Лисса. Наперегонки с тенью

Полигон. Полигон внушал, хотя именно таким я себе и представляла место, в котором предстоит проходить какие-то испытания, тем более не банальный тимбилдинг, а вселенскую игру на выживание. Ровная пустая площадь, на многие километры простирающаяся в разные стороны. Низкое небо, без единого облачка. Вообще, никого движения, ни в воздухе, ни на земле, ни порывов ветра, ни запахов, ни звуков. Только гул шагов по бетону и дымка вдалеке. В голову так и лезли образы, навязанные небезызвестными лангольерами, так и тянуло лишний раз прислушаться, улавливая далёкий стрекот тысяч зубов.

Брр, мерзость-то, какая в голову лезет. Нельзя про такое думать, девочка я впечатлительная, ещё и на фоне острой нехватки сна нервная, а от этого непредсказуемая, так что в топку. Лучше переключиться на что-то реальное, фантастики у нас и своей хватает, даже с избытком.

Огромный бетонный плац, конец которого прятался за туманной стеной. Что там за этой стеной? Вот смешно будет, если, как в старых мифах, это край мира. Хотя доля правды в этом может быть. Отдельная локация, данж, да мало ли ещё вариантов можно накидать. Оказались же мы тут в мгновение ока, стоило только подтвердить перенос, значит, существуют телепорты, а там уже и рукой подать до изменения пространства или реальности. Мозг уже согласен на всё и послушно воспринимает информацию, даже не стараясь искать логические дыры или несостыковки. Сказано телепорт, значит, будет телепорт.

— Знаешь, или меня глючит с недосыпа, или вон там казармы, — указал в противоположную от тумана сторону Рэй.

— Кто ж тебе мешал спать-то, я вот почти бодра, — поддела парня. Ну а чего он, сам виноват, нефиг было придумывать такой нетрадиционный способ моего успокоения.

Или, наоборот, традиционный, а хрен его разберёт. Главное, что я действительно успокоилась и даже почти выспалась, и вот даже не стыдно, сам спровоцировал, вот сам теперь пусть и мучается с неудовлетворённостью. А всё почему? А ответ прост: не хуй было меня тащить спать в многоэтажку, мне там страшно. Я ведь предупреждала, но нет, нам же лень стало возвращаться через весь город в бункер, и даже более или менее подходящее под мои скромные запросы помещение тоже лень стало искать. Вот и потащил меня отсыпаться в соседнюю высотку, а там, между прочим, девятнадцать этажей, и из них только выше седьмого были относительно нетронутыми.

Чистую квартиру без посторонних запахов и жильцов мы нашли только на одиннадцатом этаже, и это о-го-го, сколько метров бетона и всякой рухляди сверху, и вот там меня накрыло панической атакой, да так, что я чуть скоростным лифтом не спустилась. Рэй меня поймал, насильно запихнул в свой же спальник, отдельно замечу, что он в этом спальнике тоже присутствовал. Ну а спальник это вам не траходром в десяток квадратов полезной площади — это мешок, тесный и узкий. Изначально Рэй меня удерживал, ну а потом, и хватка стала мягче, да и я вырываться перестала. И руки предательницы такие, так и мешали комфортно разместиться, так что пришлось их пристраивать на соседствующее тело. В общем, я от души так натрогалась и уснула, пригревшись, а Рэю остался стояк, который я умудрилась сама и наёрзать, устраиваясь, и крайне неудобная поза. Поэтому, когда через пару часов я проснулась, то обнаружила, что парень сопит мне в затылок, а спать не думает вовсе.

Проверять на деле, о чём там себе надумал Рэй, мы не стали, как-то не то место и время, да и вымерзший дом не располагал, а в спальнике место только на поёрзать и оставалось, короче отложили мы знакомство организмами на более подходящий случай. Отложить-то отложили, но недосказанность между нами повисла, и каждый теперь заполнял неловкие паузы как мог. Херня, в общем, получилась.

— Вот доиздеваешься, я в следующий раз ловить тебя не буду, — засунув руки в карманы и надувшись, как мышь на крупу, Рэй потопал в сторону строений, виднеющихся вдалеке, а отойдя на пару метров от меня, буркнул себе под нос: — Будешь экспресс-методом крылья отращивать.

— А прикинь, если вырастут, — хохотнула я, старательно разряжая обстановку. — Буду летать вся такая воздушная, вся такая недосягаемая.

— Угу, будешь воздушным десантом подрабатывать и ядовитой пыльцой сверху зомби посыпать.

Ой, посмотрите на него, недовольный то какой. Прямо Ворчун на стероидах.

— Не будь букой, — догнала я Рэя. — Хочешь, в следующий раз ты меня потрогаешь?

— И как это в корне поменяет ситуацию? — парень аж остановился, но улыбнулся, уже хорошо.

— Зато будешь знать, что тебя ожидает после испытания, — пожала плечами в ответ.

— Ты же понимаешь, что я не забуду? — дёрнув меня за руку и буквально вынуждая сделать шаг назад, серьёзно спросил Рэй.

И как мы опять скатились от балагурства к угрозам? Пусть и несколько пикантного содержания, но ведь явная угроза. Ой, да плевать, я же сама не против, чего из себя девочку — целочку строить?

— А тебе напомню, если забудешь, — не менее серьёзным тоном ответила я и, задрав нос повыше, продолжила путь.

Пикировки — это, конечно, прекрасно, но суть-то не меняется, главное это грёбаное испытание вообще пройти, а там уже и претворением угроз в жизнь можно будет заняться, ну или не заняться, как пойдёт.

До строений было километра два топать, не меньше, и всё это в тягостной атмосфере надвигающейся жопы, ещё и небо будто темнело и опускалось с каждым шагом. Зато ближе к казармам мы увидели первых товарищей по несчастью. С другой стороны Полигона, в сторону зданий двигалась тройка людей. Подробностей пока рассмотреть не удавалось, но ощущение было, что люди мужского пола, хотя сомнения закрадывались, даже с учётом разделяющего нас расстояния уж слишком некрупными они выглядели, может, подростки? Женщин в них я исключила быстро и бескомпромиссно, отчего да почему, хрен поймёшь, может походка, может, ещё какие движения, но мужчины там и точка.

— Охренеть, — рассматривая мужчин, выдал Рэй. — Это китайцы.

— А подробности будут?

Как вот он определил в них именно китайцев с такого расстояния? Почему не монголы или узбеки, или вообще наши буряты? И это, даже если абстрагироваться от вопроса, а как он вообще их разглядел.

— Форма народно-освободительной армии, — бросил он, видимо, опять подразумевая, что я разбираюсь в теме.

Не, я поняла, конечно, что он какие-то элементы углядел и исходя из этой информации уже сделал вывод, но я как бы даже знать не знала, что у армии Китая есть не просто название, а ещё и великая миссия, а он мне про форму.

— Ладно, глупый вопрос, но всё же. А ты китайский знаешь?

— Если бы, — покачал Рэй головой и продолжил путь к зданию, постоянно косясь на китайцев.

Оставалось только грустно вздыхать, тут я тоже не помощник, я английский то знаю так себе, не то чтобы со словарём, но говорить не умею абсолютно, понять прочитанное вполне, а вот на слух — совсем затык, особенно если говорящий не профессиональный диктор.

Пока я вздыхала, Рэй изображал невозмутимость, а китайцы, ровняясь на нас, ускорились, сокращая расстояние, мы почти дошли до сооружения. Кстати, здание реально оказалось чем-то вроде казарм или бараков. Длинная двухэтажная постройка с ровными рядами небольших окон, ну и одинокие двери по центру. И всё, ни вывесок, не указателей, ни таблички с адресом и фонаря сверху.

— А почему они в форме, а не в системных вещах? — спросила у парня, записав его в справочные по всем военным вопросам, когда до мужчин оставалось совсем ничего, и можно было не только разглядеть их во всей красе, но и убедиться, что наши траектории пересекаются у самого входа в здание.

— Сейчас узнаем, — хмыкнул он и, расправив свои и так вполне широкие плечи, особенно на фоне тщедушных китайцев, выдвинулся вперёд.

Он реально думал, что я тут в переговорщиков стану играть? «Моя твоя не понимать» вот мой уровень.

Китайцы, к месту прибыли первыми и стояли в ожидании нас с гордо поднятыми головами. И если на меня они ещё могли посмотреть сверху вниз, то как бы ни надувались, они оставались на голову ниже моего спутника. Вот вроде в форме, с автоматами наперевес, в касках, масках, обвешанные всякими приспособами, но кроме как лягушек, раздувшихся до состояния шарика и покачивающихся на тонких ножках перед крупным врагом, воспринимать я их не могла. Рэй старательно сохранял маску холодной вежливости на челе, а я спряталась за его спину от греха. Ляпну ещё что-нибудь или опять смех бесконтрольный обуяет, итак еле сдерживаюсь.

Рэй начал первым, сразу перейдя на английский, изрядно так удивив чистотой произношения.

— Русский, немецкий, испанский? — спросил парень у азиатов, а у меня челюсть отпала, испанский? Охренеть, чё. Цифры в изначальных статах всё-таки не рандомный набор чисел.

— Английский подойдёт, — ответил один из китайцев, а я облегчённо выдохнула, говорил он медленно, старательно разделяя звуки и его акцент оказался вполне различим для меня.

— Рэй, это Лисса, — представил меня парень, чуть отойдя в сторону и предъявляя мою охреневшую мордашку мужчинам.

Не представляя, как положено у них знакомится, кивнула и отступила обратно за спину. Ну а чего, стою себе здание разглядываю, которое, кстати, в ответ рассматривает нас. Не само здание, конечно, а несколько любопытных пар глаз, мелькающих в окне неподалёку. Зато, мы теперь точно знаем, что жизнь здесь теплится не только снаружи, но и внутри.

— Ван, — ответил китаец, при этом остальных спутников не представил.

— Тоже на испытания? — спросил Рэй, мельком глянув в любопытное окно.

— Да, вы русские?

— Да. А вы?

— А не видно? — впервые проявил эмоции, отличные от насторожённости, мужчина, даже улыбку изобразил.

Вот знать бы ещё, хорошо он про нас подумал или нет? Какая вообще разница? Миру, со всеми его странами, один чёрт пришёл кабздец, вот и не всё ли равно теперь у кого какой паспорт?

Общение перешло в более дружелюбное русло, что позволило мне вдоволь насмотреться на людей из-за стекла. Раз войнушки не намечается, а смысл разговора я начала терять, когда мужчины начали обсуждать обмундирование, да ещё и сравнивая какие-то неведомые мне характеристики, то я полностью переключилась на других. Вот кто из нас рыбки в аквариуме, мы или всё-таки они?

