Лишняя. Ты мне (не) нужна

Сара Тарковская

Стою ровно.

Держу идеальную осанку, будто к спине привязаны невидимые доски. Как бы ни пыталась, не могу избавиться от этого ощущения, потому что очень хорошо помню, когда они настоящие... длинные, жёсткие, заставляющие прогибаться под своей тяжестью.

Грудь расправлена, живот втянут, лопатки практически сведены вместе. Но противореча всем правилам «правильной осанки для молодых леди», которые я знаю наизусть ещё с детства — голова низко опущена, выражая почтение, уважение и покорность.

Вполуха я слушаю причитания тётушки Алисиньи. Порой мне кажется, что за пять дней моего отсутствия с ней никто не общается. Поэтому как только я переступаю порог особняка Тарковских, она сразу же отпускает себя и выговаривает мне всё, что накопилось за это время.

Со стороны к моему внешнему виду не придраться, но вот внутренние силы стремительно тают... они оставляют меня с каждой прожитой секундой!

Я буквально нахожусь на пределе...

Ноги гудят, болезненно пульсируя и не позволяя сконцентрироваться на окружающей обстановке. Ни о чём другом думать не могу, а уж тем более вслушиваться в непрекращающийся монолог сидящей напротив женщины. Невыносимая боль распространяется по всему телу: с макушки, отбивая нервный ритм в висках, и до самых кончиков пальцев на ногах... похоже, я всё-таки натёрла мозоль. Да к тому же и не одну!

Еле сдерживаюсь, чтобы не скинуть с себя эти «удобные» туфли известного обувного дома столицы нашей Империи!

***

В тот день около трёх месяцев назад в особняке Тарковских отмечали праздник Нового года. Собралась вся семья с ближайшими родственниками и даже я была приглашена на праздничный ужин, что случается довольно редко и только по особым случаям. Я сидела тихонько в уголке, чтобы лишний раз не привлекать к себе внимания и не давать поводов для унизительных разговоров.

Но когда пришло время вручения подарков и слово взяла Тамилина — родная сестра моей тётушки Алисиньи, все обратили свой взор в мою сторону и с нетерпением стали ждать очередного спектакля...

— Самая лучшая пара туфель из новой коллекции! Единственная модель, чья колодка идеально садится на любую ногу, — и добавляет тихо, так, чтобы слышала только я, — даже самую неуклюжую.

— А какой у них цвет... Вы себе не представляете! Тренд сезона, — поднимает указательный палец вверх и делает театральную паузу, заставляя всех проникнуться, — Да-да, вы не ослышались, — высокомерно окидывает взглядом присутствующих. — Тренд — это модное слово. Ох, чтобы вы без меня делали в своём герцогстве! — кокетливо смеётся тучная женщина, прикрывая рот ладошкой.

— Кстати, этот цвет носят только самые богатые аристократки в Астерии! — Вновь выжидает паузу, но так и не дождавшись восторженных возгласов, добавляет, слегка прокашливаясь. — Кхм-кхм... Да какие там аристократки! Тьфу на них! Вся императорская чета в восторге от этих туфель...

После пламенной речи моя двоюродная тётушка вручила мне помятую коробку, наспех... ой! «заботливо» перевязанную розовой ленточкой.

Она так долго и старательно расписывала прелести сего подарка, что лично мне сразу стало понятно — внутри ширпотреб, купленный по пути на одном из рынков окраины столицы. Впрочем, как и любой другой её подарок, когда-либо предназначенный мне. Тамилина умело заговаривает зубы и красиво преподносит даже самую ненужную и дешёвую вещь...

Хотя кого это волнует?

Я с широкой улыбкой поблагодарила её и приняла коробку, уже решив, куда спрячу новомодный, как она выразилась, «тренд сезона». Далеко и надолго, возможно, навсегда.

Но не тут-то было!

Под восхищённые, совершенно наигранные щебетания обеих женщин мне пришлось не только распечатывать подарок, но ещё и дефилировать перед собравшимися гостями.

Я чувствовала себя жутко неудобно, было стыдно и неприятно, что из меня сделали кого-то вроде циркового артиста для развлечения заскучавших аристократов. Едва не споткнулась под пристальным вниманием десятка пар глаз и хихиканье моих двоюродных сестёр... и лишь умение держать равновесие, которое появилось благодаря постоянным тренировкам в академии, спасло меня от падения и неминуемого позора.

Алисинья была довольна подарком. Ещё бы! Ведь теперь не придётся выделять дополнительные средства на ненужную племянницу. Она настоятельно порекомендовала добавить эти туфли к моему ежедневному гардеробу. Иначе говоря — приказала.

Спорить я не посмела и даже сделала вид, что рада обновке и уже мысленно составляю с ней новые образы.

***

Теперь каждый раз по пути домой мне приходится сменять обувь прямо в карете, дабы никто не заметил моего непослушания. И если до этого дня мне удавалось минимизировать время ношения «модных» туфель, то сегодня всё пошло не по плану с самого начала.

Обычно после академии, в которой я провожу пять дней из семи, меня забирает наш семейный кучер. В редких случаях строго ко времени дядюшка Влас отправляет извозчика наёмного экипажа. Сегодня же за мной заехала карета, в которой уже находились герцог и герцогиня Тарковские собственными персонами.

Хорошо, что они заранее предупредили о своей неожиданной компании, отправив магическую весточку на мой камень связи... А то бы попалась!

Как только я вошла в карету, Алисинья первым же делом обратила внимание на мои ноги, дабы удостовериться в моём беспрекословном подчинении. Явно довольная увиденным, она блеснула глазами и улыбнулась лишь одним уголком рта... всё это было сделано исподтишка, совершенно незаметно для дядюшки, но заметно для меня. В присутствии своего мужа женщина ведёт себя тише воды, ниже травы. Не совсем, конечно, бывают и исключения, которые она списывает на плохую погоду или головные боли. Но всё-таки чаще всего тётушка старается открыто не демонстрировать своё презрительное отношение ко мне.

При встрече мы обмолвились лишь парой ничего не значащих фраз, как того требовал этикет, а всю остальную дорогу до герцогства Тарковских ехали молча...

Но стоило нам войти в особняк, а дядюшке сообщить, что покидает наше общество, сославшись на работу и неотложные дела, Алисинья сразу же потащила меня в свою комнату и начала без умолку болтать, а я слушать, но не слышать.

***

Мои дорогие читатели!

Добро пожаловать в историю

«ЛИШНЯЯ. ТЫ МНЕ (НЕ) НУЖНА»

В тексте будет встречаться визуализация, которую я создаю специально для вас, чтобы поделиться своим ви́дением героев, обстановки или событий.

Буду рада вашей поддержке: добавляйте книгу в библиотеку, ставьте сердечко («мне нравится» на основной странице романа) и подписывайтесь на вашего автора, чтобы не пропустить выходов новинок!

с любовью, Настя Петухова ❤️

Сара Тарковская

Стоять, как вышколенная императорская гвардия сил больше не осталось: колени подгибаются, ноги трясутся, боль чувствуется в каждой клеточке моего тела. Кажется, ещё несколько минут и я не выдержу, рухну, распластываясь на полу.

— Ну сколько ещё? — вою мысленно. Хочу задрать голову наверх и спросить у Великих: «за что они так со мной?!»... вроде бы только хочу, однако, зачем-то поднимаю голову и встречаюсь с раздражённым взглядом моей дорого́й тётушки.

— Чтобы к вечер-р-ру убор-р-ка была закончена! — достаточно любезно... приказывает.

К подобному тону в нашем тёплом общении я привыкла, но это её «р-р-р» сбивает с толку. Обычно Алисинья переходит на рычание, когда сильно волнуется или злится, или... нервничает?!

Неужели я пропустила что-то важное, пока летала в глупых воспоминаниях?

Быстро начала перебирать в голове события последней недели.

