вспомнила о послании, оставленном для новых жителей этого дома. С благоговением женщина передала мне украшенный восковой печатью свиток и ушла в кухню.

Я внимательно рассмотрела герб. Быть может, если бы я что–то понимала в чертовом фарси, мне стало бы понятно сразу, от кого письмо. Разломав печать, погрузилась в чтение.

«Бла–бла–бла… Торжественные гости города…» – я намеренно пропускала мимо эмоциональные образы, которыми было напичкано послание, вылавливая только суть, – «Так, вот оно! Прием… Адрес… Сегодня. Сегодня?!»

Тут же поднявшись, я позвала главную управительницу. Даемонд обязан был посетить это мероприятие, а он сидит в своем суде, будто домой и вовсе не собирается.

– Отправь посыльного с письмом в суд, Ануша. Это очень важно.

– Конечно, госпожа.

С удивительным для ее возраста проворством женщина выскользнула из гостиной. Уже через минуту я слышала ее ругательства, сыпавшиеся на голову бедного слуги.

Подбор наряда занял какое–то время, учитывая, что переодеваться несколько раз без помощников и опыта было сложно. Днем домой доставили несколько комплектов одежды, среди которых нашлись и весьма торжественные. Великолепная вышивка украсила сари, изображая цветы, а расшитые камнями наряды заставляли чувствовать себя не меньше, чем самой настоящей принцессой.

В дверь нетерпеливо постучали. Я позволила войти.

– Я уже отругал нашу управляющую. Неужели, когда доставляли письмо, не сообщили о его важности? – Даемонд раздраженно провел пятерней по волосам, приглаживая гладкие пряди. Он уже сменил наряд, облачившись в красивый синий шервани, похожий на пиджак, только длиннее, почти до самых колен.

– Тебе идет этот цвет, – я коротко улыбнулась, возвращая взгляд к своему отражению. Синий действительно подходил ему, будто придавал яркости его бледной коже и белым волосам.

– Ты тоже в синем, – демон подошел ближе, оправляя паллу сари, свободно свисающую на плече, – Вот и будем, как семья, – он закатил глаза, хитро улыбаясь, – Ох, и наслушаешься сегодня. Расскажешь потом, каким проклятым меня описывали.

– Может, и не проклятым, а поцелованным гневливой Дургой.

Когда я рассмеялась, Даемонд скользнул пальцами по моей талии, подходя ближе.

– Никогда бы не подумал, что чей–то смех может вызвать столько удовольствия, – он коснулся носом моего уха, с шумом выдыхая.

Я ощутила, как от шеи по телу разносится волна мурашек. Прием, против которого, вопреки разуму, тело не могло сопротивляться. Еще утром я была так зла на этого мужчину, а сейчас вот–вот прикрою глаза от восторга.

– Нам с тобой хочется разного, – прошептала я, едва сдерживая удовлетворенный вздох, когда его дыхание скользнуло к шее.

– Всем хочется любви. А в этом мире все будто бы создано для нее. И даже ты, пусть и чужая здесь, но пахнешь так, будто только и ждешь, когда кто–то покорит тебя.

Слова подействовали отрезвляюще, я медленно отстранилась. Мне вдруг показалось странным, что я даже не вспомнила об Эфире до этого момента, а жаждала чужих прикосновений. Я как–то подозрительно мало страдала по любви всего своего посмертия. Оправив наряд, я принялась за прическу, не говоря Даемонду ни слова.

– Оооо, – вздох разочарования, такой громкий, что я даже вздрогнула, – Опять что ли?! – демон грубо развернул меня к себе, – Ты не любишь его, Хави! Этого нет. Поняла? Это… Это обман. Ты хотела так думать, но это просто твоя природа. Ты теперь демон. Ты… Ты не могла любить того, кто вытирал об тебя ноги!

– Он не… Не вытирал!

– Соберись и послушай меня наконец! – мужчина с силой тряхнул меня, из–за чего прическа безнадежно рассыпалась по плечам. Он проследил взглядом за падающей копной волос, а потом медленно перевел его на мои глаза, – Может, я совершу ошибку, если расскажу, но ты должна жить нормально. Ты, Хави, соблазнительница, а не чья–то любовница. Ты решаешь, с кем спать или жить, сколько дарить свою любовь, оставлять ли любовника живым или забрать всю его энергию. Это твое, а не… Несчастная любовь к тому, кто никогда этого не оценит.

– Да какое тебе вообще дело?