Рыбки в ответ разглядывали меня, даже не стараясь скрыть свой интерес. Не удержалась и присела в реверансе, ну как смогла, так и присела, а потом решила, что эффекта мало и раскланялась на манер французских вельмож из исторических фильмов. Ну а чего они пялятся?

Одна из рыбок, будучи достаточно молодой на вид особой женского пола, вскинула голову и удалилась из обзорного места, уверена, что она ещё и фыркнула при этом. Место долго не пустовало и за стеклом показалось ярко-рыжая шевелюра, принадлежащая девочки лет восемнадцати, ну плюс-минус лапоть, хер их различишь этих акселератов.

Помахала рукой девочке, девочка помахала в ответ. Да уж, не рыбки, скорее обезьянки в зоопарке. Девчушка что-то там гомонила и активно жестикулировала, но до нас, понятное дело, ни звука не долетало.

Мои кривляния не укрылись от подозрительных взглядов мужиков всех национальностей, и они удостоили наконец-то внимания окна. Рыбки тоже замерли.

— А может пора пройти уже внутрь? — предложила я, сказала-то громко, но по-русски и Рэю пришлось переводить мои слова.

— Мы договорились? — протягивая Рэю руку, спросил Ван и выжидательно так на него уставился.

Ничего себе я отвлеклась, они тут коалицию, по всей видимости, замутили, а я всё шутом выступала.

— Да, — пожал руку предводителю китайцев Рэй и неожиданно притянул меня к себе, с абсолютным покерфейсом оставив руки на талии.

Не, смысл манёвра я поняла, но как бы зачем? Кого перед кем клеймит-то? Или для рыбок демонстрация, так там одни бабы на нас любовались.

— Расскажешь? — не выдавая удивления, поинтересовалась у него результатами проведённых переговоров.

— Не сейчас, — расплываясь в своей фирменной улыбке, ответил он, а я только моргнула, тщательно улыбаясь в ответ, ну не совсем же я пропащая со своими восемнадцатью стартовыми единичками интеллекта. Потом так потом.

Мы неспешно направились к дверям, но меня так и распирало от любопытства, и сохранять внешнее спокойствие было достаточно трудно, куда вот мой похуизм запропастился, когда он так нужен.

А зайдя внутрь, мелочи, отпали сами собой. Мы зашли в просторный зал, сразу с улицы и в центр помещения. Просто зал, условно разделённый на зоны. Столовая с ровными рядами пластиковых столов, стульев и длинной раздачей. Зона отдыха с несколькими диванами, кучей кресел и пуфиков, столиков, парой теликов и даже бильярдным столом. Отдельно была выгорожена спальная зона, представляющая из себя ровные ряды двухъярусных кроватей с занавесками, кем-то заботливо заправленных постельным бельём. Допускаю, что были ещё какие-то помещения, но пока это казалось не особо важным.

Во-первых, потому, что рядом со входом стоял терминал, очень смахивающий на терминалы электронных очередей. А, во-вторых, потому, что при нашем появлении в зале стало тихо, неприятненько так тихо. Нас теперь рассматривали не только рыбки из окна, что, кстати, стояли отдельной группой около своей наблюдательной точки, но и сотни людей, находящихся внутри.

Реально ведь сотни. И все эти сотни, лупили на нас глазами. Кто с любопытством, кто с откровенным отвращением, вот чего, кстати? Мы вообще ничего плохого никому ещё не успели сделать. А были и те, кто нас явно оценивал как товар в витрине либо как соперников, так и шарили своими пытливыми глазками по каждому миллиметру нашей экипировки.

Рэй притормозил у самого входа, пропуская к терминалу китайцев, продолжая прижимать меня к своему боку, и начал в ответ рассматривать присутствующих. Мне заняться было решительно нечем, поэтому я взяла с него пример и тоже стала более досконально сканировать пространство. Карта, кстати, вообще не реагировала на людей, отображая только точку сопартийца.

Ну что сказать? По большей части в зале были мужчины, разных возрастов, комплекций и даже рас. Женщин было совсем немного, навскидку процентов десять, не больше, по сути, кроме аквариумных рыбок отдельных женских коллективов больше и не было, а немногочисленные женские особи разбавляли мужские компании, причём строго по одной штуке в руки, то бишь в компанию.

Самое неприятное, что местные альфа-самцы начали оценивать меня абсолютно с другим интересом. Понятно, что я выгляжу неплохо, чего уж умалять свои достоинства, и даже с грязной башкой и наспех вытертой кровью с лица, я очень даже ничего, но тут не старый мир и посыл в пешее эротическое может сработать с точностью да наоборот. Да и выражения, что менялись при переходе с осмотра меня на Рэя, тоже не сулили дружеской попойки.

Грёбаные похотливые самцы, ну понимаю, с бабами сейчас реально туго, а гормон бушует, адреналин требует выплеска, но обидно ведь не столько даже, что меня рассматривают как банальную тёлку, а сколько, что во мне не видят соперника. А я ведь не кукла какая-нибудь! Я и башку могу отрубить с концами, между прочим.

Я злилась, ярость меня в этом активно поддерживала, увеличивая единички в жёлтом статус-баре, Рэй напрягался, китайцы шушукались, стараясь, видимо, в ускоренном темпе изучить русский, народ в основном с затаённым ожиданием рассматривал предстоящее шоу. Радовало, что далеко не все желали участвовать в моей делёжке. Хотя вот несколько дам, на моего спутника тоже поглядывали заинтересовано, но им хватило вздёрнутой брови, чтобы умереть аппетиты. Вот чего-чего, а выбора партнёра на часок, тут был огромен.

Но мужики откровенно бесили, у нас тут мир рухнул, а они прикидывают кому присунуть, и вот рада бы ошибаться, но несколько характерных присвистываний и замечаний, произнесённых хоть и тихо, но в стоящей тишине вполне различимо, не давали возможности интерпретировать повышенный интерес к моей персоне по-другому.

Я переводила взгляды с одного свистуна на другого, и уже не только злилась, но и беспокоилась, их ведь не так и мало и хрен поймёшь, на чьей стороне в случае конфликта окажется большинство.

— Да по-любому я этого задохлика умотаю, — раздалось рядом пренебрежительное замечание, высказанное крупным мужиком лет тридцати с хвостиком, ну очень мужицкой наружности.

Его товарищи загоготали, одобряя браваду приятеля, а я в упор уставилась на нахала, окидывая его недобрым взглядом от намечающейся лысины до огромных ступней, обутых в грязные ботинки. Где только грязь-то тут нашёл? Вот вроде и ровесник Рэю, а разница очевидна. Вроде и спортивный, но какой-то отёчный, да и неровные пятна на лице вкупе с яркой сосудистой сеткой вокруг носа, очень непрозрачно намекали на проблемы со здоровьем, либо на более подходящий вариант обладателю красного шнобеля — на любовь к спиртосодержащим напиткам без всякой меры. Вроде и мышцы имеются, а жирком сверху затянуто. Допускаю, что в прошлой жизни, он вполне мог похвастаться успехами на атлетическом поприще, ну или в банальных уличных разборках, но и Рэй тоже не пальцем деланный. Манера речи ещё эта, каждым словом провоцирующая, урод короче, по всем параметрам. Не я ведь ему на самом деле нужна, драка ему нужна, место своё в иерархии своей быдловатой подтвердить.

Я рыпнулась было, но Рэй только сильнее меня обнял, ещё и развернул немного, отсекая любые иные толкования нашей композиции. И в этот момент мне прилетело в чат: «Я сам».

— Это предложение? — ровно спросил он у заводилы невежливого пролетариата.

Хотела было возмутиться, а потом глянула снизу на невозмутимого внешне, но напряжённого Рэя, на руки его, что сильнее необходимого сжимали мою куртку, и захлопнула нафиг рот. Важно мужику письками померяться, хочется ему самоутвердиться, мне разве трудно поддержать? Буду, как примерная дама сердца томно вздыхать, заламывать руки и посылать воздушные поцелуи.

Хер его знает, насколько важна ему эта поддержка, но от меня не убудет. Да и лишних вопросов в дальнейшем можно избежать, это я сейчас о последователях и возможных подражателях мерзкого индивида, вдруг да кто с первого раза не поймёт, что мы им не рады.

— Это констатация факта, пацан, — раскинувшись на жалобно скрипнувшем под его весом пластиковом стуле, осклабился мужлан.

— Рэй, нет, — встрял неожиданно Ван и затараторил с такой скоростью, что я успевала вычленять только отдельные слова, а вот Рэй явно его понимал лучше и хмурился сильнее.

Когда взволнованный китаец закончил, я смогла понять только то, что есть какие-то правила, и что мы в шаге от их нарушения.

— Провокация? — спросила у Рэя и он скупо кивнул в ответ и повёл меня к терминалу, под разочарованные вздохи гопоты.

Собственно, пара шагов отделяла нас от ответов, полученных как всегда, излюбленным методом Системы, сразу на сетчатку, минуя другие ненадёжные средства передачи:

Игрок, приветствуем тебя во временном лагере!

Испытания начнутся через 14 часов 53 минуты.

Внимание. Необходимо пройти регистрацию.

Внимание. На территории временного лагеря запрещено наносить преднамеренный урон соперникам. В случае возникновения конфликтных ситуаций штрафные санкции будут применены к обеим сторонам конфликта, согласно установленной степени вины.

И таймер обратного отсчёта на периферии зрения появился. Прикольненько.

Ну ладно, бить нельзя, калечить нельзя, а чего тогда этот мудозвон добивался-то? Надеялся, что у Рэя сорвёт планку, и он бросится с голыми кулаками, отстаивать своё право? Глупо ведь, так можно и дырку в печени получить, или ещё какое несовместимое с жизнью отверстие в собственном организме. Ребята здесь все резкие собрались, слабаки и трусы в топ априори попасть не могли. Какую же он реакцию хотел получить?

Обдумывая, ну и если откровенно, тупо думая гадости о собравшихся индивидах, я споро тыкала пальцем в экран терминала. До банальности просто: приложи палец, подтверди личность, согласись с правилами и гуляй. Были ещё графы, но Система уверила, что дополнительными услугами, предоставляемыми во временном лагере, можно пользоваться через интерфейс, поэтому я не стала заострять внимание на аппарате и освободила место Рэю. Жопой чую, чем быстрее мы покинем эпицентр всеобщего внимания и сольёмся с толпой, тем меньше проблем мы огребём.