Что я могла натворить? Где-то не так посмотрела, не то сказала или же кто-то донёс обо мне очередную лживую информацию? Вроде бы ничего не было... Но насчёт последнего предположения я не уверена. Сёстры любят «пошутить» и сочинить какую-нибудь нелепицу, в которую все безоговорочно верят... Ух!

Надеюсь, что причина её возбуждённого состояния всё-таки не связана со мной. В противном случае мне придётся выслушать ещё и тираду о разочаровании в нерадивой племяннице.

— А второго захода я просто-напросто не переживу! Свалюсь от боли и усталости. И плевать, что обо мне подумают и какое последует наказание!

Я очень устала, хоть и не показываю этого окружающим. Последний год в общей академии самый сложный и важный... от него зависит моё будущее... и главное, моя свобода.

Украдкой посматриваю на Алисинью, пытаясь отыскать ответы или хотя бы подсказки. Её мимика слишком красноречива, и по ней можно многое прочесть.

Взгляд недовольный, густые светлые брови сведены к переносице, образовывая глубокую морщину. Губы поджаты в тонкую линию, а ноздри достаточно крупного носа раздуваются от тяжёлого дыхания.

В целом, нет ничего удивительного — обычное выражение лица герцогини Тарковской, когда мы остаёмся наедине. Главное, что молнии не метает, искры из глаз не вылетают и слюной не брызжет... Значит, я, скорее всего, ни при чём.

Тогда что же случилось?

— Сегодня мы ждём очень... — женщина поднимает указательный палец вверх, дабы подчеркнуть значимость своих слов, и продолжает: — очень важных гостей. Особняк должен сиять! Что от тебя тр-р-ребуется — знаешь. Гостиная, столовая, кор-р-ридоры на первом этаже, — деловито перечисляет, теперь уже загибая пальцы, — тебе всё ясно, Сар-р-ра?!

— Конечно, тётушка, — быстро выпаливаю, а она кривится от подобного обращения. Да и ладно.

Облегчённо выдыхаю, потому что я не виновата! А предстоящая уборка огромного дома? Пф-ф-ф! Пустяки. Мне не привыкать. Не знаю, к счастью это или к сожалению...

— Тогда за р-р-работу! — взглядом указывает на дверь, ясно давая понять, что разговор окончен.

Я, не задумываясь, делаю книксен и резко разворачиваюсь, чтобы как можно скорее сбежать из комнаты... хочу сделать шаг, но останавливаюсь под громкое цоканье.

Что ж за день-то такой!

На радостях совсем забыла, что лёгкий поклон Алисинья считает неуважением к своей величественной особе. Разворачиваюсь обратно с искренней извиняющей улыбкой на лице, на что та лишь закатывает глаза и бубнит:

— Никакого воспитания у этой девчонки! Свалилась же на наши головы!

Я игнорирую её выпад, приседаю в глубоком реверансе и застываю, согнувшись практически пополам. Ноги тут же начинают дрожать. Боль никуда не делась, я лишь абстрагировалась от неё на время, пока размышляла и выслушивала указания.

В глазах скапливаются слёзы, дышать становится тяжело — форменное платье сдавливает грудь, но я упрямо терплю.

Ни за что и никогда не покажу своей слабости!

Герцогиня Тарковская намеренно медлит... наказывает, показывает моё место в этом доме, на секундочку, в моём родном доме. И пускай! Осталось чуть больше пяти лет... и я исчезну из их жизни. Навсегда! Что для меня эти несколько лет против десяти прошедших? Ничего. Я справлюсь!

— Можешь идти, — лениво произносит, а я мигом вылетаю из комнаты, с нестерпимым желанием наконец-то снять эти ненавистные туфли!

Сара Тарковская

«Вылетаю» — это я, конечно, сильно преувеличила. Я иду спокойно, с трудом превозмогая раздирающую боль, но соблюдая все правила приличия. Даже не спотыкаюсь, когда чувствую ненавидящий взгляд, прожигающий мою спину где-то в области между лопаток.

Выхожу за дверь и не удержавшись, всё-таки стону в голос, но тут же прикрываю рот руками и опасливо оглядываюсь по сторонам.

— Фух, никого... — шёпотом произношу на выдохе и успокаиваюсь.

Безумно хочется разуться и босиком добежать до своей комнаты, но у Алисиньи по всему дому глаза и уши. Слуги обязательно доложат о моём неподобающем поведении и виде. В их преданности не сто́ит сомневаться, что, к сожалению, не может не огорчать... чересчур быстро они забыли, чьей дочерью я являюсь. Буквально сразу же, как только не стало родителей и титул моего отца, вместе с особняком перешли во владение его младшего брата — Власа.

***

Некоторые из слуг, даже не задумываясь, склонили голову перед новой герцогиней Тарковской. Всё это произошло уже больше десяти лет назад, но они до сих пор стараются выслужиться и попасть в милость к моей дорого́й тётушке. Другие слуги держат нейтралитет и работают ради работы, а не ради новых сплетен, интриг и за́говоров. Такая позиция достойна уважения. Я не трогаю их — они меня. Хотя я в принципе никого не трогаю. Мне проще промолчать, чем ввязываться в заведомо бессмысленный конфликт.

Из всех обитателей нашего особняка только старый садовник, что служил ещё при жизни родителей моего отца и дядюшки, относится ко мне с теплотой и любовью. Как к родной внучке, которой у него нет и никогда не было. Только с Савелием, он сам просил называть его по имени, я могу быть само́й собой.

Иногда я сбега́ю к нему в сад, где мы прячемся в отдалённой беседке, куда не доходит ни один житель нашего дома. Болтаем, пьём чай с печеньем, что я тайком приношу с собой.

С ним я открыто делюсь своими успехами и переживаниями, планами на будущее и самыми сокровенными мечтами, потому что знаю — мои секреты останутся между нами и никогда не выйдут за пределы маленькой беседки в глубине сада...

***

В комнату я обессиленно вползаю. Прикрываю дверь и поворачиваю ключ в замке, отрезая себя от внешнего мира и любопытных глаз, следящих за каждым моим шагом.

Задирая ноги непозволительно высоко, скидываю туфли, которые тут же разлетаются в разные стороны. Ни о каком приличии, нормах и правилах речи быть не может! Я наконец-то в безопасности. Могу себе позволить делать, что хочу и как хочу! И только от осознания этого на сердце становится легче. Свободнее...

***

Моя спальня — единственное место в доме, которое осталось неизменным.

После того как хозяйкой особняка стала тётушка, она тотчас закатила грандиозный ремонт. Переделала всё! Принципиально не оставляя ничего, чтобы связывало дом с его прошлыми владельцами — моими родителями.

Помню, как я горько плакала и умоляла не выбрасывать вещи. Просила оставить хоть что-то, сохранить как память... но меня никто не слушал. Наказывали, запирали в комнате, игнорировали, оставляли без ужина. Но я не отступала и всё-таки добилась своего.

Горжусь собой — маленькой восьмилетней Сарой Тарковской!

Благодаря упорству и настойчивости, в моей спальне ничего не изменилось.

Я ценю это и с заботой отношусь к каждому сохранённому уголку. Берегу каждую вещичку, каждую мелочь, купленную мамочкой.

На собственные сбережения вовремя вызываю бытовых магов, чтобы восстановили мебель или обновили ремонт, при этом тщательно соблюдая технологию оригинала.

Здесь место моей души и я намерена сохранить его в том виде, в котором оно им когда-то стало... даже сплю на детской кровати! Хорошо, что мой рост небольшой, около ста шестидесяти пяти сантиметров, и я вполне удобно на ней помещаюсь. До сих пор. Вот уже десять лет.

***

С теплотой во взгляде осматриваю убранство комнаты.

Моя спальня — самая большая и красивая в особняке. Угловая, с больши́м количеством широких окон в пол и возможностью выхода на открытый балкон, с которого открывается удивительный вид на огромный сад. Солнце освещает пространство с обеда и до позднего вечера, благодаря чему можно любоваться потрясающими закатами.