– Да потому что я такой же!

Я замерла, крепко задумавшись. В целом, сходство наших способностей было налицо. Конечно, до мастерства Даемонда мне было очень далеко, но мы оба владели искусством иллюзий, быстро располагали к себе окружающих… И я оказалась в его подчинении. Значит, Эфир знал?! Он намеренно это сделал?!

– Намеренно.

Демон сделал шаг назад. Я укоризненно высверливала в его переносице свое «фи» относительно чтения моих мыслей, но, казалось, его это совсем не беспокоило.

«Быть может, я тоже так смогу? Тогда никто не сможет причинить мне боль. Мысли каждого будут, как на ладони»

Когда демон вышел, я опять собирала волосы пальцами. Уже с большим остервенением зачесывала назад волнистые пряди, ощущая, как меня накрывает волна негодования.

«Ну почему надо все вечно портить?!»

***

Повозка неслась вперед, будто разрезала мрак темных улиц. Мы не перекинулись и фразой после того, как Даемонд ушел из комнаты, и теперь я только и видела боковым зрением, как он иногда поворачивается и открывает рот, чтобы заговорить, и, передумав, отворачивается обратно к окну.

– Я ценю в тебе несколько качеств, Хави. Адаптивность – ты прекрасно подстраиваешься под новые обстоятельства. Самодостаточность – лишилась покровителя и не пропала, ищешь свой путь. Самообладание – в принципе, ты стабильна, без резких перемен, хотя бы внешне. Прагматизм – ты знаешь, что лучше для тебя в данный момент, видишь, с кем необходимо сблизиться, это хитро. Все это великолепные качества для демона. Но ты все еще слишком человек. Я не говорю, что нужно стать безразличной, совсем нет, но смотри на все сквозь призму вечности. Здесь прошло несколько дней, в Преисподней – несколько лет. Какова вероятность, что ненаглядный Эфир в заботах о новой семье не позабыл свою сладострастную Матхави? Так вот, она стремится к нулю, дорогая, – Даемонд тяжело вздохнул, – Прекрати мучить свое сердце и живи в удовольствие. Закончим здесь, и я увезу тебя, куда захочешь. Обещаю, – он приложил руку к груди, будто в немой клятве.

– Какое тебе до этого дело? До моих чувств и страданий?

– Я же сказал, я такой же. Это моя природа. И я знаю, что эти твои чувства для таких, как мы, разрушительны.

– Так что же, мне нельзя любить?

– От чего же? Можно и нужно! Но… Тебя должны любить чуточку сильнее, – я почувствовала, как по руке скользнули его прохладные пальцы. Опустив глаза, заметила, как он пододвинул ее, чтобы коснуться, хотя сам демон держался на расстоянии.

– Так, хорошо. Тогда почему ты так настырно предлагаешь мне переспать с тобой? – моя бровь взметнулась вверх, как только Даемонд театрально ахнул, хлопая себя ладонью по лбу.

– Исключительно в целях обмена положительными эмоциями.

– Ага… Я подумала. И… Нет.

Мужчина насупился и отвернулся. Я же, подавив смешок, устремила взгляд вперед, пытаясь разглядеть, куда нас привезет возница.

Впереди показался большой дом, территория которого ярко освещалась в ночи цветными фонарями. В гостеприимно распахнутые ворота въезжали украшенные повозки, что останавливались у самой лестницы. Когда мы подъехали ближе, я смогла разглядеть прибывающих нарядных гостей: мужчины и женщины, щеголяя в разноцветных одеждах, смеялись и улыбались, демонстрируя друг другу ровные белые зубы.

Даемонд недовольно заерзал:

– Надо было обзавестись тележкой посолиднее. Теперь все скажут, что я скупой жених.

Я закатила глаза:

– Засохни уже, «жених». Попытайся насладиться вечером и не ляпни чего–то неразумного. И веди себя прилично!
Приглашаю дорогих читателей в классную тг-шку, где мы сможем обсудить поступки героев, вместе заценить спойлеры, посмотреть видео, иногда озвучки, высказать свое "фи" или поддержать автора.
Всё это - там. То есть, здесь - - - >  

Глава 4. Лики правящих каст

4.2
Буду рада вашему лайку и добавлению в библиотеку. И еще не забудьте , чтобы не пропустить самое интересное! 