— Я оплатил номер наверху, — шепнул мне парень, утягивая в сторону местной столовой.

Разум, конечно, понял, что имел в виду Рэй, но настолько это двусмысленно прозвучало в свете последних событий, что я невольно хихикнула. Чем вот мозг занят? Сама десять минут назад презирала всех и каждого за подобные намёки, а сейчас иду и обдумываю размер кровати в номере. Куда вот меня вообще погребло? Что за ванильный сироп-то в башке? А что тогда у Рэя в голове творится на фоне спермотоксикоза?

Самокопание — вещь отличная, вот только стоило нам приблизиться к раздаче, в компании всё тех же китайцев, как вся неуместная ерунда вылетела напрочь из бедовой головушки. Бургеры, пицца, кофе, кола! Нет, были и вполне традиционные блюда, но кто будет, есть гуляш с макаронами, когда рядом целые горы фастфуда. Ароматные, призывно поблескивающие сыром круги пицц с хрустящей корочкой. Сочные бургеры, истекающие соусом из-под пышных булочек. Литры газировок со льдом и десятки сортов кофе. Кому нужны эти макарошки, когда тут такое...

Правда, это всё роскошество оказалось платным. Ожидаемо, но как-то мелочно со стороны Системы. Ну, реально, что зажала кусок пиццы?

Как ни странно, но китайцы тоже набрали себе полные подносы фастфуда, чем несколько озадачили, точно видела среди остальных блюд несколько видов лапши вок и какие-то свёртки, вроде маленькой шаурмы. Не угадала что ли с происхождением блюд?

— Что? Это вкусно, — ответил на невысказанный вопрос Ван и последовал за Рэем, захватившим и мой поднос.

Вот даже и не поспоришь, вкусно же.

Предсказуемо расположились мы за одним столиком, и я наконец-то узнала имена спутников Вана. Шу и Ли, и кто из них кто я так и не поняла, они прибывали в схожем со мной положением, как собачки: всё понимали, но ответить не могли. Или не понимали, но тогда им ещё грустнее, с другой стороны, хотя бы между собой можно пообщаться.

Пока Рэй с Ваном опять что-то шустро обсуждали, я разглядывала толпу, обстановка вообще как-то разрядилась, и на нас перестали смотреть с вызовом, и любители, и любительницы свежего мяса свой пыл поумерили, так что осталось только здоровое любопытство. Мельком заметила рыжую шевелюру, фланирующую между рядами и держащую направление в нашу сторону, что ж рыбка сама плывёт в сеть, грех её отваживать.

В это же время в дверях появились новые испытуемые, и действо повторилось почти в точности, за исключением свиста, дабы вошедшими были исключительно представители мужского пола, а собравшиеся тут дамы до такой степени не опускались, но глазками стреляли целенаправленно. Да чего уж там, я и сама невольно кокетливо хлопнула несколько раз ресницами. Ну, рефлекс, честное слово! А ещё бы не хлопать, если там два красавчика пришли, высокие, спортивные, и на морду лица ничего, да и системные вещи сидят так, что подчёркивают достоинства, а не как мешок из-под картошки. Вот почему девочек так обделяют? Я не предлагаю нам броне бикини выдавать, но можно же было над фасоном как-то в более индивидуальном порядке поработать?

Вовремя вспомнив, что я тут вроде как не одна, вернулась к содержимому тарелок. Хороши чертяки, ничего не скажешь, но пицца лучше. Сбоку раздался смешок, для вида замаскированный под покашливание, ну и пусть себе смеётся, хотелось бы показать язык или кулаком погрозить, но я итак последнее время веду себя как припадочная, хватит уже собственное реноме дискредитировать.

— А можно я к вам присоединюсь? — спросила высоким задорным голосом рыжулька, что успела добраться до нас, пока я разглядывала новоприбывших.

Мужики молча сдвинули стулья, сомкнувшись плечами, и освободили место, достаточное для ещё одного стула.

— Ну, привет, рыбка, — улыбнулась я девушке и передвинула к ней одну из тарелок с пиццей.

— Почему рыбка? — хлопнула она глазами и уставилась на меня с таким искренним восторгом, что я чуть не подавилась.

— К слову пришлось, не обращай внимания, я Лисса, — протянула руку девушке.

— Зарина, — крепко сжала она мою конечность в ответ и даже потрясла для надёжности.

Блин, я будто на встрече фанатов, причём случайно оказалось в роли звезды.

Девушка отпустила мою руку, и с такой же детской непосредственностью начала разглядывать моих сотрапезников. Один из китайцев аж смутился от такого пристального внимания.

Мысленно хмыкнула и уткнулась поглубже в стакан с колой, скрывая улыбку. Ну его, мужиков смущать, а Зарина точно пока не представляет, как смазливая мордашка и наивно распахнутые глаза могут на взрослых мужчин действовать.

Мужчины представились, и Зарина начала восторженно рассказывать о лагере, бегло перескакивая с русского на английский, вызывая улыбки уже не только у меня.

Пока девушка щебетала, я разглядывала её, мельком, бросая взгляды поверх стакана. Крашенная, но рыжий, явно её натуральный цвет, конопушки по всему пока ещё по-детски припухшему лицу на это непрозрачно намекали. Красивая, яркая и настолько непринуждённая, что так и хочется постучать костяшками пальцев по лбу и научить уму-разуму. Ну, нельзя в таком окружении настолько открыто разглядывать собеседников и хлопать длиннющими ресницами — огребёт ведь ещё суровой реальности.

Откуда только такой наивный цветочек нарисовался-то? А ведь она точно не ниже шестого уровня, других тут просто нет, ну ладно, может, пятые ещё затесались. Но ведь и это овердохуя убийств, а тут ребёнок ещё.

— Лисса, ой, я вспомнила, это же богиня безумия, — неожиданно обратилась она ко мне, хлопая от радости в ладошки.

— Угу, а ещё бешенства и неукротимой ярости, — отодвигая недоеденный бургер, подтвердила я. Куда вот столько еды набрала?

— А ты ничего так, на сумасшедшую непохожа, — протянула она, пристально меня разглядывая.

Тут уже не выдержал Рэй и, переведя слова Зарины китайцам, со смехом обратился ко мне:

— Серьёзно? Безумная фурия? Комбо собрала? — и после паузы уже серьёзнее продолжил: — Хотя это всё объясняет.

Вот и чего он? Я ведь и обидеться могу.

— Серьёзно? Будем это тут выяснять? — выразительно обводя взглядом заполненные народом столы вокруг, уточнила у него.

— Фурия? У тебя класс фурии? — несколько громче, чем хотелось бы, воскликнула эта не в меру эрудированная девица, привлекая лишнее внимание к нашему столику.

Вот вроде и молодец девка, соображает быстро, вычленяя главное из абстрактного, в общем-то, вопроса. Рот бы ещё научилась вовремя прикрывать.

— Угу, — пробурчала я, ловя на себе внимательные взгляды, в которых места похоти уже не осталось, только оценка, чистое взвешивание моих гипотетических возможностей.

Плохо, лучше бы и дальше видели только недалёкую блонди, хер его знает, что там за испытания, вдруг спарринги какие-нибудь, а знание, что соперник обладает уникальным классом, — это уже подсказка, и нехилая. Спасибо Системе, что название не всегда совпадает с сутью, но к подвоху-то будут готовиться.

— Прости, не ожидал, — покаянно произнёс парень, расстроено, оглядывая наших соперников.

— А ты кто? — весело спросила Зарина у Рэя.

Рэй, хмыкнул, но ответил, что рейнджер, а я же, прищурившись, свежим взглядом, рассматривала девушку. А уж настолько ли она наивна?

— Неплохо, а я валькирия, — несколько разочарованно ответила она.

Китайцы сделали вид, что не понимают вопроса, и с вежливыми улыбками продолжили истреблять горы пищи, после чего Зарина неожиданно засобиралась восвояси, не забыв прихватить предложенное ей угощение.

— С монетками напряжёнка, — легко пояснила рыжулька, когда Ван вопросительно указал ей на раздачу, забитую съестным.

— А сколько стоит номер? — провожая спину девушки взглядом, спросила у Рэя.

— Триста за люкс.

Нефига себе расценочки. Особенно в свете того, что наш шведский стол обошёлся монет в тридцать на всех, во всяком случае, наши с Рэем порции стоили одиннадцать на двоих.

— А у тебя денег много осталось? — вспомнив, что он и на аукционе закупался, без задней мысли задала вопрос.

— Ты ещё счёт предложи разделить.

Вот и какая его опять муха покусала? Резонный же вопрос, чего вот он? Я вообще ещё ни одной копейки не потратила, куда их мне, солить, что ли? Что за пережитки?

— А давай уже спать пойдём, пока ты меня не покусал, — сдалась я, старательно игнорируя до сих пор бросаемые в нашу сторону взгляды.

Вот вроде меньше часа внутри провели, а уже всю душу вынули своим интересом, не зря я массового скопления людей старалась избегать. Были бы зомби, и то проще было бы, а тут и беседы беседуй, и игры эти непонятные интригуй. На кой вот ляд? Ответ очевиден, но от этого не легче.

Коротко попрощавшись с китайцами, мы отправились наверх. Стоит ли удивляться, что наше шествие сопровождалось очередным острым приступом свиста и порцией советов, весьма скабрёзного содержания?

Рэй в ответ даже улыбался, я же просто шла. Ну а чего я им скажу? Брошусь доказывать, что я не такая? Так, я сама не знаю, какая я. А честь свою неведомую отстаивать, вот оно мне надо? Насрать, в общем-то, что обо мне думают случайные люди.

Наверх вела узкая металлическая лестница, будто не в оплаченный люкс поднимаемся, а украдкой, через запасной выход пробираемся. Самое идиотское, что она ещё и скрипела. Вроде скрипит и скрипит, но, блин, как так то, на внедрение Системы и генные эксперименты на целой планете ресурсов хватило, а на нормальную сварку нет? Или тонкий намёк на нашу ничтожность на фоне глобальности и Системы, и времени в целом?

Ну а на втором этаже был банальный коридор. Каменная кишка двух метров в ширину, наполовину выкрашенная в блёклый зелёный цвет. Даже коврика не было. Только тусклые стены, двери и галогеновые светильники на потолке. А когда одна из ламп с неприятным металлическим треском моргнула, а я от удивления сбилась с шага и тоже растерянно моргнула. Это что за сюр такой? Не то чтобы я требовала красную ковровую дорожку, лепнину и вазы по углам, но факт, что именно так себе далёкий внеземной разум представил эталон гостиницы, несколько сбивал с толку.