Стены окрашены в мой любимый нежно-розовый цвет, а украшением служит декоративный багет — лепной декор такого же оттенка. На полу лежит паркет из светлого дерева, как и мебель, которая отличается всего на полтона.

Одноместная кровать с балдахином, небольшая тумба с резными ножками и торшер, работающий на источнике магии. Стол с зеркалом и пуф, два удобных кресла около камина, книжный шкаф и низкий столик. Мебели по минимуму, но мне больше и не надо. Есть отдельная гардеробная и ванная комната с эркерным окном. Каждый уголок моей комнаты пропитан любовью и воспоминаниями.

Только здесь моё место, а в остальном доме я лишняя...

Сара Тарковская

Захожу в гардеробную, встаю перед огромным зеркалом во всю стену и начинаю неспешно, по пуговке расстёгивать чёрное форменное платье. Понимаю, что у меня осталось мало времени для уборки всего особняка, но не могу отказать себе в удовольствии освежиться после долгого дня. Занятия в академии, дорога домой и тяжёлый разговор с тётушкой — всё это оставило свой след на моём настроении и самочувствии.

Пока раздеваюсь, пристально смотрю на себя в зеркало и пытаюсь найти изъяны, о которых твердят женщины нашей семьи. Но в упор их не вижу!

Мне кажется, я выгляжу довольно милой. Да, я милая. Может быть, даже красивая... но это спорное утверждение. Как говорит один из Высших магистров, специализирующийся на философских науках — «красота в глазах смотрящего». Я с ним полностью согласна. Для кого-то красивая, для кого-то нет.

Длинные каштановые волосы, от природы закручивающиеся аккуратной волной. Серые глаза в обрамление густых чёрных ресниц, прямой чуть вздёрнутый нос, пухлые губы, ярко выраженные скулы и появляющиеся ямочки на щеках, когда счастливо улыбаюсь. Жаль, что я делаю это очень редко...

Стягиваю платье и остаюсь лишь в нижнем белье. Кручусь, придирчиво разглядывая своё тело.

Невысокий рост, хрупкая, но в то же время стройная фигура. Тонкая талия, плоский живот, округлые бёдра и... довольно объёмная грудь, которая на фоне моей худобы выглядит ярко и... сексуально. При взгляде на неё мои щёки заливаются стыдливым румянцем. Никто и никогда не видел меня обнажённой... даже думать об этом неловко и стыдно.

Ой!

Вынимаю заколку из волос, они тут же рассыпаются по плечам и укладываются красивыми волнами. Бельё я не снимаю, бегу в ванную подальше от зеркала и уже там избавляюсь от последней одежды.

Быстро принимаю душ, помня, что время начинает поджимать.

Чтобы ускориться, волосы и тело сушу кристаллом с магией воздуха.

Собираю незамысловатую причёску, надеваю рабочую одежду и беру необходимый инвентарь, что хранится у меня в комнате уже несколько лет. Потому что уборкой я занимаюсь каждые выходные по настоятельному велению герцогини Тарковской.

***

— Вот скажи, ко-му ты нуж-на, Сар-р-ра?! — Алисинья задаёт вопрос, но по факту ответ на него ей не требуется.

Последние слова произносит по слогам, чётко выговаривая каждую букву, чтобы смысл сказанного до меня наверняка дошёл. А он дошёл. И уже давно.

— Никому...

Совершенно не понимаю, из-за чего тётушка так взъелась? Она никогда не пылала ко мне большой любовью, с этим и не поспоришь. Больше игнорировала. Но стоило мне однажды заикнуться про планы на будущее и учёбу в академии, она в корне поменяла своё отношение. Если раньше Алисинья меня не замечала, то сейчас презирает и, кажется, даже ненавидит...

— Никакой академии! — Визжит разъярённая женщина, при этом её бледно-голубые глаза пылают гневом, — займись лучше уборкой! Будет мало, займёшься ещё и готовкой. В воспитательных целях! Глядишь, и пристроим к кому-нибудь... — эти слова уже звучат как угроза или предупреждение.

Становится страшно. Довольная произведённым эффектом, герцогиня ядовито усмехается, будто заранее знает, какая участь мне уготовлена и что все мои попытки её избежать обречены на провал.

Но несмотря на громкие и долгие возмущения тётушки, своё право на обучение в академии я отстояла. Дядюшка Влас поспособствовал. Дал разрешение. Чем он руководствовался, не знаю. Я настолько была рада исполнению своей заветной мечты, что об этом даже не задумывалась.

***

До пятнадцати лет все девочки проходят домашнее обучение — ежедневные занятия с приглашёнными учителями. Помимо основных наук, можно выбрать дополнительные. В своё время я набрала себе столько, что еле справлялась с нагрузкой... но таки справилась. Ради своей свободы...

По достижении пятнадцатилетия можно пойти учиться дальше, но это уже необязательно.

Я успешно сдала вступительные экзамены и поступила в общую академию на три года. Этот год уже последний.

Затем идёт Высшая академия магии с обучением длительностью в пять лет. В моих планах поступить туда, чтобы избавиться от опеки Власа и наконец-то вдохнуть полной грудью.

В нашей Империи только женщина с образованием может позволить себе жить самостоятельно... в ином случае за ней должен числиться мужчина: отец, опекун или муж. Отца у меня нет, а замуж я не стремлюсь.

***

Последние три года, когда я приезжаю домой на выходные или каникулы, стараюсь вести себя неприметно. Сидеть тихо, как мышка и не высовываться. Не перечу, не пререкаюсь. Выполняю всю, даже самую грязную работу, которая и близко не соответствует моему положению...

— Но кого это волнует?!

Никого. Для своей семьи — единственных близких родственников — я лишь обуза. Сирота, сваливавшаяся на голову в придачу к высокому титулу и процветающему герцогству.

Ненужная.

Не знаю, что за условие было в завещании моего отца, но оно точно было. По крайней мере, мне так кажется... и лишь благодаря ему, меня не отдали на воспитание в другую семью или сиротский приют. Ещё в детстве я слышала скандальные разговоры Алисиньи и Власа. Тётушка настаивала, что от меня следует избавиться и как можно скорее, на что герцог всегда отвечал односложно — нельзя.

Сара Тарковская

Дом вверх дном! Такого переполоха я, кажется, никогда не видела!

Что же там за гости такие, что ради них все стоят на головах? Причём не только в переносном, но и в самом прямом значении этих слов. Абсолютно все без исключения. Вон Маркуша, наша служанка, так изворачивается, подшивая шторы, что и правда будто на голове стоит...

Каждый житель особняка занят тщательной подготовкой к сегодняшнему вечеру.

Герцогиня Тарковская ходит с важным видом, подперев руки в боки, рычит, раздаёт указания и пристально следит за их исполнениями.

— Не дайте, Великие, кто-нибудь оплошает и не справится со своими обязанностями!

Слуги снуют туда-сюда: кто-то меняет полотенца и скатерти, стирает ковры и поливает цветы, кто-то занимается ремонтом обивки мебели, кто-то подкрашивает пол, стены и даже потолок. На улице разнорабочие приводят в порядок придомовую территорию, садовники ухаживают за садом, подрезая кустарники живой изгороди, а повара на кухне готовят грандиозный и, наверняка, очень вкусный ужин.

И только мои двоюродные сёстры беззаботно бегают из комнаты в комнату. О чём-то заговорщицки перешёптываются, визжат, хихикают и мечтательно вздыхают, хватаясь за грудь в области сердца.

— Интересно, что это с ними?

Девочки примеряют новые красивые наряды, выбирая то самое платье, чтобы выглядеть сногсшибательно. Уверена, что так оно и будет... для них всегда всё самое лучшее... Подбирают украшения и обувь. Делают всё то, что должны делать молодые леди уважаемой семьи.