В окнах горел свет, за яркими витражами то и дело мелькали силуэты, а когда кто–то открывал дверь, я слышала дивную мелодию, что издавал ситар в паре с бансури. Традиционная музыка была заводной, будто пробуждала что–то внутри, хотелось двигаться и веселиться, и я с нетерпением чуть не подпрыгивала на месте, кое–как дождавшись, когда повозка остановится.

Пропустив Даемонда вперед, подождала, когда он поможет сойти и мне. Держа его под локоть, стала подниматься по ступеням. Мне хотелось нестись вперед, быстрее погрузиться в волшебную атмосферу праздника, но демон легко удерживал меня рядом.

– Спокойнее, Матхави, спокойнее, – мне показалось, я услышала странный акцент, даже повернулась, но Даемонд только мягко улыбался, смотря прямо перед собой, – Меня поучаешь, а сама несешься, как дикарка. Успокойся, все равно станешь звездой этого вечера.

– Почему это? – с сомнением спросила я, уже не так радуясь.

– Потому, что нас позвали, чтобы как следует рассмотреть. Мы новенькие в этом закрытом мире. Переступишь порог – и будешь вынуждена рассказывать о себе до самого рассвета. Знать будет разглядывать тебя, точно под микроскопом. Ну, и меня, конечно, – мужчина огладил белые пряди, убирая их с лица. У него был такой довольный вид, будто он кот, вдоволь наевшийся сметаны.

Я с силой дернула руку, пытаясь привести демона в чувства:

– Раз уж ты взялся врать о том, что я твоя невеста, не смей меня опозорить! – я с гневом и вызовом смотрела в его смеющиеся глаза, – Здесь нет многоженства, так что придержи свои влажные фантазии, – он разочарованно вздохнул, – Зато есть многомужество.

Я повыше задрала подбородок и демонстративно отвернулась, натягивая самую очаровательную улыбку, на которую была способна. Небольшая группа молодых мужчин слегла склонили головы в знак приветствия, и я наслаждалась их вниманием еще несколько минут, пока мы с Даемондом не скрылись в доме.

Внутри в разные стороны расходились гости. Девушки стояли отдельно, щебеча о чем–то между собой. Женщины постарше заняли несколько диванчиков с кубками в руках. Мужчины были более сдержанными и заняли почти всю противоположную от женской части стену. Они тихо переговаривались, бросая взгляды то в сторону вошедших, то на девушек, то в дальнюю часть большой залы.

Я почувствовала, как слабеет хватка Даемонда, похоже, он начал расслабляться. Я заметила, как он приковывает к себе взгляды. Впрочем, и моя персона не осталась незамеченной. Должно быть, мы были странной парой. Мы шли вперед, не заговаривая ни с кем, не останавливаясь, пока навстречу нам не шагнул некий высокий мужчина, преградивший нам дорогу. Даемонд тут же поклонился, и я последовала его примеру.

– А вот и наши почетные гости.

Его голос звучал приятно, мужественно, он походил на трескучий, но теплый огонь в очаге. Я подняла взгляд и бесстыдно разглядывала мужчину, пока он с улыбкой рассматривал нас. Его черные волнистые волосы создавали небольшой хаос на голове. Пушистые длинные ресницы обрамляли яркие медово–янтарные глаза. Острый прямой нос и пухлые губы, неизменно растянутые в улыбке. Симпатичным в нем казалось все.

– Господин Маратхи, – демон снова склонил голову, при этом сохраняя совершенно безмятежный вид.

– Можно просто Тивалташ.

«Да уж, очень «просто», – подумала я про себя, распрямляясь.

– Добро пожаловать! – Тивалташ обвел рукой зал, – Мы рады приветствовать новые лица в славном Дели. Сегодня вы мои гости, и мне отрадно рассказать вам о том, как в этом городе все устроено. Госпожа…? – он вопросительно посмотрел на меня.

– Матхави Чадха, господин.

– Матхави, моя супруга познакомит вас с прекрасной половиной наших гостей, – стоило ему произнести эти слова, как, будто из воздуха, рядом появилась симпатичная худенькая девушка, лицо которой было закрыто полупрозрачной вуалью. Она мягко взяла меня под руку и начала уводить. Я же проследила за тем, как Тивалташ уводит Даемонда в сторону, – Прошу.

Он улыбался, но что–то внутри подсказывало, что сладостью речей он пытается скрыть яд своих намерений.

– Госпожа бывала в Дели до этого? – девушка как–то оживилась, стоило нам отойти от мужчин подальше, – Меня зовут Фира, я тоже не из этих мест.