— Я усну от одного только вида, — уныло проявил солидарность Рэй. — Даже думать тоскливо, из какой дыры этот коридор вытащили.

— Может, внутри не так страшно? — робко предположила я, как-никак надежда умирает последней.

Парень скептически поднял бровь и двинулся вдоль ряда столь же унылых, как и всё помещение, дверей. На хлипких на вид дверях висели цифры, покосившаяся цифра «3» даже удивления уже не вызвала. Ну, подумаешь, мелочь-то какая. Собственно, это кривоватая цифра и указывала на конечный пункт нашего маршрута.

Не знаю, что уж там думал парень, но руку к панели, вмонтированной сбоку от дверной ручки, он прикладывал с таким видом, будто собственную жизнь на зеро поставил. Панели около входа в каждый номер было единственным технологичным пятном на фоне усреднённой серости гостиницы.

Панель на миг вспыхнула, и замок щёлкнул, пропуская нас внутрь. Рэй завис в дверях, пришлось протискиваться между ним и дверной коробкой.

— Что в голове у Системы? — чуть совладав с голосом, сквозь смех спросила я. — Это реально люкс?

— Думал, что да, — потирая красные глаза, ответил он. — Но сейчас не уверен.

Грешить на невнимательность или халатность парня я не стала, ну блин, если там стандартные гостиничные обозначения, STD, FB и прочие аббревиатуры. Попробуй ещё промахнись.

Вообще, номер был собран из кусочков, как пазл, детальки которого никак не хотели совпадать гранями, но их настойчиво, через силу соединили в одно целое. Изящные кресла с бархатной обивкой и пенал в углу, с перекошенной дверцей. Роскошный ковёр на полу и потёртый диван с облупленным подлокотником.

— Надеюсь, хоть душ тут есть, даже если это корыто и шланг, — угрюмо буркнул Рэй, выйдя из оцепенения.

Душ нашёлся, даже больше, ванную комнату целиком перенесли из номера соответствующего класса.

— Ты первый, а потом я пропаду для мира на пару часов, — мысленно перебирая все свои косметические запасы, разглядывала шикарную ванную комнату, отделанную серым керамогранитом.

— Понял, — хмыкнул парень. — Тогда брысь, иначе придётся тереть мне спинку.

Чуть глаза не закатила, выходя, какая там спинка, когда я уже мысленно натирала всё своё регенерированное тело лосьонами и кремами.

Рэй управился в рекордные сроки и освободил мне ванную, минут через пять, он вообще мылся? Или, как ребёнок, увиливающий от тяжёлой ноши гигиены, побрызгал на стены и волосы смочил? Больше смахивающий на сомнамбулу парень, обошедшийся без всяких полотенец на бёдрах и прочих провокационных экспериментов, тенью прошёл в спальню, которую я мельком успела уже оценить.

Спальня была тоже странной, но кровать, вместе со всем прилагающимся текстилем перекочевала из нормального люкса, так что грех жаловаться. Так вот, Рэй, на ходу подтягивая спортивные штаны и шлёпая босыми ступнями по полу, отправился спать, а я отправилась в своей персональный рай. Вот есть у меня пунктик: люблю я понежиться. Не то чтобы именно в ванне отмокать, но вот вся эта милая суета с наведением красоты меня очень вдохновляла.

У кого-то на белье фетиш или на обуви, а у меня на уходе. Ну а ввиду моих дебильных принципов и как следствие, ограниченных денежных знаков, многому я научилась сама. Всякой ерундой типа контурной пластики и прочих неестественных изменений я не увлекалась, собственно, а зачем? Возраст ещё не тот, чтобы на уколы красоты подсесть, а внешность, лучше уж со своей, чем быть очередной копией инстадив. Так что и тип, и порядок применяемых средств я давно для себя подобрала, и в порыве мародёрки пополнила свои запасы.

А под тихое жужжание эпилятора и лёгкий дискомфорт на коже, я вернулась мыслями к более насущным проблемам, а именно к испытаниям и всем тем не очень приятным субъектам внизу. И если на последних было, в общем-то, наплевать, во всяком случае, пока мы не сошлись друг против друга на ринге, то вот испытания напрягали.

А ещё напрягали непонятки с монетками, почему они там тусуются всей гурьбой, когда тут полный этаж номеров? Люкс, условно дорогой, но именно условно, есть номера и по сто монеток. И вот, имея на руках больше пяти тысяч этих монеток, понять, куда остальные просрали сходное количество, я не могла. Ну ладно, не с каждого зомби они падают, но ведь как-то докачались ведь до своих уровней, и куда дели-то? И если в паровоз одного — двух я могла поверить, то не в такое количество точно, да и в глобальном плане, количество монеток остаётся неизменным. Хотя и тратить их откровенно было некуда. Даже на аукционе толком в монетах ничего не продавалось, игроки предпочитали кристаллы. Монетки оказались пусть и универсальным, но абсолютно неликвидным мерилом.

Так куда дели? Переправили на пули? Скупили батареи зелий? А ведь мы тупо не проверяли, может, и навыки появились в продаже. Промохали? И вот эта мысль мне не понравилась. Да, у меня есть откровенный туз в рукаве, с учётом навыков, можно сказать и не один, но где гарантия, что каждый из тех, внизу, не такой же хитровыдолбанный? А может, ещё и поболее. Где-то ведь есть, тот неизвестный передовик, тысячами выкашивающий зомби. И нихрена мы про него не знаем, ни пол, ни класс, ни имя, вообще ничего.

Ну и очкого немного за Рэя стало. Глупо, иррационально, но как уж есть. Он, конечно, ничего, но потянет ли? Обидно будет, если его в расход пустят почём зря. С ним хоть спать не страшно, максимум ручки шаловливые распустит, да и кофе вкусный варит, а от этих товарищей снизу вообще не понятно, чего ожидать.

В том, что я сама пройду испытания, я даже не сомневалась. Я, конечно, не полноценная имба, но Система урезала всех. Шансы есть? Есть и охренеть сколько. Ну а сдохну, так и насрать уже будет. В жизнь после жизни, рай и ад, валгаллу и в прочие виражи реинкарнации я не верила. Умер и умер, был и не стало. Некому будет голову пеплом посыпать и сожалеть о содеянном. Кстати, о содеянном, разбудить, что ли, Рэя напоследок?

Решила не откладывать задуманное в дальний ящик. Порывшись в свеженатыренных вещах, выудила вполне себе симпатичный комплектик белья, пусть и спортивный, ну не в кружева же мне наряжаться, право слово. Даже краситься не стала, а это, между прочим, подвиг. Но потёкшая тушь и размазанные тени, так себе зрелище, особенно если устраивать продолжение в ванной, а она тут шикарная и так и просится к опробованию. И сама ванна, и модерновая душевая кабина с кучей режимов, есть, в общем, где макияж размазать. Откачивай потом ещё мужика, сейчас на фоне тысяч увиденных зомби не только хроническую импотенцию можно заработать, но и вообще окочуриться от неожиданности.

Можно было бы поломаться, в игру эту вечную в недотрогу поиграть. Оно, конечно, тешит мужское самолюбие, завоевать, покорить и прочие чисто мужские приколы, да и собственное эго тоже не прочь, когда соблазняют и добиваются, но передышки в пару часов явно недостаточно для полноценного раунда. Ну и вдруг потом возможности не будет? Да и широченная кровать всяко лучше, чем спальник в руинах. Можно, конечно, по старинке, не раздеваясь, толком, у стеночки пристроиться, но мы же не животные какие-нибудь.

Зеркальная я весело подмигнула себе настоящей и послала воздушный поцелуй. Нравится мне этот жест, столько всего можно выразить одним движением. Отражение в зеркале тоже радовало. Пара килограмм живого веса не помешала бы, но и так неплохо. Гладкая кожа, ровные ножки, пока ещё высокая грудь, подтянутая задница, по которой я себя звонко хлопнула. Чем не идеал? Вот и я думаю, что Рэй вместе со своим стояком оценят.

А стоило добраться до роскошной кровати, как всю мою решимость, как рукой смело. Рэй спал калачиком, обняв подушку одной рукой и трогательно подложив под щеку ладошку другой. Как такую милоту будить? Ладно бы ещё по делу, а не развлечения для.

Таймер обратного отсчёта информировал, что до конца нашего отдыха было ещё чуть более, чем двенадцать часов. Успеем ещё глупости пошалить. Поставив себе будильник на четыре часа, уткнулась в мужской бок, поменявшись местами с подушкой, и сама не заметила, как уснула, под тихое сопение над ухом.

А вот пробуждение было томным, не в пример ставшим последнее время привычным, стучащим от холода зубам, сработавшему оповещению о зомби, и прочим неприятностям. Шелковистые простыни, запах свежести, исходящий от подушки, да и моё намазанное, чем только можно, тело, тоже пахло одуряюще. Ну да, такая я скромняшка. А чего стесняться, если этот факт подтверждал Рэй, опять уткнувшийся мне в затылок и периодически забывающий выдыхать.

Кажется, я нашла фетиш у парня, либо он токсикоман и его прёт от моей косметики, тогда придётся делиться запасами, хотя первый вариант мне нравился значительно больше.

— Ты спал? — выгибаясь под целомудренными прикосновениями мужских рук, в попытке сделать их более откровенными, сипло спросила я.

Да уж, королева соблазна. Ладно, хоть не прохрипела, а то я спросонья могу.

— Только проснулся, осталось пять часов до старта, — поддерживая инициативу и забив на сиплый голос, ответил Рэй всё в тот же многострадальный затылок.

Нехило так поспали, и будильник не помог, понятно, чего он бодренький такой. Ну а собственно, пять часов — это ведь дохренища времени. Что мы там забыли внизу?

Рэй, кажется, думал схожим образом и наконец-то оторвался от волос. Или не волосы его торкают? Ой, да плевать. Меня наконец-то целовали и обнимали, в общем, творили всё то, за что я в принципе готова была терпеть сам секс. Ну а чего, вибратор — это гарантия, а в натуре — хрен угадаешь. Так что я сторонник вполне честного обмена: мне обнимашки, партнёру — секс. Приятные обнимашки — годный секс, я даже участвовать с вполне искренним энтузиазмом буду, ну а если мужик — буратино рукожопое, то и получит в ответ бревно, под стать своим потребностям и возможностям.