Я даже мельком заметила приглашённых специалистов для создания макияжей и причёсок, проскользнувших в крыло, где живут Дарьяна и Камилла. Уверена, что тётушка и об этом позаботилась... всё для любимых дочерей — истинных наследниц этого дома.

Если посмотреть со стороны, то все были при деле согласно своему статусу. Все, кроме меня, естественно! В моём случае статус «не определён» — лишняя единица.

И к слугам отнести нельзя, и леди назвать язык не повернётся.

***

Уборка протекает довольно привычно. Мне, как всегда, выделили самые большие помещения в особняке — гостиную, столовую и несколько длинных коридоров. Вооружившись метёлкой для смахивания пыли, я пританцовываю и пою любимые песни.

***

Голос у меня поистине завораживающий и волшебный. Ещё с детства.

«Дар Великих» — как когда-то говорила мама. Композиции в моём исполнении пробирают до глубины души, задевая каждую её струну. Вводят в самый настоящий транс, заставляя безотрывно слушать и просить ещё, и ещё...

С этим утверждением, скрипя зубами, согласны даже члены моей семьи. Что, конечно, очень удивительно... Раньше они часто настоятельно «просили» меня спеть перед гостями на званых вечерах, что устраивались в особняке Тарковских. Будучи ребёнком, я с удовольствием это делала, отдавая всю себя! Старалась понравиться взрослым и мечтала, чтобы они меня наконец-то заметили. Сейчас понимаю, что абсолютно зря. У меня с самого начала не было ни единого шанса заслужить их любовь и внимание.

На праздниках я больше не пою. Нахожу любые, даже самые нелепые причины, дабы избежать этого. Просто потому, что не хочу. Я повзрослела и стала смотреть на жизнь под другим углом.

Но оказавшись в одиночестве, вдали от посторонних глаз, я стараюсь не упускать возможности отпустить себя и подарить чарующую музыку этому миру, а вместе с ней и по частичке своей души и сердца.

***

Время за работой пролетает незаметно. Спасибо моим золотым ручкам и капельке магии, что помогает мне справляться с пылью. Сама я орудую пипидастром — пушистой метёлкой, а тряпка по моему велению делает влажную уборку.

Остались буквально последние штрихи... взмах... и ещё один!

Фух. Готово.

Поднимаюсь с колен, заканчивая бой с пылью на нижней полке книжного шкафа.

— Я это сделала! — Беззвучно визжу и сдуваю прядку волос, игриво упавшую на моё лицо.

Критичным взглядом осматриваю результаты своей работы. Огромная гостиная с высотой потолка около шести метров, камином, несколькими диванами, креслами и столами, полками с книгами и с сотнями предметов декора — сияет!

— Си-я-ет! Вот именно!

Чисто! Не придраться.

Довольная собой, я широко улыбаюсь, представляя, как вернусь в свою комнату и упаду на кровать, погрузившись в глубокий сон... желательно до завтра! А там уже и за учёбу нужно будет браться, чтобы подготовиться к новой неделе в академии.

Но... моё настроение скатывается на ноль, улыбка меркнет, а лицо принимает бесстрастное выражение, когда дверь неожиданно распахивается и в помещение с важным видом входит тётушка.

Тело каменеет и непроизвольно вытягивается по стойке смирно. Уставшие плечи вмиг распрямляются. Похоже, я никогда не избавлюсь от болезненных детских воспоминаний. И в присутствии герцогини всегда буду ощущать эти невидимые доски за спиной.

Атмосфера в помещении накаляется. Алисинья поджимает губы и окидывает взглядом комнату, явно выискивая недостатки в проделанной работе. Ищет места, куда меня можно тыкнуть носом, чтобы был повод в очередной раз отчитать. Но не находит... и правильно. Потому что их нет.

— Сп-р-равилась, значит, Сар-р-ра?! — Рычит и одновременно шипит недовольно.

В ответ я лишь слегка улыбаюсь и непонимающе хлопаю ресницами, хотя так хочется неприлично цокнуть и закатить глаза...

— Чем я не угодила на этот раз?!

Сара Тарковская

Не дожидаясь моего ответа, тётушка принимается отдавать приказ за приказом: — Иди в комнату и п-р-риведи себя в пор-р-рядок. Сегодня ты будешь подавать чай после ужина!

Киваю.

Спорить или говорить, что я смертельно устала в текущей ситуации бесполезно. Всегда бесполезно.

— Не хочу, чтобы Мар-р-куша опять что-нибудь испор-р-тила! — Злится, вспоминая ситуацию, когда служанка окатила чаем кандидата в женихи Камиллы, что в тот день приходил свататься. Но тогда всё закончилось хорошо. Даже очень.

Благодаря казусу, созданному Маркушей, с мужчины слетел иллюзорный образ. Под ним оказался обычный мошенник, правда, весьма талантливый и владеющий редкой магией иллюзий... если бы не его слава «человека, зарабатывающего на обмане богатых семей» и прочий послужной список, то, возможно, всё было бы по-другому. Но они сыграли решающую роль в решении не заключать помолвку. Жениха с позором выставили из дома. Служанку, конечно же, не уволили, но выговор относительно качества исполнения обязанностей сделали. И как итог Алисинья ей теперь не доверяет.

— Но почему именно я? Когда в доме полно́ других слуг...

Других... слуг... Даже мысленно отношу себя к поданным. Я — никто в этом доме. Лишняя. Мне постоянно напоминают об этом и не дают забыть. Да я сама не могу...

— Гости очень важные, — женщина вновь делает акцент, — от тебя тр-р-ребуется не поднимать голову, не смотр-р-реть в их стор-р-рону, лишь пода́ть чай и ср-р-разу же удалиться. Всё ясно?!

— Ох, сколько всего и это её «р-р-р» в каждом слове...

Алисинья приподнимает одну бровь и ждёт ответа, который, впрочем, не зависит от моего искреннего желания.

— Конечно, тётушка, — вымученно улыбаюсь, а женщина вновь кривится, искажая своё лицо до неузнаваемости. Она словно страдает от невыносимой зубной боли, при появлении которой нужно срочно бежать к лекарю за помощью... но не скажу же ей это!

— Свободна, — цедит сквозь зубы.

Я по-быстрому делаю реверанс и начинаю разворачиваться, чтобы отправиться к себе, но останавливаюсь, услышав фразу, брошенную вслед:

— Ах да, Сар-р-ра, чуть не забыла! Платье надень поскр-р-ромнее...

— Как будто у меня водятся какие-то другие!

Есть только те, что остались от мамы: скромные, утончённые, для меня очень даже красивые, но для остальных старые и давным-давно вышедшие из моды.

— ... и волосы собер-р-ри в хвост, чтобы не болтались в р-разные стороны. Отр-р-растила лохмотья, — тихо бубнит последние слова. — Всё, Сар-р-ра, иди уже! Голова от тебя р-разболелась.

Она машет рукой в сторону двери и показательно принимается массировать виски́, а я возвращаюсь в комнату с пониманием, что вечер только начинается.

***

До ужина остаётся ещё несколько часов. Прикидываю в голове план, чем скоротать долгое ожидание: освежиться, собраться, почитать.

Сначала иду в ванную и неспешно принимаю душ, наслаждаясь каждой минутой, проведённой в одиночестве. Мне нравится быть наедине с собой, так я чувствую себя в безопасности.

Затем приступаю к сборам.

Причёску решаю сделать с распущенными волосами, убрав назад только передние прядки, сцепленные заколкой. Наперекор велению герцогини. Возраст просится бунтовать... а я ведусь, чувствуя внутреннее удовлетворение от маленькой шалости. Надеюсь, эта самодеятельность мне не аукнется и останется незамеченной.

В гардеробной открываю шкаф с вещами мамы и выбираю простое домашнее платье кремового цвета с длинными рукавами, высоким вырезом и отсутствием каких-либо дополнительных украшений. Красивое, но достаточно невзрачное. Всё по запросу моей дорого́й тётушки.