В какой–то момент меня окружили другие гостьи. Они сыпали вопросами, я все время чувствовала, как кто–то прикасается ко мне, трогая то волосы, то одежду. Мне даже начало казаться, что я задыхаюсь, таким серьезным был их напор.

– Когда ваша свадьба с господином Ашуром?

– В его в семье у всех такой цвет волос?

– Правда ли говорят, что его род проклят?

– Госпожа знакома с кем–то из представителей султаната?

Голова шла кругом от их трещания. Я беспомощно оглянулась в ту сторону, где был Даемонд, но и его уже окружила такая же любопытная толпа.

– Почтенные госпожи, расскажите мне, какое положение сейчас у господина Маратхи? – я попыталась отбиться от вопросов встречным любопытством. Мой взгляд скользнул по драгоценностям, которыми была украшена вуаль Фиры.

– Он из семьи почтенных раджей, царствовавших в Дели, но теперь… – она резко клацнула зубами, будто чуть не сказала что–то лишнее. Потупив взор, она отошла подальше и скрылась из виду.

– Не обращайте внимания, госпожа. Фира неместная, ей не понять, сколько испытаний сыпалось на головы наших предков и нас. Султанат наживую вырывал наши сердца, оставляя зияющую рану. Только самые стойкие из нас не пустили асуров в полуобезумевшие разумы, и теперь вы можете наблюдать здесь представителей этих семей.

Девушка, говорившая такие смелые речи, тут же прикрыла лицо вуалью и едва заметно поклонилась. Вперед вышла женщина постарше.

– Чадха – сильный дом с севера. Вы знаете, что такое, когда чужак приходит в дом, отказываясь быть гостем и мнит себя хозяином. Наши семьи терпеливо ждут. Наши брахманы ждут знамения. И тогда мы поднимем головы, колесо судьбы продавит неугодную богам власть, и все вернется на круги своя.

Мне стало дурно от этих речей. Я буквально почувствовала, как холодок пробегает по спине. Их здесь слишком много, чтобы так откровенно делиться своими планами о бунте.
Это опасно, неужели эти люди не понимают?

Я снова обернулась на Даемонда, но в этот раз я нашла его взгляд. И в нем читалась та же неуверенность. Должно быть, его взяли в оборот ничуть не медленнее, чем меня, уже определяя ему какую–то роль в провальном плане. Он чуть заметно кивнул в сторону двери.

Поспешив заверить девушек, что мне нужен глоток свежего воздуха, я продвинулась ближе к выходу. Тревога нарастала все сильнее. Об этих страшных идеях узнают, лишь вопрос времени, когда на одно из таких собраний ворвутся стражники, верные султанату.

Уже на улице я почувствовала сильную хватку.

– Надо уходить. Я чую неладное, – дыхание Даемонда раздалось у самого уха.

– Согласна. Но… Может, им можно как–то помочь?

– Нет.

Взгляд демона был суровым. Он будет непреклонен в своем решении. Мы будто бы неторопливо прогуливались по территории, на самом деле ища глазами повозку. Они отъезжали куда–то в сторону, и теперь нам надо было быстрее ее найти.

– Госпожа!

Мальчишеский отчаянный окрик заставил мое сердце замереть. Я узнавала голос Амвара, доносящийся издалека. Покрутив головой, пыталась разглядеть, где же он. Вот, впереди, у самых ворот показалась крохотная фигурка. Он бежал, но… Как–то странно, будто припадая на одну ногу. Когда зажжённый цветной фонарик выхватил его силуэт из мрака, я ахнула. Мальчик был весь в крови, побледневший, он держался за живот, видно, расходуя последние силы на то, чтобы добраться до нас.

– Амвар? – Даемонд будто только опомнился. Он быстрым шагом настиг маленького писаря, но не смог его остановить. Амвар бежал ко мне.

– Госпожа, – я протянула руки в его сторону и, едва я коснулась его, он свалился в мои объятия, уже не в силах подняться, – Уходите, госпожа. На раджпутов идут.

Амвар закрыл глаза и затих. Я потрясла его, пытаясь привести в чувства. Внутри похолодело.

– Хави, уходим!

Вдалеке уже слышался топот копыт. Я подхватила мальчика и скользнула за Даемондом в тень. Всего через пару мгновений за спиной послышался звон оружия и отчаянные вскрики. Даемонд забрал Амвара из моих рук и ускорил шаг. Я плелась за ним, пытаясь подавить слезы, но то и дело спотыкалась.

– Идем же!