Рэй точно не был буратиной! Да какой там, за десяток минут он уверенно вырывал пальму первенства у всех моих предыдущих любовников, и это он меня ещё только начал ласкать.

Словно в очередной раз прочитав мысли, он оторвался от всей остальной меня и поцеловал в губы. Нежно, чувственно, так что трепетная девочка внутри восторженно заламывала руки и тянула: «у-и-и». Ну да, есть у меня и такое внутри, чего только от скуки не заведётся в голове, после прочтения дамских романов длительными одинокими вечерами, не всё голду в играх набивать.

Это было горячо, очень. И это было на грани, у той черты, когда я была готова уже требовать прекратить пытку и молить о продолжении. Нежные прикосновения, настойчивые поцелуи, и подрагивающий недвусмысленный намёк, упирающийся в меня при каждом вздохе. Когда только раздеться успел? Это ладно, он ещё и инициативы с моей стороны все пресекал, мне оставалось только плавиться в его руках, даже потрогать толком не получалось, Рэй мягко, но решительно перехватывал мои руки.

— Нечестно, — выгибаясь, помогая снимать с меня бельё, простонала я.

— Скажи, — оторвавшись на секунду, попросил он, а у меня аж мозг включился от удивления.

— Что сказать? — уточнила у застывшего парня. Он не только остановился, но и смотрел так, будто реально готов встать, одеться и уйти.

Была у меня мысль, конечно, но не думает же он, что у меня ПТСР? Или не у меня? Колбасит же его так, будто вечность не трахался. Романтичная девочка, хотела бы верить, что это из-за нас его так, но рациональная часть организма, не особо верила во вдруг вспыхнувшие чувства, с другой стороны, и в воздержание не особо верилось. У него на лице написано, что он может заболтать и заулыбать любую.

— Возьми меня, хочу тебя, — вспоминая все возможные варианты, начала перечислять я, мне не жалко. — Пожалуйста.

Шелест фольги утонул где-то в словах, и к моменту, когда я закончила перечисление, уже чувствовала в себе всю степень своего согласия. Плавно, аккуратно, даже осторожно. Если бы ещё не дрожал всем телом, стоило прикоснуться к напряжённым мышцам, то вполне могла поверить в эту вальяжность, но, сдаётся мне, он сам уже на грани.

Хотела было уже сама помочь преодолеть оставшиеся расстояния, когда Рэй не сдержался и рывком вонзился-таки на всю длину. А вот тут я зависла, не от боли или чего там ещё опасался парень, а от надписи, вспыхнувшей перед глазами:

Внимание.

До завершения процедуры интеграции репродуктивные функции человечества заблокированы.

Пока соображала, как это они так извернули, и чем это грозит, кроме вшитого в сам организм противозачаточного, Рэй отмер, гондон улетел в сторону, и уже через секунду он перестал сдерживаться.

— Прости, не могу больше, — наращивая темп, прошептал он.

Кто бы против был, чего вот мучается, сам себе придумал игру в галантность, сам же себя укоряет. С другой стороны, виноватый мужик в хозяйстве вещь полезная, а уж если он себя виноватым в постели считает, то и подавно.

Предсказуемо надолго его выдержки не хватило, Рэй ускорялся с каждым проникновением, темп увеличивался с каждым толчком бёдер, а прокаченная ловкость — это не просто цифра. Впервые я стонала без всякой фальши, кажется, даже орала что-то приторно пошлое, из разряда «быстрее» и «ещё».

Глухо простонав что-то не особо членораздельное, он стиснул меня до боли и закусив кожу на шее, замер. Толчок, ещё один, медленно, тягуче, горячо.

Сколько мы так пролежали, восстанавливая дыхание, не знаю, но неожиданно Рэй спохватился и ослабил хватку, покрывая все доступные участки кожи поцелуями, особенно укус на шее.

— Прости, если больно, — покаянно шептал он, на что я чуть смехом не подавилась. Как в живого человека членом тыкать со скоростью швейной машинки, так нормально, а как укусил, так извиняться.

А дальше было то, что окончательно грозило превратить мой несчастный мозг в ванильную лужицу, меня, как фарфоровую куколку на ручках, отнесли в ванную. Меня мыли, целовали и всячески грозились пойти на второй раунд. Собственно, я была всеми частями себя «за», даже вибратор готова была отложить на дальнюю полку, потенциал у прокаченной ловкости точно есть, ну или у самого Рэя, тут уж не поймёшь.

— Нас Ван внизу ждёт, — оторвавшись от моей намыленной задницы, грустно произнёс парень.

И таймер уже показывал меньше четырёх часов в запасе, что ж пора возвращаться в реальность, к испытаниям, Системе и толпе конкурентов.

— Через полчаса, — неожиданно опускаясь на колени и усаживая меня на бортик ванны, с улыбкой сказал Рэй.

Полчаса же это прорва времени, да...

Навстречу мы опоздали, но не очень сильно, и вот даже ни капли не стыдно. Китайцы то ли из тактичности, то ли просто не придали значения нашей задержке, но приняли наше появление, как должное и отправили меня к раздаче, сами же взяв в оборот Рэя.

Ну и не больно-то и хотелось, выяснить, правда, итоги их вчерашних переговоров я так и не удосужилась, поэтому безропотно потопала за едой. Надо будет хоть в общих чертах узнать об их договорённостях, а то они, может, власть тут захватить решили, а я ни сном ни духом.

А на раздаче меня поймала до отвращения энергичная Зарина.

— Как спалось? Можно я тебе на хвост упаду? Как тебе номер? А ты слышала уже новости? — одновременно демонстрируя мне содержимое своего подноса и задавая кучу разрозненных вопросов, напала на меня девушка.

Вот откуда она такая бодрая? Батарейки, вместо торпеды вшиты? Разнеженное тело даже кивать в ответ на каждый вопрос отказывалось, поэтому я вяло махнула рукой на набранную Зариной еду и приступила к выбору блюд нашей трапезы. Уж от миски с кашей и стакана какао я точно не обеднею.

Несколько удивило, что меню на раздаче изменилось, не то чтобы от фастфуда ничего не осталось, но упор был на кашах, всяческой выпечке, в общем, чисто утренние такие блюда. Даже яичница нашлась, порционно пожаренная, в маленьких формочках. Всеобщее утро? Так ночь как бы на дворе.

Мой выбор пал на яичницы, оладьи с крошечными соусниками и кофе, много кофе. Рэю я набрала того же и прифигела на оплате, за по сути, более чем скромный завтрак на двоих, ну, троих, если считать сюда овсянку, Зарины, Система стребовала с меня двадцать четыре монетки, что там за жлобяры то сидят? Или у них там локальная инфляция на белки?

— Посидишь со мной? — робко попросила Зарина.

И вот чего? Мне не сложно, но странно как-то всё, с чего вдруг ей отказа бояться? Но, интересно, не без этого.

— Хватит? — поставив перед Рэем поднос, поинтересовалась я.

— Да, спасибо, ты не против... — кивнул он на китайцев, видимо, вежливо прося свалить меня нахрен.

— Без проблем, Зарина как раз посекретничать звала, — с улыбкой ответила я парню, но Вану достался скорее многообещающий оскал, чем радушие.

Вот как-то резко перестали они, мне нравится. Вот совсем.

Уходя, получила сообщение:

«Не сердись, потом расскажу»

У меня реально на лбу табло, видимо. Леди-загадка, одно что.

«Всё норм, там с Зариной тоже непонятки, постарайся недолго»

Зарина нашлась на другом конце столовой, забравшаяся в угол. Хорошо хоть её по шевелюре опознать легко. Прямо сигнальный огонь, а не волосы. А пока шла, поймала себя на мысли, что любопытство нарастало с каждым шагом.

— Вкусно? — ставя поднос и присаживаясь без спроса за стол к девушке, спросила я.

Ну да, издевалась, но чуть-чуть, уж больно она уныло в тарелке ковырялась.

— Полезно, — покрутя перед глазами ложкой с овсянкой и шлёпнув комок обратно в тарелку, обречённо ответила она.

Ну, надо же, не у одной меня табуны тараканов в голове носятся.

— Оладушек? — двигая тарелочку к девушке, искренне предложила я.

Зарина, героически отказавшись от выпечки, продолжила терзать свою кашу и горестно над ней же вздыхать, явно набираясь решимости.

— Говори уже, сколько можно вздыхать, — оборвала её терзания я.

— Возьмите меня к себе в пати, — выпалила она на одном дыхании, стоило мне только закончить фразу.

— А остальные рыбки? — вспомнив её вчерашнюю компашку у окна, поинтересовалась я.

— Защитников себе нашли, — печально оповестила меня девушка.

Ну, нельзя вот так, под дых, без подготовки бить, нечестно это. Или на это и расчёт?

— А ты?

— А я не нашла, — пожала она плечами, нихрена не прояснив ситуацию.

— А ты нам что?

— Себя, у меня больше ничего нет, — уткнувшись в тарелку, почти прошептала она.

Посмотрите только на неё: нимфетка грёбаная, сиротинушка обездоленная, Лолита, мать её.

— И скольким ты уже такое щедрое предложение делала? — не удержалась я от вопроса.

— Ты вторая.

— А с первыми, почему не сошлись, оплата не устроила или обязанности не понравились?

Нет, я понимала, что наезжаю на ещё технически ребёнка, в голове-то точно, но взбесила меня эта готовность вот так собой жертвовать. Я как бы не ханжа, но она же явно себе чёрт-те что в башке накрутила и себя уже на жертвенный алтарь возложила. Хочешь — трахайся, не хочешь — не трахайся, что за бытовая проституция-то?

— Оплата, — ещё тише произнесла Зарина, уже даже не скрывая слёз.

Ну, шикардос просто. То есть, какие-то неведомые мудаки ей отказали, что, собственно, немудрено, не факт даже, что она им сама по себе не понравилась, предложение, скорее всего, им тоже не понравилось, а мне теперь сиди и решай проблемы этого невинного цветочка.

— Рассказывай давай, уровень, статы, навыки, — прервала её терзания я.

«Тут проблема, подошёл бы, а то я сама с совестью не договорюсь»

«Такая же херня, и, похоже, повод аналогичный, в пати просится?»

Интересно девки пляшут, китайцам-то мы нахера?

И пока Зарина бегло перечисляла статы и навыки, которых, кстати, оказалось как-то уж слишком много, да и статы у неё были не меньше моих, краем глаза следила, как Рэй в сопровождении китайцев двигаются в нашу сторону.