Дополняю образ невзрачными серьгами и довольная собой устраиваюсь в кресле около камина, чтобы почитать конспекты и подготовиться к новой учебной неделе. Зря терять драгоценное время я не привыкла.

***

За изучением материала я потерялась.

Так происходит всегда, когда с головой окунаюсь в учёбу. Мне нравится учиться. Нравится погружаться в труды Высших магистров и магистров академий. Знакомиться с миром через ви́дение других людей. Более мудрых, с огромным багажом знаний и жизненного опыта. Поэтому я абсолютно не понимаю тех, кто стремится поскорее выскочить замуж и сидеть дома, занимаясь лишь подготовкой к балам, походами по салонам и прочей ненужной ерундой...

***

Вздрагиваю, испугавшись, когда мне на кристалл связи внезапно приходит очередной приказ от Алисиньи:

«Бегом на кухню, Сара!»

— И ведь нашла время, чтобы отправить весточку!

Я не удержалась и неприлично хихикнула, когда на секунду представила лицо тётушки и это её «Сар-р-ра», наверняка произнесённое про себя с нервным рычанием.

Удивлена, что пролетело уже несколько часов. Эх, ещё бы чуть-чуть отдохнуть, чтобы унять тянущую боль во всём теле. Очень надеюсь, что это последнее задание на сегодня... и мне удастся наконец-то побыть в тишине и спокойствии.

Откладываю учебник, перевернув раскрытой страницей на стол, чтобы не потерять место, на котором остановилась.

Последний раз гляжу на себя в зеркало, тянусь, разминая затёкшую спину, и разглаживаю несуществующие складки на платье. Ободряюще улыбаюсь своему отражению и спешу на кухню.

***

— Всем добрый вечер! — Весело приветствую и дарю искреннюю улыбку присутствующим поварам.

Ответом мне служит нестройный хор голосов: — добрый вечер, Сара.

Ни леди, ни госпожа — просто Сара. Ну да ладно. Зацикливаться на этом точно не сто́ит.

Вооружившись подносом с чайником и чайными парами, отправляюсь в гостиную к гостям.

Я до сих пор не знаю, кто же эти загадочные важные личности, неожиданно посетившие герцогство Тарковских. Ради кого весь особняк уже несколько часов сходит с ума...

Сара Тарковская

Поворачивая в коридор, ведущий в гостиную, я начинаю догадываться, кто они. Никаких сомнений быть не может. Стоило приблизиться, я сразу же почувствовала сильную энергетику, уже пропитавшую всё помещение и постепенно захватывающую остальное пространство особняка. Её ни с чем невозможно спутать... Это они.

Драконы.

Только крылатые создания способны влиять на всё живое и неживое. Подавлять. Управлять. Подчинять. Только от них распространяется сильнейшая аура, заставляющая каждый волосок на теле, вставать дыбом...

— Но что они забыли в людских землях? Тем более, в нашем герцогстве?!

Семья Тарковских никогда не пересекалась с ними и не вела общих дел! Драконы в принципе стараются не водить с людьми никаких договорённостей. Живут довольно обособленно. А здесь смотрите-ка, заявились! Да ещё и без приглашения, если судить по спешке, с которой мы готовились к их приёму.

— Интересно, а... хотя нет! Какая разница? Мне нужно пода́ть чай и сразу же удалиться. На этом всё! — Даю себе мысленные наставления и напоминаю, для чего я здесь.

Сбрасываю оцепенение и воздействие драконьей ауры. Быстро ставлю слабенькую защиту, которую при желании может сломать любой талантливый маг, а дракон и подавно, но для меня сейчас главное — это само чувство защищённости, а остальное неважно.

Глубокий вдох и долгий выдох.

Успокаиваюсь и вхожу в помещение.

Помню, что мне нужно опустить голову и не смотреть на гостей. Вроде бы помню... но ничего не могу поделать со своим чрезмерным любопытством. Так хочется хотя бы одним глазком взглянуть на великих драконов.

Убедиться, правда ли то, что о них говорят?!

Вживую крылатых созданий в человеческой ипостаси я видела только издалека и, соответственно, ничего не поняла. А, ну ещё в книгах рассматривала движущиеся картинки, но и это всё не то! Там их описывали совершенными созданиями без каких-либо изъянов. Теми, в кого невозможно не влюбиться с первого взгляда... идеальными...

— Великие! — Чуть не закричала вслух, когда наткнулась на мужчину, вальяжно развалившегося в кресле.

Плевать он хотел на этикет или правила приличия, которые вдалбливают в меня последние десять лет. Выглядит как хозяин жизни, не иначе: властный, сильный, уверенный в себе... дракон!

В этот момент я осознала точно — книги врут или, по крайней мере, недоговаривают. Они не передают и толики той красоты, что я вижу перед собой.

Я поражена своим мыслям, но так оно и есть.

Дракон поистине красив. Таких красивых мужчин я никогда не встречала. Ни один не сравнится с ним! Ни в чём... я почему-то в этом уверена. Меня тянет к нему магнитом, и я ничего не могу с собой поделать. Мне бы оторвать взгляд, опустить голову и выполнить то, за чем пришла сюда, но эти простые действия будто за гранью моих возможностей... Я продолжаю стоять, замерев в дверях, и бесстыдно рассматриваю блондина.

Он высокий, наверное, метр восемьдесят пять или даже больше. Это видно по тому, что наше кресло ему маловато. Спортивного телосложения: мощный торс, широкие плечи, крепкие руки с длинными пальцами, длинные ноги, наверняка узкие бёдра — если он идеален, то идеален во всём.

Светлые волосы, аккуратно уложенные волосок к волоску. Волевой подбородок, ровный нос, ярко выраженные скулы, объёмные губы, даже несмотря на то, что они недовольно поджаты. Тёмные как ночь глаза, тут же захватившие меня в свой плен и подчинившие своей власти. Они смотрят скучающе, но в то же время цепко, сканируя каждый жест его собеседника.

Складывается впечатление, что мужчина чем-то сильно недоволен.

— Почему?

Додумать и развить мысль я не успеваю. В мои совершенно неприличные разглядывания врывается голос дядюшки: — Леди Алисинья, оставьте нас с Его Высочеством наедине, — с нажимом произносит. Даёт понять, что просьбу следует выполнить незамедлительно без пререканий.

Я спохватываюсь, опускаю голову и медленно прохожу вглубь помещения. Кажется, никто не заметил моей секундной заминки на входе. Можно выдохнуть. Лишнее внимание мне ни к чему. Без этого проблем достаточно.

Тётушка с дочерьми не спорят, молча встают и направляются к выходу... и стоит только женщинам переступить порог и прикрыть за собой двери, атмосфера в гостиной резко меняется. Накаляется. Сгущается чёрными тучами. Надвигается буря.

Похоже, герцогу Тарковскому предстоит серьёзный разговор с очень важными гостями.

Спешно расставляю чайные пары на три персоны. Оказывается, здесь был ещё один мужчина-дракон, чуть старше блондина, которого изначально не заметила. Надеюсь, он не видел, как я пялилась на... Его Высочество! Дракон — принц. Уму непостижимо!

Абстрагируюсь и стараюсь аккуратно разлить чай по чашкам. Руки трясутся так, что слышен звон фарфоровой посуды... колени подгибаются под нетерпеливыми взглядами присутствующих мужчин.

— Сейчас я, сейчас! Оттого что вы смотрите на меня своими недовольными глазищами, ускориться не получится! А вот разлить напиток на стол — очень даже!

Заканчиваю, так и не поднимая головы, делаю глубокий реверанс и сразу же удаляюсь, как того хотела тётушка. Всё прошло без казусов, с волнением я справилась.