А хорош всё-таки, особенно на фоне китайцев, аж залипла на эти размеренные и уверенные шаги. Но вот взгляды некоторых дамочек, кидаемые на парня, мне не понравились, совсем не понравились. Охренеть, я ревную, что ли? Дожила, бля.

— Короче, Зарина тебе нужна пати, я правильно понял? — присаживаясь рядом и притягивая меня к себе, с ходу спросил у ожившей немного рыжульки.

Девушка вообще как-то сразу отбросила рефлексию, стоило забрезжить свету в конце туннеля. Настроение, словно маятник меняется.

— Да, но... — замялась она, видимо, стесняясь озвучить то же предложение, что и мне. Боги, ну вот как она договор собиралась выполнять, если вслух сказать то не может.

— У неё ничего нет, и по ходу, дело не только в монетах, — пришла я ей на выручку.

— Это как? Обманули? Воровство вроде нереализуемо, — удивился Рэй.

Ну, она и рассказала, это не себя предлагать, тут она даже ни разу не сбилась и не смутилась. Короче, рыбки эти, попользовались ей, лапши на уши навешали и слились. Девочка по наивности своей не только пропаровозила этих прошмандовок, но и на предложение скинуть всё имеющееся добро в общий котёл, согласилась. И в итоге сидит тут, с пустыми карманами, и из собственности только оружие и надетая на ней одежда. Что странно, оружием у неё оказались два коротких меча, очень смахивающих на мою катану.

— О-о-о, — только и смогла выдавить из вмиг пересохшего горла, очень напоминая себе Эллочку-Людоедку.

— Вакидзаси? — одновременно с моими восклицаниями, уточнил у Зарины Рэй.

Девушка рассмеялась, довольная произведённым эффектом, и спрятала с глаз долой моё искушение. Вот почему мне махина больше метра длиной, а ей аккуратненькие такие мечи, мы с ней даже роста почти одинаково. Прелесть моя, конечно, топчик, но ведь как удобнее было бы, особенно первое время.

— Есть ещё кинжалы, чуть меньше в длину, тебе больше подойдёт, — постарался меня утешить парень, но пока в руках не подержу, хрен соглашусь.

Хочу меч и точка, на кой ляд он мне сдался, если я под яростью давно уже перестала вес катаны ощущать, я пока не знала, да и не факт, что я вообще двумя руками одновременно смогу орудовать, это вам не на голых статах в разные стороны меч направлять, тут навык нужен.

— А как ты двумя управляешься? — дошло до меня наконец-то задать правильный вопрос.

— Не знаю, само получается, я пианистка, может поэтому, — замешкалась немного с ответом девушка, но пришлось признать, что резон в её словах есть.

Выдали бы мне два меча, я бы запуталась и в них, и в руках, а там и до случайной ампутации недалеко.

— Мастер-классы потом, давайте уже к делу, — влез в мои размышления Рэй и поведал суть проблемы китайцев: — Ван — ассасин, Шу и Ли рейнджеры, и им не хватает боевой мощи.

— Танка им не хватает, короче, — перефразировала я, и уже по-новому посмотрела на девчулю.

А ведь она не Катя, пусть в башке и ветер ещё романтический гуляет, но с классом управляться явно умеет.

— Умеешь свирепость контролировать?

— Легко, трудно в первые разы удерживать, а дальше стоит только подумать и уже в нужном цвете набирает, — кивнула она.

Принцип, видимо, схож со всеми шкалами, у меня вон с яростью, теперь тоже мир-дружба-жевачка, ещё бы мозг не плавила, вообще красота бы была.

Рэй коротко пересказал нашу беседу мужчинам, что и так уже сидели как на иголках, вот и поди поверь, что не понимают, о чём речь. Новость про пустые карманы они тактично проигнорировали, а вот заблуждения Зарины на счёт оплаты своего участия в коллективном времяпрепровождении резко осудили. Ну, красавчики, чего.

А дальше наше участие в процессе достижения договорённостей был уже не нужен, поэтому я смогла доесть уже холодную яичницу и допить не менее холодный кофе, вот ведь, поменять, что ли? Единственная заминка вышла, когда мужики начали рассыпаться в благодарностях Рэю, а Зарина совсем по-детски кинулась мне на шею.

— Спасибо тебе огромное, мне даже спать ни с кем не надо, представляешь?! — угу, ещё бы они ей условие это выкатили при нас. — А ещё, оказывается, я им нужнее, чем они мне.

Вот много ли человеку для счастья надо? С другой стороны китайцев даже жаль, этот ураган эмоций их пережуёт и выплюнет.

— Береги себя, рыбка, — хлопнула девушку на прощание по плечу и украдкой впихнула в руку триста монет.

— Прогуляемся? — взяв меня за руку, спросил Рэй и потянул в сторону улицы. Гулять, так гулять, мне нетрудно.

— Ты бы взяла её? — когда мы вышли из здания, спросил Рэй.

— Если бы выход не нашёлся, — начала зачем-то оправдываться я. — Жалко дуру.

Не очень мне улыбалось в собственной слабости расписываться, но и не признать её, я не смогла. Рэй вроде и не обвиняет, но смотрит уж больно выжидательно.

— Ты же понимаешь, что это не плохо? — с нажимом задал вопрос парень.

— Сам знаешь, что плохо, — не согласилась я. — Нет больше того мира, где можно было проявлять сердобольность, особенно здесь. Она может быть балластом, может подставить специально. Мы ничего не знаем ни о ней, ни о других.

Рэй соглашаться со мной не спешил, но и в бессмысленную полемику не вступал, отстранённо разглядывая низкое тёмное небо. Тут вообще время суток меняется?

— А я рад, что ты готова была ей помочь, — наконец-то высказался он, а я только глаза закатила.

Он меня реально психически нестабильной считает? Не то чтобы совсем без повода, но ведь обидненько немного.

— Ладно, а ты почему китайцам старался помочь? — решила перевести я стрелки, ни у одной меня мотивация критики не выдерживает.

— А почему нет? Они нормальные мужики.

— Угу, она их с ума сведёт, — хихикнула я, в красках представив, как меняются лица мужчин, когда они осознают, что она всегда такая импульсивная. — Слушай, а нафига она им на самом деле? Не верю, что они не могут сами качаться, да и испытания пока вещь загадочная.

— Могут, но аккуратно. У Вана стелс шестнадцатого уровня, плюс статы, плюс зелья, до сорока пяти ловкости максимум получается разогнать. У рейнджеров ещё меньше, там тридцать пять — уже мечта, а у тебя, сколько было на шестой ярости?

А сколько было? Я даже не посмотрела ведь. Ой, дура.

— Как-то очень дохрена выходит, — в смятении промямлила я. — Больше трёхсот в силе и ловкости, и интеллекта за двести.

Рэй заржал, внаглую заржал, до слёз.

— У меня кап — сорок восемь в ловкости, а ты даже не знаешь, сколько точно сверху к триста было, — еле выдавил он из себя. — Ещё вопросы будешь задавать?

— Ну ладно, я имба, согласна, но Зарина-то не я, — мысленно стараясь посчитать её статы под свирепостью, парировала я.

— Ага, всего-то до ста сорока ловкость разгоняет, — хмыкнул он.

— Погоди, до ста? — опешила я. — Я думала, что прибавка фиксированная.

— Если бы.

Однако вот это поворот, даже не так, это поворотище же. Охренеть, я прошляпила, но как было предположить? Кроме, Кати, я валькирий больше и не знаю, а мы с ней только первую ступень и обсуждали.

— Хорошо, синие получаются, тоже некислые дамагеры, а почему ассасины тогда такие урезанные?

— У нас, зато умение сразу было, да и на шестом уровне тоже дали нехилую плюшку.

Тут не поспоришь, я без навыков вообще чистым силовиком получаюсь, а они изначально те ещё анальные каратели.

— Ну ладно, она супербыстрая, но дальше то, чего? — стараясь прикинуть возможные тактики, спросила я.

— А ты не заметила, что она всё в силу вкладывает, плюс зелья?

Да он издевается, нихера я не заметила! Вообще, не подумала, на кой ляд она им сдалась, так не хотелось в спасителя играть. А если задуматься, я рядом с Рэем вообще думать забываю, не в плане романтической чуши, а просто анализировать ситуацию. Я тупо положилась на его суждения, на его оценку и приняла на веру, что он весь такой из себя стратег. Но я-то вроде тоже неклиническая идиотка, почему думать перестала?

Ладно, вот она быстрая, очень быстрая, относительно сильная, и мечи легче, чем катана, но она меня и ниже, замахиваться надо сильно и высоко, колоть? Вполне, с такой скоростью, даже прицелиться можно успеть. В этом смысл? Агрит толпу и под бешеным бустом начиняет гнилые мозги сталью? А нахрена ей напарники? Как со мной, тушку после отката охранять?

— Сама догадаешься? — явно подначивал меня Рэй, а я ведь стараюсь, думаю, аж ярость скакнула от досады. — Стоп, не злись, — поднял он руки.

— Поясни.

— Ты под яростью двигаешься по-другому. Со временем заметно становится.

Да у меня день открытий сегодня какой-то. К табло ещё и индикатор физической активности прибавился.

— Ладно, хрен с ним, что с Зариной всё-таки? — ну интересно же, нафига козе баян.

— Ты угадала, насчёт танка, у Шу и Ли не такие стелсы, как у нас, им нужен постоянный отвлекающий манёвр, способный продержаться достаточно долго, не скопытившись.

А я-то думала, мне сейчас тайну мироздания откроют, научат правильно хер к носу подносить, а тут банальщина такая, а устроил целое представление.

— Всего-то, — разочарованно протянула я.

— Ну а чего усложнять? — откровенно потешался надо мной Рэй.

— А на испытаниях она им зачем? Ладно, мы потом и вернёмся в одно место, а они-то?

— Подстраховка, — как само собой разумеющееся констатировал он.

— Мясо, что ли? — взвилась я, ещё и ярость скакнула выше на единичку. — Им её не жалко?

Таймер показывал ещё час двадцать, есть время отыграть всё назад. Я даже в сторону казармы чуть было не ломанулась, но Рэй решительно остановил порыв.

— Мне, думаешь, тебя тоже не жалко?

— Я-то тут причём? — подзавился я над вопросом.

— Аналогии не находишь?

Реально, что ли, выверты сознания? Так я вроде и не виню, не обвиняю Рэя. Он воспользовался ситуацией, я воспользовалась ситуацией, все в плюсе. Да и Зарина сама компанию хотела, откуда тогда это острая обида, юношеский максимализм проснулся? Вроде или правильно, или никак?

— А тебе меня жалко?

— Слушай, джентльмен из меня так себе, но ехать на горбу у девчонки тоже не предел мечтаний, а уж необходимость прятаться за твоим пусть и привлекательным, но истощённым телом, вгоняет меня в моральные долги ещё глубже. Да не только в моральные, перед тобой долг растёт в геометрической прогрессии.

— Натурой отдашь, — несколько не к месту усмехнулась я, и под более чем серьёзным взглядом, добавила. — Давай не будем копаться в моих мозгах и на этом будем в расчёте. Не уверена, что сама понимаю, что последние дни происходит. Меня кидает от положения «мне на всех насрать», до «спасать всех обездоленных и угнетённых», за считаные секунды. Может шиза окончательно проклюнулась, может Система мозги сплавила, но это точно, нездорово. Я периодически себя реальным берсерком ощущаю, особенно под яростью. Нет ни страха, ни боли, ни сомнений — только злой угар.

— Самой-то нравится? — обнимая, поинтересовался он.

Что за тяга вообще в нём проснулась, чуть, что, меня сразу лапать. Это он так сочувствие выражает, приободрить пытается? Или просто трогает?

— Я себя кровавым жнецом чувствую, остаётся ещё только начать злобно смеяться и требовать больше смертей.

— Не уверен, что тебе это понравится, — насмешливо протянул он, так и захотелось стукнуть посильнее или за сосок цапнуть, как раз на уровне глаз маячит. — Смех у тебя уже выходит отлично, очень аутентично.

Ну, спасибо, добрый друг, вот так сразу и полегчало.

— Слушай, а ты откуда статы Зарины узнал? — прищурившись, отстранилась от Рэя, бедолага, даже руки разжал.

— Ревнуешь? — постарался очаровательно улыбнуться он, вот только я прищурилась сильнее. — Да просто посчитал, а про свирепость мне Саныч рассказал, когда Катя со шкалой разобралась.

Да что за шлак то в башке, откуда ревность? Реально ведь ревность!

— А-А-А! — отходя от парня, во всю глотку заорала я, спуская пар из грозящейся лопнуть от перенапряжения скороварки, оказавшейся на месте головы.

Внимание. Испытания начнутся через 1 час 00 минут.

Кажись, всё, время разговоров по душам окончено. Может пачку зомби выдадут, хоть отвлекусь немного.

— Пошли, снежинка, — опять сгребая меня в кучу, довольно произнёс Рэй.

Хотела было уточнить с херали баня то упала, и откуда новое прозвище появилось, но глянула на улыбающегося парня и решила, что плевать. Мне ещё с ревностью разбираться, в жизни этой фигней не маялась.

— Даже не спросишь? — немного разочарованно спросил он.

— Снежинка? — подыграла я.

— Изящная, хрупкая, неповторимая, — разворачивая меня, начал он перечисление сомнительных по нынешним дням качеств и уловив, что нужного эффекта не возымел, расплылся в похабной улыбке, склоняясь ниже. — Таешь в моих руках, на моих губах, на языке.

И вот тут меня сложило. Столько игривости, столько двусмысленности.

— Долго придумывал? — сквозь слёзы пробормотала я.

— Со столовой, — ничуть не обидевшись и наоборот, задрав подбородок повыше, поделился Рэй.

Ой, бля, мы точно оба без царя в голове.

Подходя ближе к зданию, мы увидели нескольких спешащих с разных сторон Полигона людей, кто-то шёл один, кто-то парами. Некоторые возвращались уверенными шагами, некоторые явно были только прибившими, и с удивлением и настороженностью разглядывали и само здание, и конкурентов. Системная напоминалка никого не оставила равнодушным. Даже на крыльце казарм и то толпились, нервно курящие и живо что-то обсуждающие, люди.

На нас, пришедших с торца здания, никто не обратил внимания. Ну, пришли и пришли, с этой стороны новоприбывшие не появляются, так что можно и не тратить время на уже оценённых и взвешенных соперников.

У входа мы смешались с гомонящей толпой, и я даже сигаретой разжилась, под неодобрительным взглядом Рэя. Тоже мне поборник здорового образа жизни нашёлся. Я ж не лошадь, меня точно одна сигарета не убьёт, скорее эта честь достанется кому-то из соседствующих с нами игроков.

— Да хрен его знает, говорят, десятый уже уровень, — различила кусок чьей-то беседы я и навострила ушки.

Правда, по наступившему затишью вокруг, стало ясно, что не одна я такая умная, но мужик приосанился и уже более размеренно продолжил своё повествование, смысл которого даже полный дебил не смог бы не разгадать:

— Сидит, молчит, на все попытки с ним заговорить, только кивает и по-идиотски улыбается. То ли не понимает, то ли не хочет, — театрально замолчал мужик, наслаждаясь всеобщим вниманием. — К нему уже на каких только языках ни обращались, штук тридцать всем скопом вспомнили, а он лыбу давит и кивает, как болванчик. И компашка у него ему под стать, такие же отмороженные.

Так и вертелся на языке вопрос о том, как они тогда о его личности догадались, и вообще, почему самым топом должен быть именно мужик, а как же эмансипе? Да небритые феминистки сожрали бы вместе с говном за такие допущения. Везёт мужикам, что пока здесь таких особо не наблюдается, это же адовая смесь получилась бы, если таким, на всю голову стукнутым, достались бы какие-нибудь убер классы.

Но вопрос об идентификации загадочного игрока, всё равно был интересным, и ответов пока озвучено не было, одни домыслы и допущения. Вдруг там просто человек вежливый или из ебеней каких появился?

— Да ну, гонишь, девятый невероятным кажется, а тут десятый уже, ты посчитай, сколько он должен был за сутки выкосить, — с сомнением заметил раскатистым басом похожий на медведя мужик лет сорока пяти.

Колоритный дядя, ничего не скажешь, а открыто демонстрирующаяся секира, закреплённая на поясе, вообще добавляла плюс сто к брутальности, но вопрос-то викинг верный задал.

— Так и не я это придумал, — ни капли не смутился рассказчик. — Что услышал, то и пересказываю.

Я до седьмого то уже устала считать, а тут с девятого до десятого, в чём там уже измеряется, в сотнях тысяч? Или помимо уже известного нам буста на опыт ещё какая неведомая херня появилась?

— Пошли, сами посмотрим? — на ухо предложил мне Рэй, ну как предложил, на ходу проинформировал.

Ясен пень, что возмущаться такому самоуправству я не стала, самой же интересно.

А вот внутри композиция в корне поменялась, всем было наплевать на заходящих, далеко не все даже головы поворачивали, зато столовая вмешала в себя основное народонаселение здания. Всё как бы кушали, вот только та вялость, с которой игроки ковырялись в тарелках, и недвусмысленные заинтересованные взгляды, бросаемые в сторону одного из столов, указывали на основную цель этого всеобщего голода.

— Я, пожалуй, не прочь совместить приятное с полезным, — захватив сразу два подноса и двинувшись вдоль линии раздачи, изрёк Рэй, плотоядно окидывая блюда взглядом.

На витринах снова в изобилии были представлены яства, с уклоном в мой любимый фастфуд, но я, поборов порыв набрать всего и побольше, выбрала солянку и овощной салат. Даже колу не взяла, обойдясь минералкой.

— Только не говори, что решила сесть на диету, — с явным неодобрением проворчал Рэй и добавил к моему выбору пару кусков хлеба и булочку.

Сам же парень себя ограничивать не стал, и его поднос грозился переломиться под весом тарелок, пяти оладьей на завтрак организму ростом почти метр девяносто, оказались, что мёртвому припарка.

А вот найти пустой стол было тем ещё квестом, люди тупо сидели и занимали посадочные места, количество которых не было рассчитано на такой ажиотаж.

— Лисса, идите сюда, — прорвался сквозь тихий, но навязчивый гул, звонкий призыв, на который мы, не раздумывая, направились, ориентируясь скорее на безотказный маячок огненной шевелюры, чем на голос.

Что примечательно, но столик, который занимали Зарина с китайцами, был совсем недалеко от так интересовавших всех особ. Ну, хоть какая-то польза от этого рыжего недоразумения сыскалась.

— А вы где так долго пропадали? Тут такое было, — воодушевлённо затрещала девушка, стоило подносам удариться о столешницу. — Представляете, эти парни — те самые топы, — смешно понизив голос и округлив глаза, совсем беспалевно ткнула она пальцем в сидящую неподалёку тройку молодых людей.

Тушеваться смысла уже не было, жест не остался незамеченным, и в нашу сторону хмуро смотрела вся тройка, так что я стала рассматривать их в ответ. Очередные азиаты, хотя один был скорее метисом, однако, я не особо сильна в определении национальной принадлежности. Молодые, слегка за двадцать, но без гарантий, в принципе даже симпатичные, во всяком случае, никакой женственности ни в чертах, ни в телах не наблюдалось. Японцы, что ли? От наших соседей они всё же отличались.

А ещё они смотрели на меня абсолютно без мужской заинтересованности, вот вообще, зато на Зарину поглядывали более вдумчиво. Не, я, конечно, вышла уже из детского возраста, но не настолько же!

— Зарин, а с чего все решили, что это именно они, и кто из них самый... топ, — чуть было не ляпнула «всратый энтузиаст», но вовремя сдержалась, уж больно девушка смущалась красноречиво.

— Так, они сами сказали, — отвлеклась от переглядов с парнями Зарина.

— А можно чуть подробнее, они же вроде как никому не отвечают, сказали прямо или намекнули?

Зарина почесала нос, и периодически сверяясь со своими напарниками, рассказала как смогла. После того как мы ушли, а новоявленные сопартийцы немного познакомились, прошло минут тридцать, и в дверях нарисовалось это трио. Довольные, сверкающие улыбками, но не разговорчивые. Ван вставил ремарку, что между собой они точно общаются, что даже логично, чат-то никто не отменял. Парни отвечали скупыми кивками на все вопросы, и вот тогда и случилось это эпохальное по недопонимаю событие, кто-то спросил про уровни, кто-то про топов и молодые люди кивнули, при этом кивнули они в сторону своего товарища. Дальше заработало сарафанное радио, и уже через пять минут лагерь гудел, как улей. Выводы, базирующиеся на движениях голов, обросли новыми подробностями, и этот снежный ком радостно понёсся по округе.

— Сам то, что думаешь? — не отрываясь от еды, спросил у Вана Рэй.

— Может, они, может, не они, — пожал плечами китаец в ответ.

Офигенно информативно.

— Пробовали с ними нормально пообщаться? — уточнил Рэй.