Но, кажется, не до конца. Сердце колотится, отбивая какой-то сумасшедший ритм... будто вот-вот выпрыгнет из груди. Дыхание сбивается от густого и тяжёлого воздуха... Ноги наливаются металлом. Каждой клеточкой тела я ощущаю присутствие могущественных драконов.

Моя защита вскрыта.

Идти спокойно я уже не в состоянии. Когда остаётся буквально несколько шагов до выхода, я чувствую пристальный взгляд, прожигающий мою спину... ускоряюсь, мечтая, как можно скорее покинуть это место и сбежать в свою комнату — единственный островок безопасности в особняке Тарковских.

Сара Тарковская

Выхожу за дверь, прикрываю её и сразу же приваливаюсь спиной к стене.

Не могу в одно мгновение выровнять учащённое дыхание и унять колотящееся сердце после первой встречи с великими драконами. Пульс зашкаливает, ноги не держат, подкашиваясь и вынуждая меня остановиться, чтобы собраться с силами.

Стою, откинув назад голову, и прикрываю веки. Чувствую, как хаотично движутся глаза и нервно подрагивают ресницы, выдавая моё волнение. Стараюсь дышать медленно и глубоко, вдыхая через нос и выдыхая через приоткрытый рот. Делаю всё то, чему нас учили на занятиях в общей академии, но взять себя в руки так и не получается.

Несколько секунд кажутся вечностью. Тишина в огромном, пустом коридоре отбивает тревожный ритм в пульсирующих висках...

Прикасаюсь руками к голове, чтобы избавиться от этого ощущения, ведь всё уже позади... но резко вздрагиваю, когда как гром среди ясного неба раздаётся раздражённый голос, явно принадлежащий молодому дракону.

И почему я так в этом уверена? Не знаю...

— Вы сможете помочь, герцог Тарковский?!

Распахиваю глаза, поворачиваю голову и вижу, что каким-то невероятным образом дверь осталась слегка приоткрытой. Я так мечтала поскорее сбежать из общества напряжённых мужчин, что не захлопнула до конца и теперь отчётливо слышу всё, что происходит в гостиной. И это явно не предназначено для моих, совершенно посторонних, ушей.

— Надо уйти, сбежать, спрятаться! — Одновременно кричат внутренний голос и инстинкт самосохранения, но я будто к полу приросла... Не могу сдвинуться с места. Пытаюсь призвать магию, чтобы с её помощью хотя бы закрыть дверь, но она не откликается, трусливо прячась где-то глубоко внутри.

— Ваше Высочество, я действительно не понимаю, о какой помощи Вы говорите, — подобострастно произносит Влас.

Лжёт. Даже я это понимаю. Слишком слащаво и наигранно прозвучали его слова.

— Не лгите, герцог! Забыли, что мы чувствуем ложь?! — Доносится неприятный, отталкивающий голос второго дракона, что постарше.

Этот мужчина преувеличивает. В какой-то из прочитанных мной книг встречалось, что только некоторые из драконов владеют способностью распознавать ложь. Не все! Возможно, среди этих двоих представителей крылатых и нет такого.

— Ну что Вы, Ваша Светлость, зачем мне это? И потерей памяти я не страдаю, — однако, дядюшка уверен в себе.

Удивлена.

Обычно Влас Тарковский тихий и спокойный. Сам по себе и себе на уме. Я бы даже сказала нелюдимый. Всё свободное время он проводит в кабинете или в разъездах, избегает скандалов и ссор. А сейчас его слова совершенно не вяжутся с тем образом, что я себе нарисовала... И это очень неожиданно. Сбивает с толку. Я всегда считала его таким... хорошим и правильным, а все свои беды списывала исключительно на Алисинью и её отношение ко мне...

Неужели ошибалась?!

— Что Вы хотите, Влас?! — Как сталь чеканит каждое слово первый мужчина.

Похоже, у драконопринца, заканчивается терпение. И кажется, я только что услышала недовольное рычание его зверя, от которого веяло предупреждением и даже угрозой.

Страшно. Ой, как страшно!

Прикрываю рот руками, чтобы не закричать и не выдать себя! Дышу тихо, буквально через раз. Вдруг они услышат моё дыхание? Говорят, у драконов отличный слух. И зрение, и нюх...

По-моему, настал тот самый момент, когда нужно собрать все силы и бежать, не оглядываясь, сверкая пятками, пока меня не обнаружили. Если уже не сделали этого... я вроде бы понимаю всю опасность ситуации, но всё равно остаюсь на месте и продолжаю вслушиваться в разговор как заворожённая. Или скорее сумасшедшая!

Да что же такое! Что со мной не так?

— Что я хочу?! — Дядюшка делает паузу, будто раздумывает. А на деле просто нагнетает обстановку и проверяет на прочность нервы «очень важных» гостей. Зря это он, конечно. Гости-то и правда серьёзные — драконы, на минуточку!

Опять рычание. Протяжное. Волнительное. Оно вибрирует в моей груди и вызывает приятные мурашки по всему телу, ласкающие мою разгорячённую от стыда и страха кожу...

— Мамочка! Что я несу?!

— Чтобы Вы, Ваше Высочество, взяли в жёны леди Тарковскую, — заканчивает с насмешкой.

— Что-о-о?! — Я еле сдерживаюсь, чтобы не засмеяться и не повторить вслух вопрос драконопринца. Причём и то и другое хочется сделать одновременно! Представляю, как округлись глаза Его Высочества от услышанного, примерно как и мои.

Абсурд! Принц драконов и человек. Да он никогда не согласится!

Но всё же интересно, кого из дочерей решил пристроить дядюшка: Камиллу или Дарьяну?

Скорее всего, Камиллу. Скрещиваю руки под грудью и деловито размышляю. Как будто мне больше нечем заняться!

— Бежа-а-ать, — продолжает скандировать внутренний голос, но я его показательно игнорирую.

Безумие какое-то!

Во-первых, Камилла старше — ей уже исполнилось девятнадцать. По возрасту девушка подходит идеально. В брак согласно закону нашей Империи Меланей рекомендуется вступать с девятнадцати лет. Можно и раньше — с восемнадцати — по достижении совершеннолетия, но большинство родителей стараются придержать свою кровинку рядом с семьёй как можно дольше.

Во-вторых, она ещё с детства мечтала выйти замуж за дракона. Камилла была в бешенстве, когда отец позволил обычному человеку, пусть и магу, ухаживать за ней.

И в-третьих, сестра «пережила» несостоявшуюся помолвку с тем самым мошенником. Наверняка Влас захочет извиниться и порадовать свою дочь исполнением мечты и выгодным союзом.

Хотя здесь, как посмотреть... Лично для меня брак без любви — это не брак. Фикция. Но обо мне речи не ведётся. В этом доме Сару Тарковскую за леди не считают...

Сара Тарковская

Драконы редко связывают свою жизнь с человеческими женщинами. Лишь в исключительных случаях, когда те окажутся истинными и будут приняты их второй ипостасью — зверем. Но там, говорят, всё завязано на каких-то сложных проверках, правда, доподлинно неизвестно на каких именно. И существуют ли они вообще! Драконья тайна, покрытая мраком.

Из-за сложностей крылатые решили наплевать на истинность и стали жениться на себе подобных без парной привязки. Я бы назвала это — брак по расчёту — как поголовно принято у аристократов в Меланее.

Дети у таких пар — дракон плюс драконица случаются редко, а мальчики-наследники и вовсе почти не рождаются. Хотя драконы и не стремятся заводить детей, в отличие от тех же людей, чья жизнь коротка.

Продолжительность жизни крылатых около полутора тысяч лет. Притом что обычные люди живут всего около восьмидесяти, а маги около ста пятидесяти лет. Так что, почти за полтора тысячелетия ребёнка завести вполне реально. Пусть и не мальчика.

Из-за большой демографической разницы драконы стали заводить несколько жён. И ввели такое понятие как многожёнство. Правда, неофициально.

В Империи Дракнес нормально, когда есть и жена, и любовница, а то и не одна. В некоторых семьях они даже живут в одном доме.

Для меня это дикость, граничащая с безумием. Своим наплевательским отношением драконы обесценивают любовь — самое светлое и сильное чувство, что может подарить один человек другому.

***

Чрезмерная тяга к знаниям меня когда-нибудь погубит. Я наивно полагала, что научилась усмирять свои желания и прятаться за маской абсолютной покорности, но, видимо, ошибалась.

Когда я попала на воспитание к семье дядюшки Власа, то стала стараться жить тихо, не высовываясь и не привлекая к себе лишнего внимания. Беспрекословно выполняла все поручения и терпела презрительное и издевательское отношение, молча проглатывая оскорбления. Каждый день на протяжении долгих лет... кроме сегодня! Сегодня мне тётушка ясно дала понять, что надо сразу же удалиться, но я будто проросла на месте и не могу сдвинуться ни на шаг, чтобы спастись из плена, в который попала по собственной глупости.

Любопытство внезапно, совсем не вовремя взяло верх над моим здравым рассудком... Потому что я так и продолжаю стоять, привалившись спиной к стене, несмотря на вой внутреннего голоса с требованием спасаться! Я терпеливо жду, что же ответит блондин... словно за его словами скрывается что-то важное для меня, нужное — то, после чего моя жизнь полностью изменится.

Странное чувство, которому я не могу дать объяснение. Волнительное.

Мужчина медлит... Уже несколько минут в гостиной стоит оглушительная тишина. По всей видимости, он основательно обдумывает предложение дядюшки. Так ли ему нужна эта помощь, ради которой он посетил наш особняк?

А вообще, о какой помощи идёт речь?!

Не припомню ничего особенного, чтобы было во владении Тарковских и могло заинтересовать драконов. Аж самого́ принца! Мне известно обо всех семейных реликвиях, что передавались из поколения в поколение, о землях и денежных средствах.

Родители ещё с детства рассказывали и показывали мне наши сокровища — это раз. Насчёт состояния я стараюсь мельком узнавать то там, то сям — два. Земли у нас хоть и большие, и плодородные, но самые обычные без каких-либо магических источников и залежей драгоценных камней — это три. Властью и особым влиянием на императора Меланеи Влас не обладает — и это четыре...

Не сходится!

Может, дядюшка приобрёл что-то тайно уже после того, как стал герцогом Тарковским? Или владеет секретными данными, которые так нужны принцу?!

Эх!

Одни вопросы. Информации чрезвычайно мало. Совершенно недостаточно, чтобы продолжать строить гипотезы и решать, стоит ли Его Высочеству принимать предложение на заключение брака. Можно только гадать, но это бессмысленно.

Всё-таки где-то в глубине души я надеюсь, что принц поступит разумно и откажется от столь сомнительной сделки. Не хотелось бы окончательно разочароваться в таком мужчине... потому что нет ничего дороже своей жизни и любви. А согласившись на этот брак, он предаст и себя, и свою любовь.

Вдруг ему удастся встретить единственную или, быть может, он её уже встретил по счастливой случайности?! А тут навязанная, фиктивная жена, с которой разорвать магический брак будет очень проблематично, практически невозможно... по крайней мере, без серьёзного ущерба точно не получится.

— Я согласен, герцог Тарковский, — после долгого перерыва выдаёт принц.

Когда я его слышу жёсткий, холодный ответ, от которого веет силой, превосходством и даже угрозой, всё моё восхищение драконом осыпается пеплом...

Он согласился.

— Я так понимаю, герцог, Вы устроили этот показательный ужин вместо приватной беседы, чтобы познакомить меня с невестой? — У меня мороз пробежал по коже от его вкрадчивого голоса. Лучше бы он возмущался и кричал, показывал свои истинные эмоции, но не был таким чёрствым и безразличным...

— Конечно же, нет, Ваше Высочество. Это была лишь дань уважения Вашему статусу. — Влас уже открыто насмехается, а я не могу понять, почему принц драконов терпит такое неуважительное отношение от обычного человека?

— С огнём играешь, дядюшка! — Даже не так, — с огнедышащим драконом!

— Довольно лицемерия, Влас, — строго прерывает мужчина, что постарше, — Камилла или Дарьяна?

— Сара. Сара Тарковская. — Он делает театральную паузу, и моё сердце на миг замирает от услышанного, а после пускается галопом... — Она подавала нам чай.

Сара Тарковская

Не знаю, как у меня хватает сил не закричать в этот момент, не ворваться в комнату и не высказать всё, что я думаю об этих мужчинах — вершителях судеб!

— Откажись, откажись, откажись! — Закрываю глаза, складываю ладони в молитвенном жесте и беспрерывно повторяю про себя заветные слова...

Хотя ясно, что Его Высочество уже согласился. Ему неважно, кто из леди семьи Тарковских станет его суженной. У дракона есть какая-то цель, а навязанная жена лишь средство для её достижения. Прицеп, который он будет вынужден тащить с собой.

— Но почему я? Почему именно я? — Тихо начинаю всхлипывать от несправедливости.

— За что вы так со мной, Великие?!

— Почему в нашем мире всем правят мужчины? Почему я просто не могу быть свободной и счастливой?!

Не понимаю. Ничего не понимаю.

Меня трясёт от холода, сковавшего сердце и душу. Руки не слушаются, когда я пытаюсь обхватить себя, чтобы хотя бы немного согреться. Горло перехватывает болезненным спазмом, перед глазами расстилается пелена из горьких слёз, которые я уже не могу, да и не хочу сдерживать!

Вся окружающая обстановка смазывается, размывается... Как и моя жизнь... мои планы на учёбу... и долгожданную свободу...

Нет! Нет! Нет!

— Откажись! — Кричу мысленно в надежде, что он услышит отчаянную мольбу и изменит своё решение. Выключит холодный расчёт и прислушается к своему сердцу. Одумается, в конце концов! Но...

— Я согласен, — рычит дракон, а я срываюсь с места и не оглядываясь бегу в свою комнату с одним-единственным желанием: спрятаться, закрыться, защититься.

***

Как удалось преодолеть расстояние от гостиной до спальни, не помню. Я просто бежала, наплевав на всё! Видел ли кто-то меня или нет — не имело значения. Мне было всё равно.

Что может быть хуже того, что уже есть? Ничего. Моя жизнь кончилась, так и не успев толком начаться...

Дверь я закрыла на все замки и даже навешала самую сильную защиту от взлома, которой научили в академии.

Родственники не владеют магией, слуги тоже. Поэтому, чтобы войти ко мне, им потребуется вызвать из Астерии специалиста, а они не станут этого делать. В противном случае по всей столице расползутся сплетни, портящие статус и авторитет семьи Тарковских. Тётушка этого не допустит. Я её очень хорошо знаю. Предсказуемая... пусть и не во всём, как оказалось.

***

Несколько часов я сидела неподвижно и безотрывно смотрела на запертую дверь, ожидая, что вот-вот кто-нибудь начнёт ломиться... но удивительно, родственники не спешили меня тревожить. За дверью стояла мёртвая тишина, которая ещё больше нагнетала и без того зловещую атмосферу, воцарившуюся в комнате.

Всю ночь я не сомкнула глаз и тихонько выла в подушку, заливаясь слезами и оплакивая свою незавидную участь быть ненужной женой.

Уснула только под утро, когда силы окончательно покинули моё вымотанное тело... закрыла глаза и погрузилась в непроглядную тьму, что с радостью приняла меня в свои удушающие объятия.

***

Все выходные я провела в одиночестве: читала книги и готовилась к занятиям. Сидела в запертой комнате, лишь изредка выбираясь на кухню для лёгкого перекуса, потому что есть особо не хотелось. Кусок в горло не лез.