Оказалось, но как бы и нет. Народ-то к ним подходил, но вели себя несколько несдержанно. Кто сразу по спине хлопал и орал: «Красава паря», кто требовал прекратить бесчинства и дать время догнать их остальным. Молодые люди слушали, кивали, а потом начали тупо улыбаться на все вопросы.

— Ну, то есть английский они вполне понимают? — утвердительно спросил Рэй, и получив подтверждение от Вана, сложив аккуратно приборы и отодвинув тарелки, неторопливо встал и направился к столику с молодыми азиатами.

— А он куда? — растерянно поинтересовалась Зарина.

— Видимо, стараться задавать правильные вопросы, — тоже не особо уверенно ответила я девушке.

— А он сможет?

— Даже не удивлюсь, если да, — хмыкнула я.

Зарина мне не поверила, не знаю, какие уж она выводы сделала насчёт моего партнёра, но явно не слишком лестные. Разубеждать это юное создание не хотелось от слова совсем, поэтому я только выразительно посмотрела в сторону злополучного стола, за которым вполне мирно общались четверо мужчин. Словами общались, между прочим.

— Это как? Почему они с остальными отказались общаться?

— А ты бы на их месте стала?

Девушка подзависла, надеюсь, что, моделируя ситуацию, и я обратила всё своё внимание на столик. Парни там не просто общались, они уже даже посмеивались между собой. Вот как это у него получается? Улыбнулся и дело в шляпе, даже с мужиками срабатывает.

Смотрела бы и смотрела на эту магию коммуникации и дипломатии, но Система расслабиться не позволила, уведомив, что до начала смертельных игр осталось десять минут. Рэй в этот же момент начал прощаться с молодыми людьми, весьма дружелюбно пожав им руки, и направился к нам, насквозь прожигаемый любопытными взглядами остальных игроков.

— Они, крайний парень, который пониже, зовут Йоши, — притягивая к себе, шепнул Рэй, когда добрался до нашего стола. — И нам, пиздец как повезло, что претензий у них к нам конкретно нет, — не очень оптимистично добавил он.

Ну вот почему, как крабы, так азиаты, ноулайферы грёбаные.

Внимание. Для прохождения испытания покиньте территорию временного лагеря.

Внимание. Испытания начнутся через 1 минуту 59 секунд.

А вот нельзя было минут за пять предупредить? Ладно, что не доели, но вот толкучка на выходе, грозила сократить число претендентов на победу. Переоценила Система умственные способности взбудораженных ожиданием и неизвестностью игроков.

Народ толкался, орал, упорно работал локтями и пробивался к заветному проёму. В более выигрышном положении оказались сплетники на крыльце, но и они попали под общий замес. Вот каким надо быть идиотом, чтобы продолжать стоять на месте, когда на тебя прёт толпа, получавшая приличное ускорение, протиснувшись сквозь узкое горлышко дверей?

Нас с Зариной закинули в центр импровизированного оцепления, так что мы оказались окружены китайцами с трёх сторон, а роль тарана на себя взял Рэй. Нет, он честно пытался воззвать к остаткам здравого смысла у людей, вот только слушать его никто не стал, и он, психанув, двинулся напролом.

Две минуты, ну прорва же времени, даже с учётом того, что внутри казарм находились больше пяти сотен людей, но своими метаниями и бессмысленными действиями только уменьшали возможную пропускную способность дверей. Так и хотелось гаркнуть: «Встали парами, взялись за руки и двинулись строем»! На детях работает, на этих детинах тоже должно было бы, но я промолчала. Во время учений в школе молчала, и тут тоже засунула язык в жопу. Знаем мы это, и инициатива обязательно в итоге поимеет инициатора. Ну а когда мы выбрались наружу и спешно отошли в сторону от основного скопления людей, то и смысла уже влазить в организацию чужих разборок не было.

Таймер неумолимо отсчитывал последние мгновения до начала испытаний, толчея внутри здания набирала обороты, и оттуда уже неоднократно доносились полные боли и отчаяния вопли, но число счастливчиков, преодолевших затор, увеличивалось, и свара грозилась начаться уже снаружи. Распалённые игроки продолжали толкаться и выяснять отношения уже и на улице, игнорируя и запрет на причинение вреда, и ускользающие сквозь пальцы секунды.

Бум. Воздух буквально сотрясло от низкого металлического звона, будто башкой окунули внутрь колокола, по которому с остервенением наяривал звонарь.

Игрок, поздравляем!

Испытания начались.

Супер, бля, поздравляют они нас. Ну тех, кто злосчастные двери преодолел, действительно можно поздравить, а вот неудачникам по ту сторону захлопнувшихся створок, можно было только посочувствовать. Не думаю, что после того, как здание сотрясло от ударной волны, внутри ещё осталась жизнь.

— Как будто лабораторию при заражении уничтожили, — потрясённо произнесла Зарина.

— Откуда такие знания-то? — сдерживая улыбку, спросил у неё Рэй.

— Так, в фильмах видела, самоуничтожение, ну когда вирус там смертельный вырывался, или вот зомби получились, — не различив подвоха, с энтузиазмом поделилась девушка, к моему удивлению, не проявив при этом ни капли сочувствия.

Кстати, да. Я, видимо, смотрела те же фильмы, и ассоциации у меня были схожими, но там-то не вирус. Жёстко. Наглядно.

Внимание. Необходимо ознакомиться с правилами проведения испытаний.

Внимание. В случае нарушения правил будут назначены штрафные баллы, в случае если нарушитель состоит в группе, то баллы умножаются кратно количеству членов группы.

Понятненько, круговая порука в действии. А вот развернувшееся полотно правил несколько удручало, сколько же там этих правил. Нет, чтобы написать: «делай или сдохни», так нет, устроили вселенскую бюрократию.

Вкратце можно было сказать, что испытания проходят в два этапа. Первый этап — полоса препятствий, проходящая каждым игроком индивидуально. Группе же начислят баллы лучшего результата прохождения, выстраивая турнирную таблицу. Первые сто мест перейдут в следующий этап и получат плюшки, согласно занятого места. И место в этой таблице также укажет порядок старта во втором этапе. А вот сам этап не особо радовал — лабиринт, смешанный с гонкой преследования. Причём внутри лабиринта запрет на причинение вреда игрокам отменяется, да и Система пообещала населить его собственной флорой и фауной. Из самого же лабиринта выйдут только пятьдесят групп.

О, и да, из Полигона смогут вернуться только те, кто пройдёт лабиринт. Остальных же ждёт неприятное, но крайне ёмкое слово «утилизация».

Народ растерянно переглядывался, начал шептаться, забыв прежние дрязги, но тягостное напряжение так и повисло в воздухе. Никакие обещанные плюшки не могут компенсировать необходимость участвовать в гонке на выживании. Да и морковкой-то перед носом помахали, но даже понюхать не дали, может там ящик рационов полагается в качестве награды.

«Предлагаю оставаться вдвоём»

Даже бровь изогнула вопросительно и надеюсь крайне красноречиво, итак ведь всё обмусолено, что за сомнения в последний момент?

«Азиаты, и те и другие зовут к ним»

Опаньки, ну ладно, китайцы, они, видимо, свои шансы не особо высоко оценивают, а топам мы нахрена?

Рэй пожал плечами и больше ничего не пояснил. Понятно, что он и сам, скорее всего, не в курсе точных мотивов, но хоть предположениями-то поделиться мог? У меня вообще никаких соображений нет, кроме откровенно гнусных вроде, что нас на убой зовут. Ой, ладно, посоветовался, и то вперёд.

Пока мы многозначительно переглядывались, люди постепенно оправлялись от шока и начали двигаться нестройными группками в стороны бывшего тумана, который рассеивался на глазах, открывая нам ту самую полосу препятствий.

Десять полос, абсолютно одинаковых, разделённых мутными перегородками. Узкий коридор, метров десять в ширину и сто-сто пятьдесят в длину, заполненный всяческими препятствиями. Тут и руколазы, и отвесная стена, и тонкая жердь над грязевым рвом. Дикая смесь полосы для подготовки спасателей и тренажёров из фэнтези фильмов.

Внимание. Методом жеребьёвки установлен следующий порядок прохождения первого этапа:

1й участник: 1 полоса — Болт

2й участник: 2 полоса — Соник

3й участник: 3 полоса — Глен

...

109й участник: 9 полоса — Зарина

...

211й участник: 1 полоса — Рэй

212й участник: 2 полоса — Лисса

....

536й участник: 6 полоса — Сильвия

Нехитрый подсчёт показывал, что около сорока человек остались внутри казарм. Даже если опираться на не совсем точный подсчёт душ, который вели сами игроки. Миндальничать с нами явно никто не настроен, отсеивая слабых на каждом шагу, сокращая затраченное на испытания время.

Болтом оказался тот красноносый мудак, который провоцировал Рэя при нашем появлении. Да и вся его шайка-лейка тоже были названы в первых рядах. Видать, все пати стартуют одновременно, значит, те три иероглифа, рядом с номером Зарины — это китайцы, а топам достались места почти в конце списка, с порядковыми номерами выше пятисот, больше групп из трёх имён иероглифами не наблюдалось. Имена писались либо на родном языке, либо что более вероятно, полностью копировали надпись в графе имя. Были тут и иероглифы, возможно, разные, была вязь, но основная масса надписей была или на русском, или на кириллице.

Вопрос напрашивался сам собой, а сколько таких Полигонов функционирует одновременно? Не верю, что только часть Евразии попали в список сильнейших. Среди нас не было даже индусов, да и всего несколько китайцев наводили на мысль, что Азия в общей своей массе попали на другой Полигон, а ведь ещё обе Америки, Африка, да и Европа куда-то должна была попасть, сомневаюсь, что среди их толерантного общества не нашлось лихих парней. Хотя демонстрация в защиту альтернативной жизни выглядела бы забавно.

— Чему улыбаешься? — подозрительно спросил меня Рэй, когда мы выстроились в колонны, каждый к своей полосе.

Ну, я и рассказала, мне не жалко. И выводы не секретные, очевидно же, что не я одна такая умная, да и народ повеселила, разрядив немного обстановку в очереди. Народ накидывал варианты, а на предположении о том, какие поправки следует вносить в декларацию прав человека и как активистки с голой грудью отстаивают у толпы зомби право на самоопределение, Система призвала к порядку:

Внимание. Игрокам с порядковыми номерами с 1го по 10й, занять стартовые позиции.

Вперёд вышли указанные люди, и над Полигоном зависла гнетущая тишина.