В принципе, это моё обычное состояние, когда нахожусь на выходных или каникулах в особняке. С семьёй последние несколько лет я и вовсе не садилась за один стол. И не потому, что сама этого не хотела. Меня просто-напросто не приглашали. Будь то завтрак, обед или ужин. Лишняя, но я уже привыкла.

Савелия навещать не стала, несмотря на то, что обычно всегда старалась выкроить для него свободную минутку. Но сейчас не самое удачное время для прогулок по саду и задушевных разговоров. Хотя я бы не отказалась от дружеской беседы: поделиться своими страхами и опасениями, а в ответ услышать слова поддержки и совет человека, повидавшего жизнь.

Чего-чего, а поддержки мне действительно не хватало. Мне казалось, что я осталась одна против всего мира. Огромного и враждебного. Будто опять стала маленькой восьмилетней Сарой, которая вынуждена со всем справляться в одиночку...

— Но раз она один раз уже справилась, значит, справится и второй?!

Искренне хотелось верить, что да.

Главное сейчас по максимуму оттягивать момент неизбежного. Дать себе время смириться! А для этого необходимо не попадаться на глаза герцогу Тарковскому, чтобы не услышать ненавистные слова: «Сара, ты выходишь замуж!»...

***

Два дня прошли как в тумане. Все мысли так и крутились вокруг блондина. Дракона. Моего жениха.

— А жениха ли?

Ответа я не знала.

К концу второго дня настроение стремительно полетело вверх, благодаря разгорающемуся огоньку надежды.

Мне до сих пор никто и ничего не сказал! Не было даже намёка на мой изменившийся статус.

Возможно, тем вечером разговор трёх мужчин перетёк в совсем другое русло и они успели всё переиграть после того, как я убежала... иначе... иначе бы весь дом гудел о подготовке к торжеству!

— А это зна-а-чит, принц от меня отказался?!

Сара Тарковская

Мысль о том, что драконопринц всё-таки отказался от навязанного брака, отогревала моё сердце... растапливала толстую корку льда, которой оно покрылось в тот самый момент.

***

Последний день выходных подошёл к концу, и наконец-то настала пора отправляться в академию.

— Ура! — Ликовала, порхая по комнате и собирая вещи.

Сбежать хотелось неимоверно!

К назначенному времени спускаюсь к выходу. Несусь со счастливой улыбкой в предвкушении спокойной поездки и новой учебной недели вдали от этого сумасшедшего дома.

При встрече кучер кивает в знак приветствия и распахивает передо мной дверь кареты. В ответ я тихонечко шепчу слова благодарности и забираюсь внутрь, уже представляя, как скину с себя туфли «тренд сезона», в которых приходится передвигаться перед всевидящей Алисиньей и её слугами.

Но сто́ит мне только переступить порог кареты, весь позитивный настрой резко пропадает. Обрывается и камнем летит вниз — прямиком в бездонную про́пасть.

Здесь герцог Тарковский.

— Зачем? Что ему нужно?!

Раньше он никогда не ездил в столицу в столь поздний час. Неужели...

Нет! Даже не хочу думать об этом!

Вот бы сейчас закрыть уши руками, зажмуриться и запеть какую-нибудь успокаивающую песню! Не хочу ничего слышать.

— Добрый вечер, дядюшка! — Приветствую как ни в чём не бывало и мило улыбаюсь, собирая все силы в кулак.

Устраиваюсь напротив Власа, разглаживаю платье и сразу же перевожу встревоженный взгляд в окно. Не могу на него смотреть! Ни думать, ни видеть, ни слышать... Ничего не могу! Внутри бушует ураган, но с виду я остаюсь спокойной. Само́й собой. Настолько, насколько это возможно в текущей ситуации. Лишь слегка горят щёки и подрагивают пальцы, выдавая моё волнение. Но на этом всё. Надеюсь, герцог не поймёт, в чём кроется причина моего нервного состояния. Ведь не настолько же он проницательный... или нет?

— Добрый, добрый, — задумчиво протягивает и впивается взглядом. Я чувствую, как он прожигает меня глазами. Ощущаю каждой клеточкой тела. Не к добру...

Мы отправляемся. Ехать до города всего около часа.

— Время пролетит быстро. — Мысленно успокаиваюсь.

С первых же минут пути воцаряется напряжённая атмосфера. И без того маленькая карета кажется настоящей клеткой, где я заперта со зверем, жаждущим крови. Никогда бы не подумала, что буду сравнивать родного дядюшку, воспитавшего и вырастившего меня, с каким-то монстром. Но именно так я сейчас его ощущаю. Словно в этой клетке я есть добыча, а он — голодный хищник, который выжидает нужного момента, чтобы напасть и уничтожить.

Не выдерживаю!

— Вы по делам в Астерию? — И кто меня за язык тянул?

Это неприлично. Представляю, как скривилась бы тётушка... а от подобного обращения вдвойне!

— Да, Сара, — незамедлительно отвечает и усмехается.

На миг мне показалось, будто он в курсе, что я присутствовала при том разговоре. Будто он всё знает, но намеренно молчит. Видит, что я извожу себя, но продолжает издеваться и проверять меня на прочность.

— Я ни слова больше скажу! — Решительно заявляю сама себе. — Не выдам себя открыто.

Даже если он каким-то образом начал обо всём догадываться, подтверждения от меня не получит. Я до последнего буду притворяться! Надену маску покорности и стану правильной девочкой — той, которую они хотят во мне видеть, той, какой они меня воспитали.

Воодушевившись, на его слова я лишь смиренно киваю и улыбаюсь уголком губ, затем достаю учебник, что прихватила с собой и принимаюсь за чтение, полностью игнорируя сидящего напротив мужчину.

По-моему, со стороны послышался скрежет зубов... такой противный и протяжный, словно он с силой сжал челюсти несколько раз. Неожиданно. Никогда не замечала во Власе злобы или ненависти по отношению ко мне. Он всегда держал нейтралитет в общении, но именно сегодня открывается с совершенно другой стороны. И она мне не нравится.

Час я сидела как на иголках, хотя делала вид, что всё нормально. Мысленно готовилась к удару и к правде, которую совершенно не желала слышать, но её не последовало...

Меня довезли до академии, кучер помог выгрузить вещи и, облегчённо выдохнув, я отправилась в общежитие.

Впереди пять дней тишины и спокойствия...

***

Но надежды не оправдались. В первые же дни по академии поползли слухи, что старший сын Императора драконов скоро женится.

Когда я узнала об этом от одногруппниц, то застыла как вкопанная. Резко остановилась посреди коридора и обессиленно опустила руки, повалив на пол все книги и бумаги, что держала в этот момент. На меня будто ушат холодной воды вылили. Хорошо, что сама не рухнула, с трудом удержавшись на ногах...

Девочки не понимали реакции и переглядывались, мол, «что это с ней?», а я не знала, что ответить. Приходилось на ходу придумывать всякую несуразицу: голова закружилась, живот заболел и прочее. Несла всё подряд, лишь бы они не догадались, что я могу быть связанной с Эдгаром Дракнесским!

— И почему я его сразу не узнала?!

Да потому что оба наследника Дракнес похожи друг на друга как две капли воды. К тому же, книги и портреты в магическом вестнике, как оказалось, абсолютно не передают реалистичности картинки. А включить логику, до меня как-то не дошло. Не до неё было. Но теперь это всё неважно...

— Важно, что он женится. И не на мне!

В жёны ему пророчат дочь первого советника Императора — драконицу Лавинию Романовскую. Говорят, пара уже встречается несколько лет и теперь готова к переходу на новый уровень в отношениях.

Стоило мне услышать имя предполагаемой невесты, я шумно выдохнула и расслабилась. Всего на долю секунду мне стало обидно, что я оказалась какой-то недостойной, но быстро опомнилась и отогнала прочь от себя эти бредовые мысли.

Я свободна и больше мне ничего не угрожает!

Жизнь продолжается.